История одного пробуждения

Ощущение, что он готов, подкрадывалось медленно. Щекотало своды черепа обрывками мыслей, посылало нервные импульсы в конечности. Первыми дрогнули веки, затем, несколько полнолуний спустя, он смог пошевелить сухим языком. Разлепить губы получилось многим позже. Примерно тогда же мысли в его голове стали обретать целостность. 

Он не знал, какой сейчас год. До сих пор ли страна, в которой он «засыпал» в ноябре 1918-го, называется Румынией. До сих пор ли земля, на которой стоит его сторожевая башня, принадлежит Румынии. 

Когда он вышел в мир, стояла ясная летняя ночь. Лунный свет резал глаза. Воздух был наполнен ароматами сырой после дождя земли и какими-то едкими газами. Издали был слышен неравномерный гул и визгливый звук клаксона. От этой какофонии застучало в висках. Он обхватил голову иссохшими руками и медленно побрел в сторону леса. 

В лесу стало легче. Ветки скрывали его от лунного света. Он слышал лишь шум листвы и сердцебиение живых тварей. Совы на ветке, зайца за кочкой. Сев на землю у старого, покрытого мхом дерева, он замер в ожидании. Клыки больно уперлись в бескровные десны. Его тело требовало свежей, теплой крови, изнывая от жажды. 

Заяц даже не успел пискнуть. Вспоров ушастому грудину, он жадно припал к раскрытой ране. Когда последняя капля упала ему на язык, он отложил тушку и завалился на бок. Внутренности скрутило от боли, кровь делала свое дело, наполняя конечности жизнью. 

***

Скрываясь в тени, он смотрел на раскинувшийся перед ним город. Город светился миллионами цветных огней от края до края. Город гудел новыми громкими звуками, которых он никогда раньше не слышал. Город даже пах по-другому, но у него не было времени, чтобы привыкнуть к новой обстановке. Рассвет должен был наступить менее чем через час. Это значило, что либо он найдет Бюро в течение этого часа, либо истлеет, как газетный лист в первых лучах солнца. 

Он испытал что-то похожее на радость, когда оказался на знакомой маленькой площади, которую украшал бюст полководца-освободителя. Люди, возводившие этот бюст, так никогда и не узнали, что их полководец был оборотнем. Он обошел бюст слева и оказался у огромных дубовых дверей. Не веря своим глазам, толкнул их, но его сил не хватило. Горько усмехнувшись, он постучал в молоточек и прислушался. 

Из глубины Бюро послышались тихие быстрые шаги. Двери с легким скрипом разошлись. В образовавшуюся щель было видно хрупкое создание с перламутровой кожей. По его виду сложно было определить возраст и пол, но то, что это не человек, а фэйри, было хорошим знаком.

— Во имя ночи! — воскликнул фэйри и шире открыл дверь. Оглядел пространство позади ночного гостя. — Ваше имя, сущность и цель визита.

— Мартин Хусс. Вампир. Мне нужно поговорить с Иваной. 

Фэйри оглядел его с ног до головы. 

— Я не могу пригласить вас войти, пока не проверю ваши… 

Ночной гость протянул вперед тонкую изможденную руку, заставив юного фэйри испуганно сжаться, вцепился скрюченными пальцами в полотно двери, и переступил порог. 

— Прости, мне не нужно приглашение, — произнес он. — Я получил его задолго до твоего рождения. 

Юный фэйри еле дышал, наблюдая как высокая тонкая фигура в истлевших лохмотьях, некогда бывших военной формой, входит в атриум Бюро. 

— Госпожа Ивана! — неожиданно вскрикнул фэйри и побежал в сторону лестницы. — Госпожа Ивана, посторонние в Бюро! 

— Наконец-то, — выдохнул ночной гость и устало съехал по двери на пол. 

Он медленно моргнул и, когда открыл глаза, перед ним стояла Ивана. Светлые волосы были собраны в мягкий пучок, красивый рот был очерчен темной помадой. На ней была рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами и широкие брюки шоколадного цвета. В 1918-м ее облик вызвал бы бурю осуждения, но Мартину понравилось. 

— Давно не виделись, — произнес он, глядя на нее снизу вверх. 

— Бри, дорогая, принеси кровь, — Ивана обратилась к фэйри, раскрыв тайну ее пола. Затем перевела взгляд на гостя. — Напомни, какую ты предпочитаешь? Вторую положительную? 

— Первую, — ответил он. — Первую положительную. 

— Точно, — усмехнулась Ивана. — Прям как наш учитель. 

Фэйри, опасливо оборачиваясь, скрылась за одной из дверей. Ивана протянула гостю руку с покрытыми темным лаком ногтями. Он ее принял. 

***

— Отлично выглядишь, — произнес Мартин, когда оказался в кабинете Иваны.

Она указала ему на бархатный диван, стоящий у окна, а сама села в такое же кресло напротив. 

— Ты хоть знаешь, какой сейчас год? 

— Нет. 

— Какой век? 

— Нет. 

— Двадцать первый век. Уже одиннадцать лет как. Я почти сто лет думала, что ты умер в той битве в Трансильвании! 

— Ты была недалека от правды, — нехотя заметил Мартин. 

В дверь коротко постучали, затем вошла Бри и передала Иване мягкий хрустящий сосуд. 

— Пей, — бросив Мартину сосуд, произнесла Ивана. 

— Что это? — спросил Мартин, сжимая его в руках.

— Контейнер-система, — ответила она. — Прогресс не стоял на месте, знаешь ли. Теперь нам не нужно охотиться. Люди придумали собирать и хранить кровь в холодильниках. 

Мартин смог открыть пакет только с третьей попытки. В нос ударил запах крови, клыки порезали нижнюю губу. Поддавшись жажде, он присосался к пакету. Первый глоток принес ощущение эйфории. 

— Где ты был все это время? — спросила Ивана, когда он отнял пакет от губ. 

Наслаждаясь теплом, разливающимся по конечностям, и ощущая прилив сил, Мартин поднял на нее взгляд. 

— В катакомбах под башней на границе с Трансильванией. 

— На тебе та же одежда, ты иссох, будто не питался все это время. Чем ты занимался? 

— Спал, — ответил Мартин. 

— Спал?! — переспросила Ивана, не скрывая негодования. — Сто лет?! 

— После той битвы, последней, когда я услышал победный крик своих сослуживцев, я не разделил их радости. В тот момент я осознал, что произошло. Осознал ужас войны. Это сломало меня. И я понял, что не справлюсь с этим осознанием. Я собирался дождаться рассвета и умереть, но в последний момент струсил. Нашел подходящую нору и забился туда. 

— Ты всегда был таким… — бесцветно произнесла Ивана, глядя в окно, за которым медленно светлело. На ее лице отражалась грусть. 

— Солнце всходит, — напомнил Мартин. 

— Не беспокойся. Все окна в Бюро с защитным покрытием.

— Что? 

— Прогресс, — коротко пояснила Ивана и встала. — Тебе не нужно беспокоиться о солнечном свете в этих стенах. Пошли, я попрошу Бри помочь тебе. Она отведет тебя в ванную и выдаст все, что необходимо. Я пока подумаю, что с тобой делать. Не так уж часто приходится иметь дело с вышедшими из вековой депрессии вампирами, — добавила Ивана и невесело рассмеялась. — У нас пока не отработан протокол на такой случай. 

***

Мартин провел в ванной больше двух часов, смывая с себя слои столетней пыли. Вытирая отросшие волосы мягким надушенным полотенцем, он разглядывал себя в отражении зеркала. Странно было видеть себя, но, похоже, прогресс дошел и до зеркал. В зеркале отражался невыносимо тощий, иссохший мужчина. Голубые глаза впали в череп и казались водянистыми, отросшие русые волосы висели как мокрая пакля. Глядя на себя, Мартин пытался понять, что побудило его проснуться именно сейчас. От размышлений его оторвал короткий стук в дверь. В проеме появилась голова Бри. 

— Госпожа Ивана ждет вас, — произнесла она, окинув его недоверчивым взглядом. — Я принесу вам еще крови. На вас даже мне смотреть больно. 

Мартин закатил глаза. Фэйри и их чувство такта. 

***

Открыв дверь в кабинет Иваны, Мартин замер. Впервые за двести сорок два года он увидел солнечный свет. 

— Ты выглядишь так, будто увидел Создателя, — усмехнулась Ивана.

— Удивительное время, — произнес Мартин, не открывая глаз от окна. 

— Ты сейчас про защитную пленку на окнах или горячую воду? — пошутила Ивана.

— Про всё, — отозвался Мартин. 

— Это ты еще про солнцезащитный крем не знаешь… 

Мартин, с трудом оторвавшись от созерцания вида за окном, перевел на Ивану вопросительный взгляд. Она подтолкнула к нему пакет с кровью.

— Эс-Пэ-Эф двести, — произнесла она. — Наносишь толстым слоем на открытые участки тела, надеваешь темные очки, шляпу и можешь выходить на улицу даже в полдень. 

Мартин удивленно открыл и закрыл рот. 

— И пока ты не упал в обморок от такой радости, скажу о минусах. Первое. Ты не можешь пить кровь живых людей, иначе за тобой придет Кормилица Ворон. Второе. Ты не можешь обратить человека без письменного разрешения комиссии. 

— Думаю, с этим я справлюсь. 

— Третье, — продолжила Ивана. — Видео-камеры. Тебе будет сложно это понять, но… Представь, что с каждого угла здания, из каждой двери и из каждой машины за тобой следят. Так что… Постарайся не злоупотреблять своими сверхъестественными возможностями на улицах. Даже ночью.

— Это как доносчики в 1913-м? — уточнил Мартин. 

— Почти, — неуверенно согласилась Ивана. Затем постучала темными ногтями по толстой серой папке на своем столе. — Я подняла твои документы. Обновила данные. Заказала новый паспорт, нужно будет сделать фото, как только ты снова станешь похож на себя, а не на обтянутый серой замшей скелет. Если захочешь, позже сможешь пройти обучение и получить водительское удостоверение. 

Мартин нахмурил брови, присосавшись к трубке контейнер-системы. 

— Водительское? Я не хочу быть водителем в этом мире, — произнес он. 

Ивана рассмеялась, отчего из уголков ее глаз разбежались лучики морщин. 

— В этом мире ты можешь иметь свой собственный автомобиль и ездить на нем, куда захочешь по хорошим (в большинстве своем) дорогам. 

— У тебя есть автомобиль? 

— Да. Красный кабриолет. Покажу тебе позже, — ответила Ивана. 

— Что с моей квартирой? — уточнил Мартин, опасаясь, что за время его отсутствия его жилище могли продать, снести, переоборудовать.

— Думаю, покрылась слоем столетней пыли, как и ты, — отмахнулась Ивана и показала Мартину связку ключей. — Я там была в 1956-м. Кажется. Пока ты приходишь в себя, отправлю туда крепких ребят, чтобы они поменяли окна. 

— Спасибо. 

— Так же я решила назначить тебе куратора, — не обратив внимания на благодарность, продолжила Ивана. — Того, кто введет тебя в курс дела. В первое время возможны казусы, поэтому в мире людей ты будешь представлен, как контуженный (что недалеко от истины). Я подобрала несколько кандидатов. 

После этих слов Ивана открыла лежащую перед ней серую папку и развернула к Мартину. Одна из внутренностей папки мерцала, а вторая состояла из множества кнопок, напоминая печатную машинку. 

— Что это? 

— Да-а, — выдохнула Ивана себе под нос. — Сложно с тобой будет. Это ноутбук, потом объясню. Видишь эти три фотографии? Это ребята из нашего мира, которые, на мой взгляд, подходят на роль твоего куратора. Они рождены в эту эпоху, отлично разбираются в технологиях и современном этикете. Выбирай. 

Мартин вскинул брови и склонился ближе к мерцающей части ноутбука. На ней в ряд шли три фотографии. Светловолосый, светлоглазый парень с перламутровой кожей — фэйри. Кудрявый темноволосый парень с веснушками и большими глазами орехового цвета. Широколицый мужчина с пронизывающим взглядом синих, как глубокое море, глаз. Под фотографиями были имена и возраст каждого из кандидатов, но Мартин вчитался только в одно имя. 

— Симон Душек, — произнес Мартин. 

— Гиперактивный оборотень-экстраверт, — хмыкнула Ивана. — То, что нужно такому флегматичному романтику, как ты. 

***

— Всмысле? — услышал Мартин, когда подошел к двери в кабинет Иваны вечером. — Вы хотите, чтобы я нянчился с вашим другом, который выпал из жизни на целых сто лет? У меня полно других дел! 

— Например, напиваться в клубе, где играет твой вожак? 

— Именно! 

Мартин постучал и, не дождавшись ответа, вошел. В кабинете Иваны стоял крепкий парень в широких джинсах и дутой куртке. Его сердце звучало, как набат, выдавая крепкое здоровье и жизнерадостный нрав. Даже на расстоянии нескольких метров Мартин ощущал исходящий от его тела жар и запах пряностей. Оборотень перевел на него взгляд и нахмурился. 

— Выглядишь ты хреново, чувак, — скептично заявил он. — Это он? — обратившись к Иване, уточнил горячий парень. 

— Да. Знакомьтесь. Мартин, это Симон. Симон, это Мартин. Как видишь, Мартин вполне дееспособный. Тебе просто нужно ввести его в курс дела. Объяснить, как пользоваться банковскими картами, общественным транспортом, интернетом. Дать мастер-класс по современному этикету. Протащить его через все злачные места города. Обязательно своди его на концерт Николы, — Ивана недобро улыбнулась.

— А еще в магазин за новыми шмотками и в парикмахерскую, — добавил Симон, окинув Мартина скептичным взглядом. 

Мартин опустил взгляд, чтобы удостовериться в том, что он вполне прилично одет. Синие шерстяные брюки и рубашка в клетку из мягкой ткани. Да, эти вещи противоречили его эстетическому вкусу, но ему их выдала Бри, и Мартин был уверен, что они соответствуют современному дресс-коду. 

— Значит, ты согласен. Вот и отлично. 

— Постойте, — оборвал Симон. — Каков бюджет? 

— О-о, — протянула Ивана. — Можешь не переживать. Активы Мартина были заморожены. Я как раз подала запрос в банк на разморозку. Так что в деньгах он не стеснен. Мы договорились? — обратилась она к оборотню.

— Да, — глянув на Мартина, ответил Симон. 

— Я очень признательна, но позволь спросить, почему ты сменил свое мнение? Всего три минуты назад ты был возмущен моим предложением, — подавшись вперед, вопросила Ивана. 

Симон широко улыбнулся, из-за чего на его щеках образовались красивые заломы и оголились большие белые зубы. 

— Он мне понравился, — просто ответил оборотень, заставив присутствующих вампиров удивленно вскинуть брови. 

***

— Так, — начал Симон, когда они вышли из кабинета Иваны. — Хоть я и выгляжу, как легкомысленный бездельник, на самом деле у меня довольно плотный график. Так что нам нужно составить расписание. Твои счета станут активны завтра к вечеру? 

— Так сказала Ивана. 

— Отлично. Тогда завтра вечером первым делом отправимся в магазины одежды. Ты не против? 

— Нет. 

— С волосами тоже нужно что-то решать. Могу записать тебя к своей подруге, она отлично стрижет. 

— Буду признателен. 

— Что еще ты хотел бы сделать в первую очередь? 

— Посмотреть, что стало с моей квартирой за эти сто лет. 

— Хорошо. Ивана выдала тебе крем от солнца? 

— Да, огромную банку. 

— Завтра к трем я приеду за тобой. Дай свой номер… Стоп. У тебя телефон есть? 

— Думаю, в Бюро должен быть телефон… 

— Я про мобильный. Ну, знаешь, это как телефон из прошлого, только без проводов и меньше раз в десять. 

Симон достал из кармана джинс маленький черный предмет и покрутил в руке. Мартин скептично вскинул бровь.

— Понял, — произнес оборотень, убирая телефон обратно. — Значит, добавляем в наш список покупку телефона и сим-карты. 

— Что такое сим-карта? 

— Это… Сложно будет объяснить… — почесав затылок, отозвался Симон. 

***

— Насколько толстым должен быть слой? — нанося на кожу солнцезащитный крем, уточнил Мартин. 

— Ты мажь, я скажу, когда хватит, — сообщила Ивана, наблюдая за махинациями Мартина через зеркало. 

— С каких пор мы отражаемся в зеркалах? 

— Люди почти перестали использовать серебро при производстве зеркал, сейчас в основном используют алюминий. Теперь мы отражаемся почти во всех поверхностях. Витрины магазинов, стекла машин и домов. Но остались и серебряные зеркала, особенно в музеях и старых домах. Так что будь осторожен. 

Позже Ивана выдала Мартину солнцезащитные очки в кричащей леопардовой оправе и мягкую шляпу странной формы, которую назвала «панамой». 

— Я не надену это, — произнес Мартин, глядя на представленные ему вещи. 

— Захочешь выйти на улицу до заката, наденешь, — отрезала Ивана.

— Откуда у тебя это вульгарность?

— Эта «вульгарность» сейчас в моде. Как только купишь что-то соответствующее твоему чувству прекрасного, вернешь. Эти очки обошлись мне в круглую сумму. 

— У тебя совсем нет нормальных аксессуаров? — с нажимом уточнил Мартин. — Может быть, осталось что-то из прошлого века? Я не привередлив к веяньем моды, знаешь ли. 

Ивана, отобрав у Мартина очки и панаму, скрылась в гардеробной. Чуть позже она вернулась с пыльной черной кепкой странной формы и очками с круглыми черными стеклами. 

— Так лучше? — вопросила она. 

— Что это? — скептично разглядывая кепку, вопросил Мартин. 

— Бейсболка, — ответила Ивана. 

Мартин, убрав волосы с лица, надел ее. Затем очки. Выглядел он нескладно, но выражать свое недовольство не стал. Все лучше, чем леопардовые очки. 

— Спасибо, — произнес он. 

В комнату вошла Бри и передала Иване конверт, буркнув что-то про курьера из банка. 

— А вот и твои деньги, — помахав конвертом, радостно сообщила Ивана. 

Мартин от удивления открыл и закрыл рот. Если он правильно помнил, то его деньги должны были занимать два чемоданчика, а не один тоненький конвертик. 

— Что случилось? — спросил он с ужасом. — Инфляция? Пожар? Обрушение рынков? 

— Расслабься, — рассмеялась Ивана и, разорвав конверт, протянула ему карточку. — Это банковская карта. 

Следующие пятнадцать минут Ивана пыталась объяснить Мартину, как это работает. 

***

— Добрый вечер, мои бледные друзья! — радостно объявил Симон, появившись в Бюро в начале четвертого. — Нам нужно поторопиться. У тебя стрижка через восемнадцать минут. Матильда терпеть не может, когда клиенты опаздывают. 

Ивана понимающе хмыкнула и направилась с Мартином к выходу. Он вопросительно вскинул бровь.

— Хочу увидеть твою реакцию, когда впервые за два века ты выйдешь на улицу до заката, — пояснила она. 

— Во имя ночи! — воскликнул Симон. — Сколько тебе лет, чувак? 

— Двести шестьдесят восемь, — ответил Мартин, надевая очки. 

Симон выдохнул какое-то современное восклицание, которое Мартин не смог идентифицировать. 

— Девяносто три из которых он пролежал в депрессии, — добавила Ивана и распахнула входные двери. 

Глубоко вдохнув, Мартин сделал свой первый шаг за порог. Медленно повернул голову в сторону солнца и замер. Он был готов к боли или даже возгоранию, но ничего не произошло. Разве что глаза немного щипало при прямом взгляде на солнечный диск. Мартин поднес руку к груди, где от радости сжималось сердце. Только ради этого момента стоило «проснуться». 

— Вам разве не надо торопиться на стрижку? — проходя мимо них, уточнила Бри. 

Мартин дернулся от звуков ее голоса, словно вспомнил о том, что был не один. Обернулся к своим спутникам.

— Бри, ты испортила прекрасный момент, — обреченно выдохнул Симон. 

Бри равнодушно пожала тонкими плечами и вприпрыжку спустилась по ступеням. 

***

— Вау, — выдохнула Матильда, когда Мартин и Симон вошли в небольшой салон, украшенный репродукциями великих скульптур. — Ты не говорил, что твой новый друг такой красавчик! 

Мартин удивленно уставился на свою новую знакомую. Затем перевел растерянный взгляд на Симона. Матильда громко рассмеялась. 

— Прости, если смутила, — произнесла она, с трудом справившись со смехом. 

— Я польщен, — тихо отозвался Мартин и сел в указанное кресло. 

Симон, достав из кармана телефон, опустился на низкий диванчик и вытянул ноги. Матильда собрала свои пышные черные волосы в хвост и повязала фартук.

— Итак, каким ты хочешь выйти отсюда? — спросила она, перебирая волосы Мартина. Ее руки были горячими и пахли чем-то сладким. — Городским пижоном или холодным аристократом? Может быть, тебе по душе стильный интеллектуал? А может, лесенку? Ты будешь похож на ковбоя. 

— Выпускник Оксфорда, который только что защитил диплом на отлично, — подал голос Симон. — Ему очень пойдет. 

— Хм-м, — протянула Матильда, глядя на Мартина через зеркало. — Ты прав. Что скажешь, Мартин? 

— Если выпускники Оксфорда не сильно изменились за сто лет, то я согласен. 

Через сорок минут Мартин встал с кресла и, тепло улыбнувшись Матильде, поблагодарил ее. Достал из кармана карточку и честно признался, что понятия не имеет, как ей пользоваться. 

— Сейчас я тебе все покажу, — улыбнулась ему Матильда. 

***

— Так, — начал Симон, когда они вошли в огромный гудящий сотнями голосов торговый центр. — Давай посмотрим на людей вокруг, и ты скажешь, чей лук тебе нравится, чтобы я знал по каким бутикам тебя протащить. 

— Лук? 

— Ну… Образ. Стиль, — пояснил Симон, пространственно размахивая руками. 

Мартин запомнил новое слово и, пробираясь через потоки людей, смотрел по сторонам. С высоты его роста было хорошо видно, кто во что одет. Посетители вокруг них представляли собой разношерстную, преимущественно юную толпу. Они были одеты в раздутые вещи, больше похожие на яркие мешки из мягкой ткани. Десятки сердец бились вокруг него особой радостной какофонией предвкушения. 

— Совсем никого подходящего? — уточнил Симон, оторвав взгляд от миниатюрной девушки с крепкими бедрами, когда они прошли первый этаж насквозь.

Мартин покачал головой. 

— Давай еще кружок, — Симон был настроен решительно. 

На втором круге Мартину подмигнула красивая девушка в бордовом платье, заставив оступиться. Проводив ее взглядом, он продолжил искать в толпе подходящий под его чувство прекрасного «лук». 

— Вот, — произнес он, коснувшись руки Симона. 

— Где?! 

Мартин указал на высокого мужчину во встречном потоке. На нем была фактурная черная футболка, черные брюки и простой ремень из черной кожи. Запястье мужчины украшали явно дорогие механические часы, а на ногах ослепительно блестели черные оксфорды. 

— Серьезно? — скептично уточнил Симон. — Мог бы сразу сказать, что тебе нужен образ современного Дракулы на минималках. 

— Что? 

— Говорю, мог бы сразу сказать, что тебе нужно самое черное и самое дорогое, — похлопав Мартина по плечу, отозвался Симон. — Пошли, я знаю, где одевают таких мрачных засранцев. 

— А что значит «на минималках»? 

***

Они покинули торговый центр перед самым закрытием. В руках у Мартина было пять пакетов, в одном из которых был телефон и сим-карта, еще три пакета нес Симон. 

— Ты же в курсе, что в мире есть другие цвета кроме черного, — уточнил Симон. 

— Да, но не для моего гардероба. 

— Почему черный? 

— Потому что это лучший цвет. 

— Аргументированно… — скептично согласился Симон. — Пошли, я вижу такси. 

Погрузив покупки в багажник, они заняли задние сидения. Мартин назвал адрес своей квартиры.

— Когда ты был там в последний раз? — аккуратно, на грани слышимости спросил Симон. 

— Перед войной, — так же тихо ответил Мартин и перевел взгляд в окно, за которым проносился мерцающий тысячами огней город. 

Его квартира располагалась в полуподвале жилого дома в старой части города. Узкие окна выходили на набережную реки. Дверь открылась не сразу и так жалобно заскрипела, что Симон закрыл уши. Внутри было темно и пахло химикатами. Среди пыли и истлевших вещей яркими белыми рамами под самым потолком выделялись новые окна.

— Да уж, — отозвался Симон, заглядывая внутрь. — Тут без клининга не обойтись… Это такая контора, куда ты звонишь и они присылают людей с крепкой психикой мыть, стирать и отпаривать всю ту грязь, что ты развел. 

— Определенно… — согласился Мартин. 

— Не знаю, чего мы ждали от квартиры, в которой никто не был почти сто лет, — подытожил Симон. — Если хочешь, поехали ко мне. Я… Не знаю. Постелить тебе на диване или ты предпочтешь в прачечной в подвале? 

— Ты же знаешь, что мне почти не нужен сон. Я начну разбирать вещи. 

— Заказать клининг и вывоз мусора на завтрашнее утро? — уточнил Симон. 

— Если тебе не сложно. 

— Кстати, где пакет с телефоном?

Симон произвел несколько хитрых манипуляций, после которых телефон засветился и издал приятный звук. Затем оборотень елозил пальцем по экрану, пока из кармана его джинсов не раздался оглушительный рев музыкальных инструментов. 

— Вот и отлично, — возвращая Мартину телефон, сообщил Симон. — Теперь у меня есть твой номер. Я позвоню тебе завтра. 

— Мой телефон тоже будет издавать такой душераздирающий звук при этом? 

— Этот «душераздирающий» звук называется гаражным роком, — пояснил Симон. — И нет, у тебя будет играть какая-нибудь занудная стандартная мелодия. Давай, прям сейчас и проверим… 

***

К утру, когда телефон начал издавать занудную мелодию, Мартин с тоской взирал на кучу истлевших вещей, которую он свалил в центре комнаты. Восстановлению подлежал разве что платяной шкаф и низкое кресло на крепких дубовых ножках. Мартин провел по экрану, как его научил Симон и осторожно поднес телефон к уху. 

— Привет, — произнес он. 

— У тебя получилось! — радостно объявил Симон. — Поздравляю. Я договорился. Мусорщики приедут к десяти. Клининг — к полудню. Они все люди, так что не сболтни лишнего. У тебя все готово? 

— Да, — запустив пальцы в волосы, произнес Мартин. — Похоже, придется заново обставлять квартиру. 

— В новый век с новой обстановкой, — подбодрил его Симон. 

Представители компании по вывозу мусора управились за пятьдесят минут, не проронив ни слова. Клининг опоздали на полчаса, заставив Мартина сомневаться в их компетентности, но вскоре показали себя мастерами своего дела. К вечеру его квартира была чиста от пола до потолка. После заката пришел Симон.

— То есть, — произнес он, оглядывая пространство. — Ты оставил только шкаф и кресло? 

— Да, — ответил Мартин. — Только нужно найти реставратора.

— Спроси у Иваны, у нее точно должен быть кто-то на примете, — отозвался Симон. — Да и в общем ремонт не помешает. 

Симон огляделся, почесывая затылок. 

— У тебя тут супер-высокие потолки. Не думал сделать второй свет? Расположишь там спальню. Будет очень стильно. 

Мартин проследил за его взглядом и представил второй свет, на который ведет железная лестница. 

— Мне нравится, — отозвался он. 

— А после ремонта можно будет обставить квартиру. У меня есть знакомый мебельщик. Он работает с цельным деревом, тебе понравится, — воодушевленно произнес Симон и неожиданно сменил тему. — Кстати, у моего вожака концерт сегодня вечером. Хочешь сходить? 

— Да, раньше мне нравилось ходить на концерты, — признался Мартин. 

— Поверь мне, — горячая рука оборотня мягко легла Мартину на плечо. — Это совсем не те концерты, на которых ты бывал раньше. 

Мартин вскинул брови в немом вопросе, но озвучивать его все-таки не стал. 

— Пусть это будет сюрпризом, — произнес он. 

Симон окинул его долгим оценивающим взглядом. Открыл рот, чтобы наверняка сказать что-то о внешнем виде Мартина, но не стал. 

— Ладно, — будто уговаривая самого себя, бросил он. 

Вскоре они вошли в приземистое здание с узкими окнами, которые больше напоминали бойницы. 

— Кто это с тобой? — спросил у Симона вышибала, загородив собой вход. 

— Мартин. Мой новый друг, — легкомысленно отозвался Симон. 

— Откуда в наших краях новый вампир? Нам здесь не нужны проблемы.

— Скорее старый вампир, — произнес Мартин. — Привет, Голлем. 

Голлем недоверчиво свел густые брови, склонил голову ниже, заглядывая Мартину в глаза. 

— Мастер Хусс, — произнес он. — Так вы еще ходите по этой земле! 

Мартин светло улыбнулся в ответ, и верзила открыл перед ними двери, пропуская в заполненное ароматным дымом помещение. Внутри горели десятки тусклых лампочек, на сцене, как призраки, перемещались двое высоких тощих парней. Зал был заполнен, но ни людей, ни вампиров среди гостей Мартин не обнаружил. И пока музыканты готовили сцену, Симон знакомил Мартина со всеми, кто попадался ему на глаза.

— Почему здесь нет других вампиров? — осторожно спросил Мартин. 

— Ну-у, — протянул Симон, пробираясь ближе к сцене. — Не знаю, как сто лет назад, но сейчас в городе мало вампиров. Ты третий. 

— Кто второй? 

— Влахос, но ходят слух, что он перебрался на восток, дописывать свой новый исторический роман. Точно знает только Ивана. А вот и мой вожак, — улыбнулся Симон. — Никола. 

Мартин поднял взгляд на сцену, где к микрофону пробирался высокий длинноволосый блондин в клетчатой рубашке и потертых джинсах. Во взгляде голубых глаз искрилось лукавство, а движения рук выдавали нетерпение. Обхватив микрофон, Никола громко поздоровался, заставив Мартина на мгновение оглохнуть. 

— Вы готовы, дети? — вопросил Никола, широко улыбнувшись. 

— Так точно, капитан! — слаженным хором отозвались слушатели. 

— Я не слышу! 

— ТАК ТОЧНО, КАПИТАН! — неистово закричал зал. 

В следующее мгновение грянули барабаны. 

***

Мартин стоял и смотрел в одну точку где-то в районе барабанной установки, пытаясь снова ощутить себя в пространстве. 

— Я предупреждал, — виновато произнес голос Симона, но его местонахождение оставалось для Мартина неясным. 

— Что с ним? — произнес приятный женский голос. 

— Кажется, он сломался, — произнес другой, очень похожий на голос Николы. 

— Ты сломал нового друга Мартина! — возмутился женский. 

— Дайте ему время, — вступился Симон. 

На левое плечо Мартина легла горячая ладонь. 

— Чувак, скажи что-нибудь… 

— Может быть, для вампиров это нормально? — просил Никола. 

— Я буду в порядке, — тихо, с трудом вспоминая, как напрягать голосовые связки, произнес Мартин. — Дайте мне время. 

— Понял, принял, — отозвался Симон. — На тебя музыка так повлияла? 

— Всё, — ответил Мартин. — Всё повлияло. 

— Мы если что мы на баре… 

Рука Симона исчезла с плеча Мартина. Он остался смотреть на сцену, где совсем недавно бесновалась музыкальная группа, издавая потрясающие сознание звуки, пока множество свободных, красивых существ звучали в унисон с музыкой, оглушая Мартина симфонией сердцебиений. 

— Невероятно, — произнес одними губами Мартин. — Невероятное время. Даже немного жаль, что я пропустил его становление. 

— Тогда бы оно не так сильно тебя впечатлило, — прозвучал режущий голос Иваны за плечом. 

— Возможно, — согласился Мартин, не оборачиваясь. — Мне кажется, что не изменились только ты и Голлем. 

 — Кормилица Ворон все та же, — усмехнулась Ивана, встав рядом с Мартином. 

— Никогда с ней не пересекался… 

— Именно поэтому мне кажется, что ты слишком хороший для этого мира, — с тоской взглянув на Мартина, улыбнулась Ивана. 

— Почему ты здесь? — спросил он. 

— Мне нравится музыка Николы, — она пожала плечами. Мартин ей не поверил. — Ладно… Я очень хотела увидеть твою реакцию. После большого симфонического концерта в Праге в 1912-м, оказаться на рок-концерте в 2011-м. Как я могла это пропустить? 

Мартин усмехнулся. 

— Я рад, что ты есть в 2011-м. 

— Взаимно, — улыбнулась яркими губами Ивана. 

***

Симон мягко похлопал Мартина по плечу, когда он подошел к оборотням на баре.

— Порядок? Ты снова с нами? 

— Да, — отозвался Мартин и оглядел компанию Симона. 

Рядом с ним стояла Матильда. Поочередно Симон представил Мартину Николу, Луку и Тому. У всех были горячие руки. Они с интересом разглядывали Мартина, как диковинку. 

— Прости наш интерес, — подал голос Никола. — В этих краях редко увидишь вампира. Ивана толком не покидает Бюро, а Влахос… Никто точно не знает, где Влахос. 

— Да, Симон рассказал мне, — отозвался Мартин. 

— Как тебе концерт? 

— Честно? Громко и режуще. 

— И? — настоял на продолжении Никола. 

— Прогрессивно, — улыбнулся Мартин. 

Никола вытянул вперед руку с раскрытой ладонью. Мартин с удивлением покосился на Симона. 

— Это называется «дай пять». Так выражается солидарность, общая радость. Еще это может быть приветствием и прощанием, — пояснил Симон. — Тебе надо хлопнуть по ладони Николы своей.

— В данном случае солидарность, — сипло смеясь, пояснил Никола. 

Мартин осторожно хлопнул по ладони вожака оборотней. 

— Вот и отлично, — произнес вожак. — Предлагаю отметить наше знакомство. 

— Ю-ху! — радостно воскликнула Матильда и обняла Симона за плечо. — К Сесиль? Тысячу лет не пила ее медовуху! 

— К Сесиль, — поддержал Никола. 

— Я за! — отозвался Симон и перевел вопросительный взгляд на Мартина. 

— Почему бы и нет, — улыбнулся он. 

Через десять минут они входили в бар, расположенный в полуподвале какого-то административного здания. Из-за цветных ламп внутри все было красно-зеленым, даже посетители. Звучала странная музыка, смесь джаза и гаражного рока. Плакаты и пластинки в качестве декораций почти полностью занимали стены. Столы и стулья казались старыми, потертыми, но крепкими. Над барной стойкой были вывешены травяные гирлянды, а за стойкой стояла миниатюрная девушка с перламутровой кожей. Лиловые волосы были собраны в неопрятную гульку, а глаза густо подведены блестящими тенями. На ней был джинсовый комбинезон с короткой юбкой и розовые колготки в сеточку.

— Привет, мои лохматые друзья, — улыбнулась Сесиль, обнажив маленькие острые зубы. — Кто этот высокий бледный тип рядом с вами? 

— Сесиль, это Мартин. Мартин, это Сесиль, — представил их Симон. — Несмотря на скверный характер и полное отсутствие тактичности, она знает толк в напитках. 

— Ты мне льстишь, — сощурилась Сесиль, посылая Симону недобрую улыбку. Перевела взгляд лиловых глаз на Мартина. — Ты похож на Джонатана Харкера, который все-таки поддался Дракуле. 

— Спасибо, что не на Дракулу, — скептично отозвался Мартин. 

— Какую пьешь? 

— А у вас здесь ассортимент? — удивился он. 

— За кого ты меня принимаешь? — оскорбилась Сесиль. 

— За фэйри, которая держит заведение в городе, где проживает полтора вампира, — ответил ей Мартин. 

— Полтора это не ноль, — подавшись вперед, отозвалась Сесиль. — К тому же, с тобой теперь два с половиной вампира на город. 

— Первую положительную, — глядя на фэйри сверху вниз, кивнул Мартин. 

— Отличный выбор, другой все равно нет, — хмыкнула Сесиль и, на мгновение скрывшись за стойкой, с глухим шлепком расположила перед Мартином контейнер-систему. Обратилась к оборотням за его спиной. — Вам как обычно? 

Оборотни отозвались гулким согласием. 

***

— Как продвигается ремонт? — спросил Симон, пока они шли по набережной. 

— Быстро, — отозвался Мартин. — Уже выставили стойки и выложили основание второго света. Завтра должны будет варить лестницу. 

— Завтра полнолуние, — подхватил Симон, — Так что с восхода луны я буду вне зоны доступа. 

— Ты все еще учишься контролировать себя? — уточнил Мартин. — Как давно тебя обратили? 

— Мне было семнадцать, — ответил Симон. — То есть десять лет назад. 

— Вам тоже нужно письменное разрешение комиссии на обращение? 

— Да, — кивнул Симон, — Но тогда это был вопрос жизни и смерти. Я упал с большой высоты. Никола обратил меня без разрешения. 

— Как это произошло? 

— Я подрабатывал разнорабочим на стройке, копил на мотоцикл. Там познакомился с Николой, мы быстро нашли общий язык. В один из дней леса подо мной оказались плохо закреплены, и я упал с высоты четвертого этажа на груду стройматериалов, — ответил Симон. — Никола спрыгнул ко мне и что-то говорил-говорил. Я не помню, что он говорил. Мне было очень больно, я не мог дышать. Это потом я узнал, что он спрашивал, хочу ли я жить, — Симон пнул маленький камушек. — Он обратил меня прям там, пока не сбежалась остальная бригада. Прораб вызвал скорую, но к тому моменту, когда я оказался в больнице, большинство повреждений исчезли. Официальный диагноз гласил «сотрясение средней тяжести, повсеместные ушибы» и что-то там еще. Застройщик мне тогда выплатил огромную компенсацию. Хватило на мотоцикл и инструменты для первой группы Николы. 

— Что сказала комиссия? 

— Они устроили нам такую выволочку, — скривившись, вспомнил Симон. — Особенно Николе. 

— Каково тебе было перевоплотиться? 

— Хм-м, — задумался Симон. — Не скажу, что мне далось это легко. Первые полгода сознание не справлялось с перегрузками, постоянно болела голова — после обращения все чувства обостряются, особенно запахи. Слишком много информации для мозга. И полнолуния. Одну ночь в цикле ты теряешь контроль над собой и, просыпаясь совершенно голый около полудня на следующий день, надеешься, что не поставил на уши весь город. 

— Ты не теряешь голову от жажды крови? 

— Не-ет, — улыбнулся Симон. — Никола до сих пор смеется, что ему со мной очень повезло. Я становлюсь гипер-активным, могу бегать по лесу всю ночь, гонять зайцев. А еще говорят, еду воровал… Я, как ты понимаешь, не помню… 

Они оказались на залитом ярким искусственным светом бульваре. Прошли мимо городского архива и перешли дорогу. 

— Зайдем в супермаркет, — указав на яркую вывеску круглосуточного супермаркета, произнес Симон. — Мне нужно кое-что купить на завтрак. 

За кассой, не обратив на них внимания, сидела юная девушка и читала книгу с красивым рисунком на обложке. Прихватив корзинку, они прошли мимо. Симон бросил в корзинку пачку салфеток, аккуратно поставил лоток с яйцами и пакет молока. У холодильников они столкнулись с молодым, прилично одетым мужчиной. Его сердце билось в сбитом ритме, а под глазами залегли почти черные тени. Взгляд покрасневших глаз скользил по банкам с энергетиками. 

— Кажется, ему нужна помощь, — произнес Мартин. 

— Оставь, — отмахнулся Симон, закидывая в корзину молочные коктейли один за другим. — Он — программист. Для них это нормальное состояние. 

— Программист? 

— Да. Это ребята, которые пишут коды для программ. На них держится интернет, твое банковское приложение, работа кассового аппарата. Вообще все на них держится, если задуматься. 

— Он выглядит так, будто не спал неделю, — заметил Мартин. 

— Скорее всего, так и есть, — хмыкнул Симон, принюхиваясь к пачке бекона. — Программисты в большинстве своем немного странные. Погружаются в работу так, что забывают поесть, поспать, помыться. 

Мартин перевел взгляд на уставшего мужчину. Тот наконец выбрал энергетик и вытащил из холодильника две банки. 

— Это плохо отразится на его сердце, — скептично заметил Симон, возвращая пачку на место. — В этом магазине есть нормальный бекон? 

— Простите, — Мартин обратился в мужчине с энергетиками. — Вы программист? 

Мужчина несколько раз моргнул, фокусируя взгляд на Мартине. 

— Да, — сипло ответил он. 

— Как часто вам проходится выходить из дома по работе? 

— Не считая корпоративных новогодних вечеринок, почти никогда. 

Мартин удивленно хмыкнул и встретился взглядом с Симоном, который с интересом наблюдал за их неожиданным диалогом. 

— Я хочу быть программистом, — изрек Мартин и обратился к мужчине. — Вы можете научить меня? 

— Я? Ни за что, — отозвался мужчина. — Идите на курсы. 

Он назвал несколько организаций, проводящих набор на обучение, и поспешил к кассе, словно истратил весь ресурс артикуляции. 

— Да, — Симон встал рядом с Мартином, закидывая в корзину пачку мясной нарезки. — Тебе пойдет быть программистом. И зарабатывают они неплохо. Вот только… — он окинул Мартина скептичным взглядом. — Тебя не смущает, что ты еще даже мэссэджеры не полностью освоил? 

— Нет, — улыбнулся Мартин. 

Симон одобрительно хмыкнул и направился к кассе. Мартин поплелся следом за ним, разглядывая витрины. У самой кассы оборотень сцапал с полок шоколадный батончик и поставил корзину на ленту. От его движений девушка-кассир испуганно дернулась и захлопнула книгу. 

— Простите, — произнесла она, ее скулы покрылись милым румянцем. — Моя любимая глава, — добавила она, указав на книгу. 

— О, «Узник Азкабана», — с пониманием протянул Симон. — Мне больше «Орден Феникса» зашел. 

Девушка тепло ему улыбнулась, пробивая продукты один за другим. 

— В «Ордене» они уже… У них уже совсем взрослые проблемы… — произнесла она неуверенно. — К тому же Амбридж… 

— Зато какой конфликт! — воскликнул Симон. 

— Простите, что встреваю, но о чем вы? — показавшись из-за спины Симона, уточнил Мартин.

На него уставились две пары глаз. 

— «Гарри Поттер», — осторожно произнесла девушка, указав на книгу.

— Он контуженный, — вмешался Симон, положив руку Мартину на плечо. — Кое-что помнит, кое-что нет.

— Везет! — распахнув глаза, выпалила кассир. — Вы сможете прочитать все книги, как в первый раз!  

Мартин удивленно вскинул брови. 

— Ой, — пискнула девушка. — Простите. Вам наверняка сложно после травмы, а тут я… 

— Не беспокойтесь, — улыбнулся ей Мартин. От его улыбки сердце девушки сбилось с ритма, напомнив ему о том, что он может вызывать интерес у противоположного пола. — Возьму вашу рекомендацию на заметку. 

Кассир кивнула и приняла оплату у ухмыляющегося Симона.

Попрощавшись, они вышли на улицу. Оборотень распаковал один из молочных коктейлей и с наслаждением присосался к трубочке. 

— М-м, — простонал он, оторвавшись. — Ты ей понравился. 

— Я заметил… 

— Не хочешь пригласить ее на свидание? 

— Нет. 

— Почему так решительно? 

— Я не готов, — пожал плечами Мартин. 

Симон многозначительно покачал головой. 

— У меня, кстати, должны быть первые две книги дома, — вспомнил он. — Пошли, поищем. Не уверен, что тебе понравится, но в теме ты быть должен. 

— Что еще я пропустил? 

— Хм-м, — потягивая коктейль, задумался оборотень. 

Всю дорогу до своего дома Симон перечислял феномены массовой культуры, самозабвенно вдаваясь в детали. 

***

Симон жил в кондоминиуме, который делил с другими членами стаи. Его квартира находилась на втором этаже. На табличке было высечено «Душек», а рядом маркером нарисовано сердечко. 

— Входи. 

Мартин переступил порог и огляделся. 

— Да, у меня не прибрано и я совершенно не чувствую по этому поводу мук совести, — признался Симон, сбрасывая кроссовки. 

Мартин снял ботинки и аккуратно поставил их у стены. Обошел кучу кроссовок, часть из которых были без пары. На зеркале было наклеено с десяток стикеров, содержание которых Мартин тактично не стал читать. Двери шкафа были распахнуты, являя всякому входящему солидную коллекцию дутых и кожаных курток. В большой гостиной стояли стопки книг, в то время как книжные полки через одну пустовали. На одной из полок стояла ваза, из которой торчали барабанные палочки. Диван был завален подушками и мятой одеждой. Ноутбук, подключенный к зарядному устройству, лежал на полу. Рядом с ним лежали блокноты и раскрытый справочник. 

— Ты проходишь обучение? — спросил Мартин, направляясь вслед за Симоном на кухню. 

— Да, открываю себя кулинарии, — гордо отозвался Симон. — Поступил подмастерьем к шефу в одном из лучших ресторанов. 

Вопреки ожиданиям, на кухне Симона царил порядок. Мартин удивленно озирался вокруг. 

— Я восхищен, — произнес он. 

Симон широко улыбнулся и, достав еще один молочный коктейль, подтолкнул Мартина к выходу. 

— Пошли, найдем для тебя «Философский камень»… 

— Прости, но я не понаслышке знаю, что с ним ничего не получилось…

— Я имел в виду первую часть «Гарри Поттера», — протянул Симон. — Но теперь мне нужно знать, что скрывается за твоим «не понаслышке»… 

В разговорах о прошлом они провели несколько часов. Мартин вдавался в подробности, которые помнил, часто приговаривая, что это его точка зрения и, возможно, на самом деле все было иначе. Симон слушал, раскрыв рот. Его и без того непослушные кудрявые волосы были взлохмачены еще больше, а в глазах отражалась сложная работа мысли. 

— Ты уверен, что хочешь быть программистом? — вопросил Симон. — Ты можешь преподавать историю в университете! 

— Я не хочу возвращаться в прошлое, — ощущая под пальцами теснение «Философского камня», произнес он. — Я чувствую себя новым… Вампиром. 

— Мне нравится, как это звучит, — широко улыбнулся Симон. 

Глядя на улыбающегося Симона, сложно было не улыбнуться в ответ. Ивана была права, когда предложила его в качестве куратора. А может быть, она была не при чем, и Мартин понял что-то по фотографии на мониторе ноутбука. Все-таки за свою долгую жизнь он должен был хоть немного начать разбираться в живых существах. 

— Я рад, что ты согласился стать моим куратором, — произнес Мартин.

— Я тоже, — кивнул Симон. — Но ты должен знать, что я сомневался вначале. 

— Я помню. Думал, что я стану для тебя обузой? 

— Типа того. А еще ты хищник все-таки. Мало ли… Вдруг тебе от столетней жажды голову снесет и ты выпьешь половину города… А потом я тебя увидел, почувствовал твой запах и понял, что мы найдем общий язык. 

— Чем от меня пахло? 

— Клубничным мылом и спокойным интересом, — усмехнулся Симон. 

— Спасибо. 

***

Телефон на журнальном столике издал звук входящего сообщения. Мартин взглянул на загоревшийся экран. Сообщение было от Симона. Аккуратно заложив закладку, он потянулся к телефону. 

Симон, 13:26: ты в порядке? 

Вы, 13:26: Да. Почему ты спрашиваешь? 

Симон 13:28: ты второй день не реагируешь на мемы 

Вы, 13:29: Я читаю 

Симон, 13:29: ТЕБЕ ПОНРАВИЛОСЬ? 

Вы, 13:30: Да, очень. 

Симон, 13:32: круто! 

Вы, 13:33: Осталось несколько глав. Если у тебя нет планов, можем сходить сегодня вечером за оставшимися пятью частями?

Симон, 13:33: ВСМЫСЛЕ? ТЫ УЖЕ ВТОРУЮ КНИГУ ЗАКАНЧИВАЕШЬ?! 

Вы, 13:34: Мне почти не нужен сон, помнишь? 

Симон, 13:35: сегодня не могу. у нас что-то типа стайного тим-билдинга. завтра с утра я свободен. 

Вы, 13:40: Хорошо, тогда завтра в десять я зайду за тобой. Заодно расскажешь, что такое «тим-билдинг». 

***

Закончив «Тайную комнату», Мартин заглянул в маленький холодильник, который неделю назад ему прислала Ивана. Внутри было две контейнер-системы с кровью, но их вид заставил желудок болезненно сжаться. Он еще не привык к привкусу консервационного раствора в крови, и все его естество просило свежей, теплой крови, вытолканной бьющимся сердцем. Устало вздохнув, Мартин закрыл холодильник и направился к двери. Достал из шкафчика черные кроссовки, которые приобрел специально для таких ночей, спортивную сумку со сменной одеждой и средствами гигиены. 

Он оставил сумку на входе в лес. Снял футболку и сел на землю. Прислушался. Лес говорил сотнями голосов. Его внимание привлекла мягкая поступь множества лап где-то на северо-западе. К северу тяжело дышал дикий кабан. Шелестели совы, шуршали грызуны. Затем фокус сместился на шорох, который могло издать только крупное копытное. Мартин прислушался. Где-то рядом, к северу от него шли косули. Взяв низкий старт, Мартин сорвался с места. 

Он поймал и испил косулю до последней капли, оставив ее тушу воронам и лисам. Ее кровь была внутри него, наполняя его жизнью. Залила его подбородок и грудь, стекая по бледному торсу. Мартин сыто закрыл глаза и облизал губы. Желудок медленно отпускал голодный спазм. В ушах звенело от утоления жажды.

Глубоко вдохнув, Мартин открыл глаза и огляделся. Луна поднялась над деревьями, заливая пространство холодным светом. В этом свете потеки крови на его теле казались черными. Словно сомневаясь в своих силах, Мартин пошевелил рукой, затем сделал несколько шагов в сторону города, намереваясь сорваться на бег, но остановился. Вначале он почувствовал присутствие и только потом, сквозь гул в ушах, услышал несколько сильных сердец. Из-за деревьев один за другим выходили огромные волки. Он насчитал восьмерых, когда вперед вышел пушистый волк песочного цвета. Его сердце билось в знакомом ритме.

— Симон? — тихо спросил Мартин. 

Волк кивнул и принюхался. Мартин представил, каким его видит Симон-волк. Полуголый, залитый кровью посреди леса.

— Это кровь косули, — пояснил он, чтобы избежать недопонимания. 

Симон-волк махнул хвостом. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Залитый кровью вампир и вышедший на охоту со своей стаей оборотень. 

— Завтра все в силе? — спросил Мартин. 

Симон-волк снова кивнул и подал знак своим. Стая медленно скрылись за деревьями. Мартин проводил их взглядом, пытаясь понять, кто из них Матильда, а кто Никола. 

***

Мартин постучал в дверь с табличкой «Душек» и все тем же сердечком. Прислушался. После второго стука внутри послышались звуки копошения, и дверь открылась, явив заспанное лицо Симона. 

— Прости, что разбудил, — не в силах сдержать улыбку, повинился Мартин. — Уже десять. 

— Да, это мой косяк. Надо было подумать немного наперед, — запуская пальцы в супер-лохматые волосы, ответил Симон. — Проходи. Дай мне пятнадцать минут. 

— Я могу сходить сам, чтобы ты мог выспаться, — Мартин не торопился переступать порог. 

— Расслабься, — отмахнулся Симон и направился в сторону ванной комнаты, но остановился. — Я начинаю всерьез задумываться о том, чтобы держать в холодильнике кровь. Я же тебе даже кофе предложить не могу. 

— Я сыт, спасибо, — вставил Мартин. 

— Да, я помню, — усмехнулся Симон и скрылся в ванной. — Эффектная вышла встреча. Жаль Нала не видела. 

— Нала это…? 

— Сестра Николы. Ты с ней не знаком. Она заканчивает медицинский… Или… В общем заканчивает институт. Будет судмедэкспертом. 

Мартин удивленно хмыкнул. 

— А у тебя есть братья или сестры? — под шум воды спросил Симон. 

— Ивана… 

— ЧТО?! — лохматая голова Симона с зубной щеткой во рту показалась из-за двери. 

— Нет, мы не дети одних родителей, — поспешил объяснить Мартин. — Нас обратил один вампир. 

— И кто из вас старше по вампирским меркам? 

— Я. На пятьдесят лет. 

— Сиблинги с разницей в пятьдесят лет, — немного нервно хохотнул Симон. — Меня пугает, как легко вы оперируете не то, что годами. Десятилетиями! Эпохами! Жуть! 

Мартин освободил себе место на диване и присел, разглядывая разбросанные по гостиной вещи. 

— А где ваш «отец» сейчас? — сильно посвежевший Симон вышел из ванной и, перебрав раскиданную на диване одежду, выбрал себе футболку. 

— В середине девятнадцатого века он сказал, что ему нужно побыть наедине с собой и уехал, не оставив адреса. 

— У вас с ним много общего, да? — скептично уточнил Симон. 

Мартин закатил глаза. 

— Я готов, — объявил оборотень. 

— Прости, что спрашиваю, но твои волосы должны быть вот такими..? 

— Будто я только что вытащил пальцы из розетки? 

— Да. 

— Да. 

Закрыв квартиру, они вышли на улицу. Высокий, облаченный в черную классику Мартин и лохматый Симон в широких джинсах и ярко-желтом мятом худи. 

— Итак, кто твой любимый герой? 

— Гермиона, — не думая ни секунды ответил Мартин. — А твой? 

— Близнецы Уизли. А не любимый персонаж? 

— Северус. 

Симон многозначительно замолчал. 

— Что? — уточнил Мартин. 

— Ничего. Просто завидую тебе немного, — похлопав Мартина по плечу, отозвался Симон. — Ни за что не читай спойлеры и не смотри фильмы, пока не закончишь. 

— Что такое «спойлеры»? 

***

— Мартин, — позвал Симон. 

Мартин обошел книжный ряд. Симон вручил ему стопку из шести книг. 

— Что это?

— База, — ответил Симон и оглушительно расхохотался, привлекая внимание других покупателей. 

Мартин вчитался в корешки. «Интервью с вампиром», «Вампир Лестат», «Царица проклятых», «Сумерки», «Новолуние» и «Затмение».

— База? 

— Ты же спрашивал о феноменах массовой культуры, которые упустил? Так вот. Эти книги отвечают за образ вампиров. 

Мартин взглянул на стопку книг в своих руках. 

— Хотя, — рассуждал Симон. — «Сумерки» можно не читать. Лучше посмотри фильмы. Там кстати и оборотни есть. 

Он забрал из стопки три верхние книги и вернул на полку. Они подошли к кассе, где их уже ждали все семь книг о юном волшебнике. Мартин расплатился и, получив свои пакеты, с улыбкой направился к выходу. На улице ярко светило солнце. Рядом с ними остановился красный кабриолет. 

— Привет, мальчики, — раздался голос Иваны с водительского сидения. Она спустила темные очки в леопардовой оправе на кончик носа и окинула их оценивающим взглядом. 

— Привет, — отозвался Мартин. 

— Здравия желаю, — усмехнулся Симон. 

— Подбросить? 

Мартин и Симон заняли задние сидения, так как на переднем лежала маленькая сумочка с леопардовым принтом. 

— Тебе идут эти очки, — заметил Мартин. 

— Тебе бы они тоже пошли. С леопардовыми туфлями, например, — ответила Ивана, и они с Симоном громко рассмеялись. 

— Не думаю, что Мартин справится с таким количеством цветов, отличных от черного, — с трудом справившись со смехом, произнес Симон. 

Ивана через зеркало заднего вида встретилась взглядом с Мартином. Он улыбался, прижимая к себе пакет с книгами, и смотрел на прохожих. 

— Ты выглядишь счастливым, — заметила она. 

— Да, — ответил Мартин. — Я могу перемещаться при свете дня, вокруг красивые свободные люди, у меня есть друзья и два пакета с новыми книгами. 

Симон, широко улыбнувшись, толкнул Мартина плечом. Ивана вернула очки на место и нажала на газ. Губы в темной помаде растянулись в улыбке.