Пробужденная кровь 

Пролог

Элли медленно брела по тротуару и плакала. Мимо проносились машины, поднимая ветер. Спешащие по своим делам люди недоуменно оглядывались на плачущую девушку. Кто-то выказывал взглядом даже сочувствие.

А Элли, погруженная в себя, не замечала этого. Слезы затуманивали ей взгляд. Рыжие волосы растрепались от встречного ветра и некрасиво торчали во все стороны. Девушка пыталась совладать с эмоциями и взять себя в руки, но ничего не получалось. Она вновь и вновь возвращалась мыслями к недавней ссоре.

«Права была Кристал, — с горечью подумала Элли. — Не надо было давать Эндрю ни второго, ни третьего шансов. Пора разорвать этот замкнутый круг. Разве я виновата в том, что на меня стали обращать внимание другие? И вечеринка эта…».

Судорожно всхлипнув, Элли снова попыталась справиться с душившим ее потоком слез, и у нее это даже получилось.

Все, что могло пойти не так, пошло не так еще вчера, на злосчастной вечеринке. Парень, ее сокурсник, организовавший эту вечеринку, начал оказывать Элли красноречивые и недвусмысленные знаки внимания. Элли была навеселе и приняла эту игру. Легкий флирт и внимание ей нравились. А намеки о походе на второй этаж попросту игнорировала. Кто же знал, что на вечеринку явится и Эндрю?

И первым делом он на нее накинулся. У Элли сразу оказалась и юбка короткая, и топ слишком откровенный… А в ходе ссоры выяснилось, что это Элли оказывала знаки внимания хозяину дома, а не в коем случае не наоборот, а своим распутным видом показывала, что готова и на большее на втором этаже.

Подобные претензии Элли настолько оскорбили, что она влепила Эндрю пощечину, а затем развернулась и ушла. Настроения оставаться на вечеринке у нее не было. А если бы осталась… Элли прекрасно знала, на что была способна, если ее хорошенько разозлить или испугать.

О, это чувство застилающей глаза алой пелены! Шум в ушах, растворяющийся в алой дымке мир, и чувство неодолимой ярости, которая волной поднимается изнутри, горячит кровь и напрочь лишает разума…

Вернувшись в ту ночь домой, Элли первым делом постучалась в комнату Кристал. Ее дома не оказалось. А Элли так хотелось броситься любимой старшей сестренке на шею, выплакаться и поговорить… только вот ее работа в Департаменте имела ненормированный рабочий день. Крис могла работать там так днем, так и ночью. Часто она возвращалась под утро, а входные выбирала себе сама. Чем она там занимается Элли не знала, а от вопросов Кристал либо уклонялась, либо отшучивалась. Все, что было известно Элли — это то, что Департамент являлся чем-то вроде секретного отделения полиции.

Через несколько дней Элли получила от Эндрю сообщение с другого номера (с известного она поставила его в черный список и заблокировала во всех соцсетях) с извинениями и желанием встретиться. Элли колебалась долго. Она хорошо помнила, что он ей наговорил. Обида была еще слишком свежа. Ну а вдруг?.. Элли решилась дать ему второй шанс.

Эндрю пришел с цветами, извинился и сказал, что очень сильно ее любит, и от любви приревновал, наговорил лишнего…

Вот тут Элли и вспыхнула. Любовь для нее всегда была трепетным чувством. И разбрасываться такими словами понапрасну, как многие молодые люди это делали в старших классах или университете, Элли считала кощунством. Что такое любовь она прекрасно знала. Любили ее погибшие родители (ей было девять лет, когда это произошло). Любила ее тетушка, которая, несмотря на все трудности, приютила ее и Кристал. Любила ее и Кристал, хотя со старшей сестрой иногда тоже приходилось непросто.

Все это она высказала Эндрю, и они снова поругались. Он на нее обиделся, а Элли посчитала это хорошим поводом в их отношениях поставить точку. Кто же знал, что это окажется так больно! Эндрю задел такие струны в ее душе, что Элли до сих пор не могла прийти в себя от обиды. По-настоящему любящие так себя не ведут. Они постараются сгладить конфликт и прийти к соглашению. В крайнем случае, посидят пару часов, надувшись друг на друга, а потом найдут способ выяснить, что и кого не устроило.

Элли остановилась на перекрестке и удивленно моргнула. Впереди виднелись небоскребы. По автострадам вдоль пальм все так же равнодушно и шумно скользили машины. Только когда из одного района Лос-Анджелеса Элли добралась до другого, она так и не поняла.

Лос-Анджелес. Элли искренне любила родной город. С удовольствием растворялась в его суете, порицала за ураганы, летящие с Тихого океана, обсуждала последние новости Голливуда с друзьями, не раз попадала в кадр их камер среди массовки… а сегодня ее не радовала даже прогулка по любимому городу.

«Поеду домой», — рассеянно подумала девушка.

Она вытащила мобильник, развернулась и застыла в полной растерянности. На нее неслась машина, потерявшая управление. Пешеходы разбегались в разные стороны. Чувство запоздалой паники ледяной волной поднялось изнутри и словно приморозило Элли к месту. С расширившимися от ужаса зелеными глазами девушка как будто со стороны наблюдала, как сокращается расстояние между ней и машиной.

За лобовым стеклом Элли разглядела водителя. В отличие от нее, он паники не испытывал. Рядом с ним сидел мужчина на вид лет тридцати. И улыбался. Поймав взгляд Элли, он оскалился и подмигнул ей. На мгновение Элли показалось, что в торжествующем оскале, которое только извращенное воображение могло принять за улыбку, блеснула пара острых клыков.

Машина врезалась в Элли, успев притормозить. Девушка отлетела дальше по тротуару, каким-то чудом не врезавшись в столб. От боли у Элли перехватило дыхание. В голове звенело. На глазах выступили запоздалые слезы. Оцепенение мертвой хваткой продолжало стискивать ее тисками.

— Кто-нибудь вызовите 911! — взвизгнула неподалеку женщина.

— Не надо, — вырвалось у Элли. — Я домой пойду…

По лицу молодого человека, склонившегося над ней, она поняла, что все плохо. А потом пришла боль. Она тяжелым молотом отдавалась в голове. В ней начало шуметь и все поплыло перед глазами. А попытка встать самостоятельно не увенчалась успехом. Мир перед глазами начал темнеть. Элли запаниковала.

— Отнесите ее в то кафе, — услышала она спокойный голос словно сквозь ватное облако. — Потом о ней позаботятся.

Это было последнее, что услышала Элли перед тем, как ее сознание окончательно погасло.

Глава 1: Рейчел

Джеральд Крейн сидел в кресле напротив электрокамина и лениво перелистывал страницы книги. Интереса она у него не вызывала, но это было намного лучше, чем разгребаться в письмах и счетах своей туристической фирмы «Роза ветров». Уже пять лет как он занимал должность директора, но до сих пор уверенно в сфере бизнеса себя не чувствовал.

Трехэтажный дом сотрясся от раската грома, а дождь захлестал по окнам с такой силой, словно собирался разбить стекло. Сверкнуло несколько молний. Их вспышки были настолько яркими, что даже плотные шторы пропустили их свет. Только электрокамин равномерно потрескивал, создавая уют и тепло в пронзительной тишине дома. Было просто поразительно, как быстро грозовые тучи превратили ясный день в сумеречную мглу.

Джеральд оторвался от книги и осмотрел гостиную. Она была обставлена на манер конца двадцатого века и больше напоминала салон, только многие старинные вещи были заменены современными. Внезапно Джеральда накрыло чувство ностальгии по минувшему столетию. 

Вампир снова попытался сосредоточиться на строчках книги. Новый раскат грома сотряс дом и заставил Джеральда вздрогнуть. Смысл слов в четвертый раз прочитанного абзаца снова от него ускользнул.

Со вздохом вампир закрыл книгу и поднялся на ноги. Может, фехтование поможет ему избавиться от приступа накатившей меланхолии?

Джеральд уже собрался спуститься в подвал дома, где у него располагался тренировочный зал, но остановился, услышав скрип затормозившей машины. Он нахмурился. Гостей Джеральд сегодня не ждал. Эрик, его брат-близнец, обязательно бы поставил его в известность перед визитом телефонным звонком или сообщением. Джеральд настороженно прислушивался. Нет, машина определенно остановилась напротив его дома — звук хлопнувшей двери говорил об этом слишком явно. Через несколько мгновений раздался звонок.

На всякий случай взяв трость, Джеральд подошел к двери и открыл ее. Под навесом стояли двое. Девушку он видел впервые, а вот мужчину узнал сразу — это был один из помощников Старейшины Лос-Анджелеса. Джеральд насторожился. К нему редко приходили вампиры, да еще и не последние помощники высшего руководства.

— Чем обязан, Томас? — вместо приветствия спросил Джеральд.

— Вот этим, — указал Томас на девушку рядом. Как показалось Джеральду, взгляд собеседника на мгновение стал опасливым. — Она теперь твоя забота, Крейн, — не слишком дружелюбно сказал вампир.

— В каком смысле — моя? — опешил Джеральд.

Томас ухмыльнулся и протянул ему письмо. Затем сделал девушке приглашающий жест в дом. Она взглянула сначала на Томаса, а затем на Джеральда. У второго вампира невольно возникло чувство, будто его пронзают рентгеновскими лучами. Затуманенный взгляд девушки почти ничего не выражал. О чем она думала оставалось для Джеральда загадкой.

Он медленно и неохотно посторонился, пропуская девушку внутрь, которая на краткий миг остановилась напротив него, изучая. И снова Джеральду стало не по себе.

— Все найдешь в письме, — произнес Томас. — Желаю приятно провести время.

С этими словами помощник Старейшины развернулся и быстро спустился к машине. Джеральд проследил за тем, как он уезжает. Повисла странная тишина, нарушаемая шумом дождя и далекими звуками городской жизни. Небо пронзили новые вспышки молний, а спустя пару секунд дом вновь сотряс раскат грома.

Джеральд медленно закрыл дверь. Шум дождя сразу же стал каким-то далеким. Электрокамин по-прежнему мерно потрескивал, только теперь его треск казался зловещим.

Вампир оценивающе взглянул на девушку. Они оба рассматривали друг друга уже пару минут. Он — пристально, она — с любопытством. И никто из них не проронил ни слова.

Перед Джеральдом стояла самая обычная девушка американской внешности. Она была невысокого роста, с бледной кожей и круглым лицом. Впрочем, этот недостаток скрадывали распущенные рыжие пышные чуть вьющиеся волосы, которые обрамляли лицо и падали на плечи. О ее фигуре что-либо сложно было сказать, ибо девушка была в белом свитере, намного большим ей по размеру. Джинсы плотно облегали стройные прямые ноги. Но больше всего внимания привлекали ее глаза. Темно-зеленые, они казались затуманенными, а взгляд несколько рассеянным. На губах играла полуулыбка, словно девушка что-то задумала. Джеральд заметил на ее руках несколько шрамов и, наконец, несколько грубовато спросил:

— Как тебя зовут?

— Рейчел.

— Джеральд Крейн.

На этом их разговор закончился. Однако в воздухе по-прежнему витало напряжение. Джеральду совсем не нравилось то внимание, с которым изучала его Рейчел. К чему она присматривается?..

Она же видела перед собой семнадцатилетнего юношу с серебристыми волосами. Голубые глаза смотрели на нее холодно и настороженно. Он был поджарым, высоким, хорошо сложенным. Лицо имело острые черты. Высокие скулы и прямой нос придавали Джеральду аристократичности, как и трость в руках, сделанная на заказ. В белой рубашке и черных брюках он выглядел несколько небрежным, отчего выглядел даже немного проще оставившего их Томаса.

Пока Рейчел его рассматривала, Джеральд вскрыл письмо и быстрым взглядом пробежался по строчкам. Затем второй раз, уже более медленно, дабы осознать весь смысл и внезапно свалившейся на него ответственности.

«Уважаемый мистер Крейн!

Как вам известно, каждый вампир в нашем обществе работает на его благо. Так как за Вами не было ничего подобного замечено, считайте это возможностью показать себя.

Элли Джонс — новая душа. Как пробудился ее ген вампира — неизвестно. Все, что могу сказать — она относится к роду Каэлиш. С этого дня Вы становитесь ее Наставником. Как только девушка будет готова, представьте ее ко двору. Если захотите, можете представить ее другим Каэлишам, но должен предупредить: в их клане сейчас царит смута, главу они так и не назначили.

С уважением, Эдмунд Мюррей,

Старейшина города Лос-Анджелес».

Джеральд мрачно повертел письмо в руках. Старейшине в подобных просьбах отказывать не принято. И все равно он не мог понять, почему в качестве Наставника выбрали его? Тем более для Каэлиш? Как будто кто-то из клана не мог позаботиться о пробужденной девчонке!

Каэлиш. Об этом клане вампиров ходили настоящие легенды, одна хуже другой. Некоторые были уверены, что они слишком остро чувствовали мир, поэтому их разум не выдерживал, и они сходили с ума, другие считали их просто безумцами и старались держаться подальше. Их слова попадали точно в цель, но в пучине обрушившегося на них безумия редко могли найти истину. Ходили даже легенды, что среди их клана существовали оракулы, способные предсказывать прошлое и будущее, а другие могли видеть призраков и даже спускаться в Лимб.

Джеральд никогда не сталкивался с вампирами из этого клана, а теперь даже не знал, каким слухам верить и чего опасаться. Вампиры Каэлиш отличались непредсказуемостью и безумием. Даже если кто-то из них казался нормальным, при более подробном рассмотрении становилось понятно, что это не так.

— Так как, говоришь, тебя зовут? — нарушил тишину Джеральд, скользнув взглядом в письме по указанному имени.

— Рейчел, — ответила уверенно девушка.

— Не Элли Джонс? — уточнил Джеральд, взглянув на нее.

— Первый раз слышу это имя, — задумчиво отозвалась Рейчел.

Джеральд озадаченно взглянул на письмо. Старейшина не мог ошибиться с именем персоны, которую отправил к нему. Однако отчего-то девушка была уверена, что ее зовут Рейчел. Джеральд тяжело вздохнул. А чего он ожидал от Каэлиш?

Немного подумав, Джеральд решил не убеждать сумасшедшего в том, что он сумасшедший, а подыграть ему.

— А фамилия? — терпеливо спросил Джеральд.

— У меня ее не было.

Джеральд открыл рот и сразу же его закрыл. Кажется, ему достался очень тяжелый случай. Или же девчонку так здорово приложили, что она лишилась памяти.

— А семья у тебя есть? — без особой надежды спросил Джеральд.

Рейчел покачала головой.

— Ты вообще ничего не помнишь?

Реакция Рейчел на все происходящее тоже ставила Джеральда в тупик. Обычно пробужденные закатывали истерику, требовали объяснений, пытались понять, что с ними произошло, а эта… спокойная, как удав.

Рейчел неопределенно повела плечами. Джеральд потер подбородок. Теперь в нем проснулось любопытство.

— Хорошо, а что ты помнишь?

— Туман, — рассеянно ответила Рейчел. — И яркий свет. Потом я проснулась. Как будто вынырнула из воды после длительного плавания. Я проснулась в какой-то комнате. Рядом была чашка с кровью. Я ее выпила и сразу почувствовала себя лучше. А потом приехал он, — кивнула Рейчел на дверь.

— То есть, ты проснулась не дома? — уточнил Джеральд, вычленив самое важное из слов Рейчел.

— Мой дом здесь, — ответила она.

Джеральд искоса взглянул на Рейчел. Считает себя уже здесь хозяйкой? Или знает, что он будет ее Наставником? Или… Джеральд даже не знал, что и думать. Вся ситуация казалась ему едва ли не сюрреалистичной.

— Да. Твой дом здесь, — медленно согласился Джеральд. — Пока что. И с этого момента я твой Наставник.

— А чему ты меня будешь учить? — с интересом спросила Рейчел.

— Правилам выживания в вампирском обществе, — мрачно ответил Джеральд. — И обращению с ментальными умениями. Как и у любого вампира, они у тебя в крови.

Джеральд продолжал придирчиво осматривать Рейчел. Он отметил, что девушка по-своему даже симпатичная. Можно было попытаться воздействовать на нее ментальными техниками, чтобы хотя бы что-то вытащить из ее головы, а заодно проверить, не подослал ли кто ее, но Джеральд сразу эту мысль отмел. Схлопотать случайный ментальный удар в ответ, а потом сходить с ума он не слишком горел желанием.

— Располагайся, — буркнул Джеральд. — Свободных комнат у меня много, все на втором этаже. Можешь занять любую.

Джеральд сделал жест следовать за ним. Они поднялись по лестнице на второй этаж.

— Вот эта, — уверенно указала Рейчел на дверь комнаты, которая точно располагалась напротив апартаментов Джеральда. Он хмыкнул и распахнул перед девушкой дверь. Простое совпадение или интуиция помогла ей сделать такой выбор?

— Здесь немного не прибрано. Я не ожидал гостей, — произнес Джеральд. — Людей я уже отпустил, так что уборки придется ждать до завтра.

Его ледяной тон нисколько не смущал девушку.

— Ничего страшного, — ответила она. — Я подожду и до завтра. Кровать есть и на том спасибо.

Рейчел вошла внутрь и коснулась стены. Внезапно она остановилась и застыла. Каэлиш перевела взгляд на другую стену. Потом резко подняла голову к потолку и с криком отпрыгнула назад, врезавшись в Джеральда. С тихим ругательством он удержал Рейчел от падения.

Наставник и ученица пересеклись взглядами. Последняя пребывала где-то далеко и, казалось, не понимала, где она находится и что видит. Наконец ее взгляд стал осмысленным.

— Здесь все было в огне, — тихо сказала Рейчел, словно пытаясь оправдаться под прожигающим взглядом Наставника. — Стены, пол… потом затрещал потолок и рухнул на меня. Все казалось таким… реальным…

Джеральд едва сдержался, чтобы не закатить глаза.

— Это всего лишь видение, — раздраженно сказал он. — Не обращай на них внимания. С вами такое иногда бывает.

«Отлично, мне досталась Каэлиш-шизофреник, которая ничего о себе не помнит», —подумал Джеральд. Хорошей новостью для него было то, что не все шизофреники буйные.

— Надо записать, — задумчиво сказала Рейчел. — Мне кажется, это может быть важно.

Джеральд запоздало сообразил, что у девушки с собой не было ни единой вещи. Да и вся ситуация с ее пробуждением была крайне странной. Кто она? Откуда взялась? Если очнулась не у себя дома, то кто ее оттуда забрал и перевез в безопасное для ее родни место? Пробужденные всегда просыпались жутко голодные и набрасывались на всякого, кто был поблизости. Увы, чаще всего этому подвергались те, кого они больше всего любили.

— Поехали, — сказал Джеральд, решив разобраться с этими вопросами уже завтра. От их обилия у него уже кружилась голова и начиналась мигрень. — Прикупим тебе необходимых вещей. Со своими сородичами потом познакомишься.

«Как глава клана появится», — уточнил про себя Джеральд.

Он покинул ее комнату и отправился приводить себя в порядок. Вампир заправил рубашку, накинул сверху пиджак, уложил чуть растрепанные пепельные волосы, подхватил трость и вышел из комнаты, прихватив с собой кожаный бумажник.

Рейчел ждала его внизу. Джеральд указал на дверь тростью. Девушка с интересом на нее взглянула. Джеральд сумрачно подумал о том, что нисколько бы не удивился, если бы Рейчел задала вопрос в духе: «Зачем тебе оружие?», ибо в его трости был спрятан самый настоящий клинок. Этой трости было практически столько же лет, сколько самому Джеральду. Он с ней никогда не расставался.

Дождь еще не успокоился, но гроза начала стихать. Джеральд быстрым шагом проследовал на парковку и снял машину с сигнализации. Он распахнул дверь на задние сиденья и бросил:

— Пристегнуться не забудь.

— Куда мы едем? — спросила его Рейчел, с интересом осматривая машину. Забираться внутрь она не спешила. Более того, девушка обошла ее несколько раз и даже заглянула под капот. Джеральд так растерялся от ее поведения, что ответил не сразу.

— В центр города. Бутики работают долго, так что успеешь обойти их все.

В конце концов после еще одного круга почета Рейчел он не выдержал и ехидно поинтересовался:

— Ты что, машин раньше никогда не видела?

— Видела. Но не такие, — рассеянно отозвалась Рейчел. — Они были… другие. Как кареты. И двигались намного медленнее.

Джеральд озадаченно моргнул. Он и сам прекрасно помнил такие автомобили. Начало прошлого столетия, если не более ранние времена. С таких и начался его путь водителя. На мгновение у него промелькнула мысль: а точно ли эта девушка пробужденная?

— Садись уже в машину, — более миролюбиво сказал он. Рейчел его послушала и пристегнулась под строгими инструкциями Наставника.

Джеральд повернул ключ зажигания и собирался выезжать, как на телефон раздался звонок. Помянув звонившего не самым хорошим словом, Джеральд взял телефон. И почти сразу сменил гнев на милость — звонил глава клана Дэвейн.

Он Джеральду нравился. Искушен в дипломатии, осторожен в политике, Реджинальд Дезолье завоевал доверие Старейшины тем, что однажды сумел остановить столкновение двух движений, не пролив ни единой капли крови. Глава клана Дэвейн мог показаться напервый взгляд мягким. На этом его не раз пытались подловить, но неожиданно сталкивались с удивительной осведомленностью и жесткостью. Выставленные Реджинальдом ультиматумы заставляли замолчать даже самые злые языки.

Пересекся с ним Джеральд случайно. Эрик был тогда в спячке, и обратиться за помощью ему было не к кому. Один вампир слишком близко подобрался к опасной правде, которую он всеми правдами и неправдами скрывал, и Джеральд поставил себе задачу всеми силами его устранить. Только подобраться к противнику оказалось не так-то просто. Пришлось искать могущественного покровителя. Его нашел Джеральд в лице главы клана Дэвейн. Наставник Рейчел прекрасно отдавал себе отчет, что влезает в долговую кабалу, но выбора у него не было. Джеральд думал, что им теперь долго будут пользоваться, но Реджинальд оказался не настолько корыстен. За одну небольшую услугу он простил Джеральду долг, и с тех пор взаимовыручка этих двух вампиров стала почти бескорыстной.

— Слушаю, — ответил Джеральд.

— Доброго вечера. Я хотел узнать по поводу нашей сделки. Все ли в силе? — раздался в трубке мягкий голос.

— Да, — спохватившись, ответил Джеральд. — Все документы готовы, сегодня Рик должен был собрать последние подписи. Если все в порядке, я привезу. Если нет — позвоню.

— Хорошо. Найти меня можешь в резиденции, — ответил Реджинальд и отключился.

Джеральд бросил мобильник на приборную панель и стиснул руль. Ехать к другим вампирам с ученицей ему не хотелось. Только что пробужденной рано было показывать террариум под названием вампирское общество. Но в то же время Джеральду поскорее хотелось покончить со своими делами, чтобы уделить всецело внимание ученице. Чертыхнувшись, Джеральд все-таки решил сначала позвонить Рику, а потом уже решить, куда ехать. Все документы оказались в порядке. Настаивать на визите верного помощника к Дэвейнам Джеральд не стал — Рик предпочитал держаться от вампиров подальше. Они договорились встретиться около резиденции Дэвейнов. А что до Рейчел…

«Посидит в машине», — решил Джеральд.

Каэлиш молчала, хотя и стала случайным свидетелем разговора, не предназначенным для ее ушей.

— В бутик отвезу тебя чуть позже, — сказал Джеральд. — Сначала мне нужно съездить в резиденцию Дэвейн. Ты останешься в машине.

Рейчел издала неопределенное: «Хм-м» и откинулась на спинку сиденья, отвернувшись к окну. В лице девушки ничего не изменилось, но Джеральду показалось, что она обиделась.

Он тронул машину с места и выехал на трассу. Дождь барабанил по крыше и бросал брызги на окна. Джеральд молчал. Рейчел тоже. В конце концов тишина, нарушаемая только шумом дождя и ревом мотора, стала невыносимой, и Джеральд заговорил:

— Запомни несколько простых правил, они тебе помогут выжить. Первое: в нашем мире никому нельзя доверять. Второе: когда просишь у кого-то помощи, будь готова, что о ней попросят в ответ. Третье: не демонстрируй свою силу на людях, а то по твою душу могут прийти охотники. Четвертое, которое можно отнести к третьему: не питайся при свидетелях. Пятое: не подставляй меня. Я твой Наставник, а, значит, несу за тебя ответственность. Каждый твой поступок в большей или меньшей степени отразится на мне. Все ясно?

Рейчел медленно кивнула.

— Звучит несложно, — произнесла она, наблюдая, как мимо проносятся пальмы и неоновые вывески под пеленой дождя. — Это все? Или я еще что-то должна знать?

«Много чего, — мрачно подумал Джеральд. — О кланах, о движениях, о наших легендах».

Но вместо этого ответил:

— Во владениях другого вампира не принято пользоваться ментальными техниками. Это не твои владения, за ущерб потом могут весьма жестко спросить.

— А если на меня нападут, пока я буду в «гостях»? — с любопытством спросила Рейчел.

Джеральд чуть нахмурился.

— Эта ситуация относится к ряду непредвиденных. Твоя жизнь важнее порядка в чужом доме, — осторожно ответил он.

— А вампиры… а если кто-нибудь из них вздумает меня убить? — спросила Рейчел

Джеральд быстро на нее взглянул.

— Нет. У нас не принято убивать друг друга, — ответил Джеральд.

«По крайней мере, открыто», — добавил мысленно он, но решил, что об этом знать Рейчел пока рано.

Часто случалось так, что в их мире один вампир подставлял другого. Ложные сведения, фальшивые доказательства, сплетни и слухи, виртуозная постановка — это были самые примитивные и наиболее известные инструменты, чтобы создать множество проблем ненавистному вампиру. А уж что происходило, когда сталкивались два движения… город просто заливало кровью. И не только человеческой.

— Во главе города стоит Старейшина, — сменил тему Джеральд — очень уж не нравились ему вопросы Рейчел. — Его выбирают Судьи. Они стоят выше в иерархии власти и внимательно следят за ними. Но не вся власть сосредоточена в руках Старейшины. Без поддержки глав кланов он никто. Если они настроены враждебно, то у власти Старейшина надолго не задержится. Также ему подчиняются Конспираторы. Они следят за тем, чтобы истина о нас не просочилась в народ и ликвидируют последствия после… после некоторых инцидентов. Ты не представляешь, сколько вокруг молодежи, которая не прочь себе позволить лишнего, — хмыкнул Джеральд.

Он перевел дух и продолжил:

— Последним столпом власти Старейшины являются Вериты. Это исполнительная власть. Они следят за порядком в обществе и призывают к ответу за содеянное. Короче, вампирская полиция. Только, в отличие от людей, у нас не сажают в тюрьму. В лучшем случае провинившегося изгоняют из города. В худшем — лишают головы. Думаю, тебе хватит и этого для начала.

Джеральд въехал на парковку и остановил машину. Он заглушил мотор и отстегнул ремень безопасности, бросив через плечо:

— Я скоро вернусь.

Джеральд вышел из машины и направился к резиденции Дэвейн, оставив ученицу одну.

***

За полчаса езды дождь стих окончательно. Теперь о нем напоминали только лужи и мокрый асфальт.

Рейчел смотрела вслед удаляющемуся Джеральду. Она не могла понять, с чего он ее невзлюбил. Она ему ничего не сделала… а то, что вопросы задает, так разве не этим должны заниматься ученики или воспитанники?

Девушка нахмурилась и отстегнула ремень безопасности. Может, она и новое лицо в вампирском обществе, но это не значит, что ей можно распоряжаться, словно безвольной куклой.

Рейчел вышла из машины и осмотрелась. К открытому дому в два этажа вела небольшая лестница с пролетом, в центре которого стояла статуя девушки с распростертыми руками. Ее одежды едва прикрывали тело. Каждая складка была вырезана каменотесом столь искусно, что могло показаться, что девушка и правда живая. Даже волосы ее как будто развевались на легком ветру.

Каэлиш поднялась к статуе и дважды обошла ее. Что-то неуловимо знакомое показалось Рейчел в статуе. Она коснулась холодного камня и провела по складкам подола платья.

— Откуда же я тебя знаю? — тихо спросила она. Девушка из камня казалась ей знакомой. Может, репродукция какого-нибудь оригинала, который когда-то давно она видела своими глазами?..

Рейчел отступила на пару шагов назад и оглянулась на дом, который манил к себе ярким светом и оживленными голосами.

«Кто я такая?» — задала себе запоздалый вопрос Рейчел. Она нахмурилась и попыталась хоть что-то о себе вспомнить. Увы, воспоминания были лишь о сегодняшнем недолгом ненастном дне. Все остальное было скрыто за плотной стеной белого тумана. Вступать в его объятия Рейчел не спешила. Не зря же она оттуда выбралась. Кто знает, что случится, если она нырнет обратно?

Девушка поднялась к ярко освещенному особняку. Казавшийся полностью открытым первый этаж при более детальном рассмотрении оказался застеклен. Из панорамных окон золотыми дорожками струился свет. Четыре колонны при парадном входе поддерживали широкий балкон второго этажа, и каждая представляла собой ангелов небесных. Живости этому каменному царству скульптур придавали высаженные деревья и аккуратно подстриженная изгородь по периметру небольшого двора со скамейками.

На балконе находились несколько человек (или вампиров, что более вероятно) и о чем-то активно спорили. Увидев Рейчел, они замолчали и с интересом взглянули на нее. Вышколенные слуги открыли перед девушкой дверь, пропуская внутрь без лишних вопросов. Рейчел удивленно моргнула. Либо слуги признали в ней вампира, либо хозяин дома был очень гостеприимным сородичем.

Рейчел прошла внутрь и с интересом осмотрелась. Холл напоминал нечто среднее между музеем искусств, таверной в духе девятнадцатого века и приемной.

При входе находилась стойка администратора. За ним в левом крыле располагался зал с несколькими столиками. Убранство в светло-голубых тонах поражало старинной роскошью. Вдоль стен тянулись диваны, а между ними стояли столики. Зал заливал мягкий теплый свет. Светильники были выполнены в виде канделябров, только вместо свечей в них были вытянутые узкие лампочки.

С правой стороны располагался «музей». На стенах висели пистолеты старого образца, затупленные дуэльные рапиры и шпаги; тянулись репродукции картин с указанием, где можно взглянуть на оригинал. Помимо этой информации указывались и интересные факты из жизни художника.

Под витринами лежали исписанные листы и только по табличкам становилось понятно, что это оригиналы произведений, ныне признанной мировой литературой. Многие из имен Рейчел были незнакомы.

Среди всех витрин одна выделялась особенно. Текст был написан на французском языке. Табличка утверждала, что это оригинал из текста произведения Гюстава Флобера «Госпожа Бовари».

Рейчел начала вчитываться в строки, склонившись над витриной. Она и сама бы не смогла объяснить, как сумела разобраться в хитросплетениях письменного старого французского, да еще и с правками. Девушка так увлеклась, что не заметила, как начала читать вслух. Окружающий мир перестал для нее существовать. С замирающим сердцем она уловила знакомый флер. Рейчел ощутила холодный ветер, дующий с Сены, увидела кофейню с кондитерской, выходящие на ее берег, а, подняв взгляд, перенеслась в другую часть города. Реку пересекало несколько мостов. По узкой дороге, стиснутой двухэтажными домами, чинно ехал мужчина в военной форме верхом на лошади.

Рейчел ухватилась за текст, как за спасательный круг. Воображение настолько живо рисовало картинку, что, казалось, будто она сама бывала в этих местах. С волнением Рейчел цеплялась за это чувство, пытаясь его уловить, удержать… еще чуть-чуть и, может, она сумеет что-нибудь о себе вспомнить?..

— Не знал, что ты умеешь читать по-французски, — раздался у нее над ухом ледяной голос Наставника.

Рейчел резко отпрянула от витрины и сделала пару шагов назад. И тут же в кого-то врезалась. Она резко обернулась. Незнакомец успел перехватить ее руку и теперь мягко держал за предплечье.

— Осторожней надо быть, — со смешком произнес вампир мягким и мелодичным голосом.

Рейчел снова прошило тем же чувством, что и при чтении текста. Голос показался ей знакомым. Но где она могла его слышать? Когда?

Каэлиш медленно подняла взгляд и застыла. Нет, ее не поразила красота незнакомца. Ее снова унесло странное эхо прошлого.

Вампир не сводил с нее заинтересованного взгляда. Ему на вид можно было дать не больше тридцати лет. Тонкие аристократичные черты лица, острый подбородок, широкие скулы. На лице ни следа щетины. Светлые распущенные волосы рассыпались множеством пружинок по его плечам. Голубые глаза с любопытством смотрели на Рейчел. Она невольно отметила, что на его фоне Джеральд выглядит совсем мальчишкой — незнакомый вампир выглядел намного солиднее. Широкие плечи, выверенная осанка и утонченные пальцы… даже держался он по-другому. Более изящно, чем Джеральд. И даже с невысоким ростом этот вампир умудрялся выглядеть величественно.

— Вы кто? — вырвалось у Рейчел.

Вампир не сдержал короткого смешка.

— Я Реджинальд Дезолье. Глава клана Дэвейн, — представился он, чуть поклонившись. Рейчел так и не поняла, в какой момент он перехватил ее за ладонь. И теперь оставил короткий поцелуй на тыльной стороне и отступил в сторону, оставив девушку. С веселыми искорками в глазах он взглянул на Джеральда.

— Это твоя воспитанница? — неожиданно спросил Реджинальд. Джеральд удивленно моргнул.

— Новости распространяются быстро, — невозмутимо сказал глава клана Дэвейн.

— Да, она моя… я ее Наставник, — медленно ответил Джеральд и сердито взглянул на Рейчел. — И я кому-то велел ждать меня в машине.

Рейчел поджала губы.

— Я ученица, а не рабыня. Попрошу не путать эти два определения, — с достоинством ответила она.

Реджинальд перевел заинтересованный взгляд с Джеральда на Рейчел. 

— Не знала, что ты на короткой ноге с главой клана Дэвейн, — медленно произнесла она.

— Да, и наш визит сюда закончен, — сухо сказал Джеральд.

— Джеральд, — кашлянул Реджинальд, — позволь дать совет: скрывая пробужденную от других вампиров, ты ей не поможешь, а только погубишь. Лучше пусть познает трудности жизни в нашем обществе уже сейчас.

— Спасибо, мы как-нибудь сами разберемся, — вежливо и сухо ответил Джеральд.

— А ты так и не представилась, — проигнорировав его, обратился Реджинальд к девушке.

— Рейчел.

Дэвейн вздрогнул.

— А чьей крови? — быстро спросил он.

— Каэлиш.

У Реджинальда от удивления шире распахнулись глаза. Даже выражение лица поменялось. Но он быстро справился с эмоциями и усмехнулся. Взгляд снова стал изучающим. Рейчел чуть склонила голову на бок. Она, как и Джеральд, совсем не понимала, чем так сумела зацепить главу клана Дэвейн.

— Забавно, — наконец, медленно протянул он. — Знал я одну вампиршу с таким же именем и из того же рода…

Джеральд недоверчиво взглянул на Реджинальда. Рейчел ожидала продолжения.

— Мне всегда были интересны Каэлиши, — ответил глава клана Дэвейн с улыбкой. — Заходите как-нибудь. Уверен, нам будет, о чем поговорить, — многозначительно произнес он и, развернувшись, направился вверх по лестнице. Рейчел проводила его задумчивым взглядом.

— Пойдем, — холодно произнес Джеральд. Рейчел отвернулась от него и быстрым шагом направилась к стеклянным дверям.

Через пару минут они уже были в машине и покидали парковку.

— Хотела бы я знать, какой прок главе клана Дэвейн от пробужденной? — с легкой иронией спросила Рейчел. — Я же не единственная Каэлиш на весь город…

Джеральд неопределенно хмыкнул.

— Может, он знал какую-то Рейчел из вашего рода, вот поэтому так и отреагировал. Я мало что знаю о главе клана Дэвейн. У нас не принято рассказывать о себе всю подноготную. И узнавать о других — тоже. Если, конечно, не хочешь хорошенько испортить ему жизнь, — иронично заметил Джеральд. — Куда чаще я с Реджинальдом общаюсь по делам.

— А я чем тебе не угодила? — прямо спросила Рейчел.

Вопрос застал Джеральда врасплох.

— Я… кхм, я просто привык жить один, — быстро ответил Джеральд. — Так что дело не в тебе. Я попытаюсь научить тебя всему, что знаю. Только практика часто расходится с теорией, так что многое придется познавать самой методом проб и ошибок. И вообще, Старейшине в просьбах отказывать не принято, — буркнул Джеральд, сворачивая с оживленной трассы. Всем своим видом он дал понять, что разговор окончен. Рейчел отвернулась к окну.

«Это сотрудничество будет трудным», — рассеянно подумала она.

На улице начало темнеть. За окном проносились другие машины, пальмы, неоновые вывески; высотки сверкали мягким светом ламп изнутри…

Рейчел не сразу заметила, что Джеральд начал притормаживать около одной из таких, освещенной неоновым пестрым светом. Девушка оторвалась от безучастного созерцания пейзажей и вопросительно взглянула на Джеральда.

— Я же обещал тебя завести в магазин. Вот, пожалуйста, — кивнул он на торговый центр. — Я подожду тебя здесь.

Джеральд вручил Рейчел кредитную карту и назвал пин-код, заставив ученицу повторить его несколько раз, пока она не запомнила.

 — Здесь хватит средств на все твои покупки, но все равно не слишком увлекайся. И обязательно обзаведись телефоном, — указал Джеральд на свой мобильник. — Я предпочитаю не выходить из дома даже во время работы, но тебе вряд ли понравится безвылазно сидеть в четырех стенах. А так мы сможем быть на связи всегда и везде.

Рейчел кивнула и вышла из машины. Джеральд прикинул время до закрытия бутиков и заглушил мотор, откинувшись на спинку сиденья. День выдался слишком богат на события. Джеральд прикрыл глаза и погрузился в дрему, не думая ни о чем.

***

Разбудил Джеральда стук в стекло. Он вздрогнул и резко сел, настороженно осматриваясь по сторонам. Увидев Рейчел с другой стороны машины, Джеральд сразу же все вспомнил и взглянул на часы. Поход по бутикам занял у девушки всего полтора часа. Немного, учитывая, что закупать все вещи ей нужно было с нуля.

— Мне нужен багажник, — сказала Рейчел.

Джеральд вышел из машины и удивленно взглянул на два чемодана, которые стояли около машины. Это она столько всего накупила за это время?! Наставник перевел недоверчивый взгляд на воспитанницу.

— В пакетах было неудобно нести, — смущенно пояснила Рейчел. — А чемоданы не слишком мешаются.

Вскоре вещи были убраны, а Рейчел заняла привычное место на задних сиденьях. Она снова выглядела безмятежной и спокойной, словно пребывающей где-то не здесь. Только сейчас Джеральд вдруг понял, что практически не видел, чтобы его ученица по-настоящему раздражалась, злилась или слишком сильно обижалась на него.

— Ты эмоции вообще испытываешь? — ради интереса спросил Джеральд. Рейчел обернулась к Наставнику.

— Просто… бы на твоем месте уже десять раз на меня разозлился или обиделся, — кашлянул он.

Рейчел подняла взгляд и задумалась.

— Я злилась на тебя, — медленно сказала она. — Но недолго. И обижалась. Не знаю. Я вроде чувствую, а вроде и нет. Все приходит легкими эмоциями, оставляет послевкусие, а затем тает. Я снова возвращаюсь в состояние спокойствия. Мне оно нравится. Помогает реально смотреть на вещи. Возможно, это и неплохо. Хотела бы я знать о себе немного больше, — с легкой грустью произнесла Каэлиш.

— Ты читала по-французски, — заметил Джеральд. — Можно за это зацепиться. Может, изучала язык в школе, колледже или на курсах, — предположил он.

Рейчел, помедлив, кивнула.

— Если хочешь, я чуть позже тебе куплю самоучитель по французскому или курсы, — предложил Джеральд.

Он свернул на дорогу, ведущую к дому, и, спохватившись, затормозил.

— Ты не голодная? — быстро спросил он.

Рейчел качнула головой. Джеральд испытал облегчение — после длительной поездки отправляться куда-то еще ему не очень хотелось. Но все равно научить охотиться пробужденную было жизненно необходимо. В первую очередь ради нее самой. Конечно, консервированная кровь из донорских пунктов у него тоже имелось, но в последнее время добыть ее из-за постоянных слежек Департамента было все сложнее и сложнее.

Вскоре вампиры подъехали к дому. Джеральд помог вытащить девушке два чемодана из багажника и молча довез их до порога. Рейчел он передал ключи от дома.

— Завтра сделаю тебе дубликат. Не уходи из гостиной. Я не успел показать тебе дом.

Планировка оказалась простой: на втором этаже располагались жилые комнаты и смежные с ними ванные с уборными. На первом находились гостиная, кухня и подсобка. Третий этаж занимала оружейная. Рейчел хотела ее посмотреть, но Джеральд наотрез отказался. Каэлиш не обиделась. В конце концов у каждый имел право на свои причуды.

— Если будет желание научиться рукопашному бою или фехтованию — добро пожаловать, — произнес Джеральд, спускаясь в тренировочный зал, который тянулся практически под всем домом.

Закончив экскурсию по жилым помещениям, Джеральд повел Рейчел во внутренний двор, большую часть которого занимали пристройки, сообщающиеся с домом. Несмотря на небольшой размер, там были обеспечены все минимальные удобства для жизни. Сейчас они пустовали.

— А люди не знают, на кого работают? — спросила Рейчел.

— Нет. В моем окружении всего пара знающих человек, и они привязаны ко мне особой связью. Она не позволяет людям навредить вампирам, а у некоторых пробуждает даже ментальные способности.

— Интересно… — с любопытством протянула Рейчел.

— И так просто доверенным человеком не обзаведешься. Для начала как минимум нужно разрешение от Старейшины. Вампиры очень ревностно охраняют свои тайны, иначе бы не дожили до реалий двадцать первого века, — хмыкнул Джеральд.

— А расскажи еще что-нибудь о вампирах, — попросила его Рейчел, заинтригованная новыми сведениями.

Они обошли весь дом с прилегающей территорией и теперь медленно возвращались в салон-гостиную.

— Смотря что ты хочешь знать, — пожал плечами Джеральд. — Я далеко не эксперт по вампирам, — с легкой иронией произнес он.

Рейчел задумалась.

— Расскажи мне о пробужденных. И как вообще становятся вампирами. Я единственная беспамятная или были еще случаи. И…

Джеральд жестом остановил ученицу.

— Давай по порядку. Пробужденные — это новорожденные вампиры. Кто-то вроде тебя. Иногда можешь услышать еще: «молодая кровь» или «молодой вампир».  Хотя последнее применяется ко всем, кто еще не пережил спячку. Но об этом я потом расскажу.

Джеральд перевел дух и продолжил:

— Не каждый человек может стать вампиром. Только те из них, кто носит в себе ген вампира. Но и этого мало. Еще нужно правильно его пробудить, иначе вместо кого-то вроде тебя или меня получится безмозглая тварь, которая будет убивать все, что движется.

Джеральда передернуло. Таких тварей он лично видел.

— Изменения провоцирует обычно какая-нибудь физическая травма. Кому-то достаточно будет сломать руку или ногу, а у кого-то кровь пробудится от небольшой ранки столовым ножом. Но память не отшибало никому. Может, тебя головой кто сильно приложил? — усмехнулся Джеральд.

Рейчел неопределенно повела плечами и остановилась перед самым входом в дом с внутреннего двора. Не получив ответа, Джеральд продолжил:

— Обращение, я имею в виду нормальное, протекает как болезнь. Колотит в лихорадке, нет аппетита, сильная слабость… а потом резко все заканчивается. — Джеральд искоса взглянул на Рейчел. Казалось, она его не слушала, снова пребывая где-то не здесь. И вопрос задала невпопад:

— Ты что-то говорил о спячке… это… длительный сон в пещере?

Джеральд озадаченно взглянул на ученицу. Казалось, зеленые глаза совсем лишились цвета — настолько их подернула дымка.

— Э-э… да, — медленно ответил Джеральд. — Пещера может стать безопасным местом. Или любое другое. Обычно для длительного сна на двадцать-тридцать лет выбирают фамильные склепы или места с дурной славой. В общем, что-то такое, куда точно никто из горячо любимых родственничков соваться не будет. Когда я спал, за мной присматривал еще и Эрик. Это мой брат-близнец.

Джеральд ненадолго замолчал.

— А почему ты заговорила о пещере? — чуть нахмурившись, спросил он.

— Мне показалось… да нет, ерунда какая-то выходит, — рассеянно сказала Рейчел. — Я же не могла так долго спать?

Джеральд вопросительно изогнул бровь.

«Может, она и не пробужденная вовсе?» — мелькнула в голове у него мысль. Джеральд тряхнул головой, отметая ее.

— Нет, не могла, — подтвердил он, уже и сам в этом не уверенный.

— А чем отличается молодой вампир от того, который пережил спячку? — задала Рейчел следующий вопрос и вошла в дом.

— Чем больше вампир пережил спячек, тем сильнее он становится, — ответил Джеральд. Сейчас он был благодарен, что Рейчел засыпает его вопросами — не остается времени на раздумья. — Например, ты не переживешь выстрел в сердце и не сможешь регенерировать отрубленную конечность. Для вампира, который пережил спячку, эти повреждения будут не более, чем досадной помехой. Или, например, ты можешь умереть от голода, если не будешь пить кровь, а вампир после спячки превратится просто в высохший скелет и со временем восстановится. И ментальные способности у пережившего спячку выше.

Рейчел ненадолго задумалась. Пока она усваивала полученную информацию, Джеральд продолжил ликбез:

— Обычно в первую спячку вампир впадает после того, как прожил более ста или ста пятидесяти лет. Противиться ей невозможно. Слишком долгая жизнь начинает давить тяжелым грузом на психику и мозги. Если вампир еще и эмоционален, — Джеральд скосил взгляд на ученицу, — то в спячку он отправиться может и после девяноста прожитых после обращения лет.

— Стало быть, самые старые вампиры — самые сильные? — логично предположила Рейчел.

— Именно. Я уж не говорю о тех знаниях, которыми они обладают. Кто-то уверен, что они знают всю свою родословную и могут пробудить в любом дальнем родственнике ген вампира. Но все это слухи. Наверняка ничего нельзя сказать.

В гостиной ненадолго повисло молчание.

— А кровь чем-то отличается? Я — Каэлиш, Реджинальд — Дэвейн. В чем-то есть разница? Или вампир есть вампир?

— Вампиры — проклятые создания. Хотя кто-то считает это благословением, — хмыкнул Джеральд. — Кровь твоего Изначального несла безумие. Наверное, поэтому ты не испытываешь эмоций и после трансформации ничего не помнишь, иначе я не знаю, как объяснить твою потерю памяти. Я из рода Ашес. Мой Изначальный обладал скверным чувством юмора и решил, что вампир не должен покидать своего логова. Нас еще называют Домоседами. Казалось бы, в чем проблема — сиди дома и никуда не высовывайся. Но в жизни бывает всякое. Переезд ослабил меня настолько, что я месяц в себя приходил. И города не знал. И…

Джеральд вздохнул. Да, иногда он действительно становился старым брюзгой. Да и вряд ли Рейчел будет интересно слушать его историю.

— Ашес в Лос-Анджелесе всего пять и возглавляет клан мой брат. Не путай род и клан. Род — это все вампиры одной крови, а клан относится только к городу.

— А сколько всего существует родов? Я так понимаю, каждый «благословлен» по-своему? — чуть склонила голову на бок Рейчел.

— Всего существует двенадцать родов. Хотя на первый взгляд может показаться, что тринадцать из-за рода Хоргинас. Ходит легенда, что у истоков их рода был не один Изначальный, а двое, брат и сестра. Сестра очень любила солнце. Так любила, что стала получать от него нестерпимые ожоги, как и все женщины рода впоследствии. А брат ее был бесстрашным воином. И его решили испугать видом крови и развороченных тел. Но что-то пошло не так, и теперь все мужчины рода Хоргинас страдают от неуемной жажды крови. Поэтому на вампирских встречах можно встретить только женщин Хоргинас. Радушный хозяин на приемах всегда подает кровь, а у них на нее слишком агрессивная реакция.

Джеральд перевел дух и остановился посреди гостиной. Неожиданно Рейчел зевнула, невольно обнажив два верхних клыка.

«Надо будет ее научить ее наводить морок. А то одна красивая улыбка и у собеседника появится множество вопросов», — подумал Джеральд. Сколько же в их мире базовых вещей, которые он уже делает на автомате, а пробужденная о них даже не знает!

— Ты совсем спишь. Пойдем провожу до комнаты.

Рейчел не стала протестовать.

— А ты завтра еще мне что-нибудь расскажешь? Может, я что-нибудь вспомню, — задумчиво произнесла она.

— Расскажу, — кивнул Джеральд.

Рейчел такой ответ устроил. Она с улыбкой пожелала Джеральду спокойного сна и закрыла дверь. Ашес тряхнул головой и отправился к себе.

— Только ночи теперь у меня и будут спокойными, — пробормотал он, взглянув на дверь комнаты ученицы.

***

Оказавшись у себя, Рейчел включила свет и задумчиво взглянула на два чемодана, вспоминая, в какой из них она запихнула ночнушку и записную книжку с канцелярскими принадлежностями. В конце концов девушка махнула рукой и открыла тот, что был ближе. Ей повезло — там все и нашлось. Рейчел вытащила только то, что собиралась, а остальное оставила в чемоданах.

Каэлиш переоделась ко сну и взяла с прикроватной тумбочки ежедневник и ручку. Некоторое время она сидела в задумчивости. Лишь шуршание занавесок от ленивых порывов ветра в открытое окно нарушало тишину. Стояла ночь. На небе красовался полумесяц в россыпи звезд. Рейчел невольно залюбовалась открывшимся пейзажем.

Встрепенувшись, она открыла форзац ежедневника и крупными буквами вывела: «Дневник Рейчел». Затем вернулась к первой странице и принялась писать все, что явилось ей в странных видениях за этот день. Не упустила Рейчел и вещи, которые ей показались смутно знакомыми.

Закончив, она перечитала все, что написала, улыбнулась и отложила дневник в сторону. Окно Рейчел закрывать не стала. Каэлиш забралась под одеяло и прикрыла глаза. От непривычной темноты она вздрогнула и сразу же их открыла. Сердце забилось сильнее. Страх закрался всего на мгновение, но и его хватило, чтобы девушка подскочила и начала осматриваться по сторонам.

Тени сфокусировались и приобрели очертания. Рейчел с облегчением выдохнула и легла обратно. Не сразу она поняла, чего так испугалась. Темнота напоминала ей о белом тумане в глубине сознания без конца и края. Что, если она снова в нем увязнет, если закроет глаза?

Рейчел вспомнила, чем еще отличался туман от темноты. На ум сразу пришел бессвязный шепот и тихие голоса, пролетающие мимо слова и фразы… иногда мимо ее взгляда проносились движущиеся картинки. Нет, не картинки. Воспоминания.

Каэлиш снова села на кровати. Она была настолько взволнована, что это чувство пробило ее броню спокойствия. Рейчел вспомнила, что там, в тумане, у нее не было тела. Там у нее не билось сердце. Там не было жизни. Там она была мертва.

— Неудивительно, что я ничего не помню, — негромко сказала она. — Все воспоминания остались в тумане.

Рейчел закусила губу и осмотрелась. На ее губах появилась улыбка. Волнение прошло.

— Память в обмен на новую жизнь, — задумчиво протянула Рейчел, взглянув в окно.

«Интересно, хоть кто-нибудь бы отказался на моем месте? Даже если бы это была сделка с демоном?» — рассеянно подумала Рейчел.

Демон…

Нет, это был не демон, хотя в их существовании девушка была уверена. Это было что-то другое. Но что? Откуда она выбралась?..

Рейчел пару минут просидела на кровати, мучительно пытаясь найти ответ на свои вопросы. В голове было пусто.

Каэлиш зевнула. Ее снова начало клонить в сон.

«Воспоминания. Вот ответ на все вопросы. А пока остается следовать правилам установленной игры», — подумала она, устраиваясь поудобнее и закрывая глаза. И в этот раз Рейчел не испугалась. Она знала, что завтра снова проснется.

Глава 2: Элли

Элли поежилась от порыва холодного ветра, задувающего в окно, и сильнее закуталась в одеяло. Открывать глаз девушка не желала. Да и чувствовала себя прекрасно.

Краем сознания Элли отметила, что сегодня можно сходить к доктору на выписку, а завтра вернуться к обычной студенческой жизни.

Элли, не открывая глаз, потянулась к прикроватной тумбочке за телефоном. Однако вместо него она нащупала там кожаный переплет и ручку. Элли распахнула глаза. Все тетради и ежедневники она хранила в ящике письменного стола или на нем. Откуда этот здесь взялся?

Девушка взглянула на тумбочку. Телефона, который она всегда оставляла там, не было. Элли подскочила на кровати. От резкого движения в глазах потемнело. Когда зрение к ней вернулось, она осмотрелась. И она похолодела от ужаса. Это была не ее комната.

Элли сделала несколько глубоких вдохов, чтобы не поддаться панике. Что это? Похищение?!

Эта мысль все-таки вызвала паническую атаку. Элли окатило, словно из ледяного душа, и девушка почувствовала, как у нее сводит живот и все внутри холодеет. Ее забила дрожь. У открытого окна зловеще колыхнулись занавески.

«Надо бежать!» — пронеслась единственная мысль у Элли в голове. Открытое окно показалось ей путем к спасению. Девушка выбралась из постели и кинулась к нему. Второй этаж!..

Стук в дверь заставил девушку похолодеть. Она даже дышать перестала. Мысль спрыгнуть со второго этажа уже не показалась ей безумной.

— Рейчел, я буду ждать тебя внизу, — раздался не самый приветливый мужской голос.

«Рейчел? Какая Рейчел?» — пронеслась в голове Элли заторможенная мысль и почти сразу растворилась в панике.

Элли услышала удаляющиеся шаги. Если бы девушка не поддалась эмоциям и чувствам, то наверняка сделала логичный вывод, что похитители себя так не ведут. Но во время паники люди часто теряют связь с реальностью и совершают самые безумные поступки. Элли исключением не стала. Она тихо взобралась на подоконник, зажмурилась и спрыгнула вниз. Девушка закусила губу, сдерживая стон — упала Элли не очень удачно, подвернув ногу. Что-то острое проткнуло губу до крови. Элли провела языком сначала по ней, потом по зубам и застыла. Таких длинных зубов у нее в жизни не было!

Входная дверь распахнулась. Забыв обо всем, Элли бросилась бежать.

Асфальт больно царапал босые ступни, редкие прохожие с удивлением на нее оглядывались — нечасто по Лос-Анджелесу бегали девушки в тонкой кружевной сорочке.

Элли бежала, куда глаза глядят. Прочь, прочь, лишь бы подальше от похитителя! А дома будет, там уже со всем разберется… и заявление в полицию напишет, если будет нужно!

Далеко Элли не убежала. Кто-то сбил ее с ног и повалил на землю. Элли успела выставить перед собой руки и только поэтому не пропахала асфальт носом. От боли в разодранных в кровь рук и ног на глазах у Элли выступили слезы. Она жалобно всхлипнула, не поднимаясь с земли.

Нападающий бесцеремонно схватил ее за плечи и рывком поставил на ноги.

— Не трогайте меня! — истерично взвизгнула Элли и принялась отчаянно отбиваться от нападавшего.

Молодой человек с пепельными волосами и голубыми глазами опешил. Замешательство его, впрочем, длилось недолго. Легко уклоняясь от ударов, он улучил момент и перехватил Элли сзади за руки. Удар под колени — и она рухнула на асфальт.

— Чего вы хотите? — жалобно всхлипнула Элли.

Джеральд растерялся.

— В смысле?

— Зачем вы меня похитили? Вам нужны деньги?

Элли рискнула взглянуть на Джеральда. Он взирал на нее как на душевнобольную.

— Тебя вчера привели ко мне и отдали на попечение. Никто тебя не похищал.

— Привели?.. — растерянно спросила Элли. — К-кто?..

Джеральд тяжело вздохнул. Он уже собирался пуститься в объяснения, но его в его глазах появилось сначала изумление, затем недоверие, а потом «похититель» задал самый неожиданный вопрос:

— Как тебя зовут?

— Э-элли. Элли Джонс.

— Джеральд Крейн, — представился мужчина. — Будем знакомы. А теперь, будь добра, не упирайся и не сопротивляйся. Нам надо многое обсудить.

Что-то в его голосе было доверительное и успокаивающее. У Элли появилось чувство защищенности и безопасности. Тревога и паника начали угасать. Девушка встрепенулась. А может он врет?! Откуда ей знать, что у него на уме?!

Волнение снова окутало ее. И почти сразу развеялось, словно врезалось в невидимый барьер. Странное чувство привело Элли в замешательство. Джеральд не сводил с нее вопросительного взгляда. Девушка неуверенно кивнула, мол, я не буду сопротивляться.

Джеральд отпустил Элли. Она поднялась на ноги, стряхнула грязь, насколько это было возможно, и с опаской взглянула на него. Он не сводил с нее пристального взгляда. Джеральд предложил ей ухватиться за локоть со словами:

— Мне так будет спокойнее.

— Так… ты не…

— Ничего я тебе не сделаю, — в очередной раз заверил ее Джеральд.

И отчего-то Элли ему поверила. Девушка ухватилась за локоть «похитителя» и направилась с ним обратно. Раны продолжали неприятно саднить. Несколько раз Элли обернулась назад, остановившись, а затем продолжала путь. Откуда в ней проснулось доверчивая наивность к незнакомцу она бы и сама не смогла себе объяснить.

***

— Для начала приведи себя в порядок, — посоветовал Джеральд. — А потом мы поговорим.

На Элли он не смотрел. Девушка покорно кивнула и только сейчас заметила, в каком виде мчалась по улицам. Она залилась краской и вихрем кинулась в комнату, откуда сбежала.

Джеральд тяжело опустился на диван, запрокинув голову назад.

«Невероятно, — размышлял он. — Мне подсунули не одну, а сазу двух девушек в одном теле. И вряд ли Старейшина об этом знал — он был уверен, что всему учить я буду только Элли».

Джеральд мрачно взглянул на потолок, как будто это он был виноват во всей ситуации.

«А кто же тогда вторая?.. Насколько мне известно, раздвоение личности возникает на фоне сильных нервных потрясений. И как Элли ее воспринимает? Как сестру? Подругу? Воображаемого друга?».

Джеральд стиснул зубы и со стоном потер переносицу.

— Чтоб я еще раз связался с Каэлиш, — пробормотал он и взглянул наверх. Оттуда доносился плеск воды.

Элли плескалась долго. Чтобы хоть немного скоротать время, Джеральд включил телевизор. Там шел какой-то молодежный сериал, в смысл которого Ашес не сильно вникал. Он до сих пор не мог решить, как вести себя с двумя девушками в одном теле.

Отвлекли его осторожные шаги по лестнице. Джеральд взглянул на Элли. Она отвернулась. Обычная девчонка в тонких потертых голубых джинсах и белой вязаной кофте. И не скажешь, что их там… две.

Элли неуверенно спустилась и села на краешек дивана. Мокрые пряди рыжих волос казались черными.

— Извини, — тихо сказала она. — Я испугалась. Очнулась в неизвестном месте, неизвестно как сюда попала… и не могу понять, что происходит.

Элли плотно сжала губы и отвернулась. Быстрым движением она закатала рукава и указала на оставшийся розовый след от недавней кровоточащей ссадины.

— Такого не бывает! Как и длинный клыков! — с нотками истерики воскликнула Элли.

— У людей не бывает, — согласился с ней Джеральд. Он снова задействовал ментальные техники, чтобы успокоить Элли. Беседовать с истерично настроенной девицей у него не было ни малейшего желания.

— А теперь послушай меня очень внимательно, — медленно заговорил Джеральд. — И не задавай вопросов, пока я буду говорить. После того, как я закончу, задавай, а я постараюсь ответить на все. Договорились?

Элли неуверенно кивнула. Джеральд устроился поудобнее и заговорил. Информации он дал немного, чтобы окончательно не сломать хрупкую психику Каэлиш. Ровно то, что говорил вчера Рейчел.

Узнав, что она вампир, Элли словно превратилась в неподвижную статую. А Джеральд продолжал безжалостно уничтожать тот простой и понятный мир, в котором жила Элли.

Девушке хотелось вскочить, закричать, что это неправда, швырнуть что-нибудь в стену от отчаяния… и в то же время понимала, что Джеральд ей не врет. Окончательно в этом ее убедили два выступающих верхних острых клыка, обнаженных в кривой ухмылке.

— И я что, должна теперь пить кровь? — тихо спросила Элли.

— Да.

— А если я не буду? Не смогу?

— Сможешь, — заверил ее Джеральд. — Или умрешь от голода.

Элли кинула на него недоверчивый взгляд.

— Молодая кровь очень уязвима, — хмыкнул Джеральд. — Чтобы дожить до спячки, тебе предстоит многому научиться.

— А домой я смогу вернуться? — без особой надежды спросила Элли.

— Если ты имеешь в виду вопрос: «Смогу ли я увидеться с родными и с ними общаться?», то да. Если имеешь в виду: «Могу ли я жить с ними?», то нет, — жестко сказал Джеральд. — Ты изменилась, Элли.  Когда-нибудь они это заметят и начнут задавать много вопросов. И хорошо, если не догадаются обратиться в Департамент.

— Куда?.. — побелела Элли.

Джеральд насторожился.

— В Департамент. Эта такая организация, которая следит за нами, вычисляет и уничтожает. Если коротко — охотники за сверхъестественными существами. Уверены, что их священная миссия очищать эту землю от созданий дьявола, — усмехнулся он. — Но как по мне, это просто расисты. Элли?..

Джеральд подхватил под руку покачнувшуюся девушку. Элли подняла на него растерянный и полный ужаса взгляд.

— У меня сестра работает в Департаменте, — тихо сказала Элли. — Так вот чем она занималась… теперь понятно, почему она ничего не говорила о своей работе…

Джеральд опешил. К такому повороту судьбы он не был готов.

Элли развернулась и вцепилась в него.

— Не говори никому! — в отчаянии попросила она. — Она и тетушка единственные, кто у меня остался! Ты не знаешь Кристал! Она… я выжила благодаря ей, — дрогнувшим голосом сказала Элли. — Я с ней поговорю и…

— Исключено! — отрезал Джеральд, справившись с собой. — В первую очередь она — охотник. Не сама убьет тебя, так через Департамент! И меня заодно! Методы самоубийства есть и менее изощренные.

Элли сникла. Джеральд же подумал, что ехать к девушке домой теперь не самая удачная идея. Но не держать же Элли взаперти! Наверняка ее сестренка через Департамент все службы подняла на поиски любимой сестры. И по мобильному ей звонить — так себе идея. Отследит звонок — и дело с концом. Можно, конечно, еще позвонить откуда-нибудь из центра города, но все равно риск оставался.

Джеральд взглянул на Элли

— Надеюсь, ты ей не звонила? — холодно спросил он. Девушка качнула головой.

Джеральд тихо выругался, подумав об этой ситуации с другой стороны. Если между сестрами действительно такие теплые отношения, то опасаться нечего. А так сестра Элли сама к может к ним нагрянуть с нарядом охотников и, не разобравшись в ситуации, убьет сначала его, а остальные потом и Элли.

Был еще и третий вариант, но это мысль Джеральд отмел сразу.

«На крайний случай переедем в запасной дом или квартиру», — решил он, склонившись в сторону визита к родным Элли. Стоит рискнуть.

Как и у любого уважающего себя вампира, укрытий у Джеральда был несколько. Парочка всегда пустовала на непредвиденные ситуации вроде подобных.

— Все равно с твоими родными надо решать вопрос, — негромко произнес Джеральд. — Ладно, попробуем побеседовать с твоей сестрой. Может, что и получится.

Элли с облегчением выдохнула.

— Но поедем мы, когда ты поешь, — тут же осадил ее Джеральд.

— Я не голодная, — ответила Элли. И осеклась. Вспомнила, что именно ей придется есть, и быстро поднялась на ноги.

— Я сейчас возьму сумку, и…

— Я никуда тебя не повезу, пока ты не поешь, — жестко отрезал Джеральд.

— Я не буду никого… это отвратительно! — возмущенно ответила Элли.

— Будешь! — рыкнул на нее Джеральд. — Или хочешь по приезду вцепиться в шею кому-нибудь из домашних? — вкрадчиво спросил он. Элли сникла. Наставник тяжело вздохнул и потер переносицу. Ей и так несладко, еще и он пытается научить ее уму-разуму в не самый подходящий момент.

— Донорская кровь тебя устроит? — более миролюбиво спросил он. Элли села обратно на диван.

— Ладно, — тихо сказала она. — Я попробую.

Джеральда такой ответ устроил. Он развернулся и скрылся в кухне. Кровь он хранил в специальном отделении холодильника, которое так просто было не открыть. Джеральд взял оттуда два пакета, прихватил кружку и направился обратно в комнату.

Как относиться к Элли он не знал. Но о наличии второй личности Джеральд решил пока помалкивать. И так на девушку приходится тратить много ментальных сил, заставляя ее адекватно смотреть на вещи. Что с ней будет, когда она узнает о наличии в себе другой личности Джеральд даже представлять не хотел.

В комнате Ашес небрежно кинул два пакета с кровью на стол, поставил чашку и сел обратно на диван. Элли скосила на них взгляд и закусила губу. Острый клык больно ее кольнул.

Джеральд закатил глаза, пододвинул кружку, надорвал пакет и перелил кровь. Элли жадно втянула носом воздух и сглотнула голодную слюну.

— Пей, — с нажимом произнес Джеральд. Без ментальных техник не обошлось — иначе бы девушка еще долго не решилась взять в руки чашку.

Элли опустошила ее в несколько глотков. Она и не думала, что настолько голодна. Второй пакет с кровью она уже вскрыла сама и проделала с ним то же, что и Джеральд. Голод ушел на половине, и Элли поняла, что больше не состоянии сделать и глоток. От вида крови ее резко начало воротить.

Джеральд это заметил и усмехнулся. Он забрал у Элли чашку и допил ее сам.

— Видишь, не так уж это и страшно, — хмыкнул Джеральд. — Организм сам дает тебе понять, что ты наелась. Кстати, все время забываю спросить… с чего началось твое обращение?

Элли задумалась.

— Даже не знаю. Хотя… неделю назад меня сбила машина. Я была расстроена и напугана, так что не разглядела номеров. Отделалась легкими царапинами и легким сотрясением мозга. Через пару дней меня выписали. А дома все и началось. Поднялась температура. Бросало то в жар, то в холод. Есть ничего не могла… как оказалась у тебя — не знаю… ты говорил меня к тебе привели?

— Вернее сказать, привезли, — соврал Джеральд. — Кто-то следил за тобой и точно рассчитал время обращения.

Джеральд нахмурился. Элли вздрогнула. Затем они переглянулись.

— Знаешь, — медленно начала девушка, — мне кажется, что на меня специально наехали. Водитель он… он не паниковал. Он точно знал, что делает. А рядом сидел мужчина лет тридцати. И мне показалось, что… — Элли указала на длинный клык.

— То есть, — медленно начал Джеральд, — ты хочешь сказать, что кто-то на тебя специально наехал, чтобы пробудить ген, а потом не выпускал тебя из поля зрения? А когда пришел срок становления, тебя привели ко мне… с письмом от Старейшины.

«А перед этим — выкрали из дома», — добавил про себя Джеральд, а вслух сказал:

— Ты хоть представляешь, насколько это дико звучит?

— Нет, — честно ответила Элли. — А разве такого быть не могло?

— Я бы сказал «нет», если бы речь шла не о твоем роде. От вас чего угодно можно ждать. И часто насильная попытка обратить своего дальнего родственника ни к чему хорошему не приводит. Пробуждение может пойти неправильно, и вместо полноценного разумного вампира получится вурдалак. Это такая тварь, у которой практически нет разума. Все ее инстинкты направлены на то, чтобы выживать. Иными словами, это зверь, бывший человеком.

Джеральд задумался.

— А узнать во мне потенциального вампира кто-нибудь мог? — нерешительно спросила Элли.

— Любой другой Каэлиш, — кивнул Джеральд. — Ну допустим, ты права. Тогда появляется сразу два вопроса: кому и зачем тебя обращать?

— Спроси чего полегче, — обреченно вздохнула Элли.

Джеральд криво усмехнулся.

«И почему твой Наставник — я? — Джеральд вздрогнул и перестал улыбаться. — А не мог ли этот Каэлиш знать, кому отдает пробужденную?».

Он кинул быстрый взгляд на Элли. Но вслух сказал совсем другое.

— У нас есть еще одна насущная проблема. Надо как-то правдоподобно объяснить твоим родственникам, почему ты резко переезжаешь жить ко мне. Я бы мог надавить ментальными техниками и убедить их, но… наличие сестры-охотницы портит всю стратегию. Работники Департамента умеют сопротивляться подобным воздействиям.

Элли выглядела совсем несчастной. Джеральд снова ощутил укол совести.

— Я дам тебе время собраться и подумать. Через час встретимся здесь.

Он поднялся на ноги и отправился к себе. Джеральд не обернулся и не взглянул на Элли. Знал, что не уйдет. Деваться ей было все равно некуда.

И все равно Ашес не покидало ощущение, что что-то в этой ситуации не так и, возможно, Элли даже права, и вампиром ее сделали специально. 

Джеральд задумался: а много ли пробужденных, за которыми присматривают? Обычно обращение происходит спонтанно, и часто жертвами молодой крови становятся либо медработники, либо самые близкие люди. Исключения составляют те случаи, когда «больного» подбирает какой-нибудь вампир, как это произошло когда-то с ним.

В простые совпадения Джеральд не верил, но размышления решил отложить — у него уже начал заходить ум за разум. С Каэлишами никогда нельзя быть ни в чем уверенными.

***

Оставшись одна, Элли дала волю эмоциям и расплакалась. В ее душе царило смятение. Мир, до сегодняшнего дня такой понятный и устойчивый, перевернулся с ног на голову.

Вампиры существуют. Департамент, оказывается, занимается их уничтожением. Она — вампир. Кристал — охотник.

Элли не верила, что у ее сестры поднимется рука на нее. Они столько времени были вместе! Всегда друг друга поддерживали, никогда не бросали… да, иногда ссорились, но всегда мирились.

 «А если… если я — вампир, то и Кристал может от любой травмы обратиться?» — пришла в голову Элли запоздалая мысль.

Травм ее сестра получала много. И до сих пор этого не произошло. Ее сестра более устойчивая? Или нужны специальные условия?

Элли судорожно всхлипнула и попыталась взять себя в руки. Она сердито взглянула наверх и поняла, что глупо во всем винить Джеральда. Хоть немного, но он ей пытается помочь во всем разобраться.

В подавленном состоянии Элли поднялась к себе наверх и рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку. Девушке так хотелось, чтобы все это оказалось сном!.. Или розыгрышем. Да, жестоким, но хотя бы ее мир не рухнул в одночасье!

«Что я скажу Розе и Кристал?» — с отчаянием подумала Элли. Они же ни за что не отпустят ее жить к незнакомому мужчине. Вдруг он маньяк какой-нибудь?

Элли скосила глаза на дверь и нервно хихикнула. Джеральд не был похож на него. А с другой стороны, кто знает, чем он на досуге занимается?

Девушка села на кровати и, чтобы немного отвлечься, решила перебрать чемоданы с вещами. Одеваясь утром, Элли как-то не задумалась, откуда взялось это добро и можно ли его на себя надеть.

«Может, это принадлежит девушке Джеральда, а я взяла без спросу», — подумала Элли.

Платья, туфли, кофты, брюки, джинсы и даже нижнее белье. Последнее вогнало ее в краску — слишком открытое и ажурное. Элли такого не носила. Еще больше ее ввело в замешательство то, что оно все подходило ей по размеру.

Озадаченная девушка вышла из комнаты и нерешительно постучалась к Джеральду. Он точно должен знать, откуда взялись вещи.

— Заходи, — буркнул Наставник, не открывая двери. Элли ужом проскользнула в комнату и встала около стены.

Джеральд развалился на кровати и с хмурым видом щелкал каналы на плоском экране телевизора. С убранством комнаты в духе начала ХХ века этот атрибут современной мебели не вязался совсем.

— Сколько тебе лет? — выпалила Элли первое, что пришло в голову.

Джеральд удивленно на нее взглянул. Он ожидал какого угодно вопроса, только не этого.

— А тебе зачем?

Элли смутилась.

— Мне… интересно. И вообще, раз нам вместе жить, неплохо бы узнать друг друга получше! — выпалила она, заливаясь краской. Надо же такое сморозить! Хохот Джеральда окончательно убедил Элли в глупости собственного вопроса.

— Другому вампиру не ляпни такого! — весело сказал Наставник. — А то воспользуется тобой, еще и виноватой останешься.

Элли вспыхнула.

— А откуда мне знать, что ты мной не пользуешься? — с вызовом спросила она. Чувство стыда переросло в обиду, а она — в агрессивную оборону.

Джеральд приподнялся на локтях и окинул ученицу оценивающим взглядом.

— Это правильный вопрос, — уже серьезнее произнес Джеральд. — Но вот что я тебе скажу: у меня нет вредной привычки использовать кого бы то ни было. Предпочитаю подальше держаться от других вампиров, политики и Большой Игры. Но ты ведь не это хотела спросить? — проницательно уточнил он.

Элли, поколебавшись, кивнула.

— Откуда в моей комнате вещи? Это твоей девушки? Я просто вот это взяла оттуда, — дернула Элли за рукав кофты и снова смутилась.

— Это твои, — удивленно ответил Джеральд. — У тебя ничего не было, и я отвез тебя в торговый центр. Ты сама все купила.

— Я? — недоверчиво спросила Элли.

Джеральд осекся. И предпочел сменить тему.

— Ты придумала байку для родных? Или мне все-таки придется давить на них ментальными техниками? Ну, кроме твоей сестры…

— Нет. Ничего в голову не идет, — качнула головой Элли и задумалась. — И еще как-то надо объяснить, как я у тебя оказалась…

— Ты же сама сказала, что я тебя похитил, — иронично произнес Джеральд. Элли сердито на него взглянула.

— Ну хорошо, похитить тебя мог кто-нибудь другой, — великодушно разрешил Джеральд. — А я вмешался и освободил тебя. Ты была в таком шоковом состоянии, что пришла в себя только сегодня. Как тебе такая мысль?

— Звучит как завязка дешевой романтической истории, — буркнула Элли. — Сам-то веришь в подобные ситуации?

— Нет, — честно ответил Джеральд. — Но я могу в этом убедить остальных. Ах да, и еще я оказался настолько великодушным, что предложил тебе работу, а ты согласилась.

— Это какую? — недоверчиво спросила Элли.

— Не знаю, надо спросить у тех, кто подбирает персонал, — ухмыльнулся Джеральд. — Под мою личную ответственность вакансию тебе найдут. Не терплю, когда кто-то сидит у меня на шее, так что придется тебе вникать в дела турфирмы… или искать другую работу, если у меня не понравится.

— А ничего, что я на юриста учусь? — растерялась Элли. — И в сентябре у меня учеба…

— На заочное перейдешь, — лениво отозвался Джеральд. — Или вообще можешь забрать документы. Времени учиться теперь у тебя много, глядишь, не одно высшее еще получишь, — хмыкнул он.

Пока Элли обдумывала всю свалившуюся на нее информацию, Джеральд продолжил:

— Так ты домой собираешься?

— Да…

Элли направилась к себе в комнату и скрылась в ванной. Девушка быстро умылась и взглянула на себя в зеркало. Вид у нее был совсем несчастный.

— И вот еще: постарайся слишком широко не улыбаться. Заметят клыки — начнутся лишние вопросы. Я потом научу тебя ментальной технике морока, — произнес Джеральд, проходя мимо комнаты Элли.

— Я запомню, — тихо произнесла вконец измученная девушка и вышла из комнаты. Брать ей с собой было нечего, и она спустилась вниз.

***

Джеральд остановил машину напротив двухэтажного дома в районе Вестсайда. Элли вышла из машины и с тоской взглянула на дом.

— Не делай такое лицо, — произнес Джеральд. — Ты в любое время сможешь навестить своих родных. Я всего лишь Наставник, а не тюремщик. Не путай мои обязанности.

Элли промолчала. Легче ей не стало. О родном доме все равно придется забыть.

Всю дорогу они практически молчали. Единственной темой разговора для них стала: кто же все-таки вампиры — живые существа или ходячие мертвецы.

— У тебя сердце бьется? — в ответ спросил ее Джеральд.

— Да вроде, — осторожно ответила Элли.

— Тогда к чему был вопрос?

— А как же все легенды и…

— Не поверишь, множество легенд о вампирах наши Конспираторы взяли от фей. Кстати, некоторые из них тоже пьют кровь. Только разница в том, что они это делают для удовольствия, а мы — для пропитания. И клыки у них отсутствуют… И могут исполнить любое твое желание. Только сразу запрашивай у них весь мелкий шрифт, а то они те еще шутники… демоны и те честнее.

После подобного откровения Элли выпала из реальности и молчала аж до самого дома. Она еще с существованием вампиров не смирилась, а тут выясняется, что и феи с демонами отнюдь не вымысел. В реальность Элли вернулась лишь у своего дома. И теперь не решалась позвонить в дверь.

Проблему решил Джеральд, нажав на кнопку дверного звонка. Элли кинула на него быстрый взгляд и нерешительно подошла ближе.

Дверь распахнулась. На пороге стояла вежливая и обходительная Лина, исполнявшая у них в доме обязанности дворецкого. При виде Элли у нее округлились глаза. Женщине было около сорока лет, и всю свою жизнь она проработала на семью Джонс.

— Боже мой, Элли! Где тебя носило?!

Лина бросилась к девушке и крепко обняла ее, придирчиво осмотрев с головы до ног.

— Я потом расскажу, — пообещала Элли дворецкой, вымученно улыбнувшись.

Лина с подозрением взглянула на Джеральда. Спохватившись, Элли поспешила его представить:

— Это Джеральд Крейн. Он… он помог мне.

— Рад знакомству, — произнес Джеральд с обаятельной улыбкой. Элли только сейчас обратила внимание, что в брендовом костюме и с тростью в руках он выглядит очень представительно. Хоть сейчас отправляй на любой светский прием! Или на фотосессию.

Лина почему-то смутилась. И поразительно быстро перестала предполагать его непотребства в отношении Элли.

— Добро пожаловать, — улыбнулась дворецкая. — Я сейчас оповещу остальных о вашем визите. Располагайтесь, — указала она в гостиную.

Вампиры прошли в дом. Джеральд расположился в мягком уютном кресле, положив трость на колени. Элли в собственном доме вдруг почувствовала себя не в своей тарелке.

— Элли!

Она подняла голову. С лестницы вихрем сбежала похожая на нее девушка и крепко обняла Элли, едва не сбив ее с ног.

— Мы так волновались! Куда ты пропала?! Тебе ничего не сделали?!

Кристал отстранилась от сестры и начала внимательно осматривать.

В сестрах Джонс улавливалась внешняя схожесть, но вместе с тем они были совершенно разными. Кристал выглядела тренированной, поджарой и, казалось, состояла из мускулов. Она была выше ростом, чем Элли, рыжие волосы падали на спину прямыми прядями, а зеленые глаза с длинными ресницами имели немного другую форму, чем у сестры. Левую сторону шеи пересекали три уродливых шрама и уходили куда-то под одежду, на плечо. Руки Кристал были замотаны эластичными бинтами. На правой скуле красовался подживающий синяк.

— Да-да, мамочка со мной все в порядке, — расплылась в улыбке Элли и обняла Кристал. О предупреждении Джеральда меньше улыбаться она благополучно забыла. — Я тоже рада тебя видеть, — прошептала Элли.

— А это кто? — взглянула старшая Джонс на Джеральда.

— Это Джеральд Крейн. Он… эээ… мне помогает… вроде как…

— Рад встрече, — отсалютовал Кристал Джеральд, ничуть не выдав настороженности. С охотником общается все-таки…

— Помогает? — Кристал подобралась, словно хищник, почуявший добычу. — И чем же?

— Он меня спас от похитителей, — выпалила Элли. — Я была в таком шоке, что забыла обо всем и…

Кристал недоверчиво взглянула сначала на Джеральда, потом на Элли. Старшая Джонс уже собралась задать множество вопросов, но от ответов вампиров спасло появление Розы.

— Элли!

Каэлиш обернулась. В дверях кухни стояла полная женщина, которой на вид было около пятидесяти лет. Рыжие волнистые волосы были коротко подстрижены и красиво уложены. В карих глазах Розы отразилось облегчение. Под ними залегли темные круги. Даже в домашнем халате тетушка Элли и Кристал выглядела величественной и властной женщиной. Каждый палец на руке Розы был унизан кольцом. В ушах висело не по одной сережке.

— Боже мой, где ты была?

Роза подошла к племяннице, обняла ее, а затем внимательно осмотрела с головы до ног, совсем как Кристал.

Джеральд потянул носом воздух и уловил слабый запах виски. Ему сразу стало ясно, почему возраст Розы был столь явно виден. Увлечение алкоголем ей на пользу не пошло.

— Садись, я все расскажу, — сказала Элли, взяв Розу за руки. — Познакомься, это Джеральд Крейн, — указала она на Наставника. — Он… можно сказать, я здесь только благодаря ему.

— Приятно познакомиться, — произнесла Роза, взглянув на Джеральда.

— Взаимно, — кивнул он с легкой улыбкой.

Элли не переставала удивляться резкой смене настроения Джеральда. С ней он не был так галантен.

— Поговорим за ужином, — взяла себя в руки Роза. — Главное, что ты жива и здорова. Боже мой, мы так волновались…

Роза крепко обняла Элли и зарылась в ее волосы. На глазах женщины выступили слезы.

— Я думала, что никогда больше тебя не увижу, — прошептала Роза.

— Я распоряжусь, чтобы подали ужин, — улыбнулась Лина.

— Да, пожалуйста, — обернулась к ней Роза.

— Вы не возражаете, если мы побеседуем наверху? — спросил Джеральд и внимательно взглянул на Розу.

— Да… конечно, — несколько растеряно ответила она.

Кристал с подозрением взглянула на Джеральда.

— После вас, — галантно поклонился он Джонс-старшей, за что получил от Элли пинок по голени. Она кинула Джеральду предупреждающий взгляд, но тот предпочел не обратить на него внимания.

Вскоре все трое оказались наверху. По инерции Элли всех завела в свою комнату.

— Что происходит? — осторожно спросила Кристал.

Элли и Джеральд переглянулись.

— Конфликт интересов, — ответил Джеральд, сразу утратив всю галантность. — Ты — работник Департамента. Мы — те, на кого охотится Департамент.

Кристал перевела взгляд с Джеральда на Элли и обратно.

— Крис, это правда? Только не увиливай! Департамент и правда занимается охотой на вампиров?! — взволнованно спросила Элли. — Поэтому ты не говорила о своей работе?!

Джеральд решил не растягивать надолго объяснения и в оскале обнажил клыки. Кристал на рефлексах отпрянула и кинула в него первое, что подвернулось под руку. Тяжелая ваза врезалась в стену и с грохотом разбилась. Джеральд успел увернуться, и на него посыпались дождем сухоцветы.

— Какая темпераментная у тебя сестренка… — пробормотал Джеральд, стряхивая цветы.

Он выпрямился. Потрясенная Элли не сводила взгляда с Кристал, которая подобралась и готова была защищаться и стоять насмерть до последнего.

— Значит, это правда, — прошептала Элли.

— Давай кое-что проясним, — взглянул Джеральд на Кристал, перехватив поудобнее трость. — Ты меня не убьешь хотя бы потому, что твоя сестра в этом случае останется без Наставника.

— Что за бред ты несешь?! — прошипела Кристал.

— Ты меня невнимательно слушала, — лениво произнес Джеральд. — Я сказал: «Мы — те, на кого охотится Департамент», — выразительно взглянул он на ученицу. — Элли, покажи зубки.

Элли не сводила взгляда с сестры. Смотрела она на нее так, будто впервые увидела.

— Ты лжешь, — прошипела Кристал. — И имей в виду: так просто я не сдамся!

Джеральд закатил глаза.

— Нужна ты мне со своим Департаментом, — буркнул он. — Элли!

Она вздрогнула и вышла из оцепенения. Каэлиш была расстроена. Слова Джеральда о том, что Кристал может ее убить или прислать к ним кого-нибудь другого из Департамента уже не казались ей абсурдными.

Элли приподняла верхнюю губу и показала клык. Желание сражаться до последнего сменилось у Кристал растерянностью.

— Если тебя это утешит, то в твоих жилах тоже течет вампирская кровь. С твоей работой ты можешь в любой момент стать такой же, как Элли, — произнес Джеральд.

Кристал переводила взгляд с него на сестру и обратно.

— Нет, — тихо сказала она. — Этого не может быть. Это неправда!

— Правда, — безжалостно отрезал Джеральд. — Проследи свою родословную. Наверняка найдешь пару интересных личностей или несколько оборванных внезапно ветвей.

— Крис… — Элли едва сдерживала слезы. — Почему ты ничего не сказала?

— А ты бы мне поверила? — угрюмо спросила ее Кристал.

Элли опустила голову. Сестра была права — она бы посмеялась над ней и решила, что Крис не хочет говорить ничего о работе Департамента. Как и всегда.

— Тебя могли убить, — тихо заметила Элли.

— И тем не менее я еще жива, — криво усмехнулась Кристал и сразу же помрачнела.

Джеральд многозначительно хмыкнул. Он не стал говорить, что люди Департамента живут не очень долго. Особенно принципиальные.

В комнате воцарилась тишина. Было слышно, как суетятся внизу люди, накрывая на стол.

— И… что дальше? — упавшим голосом спросила Элли, украдкой утирая слезы. — Ты убьешь меня?

Кристал уставилась на Элли так, будто впервые ее увидела.

— Не говори ерунды! — сердито сказала Крис.

— То есть, ты хочешь сделать вид, будто ничего не произошло? — вкрадчиво спросил Джеральд.

Кристал заколебалась.

— Предупреждаю: донесешь на меня — твоя сестра останется без Наставника. Конечно, через некоторое время ей дадут нового, но это может плохо обернуться для Элли. Она, как я заметил, девушка чувственная и ранимая. Некоторые могут этим воспользоваться.

Элли сердито взглянула на Джеральда. Она уже с собой справилась и теперь с обескураженным видом ждала разрешения непростой ситуации.

— Если Элли пострадает из-за тебя, я тебя убью, — ледяным тоном пообещала Кристал.

Джеральд кивнул. Хрупкий мостик доверия и понимая между охотником и вампирами был проложен.

— В Департаменте ничего не узнают, — глухо сказала Кристал, отвернувшись — По крайней мере, от меня.

— Я буду неискренним, если скажу, что верю тебе, — хмыкнул Джеральд.

Элли переводила взгляд с Джеральда на Кристал и обратно. Ашес мог только предположить, что за бардак в ее голове творится: сначала тебе заявляют, что ты вампир, а потом выясняется, что твоя сестра охотник.

«Интересно, а бывали ли подобные ситуации у еще кого-то из Наставников? — иронично подумал Джеральд. — Или это мне так повезло?».

— А как ты до всего этого добралась? — спросила Элли. — Почему не сказала, я еще могу понять, но откуда?..

Кристал села на кровать и потерла виски руками, собираясь с мыслями.

— Ты помнишь, как погибли наши родители? — спросила она.

Элли вздрогнула. Джеральд обратился в слух. Если Департамент до него не доберется, то ему предстояло долгое сотрудничество с сестрами Джонс. Любая информация о них лишней не будет.

— На яхте произошла резня, — негромко сказала Кристал, взглянув на Джеральда. Зрительного контакта с ним она избегала. Одно из первых правил выживания охотников гласило: не смотри противнику в глаза.

— И мама с папой оказались в числе жертв. Полиция начала заниматься расследованием, но дело быстро свернули. Как позже выяснилось, дело не дошло даже до Департамента, — горько усмехнулась Кристал.

Джеральд понимающе кивнул. Он не стал уточнять, что, скорее всего, на месте происшествия успели поработать Конспираторы, поэтому дело к Департаменту и не попало.

— Все мы были потрясены. А подобная несправедливость возмутила еще больше. Я решила взять дело в свои руки. — Кристал усмехнулась. — Мне, можно сказать, повезло. Я ухитрилась стащить материалы дела, которое уже собирались передавать в архив. То, что я там увидела, повергло меня в шок. Человек такое не мог сотворить. А бешеным зверям неоткуда взяться на яхте. Я пыталась разобраться, но дело не двигалось с мертвой точки. Я впала в отчаяние. Это сейчас я могу сказать, что в тот период меня одолела депрессия, — взглянула Кристал на Элли. — А тогда это выглядело как нежелание ни с кем общаться и лень.

В глазах Элли появилось понимание.

— А потом одна встреча в церкви изменила всю мою жизнь. Ко мне подсел юноша, он был чуть старше меня. Начал вызнавать, что меня так расстроило. И что-то в нем было такое… в общем, это было мое первое знакомство с влиянием ментальных техник, — хмыкнула Кристел. — Парень оказался дампиром. Я поделилась с ним тем, что меня терзало. Он сразу все понял и сказал, что может мне помочь. Так я и попала в Департамент. Точнее, под их опеку, на тот момент мне только исполнилось шестнадцать, а на работу они берут только от двадцати одного года. При более детальном рассмотрении моего личного дела в Департаменте пришли к мысли, что кто-то на яхте неудачно обратился и стал упырем, а в жажде крови поубивал всех, кто находился там. Дело тоже было закрыто. Только причина была другой — по сути в смерти родителей никто не был виноват. Искать было некого.

Кристал перевела дыхание и продолжила рассказ о своей нелегкой жизни.

— Для вас с Розой я училась самообороне на дому. На деле меня натаскивали в тренировочных залах и учили убивать сверхъестественных существ. Как оказалось вампиры не единственные, кто существует. Феи, демоны, колдуны, оборотни, призраки и еще черт знает кто, — пробурчала Кристал. — Наравне с тренировками пришлось изучать и оккультизм. И пару раз эти знания мне даже пригодились. Но, когда мне исполнился двадцать один год, я не пошла сразу к ним. Нужно было закончить университет. — Кристал поморщилась. — А потом я сразу отправилась туда работать. А работы там много. Иногда приходится рыскать не хуже детективов в сериалах.

В комнате снова воцарилась тишина.

Элли села с другой стороны кровати. Плечи ее чуть подрагивали. Джеральд сочувственно на нее взглянул. Ему стало девушку даже жаль: узнать столько всего за один день… немудрено и с ума сойти. Элли еще хорошо держалась, даром, что Каэлиш.

— Значит, за смертью ваших родителей стояли вампиры? — нарушил повисшую тишину Джеральд.

— Да, — глухо ответила Кристал. — Они должны были отправиться в круиз по побережью Тихого океана из Лос-Анджелеса до Сан-Франциско и обратно, но не доплыли до пункта назначения. Корабль встал на середине пути. Не выжил никто.

— Сожалею, — негромко произнес Джеральд.

Кристал от него отмахнулась.

Джеральд покосился на Элли. Она сидела так, словно пребывала в оцепенении. Ему в голову пришла интересная мысль, что через сестер можно было бы попытаться наладить отношения с Департаментом. Тем более, что в последнее время охотники были нацелены больше на сотрудничество. Рисковать людьми они не слишком хотели, а Вериты неплохо и сами наказывали тех, кто от рук отбился.

— Могу предложить хрупкий мир, — сказал Джеральд Кристал. — У меня нет ни малейшего желания биться с ордой охотников. Но, предупреждаю, если они появятся на пороге моих владений и начнут стрелять, я буду защищаться.

Кристал оценивающе взглянула на Джеральда.

— Я уже сказала: если кто и узнает, то не от меня.

— А как они отреагируют на то, что ты можешь стать другой? — спросила Элли.

Кристал молчала долго.

— Сначала попросят покинуть Департамент и будут за ней наблюдать. А если обратится… — Джеральд выразительно провел большим пальцем по горлу. — Я прав?

Кристал, помедлив, кивнула. Элли искоса взглянула на сестру. Ей показалось, что та чего-то недоговаривает. И только Каэлиш набралась храбрости расспросить Кристал подробнее, как в дверь постучали.

— Ужин готов. Роза ждет вас внизу, — оповестила их Лина.

Троица переглянулась

— После вас, — сказала Кристал, пристально взглянув на Джеральда.

Элли отвернулась, закусив губу. Почти сразу она поморщилась и потерла ее. Джеральд усмехнулся. К острым клыкам придется привыкать.

— Надеюсь, ты понимаешь, что Элли остаться здесь не сможет, — произнес он. — Так что не спеши меня убивать, когда я буду использовать ментальные техники на вашей тетушке и друзьях. Это для общего дела.

Кристал промолчала. Элли выглядела совсем поникшей. То ли откровения сестры так на нее подействовали, то ли разговор о родителях, но чувствовала девушка себя ужасно. Джеральд подумал, что столь кислое выражение лица Элли можно списать на пережитый шок от «похищения».

Вампиры и охотница спустились вниз. Там уже был накрыт стол. Одно из кресел занимала Роза. Элли с Кристал разместились сбоку от нее, а Джеральд устроился рядом с Элли. Он легонько толкнул воспитанницу локтем, привлекая к себе внимание. Она рассеянно на него взглянула. Блестящие слезами глаза вдруг широко распахнулись, будто Элли очнулась от долгого сна, и наполнились ужасом.

Девушка быстро отвернулась. Джеральд напрягся. Что же она там увидела такое, что ее настолько напугало?

Впрочем, это был не столь важный вопрос.

«А если она увидела кто ты на самом деле?» — ехидно спросил Джеральда внутренний голос. Ашес едва заметно вздрогнул, а вслух спросил:

— Что, простите? Я отвлекся и прослушал вопрос.

Джеральд обаятельно улыбнулся Розе, сразу располагая ее к себе ментальной техникой. Кристал ковырялась вилкой в тарелке и недобро прищурилась.

— Я спросила: как так получилось, что Элли оказалась у вас? Кому потребовалась моя племянница — вопрос другой.

— О, не стоит переживать, — улыбнулся Джеральд. — Те нехорошие люди вполне получили по заслугам. Мне много с кем приходится иметь дело, в том числе и с откровенными негодяями. По разным причинам. А Элли так кричала, так звала на помощь… в общем, я изменил условия сделки. Они им не понравились, и пришлось пустить в ход силу. Бедняжка пребывала в таком шоке… сутки еще не могла в себя прийти.

Элли отвернулась и пихнула Джеральда ногой. Лицо у нее пошло красными пятнами от возмущения. Ашес не обратил на это внимания.

Роза не смогла сдержать эмоций. Она побледнела и крепко взяла Элли за руку.

— Ох, дорогая… прости, я не доглядела. Когда-нибудь я уйду из большого бизнеса, и над вами перестанет висеть постоянная угроза.

Элли вымученно улыбнулась.

— Все в порядке. Я жива и здорова. Даже царапины все почти зажили. Джеральд обо всем позаботился.

— У вас очень благородная душа, мистер Крейн, — взглянула на него Роза с улыбкой. — В наше время такое редко встретишь. Я у вас в неоплатном долгу. Кроме девочек, у меня больше никого нет, — дрогнувшим голосом сказала она и ласково погладила Элли по руке.

— Прости меня, — прошептала Роза. — Это из-за меня ты оказалась в опасности.

Элли не смогла скрыть изумления.

— Не говори ерунды! В такой ситуации мог оказаться кто угодно. Мне просто повезло.

Элли взглянула на Джеральда, попытавшись изобразить чувство благодарности. Он заметил в ее взгляде опасение и вопросительно изогнул бровь. Элли отвернулась.

— Как я могу отблагодарить вас за спасение племянницы? — спросила Роза Джеральда.

Ашес понял, что более подходящего момента не найти и, сделав озабоченное лицо, заговорил. Конечно, не без помощи ментальных техник на убеждение.

— На самом деле… я бы хотел, чтобы Элли переехала ко мне. — Перехватив удивленный взгляд Розы, Джеральд пустился в объяснения: — Я много работаю, но из дома практически не выезжаю. В таких условиях мало кто хочет работать, тем более в ненормированный рабочий день. Порой работа может затянуться до самого позднего вечера. А мне очень нужен помощник. Так Элли не придется каждый день ездить ко мне и возвращаться очень усталой домой. А Лос-Анджелес не самый безопасный город, особенно по ночам. Дом у меня большой, места там хватит для нас двоих и прислуги. На выходных или в отпуске Элли может приехать к вам. Я не тиран и не деспот, — усмехнулся Джеральд.

Роза растерялась. Джеральд почувствовал, что тетушка сестер Джонс настроена весьма скептично. Теперь была его очередь пихать Элли. Она вздрогнула и, будто бы очнувшись ото сна, заговорила:

— Я и правда хотела поработать. Давай будем честными: юриспруденция — это не по мне. Осенью я заберу документы из университета и буду жить так, как сама посчитаю нужным. Да, я помню наш уговор и точно могу сказать, что я готова к самостоятельной жизни.

Элли сжала руку Розы и взглянула ей в глаза.

— Ты думала, что так будет лучше для нас с Кристал, но посмотри правде в глаза: она работает в Департаменте, а там юридическое образование не слишком ценится, а я… мне тяжело, — честно сказала Элли.

— Она права, — встала на сторону сестры Кристал. — Тем более совсем скоро Элли исполнится двадцать один, и ты полностью можешь снять с себя ответственность за нее. А будешь давить — это плохо закончится.

Роза все еще пребывала в сомнениях.

— Уверяю вас, ничего плохого с вашей племянницей не случится, — заверил Джеральд Розу.

— Иногда я забываю, что вы уже совсем взрослые, — с печалью в голосе произнесла Роза. — Если ты так хочешь… мистер Крейн, а у вас с устройством несовершеннолетней проблем не будет? — строго спросила она.

— Нет, — улыбнулся Джеральд. — Я директор туристической фирмы. В моих решениях не принято сомневаться. Я консерватор, а мне нужна помощница с более свежими взглядами. Не смотрите, что я молодо выгляжу, это всего лишь видимость.

Кристал фыркнула и отвернулась. Роза с подозрением на нее взглянула. Девушка сразу же сделала вид, что увлечена ужином.

— Я постараюсь почаще выбираться домой, — пообещала ей Элли. — А если не получится, то буду звонить. И расскажу, как и чем занимаюсь.

А Джеральд запоздало вспомнил, что работать ему придется не только с Элли. Но это уже мелочи жизни. Как-нибудь сработаются… все втроем.

— Тогда я пойду собираться. Не хочу все откладывать в долгий ящик, — сказала Элли и изобразила улыбку.

— Я помогу, — вызвалась Кристал.

Девушки поднялись из-за стола и направились наверх. Роза проводила их удивленными взглядами. В душу женщины снова начали закрадываться сомнения. Джеральд поспешил тут же завладеть ее вниманием.

— С ней все будет хорошо, — очаровательно улыбнулся Джеральд. — Наши отношения будут чисто деловыми.

— Да, но… Элли очень ранимая.

— Я заметил. Удаленная работа поможет избежать многих неприятных ситуаций.

— Хорошо если так. После смерти родителей она сама не своя. В школе девочек недолюбливали. Считали, что раз они из богатой семьи, то им все позволено и все легко дается. — Роза качнула головой. — Вы не представляете, какими злыми могут быть дети. А предел есть у каждого человека. И однажды Элли сорвалась. Избила дразнившего ее одноклассника до полусмерти. Позже выяснилось, что она не отдавала отчет своим действиям. А еще позже, что аффективное состояние стало преследовать ее во время сильных переживаний. Поэтому она такая мягкая. Элли старается не допускать конфликтных ситуаций и все решить мирным путем. Учтите это, когда будете жить с ней.

— Благодарю за откровение, — пробормотал Джеральд. Подобное открытие стало для него неприятным сюрпризом.

«Отлично, еще и каждая по-своему сумасшедшая», — горестно подумал Джеральд.

Беседу прервало сообщение на телефон. Извинившись Ашес, его вытащил из кармана и отошел в сторону.

Короткое послание, присланное с неизвестного номера, гласило следующее:

«Уважаемый мистер Крейн!

Завтра ожидаем вас с вашей протеже на Балу Ночи, который по традиции состоится в полночь. Неявка будет рассмотрена как оскорбление Старейшины. Просим не опаздывать на Бал».

У Джеральда округлились глаза. Он дважды перечитал сообщение. Бал Ночи? Зачем их приглашают на Бал Ночи? Тем более с только что пробужденной? В письме, полученном прошлой ночью, Старейшина дал ясно понять, что представить Элли ко двору Джеральд должен будет не раньше, чем она всему научится. А сегодня их уже приглашают на Бал Ночи — традиционное собрание вампиров, которое происходило раз в месяц (за исключением экстренных случаев), где собирались все сливки вампирского общества, а главы кланов сходились, чтобы обсудить политическую обстановку в городе. О чем конкретно разговаривали за закрытыми дверями, Джеральд не знал, да и не слишком горел желанием узнать. Сам он не являлся важной политической фигурой, чтобы получать такие приглашения. Да и Эрик других членов семьи за собой никогда не тащил.

Что это? Розыгрыш? Шутка?

Джеральд отмел эту мысль. Подобными вещами в их обществе не было принято шутить. В смешанных чувствах Ашес вернулся обратно к столу. Тревожные мысли быстро вытеснила деловая беседа с Розой. Женщина интересовалась всем: делами фирмы, контрактами, путешествиями и всем прочим. Джеральд и сам не заметил, как увлекся. Он даже не увидел, как за окном начало темнеть.

Разговор прервал шум наверху. Элли катила огромный чемодан, а Кристал несла сумку. Джеральд поднялся с места и помог воспитаннице донести вещи до выхода.

— Что ж, было интересно познакомиться, — лучезарно улыбнулся Розе Джеральд. — Надеюсь, как-нибудь мы еще увидимся.

— Я обязательно приеду, — улыбнулась Розе Элли. — Пока.

— Если что, звони, — произнесла Кристал и выразительно взглянула на Джеральда. Он закатил глаза.

— Да ничего с твоей сестренкой не случится!

— С тебя станется, — сурово сказала Кристал.

Джеральд пожал плечами и открыл перед Элли дверь машины. Девушка забралась на задние сиденья и пристегнулась. Ее Наставник убрал вещи в багажник и занял место водителя. Машина плавно тронулась с места.

Элли на протяжении половины пути безучастно смотрела в окно. Джеральд тоже не горел желанием разговаривать. Так они и ехали, пока девушка вдруг встревоженно не спросила, заметив, что они едут совсем по другому маршруту:

— Куда мы едем?

— На квартиру, — ответил Джеральд. — Она сейчас должна быть пуста. Семья недавно съехала, а новых жителей пока не нашли. Можешь не переживать: все удобства там есть.

Элли с сомнением взглянула на Джеральда через зеркало заднего вида. Пришлось пуститься в объяснения.

— Не доверяю я твоей сестре, — буркнул он. — Из квартиры переехать на новое место не составит труда, а вот дом… слишком много я потратил труда и сил, чтобы сделать его под себя. Так просто сдавать его я не собираюсь. Поэтому мы едем в Сан-Фернандо. Если в течение трех дней охотники к нам не явятся, можешь смело выдохнуть: мы вернемся домой.

Элли отвернулась. Джеральд бросил на нее быстрый взгляд. Она грызла ноготь большого пальца, а взгляд был обращен как будто вглубь себя. Это было лучше, чем слушать истерику и видеть слезы. Для пробужденной Элли хорошо держалась.

Наконец, Джеральд остановил машину. Он вышел вместе с воспитанницей около высокого дома с панорамными окнами. Их уже ждал немолодой энергичный человек, который передал Джеральду ключи (сообщение верному помощнику Ашес успел сбросить по дороге), а затем сел в машину и уехал.

Лифт привез Наставника и ученицу в уютные двухуровневые апартаменты на пятом этаже. Они оказались небольшими, но уютными.

— Комната здесь одна, можешь ее занять. Я лягу в гостиной, — бросил ей Джеральд. — Ванная и уборная на втором этаже. Крови здесь не держу, так что придется отправиться на охоту, как проголодаешься.

Элли на этих словах передернуло. Она быстро втащила вещи на второй этаж без особого труда и закрылась в комнате. Джеральд задумчиво взглянул на закрытую дверь. Тяжело вздохнул и отправился следом за Элли. Она открыла. Вид у нее был усталый.

— Только не говори, что собрался со мной ночевать.

Джеральд оценивающе окинул Элли с головы до ног. Она напряглась.

— Не смотри так на меня. Это была не слишком удачная шутка, — быстро сказала она.

— Я так и понял, — усмехнулся Джеральд. — Поговорить надо.

Он ужом проскользнул в комнату и закрыл за собой дверь.

— О чем? Ты и так все рассказал, — пожала плечами Элли.

— Не обо всем. Пока я разговаривал с твоей тетушкой, мне пришло одно интересное сообщение. Завтра нас приглашают на Бал Ночи. Это такое… как бы сказать, ежемесячное мероприятие для элитных гостей.

Элли с недоумением взглянула на Джеральда.

— А мы здесь при чем?

— Вот и мне интересно. И кто бы ни прислал это сообщение, он ясно дал понять, что отказы не принимаются. Состоится мероприятие завтра в полночь, так что ожидаю увидеть тебя во всей красе, — усмехнулся Джеральд.

— Отлично. То есть, завтра меня ожидает встреча с вампирами, которым нельзя доверять, — вздохнула Элли. — И желательно с ними не разговаривать и вообще не показываться на глаза. Если ты хотел меня обрадовать важной вечеринкой, то у тебя это не получилось. А теперь оставь меня, пожалуйста одну, — попросила Элли.

Джеральд взглянул на воспитанницу и решил последовать ее просьбе. Взявшись за ручку двери, он негромко произнес:

— Знай, что ты в любой момент можешь обратиться ко мне.

Джеральд вышел. Однако услышал шепот Элли, ненадолго задержавшись около ее дверей:

— А зачем, если я для тебя всего лишь обуза?..

На мгновение Джеральд испытал укол совести. Может, зря он от себя отталкивает девушку? Ей сейчас тяжело и не на кого опереться, кроме него. Утром и днем она еще хорошо держалась, а под вечер совсем сникла. Видимо, так на нее повлиял разговор с сестрой.

«Надо налаживать контакт, — решил Джеральд. — В конце концов, нам вместе жить минимум несколько лет».

Он спустился вниз и упал на диван. Усталость на него навалилась тяжелым грузом, а отяжелевшие веки закрылись почти сразу.

***

Оставшись одна, Элли горько расплакалась и уткнулась лицом в подушку. Как она хотела, чтобы это все оказалось страшным сном!.. Сейчас бы открыть глаза и обнаружить, что она находится в своей комнате, в окружении любящей семьи… но нет. Апартаменты на пятом этаже никуда не исчезли. Оставалось только судорожно всхлипнуть и утереть слезы.

Немного успокоившись, Элли села на кровати. Комната была небольшой, но уютной. Двуспальная кровать занимала почти все пространство, но нашлось место и для зеркала, и для шкафа.

Элли увидела себя в отражении и ужаснулась. Такой измученной она себя не видела давно.

«Надо привести себя в порядок», — рассеянно подумала она.

Среди кучи вещей в чемодане Элли, наконец, сумела отыскать пижаму и полотенце, а затем вышла из комнаты. На середине пути девушка остановилась. Она помнила, что Джеральд хотел ночевать в гостиной и теперь решала, подойти к нему или нет. Пересилив себя, Элли сделала два осторожных шага и замерла. Прислушавшись, она различила тихое глубокое дыхание Джеральда и поняла, что он спит. Девушка не стала его беспокоить и направилась в ванную, стараясь не шуметь.

Элли вспомнила, как он выглядел в ее странном видении дома у тетушки и поежилась. Она до сих пор не понимала, что это было и стоит ли этому верить.

Вместо Джеральда ей привиделся настоящий монстр, похожий на демона. С крыльями, с рогами, массивным хвостом, огромными сложенными крыльями и серой кожей. Монстр возвышался до самого потолка, а острые когти на руках и ногах напоминали черные изогнутые лезвия. Это существо было создано, чтобы убивать.

Элли закрылась в ванной и быстро вымылась. Шум воды ее приятно успокаивал, но леденящее чувство внутри никуда не уходило. Сначала Элли подумала, что она перенервничала, но нет. Ощущение было такое, словно за ней кто-то наблюдает.

«Кроме меня и Джеральда здесь никого нет», — одернула Элли саму себя.

«Не бойся, — прошелестел ласковый голос в голове. — Доверься интуиции. Она не подведет».

Элли вздрогнула и заозиралась по сторонам, прижав руку к груди. Голоса она больше не слышала.

— Видимо, так и сходят с ума, — с несчастным видом пробормотала Элли и вернулась в комнату. Она нырнула под одеяло и закрыла глаза. Как она хотела, чтобы сейчас на ее месте оказался кто-нибудь другой!..

Сдержав очередной поток слез, Элли крепко зажмурилась и попыталась выкинуть все мысли из головы. Постепенно она погрузилась в сон.

Глава 3: Хизер

Пробуждение было странным. Вокруг царила темнота. Привычный глазу туман, по которому она брела бессчетное количество времени, вдруг рассеялся.

Девушка повела рукой и нащупала непривычную мягкую ткань. Потрясенная пробужденная стиснула ее до боли, не веря в реальность происходящего.

Она судорожно вздохнула и резко села на кровати. В глаза ударил яркий свет. Девушка застонала и закрыла заслезившиеся глаза. Новая попытка осмотреться была уже менее болезненной. Девушка завертела головой, осматривая незнакомое место. Как она тут оказалась?.. Неужели нашла выход из тумана?

Она помнила, как белое марево вырывало из нее куски. От нее постоянно там что-то отлетало. То ленточка со словами, то картины, то какой-нибудь предмет… не то, чтобы они в этом пространстве были нужны, — девушка просто не любила отдавать что-то в никуда. Она даже не помнила, как ее звали, и как она выглядела. Туман отобрал все.

Девушка подошла к зеркалу и окинула себя внимательным взглядом. Растрепанные рыжие волосы, зеленые глаза, неплохая фигура с широкими бедрами, несколько едва заметных шрамов на светлой коже… и полное отсутствие мускулов. Почему для нее это было так важно, девушка не могла и сама объяснить.

Но разве так она выглядела?

И как ее все-таки звали? В тумане она повторяла свое имя безостановочно, опасаясь потерять и его. Губы сами зашептали заветные слова, пока разум пытался их осознать:

— Меня зовут Хизер Эмон. Я — Отступница из рода Каэлиш. Я…

Хизер шумно вдохнула и выдохнула. Да, теперь она вспомнила. По крайней мере все, что касалось вампиров, в ее голове восстановилось.

Есть Верные. Их Хизер терпеть не могла. Почему — она сейчас не смогла бы сказать. Не нравились они ей и все тут!

Есть Потомки. Их Хизер не любила еще больше, чем Верных. Каэлиш вспомнила, что эти ребята вообще были без тормозов. Они считали себя верхом эволюции и относились к людям соответствующе. Правда, пока у них хватало ума оставаться в тени и не провоцировать людей с ядерным оружием в руках. В боях собой они предпочитали не рисковать, а пускать вперед так называемое «пушечное мясо» — подчиненных людей, которые сделают все, что угодно, или созданных ими лично тварей при помощи Метаморфозиса.

Метаморфозис. Мерзкая магия, способная изменить плоть и кости до неузнаваемости. Провальный эксперимент магов крови, который стал распространяться среди вампиров подобно заразе. И все бы ничего, если бы Метаморфозис не сводил с ума и не делал вампиров зависимыми, словно какие-нибудь наркоманы.

Хизер поморщилась. В обрывках воспоминаний то ли своих, то ли чужих, она видела подобных тварей. Маленькие, большие, с несколькими головами или без них, с крыльями или ровными спинами, но всегда с неизменно длинными острыми когтями на конечностях и рядами острых зубов, чтобы хватать и рвать на части пойманных жертв.

А она относилась к третьему движению. Их называли Отступниками или Революционерами. У них на жизнь были совсем другие взгляды. Свобода, равенство, братство — вот три принципа, которыми они руководствовались. И в свое движение принимали всех. Контролировали всю жизнь общества двое: Лидер и его помощник, который отвечал за военную мощь.

Это Хизер знала. Просто знала. Откуда — сейчас бы ни в жизни не смогла объяснить.

Также она знала, сколько существовало родов и как устроена иерархия Верных. Она знала, что относится к самому странному вампирскому роду. А кто она такая и кем была — Хизер не помнила.

В дверь раздался стук. Хизер вздрогнула. Однако тело сработало быстрее, чем она успела подумать — девушка схватила первое, что подвернулось под руку, и приготовилась к атаке потенциального противника. Однако дверь не открылась.

— Доброе утро, — услышала Хизер приятный мужской голос. — Как оденешься — выходи. Нам надо поговорить.

Хизер услышала, как незнакомец отходит от дверей и опустила тяжелую вазу обратно на тумбочку.

«Еще бы знать, с кем разговаривать», — подумала Хизер.

Она огляделась и подошла к окну. Вид открывался потрясающий. Вдалеке виднелись небоскребы, чьи шпили вязли в густых облаках. Дороги серпантином скрывались где-то за линией горизонта. Подсвеченные солнцем крыши домов казались сделанными из сусального золота. Пальмы лениво покачивались на ветру, склонившись над дорогами. 

«Надо переодеться», — напомнила себе Хизер, с трудом оторвавшись от созерцания городского пейзажа. В памяти девушки на краткий миг проплыли совсем другие картины и почти сразу растаяли миражом в глубинах белого тумана.

Хизер задумчиво осмотрелась. На глаза ей попался полуоткрытый неразобранный чемодан и стул, куда была брошена одежда. Каэлиш не стала ничего искать, а одела то, что было ближе. Джинсы и блузка идеально подошли по размеру, как и нижнее белье, выуженное из недр чемодана.

Хлопнув дверью, Хизер вышла из комнаты. Она спустилась по небольшой лестнице из комнаты и оказалась в гостиной. У нее в голове роилось множество вопросов. Задавать их Каэлиш решила по мере важности.

Сместив взгляд в сторону дивана, она увидела худощавого парня, больше напоминающего мажора и щегла. Хизер неприязненно поморщилась. Таких она никогда не любила — ни людей, ни вампиров. Как правило, были слишком высокого о себе мнения. А еще такие умели плести интриги.

Неподалеку Хизер заметила прислоненную к креслу трость. Этот атрибут уже вызвал у нее интерес — видимо, этот пепельноволосый щегол с голубыми глазами и аристократичным лицом не так прост, как она подумала о нем.

— Ты кто? — спросила она у вампира, скрестив на груди руки.

Джеральд опешил. Он недоверчиво взглянул на девушку. Напряженная поза, чуть прищуренный настороженный взгляд, плотно сжатые губы… Рейчел вела себя совсем по-другому. Элли больше пребывала в растерянности. А эта… а эта кто?

— Для начала ответь, как тебя зовут, — медленно попросил Джеральд. Каэлиш фыркнула.

— Мое имя — Хизер Эмон, — с вызовом сказала она и кивнула Джеральду, мол, теперь твоя очередь.

— Очешуеть, — пробормотал Джеральд. От открывшихся перспектив он был отнюдь не в восторге.

В комнате повисла тишина. Оба вампира напряженно изучали друг друга. Хизер не решалась задать терзающие ее вопросы, которых теперь только добавилось. Почему Джеральд на нее так странно смотрит? Боится чего? Или у него к ней тоже есть вопросы?

Только Каэлиш собралась с духом, чтобы задать первый, как перед глазами у нее все поплыло. Гостиная исчезла. Хизер завертела головой. Она поняла, что находится в каком-то заброшенном доме. Точнее, в его подвале. По обе стороны сидели люди с изможденным видом. Мужчины, женщины, дети… их взгляды были пусты. Внешний вид говорил о том, что находятся они здесь очень давно. Хизер настолько прониклась атмосферой безнадежности, что даже самой захотелось сесть куда-нибудь в уголок и отгородиться от внешнего мира. Однако Хизер осталась наблюдать. Она не сразу заметила Джеральда, притаившегося в тени подвала. Одет он был намного проще, чем сейчас — футболка, джинсы, сверху кожанка. Вид у него был мрачнее тучи, а в руках сжимал чашу с красными потеками по краям. Хизер прищурилась. Она повела носом воздух и почувствовала запах крови. И чего-то еще.

Вздохнув, Джеральд отделился от стены и вышел к людям. Они подняли на него безучастный взгляд.

— Выпейте это, — произнес он тихим уверенным голосом, на который обернулись все. — Вам станет легче. Каждому по глотку.

Он передал чашу мальчику восьми лет. Перемазанный, не иначе как чудом он удержал тяжелую чашу и отпил, подчиняясь ментальным техникам. Чаша пошла по рукам. Люди после глотка кровавой смеси заметно оживлялись. Кожа стала приобретать более здоровый оттенок, мышцы налились силой, а во взглядах испивших читалась такая преданность и вожделение, что Хизер стало даже противно. Она с ненавистью взглянула на Джеральда, резко осознав, кто он такой.

— Что прикажете, господин? — с благоговением спросила женщина. — Я сделаю для вас все…

— Все говоришь?.. — усмехнулся Джеральд. — Тогда слушай. Слушайте все и выполняйте…

Видение развеялось. Хизер снова стояла в гостиной апартаментов напротив Джеральда. Только теперь у нее не было ни малейшего желания с ним разговаривать.  Руки сами собой сжались в кулаки, а лицо исказилось от бешенства и ненависти.

— Ты!.. — прошипела Каэлиш и бросилась в атаку.

Красная пелена застилала ей глаза, и девушка едва ли отдавала отчет своим действиям. Джеральд был настороже, едва заметил в Хизер перемену, и успел вскочить на ноги. Каэлиш попыталась нанести сокрушительный удар ему по лицу. Джеральд уклонился и перехватил ее руку. Хизер не растерялась и нанесла ему удар ногой по голени. Зашипев от боли, Джеральд ослабил хватку. Хизер вырвалась и снова перешла в атаку. Ашес не стал вступать с ней в рукопашный бой и, уклонившись от очередного удара, метнулся к окну и схватил прислоненную к нему трость. Джеральд резко развернулся. Хизер обрушила на него серию ударов, не позволяя разорвать дистанцию и не оставляя места для маневров с тростью. Кулак Каэлиш заехал Джеральду по скуле. От мощи удара у него в глазах заплясали разноцветные звездочки. Ашес стиснул зубы и пустил в ход ментальные техники, попытавшись угомонить разбушевавшуюся ученицу. Попытка успокоить Хизер привела к ровно обратному эффекту. Сейчас она хотела добраться до вертлявой цели любой ценой.

Продолжая уворачиваться, Джеральд заметил, что ослепленная яростью Хизер делает много ошибок. И он этим воспользовался. Отвел руку Каэлиш в сторону и перекинул ее через себя на диван. Джеральд резко отскочил в сторону и выставил перед собой трость, не спеша обнажать оружие. Он до сих пор пытался понять, какая муха укусила его воспитанницу?

Взбешенная Хизер вскочила с дивана, готовая броситься в очередную атаку и… замерла. Взгляд по-прежнему метал молнии. Только теперь силы были неравными, и Хизер это прекрасно понимала. Против трости у нее не было подходящего оружия. А если Джеральд еще и опытный фехтовальщик, то нечего и думать на него бросаться врукопашную. Разве что только отвлечь…

Хизер сделала осторожный шаг. Джеральд следил за каждым ее движением, но остался на месте. Она приблизилась еще немного. Ашес вскинул трость, предупреждая Каэлиш. Она стиснула зубы и схватило первое, что подвернулось под руку. Диванная подушка полетела точно в лицо Джеральду. Он сместился в сторону. Хизер стрелой бросилась в атаку.

Каэлиш поднырнула под руку Джеральду и ударила его по локтю. Джеральд от боли и неожиданности удара выронил трость. Хизер сразу же этим воспользовалась и от души заехала ему в челюсть. А затем и коленом по животу. Пусть хотя бы почувствует толику той боли, которую он причинил людям! И пусть тысячи искаженных им разумов сломают его собственный!

В ментальную технику Хизер вложила всю свою злость. Джеральд успел нанести удар. Они стояли так близко друг к другу, что чувствовали учащенное напряженное дыхание.

Их взгляды встретились. И каждый нанес ментальный удар другому. Хизер захрипела и пошатнулась. На нее вдруг накатила волна слабости и запоздалой боли. Она только сейчас поняла, что Джеральд вонзил ей руку под ребра. А он с искаженным от ярости лицом уже всерьез задумывался, а не убить ли ему свалившуюся на голову ученицу. И все равно, что их там три!

Оба отступили друг от друга на несколько шагов назад. Ослабленные и ментальным и физическим противостоянием, оба чувствовали, что это еще не конец.

Хизер выдохнула и отступила. Ногой она на что-то наступила и скосила быстрый взгляд на пол. Трость! Ну конечно! И без острого наконечника она могла стать грозным оружием!

Кинувшегося к ней Джеральда Хизер заметила краем глаза. По наитию она обрушила на него еще один удар ментальной техникой. Почти сразу мышцы свело судорогой. Секундная слабость Хизер дорого обошлась — Джеральд обхватил ее за талию и повалил на пол. Каэлиш ощутимо приложилась головой. Во рту появился привкус крови.

Ярость вспыхнула в девушке с новой силой. Она пнула Джеральда в живот. Его хватка ослабла. Хизер этим воспользовалась и, подтянув к себе его, вцепилась зубами в горло. Пить кровь другого вампира считалось дурным тоном, да и голод не подавляла, но у Хизер была совсем другая цель. Она собиралась попросту перегрызть Джеральду горло. Достаточно будет ввести его в коматозное состояние, а добить уже не проблема.

Джеральд оказался в отчаянном положении. Он до последнего надеялся, что сумеет выйти победителем, но Хизер сумела неприятно его удивить. Оставался только один способ угомонить воспитанницу и выяснить, почему она на него так взъелась.

Правая рука Джеральда начала стремительно меняться. Через пару мгновений пальцы на ней вытянулись и превратились в острые когти, которые Джеральд вонзил в бок Хизер. Она дернулась, но его не отпустила. Он ударил еще раз. Хизер зарычала, но продолжила тянуть кровь из Джеральда. От жажды крови тот едва соображал. Злость охватила его, и Ашес резко дернул когти вниз.

Вот теперь Хизер выпустила его, откатившись на безопасное расстояние. Рана под ребрами уже зажила, но все равно дышала девушка с хрипло. У нее уже не было сил бороться. Только принять свою смерть, с ненавистью глядя на Джеральда, приставившего трость ей к груди.

— Ну давай, убей меня!  — выплюнула Хизер ему в лицо. — Вас, Потомков, хлебом не корми, дай кого-нибудь прикончить! — ядовито сказала она.

— Что?.. — от неожиданности Джеральд чуть опустил трость, с изумлением уставившись на Хизер. Однако практически сразу его накрыла злость. — Я понятия не имею, как ты об этом узнала, но советую держать язык за зубами! Иначе Верные убьют нас обоих!

— Еще лучше! — рыкнула Хизер. — От одних ублюдков сбежал к другим!

Джеральд смешался.

— Ты из Отступников? — недоверчиво спросил он.

— А если и так?! — с вызовом спросила Каэлиш. Лицо у нее исказилось от боли, а по телу прошла судорога. Живот скрутило от голода. Этот поединок ей дорого обошелся.

Джеральд тяжело вздохнул.

— Значит так, — жестко начал Джеральд, — советую кое-что запомнить и впредь так больше не выделываться! Первое — ты не одна в этом теле. Второе — мы в одной лодке. Если Верные узнают обо мне, твоя голова полетит следующая. Третье — я твой Наставник. Сомневаюсь, что тебе он нужен, но вот кое-кто другой точно пропадет. И ты вместе с ней.

— А если я уйду к Отступникам? — спросила Хизер, немного помолчав. Информация ее несколько ошеломила. Как это — не одна в теле?!

— И как ты себе это представляешь? — с сарказмом спросил Джеральд. — Вериты и разговаривать с тобой не станут, а просто снесут голову! К тому же у Отступников не настолько прочное положение в Лос-Анджелесе, как кажется на первый взгляд! Может, раньше ты среди них была большой шишкой, но сейчас ты никто!

Хизер вспыхнула. Ей так и хотелось сказать что-нибудь язвительное в ответ, но понимала, что Джеральд был прав. Тысячу раз прав, чтоб его черти забрали!

Вдруг Каэлиш почувствовала, как ее сознание обволакивает волна спокойствия. Она попыталась ее стряхнуть и выставить ментальный барьер, но все тело снова прошила судорога, а сознание помутилось. Ярость девушки гасла как пламя на огарке свечи. Давление чужой воли становилось все сильнее и сильнее. Сил сопротивляться у Хизер не было, и она сдалась. Удивилась только тому, что у ее Наставника еще есть силы использовать ментальные техники, а ведь он тоже был изрядно потрепанным.

Запоздало Хизер подумала о том, что Джеральд запросто мог заставить ее выпрыгнуть из окна. Или попросить вонзить себе в грудь трость.

«Странно, что он этого не сделал», — мрачно подумала Каэлиш и с трудом села на полу.

Джеральд устроился на диване, не выпустив из рук трость. Мстительно Хизер отметила, что у него взгляд тоже горит голодным огнем.

— А теперь предлагаю заново познакомиться и нормально поговорить. Я — Джеральд Крейн. Ты Хизер…

— Эмон, — буркнула Каэлиш.

— Ну вот, уже лучше, — криво улыбнулся Джеральд. Ненадолго повисло молчание, которое нарушить решилась Хизер.

— Ты говорил, что помимо меня есть еще другие личности…

Каэлиш запнулась и резко умолкла. Осознание пришло к ней внезапно, как гром среди ясного неба. Она-то думала, что нашла выход из тумана, а это оказалось чужое тело! Хизер так хотела выбраться оттуда и обрести себя заново, что даже не посмотрела, есть ли у этого «выхода» собственное сознание.

— Кто же я такая?.. — внезапно охрипшим голосом тихо спросила Хизер.

Вопрос застал Джеральда врасплох. Да и выражение лица воспитанницы заставило его здорово забеспокоиться. Настолько потерянной не выглядела даже Элли вчера.

— Это надо у тебя спрашивать, — медленно сказал Джеральд, чтобы немного развеять тишину. Хизер свирепо на него взглянула. Вопрос был риторическим.

— И как же так получилось, что ты очутился среди Верных? — уже спокойнее спросила Хизер.

Джеральд неожиданно вспыхнул.

— Да, я был среди Потомков! — с вызовом сказал он. — Очень долгое время и отнюдь не по своей воле! Довольна?!

— Нет! — свирепо ответила Хизер и вскочила на ноги. Она тут же схватилась за распоротый бок и облокотилась на спинку дивана. Да уж, это воистину будет битва инвалидов!.. Или нет?

Хизер умолкла, увидев обнаженную шпагу, сверкающую кровавыми отсветами. Ножны, составляющие трость, лежали в стороне.

Оружие было очень грозным. Подобные чары кровавых магов ей уже доводилось видеть. С виду — шпага как шпага. Но стоит его хозяину пожертвовать кровь, как она превращалась в воистину смертельное оружие, способное разрубить все что угодно.

— Не лезь ко мне в душу, — с тихой угрозой сказал Джеральд. — Ты обо мне ничего не знаешь.

Он подобрал ножны и убрал шпагу обратно, не сводя взгляда с Хизер. Она отметила его выверенное движение и сделала вывод, что оружие он носит не для красоты. Каэлиш нехотя признала, что, кажется, ей придется пересмотреть свое первое мнение о Джеральде.

— И запомни: я твой Наставник, а ты — моя ученица. Может и не ты, но сути это не меняет. Сейчас вы все трое под моей опекой. Меня и себя не пожалеешь, о других подумай в твоей голове, — хмуро добавил Джеральд, чтобы хоть немного призвать к ее совести.

Хизер разгадала его маневр и гневно сверкнула глазами.

— И кто эти… другие? — раздраженно спросила она, разглядывая разодранный бок. Регенерация шла из рук вон плохо — молодой Каэлиш срочно требовалась кровь. Да и ее «Наставнику» она бы тоже не помешала.

— Элли Джонс хозяйка тела. Кто Рейчел — не знаю. Но ты и она появились у Элли в голове после пробуждения. Родственницы Элли не упоминали, что она страдала раздвоением личности. Да и для тебя наверняка не существовало «вчера», — заметил Джеральд. — И еще: сегодня ночью у нас важное мероприятие. Так что нам обоим надо будет привести себя в порядок до его начала.

— Это какое? — отвлеченно спросила Хизер, пытаясь разобраться в том, что ей только что сказал сейчас Джеральд.

— Бал Ночи, если тебе это о чем-то говорит.

Хизер поморщилась словно от зубной боли. Джеральд усмехнулся.

«Хорошо, что хотя бы этой базовые основы объяснять не надо. Даже представляет, какие взаимоотношения между всеми движениями», — подумал он.

— И что мы там забыли? — угрюмо спросила Хизер, вырвав Джеральда из размышлений.

— Я задаюсь тем же вопросом, — отозвался он. — В Элли вампирские гены проснулись три дня назад. Обычно молодую кровь представляют другим вампирам, пока они не встанут на ноги, а тут…

— Значит, старые интриганы решили помутить воду? — прищурилась Хизер. Раздражение окатило ее горячей волной

— Ненавижу Верных! — процедила она сквозь зубы. — Они всегда были изворотливыми склизкими змеями! Серпентарий и тот безопаснее!

Джеральд хохотнул. Так точно описать общество Верных мог тот, кто хорошо разбирался в их манере вести политику.

«Да, теперь и мне интересно — кто она», — подумал Джеральд.

— Бал состоится в полночь, — продолжил Ашес. — Так что времени подготовиться у нас будет много.

Джеральд придирчиво осмотрел воспитанницу.

— Только отмойся от крови и переоденься сначала.

— Поесть тоже не помешает, — буркнула Хизер, снова пережидая судорогу и чувство голода.

— Полчаса тебе хватит? — спросил через некоторое время Джеральд, оглядывая себя. Его костюм теперь можно было только выбросить.

— А тебе? — в тон ему спросила Хизер.

— Между прочим, это все из-за тебя, — огрызнулся он. — Не набросилась бы…

— Откуда мне было знать, на чьей ты стороне?! — тут же ощетинилась Хизер.

— Вообще-то могла спросить, — резонно заметил Джеральд.

— Чтобы ты меня убил?!

Джеральд закатил глаза.

— Не убил!.. — хмуро буркнул он.

— Но устроил ментальную встряску! — не унималась Хизер. — А я терпеть не могу, когда мне в мозг кто-то лезет!

Джеральд тяжело вздохнул. Спорить с Хизер у него не было уже никаких моральных сил. На одно его слово у нее находилось десять против.

— Значит, для тебя лучшая защита — это нападение? — спросил он. Ответом ему стал звук хлопнувшей двери.

Оставшись одна, Хизер прислонилась спиной к стене и прикрыла глаза, заново осмысливая ситуацию, в которой оказалась.

Пожалуй, Джеральд был прав — они и правда в одной лодке. Не стоило ей горячиться. Что на нее нашло? Откуда в ней взялось столько ярости?..

— Пожалуй, сейчас самое лучшее решение — плыть по течению, — пробормотала Хизер. — А там видно будет.

«И отправиться на Бал Ночи», — мрачно добавила про себя девушка.

Насколько Хизер было известно, там собирались все сливки общества Верных. Молодая кровь туда попадала только либо благодаря Наставникам, либо благодаря исключительным заслугам. Но, судя по словам Джеральда, Элли ни тем, ни другим не отличалась. А Наставник не очень похож на законченного политикана, судя по манере общения.

Откуда эти знания у нее были, Хизер не знала, но была уверена, что политики так себя вести не будут. Да и на месте Джеральда она бы стерла себе память, чтобы никто ненароком не узнал его тайну.

«И что это было за видение? Откуда оно взялось?» — рассеянно подумала Хизер.

От множества вопросов у нее голова пошла кругом. Каэлиш тряхнула головой и решила пока ни о чем не думать, а согреться в горячей ванной. Потом, все потом!..

Откопав в чемодане полотенце, Хизер взяла чистую одежду и быстро скрылась в ванной, пока ее не занял Джеральд.

***

— Я готова, — сообщила Хизер, выходя из своей комнаты. Каэлиш отмылась от крови и теперь выглядела вполне прилично: в черных брюках, открытых босоножках и блузке красного цвета. Через плечо была перекинута небольшая сумочка. Рыжие волосы собраны в небрежную косу.

Хизер сделала несколько шагов в сторону двери и остановилась. От голода ее слегка пошатывало. Она схватилась за ручку входной двери и раздраженно обернулась. Джеральд собирается выходить?

Хизер обернулась. И заметила, что Джеральд на нее очень странно смотрит.

— Ну-ка пройдись еще раз, — неожиданно попросил он.

— Это еще зачем?! — ощерилась девушка.

Джеральд подавил раздражение. Ну и особа!..

— Хочу кое в чем убедиться, — терпеливо пояснил он. — Простой пройдись. Так, как ты ходишь обычно.

Хизер поджала губы, но просьбу выполнила. Чеканным четким быстрым шагом она пересекла апартаменты и вернулась к входной двери. Все это время Джеральд не сводил с нее пристального взгляда, присматриваясь к четкому шагу.

— Интересно… у тебя походка как у военных.

Хизер удивленно моргнула. Она нахмурилась, силясь хоть что-то о себе вспомнить… но под конец качнула головой.

— Поехали уже. А то опоздаем, — буркнула она. — Не знаю, как ты, а я очень голодная.

Джеральд хмыкнул и взглянул на часы. До полуночи оставалось более двенадцати часов. Этого времени хватит на все. Даже на салоны красоты, если бывшая военная (а Джеральд в этом практически не сомневался) захочет их посетить.

Увы, у Джеральда на смену костюма не оказалось. Зато имелся расторопный Рик, который быстро привез ему подходящую одежду, только что купленную где-то в бутике по дороге. Оставалось только Хизер подобрать что-нибудь подходящее для Бала Ночи.

Поездка до ближайшего торгового центра была длинной. От Сан-Фернандо до центра даже без пробок добираться оказалось больше часа. А вот в самом торговом центре Хизер провела времени еще меньше, чем Рейчел.

Она зашла в магазин мужской одежды вместе с Джеральдом, осмотрелась, и быстро подобрала себе смокинг. Легкие возражения продавцов-консультантов она проигнорировала, отправившись в примерочную. Джеральд при помощи ментальной техники внушил продавцам к ней не лезть. А одного затащил в примерочную и им перекусил. Судя по легкому румянцу на лице Хизер, вышедшей из примерочной, она сделала то же самое.

Выглядела в мужском костюме Каэлиш настолько потрясающе, что даже консультанты не нашли, что возразить. Суровый вид только добавлял девушке шарма.

На предложение посетить салон красоты Хизер наотрез отказалась. Джеральд настаивать не стал. Вызывать на свою голову очередную вспышку ярости он не слишком хотел.

День был в самом разгаре, а оба вампира были уже собраны. И до сих пор голодны. Поэтому негласно было принято решение отправиться в один из самых опасных районов и поискать проблем на свою голову. Но с условием не ввязываться в драки, чтобы не портить внешний вид. Хизер такое предложение устроило. Впрочем, это не мешало ей раздавать такие ментальные пинки жертвам, что Джеральд даже начал опасаться за их психику.

Хорошенько перекусив, вампиры вернулись в город. Место встречи все равно сообщали за два часа до Бала Ночи — мера предосторожности на случай вражеского шпионажа. От нечего делать Джеральд предложил Хизер прогуляться по торговым центрам, чтобы не зажариться, сидя в машине на парковке. Каэлиш покладисто согласилась. Джеральд даже удивился, что она не стала с ним спорить.

— Я тут подумал, — медленно начал Ашес, — что раз вы с Рейчел ничего о себе не помните, то вам обеим может помочь историческая литература. Эпоха, в которой жил тот или иной вампир, оставляет след. Отголоски чего-то знакомого вы можете уловить в сухих фактах.

— А почему ты думаешь, что мы с Рейчел когда-то существовали? — спросила Хизер. — Может, мы заблудшие призраки того тумана? Или еще что-нибудь похуже…

— Даже у призраков есть прошлое, — резонно заметил Джеральд. — К тому же, Рейчел читала по-французски. Сильно сомневаюсь, что с ходу можно выучить другой язык, а Элли об этом ничего не говорила. Да и у нее в комнате я ничего, намекающего на французский, не заметил.

Хизер такие аргументы убедили. Сориентировавшись, где искать книжный, оба вампира направились туда.

Джеральд тенью следовал за Хизер, оставив выбор полностью ей.

Каэлиш исследовала книжные полки, особое внимание уделив историческим томам, как и посоветовал Джеральд. История США ее не заинтересовала. Больше Хизер тяготела к истории Европы. Англия, Германия, Россия, Франция… последний томик в руках Каэлиш держала дольше всего.

— Бери все, — кивнул Джеральд на историю европейских государств. — В нашем обществе тебе это пригодится. И история Америки тоже. Ты не представляешь, сколько среди Верных ностальгирующих старичков, — хмыкнул он. — Они охотно поддержат любой разговор, касающийся исторических событий, и еще поворчат, в чем конкретно Линкольн или Кеннеди были неправы.

Хизер усмехнулась.

— И обязательно добавят, что раньше было лучше, — с иронией заметила она.

Они отправились гулять дальше по книжному магазину. Джеральд привел девушку в раздел классики и снова стал наблюдать. В первую очередь Хизер потянулась к французским авторам девятнадцатого столетия: Виктора Гюго, Ги де Мопассана, Гюстава Флобера и Стендаля. Томики последнего Хизер в руках держала дольше всего.

— Что, лично с автором была знакома? — не удержался от ехидства Джеральд. Он бы не удивился — Реджинальд же общался лично с Флобером, ибо жили они в одном городе. И даже несколько его ченовиков выкупил.

— Вряд ли, — отозвалась Хизер. — Но есть ощущение, что я видела это имя где-то еще… не знаю… не помню… — рассеянно пробормотала она.

Джеральд внес имя автора в список мысленных заметок.

— Что ж, до выезда у нас еще много времени… можем вернуться домой отвезти книги. Или куда-нибудь еще съездить.

— Я бы посмотрела город, — быстро сказала Хизер. — Знание улиц может когда-нибудь сильно пригодиться.

Джеральд с удивлением взглянул на девушку. Сам бы он с удовольствием вернулся домой или на квартиру, но… в чем-то Хизер была права. Он и сам город знал плохо, предпочитая находиться дома.

Они сели в машину и медленно поехали по улицам.

— Я в городе не так долго и практически нигде не был, так что экскурсовод из меня весьма паршивый, — предупредил Джеральд с кривой усмешкой.

— Меня не интересует история города, — ответила Хизер. — Так что можешь не напрягаться. Просто езжай не слишком быстро, чтобы я успевала запоминать переплетения улиц и повороты.

Джеральд взглянул на Хизер через зеркало заднего вида.

— Значит, я могу на тебя рассчитывать? — спросил Джеральд. — Не пожалею, что не стер тебе память?

— Я умею хранить секреты, — произнесла Хизер таким тоном, что Джеральд ей сразу поверил. — Но не думай, что я забыла, кто ты и что ты творил, — сверкнула глазами Каэлиш.

Джеральд поджал губы. Конечно, обязательно ложку дегтя ей надо было добавить!

«Я бы и сам с удовольствием забыл это все», — с горечью подумал Джеральд.

Каэлиш… из-за проклятой проницательности Хизер положение у него резко стало шатким. Конечно, куда проще было бы убить всех троих, но острая опасность со стороны Кристал и Департамента за ее спиной пугала Джеральда еще больше. Среди вампиров он мог затаиться, а вот спрятаться от преследующих охотников… Отчего-то Джеральд не сомневался, что Кристал его из-под земли достанет, если с Элли что-то случится. И даже Метаморфозис ему не поможет.

***

Часы показывали половину двенадцатого. Джеральд и Хизер находились в машине. Они припарковались напротив одного из небоскребов полчаса назад и теперь наблюдали за ним. Люди входили и выходили из главного входа. Некоторые из входящих не торопились, желая показать свой статус взглядом, жестом или костюмом. Нескольких вампиров Хизер определила безошибочно. Бал Ночи устраивался сегодня в центре города, в одном из небоскребов, которые свечками устремлялись в небо, прошивая сизые тучи, скрывающие звезды.

— Ну что, пойдем? — взглянул на Хизер Джеральд.

— Как будто у нас есть выбор, — буркнула она и первой вышла из машины. Невысокие каблуки звонко цокнули по асфальту.

Джеральд вздохнул и последовал за ней. Он запер машину и поставил ее на сигнализацию. Каэлиш прошла несколько шагов и остановилась. Она обернулась на Джеральда, потом взглянула еще на кого-то…

Джеральд выглянул из-за ее спины и все понял.

— Познакомься, это Эрик, глава моего клана. И мой брат-близнец, — с усмешкой пояснил он.

— Доброй ночи, — кивнул Эрик, остановившись напротив Хизер.

— Приятно познакомиться, — медленно произнесла она, снова переводя взгляд на Джеральда.

— Это моя воспитанница, Хиз… Элли Джонс, — представил девушку Джеральд. — Она из рода Каэлиш.

Эрик с удивлением взглянул на брата.

— И почему я узнаю такие новости только сейчас? — с усмешкой спросил Эрик.

Джеральд переглянулся с Хизер.

— Нам нужно было время, чтобы привыкнуть друг к другу. А вчера мы получили официальное приглашение на Бал Ночи. Не знаешь, кто и зачем мог нас позвать? — перешел Джеральд на серьезный тон.

— Понятия не имею, — с удивлением произнес Эрик, продолжая изучать взглядом Хизер.

— Просто странно все это, — продолжил Джеральд. — Пробужденных не зовут на такие мероприятия. Моей всего три дня.

Эрик опешил. И уставился на Хизер как на диковинку. Она бросила на него раздраженный взгляд.

— Не нервируй ее, — посоветовал Джеральд. — Она очень темпераментная. Может и врезать.

Эрик отошел от Хизер на всякий случай подальше.

— Предлагаю зайти внутрь, — процедила Хизер сквозь зубы. — На такие мероприятия вряд ли принято опаздывать.

Она первой двинулась к зданию. Эрик и Джеральд остались наблюдать за удаляющейся девушкой.

— У нее походка…

— Как у служивых, — кивнул Джеральд. — Я потом тебе расскажу историю нашего знакомства. Поверь на слово, эта дамочка достойная представительница своего рода.

— Верю, — кивнул Эрик.

Близнецы Крейн последовали за Хизер, которая уже дошла до двустворчатых стеклянных дверей. Братьям пришлось ускорить шаг, чтобы поспеть за девушкой. Их взору открылся просторный холл, ярко освещенный встроенными лампами на стенах. В дальней части виднелась имитация водопада.

За стойкой сидела миловидная блондинка. По залу с важным видом прохаживались охранники. У каждого было на боку табельное оружие. Выходящие из лифтов люди боязливо на них косились и спешили на выход. Вампиры их вовсе не замечали.

— Добрый вечер, чем могу быть полезна? — подняла девушка взгляд на Хизер.

— Мы прибыли на Бал Ночи, — произнес Эрик. — Я Эрик Крейн. Джеральд Крейн — мой брат, прибыл по приглашению с воспитанницей… — он вопросительно взглянул на брата.

— Хиз… Элли Джонс, — быстро исправился Джеральд.

Эрик многозначительно на него взглянул. Джеральд сделал вид, что ничего не заметил.

— Одну минуту, — произнесла девушка, сверяясь со списками.

Она быстро пробежалась пальцами по клавиатуре. Затем еще раз взглянула на Джеральда, Эрика и Хизер.

— Все в порядке, — наконец, сказала она с дежурной улыбкой. — Вы можете пройти. Шестой лифт.

Вампиры кивнули и обошли стойку. Указанный лифт не имел кнопки вызова и спускался только по требованию администратора. Вскинув голову, можно было увидеть, как он скользит по стеклянной шахте вниз. Двери мягко разошлись. Хизер с подозрением взглянула на стеклянную конструкцию, но внутрь ступила, когда ее Джеральд мягко подтолкнул в спину.

Лифт мягко тронулся с места и повез троицу наверх. Хизер не переставала с подозрением оглядываться по сторонам.

 — Не беспокойся. На Балу Ночи тебе ничего не грозит, — произнес Эрик. — Во время такого мероприятия охраны на каждом этаже хватает. На входе за всеми пристально следят. Никто из других сообществ не проскользнет незамеченным даже при помощи ментальных техник.

— Я не боюсь угрозы с внешней стороны. Куда больше меня пугают Верные, замешанные в политике, — ответила Хизер.

Эрик с изумлением на нее взглянул.

— Она быстро учится, — с невозмутимым видом сказал Джеральд.

— Я бы сказал, что это больше похоже на личный опыт, — пробормотал Эрик.

Вскоре лифт остановился на нужном этаже. Он на мгновение замер и раскрыл свои двери. Вампиры оказались в небольшом коридоре, устланным красным ковром. По обе стороны тянулись несколько дверей, а впереди виднелась огромная арочная дверь. Из-за нее доносились голоса и музыка.

Хизер одернула смокинг, коснулась рукой бока и быстро ее одернула, поморщившись. Джеральд не сводил с нее внимательного взгляда.

«Похоже, она носила оружие. Интересно какое?». Джеральд очень хорошо знал подобный жест — таким касались рукояти оружия.

Джеральд взял Хизер под локоть. Она развернулась к нему и высвободилась из хватки.

— Не трогай меня! — попросила Каэлиш с агрессивными нотками в голосе.

Джеральд поджал губы. Хотел бы он знать, откуда в этой дамочке столько агрессии. Или просто не хочет, чтобы ее трогал бывший Потомок?

— Веди себя прилично и не делай глупостей, если не хочешь на собеседование к Веритам, — холодно произнес Джеральд.

Эрик терпеливо ждал их у дверей. В ярко освещенный светлый зал они вошли вместе. Джеральд даже прищурился от ослепившей его роскоши. Красные стены перемежались с белыми колоннами. Свет был приглушен, чтобы гости могли полюбоваться открывшейся панорамой на город. Музыканты расположились сбоку на возвышении. Симфоническая приятная музыка наполняла зал. По той же стороне тянулась барная стойка со съестными угощениями и кровью. Там же располагались столики для гостей, а с другой стороны тянулись мягкие диваны. По залу сновали молодые вампиры, предлагая смешанные коктейли на основе крови.

Вошедшая троица невольно привлекла к себе внимание. Хизер досталось несколько завистливых взглядов, а братьям — заинтересованные. Несколько завсегдатаев отвлеклись от разговоров, с интересом взглянув на вновь прибывших гостей.

Джеральд едва сдержался, чтобы не поморщиться.

— Как у тебя хватает терпения здесь бывать? — тихо спросил Джеральд у брата. Он тонко улыбнулся.

— Я не особо лезу в политику, а Старейшине достаточно знать, что наш немногочисленный клан на его стороне. Нас куда больше всегда интересовала собственная жизнь.

Джеральду было нечего возразить. Все Ашес были такими. Или почти все, ибо даже в их клане попадались законченные политиканы.

Он взглянул на Хизер. Все ее движение и поза выдавали настороженность и напряжение, словно она пришла не на бал приемов, а на поле битвы.

«Кто же ты такая?» — в который раз задал себе вопрос Джеральд.

— Пойдемте, — указал Эрик на свободное место у панорамного окна. Джеральд последовал за ним. Каэлиш осталась на месте.

— Хизер, — окликнул ее Джеральд. Она вздрогнула, словно очнувшись ото сна.

— Хизер? — изогнул бровь Эрик. — Джеральд, ты ничего мне рассказать не хочешь?

Он отмахнулся от брата и встал рядом с Каэлиш.

— Кто это? — спросила она, кивнув на кого-то из вампиров.

Джеральд проследил за ее взглядом. В его глазах отразилось удивление. Впервые на его памяти кто-то с ходу интересовался подобной персоной.

— Франклин Мартен, — помедлив, ответил Джеральд. — Он главный Верит. Насколько я слышал, не самый приятный тип. Ходят слухи, что он вынудил уйти с места предыдущего, чтобы занять его место.

Хизер оценивающе взглянула на Джеральда.

— Что? — не выдержал он пристального взгляда.

— Ты не похож на вампира, который собирает сплетни, — иронично произнесла Хизер и снова перевела взгляд на Франклина.

Ему было на вид около тридцати лет. Он был широк в плечах, не слишком высокого роста. Сразу бросались в глаза его мускулы. Безукоризненный костюм, ослепительная белозубая улыбка… и не сказать, что ведет дела, касающиеся безопасности Верных. Ухоженные длинные усы придавали ему щегольского очарования, а улыбку делали загадочной и даже хитрой. Каштановые волнистые волосы собраны в низкий хвост и перехвачены черным бантом на старинный манер.

Франклин поднял глаза. Взгляд карих глаз устремился к Хизер. Она тут же отвернулась, делая вид, будто ее заинтересовала стена.

Уединение Джеральда и Хизер нарушил подошедший Реджинальд. На его лице играла легкая улыбка. Как и всегда, он был обаятелен и прекрасен.

— Доброй ночи, — произнес Реджинальд. Он взял Хизер за руку и оставил на ее тыльной стороне ладони поцелуй.

У Джеральда замерло сердце. Он ожидал, что Хизер ударит Реджинальда, но все обошлось. Джеральд так и не понял, от чего больше опешила Каэлиш: от наглости Дэвейна или от его обаяния.

— Рад видеть тебя в компании столь очаровательной спутницы, — улыбнулся он Джеральду.

— Как будто у нас был выбор, — криво усмехнулся Ашес. Реджинальд внимательно на него взглянул.

— Вам не сказали, зачем вы здесь? — догадался он.

— Нет, — настороженно ответил Джеральд и оглянулся на Эрика, который прислушивался к их разговору.

— У клана Каэлиш вот уже как несколько месяцев нет главы клана. И вот, наконец, они выдвинули кандидатуру, — медленно произнес Реджинальд.

Джеральда кольнуло нехорошее предчувствие.

— И кто это?

— Она, — кивнул Реджинальд на Хизер.

— ЧТО?! — опешила Хизер.

— Ти-хо. Я сам недавно об этом узнал.

— А почему меня Каэлиши не поставили в известность?! — прошипела Хизер. — Может, я не хочу?!

— А это тебе надо спросить у своих сородичей, — негромко произнес Реджинальд.

— Но… она же пробужденная! Молодая кровь! До главы клана всегда допускали лишь тех, кто пережил спячку. Они что, с ума там сошли?! — прошипел Джеральд.

Реджинальд внимательно взглянул на Хизер.

— Да, такого никогда не было. По крайней мере, здесь. Но вот что я скажу: если Каэлиш что-то делают, то не просто так.

— А Старейшина?..

— Он не отчитывается передо мной, так что не могу сказать. Но вряд ли он был в восторге от идеи Каэлишей. Но раз вы здесь… ему просто не оставили выбора.

Хизер и Джеральд переглянулись.

— Замечательно, — хмуро сказала Хизер. — И что мне теперь делать?

— Ничего, — ответил Реджинальд, пристально вглядываясь в Каэлиш. — Просто… в первую нашу встречу ты вела себя по-другому.

— В какую первую встречу? Я вас первый раз вас вижу!

Реджинальд с изумлением взглянул на нее. Джеральд легонько ударил Хизер по голени тростью. Она ответила свирепым взглядом.

Заинтересованный Реджинальд хотел продолжить расспросы, но звон бокала отвлек его. Стихла музыка. В одно мгновение в зале повисла тишина. В центр вышел мужчина. Он был облачен в белый костюм, который оттенял его смуглую кожу и волосы цвета воронова крыла. От вампира исходила властная аура. Изящные безукоризненные жесты и умение держать себя отдавали манерами прошлого столетия, а то и двух.

— Аристократия, — с презрением выплюнула Хизер.

«Интересно… бывшая военная, ненавидит аристократов. Из крестьянской семьи? Или аристократы ей как-то насолили?» — снова подумал Джеральд.

Старейшина тем временем заговорил.

— Сородичи, доброй ночи, — с улыбкой начал Эдмунд Мюррей. — Рад всех приветствовать на очередном Балу Ночи. Сегодняшнее собрание не более, чем дань традиции. Лос-Анджелес уже давно стал надежным оплотом для Верных. К нам стремятся из других городов Штатов. К нам обращаются за помощью. Однако враги нашего движения распускают слухи, будто в город пробрались Потомки. Смею вас заверить, это не так. Это не более, чем злая манипуляция врагов, чтобы посетить волнения среди нас и внести в общество Верных раскол…

Джеральд напрягся. Он коснулся руки Реджинальда и указал свободный уголок. Мужчины отошли в сторону.

— Потомки здесь? — едва слышно спросил Джеральд.

— Не могу сказать наверняка, но слухи такие ходят, — почти не разжимая губ, произнес Реджинальд.

— Тогда понятно, почему Старейшине потребовались все кланы. Возможно, он и поторопил Каэлишей с выбором главы, а они… — Джеральд выразительно взглянул на Хизер.

— Возможно, — кивнул Реджинальд.

Они замолкли под недовольным взглядом главного Верита. Джеральд вернулся к Эрику и Хизер.

«Дерьмо», — выругался Джеральд.

Если Потомки и правда на пороге Лос-Анджелеса, это могло означать только одно: столкновение двух вампирских организаций. А ему лично сулило множество проблем. Джеральд мог оказаться между молотом и наковальней — перебежчиков из одного движения в другое не любил никто. Если Потомки узнают, что он здесь, то с радостью сами оторвут ему голову. А, если не получится, сообщат Верным. А они оторвут голову не только ему, но и Хизер со всеми прилагающимися личностями.

Борьба за территорию и сферы влияний также грозила нарушением режима секретности и множеством жертв среди людей. Какой бы циничной не казалась фраза: «Лес рубят — щепки летят», она наиболее точно отражала последствия столкновений двух движений. А то и трех. С Отступниками Верные уживались в мире намного проще, ибо они придерживались политических взглядов Верных, но их бесила строгая иерархия и слишком явное неравенство в лице власть имущих. В отличие от Верных, лидера Отступники выбирали сами, а не ждали решения «сверху». У Революционеров все вампиры были равны по определению и объединялись под лозунгом: «Свобода. Равенство. Братство». Отступники были самой поздней идеологической организацией вампиров, возникшей в конце ХVIII — начале ХIХ века во время французской революции.

В размышлениях о политике Джеральд перестал слушать речь Старейшины и пришел в себя на следующих словах:

— … рад познакомить вас с главой клана Каэлиш.

Эдмунд улыбнулся вампирам и сделал приглашающий жест Хизер. Джеральд похолодел. Он как-то совсем не подумал, что его протеже придется выступать с речью перед публикой, ибо был слишком сильно ошарашен свалившимися новостями.

— Надеюсь, она ничего лишнего не наговорит, — пробормотал Джеральд, перехватив бокал с кровью у мимо проходящей молодой вампирши. Она с интересом взглянула на близнецов, не решаясь заговорить. Те ее не замечали. Их взгляды были устремлены только на Хизер.

Она шла быстро, уверенно, чеканным шагом и с гордо поднятой головой.

«Словно на расстрел», — подумал Джеральд.

Каэлиш остановилась возле Старейшины и, не глядя на него, развернулась к залу.

— Доброй ночи, — холодно поприветствовала вампиров Хизер. — К сожалению, я не заготовила приветственной речи, но, смею заверить, что клан Каэлиш поддержит движение Верных в любых начинаниях, а при необходимости встанет на защиту города.

Посчитав, что этого достаточно, Хизер кивнула Эдмунду и вернулась обратно к Джеральду тем же чеканным шагом под множество любопытных взглядов.

— Благодарю вас, мисс Джонс, — сдержанно произнес Эдмунд, провожая девушку взглядом. — Я искренне надеюсь, что Верные смогут на вас положиться.

Хизер сделала вид, что его не услышала. Старейшина улыбнулся, взглянув на вампиров.

— Тогда объявляю традиционный Бал Ночи открытым!

Эдмунд взмахнул рукой, давая знак оркестру. Зал снова наполнился музыкой и разговорами. Тревога постепенно сменялась любопытством. Кто-то даже подходил ближе, чтобы взглянуть на Хизер. Та от такого пристального и нездорового внимания поспешила скрыться в самом дальнем углу зала вместе с Наставником.

— Ты молодец, — шепнул он ей. — Держалась хорошо.

— Джеральд… — Хизер сделала глубокий вдох и ровным голосом проговорила: — Лучше ничего не говори.

— Могу я задать вопрос, — подошел к Хизер Реджинальд.

— Рискните, — буркнула она.

— Как ваше имя?

Простой вопрос застал девушку врасплох.

— Ее зовут Элли Джонс, — ответил Джеральд.

— Я не тебя спрашивал, — усмехнулся Реджинальд. — И в прошлый раз у твоей подопечной было другое имя.

— Ее зовут Хизер Эмон, — ответил Эрик. Он тут же получил тростью по ноге от Джеральда.

Четверка резко смолкла, заметив пристальное внимание Верита.

— Прошу прощения, я правильно все услышал? — вкрадчиво спросил Франклин. — Ее зовут Хизер Эмон?

Каэлиш резко вскинула голову и взглянула ему в глаза без опасений. Несколько мгновений они смотрели друг на друга, не отрываясь.

— Ее зовут Элли Джонс. Хизер Эмон — это ее подруга, — нашелся Джеральд.

Франклин взглянул на него сверху вниз. И медленно удалился под пристальным взглядом Хизер.

— Джеральд, ты ничего нам не хочешь рассказать? — спросил Эрик.

— Ну хорошо. Хизер… да, у Хизер, растроение личности. Я не знаю, как так получилось и возможно ли вообще такое, но факт — вещь упрямая. Рейчел, Элли и вот эта — Хизер, они все в одном теле. Пробужденная — Элли. Кто остальные две — я не знаю. Они обе потеряли память, и мы пытаемся ее восстановить.

Ошарашенные Эрик и Реджинальд переглянулись.

— Все мои тайны разболтал? — угрюмо спросила Хизер.

— Невероятно, — пробормотал Реджинальд. — Я много дел имел с родом Каэлиш, но с подобным первый раз сталкиваюсь. А жизнь других ты помнишь?

— Нет! — прошипела Хизер. — Мой день начался сегодня, и в нем была только я! Когда уже будет собрание глав кланов?!

— Традиционно в час, — ответил Эрик и указал на огромные часы на стене, которые показывали всего лишь десять минут первого.

— Дерьмо, — выругалась Хизер и направилась к столам с угощением. Трое мужчин не сводили с нее внимательного взгляда.

— А еще она не любит аристократию, — добавил Джеральд.

— А Рейчел читает по-французски. Попробуй начать с этого, — задумчиво произнес Реджинальд.

— А с чего ты вдруг заинтересовался ей? — спросил Джеральд главу клана Дэвейн, кивнув на Хизер.

— Просто… знал я одну Рейчел. Что примечательно, тоже из рода Каэлиш. И жила она во Франции, в городе Руан.

Реджинальд качнул головой, как будто сомневался в том, что хотел сказать.

— И что с ней случилось? — спросил Эрик.

— Ее убили. Произошло это в тысяча восемьсот семьдесят девятом году.

— Рейчел — не французское имя, — заметил Джеральд.

— Она приехала из Англии. Это все, что мне известно.

— Вы были близки? — спросил Эрик.

— Мы были хорошими друзьями, — ответил Реджинальд. Он постоял еще немного и отошел от братьев Крейн. Они переглянулись между собой.

— Я бы на твоем месте на всякий случай разузнал побольше об этой Рейчел, — медленно произнес Эрик. — Вдруг…

— Вдруг, — согласился с ним Джеральд и отправился к воспитаннице.

Хизер сидела в одиночестве за одним из столиков и вяло ковыряла салат. Рядом стоящий бокал был пуст.

— Хизер, — позвал он ее.

— Чего тебе? — хмуро спросила она, не поднимая взгляда.

— Взгляни на меня. И дай руку, — попросил он.

Каэлиш подняла на него недовольный взгляд. Джеральд применил ментальную технику и проник в ее мысли. Он тут же отгородился от ее потока, чтобы не получить сдачи или не наткнуться на барьер.

«Дай руку, — попросил он ее. — И не разрывай зрительный контакт».

«Я знаю, как работает телепатия, — ответила Хизер. — Зачем ты ей воспользовался?».

«Ты все еще моя воспитанница. А я не знаю, что будет происходить за закрытыми дверями. И хотел бы убедиться, что тебе там ничего не грозит».

Хизер недоверчиво взглянула на Джеральда.

«Не смотри так на меня», — раздраженно ответил он.

«Пытаешься вжиться в роль Наставника?» — ядовито спросила Хизер.

«Пытаюсь обезопасить тебя!» — прорычал Джеральд, схватив ее за руку. Верхняя губа у Каэлиш чуть дернулась.

«И каким же образом?!»

«Я пойду с тобой. Частично».

У Хизер округлились глаза.

«Ты не посмеешь!» — прошипела она.

Джеральд оскалил клыки в улыбке. Хизер почувствовала, как под рукав ей что-то скользнуло. Она разорвала зрительный контакт и взглянула на руку. Большой палец Джеральда заметно истончился. При помощи магии Метаморфозиса он преобразил его часть в небольшую змейку, которая теперь устроилась на ее шее. Джеральд расфокусировал зрение и теперь мог видеть через нее. Она приподняла голову и выглянула из-под рыжих волос Хизер.

— Убери! — прошипела Хизер, ударив ее.

Джеральд поморщился.

— Помягче, — попросил он.

— И как ты собираешься этим… помочь? — с неприязнью спросила Хизер.

— Я буду наблюдать. Приду на выручку, если все станет совсем плохо, — тихо пояснил Джеральд.

Хизер промолчала и взглянула на часы. До собрания глав кланов оставалось еще пятнадцать минут.

Время до собрания тянулось очень медленно. Наконец, музыка стихла. Танцующие остановились. Джеральд бросил взгляд на часы. Оставалась ровно минута до часа ночи. Как только секундная стрелка совершила полный оборот, на темных высоких арочных боковых дверях щелкнул замок, и они медленно отворились. Это была еще одна часть ритуала Бала Ночи — негласное приглашение для глав кланов занять свои места.

Хизер заколебалась.

— Иди, — подтолкнул ее в спину Джеральд. — И не забывай, я рядом.

Хизер ничего не ответила. Она наблюдала, как остальные главы кланов медленно и величественно заходят внутрь.

Первым за дверями скрылись Носферату. Этот клан не отличался симпатичной внешностью и мастерски научился скрываться от посторонних глаз. Вынужденные вечно прятаться, они стали превосходными разведчиками. И, хотя двадцать первый век внес свои сложности для клана Носферату, они не просто приспособились под его условия, а еще приспособили их под себя.

Второй прошествовала глава клана Келлин. Эти вампиры слишком явно выделялись на фоне остальных. Бледные, с синюшными ногтями и алыми губами — своей внешностью они буквально кричали о том, кем являются, и невольно вешали на лоб мишень для охотников. Их внешность была сама по себе такой, и только косметика могла хоть немного исправить положение.

Третьим зашел в зал собрания Реджинальд Дезолье. Глава клана Дэвейн обернулся и ободряюще улыбнулся Хизер. Этот клан всегда отличался тягой к роскошной жизни, людям и бизнесу. Ко многим знаменитым по всему миру архитектурным чудесам света именно они приложили руку. Другие кланы считали их пижонами и расточителями вечной жизни, но в то же время охотно пользовались их услугами. Голливуд Дэвейны тоже держали под своим пристальным вниманием, строго контролируя кинематограф не хуже Конспираторов. Дэвейны отличались силой и мощью ментальных техник. Принять их вызов в ночное время мог только безумец. А вот днем их ментальные силы отчего-то становились намного слабее.

Четвертой зашла глава клана Хоргинас. Она тоже обернулась к Джеральду и Хизер, но, в отличие от Реджинальда, смерила их холодным взглядом, который не обещал ничего хорошего. Хоргинас был уникальным кланом. Женщины не переносили солнечный свет, а мужчины страдали от слишком сильной жажды крови. Именно поэтому они и не появлялись в подобным местах, отчего создавалась иллюзия, будто Хоргинас исключительно женский клан. Там, где слишком много крови, мужчины чувствовали себя крайне неуютно.

Пятым скрылся за дверью мужчина, представлявший клан Ксанвейн. Все вампиры этого клана выглядели очаровательными, притягательными и обаятельными. Настоящие жестокие сердцееды… которые не переносили серебра.

Шестым проследовал Эрик, представляющий клан Ашес. Большую часть своей жизни эти вампиры предпочитали проводить дома. Любой переезд или даже короткая поездка в другой город становилась для них настоящей пыткой. Ашес очень сильно ослабевали вдали от родных стен и очень долго привыкали к новому месту жительства.

Хизер мрачно взглянула на распахнутую дверь, как будто та являлась ее личным врагом, и быстро пересекла зал.

Джеральд провожал взглядом Хизер до тех пор, пока за ней не закрылась дверь. На душе у него было неспокойно. Зачем его воспитанницу втягивают в большую политику? И кому это надо?

Ашес прикрыл глаза и переключил восприятие на тот кусочек себя, который оставил на Хизер. Он искренне надеялся, что собрание пройдет без инцидентов.

***

Когда Хизер вошла, все остальные главы кланов уже заняли свои места. Реджинальд взглядом ей указал на место рядом с собой. Она под пристальными взглядами остальных села на стул. Несколько мгновений в зале совета висела звенящая тишина.

— Значит, Каэлиш выдвинули на пост главы молодую кровь? — поджала губы глава клана Келлин.

— Верно, Каэлиши совсем головой тронулись, — с неприязнью сказала Хоргинас. — Совет никогда не принимал пробужденных! Их выбор — это оскорбление Старейшины и устоявшихся правил! Ты не имеешь права здесь находиться! — бросила она в лицо Хизер.

Каэлиш вспыхнула, стиснув руки в кулаки под столом.

— Если вас это утешит, — ледяным тоном начала Хизер, — то меня поставили в известность о должности не более, чем час назад. И поверьте, меньше всего я бы хотела оказаться здесь, среди… вас.

Франклин Мартен, находившийся по правую руку от Старейшины, время от времени бросал на Хизер задумчивый и изучающий взгляд.

— Господа, — привлек к себе внимание Старейшина, — мы здесь, чтобы обсудить важные вопросы, а не кандидатуру главы клана Каэлиш.

— А почему вы согласились ее принять?! — продолжала бушевать Хоргинас. — Два месяца главы клана Каэлиш мы не видели, и вполне еще столько же времени обошлись без него!

— Сейчас мне нужна поддержка всех кланов, — жестко оборвал Аманду Эдмунд.

— И за два месяца вы никого не нашли? — поразился Ксанвейн.

— Все отказались, — ответил угрюмо Эдмунд. — Я тоже не в восторге от сей персоны, — выразительно он взглянул на Хизер.

— В таком случае, сия персона не видит причин здесь оставаться, — сухо сказала Хизер, поднявшись с места. — А главу клана можно назначить и в добровольно-принудительном порядке.

В зале повисла тишина. Змейка на шее ощутимо укусила кожу. Хизер одернула смокинг и направилась на выход.

— До конца собрания вы не имеете права покинуть этот зал, — холодно сказал Эдмунд. — И мне мои полномочия известны. Только ваш клан отличился редким упрямством, не оставив мне выбора.

— Старейшина, вы слишком суровы к девочке, — вмешался в разговор Реджинальд. — Смею заметить, что клан Каэлиш никогда ничего не делает просто так. Вспомните хотя бы инцидент десятилетней давности.

Эдмунд поморщился, словно ему в кровь подмешали на редкость горькую отраву.

— Это было исключение, — фыркнула Келлин.

— Это была закономерность, — возразил Реджинальд. — А вы, господа, слишком плохо знаете Каэлишей.

— Зато вы слишком хорошо, — едко заметил Носферату.

— У меня был опыт сотрудничества с ними, — ответил Реджинальд.

— А что скажет высокоуважаемый Ашес? — обернулась к Эрику Хоргинас.

— Высокоуважаемый Ашес воздержится от комментариев и предпочтет перейти к делу, — отозвался Эрик, не поднимая взгляда.

— Мисс Джонс, вернитесь на место, — холодно произнес Франклин.

Хизер наградила его мрачным взглядом и двинулась к отодвинутому стулу. Вдруг зал перед ее глазами поплыл, и она оказалась на узкой улочке. Франклин оказался втянут в нечестную дуэль на шпагах, и вынужден был отбиваться от троих противников сразу. Во время одной из атак он неосторожно открылся и получил удар в бок.

— Трое на одного? — холодно спросила невесть как оказавшаяся в переулке блондинка. — Может, сразитесь с тем, кто вам по росту?

Франклин с изумлением взглянул на девушку. Невысокая, в мужской одежде с суровым лицом… ему она казалась карающим ангелом, спустившимся с небес.

Видение развеялось. Хизер часто-часто заморгала, пытаясь понять, что это было. Она помнила, что умела видеть то, что недоступно никому — чужую жизнь, не применяя ментальные техники. Девушка из воспоминаний Франклина показалась ей смутно знакомой.

— Мисс Джонс, с вами все в порядке? — осведомился Старейшина. В повисшей тишине его тихий голос прозвучал особенно громко.

— Да, — тряхнула головой Хизер, занимая свое место.

Она погрузилась в раздумья. Как-то странно главный Верит среагировал, когда услышал ее имя. И почему вдруг чужие воспоминания показались ей смутно знакомыми?

Усилием воли Хизер отогнала ненужные мысли из головы и взглянула на встревоженных глав кланов. К счастью, видения чужих судеб больше ей не открывались. Но часть разговора она все равно пропустила.

— … обнаружили их следы на окраинах города, — сказал Носферату. — Возможно, они обосновались в пригородах, но я не хочу рисковать своими вампирами.

— Оставьте эту работу мне, — кивнул Франклин. — Провокаций не было? — обернулся он к бледному вампиру из клана Келлин, Конспиратору.

— Нет. Пока все тихо.

— А что Отступники? — хмуро спросила Хоргинас. — Может, это их провокация. Метаморфозисом может владеть кто угодно.

— Я проверю, — кивнул Франклин.

«Вот как… Старейшина не хочет паники среди простых вампиров, поэтому и заявил, что все ложь и провокация. А Потомки и правда в городе. Теперь понятно, зачем Эдмунду поддержка всех кланов. Столкновение в любом случае неизбежно — это лишь вопрос времени», — подумала Хизер.

— А в других ближайших городах все тихо? — негромко спросил Реджинальд.

— Мы уже отправили туда запросы. И не только туда, во все ближайшие штаты — Неваду, Аризону и Орегон.

— И в Мексику, — добавил Франклин.

— А вы сами не хотите их спровоцировать? — вдруг спросила Хизер.

В зале повисла тишина. Все взгляды устремились на нее.

— Что? — невозмутимо спросила Каэлиш . — Так мы сможем убедиться, что они здесь и даже нанести ответный удар. Пока они только набирают силу, мы в выигрышном положении, а когда они наберут мощь… прольется много крови. И не только вампиров. А о режиме секретности вовсе придется забыть.

Главы кланов переглянулись.

— А эта девушка точно пробужденная? — иронично спросил Носферату.

— Исключено! — с высокомерным видом заявила Хоргинас. — Подобная тактика подставит под удар всех нас!

— А вот это уже решать не вам, — огрызнулась Хизер. — Я лишь предложила вариант, а за безопасность Верных я не отвечаю. Это поле деятельности Веритов.

— Твой голос тут не имеет силы! — вскочила Хоргинас. — Ты здесь по ошибке!

Хизер с рыком вскочила в ответ. Накинуться на Аманду ей не позволил Франклин, вовремя оказавшийся рядом. Он подхватил Хизер под локоть, а ментальной техникой заставил ее успокоиться. Ярость никуда не ушла. Она стала более приглушенной, мешая мыслить ясно.

— Дамы, ведите себя прилично, — спокойно произнес Эдмунд. — Аманда, Элли, — взглянул Старейшина на обеих по очереди.

Девушки сели обратно в кресла, обмениваясь полными неприязни взглядами.

— Вариант интересный, но рискованный, — произнес Франклин. — Старейшина, вы не возражаете, если я уведу Элли и побеседую с ней лично?

— О, сделайте одолжение. Я не удивлюсь, если эту молодую кровь послали враги нашего движения! — ядовито произнесла Аманда. — Нормальный клан не позволил бы себе выдвинуть молодую кровь в качестве главы клана!

— В том-то и дело, что Каэлиш — не самый нормальный клан, — ехидно заметил Носферату.

Хизер раздирала злость. Ярость клокотала и готова была расплавить чужие ментальные барьеры. Она уже жалела, что вообще хоть что-то сказала. Какой от нее здесь толк, если слушать все равно никто не будет!

— Я предпочту сама покинуть это… собрание, — сдержанно ответила Хизер, взглянув на Франклина. — Я не нарушала ни законов, ни режима секретности, вам мне нечего предъявить! — едва ли не прорычала она в лицо главному Вериту.

Ей хотелось хоть на ком-то сорвать свою злость. Как это выглядит со стороны девушка даже не задумывалась.

— Назовем это личным интересом, — тихо сказал Франклин. Хизер поняла, что без докучливых проверок ее не отпустят. Оставалось лишь надеяться, что Джеральд выполнит обещание и придет на помощь, если Франклин решит ее убить.

Хизер поднялась с места и проследовала за Франклином в боковую дверь. Это оказался запасной выход. Верит следовал за ней. Хизер боковым зрением следила за ним. Она успела заметить движение, но реакция подвела. Уклониться Хизер не успела и вместо того, чтобы упасть со свернутой шеей, получила сильный удар по скуле. Девушка едва удержалась на ногах, успев ухватиться за перила. Франклин воспользовался ее секундным замешательством и все-таки свернул Каэлиш шею. Он подхватил падающую девушку под руки и перекинул через плечо.

***

Франклин сидел напротив Элли и ждал, когда она очнется. Свернутая шея для молодого вампира травма несмертельная, но эффективная. Отличный способ вырубить и доставить куда нужно без сопротивления. С пережившими спячку подобные фокусы уже не прокатывали — они испытывали лишь легкий дискомфорт, пока сращивались кости, да и в обморок не падали.

Каэлиш он разместил в жестком деревянном кресле, закрепив руки, ноги и шею железными кандалами, усиленными кровавыми чарами: при каждой попытке сопротивления в кожу вонзались несколько шипов, которые вытягивали кровь. И ни один вампир был не в силах их сломать.

Весь вечер он наблюдал за этой юной Каэлиш. И весь вечер не мог избавиться от ощущения, что кого-то она ему напоминает. А уж когда прозвучало имя Хизер Эмон…

Походка. Манера общения. Светящиеся неестественным светом глаза, проникающие взглядом в тайны прошлого. Неудержимая ярость. И тактика ведения войны. Провокация — это в ее духе. Но это было невозможно…

С другой стороны, пробужденные так себя не ведут. Эта Каэлиш точно знала, что говорит и кому говорит. Слишком уверена в себе. Даже не попыталась ни с кем здесь познакомиться, чтобы обзавестись хоть какими-то связями, как делали остальные.

Элли дернулась и, наконец, открыла глаза. Она подняла голову и сфокусировала взгляд на Франклине. Каэлиш оскалилась и дернулась. Острые шипы, впившиеся в горло, тут же осадили ее. Верит сразу же оказался напротив Каэлиш.

— Полагаю, мне нет нужды представляться, — заметил Франклин на французском языке.

Девчонка замерла. Она подняла взгляд на Верита и несколько мгновений молчала. А затем ответила:

— Я вас не понимаю.

Франклин не сводил с нее внимательного взгляда. Он был готов поклясться, что Элли поняла каждое слово, только не захотела в этом сознаваться.

— Зачем вы меня сюда притащили? — угрюмо спросила Каэлиш на английском.

— Я же сказал: личный интерес. Ты — молодая кровь, едва пробужденная, и сразу поставленная на пост главы клана. У меня всего лишь одно предположение, как так вышло. За твоей персоной наверняка кто-то стоит, и я хочу знать кто.

— Если вы намекаете на Потомков или Отступников, то я о них узнала не так давно.

Франклин усмехнулся.

— Я не сказал, что ты относишься к ним. Я сказал, что кто-то тебе помог занять эту должность. Кто и зачем?

— Откуда мне знать?! — взорвалась Элли.

Франклин усмехнулся. Темпераментная девица. Эмон была такой же.

— А если я влезу в твою голову и проверю? — вкрадчиво спросил Франклин.

Элли оскалилась.

— А вы попробуйте, — с вызовом сказала она.

Франклин стиснул зубы и ударил ее по лицу. Какая-то пигалица, которая не освоилась еще даже в ментальных техниках вздумала ему бросать вызов?!

— Вторая причина, по которой ты здесь, — холодно продолжил Франклин, — это безопасность Верных.

— Что за бред? — раздраженно сказала Каэлиш. — Я же сказала…

— Ты сказала, я — проверил. Угроза заключается в том, что, если о тебе узнают противники нашего движения, они этим воспользуются. Ты не представляешь, сколько существует способов подчинить себе другого… а мне не нужен шпион среди Верных.

Элли притихла. В ее взгляде мелькнуло понимание и… ярость.

— Ты не посмеешь! — дернулась Каэлиш. Она повернула запястья и зашипела от боли. Франклин удивленно хмыкнул. Страха девчонка не испытывала. Ни с того момента, как вошла в зал, ни сейчас, когда он мог сделать с ней все, что угодно.

— Ты не имеешь права голоса, — холодно сказал Франклин. — Последний вопрос: откуда тебе известно имя Хизер Эмон?

— Случайно в голову пришло, — процедила Элли сквозь зубы. — Голоса в голове подсказали!

Франклин снова ударил девушку по лицу. Он вышел из допросной и зашел в соседнюю комнату. Звукоизоляция не позволяла даже вампиру с обостренными чувствами услышать разговора здесь.

— Зелье готово? — осведомился Франклин.

— Да. Не хватает только последнего ингредиента, — ответил его помощник.

— Чудесно. Все, как и планировали, — усмехнулся Верит.

Поначалу Старейшина хотел даже убить девчонку, лишь бы не принимать ее в совет. Чтобы главой была едва-едва пробужденная кровь?! Уму непостижимо! Клан, прекрасно знающий устои Верных, по сути, бросил вызов своему движению и открыто его оскорбил!

Но позже Франклин предложил использовать девчонку в своих целях. Привязка к крови не позволит ей пойти против господина, а, если будет слишком сильно сопротивляться, вторая доза зелья крови сломит ее волю окончательно. А там… мало ли для чего может пригодиться девчонка.

Франклин подошел к стойке с оружием и взял оттуда остро заточенный кинжал. Верит подошел к кубку и надрезал над ним запястье. Несколько капель крови упали в смесь. Жидкость тут же запузырилась и окрасилась в алый. По комнате разнесся запах крови. Франклин сцедил еще несколько капель для верности и лишь потом позволил ране затянуться. Кинжал поместил за пояс и вместе с кубком вернулся в допросную. Элли тут же вскинула голову и принюхалась, словно гончая, почуявшая жертву.

— Это еще что? — с подозрением спросила она.

Франклин не удостоил ее ответом. Он поставил кубок на небольшой столик, и приблизился к Каэлиш. Она не сводила него пристального взгляда. Верит обошел кресло, вынул из-за пояса кинжал рассек себе ладонь. Зачарованные кандалы обладали еще одним интересным свойством. У них был владелец, на чью кровь они всегда отзывались. А сейчас Франклин очень хотел, чтобы они ослабили Элли.

Кровь капнула на кандалы, сковывающие левую руку Элли. Они засветились и сильнее впились ей в руку. Девушка вскрикнула. По пальцам прошла судорога. Со вторым креплением на руке Франклин проделал то же самое. Каэлиш выругалась, выгнулась дугой и сцепила зубы, сдерживая крик.

Франклин мазнул кровью по кандалам на шее. Шипы вонзились в горло Элли, еще сильнее вытягивая из нее кровь.

Верит остановился напротив Каэлиш и стал за ней наблюдать. Шипы были не способны впитать много крови. Их резерва могло не хватить, чтобы довести девчонку до нужной кондиции. Наконец, они с чавкающим звуком втянулись обратно. Элли жадно хватала ртом воздух. Ее взгляд первые мгновения не выражал ничего. Затем Каэлиш встрепенулась, оскалилась и взглянула на кубок с зельем крови. Она дернулась к нему и зашипела от разочарования.

Франклин довольно усмехнулся и поднес кубок к губам жаждущей крови молодой вампирши. Она осушила его в три глотка.

— И последний штрих, — произнес Франклин.

Он взял Элли за подбородок и приподнял лицо, заставляя посмотреть девушку себе в глаза.

— Наш разговор не выйдет за пределы этой двери, — сказал он. — Тебя здесь не было, и этого места ты не видела. Совет закончился, а ты очень неуважительно задремала и потому вышла позже всех из зала. Поняла?

Каэлиш смотрела на него ничего не выражающим взглядом. Сейчас она была не в состоянии сопротивляться ни одной ментальной технике, и стереть ей память оказалось проще простого.

Франклин одной кнопкой на кресле отстегнул с Элли все кандалы. Верит окинул ее придирчивым взглядом. Смокинг был пропитан кровью, а раны только-только начали затягиваться. Если она в таком виде появится на людях, то могут появиться вопросы.

Франклин вышел из допросной и вернулся в соседнюю комнату.

— Приведи ее в порядок, — бросил Верит помощнику. — У тебя десять минут.

Вампир понятливо кивнул и покинул комнату. А Франклин тем временем вернулся в зал собраний.

***

Джеральд отстраненно наблюдал за всем, что происходило в зале совета. С одной стороны, ему хотелось надавать подопечной по шее за излишнюю инициативность и агрессию, а, с другой стороны, Джеральд не переставал ей восхищаться. Хизер вела диалог на равных, предлагала варианты борьбы с Потомками и совсем не боялась старых закостенелых интриганов-вампиров, переживших спячку.

Однако все, что произошло дальше, заставило Джеральда похолодеть. Оглядевшись, Астан быстрым шагом направился к лифту, делая вид, что ему пришло важное сообщение.

Оказавшись в лифте, Джеральд выбрался в шахту и уже оттуда в буквальном смысле отлепил от себя Метаморфозисом приличный кусок плоти, устремив его на поиски Хизер. Змейка, оставшаяся при ней, служила Джеральду маяком. К счастью, убивать Франклин девушку не собирался. Джеральд слышал каждое слово и периодически переключал внимание на то, что происходило в допросной. Наконец, второй частью себя Джеральд добрался по вентиляции до Хизер и просочился к месту заключения протеже. Он подобрался ближе на случай, если воспитанницу придется отбивать. Джеральд прекрасно отдавал отчет своим действиям и понимал, чем это может обернуться, но, к счастью, все обошлось. Хизер только переодели, отпоили кровью и отвели обратно в зал.

Джеральд успел собрать себя обратно и ждал Каэлиш на выходе из зала, успев перекинуться парой фраз с Реджинальдом и Эриком.

Хизер не появлялась долго. Наконец, и она возникла в зале. Джеральд сразу же бросился к ней. По внешнему виду было и не сказать, что ее истязал Франклин. Только рассеянный вид девушки указывал на то, что что-то произошло. Хизер была непривычно тихой, что не вязалось с ее агрессивным и взрывным характером.

— Поехали отсюда, — негромко сказал Джеральд, взяв Хизер под локоть. Она не возражала.

Эрик и Реджинальд проводили их встревоженными взглядами. Джеральд махнул им рукой и улыбнулся, мол, все в порядке.

Они покинули небоскреб и сели в машину. Хизер немного очухалась и начала подавать хоть какие-то признаки себя прежней. Джеральд уже успел тронуть машину с места, и теперь вампиры ехали по пустынным ночным улицам Лос-Анджелеса. Ашес направлял машину в покинутый трехэтажный особняк. Он сильно сомневался, что Хизер готова сейчас к самостоятельной охоте, а там у него еще были запасы крови. Соваться напрямую в банк крови было опасно — Департамент пристально отслеживал все операции по купле-продаже крови. Особенно незаконные.

— Помнишь что-нибудь? — напряженно спросил Джеральд.

— Не знаю… все как в тумане. Я, кажется, уснула на собрании… не знаю… — Хизер схватилась за голову и застонала.

Джеральд с мрачным видом продолжал гнать машину.

— А ты?.. Ты же был со мной. Я правда уснула или?..

— Или, — быстро сказал Джеральд. — Я все расскажу и даже покажу, как мы вернемся домой.

Подъехав к дому, Джеральд оставил машину возле гаража. На вопросительный взгляд Хизер ответил:

— У меня в собственности много домов. В этом я живу. Просто ненадолго съехал из соображений безопасности.

Хизер вышла из машины и окинула оценивающим взглядом дом. Джеральд сделал приглашающий жест.

— Располагайся. Я сейчас приду, — бросил он напоследок.

Пока Хизер обглядывалась в гостиной, Джеральд загнал машину в гараж и сходил на кухню, забрав из холодильника два пакета крови. Хизер при виде их сглотнула голодную слюну.

— Наслаждайся, — усмехнулся Джеральд.

Каэлиш вцепилась в пакет с кровью острыми клыками и в несколько глотков его осушила. Затем то же самое сделала со вторым и откинулась на спинку дивана, прикрыв глаза. Голод ушел, и девушка почувствовала себя намного лучше.

— Спасибо, — произнесла Хизер. Она взглянула на Джеральда и застыла. Глаза девушки засветились. Неестественный зеленый свет, казалось, пронзал насквозь, проникая в самую душу. В подобном состоянии она пробыла недолго. Столкнувшись с Джеральдом взглядом, Хизер отвернулась в сторону. Ашес напрягся. Он прекрасно помнил, чем подобное проявление закончилось утром.

— И… я должна извиниться, — помолчав, произнесла Хизер. Джеральд опешил, с изумлением взглянув на девушку.

— За что? — осторожно он.

— За все, — буркнула Хизер. — Ты был готов рискнуть ради меня и… возможно, я сделала неправильные выводы утром.

— Ну-у… со всеми бывает, — криво усмехнулся Джеральд. — А ты доверилась мне. Бывшему Потомку. Так что мы квиты.

Ашес набрал в грудь побольше воздуха. Теперь предстояло самое сложное.

— А теперь открой сознание. И не бей меня ментальными техниками, я всего лишь покажу тебе, что произошло на совете и после него.

Хизер нахмурилась.

— У меня будет повод злиться? — хмуро спросила она.

— Я бы даже сказал, убивать, — вздохнул Джеральд.

Он поднял взгляд на Хизер. Она ответила тем же и открыла сознание. Ашес вызвал нужные воспоминания и применил ментальную технику — показывать их было не сложнее, чем читать мысли.

Хизер стоически «досмотрела» все до конца. И с каждой минутой ее выражение лица становилось все более зверским. Джеральд даже начал опасаться, что Хизер на него накинется. Но все обошлось. Она вскочила на ноги и принялась метаться по комнате, ругаясь так, что позавидовал бы самый изощренный матерщинник.

Наконец, поток сквернословия закончился и посыпались угрозы в адрес Франклина.

— Я убью его! Порву на лоскуты и скормлю акулам в Тихом океане! Чтоб этого ублюдка Потомки вздернули!

Джеральд с опасением наблюдал за воспитанницей. Хорошим знаком было то, что дом она уже не разнесла. На свой страх и риск Ашес перехватил Каэлиш за руки. Она свирепо взглянула на Джеральда, а затем неожиданно поникла и… расплакалась. Наставник растерялся. Не придумав ничего лучше, он притянул к себе Хизер и обнял ее.

Кровь, которой напоил ее Франклин, была непростой. Это было зелье, сделанное на основе его крови. В древние времена старые вампиры славились чувством собственничества, и каждый Наставник считал делом чести привязать к себе нового представителя клана кровью. Со временем такая практика себя изжила, многие рецепт этого зелья забыли, но некоторые вампиры хранили его на всякий случай под надежным замком. Повязанный кровью не становился рабом, но уже не мог сопротивляться влиянию вампира, напоившего его зельем на основе своей крови. В какой-то степени повязанный становился зависим от господина и не мог более причинить ему вред, как повязанный кровью человек своему вампиру. Избавиться от подобной связи был лишь один способ: убить того, кто дал для зелья свою кровь. Ирония заключалась в том, что привязанный не мог сам этого сделать. А покуситься на жизнь главного Верита мало кто бы отважился. Да и Хизер наверняка сейчас чувствовала к нему больше расположение, чем ненависть.

Выплакавшись, Хизер резко отстранилась от Джеральда. Он был готов поклясться, что ей стыдно за свои слезы. Это была не та девушка, которая показывает свои слабости.

— Знаешь, в древние времена молодые вампиры искали способ разорвать подобную связь. И не просто разорвать, а нейтрализовать ее, чтобы подобная привязка больше не имела над ними силы, — издалека начал Джеральд.

— Кровную связь можно разорвать, только если убить Франклина, — глухо отозвалась Хизер. — А это, на минуточку, главный Верит.

Каэлиш ненадолго замолчала. Она подняла подозрительный взгляд на Джеральда.

— Или есть еще варианты?

Джеральд кивнул.

— Есть один ритуал, — медленно начал он. — Довольно болезненный. Суть в том, что наша кровь станет единой. Мы станем друг другу кровным братом и сестрой. Возможно, ты даже перехватишь желание обзавестись своим тихим местом и никогда его не покидать, а я легким безумием… и, возможно, мы будем чувствовать друг друга, если связь окажется слишком сильной.

Хизер изменилась в лице.

— Погоди, — осенило ее. — Ты говоришь о ритуале Объединения! Это же…

— Да, — мрачно сказал Джеральд. — Это один из ритуалов Потомков.

В гостиной повисло напряженное молчание. Наставник и ученица не сводили друг с друга напряженных взглядов.

— Ты понимаешь, что, если об этом кто-нибудь узнает, мы оба останемся без голов? — напряженно спросила Хизер.

— То есть, сам ритуал тебя не смущает? — иронично спросил Джеральд.

— Лучше уж я стану кровной сестрой тебе, чем буду девочкой на побегушках у Верита! — с яростью сказала Хизер. Чуть успокоившись, она спросила:

— Почему ты мне помогаешь?

— Я твой Наставник, — ответил Джеральд.

— Плохой аргумент, — скрестила руки на груди Хизер.

Джеральд задумался. А ведь правда… в первый раз увидев Рейчел и Элли он не испытывал к ним ничего, кроме неприязни. Так что же поменялось?

— Наверное… наверное потому, что нас обоих впутали в политику. Теперь ты знаешь, почему я держался от нее подальше. И знаешь, я начинаю понимать, почему Каэлиш выбрали тебя как главу клана. Наверное, они знали, что ты и Рейчел не совсем пробужденные. Откуда — это уже другой вопрос… А вот Элли и правда придется многому научиться. Вам с Рейчел достаточно будет вспомнить о себе. Да и то, что сделал с тобой Франклин — мерзко. Ни один вампир не заслуживает того, чтобы быть рабом другого. Роль шестерки еще куда ни шло, но кровная связь в духе господин и раб еще хуже. Мне не довелось испытать ее на себе, но я видел, что она делала с другими.

— Ты ее применял, — безжалостно уточнила Хизер.

— Да, — не стал оправдываться Джеральд.

— Хорошо, — помолчав, продолжила Хизер. — Рассказывай суть ритуала.

— Твоя кровь должна стать моей, а моя — твоей. В отличие от зелья крови, ритуал Объединения не подразумевает распитие крови. Это, скорее, похоже на переливание. Среди Потомков это выглядит как большой замкнутый круг: через одну руку они получают кровь, через другую — отдают. Таким образом, кровь смешивается, и уже через пару таких ритуалов уже сам черт не разберет, в ком чья кровь. В буквальном смысле вампиры становятся кровными родственниками. О, и еще… — Джеральд несколько помрачнел. — От меня ты можешь подхватить Метаморфозис. Хотя… ты пила мою кровь и, возможно, уже им заражена.

Хизер поморщилась.

— Подозреваю, именно так ты и подхватил эту заразу, — буркнула она. Джеральд кивнул.

— Я был в ужасе, когда впервые случайно применил магию изменения плоти. Черт бы побрал кровавых магов с их экспериментами, — пробормотал Джеральд. — Хотели управлять кровью на расстоянии, а получили…

Хизер усмехнулась. Историю возникновения заразной магии знали все.

— Ну что ж… если не боишься, то предлагаю начать, — выдохнул Джеральд.

Хизер кивнула. Джеральд велел ей закатать рукава и сам сделал то же самое. За неимением медицинских инструментов Ашес сделал полые иголки, соединенные трубками, из своих костей.

Хизер согнула руки. Джеральд обхватил ее за предплечья и осторожно вонзил иглы в вены на обеих руках. Каэлиш поморщилась от легкой боли. То же самое Джеральд проделал со своей стороны. Он сосредоточился и осторожно начал вытягивать кровь Хизер, одновременно с этим отдавая свою другим потоком. Вот теперь девушка зашипела от боли.  Одно дело пить кровь вампира и совсем другое — чувствовать ее вторжение. Джеральд не соврал, это оказалось и правда больно. Сердце перекачивало чужую кровь, смешивало ее с собственной и отзывалось аритмией и судорожными болезненными спазмами. Минуты растянулись на долгие часы мук.

— Долго еще? — прохрипела Хизер, вцепившись в руки Джеральда. Она едва стояла на ногах. Перед глазами все расплывалось. А голос Джеральда долетел словно сквозь туман.

— Пока не почувствуешь, что твой организм перестает сопротивляться, — отозвался Джеральд. — Боль должна уйти… черт, — выругался он.

Он тоже выглядел и чувствовал себя неважно. Однако его боль отпустила первым. Он с облегчением выдохнул, но связи не разорвал. Сопротивление крови Хизер было еще не сломлено. Ее организм до последнего не желал сдаваться. На лбу у девушки выступила испарина. Она уже дрожала, закусив губу. Она глухо застонала и, наконец, выпрямилась, тяжело дыша. Боль ушла.

— Все, — хрипло произнесла она. — Убирай…

Джеральд осторожно вытащил иглы и восстановил свою плоть.

— Ну все, — усмехнулся он. — Поздравляю, теперь мы официально брат и сестра. М-да… Кристал не очень обрадуется родственнику вроде меня.

— А это еще кто такая? — спросила Хизер.

— Сестра Элли. Как-нибудь потом познакомлю. Занятная дамочка. Вы, кстати, с ней чем-то похожи.

Джеральд сел на диван. Хизер упала рядом с ним, откинувшись на спинку.

— И вот какие интересные мысли меня еще посетили, — задумчиво сказал он. — Франклин очень заинтересовался твоим именем. И задавал вопросы на французском. Скажи честно: ты его поняла?

— Да, — помедлив, кивнула Хизер. — Каждое слово. И я еще кое-что видела.

Каэлиш рассказала о видении. Джеральд задумался.

— Может, он тебя когда-то знал? — иронично спросил он. Хизер неопределенно повела плечами. Сейчас она об этом думать не хотела.

— Ну раз вы с Рейчел обе знали французский, то, думаю, начать изучать историю вам следует с Франции, — задумчиво произнес Джеральд.

— Наверное, — вяло ответила Хизер. Она чувствовала себя вымотанной и ни о чем не хотела сейчас думать. Джеральд заметил ее состояние и спросил:

— Проводить в комнату? Ты здесь еще не была.

— Да… буду благодарна.

Джеральд поднялся с места и протянул руку Хизер. Она ухватилась за нее и поднялась. Оба вампира поднялись на второй этаж.

— Моя комната напротив твоей. Если что — стучись.

Хизер кивнула. Она ненадолго задержалась и хотела что-то сказать, но передумала и скрылась в комнате.

А Джеральд запоздало подумал, что ритуалом Объединения привязал к себе всех девушек.

— Вот дерьмо, — выругался он. — Надеюсь, остальные меня простят, — пробормотал он.

Джеральд, не раздеваясь, лег на кровать и прикрыл глаза. День и ночь выдались для него слишком тяжелыми. Ашес прикрыл глаза и не заметил, как погрузился в сон.

Глава 4: Старые «друзья»

Рейчел стояла посреди улицы и задумчиво осматривалась по сторонам. По правую руку от нее находился Джеральд. Он о чем-то ее спросил, но девушка не расслышала.

— Повтори пожалуйста, — рассеянно попросила Рейчел.

— Я говорю…

Джеральд странно дернулся. На груди у него расползалось кровавое пятно. Затем он дернул головой и упал замертво.

Рейчел с широко распахнутыми глазами смотрела на его труп.

— Нет… Джеральд! — безо всякой надежды позвала она.

Каэлиш опустилась рядом с ним на колени и коснулась груди. Теплая кровь осталась на руках. Девушка осмотрелась. Она заметила, как на крыше что-то сверкнуло, а в следующее мгновение голову пронзила короткая вспышка боли. Сознание Рейчел погрузилось во мрак.

Каэлиш с криком открыла глаза. Сердце у нее бешено колотилось. Оглядевшись, она поняла, что находится не на улице, а в знакомой комнате. Каэлиш с облегчением выдохнула и почти сразу с удивлением заметила, что спала в смокинге. Хотя она отчетливо помнила, как ложилась спать в кружевной ночнушке.

В дверь раздался стук. Рейчел вздрогнула.

— Открыто, — чуть помедлив, произнесла она.

К ней в комнату заглянул Джеральд. Некоторое время он внимательно разглядывал девушку и пытался понять, с кем ему придется иметь дело сегодня.

— Все в порядке? — осторожно спросил он. — Ты кричала…

— Кошмар приснился, — ответила Рейчел и рассеянно улыбнулась. — Ничего страшного…

Сама своим словам Каэлиш не верила. Это было не первое видение, посетившее ее. И Рейчел знала, что они не просто так ей ниспосланы.

— Что ж, значит, сегодня начнешь меня обучать? — негромко спросила Рейчел.

— Для начала ответь, как тебя зовут.

— Рейчел, — с удивлением ответила Каэлиш.

Джеральд удовлетворенно кивнул.

— Спускайся вниз. Там и поговорим.

Рейчел проводила Наставника озадаченным взглядом. Она осмотрелась и удивилась еще больше. Чемоданы были разобраны. Ежедневник, который она оставила на тумбочке, лежал на столе.

«Джеральд похозяйничал?» — с сомнением подумала Рейчел.

Каэлиш решила разобраться со всем этим позже и спустилась вниз, не став переодеваться. Ее устроил и немного помятый смокинг.

Джеральд ждал воспитанницу внизу. Он указал ей на диван и пристально посмотрел на нее. Усмехнулся.

— С одной стороны, жизнь без эмоций неполноценна, а с другой, последние новости не слишком тебя шокируют. Итак, приступим…

Джеральд не скрыл от Рейчел ничего. Рассказал о других личностях и о том, что происходило с ними два прошедших дня. Не скрыл Джеральд и проведенный ритуал Объединения. Как он и ожидал, бурю эмоций у Рейчел его откровения не вызвали. Она слушала Джеральда очень внимательно, не перебивая и не задавая вопросов. И охотно выслушала его предположения о себе. В том числе и о том, что она могла знать Реджинальда

— Я не верю в такие совпадения, — заявил Джеральд. — Хоть он и сказал, что ты умерла в тысяча восемьсот семьдесят девятом.

— Значит, мои чувства меня не обманули, — задумчиво произнесла Рейчел. — В тумане, откуда я вышла, я не дышала. И ничего не чувствовала. В физическом плане. Там не было ни тепла, ни холода. Я даже не знаю, что это было за место…

— Зато твоя смерть объясняет слова о спячке, — задумчиво сказал Джеральд. — Возможно, это обрывок воспоминания. Впрочем, это не объясняет того, как вы с Хизер вернулись к жизни, — потер он лоб.

— Ходит легенда, — медленно начала Рейчел, — будто Каэлиш все связаны… но это относится только к живым.

Джеральд затаил дыхание. Он тоже слышал об этой легенде.

— Ты говоришь об общем сознании?

— Да. — Рейчел пытливо взглянула на Джеральда и тонко улыбнулась. —Ты слышал эту легенду.

— Да, но никогда в нее не верил, — быстро ответил он.

— По крайней мере, это объясняет, как я оказалась в одном теле с Элли, — задумчиво сказала Рейчел. — Существует еще одна легенда… будто наш Изначальный был настолько безумен, что не желал подобной участи своим потомкам. И он создал что-то вроде цепи. Все последующие Каэлиш оказали связаны между собой, как звенья. Одно сознание сдерживало от безумия другое, одни мысли передавались другим. Если кто-то умирал, то его мысли и отпечаток души тоже оставался там, чтобы другие помнили и не забывали, учились на его ошибках. В какой-то момент все пошло не так. То ли наш Изначальный не все учел в цепи, то ли она слишком сильно разрослась за века, то ли мертвых стало слишком много, но она стала искажаться. Каэлиш перестали слышать друг друга. Ходят слухи, что первые Каэлиш даже могли связываться друг с другом даже на дальних расстояниях, — задумчиво произнесла Рейчел.

— Сейчас тоже можно связаться с кем угодно на дальних расстояниях, — заметил Джеральд и указал на мобильник. — Но сомневаюсь, что в те времена существовали такие устройства. Значит, что-то ты все-таки помнишь? — взглянул он на Рейчел.

— Эти знания статичны, — философски сказала она.

От дальнейшего разговора их отвлек стук в дверь. Рейчел переглянулась с Джеральдом.

— Ты ждешь гостей? — изогнула она бровь.

— Нет, — удивленно ответил Джеральд.

— А это не может быть твой брат? — задумчиво спросила Рейчел

— Нет. Он обычно заранее предупреждает о визитах.

В дверь снова постучали, на этот раз более настойчиво. Джеральд встал и отправился открывать. Рейчел осталась на месте.

Он открыл дверь, перехватив трость поудобнее. Визитерами оказались молодой человек лет двадцати пяти и мужчина около сорока. Первый лучился доброжелательностью, а от второго так и исходила неприязнь.

— Мистер Крейн? — осведомился тот, что постарше.

— Именно, — подтвердил Джеральд. — Чем обязан?

— Мы от… Старейшины, — произнес мужчина. Слово «Старейшина» прозвучало от него как ругательство. — В дверях разговаривать не очень удобно, вы не находите?

Джеральд посторонился, пропуская гостей. Рейчел нахмурилась. Если бы Старейшина с ними хотел связаться, то сделал бы это по-другому. Она была более, чем в этом уверена.

Каэлиш присмотрелась к визитерам. Что-то в них ей не нравилось…

— И что Старейшине от нас потребовалось? — осведомился Джеральд.

— Объяснения. С каких это пор выходец из Потомков оказался среди Верных? — холодно спросил старший.

Джеральд сохранил лицо и быстро взглянул на Рейчел. Он успел задействовать телепатию и сказал только одно слово: «Беги!». Ашес выхватил из трости шпагу и направил ее на противников. Может, Вериты и прознали каким-то образом о его прошлом, но Рейчел он им причинить вред не позволит!

Каэлиш приняла сигнал тревоги Наставника. Молодой вампир успел зайти ей за спину и, не придумав ничего лучше, Рейчел оттолкнулась от дивана, прыгнув на тот, что стоял напротив. Это спасло ее от захвата и последующего сворачивания шеи. Вампир выругался и выхватил пистолет, не целясь, стреляя в Рейчел. Каэлиш дернулась и застонала. Одна пуля попала ей в плечо. И ощущения девушке неожиданно понравились.

Подоспевший Джеральд стащил ее за диван и сделал это очень вовремя — следующая пуля попала бы Рейчел в голову.

— На выход, быстро! — скомандовал он.

Повторять воспитаннице дважды было не нужно. В этой ситуации она бы ничем не смогла помочь Джеральду. Рейчел совсем не чувствовала себя готовой к бою. По крайней мере, физическому.

Она ползком начала пробираться к выходу. Ближе у двери она выпрямилась и собралась выскочить на улицу. Вампиры это заметили и бросились ей наперерез с разных сторон. Джеральд кинулся к молодому вампиру, что держал пистолет, рубанув заалевшим лезвием шпаги ему по руке. Это все, что успела Рейчел заметить прежде, чем ее перехватил другой вампир.

— Далеко собралась? — оскалился он.

Каэлиш резко развернулась к нему ценой сломанной руки. Боль прошила Рейчел приятной вспышкой и едва не рассеяла ее внимание. Она понимала, что ее единственный шанс вырваться, пока Джеральд разбирается с другим вампиром, — это нанести ментальный удар.

Рейчел сделала шаг навстречу вампиру и заглянула ему в глаза. Каэлиш не стала дожидаться ментального удара и открыла свое сознание. Вспышки боли от вторжения чужого разума Рейчел не почувствовала, ибо успела отгородиться. Как заботливая мать она обволокла часть чужого сознания обманчиво теплым одеялом, а затем безжалостно его отрезала, словно ножницами. Словно вдалеке Рейчел услышала глухой крик. Чтобы ее собственное сознание не слилось с чужим, Каэлиш расширила границы разума и… оказалась в белом тумане. Рейчел широко распахнула глаза. Нет! Только не снова!

Каэлиш быстро осмотрелась по сторонам. Белый туман рассеялся. С удивлением и облегчением Рейчел поняла, что стоит на твердой земле. Впереди виднелся маяк. Каэлиш поспешила туда. Паника уже отступила. Разбираться, что это за место и как она сюда попала, Рейчел было некогда. Здесь нельзя было оставаться. В реальном мире угроза была куда существеннее, чем здесь.

Рейчел зашла под арку и поспешила подняться по лестнице. На первой площадке она остановилась и приоткрыла дверь, заглянув внутрь. Обстановка в комнатушке была скудной — кровать, небольшая тумбочка под стрельчатым окном и зеркало во весь рост. И там спала рыжеволосая круглолицая девушка, которую Рейчел постоянно наблюдала в зеркале напротив. Это была Элли. Каэлиш в замешательстве застыла.

«Так вот как это выглядит, — подумала она. — Мы все в одном месте! Наверняка тут есть наши с Хизер спальни».

Рейчел поднялась выше и остановилась на следующем пролете. Обстановка в комнате была такой же, только на кровати спала совсем другая девушка. И даже во сне она казалась чем-то недовольной. Или суровой.

Светлые волосы были собраны в тугую косу. Невысокого роста, в синем мундире и белых штанах, заправленных в высокие сапоги, Рейчел она показалась настоящей воительницей. Чуть поодаль она заметила прислоненную к стене саблю, а среди множества орденов на груди один даже узнала.

«Орден Почетного легиона… интересно, кем была Хизер в той жизни?».

Рейчел оставила ее и поднялась еще. Она остановилась на последнем лестничном пролете, ибо дальше был выход наверх. С замиранием сердца Рейчел переступила порог своей комнаты. Как она и ожидала, кровать была пуста. С легким опасением девушка подошла к зеркалу. Оно отразило миниатюрную девушку лет двадцати с пышным и туго обтянутым бюстом. Из-за него она даже немного сутулилась. Пышное красное платье было расшито золотой нитью. Черные волосы убраны под шляпу с вуалью. У девушки были разные глаза: правый — синий, левый — зеленый. Хрупкая, худенькая, девушка казалась вполне безобидной. Только Рейчел ее полуулыбка на алых губах совсем не нравилась. По затуманенному взгляду ничего нельзя было понять.

«Как будто она специально пытается создать впечатление беззащитной особы», — подумала Рейчел. И удивленно моргнула. Она подошла еще ближе к зеркалу. Девушка в отражении повторила ее шаг.

«Это я была такой?!» — недоверчиво подумала Рейчел.

Она тряхнула головой. Разглядывать себя ей было некогда. Нужно было выбираться в реальный мир из этого. Но как?!

Каэлиш оглянулась на дверь. Нет, эта ведет на маяк. Вверху огонек, там тоже нечего делать. Значит, выход должен быть где-то здесь… но где? Рейчел осмотрелась. Ни единого намека на потайную дверь. Как же отсюда выбраться?!

Рейчел с досадой ударила по стеклу. И с изумлением обнаружила, что ее рука прошла сквозь зеркальную поверхность. Ну конечно! Вот же он, выход! Оставляешь одну реальность, чтобы уйти в другую. Каэлиш зажмурилась и сделала шаг в зеркало. Оставалось только надеяться, что ее не вынесет куда-нибудь в другое место, и она вернется к Наставнику.

***

Джеральд тем временем был занят вампиром с отрубленной рукой. Он рассчитывал покончить с ним быстро, но не тут-то было — противник попался на редкость изворотливым. Джеральд не сразу понял, что у оппонента на уме. Ему самому приходилось перепрыгивать опрокинутые стулья, тумбочки и даже стол — на раздумья времени не оставалось. В один момент Джеральда чем-то отшвырнуло в сторону. Он резко вскочил на ноги и застыл. У его противника за спиной развернулись крылья.

«Метаморфозис!» — подумал Джеральд.

Соображал он быстро. Вряд ли бы Франклин позволил кому-нибудь с этой заразой служить под своим началом. Да и настроены были эти двое явно на то, чтобы убить их.

«Потомки?!» — с изумлением подумал Джеральд. В любом случае думать об этом было некогда.

Очнувшись, он кинулся к Потомку, собираясь прикончить его одним ударом. Вампир закрылся костяной пластиной, но шпага, усиленная магией крови, разрезала ее как нож масло. Потомок выиграл несколько мгновений, и этого оказалось достаточно. Трансформация завершилась. Перед Джеральдом стоял нетопырь. Теперь угрозу в противнике представляло все: руки и ноги с острыми когтями, крылья с загнутыми наконечниками и ряд острых зубов с гибким хвостом, похожим на плеть.

— Смотри от какой силы ты отказался! — прошипел Потомок.

— Красавец, да и только, — с сарказмом отозвался Джеральд.

Вампир зарычал. Расправив крылья, он бросился на Ашеса. Тому только того и надо было. Джеральд бросился на пол и развернулся. Гибкий хвост хлестнул его по лицу. Ашес выругался и рубанул шпагой. Увы, промахнулся, и хвост остался цел.

Не теряя времени, Джеральд выстрелил костяными иглами из пальцев. Они разлетелись, пробили крылья и вонзились в спину Потомку.

Джеральд вскочил на ноги и на нечеловеческой скорости пересек разделявшее его с противником расстояние. Ударом шпагой снес Потомку голову.

— Уметь надо обращаться с такой магией, — выдохнул Джеральд и скривился. Для него применение Метаморфозиса бесследно не прошло — рука болела и чувствовался в ней недостаток костей.

Джеральд склонился к вампиру, забирая свои куски плоти обратно. Крайне удручало его то, что родной дом придется покинуть навсегда. Потомки один раз уже сюда наведались, придут и во второй.

«Хотел бы я знать, как они обо мне узнали, — с досадой подумал Джеральд. — А где второй? Надеюсь, Рейчел успела от него сбежать».

Он осмотрелся. Увидев Рейчел, стоящую около входной двери, Джеральд похолодел. В мгновение ока он оказался рядом с ней и внимательно осмотрел. Сломанная рука, простреленное плечо, да и только. Он опустил взгляд и с изумлением взглянул на лежащего вампира с искаженным лицом с широко раскрытыми глазами. Грудь его пронзала ножка от стула.

— Прости, я испортила твою мебель, — рассеянно сказала Рейчел.

— Это не имеет значения. — пробормотал Джеральд. — Как ты с ним справилась?!

— Ментальной техникой, — ответила Рейчел. — Он рассчитывал сразить меня одним ударом, а я отрезала эту часть разума. А пока метался от боли, я его… хм, кажется, я слишком сильно повредила ему разум.

Джеральд потрясенно взглянул на Рейчел.

— Страшная ты женщина, — пробормотал он.

— Кто на нас напал? — спросила Каэлиш.

— Хотел бы я сказать, что ошибаюсь, но, похоже, что Потомки, — мрачнея, отозвался Джеральд. — Если бы Старейшина и правда хотел знать, что среди Верных забыл выходец другого движения, он бы отправил разбираться Веритов. А у Франклина другие способы ведения допроса. Он хоть и козел, но козел въедливый, свою должность не просто так занимает. И фраза: «Посмотри, от чего ты отказался»… нет, это точно Потомки. Они Метаморфозис очень ценят и считают его не проклятием, а даром, в отличие от всех остальных.

— Нам нельзя здесь оставаться, — продолжил Джеральд после недолгого молчания. — Так что переодевайся и собирайся, пока к нам еще гости не наведались. У тебя минут десять, — прикинул Джеральд. — Я пока выведу машину и захвачу свои вещи.

Рейчел кивнула и собралась наверх, но Джеральд ее остановил, ухватив за локоть.

— Подожди! Со сломанной рукой не так удобно будет собираться.

Несколько мгновений — и рука Рейчел снова стала целой. Она пошевелила ей и благодарно взглянула на Джеральда.

— Пулю я вытащу потом. С ней немного посложнее, а у нас нет времени.

Джеральд отпустил Рейчел. Она резво взбежала вверх по лестнице и скрылась у себя в комнате. Ашес вышел из дома и вывел машину из гаража. Открыл багажник и устремился к себе, на ходу набирая номер верного помощника.

— Рик, я здорово влип. Скажи людям, чтобы не вздумали приезжать в трехэтажный особняк в Плайя-Висте. И вот еще: постарайся вывезти из него всю коллекцию оружия. Если увидишь посторонних — бросай все и не суйся.

— Насколько все плохо? — деловито осведомился Рик

— За мной пришли старые друзья. Так что все хуже, чем плохо. И еще: мне потребуется дом. Если кого-то из съемщиков не устроит выселение, можешь предложить им квартиру в Сан-Фернандо. Там остались наши вещи, надо бы их тоже забрать.

— Понял, — кивнул Рик. — Но улаживание вопросов может занять время.

— Я подожду, но не более трех дней.

— Сложно, но не невыполнимо, — отозвался Рик.

— Чудно. Буду ждать от тебя звонка, — ответил Джеральд и сбросил вызов. За это время он успел покидать вещи на кровать, но вот куда их сложить…

— Где же я оставил чемодан?..

Джеральд спустился вниз и вытащил его из кладовки под лестницей, куда закинул за ненадобностью. Сборы много времени у него не заняли. В Лос-Анджелесе климат был не слишком изменчивый, как в том же Нью-Йорке, да и Джеральд не слишком часто выбирался из дома, так что и разнообразием одежды его гардероб не отличался.

Вышел из дома Джеральд одновременно с Рейчел. Все чемоданы в багажник не поместились, один пришлось закинуть на задние сиденья.

— И куда теперь? — спросила Рейчел, пристегиваясь.

— Для начала — в автосалон. Наверняка меня будут отслеживать по всем возможным коммуникациям. Надо перекрасить машину и сменить номера. И обзавестись новой сим-картой. О, и еще… у тебя в руках телефон Элли или твой?

— Э-э…

— Достань и проверь контакты, — попросил Джеральд, трогая машину с места.

— А как…

Пальцы Рейчел сделали все сами собой. Разблокировали экран, пробежались по списку контактов, где был только номер Джеральда…

— Жаль, — произнес Ашес.

— А зачем ты спрашивал?

— Хотел попросить сестренку Элли тут немного подежурить. Она из Департамента. Охотник, проще говоря. Могла бы устроить засаду здесь и прикончить парочку Потомков со своими коллегами.

— О как, — с удивлением произнесла Рейчел. — Интересная мысль. Так за чем дело стало?

— За неимением ее контактов, — кивнул он на мобильник Каэлиш.

Наставник и воспитанница замолчали. Джеральд не сводил внимания с дороги и иногда сверялся с навигатором, чтобы не попасть в пробки. Наконец, спустя час плутаний Джеральд остановил машину около автосалона и зашел внутрь. Много времени, чтобы убедить рабочих заняться именно его машиной за двойную плату не ушло.

Вещи Джеральд попросил оставить здесь же и не трогать их. Одному рабочему поручил их ревностно охранять, воспользовавшись ментальной техникой.

Рейчел ждала Джеральда за автосалоном, чтобы не привлекать к себе внимания. Наставник взглянул на воспитанницу и виновато сказал:

— Извини, но тебе придется потерпеть еще немного. Я не слишком часто гуляю по Лос-Анджелесу и понятия не имею, где находится ближайшая гостиница. А на людях пулю не особо вытащишь.

— Ничего страшного, — улыбнулась Рейчел. — Мне даже нравится.

Джеральд вопросительно изогнул бровь.

— Нравится… боль? — озадаченно спросил он.

— Это приятно.

— Ты и в прошлом была мазохисткой? — с усмешкой спросил Джеральд.

Рейчел не ответила.

— Нам пару дней придется пожить в квартире. — Запоздало Джеральд вспомнил, что Рейчел там не была.

— Она принадлежит тебе?

— Фактически. По документам — нет. А что?

— Ты же сам сказал: Потомки будут отслеживать все твои коммуникации. Не исключено, что они выйдут на дома и квартиры. И все твои счета сейчас трогать тоже не стоит. Я бы на несколько дней отправилась к родственникам Элли или сняла дом. А уже затем купила еще один и уже прочно обосновалась там.

Джеральд окинул Рейчел оценивающим взглядом. В ее словах был смысл.

— А ты не боишься, что Потомки могут наведаться к Элли и найти нас там?

Рейчел ухмыльнулась.

— Тогда их ждет неприятный сюрприз в лице Департамента.

— А не боишься, что Департамент может прикончить и нас? — скептически спросил Джеральд.

— Оу, я уверена, мы сможем с охотниками найти общий язык. Надо только найти точки соприкосновения. И как минимум одну я уже вижу.

Джеральд молчал, ожидая продолжения.

— Ты — главный источник информации о Потомках. Даже если ты знаешь о них не все, то очень многое. С другой стороны у нас есть сестра Элли — охотница на нечисть. И, судя по тому, что ты рассказал, теперь охотники — не маниакальные преследователи созданий дьявола, а вполне себе серьезная организация.

— Рейчел, — осторожно начал Джеральд, — ты хочешь натравить охотников на Потомков? Ты в курсе, как это называется? Охотники — не простые люди. Ими не получится манипулировать и управлять.

— Да они даже не узнают, — отмахнулась Рейчел. — Тем более, если информация поступит от надежного источника. Охотники отвлекутся от Верных и сосредоточат свое внимание на Потомках. Наше движение только выиграет. К тому же, пока они разбираются с охотниками, бывшим друзьям будет не до тебя. На некоторое время они о нас забудут.

— Это может нам выйти боком, — вымолвил изумленный Джеральд.

— Противостояние двух движений уже неизбежно, — произнесла Рейчел, пожав плечами. — Под чьим контролем останется город — это вопрос времени. Все равно польется кровь, а режим секретности окажется под угрозой. Вопрос только в том, кто нанесет первый удар. Я бы предпочла выиграть первый раунд.

Джеральд не сводил с Рейчел пристального взгляда.

— Знаешь, я не удивлюсь, если раньше ты была важной политической фигурой, — произнес он.

— С чего ты взял? — с интересом спросила Рейчел.

— То, что ты предлагаешь — теневая тактика ведения войны. Да еще и чужими руками.

— А что ты предлагаешь? Обратиться к Старейшине? Или к главному Вериту?

Тут Джеральду крыть было нечем. Он поднял руки вверх в знак того, что сдается.

— Кстати, а как Потомки вообще узнали, где тебя искать? — озадаченно спросила Рейчел. — Ты же говорил, что никто не знал, кто ты, кроме Хизер и Эрика.

Джеральд задумался. Он и сам задавался этим вопросом, но пока они скрывались ему было не до обдумывания причины и следствия.

Мысль о том, что его где-то могли случайно увидеть и проследить, Джеральд отмел сразу. Не в его привычке было выходить из дома лишний раз. Даже кровь ему привозили на дом доверенные люди, проведя десять махинаций, чтобы не попасться в поле зрения Департамента. Вышли через его людей? Но их в помощь Джеральд получил будучи уже Верным, Потомки не могли знать, кто на него работает.

И что самое интересное, наведались к нему в гости после Бала Ночи…

— Вот черт, — выругался Джеральд, неприятно удивленный догадкой. — Я могу ошибаться, но, похоже, в стане Верных есть шпион.

Ашес поделился с Рейчел мыслями. От волнения Джеральд начал ходить из стороны в сторону. Каэлиш оставалась спокойной.

— Значит, это был кто-то, кто знал тебя? — спросила она.

— Не обязательно. Среди Потомков я — предатель. Наверняка за мою голову назначена хорошая награда, а портрет могли и разослать. Кто-то мог увидеть меня и сделать определенные выводы.

— А как Потомок проник к Верным? Чужих, насколько я поняла, на собрания не пускают. Да и среди своих на Балу Ночи присутствуют только сливки общества.

— Метаморфозис, — мрачно отозвался Джеральд. — Шпион мог принять внешность любого приглашенного вампира. А их было немало, — усмехнулся он. — Это все равно, что искать иголку в стоге сена.

— Иголку можно притянуть магнитом, — не согласилась Рейчел.

— Как ты себе это представляешь?! Пойдешь к Вериту?! Запросишь у него списки гостей со вчерашнего Бала Ночи?!

Рейчел выдержала разгневанный взгляд Наставника. Джеральд тяжело вздохнул.

— Извини, — буркнул он. — Я просто…

— Ты просто боишься все потерять, — ответила за него Рейчел. — Для тебя вся жизнь здесь. Сам ты не признаешься, но кровь рода всегда даст о себе знать. Я предлагаю самим заняться поисками предателя. Картина такова: Потомки тебя заметили и захотели избавиться. Но в то же время они заняты интригами. Контроль ситуации среди Верных для них сейчас должен быть важнее твоей персоны. Если они тебя сдадут, это будет хорошим отвлекающим маневром, но слишком подозрительным. Если главный Верит не дурак, у него появятся вопросы. При помощи сестры Элли мы сможем им помешать. Департамент будет перетягивать внимание на себя и где-нибудь Потомки потеряют контроль над ситуацией и допустят ошибку. А мы начнем искать клан, в котором скрылся предатель.

— Каким образом? — вымолвил потрясенный Джеральд.

— Тут слово, там действие, здесь провокация… в зависимости от того, как будет действовать клан, можно будет сделать интересные выводы. И проще всего будет начать с твоего и моего. Как главе мне достаточно будет объявить общее собрание. А твой и вовсе немногочисленный.

— А если я тебе скажу, что в городе есть еще и Отступники? — поинтересовался Джеральд.

— Прелестно! — протянула Рейчел с улыбкой. — Это еще один ресурс в нашу пользу.

— Рейчел, — осторожно позвал ее Джеральд. — Ты хоть понимаешь, что произойдет, если ты попадешься?

— А что произойдет? — искренне удивилась Рейчел. — Кто поверит, что пробужденная на такое способна? И наверняка найдется заинтересованное третье лицо, на которое и можно будет перевести все стрелки.

Джеральд встал напротив воспитанницы и заглянул ей в глаза.

— У меня к тебе очень много вопросов, — произнес он.

— Так задавай. Только делай это правильно. Клянусь, когда память ко мне вернется, я постараюсь ответить на все. А пока… я предлагаю немного прогуляться.

— Можем попасть на камеры, — поморщился Джеральд.

— Зато будем знать, что за нами следят. И можем постараться выловить того, кто это делает, — улыбнулась Рейчел.

Джеральд прикусил язык.

— Ладно, идем. Может, получится затеряться в толпе, — буркнул он.

Рейчел шла с ним рядом. Джеральд не переставал кидать на нее косые взгляды. Пробужденная, нелепая, на редкость спокойная девчонка, которая так его раздражала в первую ночь их знакомства начала внушать ему опасения. Такие варианты действия мог предложить кто угодно, только не пробужденная. Черт возьми, да не каждому вампиру подобная тактика действий придет в голову!

Джеральд вспомнил слова Реджинальда о том, что некогда он знал некую Рейчел из клана Каэлиш.

«Может, совпадение, но а вдруг? Хотя я не слышал, чтобы мертвые возвращались к жизни… но на всякий случай разузнать стоит».

«Она умерла в тысяча восемьсот семьдесят девятом», — вспомнил Ашес слова Реджинальда.

— Наверное, когда ты жила, такого не было, — кивнул он на множество бутиков и кафе, расположившихся на первом этаже. Впереди виднелся огромный торговый центр и ночной клуб, сейчас закрытый.

— Наверное, — неуверенно отозвалась Рейчел.

— Если чего-нибудь хочешь…

— Я хочу, чтобы у тебя не было проблем, — рассеянно отозвалась Каэлиш. — Я все еще твоя воспитанница. А с недавних пор и сестра по крови. Мы в одной лодке. Чтобы она не опрокинулась, мой долг либо грести, либо удержать паруса.

Рейчел остановилась напротив пиццерии, разглядывая вывеску и баннер с рекламой.

— Спасибо, — тихо произнес Джеральд.

Он открыл дверь и кивнул Рейчел. Она неуверенно взглянула на Наставника и зашла внутрь.

— Знаешь, иногда я жалею, что еда для нас не имеет ценности, — с грустью сказала Рейчел.

— Но она дает эстетическое наслаждение. Вряд ли ты пробовала что-то подобное в те времена, когда была человеком.

— Вам чем-нибудь помочь? — улыбнулась им очаровательная девушка по ту сторону стойки.

— Вот эту, — указала Рейчел на приглянувшуюся пиццу.

— И два кофе, — добавил Джеральд. — Только не эту растворимую дрянь.

— Хорошо, — помявшись, кивнула девушка. Она сделала пометки в блокноте и скрылась на кухне.

Пицца Рейчел понравилась. Настолько, что она заказала еще две и с аппетитом их умяла, запивая вторым коктейлем, пока Джеральд неспешно потягивал кофе.

— Такое чувство, как будто тебя в прежней жизни морили голодом, — смеясь, сказал Джеральд на выходе.

— Может, в моей прежней жизни вовсе не было таких блюд, — ответила Рейчел.

— Вполне возможно, — задумчиво произнес Джеральд, вспоминая, когда пицца официально вошла в моду.

Вампиры отправились гулять дальше. Внимание Рейчел привлекла вывеска у торгового цента с афишей фильма. Пока она ее разглядывала, Джеральд связался с Риком и поменял планы на место жительство, воспользовавшись советами воспитанницы. Рик принял к сведению и обещал уладить все в ближайшее время.

— Хочешь посмотреть? — кивнул Джеральд на афишу. — Изобретение двадцатого века, — усмехнулся он. — Подумать только, всего какая-то сотня лет прошла, а уровень кино тогда и сейчас — это небо и земля.

— Да, я бы сходила, — рассеянно ответила Рейчел.

Вдруг взгляд ее стал рассредоточенным и затуманился еще больше. Глаза стали почти белесыми.

— Рейчел, — тихо позвал ее Джеральд. Она его не услышала. Каэлиш медленно повернула голову, оглядываясь по сторонам. Наставник проследил за ее взглядом, но кроме дороги и машин ничего не увидел. Наконец, Рейчел отмерла. Она часто-часто заморгала и взглянула на Джеральда так, будто впервые его увидела.

— Все в порядке? — осторожно спросил он.

— Да… — рассеянно отозвалась Рейчел. — Я просто… неважно, — улыбнулась она.

Джеральд сурово на нее взглянул. Каэлиш сдалась.

— Я кое-что видела, — тихо сказала Рейчел. — Скажи, под землей есть какие-нибудь конструкции?

— Да, — озадаченно ответил Джеральд. — Метро называется. А еще под городом проходят коллектора. А что?

— Я видела, как они рушатся, — рассеянно ответила Рейчел. — И был перечеркнут символ… Треугольник с галочкой и чертой под ней…

— Это символ клана Носферату, — ответил Джеральд.

Ашес потрясенно взглянул на Рейчел. Носферату были известными пролазами, а славились тем, что знали не только всю подземную систему города, но и располагали информацией практически обо всем и всех. Глаза и уши Верных. Некоторые их клан называли информаторами Старейшины.

Рухнувшие коллектора или ветка метро с их перечеркнутым знаком могли говорить в текущей ситуации только об одном: кто-то решил избавиться от этого клана и закрыть Старейшине глаза. А в свете последних новостей Джеральд готов был поставить что угодно на то, что так могли действовать только Потомки.

— Это не просто видение, — прошептал Джеральд. Он взял Рейчел под руку и увел ее в сторону, а сам достал телефон и начал лихорадочно пролистывать новости. Никаких сообщений об обрушении подземных конструкций он не увидел. Он хотел убедиться, что то, что видела Рейчел еще не произошло.

— Невероятно, — пробормотал потрясенно Джеральд. — Ты оракул… Я слышал о парочке Каэлиш с таким даром. Они всегда были приближенными Старейшины…

Джеральд осекся.

— Теперь понятно, почему тебя выбрали главой клана… одна видит всю подноготную, другая — будущее. А ты еще и в политике разбираешься. Очешуеть… — выдохнул он. —Нам необходимо поставить клан Носферату в известность, пока не случилось непоправимого.

— Нам никто не поверит, — заметила Рейчел.

— Зато Эрика послушают. Он глава клана Ашес, и пользуется некоторым влиянием в совете.

Рейчел задумалась.

— Звучит не очень надежно, но попытаться стоит. Если у него не получится убедить Носферату покинуть родной дом, то нужно попросить это сделать кого-то более влиятельного. А мы пока займемся налаживанием контактов с Департаментом и поисками предателя.

Джеральд кивнул. Теперь план Рейчел не казался ему таким уж безумным. Вряд ли кто-то заподозрит, что пробужденная вмешалась в Большую Игру. А когда поймут… что ж, по крайней мере, у них будет фора. Возможно даже получится отвести от себя все подозрения.

— Идем, — кивнул Джеральд на дверь в торговый центр. — Я позвоню Эрику оттуда.

Вскоре оба вампира слились с толпой и принялись воплощать первый этап плана в жизнь. Для второго им требовалась машина, которая все еще находилась в ремонте.

***

К дому Элли Джеральд и Рейчел подъехали около одиннадцати часов вечера. Столь поздний визит был нанесен по простой причине: юная Каэлиш не слишком хотела контактировать с родственниками Элли и отвечать на их вопросы. Ее интересовала только Кристал.

Вампиры успели наведаться в Сан-Фернандо и забрать оттуда свои вещи. Там же обнаружился телефон Элли и ключи от дома.

Рейчел занималась тем, что пыталась открыть замок на дверях. Наконец, третья попытка увенчалась успехом.

— Прошу, — улыбнулась Рейчел.

— После тебя, — усмехнулся Джеральд.

Девушка пожала плечами и переступила порог, с интересом оглядываясь по сторонам.

— Элли?

С лестницы на них смотрела Лина.

— Да. Доброй ночи. Я решила вернуться на пару дней домой. С Наставником. У нас… э-э ремонт капитальный, да. Буквально пара дней — и можно будет заезжать. Можно было переночевать и в отеле, но Джеральд их не жалует.

Лина недоверчиво на нее взглянула, потом перевела взгляд на Джеральда. Он тут же этим воспользовался и задействовал ментальную технику.

— Лина, подготовьте пожалуйста комнату для гостей. Уверяю, больше, чем на пару дней мы не задержимся, — очаровательно улыбнулся он.

— А… хорошо, — произнесла Лина.

Вампиры несколько секунд смотрели ей вслед.

— А Кристал дома? — запоздало спросила Рейчел.

— Нет, она еще не вернулась из Департамента, — ответила Лина.

— Значит, подождем.

Рейчел и Джеральд прошли в гостиную и устроились по разным сторонам дивана. Каэлиш облокотилась на спинку и закинула ногу на ногу. Джеральд скользнул по ней оценивающим взглядом. И снова убедился, что перед ним не пробужденная. Ее поза была расслаблена, на губах застыла полуулыбка, взгляд прояснился… и даже некоторая нескладность фигуры ушла на второй план. Сейчас Рейчел выглядела величественной и опасной.

«Она точно знает себе цену», — заметил Джеральд.

Он собрался задать ей пару наводящих вопросов, но до его слуха донесся звук открывающихся дверей.

Вампиры обернулись и остановили взгляд на вошедшей Кристал. Выглядела она как обычная девушка, Джеральд при ней даже не заметил никакого оружия. Разве что выглядела охотница усталой.

— Вы что здесь делаете? — настороженно спросила она, увидев нежданных гостей. — Департамент о вас ничего не знает, — быстро добавила она.

— Дело не в Департаменте, — ответил Джеральд.

— У нас к тебе дело, — произнесла Рейчел.

Кристал изогнула бровь, вопросительно взглянув на сестру.

— Лучше сядь, — кашлянул в ладонь Джеральд.

Кристал переводила взгляд с него на Рейчел и обратно.

— Я спущусь через пять минут. Тогда поговорим.

Рейчел и Джеральд проводили ее разными взглядами. Джеральд Кристал по-прежнему не доверял, а Каэлиш смотрела на нее задумчиво.

— Она мне нравится, — наконец, сказала она. — Я уверена, мы с ней поладим.

Джеральд качнул головой. Рейчел не переставала его поражать.

Кристал спустилась через пять минут, как и обещала. За это время девушка успела сходить в душ и переодеться в короткий топ и шорты. Оружия при ней не было, и Джеральд посчитал это едва ли не высшим признаком доверия.

— Ну? — осведомилась Кристал, расположившись в кресле.

— Познакомься, это Рейчел, — указал на подопечную Джеральд.

— Рада знакомству, — кивнула Каэлиш с неизменной полуулыбкой.

Кристал перевела взгляд на Джеральда. Охотница ухитрилась одним взглядом задать множество вопросов.

— Меня и правда зовут Рейчел. Твоя сестра здесь, у меня в голове, — указала она себе на висок. — Ну или я у нее… третью зовут Хизер. Она тоже у нас в голове. Мы, Каэлиш, все связаны. К тебе пока это не относится. Пока ты человек, наше проклятие тебе не грозит, как и вплетение в общее сознание. Откуда мы взялись?.. Я точно умерла и возродилась с Элли. О Хизер ничего не могу сказать.

— В общем, у твоей сестры растроение личности. Причем не типичное, — подытожил Джеральд. — И поэтому мы приехали лишь на второй день после того, как она оказалась у меня. Рейчел тебя не знала. Она и сейчас о себе ничего не помнит. Мне еще показалось странным, что она не спросила первым делом о семье. А Элли сразу спросила о тебе и Розе. Еще подумала, что я ее похитил, — хмыкнул Джеральд. — И, если ты заметила, они с Элли совершенно не похожи.

Кристал взглянула на Рейчел более пристально. Взглядом она остановилась на каждой незначительной детали, отмечая любую непохожесть на сестру.

— Как погибли наши родители? — тихо спросила Кристал.

— Ваши с Элли? Я не знаю. И не скажу даже, как они выглядели. А своих я не помню.

Кристал перевела взгляд на Джеральда. Она искала у него поддержки, но он лишь развел руками.

— Элли… знает? — нервно спросила Кристал.

— Нет, — ответил Джеральд. — В первый день пробуждения она была сильно напугана, и я не стал ей об этом говорить. А больше с ней общаться мне пока что не довелось.

— Вы сказали, что здесь по делу, — напомнила Кристал, все еще не пришедшая в себя. — По какому?

Рейчел и Джеральд переглянулись.

— Думаю, некоторые наши тайны можно раскрыть. Чтобы охотникам было проще действовать, они должны знать врага в лицо.

Кристал насторожилась.

— Только пообещай мне, что данная нами информация не выйдет за пределы этого дома, — обвела вокруг себя пальцем Рейчел. — Это будет касаться вампиров.

— Та-ак… если я правильно понимаю, вы хотите, чтобы Департамент кое-кого убрал? Того, кто мешает лично вам? Или тебе? — прищурилась Кристал, взглянув на Джеральда.

Рейчел взглянула на Джеральда и кивнула.

— Я, пожалуй, начну с предыстории, чтобы тебе было понятней, — медленно начал Джеральд. Собравшись с духом, он продолжил:

— Легенды гласят, что когда-то, на заре человечества, вампиров было всего двенадцать. Их имена легли в название кланов. Сейчас они лишь указывают на слабости того или иного рода, но не суть. Эти двенадцать вампиров строго следили за своими потомками. Молодое поколение верой и правдой служило Изначальным, и за это они получили название Верные. Но такой расклад устраивал не всех. Рабская связь и полная зависимость от старшего поколения сильно раздражала некоторых молодых вампиров. Они взбунтовались и объявили старшему поколению войну. Один из самых амбициозных вовсе заявил, что первые двенадцать Изначальными не являются, а все вампиры произошли от некой Праматери. По другой легенде считается, что она прокляла вампиров… В общем, так появились Потомки. В кровопролитной войне с Изначальными и их последователями они отвоевали право на независимость и начали устанавливать свои порядки.

Верные придерживались теневой политики и никогда открыто людям не показывались. Они считали, что ни к чему хорошему это не приведет. Потомки были иного мнения. Назло Верным они стали открыто демонстрировать свои силы и превосходство. Даже демоны опешили от наглости Потомков. В общем, ничем хорошим это и правда не закончилось. Столкнулись два противоположных лагеря с политическими и идеологическими убеждениями. Пока вампиры выясняли между собой отношения, люди изучали их слабости, а в конце концов сформировали первый орден охотников на нечисть. Оказавшись под угрозой уничтожения, Верные и Потомки пришли к перемирию и разошлись по разным сторонам. Оба движения залегли на дно и принялись зализывать раны. Но Верные и Потомки существуют и по сей день. И так же грызутся друг с другом.

Джеральд глубоко вздохнул, переводя дыхание.

— В общем, как ты поняла, Потомки и Верные терпеть друг друга не могут. К вампиру из Потомков, который волей случая оказался у Верных, отношение будет еще хуже, чем молодняку на побегушках, — угрюмо сказал Джеральд. — А я как раз такой вампир. И сегодня днем ко мне наведались старые друзья. Собственно, поэтому мы и здесь.

В гостиной снова повисла тишина. Джеральд дал Кристал время, чтобы она все уложила в голове.

— В городе неизбежно столкновение Верных и Потомков, — негромко продолжила Рейчел. — Прольется много невинной крови, если не сдержать Потомков. Они до сих пор придерживаются идеологии в духе: «Мы — вампиры, значит, мы лучше людей». Но охотники могут сдержать их агрессию.

— То есть, — помолчав, начала Кристал, — вы хотите втянуть Департамент через меня в вампирские разборки? Поправьте меня, если я что-то не так поняла.

— И да, и нет, — отозвалась Рейчел. — Так получилось, что Джеральд оказался в зоне риска, а я вместе с ним, включая и твою сестру. В нашем тандеме я пока что слабое звено. Мне… нам всем придется учиться осваивать ментальные техники. Возможно, стоит поучиться драться. А если Департамент перекинет свои силы на то, чтобы трепать нервы Потомкам, им станет попросту не до нас с Джеральдом. А для вас — неплохая возможность выявить новые таланты.

Кристал молчала долго.

— То, что ты предлагаешь, — тихо начала Кристал, — это безумие.

— И тем не менее ты почти согласна, — улыбнулась Рейчел.

— С чего это ты взяла? — озадаченно спросила Кристал.

— Ты любишь свою сестру. Не любила бы — Департамент уже бы обил пороги дома Джеральда. Не позволила убить ее охотникам, не позволишь и Потомкам. У тебя личная заинтересованность.

Джеральд изумленно взглянул на Рейчел. Он был готов аплодировать. Такой наглой открытой и дерзкой манипуляции он никогда не видел. Девушка его восхищала и пугала одновременно.

— Ты…

Кристал перекосило от ярости. Джеральд выпрямился в кресле и на всякий случай выставил перед собой трость. Охотница это заметила и осталась на месте.

— Разве я не права? — взглянула на нее Рейчел.

— Ну допустим, — процедила сквозь зубы Кристал, — я соглашусь. Но мне нужна информация о Потомках. Все, что можете рассказать.

— Надеюсь, тебе никогда не придется узнать тонкости их жизни, — пробормотал Джеральд и приступил к рассказу.

— Когда они пытаются захватить влияние в городе, то начинают с пригородов или неблагополучных районов. Иногда с других городов. Подыскивают место для будущей базы, если короче. Обычно таких несколько, и время от времени они их меняют. Я бы еще обратил внимание на похищение людей, причем таких, которых никто не стал бы искать. Нищие, никому не нужные подростки, девушки легкого поведения… Потомки обычно из них создают ударную силу. Вампирами люди не становятся, но зелье пробуждает их потенциал на всю мощность. Организм быстро тратит резерв, и люди, как правило, не выживают. Жизнь в них поддерживает это зелье.

— Погоди, я что-то такое слышала. 

Джеральд кивнул и продолжил:

— Это еще не самое страшное. У Потомков в распоряжении еще имеются упыри. Это неправильно пробужденные вампиры. Они быстро трансформируются, но теряют разум и, кроме крови, их не интересует ничего. Лишенные разума, но это все-таки вампиры. Убить их не так-то просто. Используют их тоже как ударную силу. Среди Потомков вампиры на вес золота, они до последнего не вступят в бой.

Кристал кивнула.

— Это все?

— Нет. Возможно, Потомки намеренно будут компрометировать вампиров и нарушать режим секретности. Так что, если заметишь объявление в стиле вампирской вечеринки, я бы в первую очередь проверил это место. Еще Потомки любят баловаться Метаморфозисом. Это… магия. Она направлена на изменение крови и плоти. Маги крови когда-то хотели получить контроль над кровью, но замысел не удался. В общем, Метаморфозис изменяет плоть.

— Ты случайно говоришь не о летучих тварях с острыми зубами и когтями? Такими… лысыми?

— Они бывают разными, но суть ты уловила верно, — ответил Джеральд.

— Значит мы можем на тебя рассчитывать? — спросила Рейчел.

— Я посмотрю что можно сделать. И исключительно ради Элли, — холодно сказала Кристал.

— Это начало долгой и крепкой дружбы, — ухмыльнулась Рейчел. Охотница прищурилась.

— А ты слишком самоуверенна, как я посмотрю, — заметила Кристал.

— Кстати, у тебя будет уникальная возможность пообщаться с остальными, — взглянула Рейчел на Кристал. — Мы с Джеральдом останемся здесь ненадолго. Пока у нас небольшие трудности ввиду визита старых гостей. Надеюсь, вы поладите.

Рейчел поднялась на ноги и прошла к лестнице.

— Ты хоть знаешь, где комната Элли? — угрюмо спросила Кристал.

— Найду, — ответила Рейчел. Джеральд отправился вслед за ней.

Комнату Элли Рейчел нашла быстро. Ашес проскользнул следом за ней.

— Джеральд! — возмутилась Каэлиш. — А если бы я была раздетой?!

— Так было бы даже лучше, — ответил он. — Так и будешь с пулей ходить?

— А… я уже и забыла о ней…

— Раздевайся и ложись на кровать. На живот.

Рейчел разочарованно вздохнула и выполнила просьбу Наставника. Джеральд склонился над ней и провел по спине. Рана уже затянулась, и нащупать пулю было не так просто.

— Так… придется немного потерпеть, — пробормотал он.

Три пальца Джеральд вытянул в острые длинные когти. Они без труда вошли в податливую плоть девушки. Рейчел блаженно застонала.

— Ты точно ненормальная, — проворчал Джеральд.

Наконец, он нащупал пулю и принялся ее осторожно вытаскивать. Он делал это не слишком аккуратно, чем доставлял еще больше удовольствия Рейчел.

— Есть, — выдохнул Джеральд.

Он вернул пальцы в нормальное состояние и затянул рану на спине Рейчел. Капли крови стер и произнес:

— Отдыхай. Нам предстоит очень много работы.

— Вряд ли мы завтра увидимся, — усмехнулась Рейчел.

— Тогда до следующего твоего пробуждения, — улыбнулся Джеральд и вышел из комнаты.

Ашес зашел в гостевую и прислонился спиной к стене. Наконец-то бесконечно длинный день закончился.

— Ну и ученица мне досталась, — пробормотал он. — Если так пойдет и дальше, я точно сойду с ней с ума.

Сил у Джеральда не осталось ни на что. Он с трудом добрался до гостевой комнаты и, не раздеваясь, рухнул на кровать, едва ли не моментально забывшись во сне.

Глава 5: Проверка для клана Каэлиш

Хизер резко распахнула глаза. Она увидела незнакомый потолок и поняла, что как минимум пропустила один день.

— Отлично, — проворчала она. — Надеюсь, Джеральд мне объяснит, что произошло во время моего отсутствия.

Хизер встала с кровати и распахнула шкаф. Он оказался полупустым. Выбор у Каэлиш был небольшим, так что она пошла простым путем: выбрала то, что, по ее мнению, смотрелось не так броско и не стесняло движений. Волосы заплела в косу и вышла из комнаты. Почти сразу Хизер нос к носу столкнулась с Кристал. Несколько мгновений девушки настороженно друг друга рассматривали.

— Ты кто? — спросила Хизер.

— Тот же самый вопрос могу задать тебе, — отозвалась Кристал.

— Я Хизер Эмон.

— Кристал Джонс. Я сестра Элли.

— Хизер, — окликнул воспитанницу Джеральд. Она закатила глаза и обернулась. Астан стоял в дверях гостевой комнаты. Вид у него был усталый и даже измученный. В глазах Наставника Хизер заметила голодный блеск. Она склонила голову на бок, прислушиваясь к собственным ощущениям.

— Нам надо поговорить, — произнес Джеральд. Каэлиш кивнула и направилась к нему. Джеральд зашел в комнату и закрыл за собой дверь.

— С тобой все в порядке? — взглянула на него Хизер.

— Да… я просто в чужом месте, вот и сказывается кровь рода. Но обо всем по порядку…

Джеральд кивнул на кровать рядом с собой и принялся рассказывать обо всем, что вчера произошло. Не упустил и план Рейчел по поиску предателя из поля зрения.

Хизер молчала долго, раздумывая надо всей ситуацией. Выглядела она хмурой, но возражений против плана соседки по разуму не нашла.

— Я так понимаю, клан придется собирать мне, — угрюмо сказала Хизер. — Только есть одна небольшая проблема: я никого в глаза не видела. И даже не знаю, где их искать.

— Это несложно, — ответил Джеральд. — Я точно знаю, что один из твоих родственников заведует психиатрической лечебницей. Можно начать с него. Позвонить или лично ехать — это уже на твое усмотрение.

— А ты со мной поедешь?

— Честно говоря, я не слишком горю желанием находиться среди Каэлишей, — осторожно произнес Джеральд. — И пока ты разбираешься со своим кланом, я бы предпочел навестить Эрика и Реджинальда.

— А ты уверен, что Дэвейн не предатель? — хмуро спросила Хизер.

Джеральд задумался.

— Вот как раз и проверим, — ответил он

Хизер иронично взглянула на Джеральда и изогнула бровь.

— Если честно, не очень хотелось бы попадать в поле зрения Потомков на поприще политических игр. Это такая вещь, которая и убить может, — иронично заметила Хизер.

— Поэтому я и держался от всего этого подальше, — вздохнул Джеральд.

Он окинул Хизер критическим взглядом.

— Ты в таком виде на встречу с кланом собралась идти?

— Извини, ничего лучше не нашла! — вспыхнула Хизер.

— Не злись, — миролюбиво произнес Джеральд. — В машине лежат вещи Элли, может там что-нибудь найдешь.

Хизер буркнула что-то невразумительное себе под нос и отвернулась.

— Но сначала нам обоим надо поесть, — заметил Джеральд.

Через пятнадцать минут оба вампира уже были готовы и выезжали из дома. Хизер с подсказками Джеральда пыталась освоить поиск в сети Интернет по сотовому телефону. Знания и навыки Элли ей немного помогали, но время от времени Хизер хотелось швырнуть телефон на приборную панель. Ругалась она при каждой неудаче. Наконец, спустя полчаса Хизер все-таки удалось найти и адрес нужной психиатрической лечебницы, и номер телефона. Каэлиш все записала и, наконец, исполнила свое желание: все-таки бросила телефон на приборную панель.

— Аккуратнее с техникой, — усмехнулся Джеральд. — Не самая дешевая вещь на рынке.

— Меня всегда раздражали телефоны, — огрызнулась Хизер. — Вечно трезвонят так, будто в набат по голове бьют!

Джеральд с интересом взглянул на воспитанницу. Хизер осеклась и задумалась.

— И какой телефон ты представила? — спросил Джеральд.

— С диском и цифрами. А что?

— Просто такие знания помогают сориентироваться, в какие годы ты жила, — пояснил Джеральд. — такие телефоны использовали в прошлое столетие. И довольно долго. И минимум с двадцатого года. Кстати, мы приехали.

Они приехали в тот же самый район, где охотились ранее перед Балом Ночи. Вампиры разошлись по разным сторонам. В этом вопросе Джеральд полностью положился на Хизер — он уже видел, как она питается. В тот раз никого не убила, и в этот все обойдется. А тогда она была в куда худшем состоянии, чем сейчас.

Вернувшись в машину, Хизер взяла телефон с приборной панели и набрала записанный номер психиатрической лечебницы, краем сознания отметив, что Джеральд еще не вернулся.

— Добрый день, психиатрическая лечебница «Приют», чем могу быть полезна? — услышала Хизер высокий женский любезный голос. Каэлиш поморщилась — от количества доброжелательности, бьющей даже через мобильник у нее аж зубы свело. Ей казалось, что подобные места делают характер человека намного жестче.

— Свяжите меня с руководителем. У меня личный вопрос. И очень тяжелый случай, вряд ли вы сможете дать мне консультацию, — заявила Хизер.

— Для консультации я могу связать вас с доктором…

— Мне не нужен доктор! — прошипела Хизер. — Мне нужен руководитель! Директор! Или кто там у вас всем управляет?!

— Как ваша фамилия? — неожиданно спросила секретарша более холодным тоном.

— Эмон… в смысле, Джонс моя фамилия, — чуть успокоившись, сказала Хизер.

— Тогда я вам ничем не могу помочь. Могу записать на консультацию к специалисту и…

Хизер захотелось убить эту девицу. Подавив гнев, она подумала, что фамилия рода может заставить переменить мнение девушки. Вряд ли обычному человеку она о чем-нибудь скажет.

— Каэлиш моя фамилия, — ровным голосом сказала Хизер и уточнила: — Вторая.

В трубке повисла тишина.

— Директор будет у себя после двенадцати часов. Назовите ваше полное имя. Без родовой фамилии, — сказала администратор более дружелюбным тоном.

— Хизер Эмон. В смысле, Элли Джонс. Запишите второе имя, первое мне просто нравится, — быстро сказала Хизер.

В трубке повисла недолгая тишина.

— Хорошо. Подъезжайте после двенадцати часов.

— Спасибо, — ответила Хизер и скинула вызов. Телефон она тут же отбросила от себя подальше.

Каэлиш прикрыла глаза, а через мгновение хлопнула дверь водительского сиденья. Хизер вздрогнула и взглянула на Джеральда. Выглядел он заметно лучше. Ни на лице, ни на костюме ни пятнышка крови.

— В лечебнице нас ждут после двенадцати. Там и разойдемся, как договаривались.

Джеральд внимательно на нее взглянул и кивнул. Он взглянул на часы, настроил навигатор и повернул ключ зажигания.

— Что ж, как раз будем там к полудню. Лечебница находится на другом конце города.

Хизер пристегнулась и морально приготовилась к долгой дороге. Этот город казался ей слишком большим и суетным даже ночью. Что-то ей подсказывало, что там, где она жила раньше, такого не было.

***

Джеральд оставил Хизер у психиатрической лечебницы. И даже хотел остаться с ней, но Каэлиш настояла на изначальном плане.

— Сомневаюсь, что родственники из одного движения станут меня бить. Тем более, что они сами поставили меня главой клана. Если мне что-то будет угрожать, я наберу тебя. На звонок можешь не отвечать. И я не пробужденная, сумею за себя постоять.

— И я все равно не хочу оставлять тебя одну, — хмуро произнес Джеральд. — Ты не умеешь драться и пользоваться ментальными техниками. В смысле… ты, может, и умеешь, но вот тело Элли вряд ли можно назвать тренированным.

— Значит, исправим. Со временем.

Джеральд нехотя оставил Хизер, и теперь она направлялась к главному входу психиатрической лечебнице. Простая асфальтовая дорога, ведущая к высоким железным воротам с забором, похожим на торчащие пики. Вывеска над аркой гласила, что «Приют» лучшая клиника для душевнобольных людей, и заботятся о них здесь как дома. Хизер отнеслась к подобному заявлению скептически.

Она миновала ворота, прошла мимо парковки к главному белому зданию и оказалась в стерильно чистом помещении, изобилующим белым цветом. Подобная стерильность Хизер ослепила и навела гнетущее впечатление. Разбавляли невыносимый белый цвет растения в кадках и горшках, стоящие в самых немыслимых местах. В целом помещение было даже уютным: мягкие диваны, кресла, журнальный столик с визитками и несколькими книгами…

— Чем могу помочь? — любезно осведомилась девушка за стойкой. Хизер сразу узнала ее голос. Именно с ней она и общалась по телефону.

— Я Хизер Эмон Каэлиш. В смысле… ну да, неважно. Я разговаривала с вами по телефону. Вы сказали подъехать к полудню, директор будет уже здесь.

Девушка внимательно взглянула на Хизер.

— Идемте.

Хизер озадаченно на нее взглянула, но тем не менее последовала за девушкой. Почти сразу на выходе их встретила охрана. Каэлиш оглянулась на сопровождающих.

«Либо они хорошо обучены, либо не так просты, как кажется на первый взгляд», — подумала Хизер.

Девушка провела Хизер через небольшую аллею и по пропуску вошла в соседнее здание. Пройдя по небольшому коридору, девушки с охранниками оказались в просторной гостиной. Там находилось несколько клиентов, две медсестры и два медбрата. Работал телевизор. Два худых старичка играли в шахматы, делая очень странные ходы. Девушка со спутанными волосами сидела в темном углу и дрожала.

— Один из этих людей потенциальный Каэлиш. Скажете кто, я вас проведу к директору.

— Ну и система охраны у вас, — пробормотала Хизер. Провожатая неопределенно повела плечами.

Каэлиш медленно прошла по гостиной. Чувствовала она себя здесь… странно. Атмосфера, царящая среди внешне нормальных людей, казалась Хизер неправильной. Искажалось все. Пространство, время, восприятие… Каэлиш почувствовала, как начало искажаться и ее собственное. Мгновение — и она оказалась погруженной в водоворот чужих жизней и чувств. Глаза приобрели неестественный зеленый цвет.

Хизер взглянула на девушку в темном углу. Случай в солярии, из-за которого погибла ее подруга, а она сама получила сильные ожоги. С тех пор она стала бояться солнечного света. Ей начало казаться, что он ее убьет. Жила девушка только по ночам, а днем не выходила на улицу. Забросила школу, не смогла поступить в колледж… и оказалась здесь.

Вот медсестра недавно разошлась со скандалом с молодым человеком. Здесь она проводит все свое время и топит снедающую печаль в заботе о других людях.

Вот медбрат внимательно наблюдает за дремлющей бабулей. Не так давно он прилетел из путешествия. Хизер уловила только его чувства. Он был в восторге.

Вторая медсестра дремала после бессонной ночи. Каэлиш сразу отвела взгляд, чтобы не видеть подобного непотребства. Но что-то заставило ее остановиться. Хизер снова подняла на нее взгляд. Непробужденная. Зов родной крови не спутаешь ни с каким другим.

Хизер обернулась к провожатой и удивленно на нее взглянула. Это не просто девушка. Перед глазами промелькнул эпизод ее жизни, где она пряталась вместе с братом. Он отвлек внимание и дал ей спастись от рыщущих вампиров, но сам не вышел. Полукровок никто не любил. Верные относились к ним с пренебрежением, а Потомки зачастую использовали как материал для своих экспериментов.

— Ты…

Хизер тряхнула головой и прикрыла глаза. Видения чужих жизней не хотели отпускать ее.

— Дремлющая медсестра непробужденная. А ты — смешанных кровей, — тихо сказала Хизер.

Администратор вздрогнула. Она быстро справилась с минутным замешательством и медленно сказала:

— Да. Ты и правда Каэлиш.

Полукровка кивнула охране. Те покинули гостиную. Девушки вышли за ними. Хизер смотрела только в землю, не поднимая головы. Она и не заметила, как полукровка набрала чей-то номер по мобильному, но услышала, что она сказала:

— Джеймс, с тобой очень хочет увидеться Хизер Эмон. Да, я проверила, как ты и просил, все в порядке. Хорошо, сейчас приведу.

— У твоего босса всегда такие жесткие требования или это временное помешательство? — спросила Хизер. Она осторожно взглянула на полукровку и облегченно выдохнула: видения чужой жизни ее оставили. — И как тебя зовут? Я против полукровок ничего не имею, так что можешь расслабиться.

— Агнесс, — ответила девушка. — Я не знаю, что нашло на Джеймса. Он в последнее время никому не доверяет. Острый приступ паранойи. Может, у тебя получится разобраться, чего он так боится. Вы родственники все-таки.

Агнесс жестом велела следовать за собой. Вскоре девушки вошли в другое здание, оформленное в голубых и синих тонах. Внутри тоже все было синее: диваны, кресла, абажуры на торшерах, даже ковровая дорожка, постеленная на лестнице, ведущая на второй этаж.

Агнесс проводила Хизер к Джеймсу и оставила их наедине. Полноватый Каэлиш обнажил в улыбке клыки.

— А, наша недавно пробужденная глава клана! Чем обязан визиту? — спросил он мягким вкрадчивым голосом.

— Мне нужно собрать весь клан. Но где их искать я не имею ни малейшего представления. Вот и подумала, что помощь старших может пригодится. Вы в городе подольше моего и наверняка всех уже знаете.

Джеймс окинул Хизер заинтересованным взглядом. Она скрипнула зубами. Да он ее всерьез не воспринимает!

— И по какому поводу собрание?

— Мне кажется, вы и сами знаете, — прищурилась Хизер. — Иначе бы не принимали столько мер предосторожности для нашей встречи.

Джеймс перестал улыбаться. Теперь он смотрел на Хизер по-другому. Изучающе. Пристально. Настороженно.

— Ты хочешь донести эту информацию до клана?

— Я хочу, чтобы мой клан перестал играть у Старейшины на нервах, — жестко сказала Хизер. — Додумались тоже, поставить во главе едва пробужденную! Что, желающих на должность не было?!

— Не было, — спокойно подтвердил Джеймс. — Место главы — это место смертника. Предыдущий глава клана пробыл в этой должности всего пять дней. Тот, что был перед ним — месяц.

— То есть, чисто практичный подход? — иронично спросила Хизер. — Пробужденную не жалко?

— Тебя выбрали не мы. Тебя выбрало общее сознание. А символы извне подсказали, где искать.

— Символы?

— Читающая видит все. Она предсказала, что новая кровь спасет город от погибели. Каэлиш не появлялись в Лос-Анджелесе уже очень давно. Ты первая пробужденная за последние двенадцать лет.

Хизер уперла руки в бока и опустила голову. Слова Джеймса ей совсем не понравились. Да, ее род славился туманными предсказаниями и чтением предзнаменований, но зачастую найти истину в тумане неясного будущего Каэлиш сами не могли. А что до спасения города… видимо, речь идет как раз об избавлении от Потомков.

«Интересно, и как бы собиралась Элли одна с этим справляться?» — с сарказмом подумала Хизер.

— А теперь повторите то же самое Старейшине, — произнесла она.

— Тебе нужно собрать клан, — продолжил Джеймс, сделав вид, что не услышал ее. — Я помогу. И даже ничего не буду требовать взамен.

Хизер недоверчиво на него взглянула. Джеймс с деловым видом дотянулся до мобильника и быстро набрал чей-то номер. Хизер сразу же навострила уши, применив ментальную технику.

— Вы позвонили во «Всевидящее око». Чтобы записаться на сеанс, нажмите 1, — раздался в трубке механический голос. Джеймс поморщился и сразу же нажал нужную цифру. Через пару минут ожиданий ему ответил приятный женский голос:

— Оракул Эола слушает.

— Добрый день, Люси. Передай Видящей, чтобы перезвонила Джеймсу. Это срочно.

Джеймс сбросил вызов и отложил телефон в сторону. Хизер тут же сделала скучающий вид и принялась рассматривать ногти.

— Придется подождать, — разглядывая Хизер, произнес Джеймс. Она кивнула. Разговаривать особо им было не о чем. Хозяин лечебницы почувствовал состояние пробужденной и занялся своими делами.

Звонка им пришлось ждать долго — Видящая откликнулась лишь полчаса спустя.

— Нас собирают? — взволнованно спросила она.

— Я даже не буду спрашивать, как ты догадалась, — с иронией отозвался Джеймс. — Мы с главой клана будем ждать остальных в лечебнице. И тебя тоже. У нее есть объявление.

Он подмигнул Хизер. Она отвернулась, не понимая, издевается он или говорит серьезно. Впрочем, злиться на Джеймса у нее не было особого желания.

Короткий разговор закончился.

— Все придут, — уверенно сказал Джеймс. — Видящая всех соберет.

Хизер кивнула.

«Ну что ж, посмотрим, насколько удачной будет первая встреча. Может, родственнички сами решат меня убрать с поста главы клана», — решила Хизер.

— Где будет встреча? — спросила она. Джеймс загадочно улыбнулся и поднялся из-за стола, жестом велев следовать за собой.

***

Первые Каэлиш пришли спустя полчаса. Агнесс встретила их по просьбе покровителя и отвела в административное здание. Сейчас оно пустовало, ибо служило для встреч с проверяющими и другими важными персонами.

В просторный зал верные люди тут же подали кровь и удалились. Хизер с угрюмым видом рассматривала помещение в сиреневых тонах. Она оценила креативный подход Джеймса к строительству и интерьеру: каждое здание было определенного цвета, что внутри, что снаружи. Даже солнечный свет, проходя через окна административного здания, ложился светлыми сиреневыми полосами.

Хизер занимала кресло в центре зала, похожее на трон. Она была готова убить Джеймса за подобную демонстративность, но сдержала порыв ярости. Напротив нее на диване сидела адвокат в дорогом черно-белом костюме со своей дочерью. Выглядели обе практически на один и тот же возраст, но мать выдавал умудренный опытом взгляд, лишенный надменности. По крайней мере, среди своих собратьев.

Читающая выглядела как цыганка. Несколько ярких цветастых юбок, на голове платок, в ушах длинные серьги, а в руках карты Таро… взгляд у нее был отсутствующим, словно она пребывала где-то в другом мире. Карманы были чем-то набиты и при ходьбе постоянно издавали какие-то странные звуки. Браслеты звенели множеством переливов, разбавляя немного гнетущую тишину.

Остальные собравшиеся выглядели не менее колоритно: историк — ходячее воплощение образа Рузвельта; близняшки, заведующие ночным клубом с интимными развлечениями и одетые соответствующе; тихий писатель в шапочке и с шарфом с задумчивым видом; девица в белом, вообразившая себя призраком; синоптик, по погоде предсказывающий не только погоду…

Еще одна девушка сидела с географическими картами и внимательно в них всматривалась. Она видела знаки в живой природе. И неважно, прогуливалась эта Каэлиш по парку или наблюдала изменения в атласе.

И ни один Каэлиш не возразил против экстренного собрания. Вампиры терпеливо дожидались остальных. Кое-кто с интересом рассматривал Хизер.

Через час ожидания собрались все. И на удивление пробужденная не чувствовала себя неуютно. Она действительно была на своем месте и чувствовала себя как глава клана.

— Итак, — начала Хизер, когда все взгляды обратились к ней, — у меня как минимум одна плохая новость. День назад Старейшина признал, что Потомки в городе. Еще хуже то, что они начали действовать. Движение Верных находится под угрозой. Мне точно известно, что Потомки заслали в наши ряды шпиона.

Хизер окинула родственников пристальным взглядом. Кого-то эта новость встревожила, кто-то отнесся к ней равнодушно. Читающая перестала тасовать карты Таро и раскинула их. Хизер тем временем продолжила:

— Кто-нибудь из вас был на Балу Ночи? Я была немного занята, чтобы глазеть по сторонам и искать вас.

Каэлиш переглянулись.

— Нет, — помедлив, ответила адвокат.

— Если бы кто-нибудь из нас туда пришел, Старейшина бы счел это поводом объявить нового главу клана, — добавила ее дочь.

Хизер фыркнула.

— Главой клана стал бы минимум тот, кто пережил спячку, — напомнила она. — Так что молодым подобная перспектива не грозила. Собственно, и меня там не должно было быть…

— Ты пережила спячку, — тихо сказала Читающая, не отрывая взгляда от карт. Хизер искоса на нее взглянула.

— Каэлиш там не было, — подтвердил Джеймс. — А к чему этот вопрос?

Хизер его проигнорировала и продолжила:

— Шпион был там. Единственный вариант, который мне пришел в голову, как там оказался приверженец вражеского движения — магия Метаморфозиса.

На мгновение воцарилась тишина. Каэлиш обменялись быстрыми взглядами.

— Может, Метаморфозис и помог принять нужный облик, но шпион как минимум не мог скопировать воспоминания жертвы и полностью восстановить ДНК оригинала, — прокурорским тоном сказала адвокат. — К тому же, если шпион был на Балу Ночи, стоит просмотреть списки гостей и проверить всех, кто там присутствовал.

— Это займет много времени, а у нас его нет, — взволнованно отозвалась Видящая.

Адвокат смерила ее холодным взглядом. Хизер отметила, что странноватая цыганка пользуется среди ее клана авторитетом.

Нарастающие рассуждения на тему: «Что делать?» прервал телефонный звонок. В зале мигом воцарилась тишина. Хизер от неожиданности даже не сразу поняла, что это звонит ее телефон.

Каэлиш вытащила его из кармана и с подозрением взглянула на неизвестный номер. Первым делом ей в голову пришла мысль, что это звонит кто-то из Потомков, чтобы отследить ее по сигналу мобильного.

— Ответь, — едва слышно прошептала Видящая. И Хизер невольно подчинилась, сдвигая зленый кружок с трубкой на сенсорном экране вверх.

— Слушаю, — произнесла она, включив телефон на громкую связь. Видящая улыбнулась и одобрительно кивнула. Кажется, она знала, что новость касается их всех.

— Доброго дня, — раздался голос Франклина. Перед глазами у Хизер начала появляться красная пелена. Да, может, она и не помнила того, что он с ней сделал, зато прекрасно видела это глазами Джеральда. Ярость окатила внутренности горячей волной и клокочущим рыком вырвалась наружу. Франклин не обратил на это внимания.

— Сообщаю, что ты отстранена от главенства клана, — сообщил главный Верит. — Главой Каэлишей теперь является Джеймс Браун. С любыми вопросами можешь обращаться к нему.

— А меня спросить вы не хотите? — с иронией осведомился Джеймс. Франклин замолчал.

— У нас тут скромный междусобойчик, — ровным голосом сказала Хизер. — Как раз все Каэлиш в сборе.

— Чудесно, — холодно произнес Франклин. — Надеюсь впредь у вашего клана не хватит наглости выставить главой пробужденную. Своим жестом вы умудрились оскорбить всех Верных.

— Традиции созданы, чтобы их нарушать, — ответила Читающая. — Мы не оскорбляли ни Верных, ни Старейшину. Мы водрузили знамя победы, так не срывайте же его и не сейте погибель.

— Спасибо за ваши наставления, — сухо произнес Франклин. — Эдмунд бы еще закрыл глаза, если бы вы выставили молодого вампира, но едва пробужденную?! — не сдержал эмоций он. — В общем, главу клана выбрал Старейшина, и его решение не обсуждается, — заявил он и быстро сбросил звонок.

— Сволочь, — процедила сквозь зубы Хизер, в одно слово вложив столько эмоций, что близ находящиеся Каэлиш отодвинулись от нее подальше.

— Полнейшая, — подтвердил непризнанный писатель, черкая что-то у себя в блокноте. Он ненадолго задумался и с интересом взглянул уже на бывшую главу клана.

Немного остыв, Хизер решила, что лучше момента закинуть еще одну наживку не будет.

— Не переживайте, я никуда не денусь, — усмехнулась она. — Меня и Джеральда всегда можно найти по этому адресу… если вдруг возникнут личные вопросы, — деловито произнесла она.

Пробужденная назвала улицу и дом, а заодно оставила свой телефон для связи. План проверки у них с Джеральдом был простой: если Потомки явятся по указанному адресу или решат отследить звонок, значит, шпиона стоит искать среди Каэлиш. Учитывая, с каким энтузиазмом Потомки кинулись убивать Джеральда, едва его увидев, визита долго ждать не придется. К тому же, Хизер напрямую заявила, что ей известен, что в стане Верных есть шпион. Если Потомки хотят сохранить инкогнито как можно дольше, в их же интересах избавиться от знающих как можно скорее. А за указанным адресом будут пристально наблюдать люди Джеральда.

— Тогда как глава клана, — с иронией произнес Джеймс, — я признаю правоту Лоретты. Стоит проверить всех приглашенных на Бал Ночи. Если, конечно, моя должность меня не убьет, — с иронией произнес он.

— Убьет, — с грустью сказала Читающая и показала карту смерти.

— Кости надежнее, — подала голос девушка в белом.

— Кости не отвечают на вопросы будущего, — ответила Читающая. — Они помогают решить проблемы настоящего.

— Тогда вопрос: когда я умру, кто займет место главы клана? — задумчиво спросил Джеймс.

Почти все взгляды Каэлиш устремились на Хизер. Она тихо выругалась.

— Да вы издеваетесь, — пробурчала она и поднялась на ноги.

Покинуть лечебницу оказалось несложно — административное здание располагалось чуть левее главного выхода. Хизер считала свою миссию выполненной. Оставалось только ждать и наблюдать.

Через пару минут Каэлиш стояла у ворот в раздумьях и держала в руках телефон, глядя на номер Джеральда. Поколебавшись, она все же решила нарушить уговор и позвонить ему. До того, как они разошлись, решили, что звонить Хизер будет ему только в случае непредвиденных обстоятельств.

— Хизер? — с беспокойством спросил Джеральд, сразу же ответив на звонок.

— Все в порядке, — поспешила его успокоить Каэлиш. — Наживка брошена. Я возвращаюсь домой и буду ждать тебя там. Вечером обсудим подробности.

Она сбросила вызов и набрала другой номер, вызывая такси. Пора было возвращаться домой. И попробовать что-нибудь вспомнить о себе.

Глава 6: Воспоминания Реджинальда

Джеральд мчался по трассам Лос-Анджелеса в Даунтаун. Брата он поставил в известность о своем визите и теперь мчался к нему на деловую встречу. И все равно из-за пробок безбожно опаздывал к назначенному времени. Навигатор, который показывал объездные улицы, нагло врал: и те были сплошь в пробках.

А еще он не переставал думать о Хизер. Как там она? Помог родственник собрать клан? Каково ей на месте главы? Впрочем, по поводу последнего Джеральд был спокоен: на совете девушка держалась достойно. И даже вела себя не слишком агрессивно.

Джеральд не переставал задаваться вопросом: откуда в ней столько злости? И больше, чем был уверен, что ответ нужно искать в ее прошлом. Не мог же быть человек таким от природы? Опыт подсказывал, что зачастую характер куют обстоятельства.

Ашес не переставал сам себе удивляться: пару дней назад Хизер его была готова убить и, по идее, он не должен был испытывать к ней теплых чувств, но… тем не менее, это было так. Джеральд за нее и правда беспокоился.

«Наверняка кровная связь смягчила нас обоих», — усмехнулся он про себя. Однако, хорошенько подумав, Джеральд пришел к выводу, что дело не только в этом. Несмотря ни на что Хизер не выдала его тайны. И он сильно сомневался, что угрозы возымели на эту личность хоть какой-то эффект — непохоже было, чтобы Хизер вообще чего-то боялась.

«Может, еще дело и в том, что мы оба увязли по уши в политике?» — подумал Джеральд.

Он вдавил педаль газа и, наконец, выехал из пробки. Несколько минут езды — и Ашес остановился на парковке. Вышел из машины, а через несколько минут уже ехал на лифте в апартаменты на верхних этажах. Занятным было то, что Эрик и жил, и работал в одном и том же здании. Разница была только в том, что апартаменты и рабочий офис находились в разных местах.

Эрик ждал Джеральда в номере отеля. Внешне похожие, братья были совершенно разные. Различался не только их характер. Отличия можно было найти и во внешних нюансах. Походка, взгляд, манера речи — братья различались как огонь и лед.

— Раз ты выбрался из своего логова, значит, произошло что-то действительно из ряда вон выходящее, — заметил Эрик, как только Джеральд пересек порог апартаментов.

— Я тоже рад тебя видеть, братец, — иронично ответил Джеральд. Он сел в кресло, закинув ногу на ногу, и сразу же посерьезнел.

— В каком году не стало нашей сестры? — внезапно спросил он.

Неожиданный вопрос застигнул Эрика врасплох.

— В тысяча восемьсот двадцать третьем году, — ответил озадаченно он. — От рук жениха.

— Как его звали? — продолжал допытываться Джеральд.

— Мартин Бельмонте. Джеральд, к чему эти вопросы? — удивленно спросил Эрик.

— Подмену проверяю, — ответил Джеральд и улыбнулся. — Я рад, что до тебя не добрались.

Эрик вопросительно изогнул бровь. Джеральд сделал вид, что ничего не заметил.

— Помнишь, ты когда-то давно предупреждал, что Потомки не оставят меня в покое? И еще добавил, что у меня будет два варианта действий: сбежать или дать им бой.

Эрик внимательно взглянул на Джеральда.

— Они нашли тебя? — тихо спросил он. Брат кивнул. — И что ты намерен делать?

— Пойти по второму варианту, — ответил Джеральд.

Эрик с уважением на него взглянул.

— А сможешь? Ты всегда держался от большой политики в стороне.

— Зато ты нет, — усмехнулся Джеральд. — У тебя есть влияние и связи. Ты же не бросишь родного брата в беде?

Эрик усмехнулся.

— Ну допустим, — медленно произнес он. — Есть мысли, с чего начать?

Джеральд кивнул.

— Мне точно известно, что среди Верных есть шпион. Он был на Балу Ночи — на нас напали сразу после него. Список гостей довольно внушительный, так что сам понимаешь, сколько времени уйдет, пока всех будут проверять поодиночке. Так что попробуем выявить клан, где он прячется, а потом искать среди него, сократив список. Вампиров из клана Ашес не так много. Не считая нас, останется еще три. Не думаю, что у тебя проверка займет много времени. С главой Дэвейнов я сам поговорю. Каэлишей взяла на себя Хизер, а как проверять остальных мы еще не придумали.

Джеральд перевел дух и ненадолго задумался. Внезапно он вспомнил о видении Рейчел о клане Носферату.

«А ведь еще можно и их проверить, — осенило Джеральда. — Если шпион там, то он сделает все, чтобы диверсия свершилась. Только вопрос: удержит ли он весь клан на месте или позволит перебраться и совершит новую попытку устранить глаза и уши Старейшины?». Но вслух сказал совсем другое:

— И вот еще: предупреди Носферату об опасности. Тебя они послушают. И постарайся убедить их сменить место жительства. Город большой, наверняка у них не одна база под Лос-Анджелесом.

— А это еще зачем? — удивленно спросил Эрик.

— Скажем так: им грозит опасность, — уклончиво ответил Джеральд. — Да и сам посуди: в первую очередь Потомки делают все, чтобы расшатать трон Старейшины. Носферату его глаза и уши. А если их закрыть… — Джеральд многозначительно замолчал.

Подумав, Эрик кивнул. Звучало вполне логично. Но все равно он с подозрением взглянул на брата — уж очень он гладко стелил для того, кто не сведущ в политике.

— В принципе, я могу разведать обстановку в других кланах, — медленно произнес Эрик. — И помогу всем, чем смогу. Я ведь тоже в зоне риска, — хмыкнул он. — Как и твоя воспитанница. В первую очередь шпион обратит внимание на нас в желании свести счеты. И если бы это касалось только нас… все Верные попадают под угрозу. Так что это не только твое дело.

Джеральд с благодарностью взглянул на брата.

— Франклин в курсе? — помолчав, спросил Эрик.

— Нет. И пусть остается в неведении как можно дольше. Поставим его в известность, когда угроза станет слишком явной. Или пока сам не поймет, в чем дело, — буркнул Джеральд.

— А за воспитанницу не боишься?

Джеральд усмехнулся.

— Это ее боятся надо. По крайней мере, тех двух, которые воскресли. Почти все, что я предложил — это ее идеи.

Эрик недоверчиво взглянул на Джеральда.

— Кем же они были до того, как их убили? — пробормотал пораженно Эрик.

— Мне тоже интересно, — кивнул Джеральд и поднялся на ноги. — Тогда буду ждать от тебя новостей.

— Уже уходишь?

— Я еще к Реджинальду хотел заехать.

— А откуда тебе знать, что его не подменили? — заметил Эрик. — Может, это и не он вовсе?

— У меня найдется и к нему пара каверзных вопросов, — усмехнулся Джеральд.

— Тогда буду надеяться, что он пройдет проверку, — ответил Эрик с улыбкой.

Джеральд вышел из апартаментов брата и направился вниз. Через несколько минут он был уже на улице. Пока Ашес заводил машину, раздался телефонный звонок. Увидев имя звонившего, Джеральд не на шутку встревожился. Они с Хизер договорились связаться только в самом крайнем случае.

— Хизер? — обеспокоенно спросил он. Может, на нее напали и забрали телефон?

К счастью, это оказалась его воспитанница, и Джеральд с облегчением выдохнул. Оказалось, она просто хотела поставить в известность, что едет домой.

После короткого разговора Джеральд завел машину и выехал с парковки. В дороге он набрал номер Реджинальда и поставил в известность, что собирается к нему.

— Я надеялся, что этой встречи не будет, — вздохнул Реджинальд.

— Почему? — удивленно спросил Джеральд.

— Новости у тебя плохие.

Ашес недоверчиво взглянул на телефон.

«Откуда он знает?»

Внутри кольнуло неприятное предчувствие. Неужели Эрик оказался прав, и глава Дэвейнов и есть шпион? Но все-таки следовало проверить.

У Дэвейнов Джеральд оказался спустя час пути. В этот раз ему повезло — в пробки он не попал. Зато ухитрился собрать все светофоры. Подъезжая к резиденции Реджинальда, Джеральд успокоился и обдумал самые худшие варианты развития событий. Оставив машину на парковке, он вошел в здание и невольно вспомнил, как набросился на Рейчел за то, что она не послушалась его и не осталась в машине. Джеральд усмехнулся. Надо же, прошло всего пять дней, а по ощущениям будто много больше.

Реджинальд ждал Джеральда у себя. Кабинет его тоже напоминал больше музей: в застекленных шкафах хранились статуэтки, сервизы, ювелирные украшения давних времен… На стенах в хаотичном порядке висели картины в самых разных жанрах. Джеральд подозревал, что это бесценные оригиналы и даже задавался вопросом, где Реджинальд их достал.

Мебель в кабинете была старинная, из красного дерева, с резными дверцами и ножками. В столе имелся секретер, запирающийся на замок. И все это удивительным образом сочеталось и гармонировало. Даже светильники были стилизованы под старинные канделябры, только место свечей заняли лампочки.

И только ноутбук на столе выбивался из картины прошлого, развеивая очарование старины.

Каждый раз, оказываясь у Реджинальда, Джеральд чувствовал себя по меньшей мере на полтораста лет моложе. Удивительно, но сам Реджинальд прекрасно вписывался в этот интерьер. С распущенными чуть волнистыми волосами, в белой рубашке, черных брюках и лакированных туфлях он сидел в кресле за столом и ждал, когда заговорит Джеральд. А он не переставал пристально всматриваться в Реджинальда и гадал: шпион перед ним в его шкуре или старый друг.

— Так и будешь молчать? — спросил Реджинальд.

Джеральд собрался с духом и, наконец, заговорил:

— Помнишь, ты однажды меня пригласил на светский вечер… а я на него не смог прийти. В каком году это было?

Реджинальд удивленно взглянул на Джеральда.

— Надеюсь, ты не беспричинно задаешь такие вопросы, — медленно произнес Дэвейн, насторожившись. — Это был тысяча девятьсот восемьдесят пятый. Ты впал в спячку. И об этом я узнал от Эрика.

Джеральд кивнул. Но его все равно терзали сомнения.

— Помнится, тебе мешал один глава клана… я помог тебе его убрать… кто это был?

Реджинальд усмехнулся.

— Действительно, было дело. Но ты мне не помогал его убрать. Ты отказался. Сказал, что не хочешь вмешиваться в политику. Я не стал настаивать. А Александр Ксанвейн до сих пор у меня в долгу. Но пока что мне не потребовалась его помощь.

— Надеюсь, он об этом помнит, — усмехнулся Джеральд.

— К чему эти вопросы? — поинтересовался Реджинальд.

— Среди Верных есть шпион. И он может быть кем угодно.

Легкая улыбка пропала с лица Реджинальда.

— Мне точно известно, что он был на Балу Ночи. Речь идет не только о личных интересах. Все Верные могут оказаться под ударом. Я не прошу ни о чем, а только предупреждаю.

— А вот и плохие новости, — вздохнул Реджинальд. — Откуда информация?

— Из своих источников. Франклин не знает. Я ему не слишком доверю. Если уж идти к нему, то только с доказательствами на руках.

Реджинальд ненадолго задумался.

— Дэвейнов в ту ночь было не так много… думаю, это не займет много времени.

Джеральд с облегчением выдохнул. Кажется, его слова достигли цели.

— И еще вопрос, если позволишь. Личного характера.

— Я заинтригован. Задавай.

— Расскажи мне о Рейчел из Каэлишей.

Реджинальд внимательно взглянул на Джеральда.

— Ты не просто так об этом спрашиваешь. Но для начала расскажи о своей воспитаннице. О той Рейчел, с которой тебе приходится иметь дело. Какая она?

Джеральд поежился.

— Она… поразительно спокойная. Холодная. Расчетливая. И ей нравится боль. Взгляд всегда как будто пеленой подернут… и у нее есть один интересный дар.

Реджинальд усмехнулся.

— Готов поставить что угодно на то, что она видит будущее.

Джеральд недоверчиво на него взглянул.

— Твоя знакомая видела будущее? — осенило его.

— Более того, она умело использовала свои видения, — кивнул Реджинальд. — Будущее нигде не написано. Она видела лишь один из вариантов, более вероятный. И если ей по каким-то причинам ее что-то не устраивало, Рейчел делала все, чтобы этого избежать. Но бывало и так, что ее решения как раз приводили к увиденному будущему.

— Какой она была? — тихо спросил Джеральд.

— Хитрой и расчетливой. Лишенной эмоций, но не лишенной своеобразного чувства юмора. То, что она творила… я не раз задавался вопросом, как она оставалась жива. У нее было очень много врагов. А интриги плела так… в общем, вспоминая ее «подвиги», я до сих пор чувствую себя профаном, — тонко улыбнулся Реджинальд.

— Она была настолько сведущей в политике?

— Это мягко сказано. Рейчел задавала ей тон. Назначала глав кланов, Старейшин, Конспираторов, Веритов… это была страшная женщина. Мановением руки она могла развязать войну или предотвратить ее, дать информацию или закрыть к ней доступ, вывести в люди или смешать с грязью. Она добивалась целей, но предусматривала все последствия. И если ей начинали угрожать, она предупреждала, чем это могло обернуться для потенциального противника. По-разному. Письмом, действием, слухом… И при этом с деликатными или невыполнимыми просьбами обращались к ней. У Рейчел хватало смелости на самые безумные и неочевидные решения. Обычно, когда кому-то дают задания, их интересует лишь результат. Если дело поручали Рейчел, всегда уточняли мелкий шрифт. Последствия зачастую могли обернуться скандалом, причем для заказчика.

Джеральд с шумом выдохнул. Он забыл даже, как дышать, слушая Реджинальда.

— Для нее не было ничего невозможного, — продолжил тем временем Дэвейн, погрузившись в воспоминания.

— Как вы познакомились? — тихо спросил Джеральд.

— Это произошло в тысяча семьсот двадцать шестом году, в Париже…

 

1726 год, Франция, Париж, дворец Тюильри

Вечер в честь короля только начинался. Его Величество Людовик XV пока еще не вышел к верным подданным. Огромный зал был наполнен музыкой и оживленными беседами. Кое-кто из почтенных господ уже играл в вист. Другие курили, обсуждая последние новости. Женщины стояли у окна, обмахиваясь веерами и с интересом изучали друг друга, оценивая платья и внешний вид. Понять, кто из них вампир, а кто человек было практически невозможно. Реджинальда, занятого этим интересным занятием, отвлек отец.

— Смотри, сын, — произнес маркиз де Дезолье. — Это наш вечер. И мы здесь не одни такие. Многие из нас хотят войти в королевскую свиту. Не упусти этот шанс. И к девушкам не забывай присматриваться. Может, невесту найдешь, — усмехнулся он.

— Сомневаюсь, — усмехнулся Реджинальд, взглянув на тех, кого ему пророчили в невесты. — Для пробужденного женитьба не настолько играет роль, как для простого человека.

Маркиз де Дезолье усмехнулся. Здравый подход сына к ситуации ему понравился.

— И все-таки подумай. Богатое приданое лишним никогда не будет.

Реджинальд качнул головой. Он не понимал стремления отца поженить его на смертной женщине. А вдруг она окажется носительницей вампирского наследия? Все знали, что подобное смешение крови ведет к рождению полукровки.

Реджинальд продолжал рассеянно оглядываться по сторонам. Вдруг его внимание привлекла одиноко стоящая девушка. Она была одета в черное платье с глубоким декольте, а ее прическа была столь незамысловатой, что это выглядело даже неприлично. Две пряди темных волос оттеняли бледную кожу. Алые губы и подведенные сурьмой глаза дополняли образ. Реджинальд сразу понял: она такая же, как и он.

— Кто это? — указал он кивком на девушку.

Его отец обернулся. Схожесть между сыном и отцом была столь очевидной, что их родство не вызывало вопросов. Различие было лишь в их взглядах. Причем не только на жизнь.

Увидев названную девушку, маркиз удивленно моргнул. Он привык знать все обо всех, а эту даму видел впервые.

— Рейчел Фокс собственной персоной, — улыбнулся незаметно подошедший господин. В кривой улыбке он едва заметно обнажил клык и подмигнул Реджинальду.

— Англичанка? — с неприязнью спросил маркиз. Реджинальд едва сдержался, чтобы не закатить глаза, ибо его отец англичан терпеть не мог. По его мнению, слишком много крови они попортили Франции.

— Англичанка, — подтвердил незнакомец, не переставая улыбаться. — Род Каэлиш. И на данный момент главная головная боль Старейшины Руана.

Реджинальд переглянулся с отцом.

— Она сбежала из Руана? — с еще большей неприязнью взглянул маркиз на Рейчел.

— Отнюдь, — тонко улыбнулся незнакомец. — Она здесь, чтобы наладить связи с Парижем.

— Она дворянка? — заинтересовался Реджинальд.

— Она может быть кем угодно. Сегодня — знатная леди, завтра — чернь.

— Откуда вы ее так хорошо знаете? — спросил маркиз.

— Скажем так, я представляю ее интересы. Ах, где мои манеры? Разрешите представиться: граф Тьерри де Лапьер Каэлиш.

Маркиз пристально на него взглянул. Реджинальд усмехнулся. О да, он не раз слышал от отца о том, что Каэлиши себе на уме, но никогда с ними не пересекался. И не только с ними. После становления это был первый выход Реджинальда в свет. Отец не выпускал его из особняка, пока сын не научился охотиться и минимально не освоил ментальные техники.

— Я бы познакомился с ней поближе, — произнес заинтересованный Реджинальд. Отец предостерегающе на него взглянул.

— Ты же сам сказал: присматривайся и налаживай связи, — парировал младший Дэвейн. — Вот я и присматриваюсь…

— Осторожнее, — усмехнулся де Лапьер. — Она замужем. А ее муж очень ревнивый. И терпеть не может таких красавчиков, как вы.

Реджинальд взглянул на Рейчел. Желание подойти к ней несколько поугасло.

— Где же ее супруг? — осведомился маркиз.

— Вы его не увидите, потому что его здесь нет. Сопровождаю мадам я.

— Какой странный у него подход.

— Супружеская жизнь вампиров вообще странная вещь, — ухмыльнулся де Лапьер. — Может, когда-нибудь сами прочувствуете.

От беседы их отвлек громкий оклик церемониймейстера.

— Его королевское Величество Людовик XV и королева Мария Лещинская!

Музыка сменилась на торжественную. Король и королева вошли в зал рука об руку с улыбками на лицах. Аристократия склонилась в почтительных поклонах, прекратив все разговоры. Реджинальд впервые в жизни видел короля. И невольно ощутил укол зависти: красотой Людовик превосходил даже древний род Дэвейнов. А вот королева показалась ему не слишком привлекательной.

Как только все формальности были соблюдены, музыканты задали музыке более веселый мотив. Женщины сразу же оживились и принялись искать кавалеров на танцы. Королева благосклонно кивнула, а сама заняла место за столом для игры в вист. Придворные дамы поклонились ей и заняли свои места, тут же принявшись рассказывать последние новости.

Король с опаской и неприязнью смотрел на окружавшую его толпу. Впрочем, держался он любезно со всеми. И заметно оживлялся в компании молодых девушек. Реджинальд заметил, что в поле его зрения постарались попасть и несколько вампирш.

— Вы хотели со мной побеседовать? — раздался рядом тихий женский голос. Реджинальд вздрогнул и обернулся. Рядом с ним стояла Рейчел. Помимо глубокого декольте внимание привлекали и ее глаза разного цвета. Реджинальд немного растерялся. Он привык сам начинать беседы и задавать им тон.

— Да, если позволите, — улыбнулся он, совладав с собой. Отец с неодобрением на него взглянул, но Реджинальд сделал вид, что ничего не заметил.

Рейчел указала на свободный балкон и прикрыла лицо веером, загадочно блеснув глазами. Заинтригованный Реджинальд последовал за ней.

— У нас с вами больше общего, чем вы думаете, месье де Дезолье.

— Неужели?

— По ночам хорошо спите?

Улыбка сошла с лица Реджинальда.

— О, не смотрите на меня так. Я тоже вижу сны. Иногда странные, иногда страшные, но в них всегда есть смысл. Располагая такими сведениями, вы можете под себя весь мир перестроить. Вы не с того начали, месье де Дезолье. В нашем обществе сначала следует прислушаться и присмотреться, а затем делать выводы. Один неверный шаг, и вы окажетесь пешкой в Большой Игре. Дворянство и общество Верных не сильно отличаются, и все-таки разница есть. Я могу вас научить распознавать знаки, которые вам посылает провидение.

Подобная тирада потрясла Реджинальда до глубины души. Он никому и никогда не рассказывал о том, что его сны имеют свойство сбываться. Откуда эта девушка узнала об этом?!

— Спасибо, но я откажусь. Не хочу быть обязанным вам впоследствии, — ответил с вежливой холодностью Реджинальд.

Рейчел с интересом на него взглянула.

— Вижу, кое-какие уроки вы усвоили. Но если вдруг потребуется помощь… вы можете написать письмо по этому адресу.

Рейчел вытащила из корсета чуть помятую бумагу и вложила ее в руку Реджинальда. Она задумчиво взглянула на танцующих и выскользнула в зал, оставив юного Дэвейна в смешанных чувствах.

«Она главная головная боль Старейшины Руана», — вспомнились Реджинальду слова де Лапьера.

— Каэлиш и правда странные, — пробормотал Реджинальд.

Он тряхнул головой и вернулся в зал. Отец был занят светской беседой с кардиналом де Флери. Реджинальд оказался предоставлен сам себе. Записку с адресом он сунул по привычке в карман. Граф сильно сомневался, что когда-нибудь она ему пригодится.

***

И все же предложением странной знакомой Реджинальд воспользовался. Написал он ей спустя месяц после бала.

Их семья оказалась в неприятном положении: намеками и общественными домыслами их сделали виноватыми в пропаже людей. И более того, церковники были убеждены, что над пропавшими проводят сатанинские обряды. А Верные стали на семью Дезолье очень косо смотреть. Так недолго было их и в предательстве обвинить. А станет ли разбираться главный Верит… Реджинальд в это не особо верил. И словно этого было мало, существовала еще и угроза со стороны охотников на нечисть.

Юный Дэвейн чувствовал себя бессильным, словно маленький ребенок, и его это раздражало. Дворянство всегда имело вес и влияние, но, оказавшись в обществе вампиров, Реджинальд вдруг понял, что там все это не имеет значения. Для него стало неприятным открытием, что кланами руководили не только выходцы из дворянства. И среди вампиров прежде всего ценился возраст. Молодых зачастую ни во что не ставили и относились с глубоким снисхождением.

Все эти не самые приятные открытия Реджинальд сделал, столкнувшись с интригами вампиров. И кто его с отцом так невзлюбил он не имел ни малейшего представления. Связываться с другими родичами после подобных подстав он не слишком хотел, поэтому Реджинальд и предпринял отчаянный шаг помощи со стороны.

Рейчел постучалась в  особняк Дезолье через неделю. Встретил ее глава семейства. Мягко говоря, он был недоволен визитом сей особы и не хотел пускать ее на порог дома. Беседа шла тихо и даже мило. И если бы Реджинальд в этот момент не спускался с лестницы, он бы так и не узнал, что его письмо было получено.

— Отец, не сердись. Это я ей написал и попросил приехать, — произнес он.

Маркиз обернулся и окинул сына холодным взглядом.

— Вот как… тогда оставляю вас наедине. — Он снова окинул Рейчел неприязненным взглядом, развернулся и направился на второй этаж, всем своим видом говоря: «Раз ты позвал, то будь готов принять ответственность».

— У меня предложение, — негромко произнесла Рейчел вслед маркизу. — Если вас оставят в покое, вы передадите мне в наследство особняк. В Париже у меня пока нет собственности, а в тавернах ночевать удовольствие ниже среднего.

Маркиз остановился на лестнице. Если бы взглядом можно было испепелять, то Рейчел бы осыпалась кучкой пепла.

— Я сделок с вами не заключал. Условия ставьте Реджинальду, — холодно произнес он.

— Меня устраивают такие условия, — ответил граф. — И пока эта девушка будет жить у нас, отец. Так будет проще нам всем.

Маркиз ничего не ответил и продолжил восхождение по лестнице. Рейчел, наконец, зашла в дом. Следом — верный слуга с тяжелым чемоданом.

— Странно, что вы без мужа. Он не боится вас одну отпускать? — с интересом спросил Реджинальд, вспомнив, что ему рассказывал Тьери де Лапьер.

— Нет, — улыбнулась Рейчел. — И я не говорила, что приехала одна. Просто муж не любит показываться на людях. И сейчас он немного занят. Как представится случай, я вас познакомлю. И прошу вас, сделайте одолжение, введите меня в курс дела вашей проблемы.

— Можно на ты, — улыбнулся Реджинальд. — Нам предстоит вместе работать.

Рейчел благосклонно кивнула.

— Где мы можем поговорить?

— Прошу за мной. Тебе как раз за это время подготовят комнату и отнесут туда вещи.

Рейчел кивнула слуге и проследовала за Реджинальдом. Его рабочий кабинет располагался на первом этаже. На стенах — картины и гобелены, на полках — несколько томиков в кожаном переплете. Вычурная чернильница, резная мебель, мягкие ковры на полу и камин, который сейчас не горел. На нем стояли несколько портретов в рамках.

— Если я правильно поняла, вы кому-то либо не угодили, либо перешли дорогу. Неровен час, и вас объявят пособниками Потомков. И доказательства для главного Верита найдут.

— Вот этого я и боюсь, — ответил Реджинальд, потерев подбородок рукой. Присущее спокойствие изменило ему, и теперь во взгляде и жестах появилась тревога. Умирать или подаваться в бега Реджинальд очень не хотел.

— Я пытался поговорить с парой вампиров. И они согласились меня даже выслушать. Но за услугу. А я пока еще не в столь отчаянном положении, чтобы унижаться перед ними, ибо характер ответной услуги был именно такой. Мы с отцом долго думали, кому могли не угодить, но так и не пришли ни к какому выводу. Я еще мало кого знаю, а отец не особо посвящает меня в дела. Сказал только, что заключил пару выгодных сделок и уж точно никого не подставлял. Он пытается всем показать себя с лучшей стороны.

— А ты сделок не заключал и ничего не подписывал? — осведомилась Рейчел. Реджинальд качнул головой.

— Ты первая, кто согласился помочь, — ответил он.

— А знаков ты не видел? Или как обычно сделал вид, что их не было?

Реджинальд вздрогнул.

— О, вижу, что-то знаешь, — удовлетворенно сказала Рейчел. — Только не хочешь в это верить. Или говорить об этом. Боишься, что сочтут за сумасшедшего? — испытующе взглянула она.

— Это был просто сон, — тихо сказал Реджинальд. — Просто сон.

— Некоторые сны имеют свойство сбываться. Сколько ты таких видел?

Реджинальд потер переносицу и сдался. Как Каэлиш ухитряются знать все наперед он до сих пор не понимал.

— Много. Началось это еще в детстве. Я пытался говорить, предупреждать… но меня не слушали. И я перестал.

Рейчел горько усмехнулась.

— По крайней мере, тебе не грозил костер, — пробормотала она.

— Откуда ты узнала о моих способностях? — спросил Реджинальд, не услышав ее.

— Все просто. Я такая же, — ответила Рейчел. — И я тебя неоднократно видела в картинах будущего. Они редко бывают четкими, но тебя я видела тогда, как сейчас вижу здесь. И мне точно известно, что ты знаешь ответ на свои вопросы. Кто пытается вас убрать, зачем и почему. Только не хочешь понять.

— А даже если пойму, мне это как-то поможет? — вздохнул Реджинальд. — Это вампиры, а не дворянство, да и я не силен в интригах.

— А вот это оставь мне, — тонко улыбнулась Рейчел.

В кабинете повисла тишина.

— Допустим… я попробую разобраться, но обещать ничего не могу, — медленно ответил Реджинальд.

— Чудно. Тогда начинай вспоминать. В таких вещах, как дар провидения важна каждая мелочь. Слово, символ… смысл может быть в чем угодно.

— А если я ошибусь? — тихо произнес Реджинальд. — Или не смогу понять?

— Хотя бы попробуй. А потом сведем знания будущего и факты настоящего.

Реджинальд окинул Рейчел изучающим взглядом. Впервые за последнее время на душе у него стало спокойно.

— Почему ты согласилась на помощь? — прямо спросил Дэвейн.

— С твоего позволения, я не стану отвечать на этот вопрос, — ответила Рейчел и поднялась на ноги. — Мне потребуется ключ от особняка и… в принципе, все.

Реджинальд кивнул. Рейчел подмигнула ему голубым глазом и вышла за дверь.

«Так просто это все не закончится», — мелькнула мысль у Дэвейна.

***

Несколько следующих ночей Реджинальда мучили кошмары. Он то видел себя в застенках у главного Верита, то становился свидетелем смерти отца, то бежал в другой город… и в каждом сне он видел торжествующую улыбку главы клана Дэвейн.

От отца Реджинальд ничего не смог добиться. Зато теперь у него не было сомнений: он от него что-то скрывает. И, конечно, своими видениями он поделился с Рейчел. Она внимательно его выслушала и одобрительно кивнула, сказав, что выводы Реджинальд сделал правильные. И указала на еще пару моментов, на которые он не обратил внимание.

— Это отражает суть общей картины. А вот задача посложнее: ты знаешь, что это произойдет. Заставь это будущее работать на тебя. Прояви фантазию, — с тонкой улыбкой произнесла Рейчел и оставила юного Дэвейна.

Сосредоточиться он ни на чем не мог. Его снедала тревога, и Реджинальд себе места не находил. Рейчел же все время молчала, отлучаясь то днем, то ночью. Пару раз Дэвейн ее видел в компании другого вампира, который почти сразу исчезал. Поговорить у них не получалось. Несколько раз Рейчел пересекалась с маркизом. Обменивались они исключительно взглядами, но такими красноречивыми, что слова им были не нужны.

В одну из ночей, возвращаясь в свою комнату, Реджинальд заметил, что из кабинета отца просачивается свет, а из-за двери раздаются голоса. Заинтригованный, он остановился.

— Вы хотели признания? Власти? Славы? Зачем вы взялись помогать ему? — раздался холодный голос Рейчел.

— Я не знал, что у него на уме, — тихо ответил маркиз. У Реджинальда дрогнуло сердце. Он никогда еще не слышал, чтобы у его отца был настолько сломленный голос. — И теперь расплачиваюсь за свою глупость. У меня к тебе только одна просьба: не дай Реджинальду погибнуть. Ты взялась помогать ему…

— И я выполняю свою часть сделки. Со дня на день вам придет приглашение на Бал Ночи. И, поверьте мне, вам есть смысл туда явиться.

Некоторое время маркиз молчал. Реджинальда кольнуло нехорошее предчувствие. Бал Ночи?.. Он много слышал об этом вампирском собрании, но никогда туда не рвался. Званых вечеров ему пока хватало и среди дворянства.

Реджинальд понял, что продолжения беседы ждать бессмысленно, и тихо направился к себе в комнату. Снедаемый любопытством, тревогой и страхом, Реджинальд долго не мог уснуть. К утру его одолел голод, и он попросил зайти слугу. Насытившись кровью бедолаги, Реджинальд велел ему возвращаться к себе и дал выходной.

Уснул Реджинальд под утро. И, на удивление, его не тревожили кошмары. Ему привиделся вампир, которого он раньше не видел. Он сидел напротив него и отца в кресле и пристально на них смотрел. Затем на его лице отразилась улыбка, и он сказал:

— Удивительное восхождение для молодой крови. Это станет хорошим уроком для ваших противников. Со своей стороны я предлагаю сотрудничество. С моей стороны будет глупостью проигнорировать таких способных родичей…

Сон оборвался. С бешено колотящимся сердцем Реджинальд открыл глаза. Он был так взволнован, что несколько раз пересек комнату, не переставая гадать: что же сделала новая знакомая?

— Ну что ж, по крайней мере, нас оставят в покое, — выдохнул Реджинальд.

Он остановился посреди комнаты и вскинул взгляд к закрытому окну. Дэвейн вдруг понял, что странные сны больше его не пугают. Нет, не так. Пугают, но лишь тогда, когда действительно сулят опасность.

Ему всегда говорили, что эти сны ему насылает Дьявол. А если не так? Если провидение — дар Божий?.. Невежественных людей всегда пугало то, что они не в состоянии понять. И он, запуганный карами Преисподней, бежал от видений, которые поразительным образом сбывались.

«Вы можете под себя весь мир перестроить», — вспомнил он слова Рейчел.

— Будущее нигде не написано, — тихо повторил Реджинальд. — Мы сами его творим.

Мысль его позабавила и испугала одновременно. Так и до богохульства недалеко! Если видения ниспослал Бог, то менять их — идти наперекор Ему.

Реджинальд взглянул на распятие, что висело над кроватью. Его сердце снова одолевали сомнения.

«По крайней мере, тебе не грозил костер», — вспомнил он слова Рейчел.

— Кто же ты такая? — тихо пробормотал он. — Вестник Дьявола? Или пророк Бога?

Реджинальд тряхнул головой и принялся одеваться. Завтраки, обеды и ужины никто не отменял, а то у слуг могли появиться подозрения. Хорошо, что вампиры могли есть обычную еду и не обходиться только кровью. Мастерством подобного отвода глаз не владел еще ни Реджинальд, ни его отец. А днем их ментальные способности и вовсе сильно слабели.

Граф направлялся к себе в кабинет после завтрака, как его внимание привлек стук в дверь. Реджинальд отправился открывать. В глаза неприятно ударил солнечный свет — после полутьмы особняка он показался молодому Дэвейну особенно ослепляющим.

— Месье де Дезолье? — вежливо осведомился человек на пороге. Реджинальд кивнул. — Это вам, — протянул он небольшой конверт, с интересом оглядывая вампира.

— Благодарю, — вежливо ответил Реджинальд и закрыл дверь.

Он оглядывал конверт, на котором не было ни адреса, ни имени отправителя. Сургучную печать в виде круга с двенадцатью звездами на нем Реджинальд видел впервые. Он вскрыл конверт и вытащил письмо.

«Уважаемые маркиз и граф де Дезолье!

Для меня будет честью пригласить вас на Бал Ночи, который состоится завтрашней ночью в полночь. Место проведения вам сообщат завтра, за два часа до начала проведения.

С уважением Старейшина Рафаэль де Лесаж».

Реджинальд несколько раз перечитал письмо, не веря своим глазам. Взволнованный граф направился в кабинет отца и без стука зашел. Маркиз вздрогнул и оторвался от горла служанки, обмякшей у него в руках от блаженного удовольствия.

— Прощу прощения, — кашлянул Реджинальд.

— Я уже закончил, — усмехнулся маркиз, зализывая ранку на шее девушки. Он усадил ее на диван и вопросительно взглянул на сына. Тот протянул ему конверт. Маркиз пробежался взглядом по строчкам и удивленно вскинул брови.

— Невероятно… все так, как сказала Рейчел, — пробормотал он.

— А где она сама? — спросил Реджинальд. — Я не видел, чтобы она приходила.

— Понятия не имею. Я не слежу за ней, — хмыкнул маркиз.

Реджинальд хотел расспросить отца о ночном разговоре с ней, но их отвлек стон девушки, пришедшей в себя.

— Что со мной? — слабым голосом спросила она.

— Вы упали в обморок, дорогая, — с невозмутимым видом ответил маркиз. — Идите к себе и отдохните. Можете отложить все дела и взять выходной.

— Спасибо. Вы очень добры, маркиз.

Он красноречиво взглянул на Реджинальда, и тот понял, что его вежливо выпроваживают из кабинета. Закатив глаза, граф взял под руку едва стоящую на ногах девушку, чем заставил ее покраснеть до кончиков ушей, и проводил до комнаты. А сам отправился к себе, не переставая гадать, каким образом их новая знакомая ухитрилась сорвать Дамоклов меч, нависший над их головами.

***

Бал Ночи проводился в роскошном особняке графа де Метивье. Реджинальд еще удивился, что прием будет не у Старейшины. Рейчел, составившая компанию господам де Дезолье по дороге (на Бал Ночи она не собиралась), пустилась в объяснения:

— Если бы каждый вампир афишировал себя и свое состояние, то нас бы в живых не осталось. Бьюсь об заклад, что графа де Метивье никогда не существовало. Скорее всего, это имя было вписано в дворянский список Конспираторами, и они же убедили простой люд, что граф находится в добром здравии и держит земли. По факту выдуманный граф — попросту слуга Старейшины или его приближенных. Если хотите выжить, мотайте на ус, — подмигнула Рейчел.

Реджинальд задумался. И правда, если они останутся такими же слишком долго, у людей начнут появляться вопросы.

— А теперь слушайте внимательно. Вас пытался убрать глава клана. — Рейчел выразительно взглянула на маркиза. Он опустил взгляд. — Потому что вы слишком много знали.

Реджинальд удивленно взглянул на девушку.

— Вы стали невольными свидетелями его интриг против Верных. Понимая, что он вас в покое не оставит, вы установили за ним слежку. И перехватили пару интересных писем.

Рейчел вытащила оные из корсета и протянула маркизу.

— Здесь все сведения о Верных, которые должны были дойти до Матери и Отца Потомков. Благодаря вам, адресата они не достигли. Второго посыльного вы устранили. Предатель понял, что за ним следят и быстро выяснил, кто ему мешает. А сообщником у него был Теодор де Клемен Дэвейн. Чтобы на него не пали подозрения, он создал видимость, что хочет убрать главу клана. И вас втянул в свои игры, воспользовавшись тем, что маркиз де Дезолье обратился к нему с просьбой. А чтобы никто их не заподозрил в подпольных играх, они ментальными техниками изменили себе память, оставив только эмоциональную неприязнь друг к другу. И вот второе доказательство их заговора.

Рейчел чуть приподняла платье и вытащила из-за ремешка на голени второй конверт.

— Это инструкции от Потомков. Вы нашли их у месье де Клемена. Он будет все отрицать. Но на конверте есть следы его крови в виде интересной подписи. Можете смело требовать проверки у кровавых магов. Естественно, не за свой счет.

Реджинальд потрясенно переглянулся с отцом.

— Носферату подтвердят ваши слова. Их доказательства не оставят Вериту и Старейшине никаких сомнений. На Совете ведите себя естественно и на все вопросы отвечайте уверенно. В общем, ведите себя как обычно ведут дворяне, — усмехнулась Рейчел.

— Как ты все это узнала? — потрясенно выдохнул Реджинальд.

Рейчел загадочно улыбнулась и попросила остановить карету. Она выскользнула из нее и скрылась в сумраке ночи, оставив потрясенных господ де Дезолье наедине.

— Отец, ты мне ничего не хочешь рассказать? — негромко спросил Реджинальд. Маркиз тяжело вздохнул и приступил к рассказу:

— Я действительно должен был Теодору де Клемену. Он помог мне в одной щекотливой ситуации. Мне ничего не оставалось, кроме как вернуть долг. Уже много позже я узнал, что он собирается занять место главы клана. Я… я не знал, что мне делать. Отказаться я не мог, но и становиться убийцей главы не хотел. Как мог я попытался дать ему знать, что против него готовится заговор.

— И де Клемен об этом узнал?

— Да. И после этого начались проблемы. Он отрезал меня от любой поддержки. Прости, сын. Из-за меня мы оказались в таком положении, — произнес маркиз.

Реджинальд слушал отца и не верил своим ушам.

— Погоди, это что же получается?.. Де Клемен узнал, что ты хочешь поставить в известность главу Дэвейн о заговоре и подставил тебя? И в итоге гнев главы обернулся против нас?

— Получается так, — ответил задумчиво маркиз. Он усмехнулся и качнул головой. — Самое забавное, что глава клана так или иначе лишится своего места с легкой подачи твой знакомой.

— Она же все вывернула наизнанку, — выдохнул Реджинальд. — И даже главному Вериту будет не к чему придраться… Но откуда в нашей истории взялись Потомки?..

— Думаю, ответ на этот вопрос мы получим на Балу Ночи, — усмехнулся маркиз.

Реджинальд только головой качнул. Их семья всегда держалась от интриг в стороне. Свою фамилию среди дворян они зарекомендовали хорошей репутацией, и на любое замечание злых языков могли привести достойный аргумент.

Граф поморщился. Кажется, пришло время овладеть тем искусством, которое всегда вызывало у него неприязнь. Ирония заключалась в том, что именно благодаря интригам Реджинальд и его отец сейчас были живы. И не просто живы, а находились в выигрышном положении.

В комбинации Рейчел Реджинальд не понимал только одного: зачем ей потребовалось смещать главу клана Дэвейн?

Он откинулся на спинку и прикрыл глаза. Вдруг перед его внутренним взором появилось ее лицо из черного тумана. Безумная улыбка, холодный взгляд… и нити, тянущиеся к людям за столом. Нет, не людям.

Реджинальд вздрогнул и открыл глаза. От увиденной картины его прошиб холодный пот. Он понял, что глава их клана — это только начало. Рейчел на нем не остановится. Она собирается сосредоточить в своих руках всю власть над городом. Но зачем? И с какой целью?..

***

Бал Ночи Реджинальда разочаровал. По сути он ничем не отличался от светского раута, разве что проводился посреди ночи. Но эту маленькую деталь скрыли под капризом несуществующего графа. Здесь юный Дэвейн чувствовал себя неуютно. Если на знатном балу в честь короля он знал, чего ожидать и как себя вести, то здесь ограничивался лишь вежливыми неопределенными ответами. Особенно его настораживал слишком повышенный интерес к собственной персоне и нередко вскользь брошенный фразы, суть которых сводилась к одному: они с отцом герои, которые предотвратили войну.

Маркиз тоже ни с кем не стремился вступить в беседу. Он получил жестокий урок, и теперь на всех смотрел с подозрением. И даже ослепляющая роскошь не могла улучшить мрачного настроения господ де Дезолье.

Отличие от любого светского вечера было в том, что блюд подавали здесь меньше. В вампирское меню входили расхаживающие люди с открытыми шеями или свежесцеженная кровь, подаваемая в высоких бокалах. Реджинальд настолько неловко себя чувствовал, что перехватил один у проходящего мимо молодого вампира.

Но, к счастью, скоро мучения господ де Дезолье закончились. Музыка стихла, и вперед вышел Старейшина Рафаэль де Лесаж. Юноша, которому на вид было не больше двадцати лет, радушно улыбался и излучал доброжелательность и уверенность. Реджинальду он показался даже немного простым. Юный Дэвейн тут же дал себе мысленную пощечину: Старейшин просто так не назначают. И этому юноше минимум на сотню лет больше, чем ему.

— Друзья! Рад всех приветствовать на Балу Ночи! — Его голос громким звонким эхом разнесся под высокими сводами особняка. — Но, к сожалению, повод, собравший нас сегодня здесь, весьма прискорбный. Мы на пороге войны с Потомками.

Он ненадолго замолчал, давая возможность Верным осознать весь масштаб опасности. По встревоженному шепоту Реджинальд понял, что дело и правда плохо. Он о Потомках мало что слышал и не видел пока что в них угрозы.

— Париж всегда был оплотом Верных. Я надеюсь, у вас хватит смелости и силы дать им отпор. Если мы отдадим столицу в руки противников, страна утонет в крови. О величии Франции придется забыть навсегда, а нам о спокойной и размеренной жизни. Залог победы — сплоченность. И некоторым придется наступить своей гордости на горло.

Старейшина выразительно взглянул на Носферату. Тот прижал слишком длинные и острые уши к голове и отвернулся. Внешний вид у вампира был очень неприятным: зубы торчали, лицо было перекошено и испещрено складками, шея практически отсутствовала, а под одеждой перекатывались огромные мышцы. На тыльной стороне ладони яркими синими росчерками выделялись вены.

— А некоторым хватит смелости признать, что они не имеют права здесь находиться, — продолжил Старейшина.

Теперь выразительный взгляд достался главе клана Дэвейн. Он вздрогнул. Легкая полуулыбка тут же сползла с его лица. Взгляд стал встревоженный.

Мнение Реджинальда о Старейшине резко поменялось. Теперь он был уверен, что это место с виду простой вампир занимает не просто так.

— Вас будут ждать в зале Совета, — тихо произнес главный Верит, оказавшись рядом с маркизом. Он сохранил лицо, но Реджинальд был готов поклясться, что отца проняло. — И я надеюсь, что у вас есть все основания для подобных обвинений.

— Можете не сомневаться, — ответил маркиз ровным голосом. И даже подарил вежливую улыбку Вериту. Он окинул де Дезолье оценивающим взглядом и ушел обратно к Старейшине.

Он тем временем дал знак музыкантам. Дирижер ненадолго замешкался. Советник главы города этим воспользовался и объявил:

— Совет объявляется открытым!

Боковые двери зала распахнулись. Первым туда зашел Старейшина. Следом за ним потянулись главы кланов. И не только они. Реджинальд отметил, что туда зашел и кто-то еще.

— Де Клемен, — тихо пояснил маркиз, заметив, каким пристальным взглядом провожает сын неизвестного ему вампира.

— После вас, — холодно сказал Фердинанд, главный Верит.

Отец с сыном переглянулись и направились в зал. Реджинальд испытывал волнение и даже страх, но ничем старался себя не выдать. Напускное равнодушие и безучастность ему всегда хорошо удавались. Сейчас только от них с отцом зависело, выйдут они победителями или проигравшими.

Дверь с глухим стуком закрылась за главным Веритом. Реджинальд судорожно сглотнул, оглядывая самых хитрых и сильных вампиров, занимавших места в зале Совета. Он никогда не думал, что попадет в подобное место, особенно в столь юном возрасте.

Смотрели на него по-разному. Глава их клана с откровенной неприязнью, кто-то с интересом, кто-то с уважением, а Старейшина пристально и изучающе.

— Сегодня я открываю собрание не с отчетности, как обычно, а с обвинений, которые юные господа предъявляют главе своего клана и месье де Клемену.

— Господа слишком много о себе возомнили, — холодно сказал глава клана Дэвейн. — Это наглая ложь и провокация!

Де Клемен молчал. Он старался выглядеть так, будто знает, зачем он здесь. Быстрые и тревожные взгляды в сторону господ де Дезолье выдавали, что это не так.

— Пожалуйста, — с невозмутимым видом произнес маркиз. — Вот эти письма мы перехватили у посыльного, отправленным господином Лашером, — кивнул он на главу клана Дэвейн. — К сожалению, второй слуга успел уничтожить доказательства и пустил себе пулю в лоб прежде, чем мы успели до него добраться.

На стол полетело письмо, выданное Рейчел. Реджинальд, похолодев, запоздало подумал о том, что их с отцом могут проверить и ментальными техниками. И уж тут точно вскроется обман.

Письмо оказалось в руках у Старейшины. Он пробежался по нему быстрым взглядом. На лице его сначала промелькнуло изумление, которое затем сменилось мрачной суровостью.

— Адреса, все силы Веритов, разведка Носферату, связи с подданными короля… и даже все наши люди. Видимо, вы очень давно собирали эту информацию, господин Лашер, — холодно произнес Старейшина.

— Я ничего не… — возмутился глава клана Дэвейн, но его оборвал Старейшина:

— Почерк ваш. И манера письма.

Он передал письмо другим. Главы кланов тут же начали с интересом его изучать.

— Так вот где собака порылась, — негромко произнес Каэлиш и передал письмо дальше. Когда же оно дошло до главы клана Дэвейнов, тот жадно схватил его и принялся изучать. Руки у него тряслись. На лице де Клемена промелькнула усмешка.

— Это… меня подставили! — прошипел он, вскочив с места. — Они меня подставили! — указал он на де Дезолье.

— А это вы как объясните? — вступил в игру Реджинальд и кинул второе письмо на стол. — Это мы обнаружили у господина де Клемена.

— Что?.. — недоуменно сказал оный.

Старейшина перехватил письмо и принялся его изучать.

— Вот оно что… — протянул он и пристально взглянул на ничего не понимающего де Клемена.

— Наглая ложь! — продолжал бушевать Дэвейн. — Я не знаю, зачем эти махинации господам де Дезолье, но…

— А вот мои источники сообщают, что они абсолютно правы, — холодно сказал Носферату, подняв голову. Он к письмам даже не прикоснулся. — Потомки и правда у ворот города. Они давно поглядывают на Европу и хотят откусить этот кусок пирога. Напрямую вломиться они не посмеют, потому и засылают шпионов. Мои ребята нашли останки настоящего де Клемена и Лашера. Кто сидит в зале Совета здесь и сейчас — большой вопрос. Метаморфозис может скопировать внешность, но не сможет подделать кровь. Я взял на себе смелость и обратился к кровавым магам. Вот их заключение.

Носферату извлек из-за пазухи пергамент и передал его Старейшине. Потрясенный Дэвейн сел обратно на место.

— Заключение написано на основе крови с трупов. Но, если вы, Старейшина, хотите в этом убедиться сами, я передам вам то, что осталось от настоящих де Клемена и Лашера.

Старейшина поморщился.

— Об этом переговорите с Фердинандом после собрания, — посоветовал он.

— Метаморфозис не способен изменить память, — тихо сказал Дэвейн. Взгляд его лихорадочно бегал из стороны в сторону. Вампир отчаянно искал выход из сложившейся ситуации. — Я требую ментальной проверки!

— Кое-кто другой мог применить их на вас. Причем так, что вы сами уверовали в то, кем являетесь, — невозмутимо отозвался маркиз де Дезолье. Реджинальд испытал восхищение и уважение к отцу.

Каэлиш неожиданно расхохотался. Его смех развеял гнетущую атмосферу и вызвал недовольство у окружающих.

— Что вас так насмешило, господин Готье? — ровным голосом спросил Старейшина.

— Партия в шахматы превратилась в партию в шашки, — смеясь, произнес он. — А доску подменила третья фигура в тени. Великолепная партия, — с восхищением произнес он.

— Фердинанд, уведи господ де Клемена и Лашера, — распорядился Старейшина.

— Это самосуд! — возмутился де Клемен, вскочив на ноги.

Главный Верит вытащил меч и направил его в грудь де Клемена. Тот притих и отступил на несколько шагов назад. Путь к спасению в виде окна был от него отрезан.

Глава клана Дэвейн переглянулся с де Клеменом. Оба вампира сосредоточили взгляд на господах де Дезолье.

— Вы, — прошипел глава клана Дэвейн. Он сжал руки в кулаки и, задействовав все свои ментальные умения, с нажимом сказал: — Я знаю, что вы хотели от меня избавиться! Это правда?! Отвечайте! — крикнул он.

С таким мощным напором Реджинальд столкнулся впервые. Он пытался сопротивляться, но не мог. Чувство было такое, словно кто-то давил на него чем-то тяжелым, ломая волю, внутренние барьеры и проникая в самую суть.

— Н-нет, — вымолвил Реджинальд.

— Ложь! — взвился Дэвейн. — Говори правду!

— Это… правда… — прохрипел Реджинальд.

— Месье Лашер! — повысил голос Старейшина.

Фердинанд бросился к главе клана Дэвейнов, однако он успел задать еще один вопрос:

— Чего вы добиваетесь своими интригами?!

— Безопасности, — с трудом выдохнул Реджинальд.

Меч Верита вошел в грудь главе клана Дэвейн и вышел из плеча. Резкое движение вверх — и Верит разрубил плоть и кости. По залу Совета разнесся оглушительный крик. Чужое давление отпустило, и Реджинальд упал на колени, переводя дыхание. С носа что-то капнуло. Он провел тыльной стороной ладони по нему и понял, что это была кровь. Ментальное давление было таким сильным, что сказалось на физическом состоянии. Отец помог ему подняться на ноги, и отступил вместе с сыном на несколько шагов назад, в тень.

С грохотом распахнулась дверь слева. Влетевшие внутрь верные помощники Фердинанда оглядели зал. Верит указал на притихшего де Клемена и раненого главу клана Дэвейн.

— Этих увести, — холодно распорядился он. — Месье Рондо, — обратился Фердинанд к главе клана Носферату, — я буду ждать от вас останков и магов крови.

— Завтра будут у вас, — заверил его Носферату.

— Господа Дезолье, — взглянул на обоих мужчин Старейшина, — а теперь расскажите, как вы обо всем этом узнали. Что сподвигло вас на действия и раскрытие обмана?

Реджинальд взглянул на отца. У него возникло ощущение, что он стоит на краю пропасти. Одно неверное слово, и он с отцом последует за главой клана. Рейчел не давала никаких инструкций по этому поводу. Либо не предвидела, либо хотела, чтобы они сказали правду. Точнее, полуправду, ввиду новых открывшихся подробностей.

— Конечно, — кивнул он, отчетливо поняв, как нужно действовать.

Маркиз понял задумку сына и сам поведал всю историю их злоключений. Старейшина не выказал ни сочувствия, ни похвалы. Он задумчиво смотрел в одну точку и, когда господа де Дезолье закончили повествование, Старейшина поднял на них взгляд и улыбнулся.

— Занятно… де Клемен поплатился за свою самоуверенность. Молодые вампиры не так часто вступают в Большую Игру и выходят победителями. Верным очень повезло, что вы не встали на сторону Потомков в попытке выжить. Я буду иметь вас в виду.

Старейшина кивнул. Реджинальд понял, что разговор окончен и, откланявшись, покинул зал Совета. Как и маркиз, он считал, что делать им здесь было больше нечего. В скором времени Реджинальд с отцом покинули Бал Ночи. Им было, о чем подумать на протяжении долгого пути домой.

***

В особняке горел свет. Маркиз переглянулся с сыном. Реджинальд прислушался и прикрыл глаза, задействовав ментальные техники. Он узнал голос Рейчел, а второй слышал впервые. Принадлежал он мужчине, причем тот был чем-то недоволен.

Слуги распахнули дверь, и Рейчел тут же замолчала, как и ее таинственный спутник, избегающий попадать в свет свечей. Реджинальд отметил, что мужчина был очень высоким и крупным. Рейчел рядом с ним казалась хрупкой маленькой девочкой.

— Дались тебе эти Дэвейны, — с неприязнью произнес мужчина, не показываясь на глаза.

Реджинальд почувствовал на себе взгляд незнакомца, и ему стало не по себе. Впервые ему были настолько не рады в собственном доме.

— С чего-то же надо начинать, — невозмутимо отозвалась Рейчел. — Старейшина Руана дал ясно понять: мне там не рады. На его беду, я слишком злопамятная, чтобы просто снести подобное оскорбление. Как прошел Бал Ночи? — подняла она взгляд на Реджинальда и тепло ему улыбнулась, забыв о ворчливом собеседнике.

— Это было хуже, чем все светские рауты, на которых доводилось мне бывать, — честно ответил Реджинальд.

Рейчел хохотнула.

— Кажется, мы не представлены вашему спутнику, — вежливо сказал маркиз.

— Это Ян Гальяно. Он мой муж. И он немного стеснительный. Клан Носферату не слишком любит показываться на глаза.

— Я бы на тебя посмотрел, будь ты Носферату, — огрызнулся Ян.

— Увы, я не владею Метаморфозисом, — вздохнула Рейчел. — И помнится, ты говорил, что моя бесчувственность, навеянная проклятием Каэлишей, раздражает тебя не меньше.

Ян зарычал и вышел в пятно света. Реджинальд окинул его быстрым взглядом и тут же отвел его. Как и все Носферату, этот был уродлив. Кожа обтягивала череп, непомерно длинные уши торчали, желтые глаза с маленьким зрачком смотрели неприязненно. Голова казалась непомерно маленькой по сравнению с телом. Губы отсутствовали, вместо носа две щелки, а на руках длинные тупые когти.

— Не смей пялиться на мою жену! — рыкнул он на Реджинальда. — А не то выдеру твои белые кудри и на них же повешу!

— Я-ян, — протянула Рейчел. Что-то в ее голосе неуловимо поменялось. — Успокойся. Никуда я от тебя не уйду, — примирительно сказала она. — Господа де Дезолье нам еще пригодятся.

— Ты их подставила, — негромко произнес маркиз. Ян произвел на него весьма двойственное впечатление. — Лашера и де Клемена.

Рейчел тонко улыбнулась и встала с дивана.

— Позвольте нарисовать для вас полную картину. Итак, Потомки действительно набирали силу и ждали благоприятного момента для атаки. Первое письмо, которое я вам дала — подлинное. Разве что переписанное по образу и подобию другим почерком. Разведчиков я не выдумала. Оба они действительно были устранены. А чтобы картина была достоверной, пришлось внести еще кое-какие штрихи. И вот этот прекрасный вампир, — указала Рейчел на мужа, — прекрасно с ними справился. А что до Потомков… им сейчас немного не до Верных. Но в любой момент все может измениться. Теперь все зависит от того, кто отвечает за безопасность Верных.

Реджинальд потрясенно переглянулся с отцом. Оба отчетливо уловили скрытый смысл: «Вздумаете раскрыть правду, придут и за вами».

Правда заключалась в том, что с ее легкой руки главный Верит и Старейшина сейчас знали об опасности. Верность Рейчел их движению не подвергалась никаким сомнениям.

— Простите, вы сказали, что мы вам еще пригодимся… что вы имели в виду? — осторожно спросил маркиз.

Ян фыркнул.

— Вы теперь практически герои города. Новый глава клана Дэвейн будет держать вас в поле зрения. И если кто-то очень сильно захочет, чтобы до его ушей что-то дошло, — выразительно взглянул на Рейчел Ян, — то в игру вступите вы.

Маркиз усмехнулся.

— Хотите нас использовать?

— Отнюдь. Я предлагаю взаимовыгодное сотрудничество. У вашего сына есть занятные способности. Да и умение разбираться в политике не помешает вам обоим. И кстати, вы обещали мне дом, месье де Дезолье, — взглянула на Реджинальда Рейчел.

— Я помню. И от своих слов не отказываюсь, — усмехнулся он. — Но на будущее: я не люблю, когда мной манипулируют втемную.

— Некоторые знания могут быть опасны, — прищурилась Рейчел.

— Что-то подсказывает мне, что теперь опасность будет грозить мне постоянно, — невозмутимо ответил юный Дэвейн.

***

Реджинальд замолчал. Джеральд пытался осознать все, что ему сейчас рассказали. В каждой детали повествования, что касалась Рейчел, он узнавал подопечную.

В голове не укладывались два факта: когда-то давно Реджинальд был практически ее протеже и тоже обладал даром видеть будущее; и что ее мужем был вампир из клана Носферату.

— Но влиять на события я не научился. Однако знания, дарованные провидением, не раз мне помогали в щекотливых ситуациях и давали преимущество над недругами, — задумчиво произнес Дэвейн.

— А ее муж… Ян… каким он был? — тихо спросил Джеральд.

— Ревнивым, — улыбнулся Реджинальд. — Он очень любил Рейчел и боялся ее потерять. Не мне тебе говорить, как выглядят Носферату. А его супруга любила свободу действий. Ей не нравилось, когда на нее давили. Она иногда очень своеобразно наказывала Яна, а он потом перед ней не знал, как извиниться. Он постоянно ко мне цеплялся. Словом, делом… даже следил одно время. Пытался уличить меня в интересе к Рейчел. А меня всегда пугали амбициозные особы. Со временем Ян успокоился и стал цепляться по другим поводам. Не давала ему покоя моя аристократическая внешность, — усмехнулся Реджинальд.

Джеральд фыркнул.

— А теперь расскажи мне о твоей Рейчел, — напомнил Дэвейн об уговоре.

Джеральд сделал глубокий вдох, собираясь с духом.

— Моя играет с такими силами, о которые может обжечься. Ей нравится действовать из тени. Пользуется тем, что Элли никто не будет воспринимать всерьез и…

— … и задает свой ритм танца, — закончил Реджинальд. — Невероятно… тогда я не удивлен, что Каэлиши выбрали Элли как главу клана. С такой поддержкой она способна на многое.

— Но я никогда не слышал, чтобы мертвые возвращались к жизни, — продолжил Реджинальд. — Это невозможно. Мир мертвых всегда существовал обособленно. Некоторые заклинатели могут вызывать оттуда души, а кто-то даже спускаться в Лимб, но, чтобы кого-то воскресили…

Джеральд задумался, вспоминая все, что рассказывала ему Рейчел. И был вынужден признать поражение — эта загадка сейчас была ему не по зубам.

— Реджинальд, а если я приведу ее… ты не поможешь ей вспомнить? Ее память, как и память Хизер — это белый лист.

Реджинальд задумался, покусывая нижнюю губу. В электрическом свете ламп блеснул длинный острый клык.

— Я помогу, чем смогу. При условии, что вы, двое, будете держать меня в курсе происходящего. И ответишь на один вопрос.

Джеральд насторожился.

— Ты всегда был в стороне от политики. А теперь решил вмешаться. С чего бы это? — прямо спросил Реджинальд.

— Скажем так: у меня личный интерес, — уклончиво ответил Джеральд.

Реджинальд окинул его внимательным взглядом. Слишком внимательным. Джеральду даже стало не по себе. Ему показалось, что Дэвейн его сканирует.

— Надеюсь, ты просчитал все риски, — наконец, произнес Реджинальд.

— Да, — тихо ответил Джеральд. — Спасибо что выслушал, — поспешил сменить он тему и поднялся на ноги.

Реджинальд кивнул и открыл крышку ноутбука. Разговор был закончен. Джеральд покинул резиденцию Дэвейнов и направился домой.

Глава 7: Осколки памяти

Хизер с хмурым видом сидела в комнате Элли и читала историю Франции. Как и полагается, начала она с самого начала. Девушка надеялась, что потерянная память всколыхнется, но… ничего не чувствовала. В душе откликалось трепетом только название страны. Недовольная собой Хизер решила не читать все подряд, а найти эпоху, которая всколыхнет внутри нее хоть что-то.

Каэлиш принялась листать разделы и бегло их просматривать. Уже больше половины огромного талмуда она перелистала, но ничего в душе снова никакого отклика не нашлось. Раздраженная Хизер уже хотела швырнуть книгу в стену и заняться чем-нибудь другим, но тут она перелистнула очередную страницу и застыла. Новый большой раздел повествовал о французской революции.

Хизер провела рукой по строчкам, словно зачарованная, а затем жадно начала вчитываться в текст. Наконец-то она нашла то, что искала! Душа затрепетала, а раздражение сменилось надеждой. Может, она что-нибудь вспомнит? Может, это как раз тот период, когда она жила?

Почти сразу Хизер постигло разочарование. Автор-историк долго и нудно анализировал причины и критиковал политику королей, рассказывал о людском недовольстве, и Хизер уже хотела с досадой и вспыхнувшей злостью отложить книгу, но ее внимание зацепила одна строчка:

«Некоторые историки считают, что Великая французская революция началась со «Дня плиток» в городе Гренобле в 1788 году».

— Гренобль?..

Хизер подняла взгляд. Окружающий мир исчез в яркой вспышке. Каэлиш как будто провалилась в одно из видений чужих жизней, которые ей рисовало провидение. Только если там она была сторонним наблюдателем, то здесь — непосредственным участником.

Перед глазами стояло роскошное убранство особняка, а снаружи доносились недовольные крики. Ружейный выстрел заставил девушку вздрогнуть.

— Сабрина, возьми Хизер и спрячьтесь в самой дальней комнате! Не вздумайте выходить из дома! — услышала она взволнованный голос женщины и обернулась.

Белокурая, невысокая, на вид лет тридцати, в роскошном старинном платье она выглядела встревоженной.

— Если начнут ломиться, спрячьтесь в подвале, — продолжила она, приложив руку к груди.

— Что происходит? — услышала Хизер детский голос и не сразу поняла, что говорит она.

— Ничего особенного, — холодно ответил мужчина, не обернувшись. Он стоял у окна и с осторожностью наблюдал за тем, что происходит на улице. — Народ выражает недовольство политикой короля.

Хизер тряхнула головой, избавляясь от странного видения. Гулкие удары сердца тяжелым шумом отдавались в ушах.

Каэлиш в волнении отложила книгу и встала с кровати. Несколько раз она пересекла ее, жалея, что не может ничего больше узнать о Гренобле. Внезапно взгляд Хизер остановился на телефоне. Может, в нем она сможет найти что-нибудь? В прошлый раз у нее получилось там отыскать номер психиатрической лечебницы. Хизер заколебалась. Разбираться с телефоном самой у нее не хватит ни сил, ни терпения. Разве что кого-то попросить помочь. Но кого?

Хизер почувствовала себя неловко и глупо. Закусив губу, она уперла руки в бока. Спрашивать элементарные вещи у прислуги она не хотела — те слишком хорошо знали Элли и могли начать задавать ненужные вопросы.

«Можно попросить помощи у Кристал, — осенило Хизер. — Она вроде как в курсе всего происходящего с Элли».

Каэлиш осторожно вышла из комнаты и постучалась в комнату старшей сестры Элли.

Старшая сестра… сестра… внутри снова что-то отозвалось и больно кольнуло.

— Сабрина! — выдохнула Хизер. Запоздало она вспомнила, что так звали девушку из краткой вспышки воспоминаний. Ее воспоминаний…

Кто-то встряхнул Хизер за плечо. Она вздрогнула и сосредоточила взгляд на встревоженной Кристал.

— С тобой все в порядке? — осторожно спросила охотница. Она помнила, что перед ней была не Элли и до сих пор сомневалась, а можно ли этой личности доверять.

— Да… наверное, — не слишком уверенно ответила Хизер. — Мне нужна твоя помощь, — уже более уверенно и сурово добавила она. Кристал вопросительно изогнула бровь.

— Мне надо найти кое-какую информацию. Я не умею пользоваться всеми этими современными штуками, так что… ты мне не покажешь? — выпалила Хизер. Она ожидала, что охотница рассмеется или выдаст какое-нибудь ехидное замечание, но она промолчала. Затем посторонилась и кивком разрешила войти.

Хизер воспользовалась предложением и проскользнула внутрь, бегло осмотриваясь по сторонам. Обстановка в комнате разительно отличалась от той, что была у Элли. Кристал предпочитала минимализм и строгий порядок, без всяких мелочей и фотографий на стенах, радующих глаз.

— Садись за ноутбук. В запросах нет ничего сложно, — сказала Кристал. Сама она взяла стул, стоящий в изножье кровати и села рядом. — Рейчел это тоже может пригодиться. Берешь в руки мышь или водишь по сенсорной панели… — Кристал с сомнением взглянула на Хизер. — Пожалуй, остановимся на мыши, с ней тебе будет проще… потом открываешь вот этот значок и набираешь в поисковой строке все, что тебе нужно.

Хизер искоса взглянула на Кристал, последовательно выполняя все инструкции.

— Скучаешь по сестре? — негромко спросила Хизер, чтобы немного развеять окутавшую их тишину. Да и Кристал поближе узнать лишним не будет. — У меня тоже была сестра. И тоже старшая, — задумчиво сказала Хизер. — Только я не помню, что с ней случилось. Подозреваю, что ничего хорошего…

Хизер рассеянно взглянула на появившиеся ссылки и открыла первую попавшуюся.

— Я боюсь за нее, — помедлив, ответила Кристал. — И до сих пор не знаю, как к вам относиться. С одной стороны, вы лишаете ее полноценной жизни, а с другой… может, она легче все это перенесет. Я до сих пор не могу поверить, что она стала вампиром. И ведь в моих жилах такая же проклятая кровь получается… Я всю жизнь боролась с такими, как вы, а теперь…

— Быть вампиром не так уж и плохо, — ответила Хизер. — Когда-нибудь и Элли это поймет. Не такие уж мы и твари бездны. По сравнению с тем, что творят люди…

Кристал угрюмо на нее взглянула, но возражать не стала. Вместо этого предпочла сменить тему.

— Гренобль?.. — удивленно спросила она, взглянув на экран ноутбука.

— «Город и коммуна на юго-востоке Франции. Центр департамента Изер и исторической области Дофине. Крупный промышленный, научный и университетский центр французских Альп», — прочитала Хизер.

И снова внутри что-то отозвалось.

«Альпы, Изер, Дофине…»

Перед глазами проходил целый калейдоскоп пейзажей, сменяющих друг друга. Заснеженные верхушки гор, тающие в облаках, лесные массивы у подножия, узкие улочки между домами, крыши которых почти соприкасались, набережные, крепость, дома, спускающиеся вниз словно лестница…

Хизер схватилась за голову и застонала. Сердце заходилось в бешеном ритме, от кончиков пальцев до макушки пронизывала дрожь, но очередная попытка пробить барьер к воспоминаниям закончилась головной болью.

— Хор-рошо, — прорычала Хизер и исправила запрос на следующий: «Гренобль, французская революция».

Новая статья оказалась не слишком большой. В ней сообщалось то, что Хизер успела увидеть в книге, а также, что якобинский террор там не слишком сильно зверствовал. Каэлиш снова застыла, наблюдая два откликнувшихся болью слова.

— Якобинский террор, — пробормотала она и перешла в следующий запрос. Теперь ее интересовали фотографии Гренобля. Листала их Каэлиш медленно, вглядываясь в каждую мелочь. О существовании Кристал, которая с интересом наблюдала за ней, Хизер успела забыть.

Современные фотографии сильно отличались от того, что видела Каэлиш и тем не менее она узнавала все то, что видела в редких вспышках картин прошлого. Хизер перелистнула еще одну фотографию. И провалилась в воспоминания.

 

Франция, Гренобль, 20 сентября 1792 года

— НЕТ!

Послышался грохот — это ваза из хрупкого китайского фарфора врезалась в стену рядом с суровым белокурым мужчиной и разбилась вдребезги. Он едва успел отойти в сторону.

— Я никогда, слышишь? Никогда не выйду замуж за этого мужлана! — яростно выкрикнула Хизер.

От гнева ее лицо пошло красными пятнами. Взгляд голубых глаз метал молнии. Светлые волосы, собранные в высокую прическу, растрепались. Черты лица исказились и стали казаться еще острее, чем на самом деле. Но даже в образе яростной фурии молодая семнадцатилетняя девушка не растеряла очарования.

— Хизер, успокойся! — умоляюще произнесла Сабрина, дочь Шарля Эмона от первой жены.

Она приходилась Хизер единокровной сестрой, но девушки отличались друг от друга как день и ночь. Сабрина была высокой и темноволосой, с карими глазами, круглым лицом и кротким нравом. И только с ней у Хизер сложились по-настоящему доверительные отношения. Их мать всегда больше занималась младшими детьми, а что касается отца… Хизер была слишком схожа с ним характером – и это вечно создавало множество проблем.

Сёстры остались близки, даже когда старшая из них вышла замуж. Наверное, отчасти потому, что Сабрине не слишком повезло с мужем, обладавшим довольно жёстким характером. Да, он был из богатого и довольно знатного рода – казалось бы, прекрасная во всех отношениях партия. Однако происходящие в стране события заставляли усомниться в надёжности их положения.

Революция уже успела поставить все с ног на голову. И все равно глава семьи Эмон, его жена и зять были уверены, что дворянство непременно сохранит свои влияние и статус.

Хизер и Сабрина придерживались другого мнения. Во-первых, Его Величество Людовик XVI уже ничего не решал – чуть больше месяца назад Законодательное собрание отстранило его от власти и арестовало. Во-вторых, основная сила в стране – армия, по большей части была настроена революционно.

Впрочем, старшая сестра не настолько демонстративно высказывала свои мысли о революции, как Хизер. Граф Рауль д’Экре, муж Сабрины, не терпел никаких разговоров о свободе и равенстве, и уже несколько раз поднимал руку на жену за слишком вольные мысли.

Хизер быстро прониклась революционными идеями свободы, равенства и братства. Поначалу она держала свои мысли при себе, но после того, как отец собрался выдать среднюю дочь замуж и устроил смотрины, девушку будто прорвало. Хизер раздражало, что все потенциальные женихи видели в ней лишь красивую куклу, а некоторые почти в открытую говорили, что ей стоило бы вести себя тише и скромнее.

А сама белокурая красавица желала, чтобы ее воспринимали как равную и в первую очередь видели в ней личность. Потакать будущему мужу девушка не собиралась. При этом буквально все вокруг ожидали от нее покорности.

Неудивительно, что Хизер пришла в ярость, узнав, что отец подыскал ей выгодного жениха, не спрашивая мнения самой дочери. Даже странно, что свои вылазки в якобинский клуб Хизер до сих пор ухитрялась сохранять в тайне.

— Успокоиться?! — она резко обернулась к Сабрине. — Сестра, меня хотят продать, словно какую-то корову на рынке, а ты предлагаешь успокоиться?!

— Хизер, девочка моя, незачем так кричать… — Её мать попыталась вступить в разговор, но дочь не собиралась слушать её доводы. 

— Мама, вас ведь тоже выдали замуж за отца, не интересуясь вашими желаниями! Почему женщин все время принижают?! Мы тоже можем быть самостоятельными! Отец, я вам не товар, чтобы распоряжаться мной, как заблагорассудится! Имейте в виду, я не пойду к алтарю, как послушная овечка на заклание!

Хизер замолчала и перевела дыхание. Она не высказала и половины того, о чём думала, но решила, что хватит и этого.

Ее отец, почтенный муж сорока с лишним лет с голубыми, как у неё самой, глазами, холодно взирал на Хизер.

— Это ты в своём якобинском клубе нахваталась таких мыслей? — степенно осведомился он.

Сердце девушки на мгновение замерло. Кровь отхлынула от лица. Хизер начала лихорадочно вспоминать, при каких обстоятельствах она могла выдать себя. Или отец дополнительно заплатил слугам, и теперь они вместо того, чтобы прикрывать её отлучки, сообщали хозяину о каждом визите дочери в якобинский клуб?

Отпираться не имело смысла — Хизер это быстро поняла. Ну и что с того, что отцу всё известно? Как будто это на что-то повлияет! Рано или поздно он бы все равно об этом узнал! Девушка уперла руки в бока и гордо вскинула голову.

— Да, я посещаю якобинский клуб! Потому что мне нравятся их идеи! И я считаю, что они могут сделать нашу страну лучше! Особенно, если…

Отец перебил её.

— Лучше? Эти бездарные выскочки, мнящие себя великими ораторами античности, ни на что не способны! — презрительно бросил он. — Разве они смогут управлять страной?

— Смогут! — почти выкрикнула Хизер. — Особенно, когда праздное дворянство перестанет…

— Ты ведь теперь и сама аристократка, дочь моя! — медленно процедил Шарль Эмон, сурово глядя на девушку. — Не забыла?

— Я не просила этого! Мне не нужны никакие титулы! Хочу, чтобы меня ценили такой, какая я есть, а не ради моего статуса! И чтобы воспринимали как равную мужчине! Я хочу достичь чего-нибудь сама! И ни под кого подстраиваться не стану!

Ярость в Хизер чуть улеглась. Мысли приобрели ясность. Она прекрасно понимала, что наговорила довольно много, но при этом отдавала отчёт каждому своему слову.

В доме повисла тишина. Старшая сестра во все глаза смотрела на Хизер, едва сдержав восторженный вздох. У нее бы ни за что не хватило смелости сказать что-нибудь подобное. Сабрина даже опустила взгляд, боясь, что родители увидят невысказанное восхищение единокровной сестрой.

Мать Хизер, Эмилия, закрыла рот руками. Слова дочери привели её в ужас. Отец же холодно взирал на Хизер. Нетрудно было догадаться, о чём он думает: нерадивая средняя дочь ничего не смыслит в жизни, слишком много хочет, вольнодумствует и рушит все его тщательно продуманные планы.

Шарль Эмон стремительно преодолел короткое расстояние, которое разделяло их с Хизер, и влепил ей хлёсткую пощёчину. У него не было привычки бить ни жену, ни дочерей, но слышать подобные заявления оказалось совершенно невыносимо. До сих пор отец Хизер держал себя в руках, но сейчас, наблюдая, как на лице дочери появляется красное пятно, дал волю эмоциям и гневно сказал Хизер в ухо:

— Ты выйдешь за него замуж. А до свадьбы не покинешь этого дома.

Хизер не ответила и даже не шевельнулась. Она была слишком потрясена произошедшим. Отец никогда себе не позволял рукоприкладства. Даже, когда дочь излишне шалила в детстве. Он всегда находил способ по-другому наказать девочек за проказы.

Тем временем отец схватил Хизер за руку и поволок на второй этаж. Она тут же вышла из оцепенения и принялась отбиваться.

— Отпусти меня! — истерично закричала девушка. — Я не буду делать что-то по твоей прихоти! И ни по чьей прихоти!

— Хизер, не глупи, — беспомощно произнесла Эмилия им вслед.

— Будешь своевольничать, оставлю без наследства! — гневно прогремел голос отца.

— Чудесно! Хоть сама своей жизнью смогу распоряжаться! — с яростью отозвалась в ответ Хизер.

Отец второй раз за день влепил дочери пощечину и грубо втолкнул в комнату. Дверь за спиной девушки захлопнулась, в замке щёлкнул засов.

— Ты не смеешь так поступать! — зло крикнула Хизер из комнаты, уже не сдерживая слез гнева и унижения. — Я такой же человек, как и ты!

А затем прошептала, прислонившись лбом к запертой двери:

— Это… это… несправедливо.

Хизер закрыла глаза руками и дала волю слезам. Да как они с ней обращаются, в конце концов?! Она что, разменная монета им?!

Хизер очень не хотела оказаться на месте старшей сестры. Сабрина уже несколько раз жаловалась матери на жестокое обращение со стороны мужа, полагавшего, что таким образом воспитывает в жене послушание и покорность. Она часто плакала на плече у Хизер, а однажды поделилась с ней опасениями.

—  Мне кажется, однажды он меня просто убьет, — всхлипывала Сабрина.

Неудивительно, что после подобных откровений у Хизер сложилось мнение, что выходить замуж, следует только по любви, а не по расчету. Увы, в большинстве случаев это была несбыточная мечта вроде свободы и равенства для всех. Хизер терпеть не могла общество всяких смазливых дворянчиков и обморочных девиц из их числа. Заносчивые и высокомерные, которые только и думают, что все им должны… И себя саму она считала запятнанной, хотя к наследственному дворянству и не относилась — её отец купил поместье, давшее им баронский титул, пять лет назад. Кто же знал, что вскоре случится революция!

Немного успокоившись, Хизер с ненавистью взглянула на запертую дверь и взяла себя в руки. Ну нет, она не будет сидеть на месте! Не останется в этой комнате!

Хизер подошла к окну и выглянула вниз. Слишком высоко. Их большой дом стоял на возвышении, и из-за этого перепада стена при парадном входе была выше стены на заднем дворе. При прыжке из окна она попросту переломает себе ноги.

Хизер подняла взгляд. Видневшиеся из ее окна Альпы тонули в молочном облаке тумана в стремительно сгущающихся сумерках. Дома на их фоне казались мрачными тенями. На улице стали зажигаться первые фонари. Их свет тоже тонул в опустившемся с гор тумане и отражался бликами от поверхности едва колыхающейся реки Изер. Потрясающая картина. Если бы не то положение, в котором Хизер оказалась, она бы восхитилась открывшимся видом, как делала это множество раз.

Девушка бессильно опустилась на кровать и забралась на нее с ногами, прислонившись спиной к стене. Над её головой висело потемневшее от времени деревянное распятие, с которого равнодушно взирал худой измученный Иисус. В детстве Хизер часто обращалась к нему молитвами, прося простить её за устроенные каверзы. Но теперь взгляд Христа казался девушке укоризненным и осуждающим. И она знала, почему.

Хизер уже давно разочаровалась в Боге. Если он такой всеблагой и всемогущий, то почему позволил умереть её младшим братьям, зачем допускает, чтобы Сабрина страдала и плакала? Для чего вокруг творится столько несправедливости?

Хизер Эмон не могла назвать себя настоящей атеисткой, подобно некоторым своим знакомым из якобинского клуба, но давно перестала просить Бога хоть о чём-либо. Девушка хотела сама выбирать свой путь. Если отец думает, что она смирилась со своей судьбой, то у Хизер для него плохие новости. Она найдет способ выбраться. И будет бороться за свою свободу до конца.

***

Шли дни. Хизер сидела взаперти, изнывая от безделья и скуки. К девушке почти никого не допускали – даже Сюзанну, её любимую младшую сестрёнку, которой только недавно исполнилось четыре.

 Лучшим собеседником во время заточения для девушки стали книги. Хизер научилась читать всего лишь пару лет назад, а затем приступила к письму. Оно далось ей куда сложнее, но упорство и прилежание сделали свое дело — Хизер довольно быстро научилась и этому. И теперь на полке, что висела на стене её комнаты, стояло несколько аккуратно переплетённых томиков — скромная, но заботливо подобранная библиотека.

Неожиданной, но совершенно не удивившей девушку новостью стало известие об отмене монархии и провозглашении республики. Но на планы её отца эти события никак не повлияли.

Подготовка к свадьбе шла полным ходом. И без участия невесты. Как-то к ней зашла мать с портнихой, чтобы предложить несколько эскизов свадебного платья, но Хизер попросту разорвала рисунки и гневно высказала всё, что думает о грядущем событии. Даже Эмилия не ожидала такого яростного сопротивления дочери. И сочла правильным больше её не спрашивать, а решить этот вопрос по своему усмотрению.   

В итоге свадебное платье было сшито по образцу тех, которые носила Хизер — только красивее, богато украшенное вышивкой и кружевами. И сейчас оно висело в гостиной на манекене, привлекая внимание восторженных гостей. Даже жених взирал на платье с восхищением, пытаясь представить невесту в подобранном наряде.

Голодом девушку не морили. По распоряжению отца слуги каждый день в одно и то же время приносили Хизер еду. Поначалу девушка с напряжением ждала их появления, видя в этом коротком промежутке времени возможность сбежать.

В первый раз её догнали на улице. Во второй — перехватили у парадной двери дома. После этого слуг во время визита стали сопровождать нанятые Шарлем Эмоном охранники. Но даже это не остановило решительную девушку. Попытки её побегов становились изощрённее и изворотливее. Хизер яростно отбивалась от охраны: вырывалась, кусалась, царапалась и даже вывихнула себе плечо, но всё безуспешно. Ей не хватало ни силы, ни навыков борьбы.

Тогда девушка объявила голодовку. Она пила только воду, не прикасаясь к еде. Служанки сетовали, что этак юная мадемуазель сведёт себя в могилу, и даже пытались накормить её насильно. Заканчивалось это тем, что поднос с едой летел в стену. Хотя у Хизер от голода кружилась голова и сводило живот, а от заманчивых ароматов рот наполнялся слюной, она бы ни за что не призналась в своей слабости. А от еды сразу же избавлялась, выбрасывая в окно, чтобы не было соблазна насытиться. Впрочем, Хизер припрятала пару вилок и один нож. В последнее время её стали посещать мысли о самоубийстве. Всё что угодно, лишь бы не замужество!

Отец к ней не заходил. Он знал, что разговор с дочерью в любом случае закончится скандалом. Мать пыталась навещать Хизер, но после того визита с эскизами платьев дочь её попросту игнорировала.

Единственной, с кем девушка могла поговорить, была старшая сестра. Она навестила родительский дом как раз после очередной ссоры с мужем и выглядела очень расстроенной. Хизер, конечно же, не упустила случая ехидно пройтись насчёт истинного облика «благородного» дворянства. К удивлению девушки, Сабрина в ответ не произнесла ни слова, внезапно залившись слезами.

Хизер тут же поспешила извиниться и утешить сестру. А заодно выяснить, что её так расстроило. Но Сабрина только всхлипывала и ничего не отвечала, а выплакавшись, предпочла сменить тему.

И разговор как-то сам собой зашёл о якобинском клубе. Хизер делилась всем, что было ей известно. Так Сабрина с удивлением узнала, что мнения членов клуба по поводу власти тоже расходятся:  одни выступали за полную свободу и равенство, считая, что все должно принадлежать государству, и поддерживали право народа на управление страной; а другие полагали, что власть должна быть сосредоточена исключительно в их руках, не допускали никакого посягательства на свободу торговли, а любые народные движения считали неприемлемыми и нарушающими стабильность общества.

В пылу беседы Хизер предложила Сабрине присоединиться к ним. Та настолько растерялась, что даже не сразу ответила на предложение сестры.

— Я не могу, — наконец, сдавленно произнесла Сабрина, нервно комкая в руках платок. — Я бы с удовольствием посещала этот ваш клуб, если бы не Рауль. Он против всех этих политических собраний. До сих пор уверен, что королевская власть неприкосновенна. Говорит, если Его Величество Людовик не будет нас возглавлять, то это сделает его наследник. Если Рауль узнает, что я даже случайно оказалась в якобинском клубе…

Старшая сестра содрогнулась, и её глаза снова наполнились слезами. Она даже представлять не хотела, что муж с ней сделает, если узнает об этом.

— Ты всегда была смелее, чем я, — шепотом проговорила Сабрина, склонившись почти к уху сестры. — Ты никогда не боялась говорить о том, что думаешь и что чувствуешь. Я не хочу, чтобы кто-нибудь тебя сломил. Знаешь, Рауль ведь первое время казался таким романтичным, а потом…

Хизер сочувственно коснулась её руки. Сабрина всхлипнула, а потом вдруг сказала:

— Я не желаю тебе судьбы, подобной своей. И помогу тебе сбежать.

Хизер ошеломлённо взглянула на старшую сестру.

— Ты… что?.. — осторожно переспросила она.

— Я помогу тебе отсюда выбраться, — уже намного увереннее сказала Сабрина.

Потом взяла Хизер за руки и внимательно на нее взглянула.

— Но моя помощь окажется напрасной, если ты не наберешься сил. Ты очень плохо выглядишь, сестрёнка. Свадьба назначена на начало декабря. У тебя будет время. В своей жизни мне уже ничего не исправить, но я не дам погубить твою, — горячо заговорила Сабрина. — Я помогу тебе для начала. Найду укрытие, дам денег, но потом придётся со всем справляться самой. Отец никогда не простит тебе побега…

Договорить сестра не успела. Хизер со слезами бросилась ей на шею и расцеловала в обе щеки. Сабрина в ответ крепко обняла младшую и тепло улыбнулась. Затем сёстры разомкнули объятия, и в глазах Хизер зажглись надежда и решительность.

— Спасибо, — горячо сказала девушка. — Только вот ещё что: отец выставил в доме охрану. Я не удивлюсь, если кто-то ночью будет спать у меня под дверью.

— Я что-нибудь придумаю, — уверенно произнесла Сабрина. — Только пообещай мне, что ближайшую неделю будешь нормально есть и спать. Я могу лишь протянуть руку помощи, но все остальное будет зависеть только от тебя.

— Обещаю, — прошептала Хизер. Старшая сестра была права: для побега потребуются силы.

Сабрина поднялась на ноги.

— Я ещё зайду, — пообещала она с теплой улыбкой. — И не выказывай сильное неудовольствие своим положением. Я скажу отцу, что ты смирилась и одумалась. Может, тогда и охрана станет менее бдительной?

Стоило сестре покинуть комнату, как тут же в двери щелкнул замок. Хизер задумалась над её словами и признала, что в них есть резон. Если Сабрина намеревалась сдержать свое обещание, то следовало сменить тактику сопротивления. Хизер мрачно усмехнулась. Пусть все думают, что она сдалась. Пусть будут уверены, что она готова принять свою судьбу. И никто не будет знать, что Хизер всего лишь надела ту маску, которую на ее лице хотели видеть все остальные. Может, сражение и было проиграно, но война еще продолжалась.

***

Следующую неделю девушка вела себя тише воды, ниже травы. Она не знала, что старшая сестра наговорила родителям, но теперь ее стали выпускать не только до ванной комнаты. Хизер было позволено гулять по саду и даже выходить в город. Но только в сопровождении пары крепких охранников.

Неоднократно девушка подумывала улизнуть от них, но практически сразу одёргивала себя. Во-первых, план побега, предложенный Сабриной, уже начал воплощаться в жизнь. Во-вторых, в платье не слишком удобно бегать. В-третьих, к Хизер после голодовки только-только начали возвращаться силы.

Эти прогулки стали для мадемуазель Эмон настоящей отдушиной. С сопровождающими она почти не разговаривала, но не из неприязни, а больше ради принципа. Поначалу её охранники пытались завести вежливую беседу, но, неизменно встречая ледяное молчание, перестали это делать. Девушка не считала нужным изображать пустую любезность по отношению к людям, выступающим в качестве тюремщиков. И Хизер было совершенно безразлично, что те сами думают по этому поводу.

Несколько раз компанию ей попытался составить жених. Хизер сразу же ссылалась на недомогание и запиралась у себя в комнате. Попытка познакомиться на званом ужине тоже ни к чему не привела — девушка попросту его игнорировала и нарочито разговаривала только с матерью.

Отца поведение средней дочери невероятно раздражало, но повлиять на неё он никак не мог. Оставалось только извиняться перед женихом. Шарль Эмон даже не стал проводить с Хизер воспитательную беседу, заранее зная, что это бесполезно.

Сабрина стала чаще навещать родителей. Иногда она приезжала с мужем, иногда одна. Эти частые визиты позволили ей снабдить младшую сестру веревками, мужской одеждой и приличной пачкой ассигнатов. Сам побег они решили устроить прямо перед днём свадьбы.

— Ты же понимаешь, сестра, что не сможешь скрыться от отца в Гренобле? Наш город не столь уж велик. Стоит попасться на глаза кому-то из знакомых и всё. Весь наш замысел окажется бессмысленным.

Хизер согласно кивнула, ещё не до конца понимая, что имеет в виду Сабрина.

— Поэтому после побега ты уедешь из Гренобля. Я сняла для тебя комнату в Лионе. Это крупный город, там легче спрятаться. Да и работу наверняка можно найти. Ты же помнишь Лион?

Конечно, Хизер помнила. Пять лет назад Шарль Эмон поехал туда, чтобы заключить сделку по покупке поместья и титула. И взял с собой всю семью, чтобы те стали свидетелями его долгожданного триумфа.

Не сказать, чтобы сам город сёстрам понравился. Их родной Гренобль лучше. Да и не так много они пробыли в Лионе. Но действительно, там не только легче спрятаться, но и куда проще найти подходящее занятие. Недаром в нём столько фабрик и мануфактур.

— Но как ты намереваешься жить дальше? — поинтересовалась Сабрина. — Что станешь делать? Ты же ничего не умеешь!

— Ещё не знаю, — помедлив, ответила Хизер. — Но что-нибудь непременно придумаю. Я немного умею шить… и вышивать тоже. Наверное, в Лионе я смогу найти какую-нибудь подходящую работу. А потом… На самом деле мне бы хотелось стать сильнее. Научиться защищаться. И доказать, что женщины ничуть не хуже мужчин. Почему к нам такое несправедливое отношение?!

Хизер нахмурила брови и оскалила зубы, изображая свирепого воина. Сабрина улыбнулась.

— По крайней мере, ты знаешь, чего хочешь. Я уверена, ты сумеешь достигнуть всего.

— Хотелось бы, — тяжело вздохнула Хизер.

Сестры ненадолго замолчали.

— Мы ведь… еще увидимся? — тихо спросила Сабрина.

— Обязательно, — заверила Хизер. — Но не раньше, чем отец перестанет пытаться использовать меня в своих интересах. Я не хочу, чтобы меня продавали, словно породистую лошадь.

Хизер недовольно поджала губы.

— Вряд ли он снесёт подобное оскорбление, — задумчиво произнесла Сабрина, глядя перед собой и механически наматывая на палец тонкий батистовый платок. — Скорее всего, после побега ты просто перестанешь для него существовать.

— Вот и хорошо, — сухо отозвалась Хизер.

Сестра покосилась на неё и после недолгой паузы произнесла:

— Я передам тебе весточку. У меня найдётся надёжный человек. И… береги себя, хорошо?

— Это ты мне говоришь? — фыркнула Хизер. — Не представляю, как ты вообще живёшь со своим Раулем.

Улыбка Сабрины померкла. Она опустила взгляд и грустно произнесла:

— У меня нет выбора. А тем более сейчас.

— Выбор есть всегда! — жестко отрезала Хизер. — Если этот мужлан станет совсем невыносимым, дай мне знать. Я освобожу тебя от его влияния.

Сабрина улыбнулась и качнула головой. Она не разделяла уверенности своей младшей сестры.

— Милая, ты всегда была слишком резкой в своих суждениях. Как же ты будешь жить с мужем?

— С кем? — от возмущения Хизер даже вскочила со стула. — Себрина, ты что говоришь?

— Ну ведь когда-то же ты найдёшь себе подходящего мужчину. Выйдешь замуж и заведёшь детей. Хотя с твоим характером…

Хизер снова фыркнула и демонстративно отвернулась.

— Ладно тебе. Ты ведь знаешь, что я права. — Сабрина мягко погладила сестру по руке. — Не дуйся, тебе это не идёт. Если бы…

Она вдруг побледнела, резко замолчала и прижала ладонь с платком ко рту. Хизер повернула голову, удивлённо ойкнула и кинулась к старшей сестре, опустившись перед ней на колени.

— Сабрина, что с тобой? Тебе нехорошо? Чем я могу помочь? — затараторила она. — Может, тебе дать воды?

— Нет, не нужно, — ответила та, слегка отдышавшись, и негромко произнесла прямо в ухо Хизер: — Просто я беременна.

А потом добавила, глядя прямо в расширившиеся от удивления глаза младшей сестры:

— Предупреждая твой вопрос: отцу я ещё ничего не сообщала. Тогда у нас с тобой не получилось бы сегодня так долго болтать. Я расскажу родителям об этом после твоего побега. Может быть, так отец быстрее успокоится.

— Сабрина, но это же замечательно! — воскликнула блондинка воодушевлённо. — Так вот почему ты сказала, что у тебя нет выбора! Значит, у меня скоро появится племянник или племянница? А что говорит Рауль? И как будет?..

— Тише, Хизер, тише, — Сабрина слегка прижала пальцы к губам сестры. — Ты сейчас прежде всего должна думать о себе самой. Обо мне найдётся кому позаботиться. И не волнуйся за меня. Всё будет хорошо. И не забудь, о чём мы с тобой договорились. Ладно?

Хизер нехотя кивнула.

— Я потом свяжусь с тобой, когда всё немного поутихнет, — продолжила Сабрина. — И непременно сообщу тебе имя твоей племянницы. Ну, или племянника.

— Так ты хочешь девочку? — улыбнулась Хизер.

— Да, — немного смущённо сказала Сабрина. — А Рауль, конечно же, мечтает о сыне, который продолжит род д’Экре.

— Нет, пусть у тебя родится девочка, такая же красивая и добрая, как ты сама!

С этими словами Хизер вскочила на ноги и крепко обняла старшую сестру.

— Спасибо, Хизер. Но мне пора уходить, — произнесла, вставая, Сабрина. — А тебе желаю удачи. И надеюсь, мы ещё увидимся.

— Спасибо тебе за всё, — эхом ответила Хизер, глядя ей вслед.

Дверь за Сабриной закрылась на ключ. Девушка осталась одна. А чуть позже, едва над городом сгустились сумерки, она приступила к воплощению плана побега в жизнь.

***

Хизер оглянулась на дом. Переодетая в мужскую простую одежду, скрывшая лицо и волосы, девушка была сама на себя не похожа. Сабрина постаралась на славу, чтобы ее никто не узнал — мужской костюм оказался весьма простым. Такие обычно носили те, у кого было чуть больше средств к существованию, чем у простых фермеров. Дворянку в ней мало бы кто признал. Разве что осанка и манера держаться ее могли выдать. Но Хизер так спешила к городским воротам, что едва ли сейчас была похожа на величественную аристократку.

Мимо прошла городская стража. Хизер застыла. На мгновение у нее ушло сердце в пятки. А если остановят? А если ее обман раскроют? На мгновение перед девушкой пронеслась вся ее будущая жизнь: ненавистная свадьба, торжество отца и мужа и быстрая кончина от яда, добавленного в кофе. Впрочем, можно было бы попытаться сбежать и от мужа… Хизер тряхнула головой. Нет уж! Пусть тогда ее убьет стража! Отцу она уже оставила последнее слово в виде записки. Вернуться сейчас под стражей все равно, что признать свое поражение.

Содержимое оставленного послания Хизер помнила не хуже молитв. Девушка мстительно усмехнулась, представив лицо отца, когда он его прочитает. Правду никто не любит, особенно открыто брошенную в лицо. В послании Хизер выразила все свое презрение к аристократии, а также показала, что никакие кровные узы не заставят впредь признать ее себя частью семьи Эмон. Да, фамилия останется при ней, но ровным счетом значить ничего не будет.

«Уважаемый Шарль Огюст Мари Эмон!

Отныне я сама распоряжаюсь своей судьбой. Можете лишить меня фамилии и наследства, но вы не сможете отобрать у меня свободу и право выбора.

Хизер Анри Франсуаза Эмон».

Такое последнее слово оставила за собой Хизер. О содеянном она нисколько не жалела. Даже сейчас, находясь под пристальным взглядом стражи.

Хизер заставила себя сбавить шаг. Она задумчиво осмотрелась по сторонам, прикидывая, скоро ли рассвет.

В предрассветных сумерках Гренобль походил гигантскую широкую долину между горами, увязшую в густом молоке тумана. Лишь огни фонарей на набережной в этом извилистом царстве сна служили ненадежными спутниками. Звезды уже утратили яркое сияние. Далеко на востоке едва-едва начинало золотиться небо. Еще немного — и город проснется. Станет похож на растревоженный муравейник. Альпы и предгорный лес окрасятся в совершенно другие оттенки, но Хизер этого уже не увидит…

Внезапно Хизер пронзило острое щемящее чувство. Стража ее уже не интересовала. Она оглядывалась на город, который, возможно, покидает навсегда.

«Нет, я обязательно вернусь, — твердо решила Хизер. — Сабрина помогла мне, теперь мой долг — помочь ей. Подожди немного, сестренка. Мы обязательно увидимся».

Хизер улыбнулась своим мыслям и продолжила путь к городским воротам. Стража прошла мимо. Впереди девушку ждала долгожданная свобода.

***

Хизер вынырнула из воспоминаний и не сразу поняла, что плачет. Она смутно догадывалась, что с сестрой ее связывали теплые отношения, но теперь убедилась в этом окончательно. Столько лет прошло… стала ли Сабрина как и она одной из Каэлиш или Рауль окончательно превратил ее жизнь в ад? Это Хизер очень хотела знать, но ее воспоминания обрывались на этом побеге из дома. Как бы она ни силилась вспомнить что-то еще, результата этого никакого не принесло — только голова разболелась.

Каэлиш стерла слезы и усмехнулась. Что ж, теперь хотя бы ей самой стало понятно, откуда у нее столь невыносимый характер и почему.

«Видимо, дальнейшая жизнь отшлифовала все остальное, — подумала Хизер, — а кровь Каэлишей нанесла последний штрих».

— Спасибо, — сказала она Кристал, заметив покачнувшуюся неподалеку прядь рыжих волос.

— Да… обращайся, — осторожно ответила охотница. Она не стала ничего спрашивать, за что Хизер ее мысленно поблагодарила. Чувствовала она себя совершенно разбитой. Сейчас ей очень хотелось побыть одной и собраться с мыслями, но, увы, в комнате ее ждал Джеральд. Он с беспокойством держал ее мобильник в руке и резко обернулся, услышав, как открывается дверь.

— Я уже хотел искать тебя!.. — Заметив состояние Хизер, Джеральд теперь встревожился по-другому поводу. — С тобой все в порядке?

— Да… просто кое-что вспомнила, — отмахнулась Хизер. — Свою человеческую жизнь. И протекала она в этот период времени, — указала Каэлиш на раскрытую историю Франции. Джеральд взял книгу в руки пробежался по страницам.

— Французская революция? — удивленно спросил он. — Ты была свидетелем этих событий?

— И да, и нет, — чуть нахмурилась Хизер. — Все это касалось Парижа, а я жила в Гренобле. Это город на границе с Италией. Туда все доходило с опозданием… возможно, это даже к лучшему.

Каэлиш прошла и села на кровать, закинув ногу на ногу и подперев щеку рукой. Джеральд осторожно сел рядом.

— Не хочешь поделиться? Будет легче, — предложил он ей.

Хизер изогнула губы в кривой усмешке.

— Извини. Я еще не настолько тебе доверяю, чтобы делиться сокровенным. Даже с учетом кровной связи.

Если Джеральд и обиделся, то не подал виду.

— Как у тебя все прошло? — спросила Хизер. Она надеялась деловым разговором вытащить себя из болота уныния и настроить на привычный лад.

— С пользой. Брат проверит наш клан, а Реджинальд возьмет на себя свой. Их личности у меня вопросов не оставляют. Им можно доверять.

Хизер кивнула.

— Значит, остались Ксанвейн, Хоргинас, Келлин и Носферату, — заключила она.

— Носферату можно исключить. Им брошена кость. Посмотрим, как они с ней поступят.

Джеральд коротко поведал о визитах и передал краткую суть разговоров. Хизер одобрительно кивнула, услышав, как именно Наставник собрался проверить клан Носферату на шпиона.

— Остается найти рычаг давления на остальных, — задумчиво произнесла Хизер. — А с ними связей нет. Проблема…

— Думаю, тут стоит подождать. У нас есть минимум два источника информации. Будут сведения, сможем разыграть сценарий, — улыбнулся Джеральд. Хизер, подумав, кивнула.

Вампиры и не заметили, как за окном стемнело. На Лос-Анджелес медленно спускалась ночь, зажигая далекие звезды яркими маяками. Луна обозначилась бледным полумесяцем на небосводе. Да и город во многом сейчас был похож на звездное небо.

— Рик звонил, — помолчав, сказал Джеральд. — У него выходит накладка с покупкой дома, так что придется нам тут еще ненадолго задержаться. И… если все-таки надумаешь выговориться…

— Я поняла, — неожиданно резко отозвалась Хизер и почти сразу ощутила укол совести. Джеральд ведь правда старается вжиться в роль Наставника, а она постоянно его отталкивает. И откуда в ней столько ярости и агрессии?.. Хизер бы сейчас многое отдала, чтобы вспомнить все. Она была больше, чем уверена, что ответ на этот вопрос стоит искать там, среди прожитых лет.

 — Прости. Эти приступы ярости… они накатывают волной, — устало отозвалась Хизер. — Я раздражаюсь и злюсь чуть ли не по каждому поводу. И не могу это контролировать. А начинаю бороться — злит все еще больше. В общем, прости, что иногда бываю такой невыносимой, — выпалила Хизер, не глядя на Джеральда.

Он с изумлением взглянул на девушку.

— Да все мы немного бываем невыносимыми, — пробормотал он и задумался. На лице у Джеральда появилась улыбка.

— Знаешь, у меня есть неплохой вариант, как заставить работать твою злость на тебя. Ты меня неплохо отделала, когда мы впервые встретились. Я бы посмотрел, на что ты еще способна. Подобные навыки боя так с ходу применить невозможно — ты точно знала, что и как делаешь.

Хизер задумалась. Ей самой показалось, что она тогда ничего особенного не сделала. Все происходило как-то само собой, по наитию…

— Возможно, ты прав, — помедлив, сказала Хизер. — Стоит проверить. Да и нам всем не помешают уроки самообороны.

Джеральд улыбнулся.

— В доме будет тренировочный зал. Он у меня был и в прошлом… — Джеральд чуть помрачнел, вспомнив их с Рейчел поспешный переезд.

— Я уверена, новый будет не хуже, — улыбнулась Хизер.

— Я тоже, — кивнул он и вышел из комнаты, пожелав Каэлиш спокойного сна. Она проводила Наставника задумчивым и немного усталым взглядом.

В одиночестве Хизер просидела недолго. Тишина угнетала, а воспоминания давили тяжелым грузом. Впервые Хизер порадовалась, что она не одна в теле Элли. Завтра наверняка проснется кто-нибудь другой, пока ее сознание будет отдыхать и принимать себя. Но для начала Хизер решила принять горячий душ, пока у нее на это оставались силы. Воды смыла грязь и приятно согрела тело. Глаза от удушливого пара начали слипаться. Хизер не помнила, как дошла до комнаты и забралась под одеяло, практически сразу погрузившись в спасительный сон.

Глава 8: Психический диссонанс

Элли блаженно потянулась, не открывая глаз. Какой же ей дивный сон приснился!.. Будто бы она очнулась в доме у голубоглазого незнакомца с пепельными волосами, и он сказал, что отныне она вампир. Потом Элли выяснила, что Департамент, в котором работает ее сестра, занимается охотой на нечисть, а, приехав домой, лично в этом убедилась. Но интереснее всего было то, что Кристал тоже являлась потенциальным вампиром. Как выяснилось, вампиризм — это что-то вроде вируса, передающегося по наследству. От укуса или питья крови вампира человек таким же не станет…

Элли зевнула и открыла глаза. Чувствовала она себя прекрасно. Никакого жара, озноба и тошноты. Появилось даже здоровое чувство голода. Девушка села на кровати и прислушалась. У сестры в комнате болтал телевизор. Похоже, у Кристал сегодня выходной. Элли улыбнулась, закусив губу. Раз такое дело, надо ее куда-нибудь вытащить. Сколько времени они уже не выбирались куда-нибудь вдвоем?

Вдруг что-то острое кольнуло нижнюю губу. Элли провела по ней языком, слизывая каплю крови. Элли похолодела. Она поспешно ощупала зубы и подскочила на кровати. Сердце бешено заколотилось. То, что недавно казалось ей сном предстало перед ней страшной явью. Мирный день сразу же предстал в мрачных красках.

— Нет, — тихо сказала Элли. — Нет, нет, нет…

Она вскочила на ноги, пересекла комнату несколько раз и оцепенела. Она была дома.

Как она здесь оказалась? Когда? Элли отчетливо помнила, что оставалась в апартаментах Джеральда в Сан-Фернандо и ложилась спать в выделенной ей комнате. И как так получилось, что сейчас она расхаживает без одежды? В голову тут же полезли разные мысли интимного характера. Элли крепко зажмурилась и замотала головой. Она не хотела верить, что Джеральд ее хоть пальцем тронул.

«Кристал бы ему голову оторвала!» — промелькнула в голове паническая мысль, и Элли не знала, за кого боялась больше: за сестру или Джеральда.

Каэлиш метнулась к заметно опустевшему шкафу. Лишь потом обратила внимание на два чемодана в углу комнаты. Элли мотнула головой. Нет, ей не померещилось. Чемоданы стояли в комнате. Только не в том месте, где она их оставила перед выходом из комнаты. Элли отчетливо помнила, как их собирала и как с ними уезжала.

«Не померещилось же мне?» — с сомнением подумала она.

Голова у юной Каэлиш шла кругом. Она поспешно открыла один из чемоданов и принялась в нем копаться. На кровать полетел комплект нижнего белья, джинсы и топ на тонких лямках. Элли быстро во все облачилась и взглянула на себя в зеркало.

— Боже мой, — пробормотала она, взлохматив волосы. Как обычно бывало после ванной, они сильно распушились и теперь походили на львиную гриву. Дикий взгляд ни на чем не мог сосредоточиться. Кожа побледнела, а лицо осунулось. В придачу еще и от голода сводило живот.

Элли сглотнула слюну, вспомнив чем ей придется питаться. Она вытащила из сумку расческу и принялась приводить волосы в порядок. Руки дрожали. Но монотонное занятие хоть немного отвлекало Каэлиш от потока вопросов и ужасных мыслей.

Вдруг отражение пошло рябью. Элли замерла. Она несколько раз моргнула и даже мотнула головой, проверяя, не привиделось ли ей это?

Рябь с зеркала никуда не ушла. Наоборот, она только усилилась. Элли коснулась гладкой поверхности зеркала и провела по нему рукой. На глазах у изумленной девушки отражение начало меняться. Рыжие пушистые волосы сменились темными. Лицо стало более узким и бледным. Фигура — стройнее. Вместо одетого топа и джинсов — красное платье с глубоким декольте и пышными кружевами старинной моды (краем сознания Элли отметила, что век XVIII или XIX). Лиф плотно обтягивал большой бюст. Волосы собраны в высокую замысловатую прическу, а пара прямых прядей падали на открытые плечи. Незнакомка казалась безмятежной и миниатюрной. И дремала на том же стуле, на котором сидела Элли, подперев рукой щеку.

Юная Каэлиш задрожала. Она взглянула на себя, потом еще раз в зеркало. Нет, в ней ничего не поменялось. Те же рыжие волосы, та же одежда, в которую она одевалась… почему в отражении другая?!

— Кажется, пора к психиатру, — дрогнувшим голосом пробормотала Элли.

Девушка в отражении вздрогнула и открыла глаза. Они у нее оказались разными: правый синим, левый зеленым.

— Ты кто? — вырвалось у Элли. Она сразу же заткнула себе рот рукой и подумала, что не стоило разговаривать с галлюцинацией.

— Я Рейчел. А ты… ты Элли, верно? — чуть склонив голову на бок, спросила девушка из отражения.

Элли кивнула, чувствуя, как пересыхает горло. С одной стороны, ее сковывал ужас, а с другой — разбирало любопытство.

— Откуда ты знаешь мое имя? — настороженно спросила Элли. Любопытство все-таки пересилило, и девушка решила, что ничего страшного в том, чтобы еще немного поговорить с галлюцинацией, не будет.

Рейчел задумчиво взглянула на Элли. В ее глазах отразилось понимание.

— А, ты ничего не знаешь, — улыбнулась она, а затем чуть нахмурилась. — Для начала поешь. Подобная информация на голодный желудок будет плохо воспринимается, — мягко посоветовала она. Элли проигнорировала рекомендации глюка.

— Скажи, а я попытаюсь понять, — уже более твердым голосом сказала она.

Рейчел тяжело вздохнула. Она не помнила, каково это быть пробужденной, но могла представить, как она должна была себя чувствовать. Особенно в подобной ситуации.

— Хорошо, я скажу, — кивнула Рейчел. Элли пыталась уловить хоть какие-то эмоции в слегка подернутых легкой пеленой глазах собеседницы, но безуспешно. Рейчел по-прежнему казалась невозмутимым океаном спокойствия. И, наконец, она продолжила, собравшись с духом:

— Мы в одном теле. Я, ты и Хизер.

Элли показалось, что она ослышалась. Слова Рейчел походили на бред сумасшедшего. Как она может быть с кем-то в одном теле?!

«Достаточно того, что я с глюком разговариваю», — сердито напомнила себе Элли.

— Ты врешь! Этого не может быть! — уверенно заявила она.

Элли решила, что надо заканчивать разговор с глюками и отвернулась от зеркала. Ее колотила нервная дрожь. Да, у нее с детства были проблемы с психическим здоровьем, но галлюцинаций ни визуальных, ни слуховых она за собой не замечала. Да и на учете у психолога никогда не стояла. Элли им попросту не доверяла.

Взяв себя в руки, Элли решила, что лучшим решением проблемы будет разговор с Джеральдом, если он здесь. И Кристал. Родная сестра ей всегда поможет.

Девушка выскользнула за дверь и прислушалась. Снизу она услышала знакомые голоса. Элли поспешила вниз. На лестнице у нее подогнулись ноги, и она едва не упала. Перед глазами все поплыло, а живот снова свело от голода. Голоса внизу смолкли. Элли, наконец, смогла продолжить спуск и сошла с лестницы. К ней стремительно приближались Кристал и Джеральд.

— Что происходит? — прямо спросила Элли. — Как мы здесь оказались?! Что…

Элли махнула рукой и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы не поддаться подкатившему отчаянию и подступившим слезам. Резкое перемещение в пространстве, разговор с глюком… Элли окончательно запуталась в пространстве и времени.

Кристал и Джеральд многозначительно переглянулись. Элли с подозрением на них покосилась — ей показалось, что оба от нее что-то скрывают.

— Для начала расскажи, что случилось, — осторожно начал Джеральд.

— Что случилось?! — сорвалась Элли. — Это ты мне расскажи, как я здесь оказалась! Мы ведь уезжали в Сан-Фернандо, так?

Кристал и Джеральд снова переглянулись. Элли показалось, что еще более красноречиво. Нет, они точно знают, что происходит!

— Мы все тебе расскажем, — примирительно сказала Кристал. — Но для начала перестань кричать.

Элли опустила взгляд. Наконец, Каэлиш сумела взять себя в руки. Она отпустила перила и чуть не упала — ноги резко подогнулись, а силы совсем оставили. Снова вернулось чувство голода.

«Кристал!» — в панике подумала Элли. А что, если она вцепится ей в горло?! Джеральд же предупреждал ее о таком возможном развитии событий!

Наставник взял Элли под локоть и провел ее до дивана в гостиной. Сам устроился рядом с ней, зорко наблюдая за состоянием девушки. Кристал устроилась напротив. Элли скосила глаза на Джеральда. Ей показалось странным, что он не попросил Кристал уйти куда-нибудь подальше от проголодавшегося вампира.

Элли перевела взгляд на сестру. Всего на мгновение она представила, как вонзает ей в горло клыки. И практически сразу испытала такое отвращение, что ее даже затошнило. Элли отвернулась и прикрыла на всякий случай рот рукой. Впиваться в горло Кристал у нее не было теперь ни малейшего желание. И не только по причине, что она ее сестра. Было что-то еще, чего Элли не могла объяснить словами.

— Будет сложно, но я попытаюсь объяснить, — сказал Джеральд, вернувшись в гостиную. Каэлиш вздрогнула. Она и не заметила, как Наставник куда-то отходил.

— Рик привезет крови, но придется немного подождать. Потерпишь немного? — взглянул он на Элли. Она промолчала. Как бы юная Каэлиш не хотела обойтись без крови, разумом она понимала, что ничего из этого не выйдет. Только хуже себе сделает.

Собиравшись с духом, Джеральд заговорил:

— Я не знаю как, но так получилось, но ты не одна в своем теле. Там есть еще двое. Одну зовут Рейчел, вторую — Хизер. Они странноватые, но неплохие. И… в общем, когда они выходили на связь, тебя не было, а эти дни из твоей памяти выпали. Собственно, и у меня в первый день проснулась не ты, а Рейчел. С тобой я познакомился на второй день. Еще удивился, почему ты сразу не спросила о родных, а, оказалось, что это была вовсе не ты.

Элли взглянула на Джеральда как на сумасшедшего. Она представила, как вскакивает на ноги и кричит ему, что такого не может быть, он врет и так не бывает, но не сделала этого. Во-первых, на истерики у Элли не было сил, а, во-вторых, глюк в отражении говорил то же самое.

«И глюк звали Рейчел», — вспомнила Элли. У нее задрожали руки.

— Я не стал тебе этого говорить в первый день. Ты и так была слишком расстроена, — осторожно добавил Джеральд.

— Я с ними разговаривала, — добавила Кристал, с жалостью взглянув на сестру. — И я даже не знаю, что тебе сказать. От их присутствия в твоей голове я лично восторга не испытываю, а как личностей не знаю.

В гостиной повисла тишина. Солнечный свет просачивался сквозь полупрозрачный тюль и теплым покрывалом ложился на плечи собравшихся в гостиной. Только вот этого тепла не чувствовал никто из присутствующих. Гостиная была окутана удушающими чувствами тревоги и тяжелого гнета.

Элли казалась оцепеневшей. Джеральд, всерьез опасаясь за психическое здоровье подопечной, провел у нее перед глазами сначала рукой, а затем тронул за плечо. Элли не отреагировала. Кристал пересела к сестре и взяла ее за руку. Она показалась охотнице безжизненной, ибо настолько была холодной.

Элли пошевелилась. Она издала неясный звук, похожий на всхлип. Кристал сочувственно на нее взглянула. Она и рада была бы чем-нибудь помочь, но понятия не имела, как действовать в подобных ситуациях. В Департаменте ее все чувства научили держать в руках, поэтому с слишком эмоциональной Элли Кристал бывало иногда немного сложно общаться.

Однако через пару мгновений плач перешел в нервный смех. Юная Каэлиш пыталась успокоиться и подавить его, но безуспешно. А недоуменные лица Джеральда и Кристал лишь сильнее заставляли ее сгибать пополам от смеха — насколько смешными они ей показались. Наконец, совладав с собой, Элли сумела произнести:

— О раздвоении личности я слышала. Но, чтобы трое…

Кристал переглянулась с Джеральдом. Оба позволили Элли выплеснуть эмоции, ожидая, что все будет намного хуже.

— Не смотрите на меня так, — сердито произнесла Элли. — Я в порядке. Просто… просто мне все нужно это обдумать. Уложить в голове…

Она поднялась на ноги и медленно побрела к лестнице. Сейчас она никого не хотела видеть. Элли желала одного: забраться под одеяло с головой, свернуться там калачиком и пролежать так целый день.

— Элли, — окликнул ее Джеральд. Та остановилась и чуть повернула голову, всем видом давая понять, что внимательно слушает.

— Может, ты и изменилась, но это не значит, что прежняя жизнь закончилась, — негромко произнес он. — Может, стоит к ней вернуться?

Элли не ответила и продолжила путь к себе. Все за какие-то два дня (а то и больше) перевернулось с ног на голову. Она не была уверена, что теперь вообще сможет вернуться к прежней жизни.

Едва Элли переступила порог своей комнаты, как на нее навалилась апатия. От внутреннего опустошения и голода ей едва хватило сил дойти до кровати. Искоса Элли взглянула на зеркало. Рейчел никуда не исчезла, продолжая дремать в отражении. Юная Каэлиш нервно дернулась. Вскочив, она схватила с кровати покрывало и поспешно накинула его на зеркало, чтобы не видеть Рейчел. А затем захлопнула окна и задернула шторы, чтобы даже случайно не увидеть другую. После приступа активности Элли села прямо на пол и дала волю слезам. Выплакавшись, девушка почувствовала себя намного легче.

«Может, Джеральд прав?» — подумала Элли и взглянула на чемоданы, стоящие в углу. С трудом поднявшись на ноги, Элли до них дошла и принялась искать ноутбук. Он обнаружился почти сразу вместе с зарядным устройством. Элли подключила его к сети, села на кровать и положила к себе на колени.

Оказавшись в привычной атмосфере общения, Каэлиш даже немного повеселела, разгребая то количество сообщений, которое ей пришло во время ее отсутствия. А ведь друзья и правда беспокоились, интересовались, куда пропала и все ли у нее в порядке. Кто-то даже писал Розе и Кристал.

Рассеянно Элли отметила, что пропустила две вечеринки, а третья должна была состояться сегодня.

«Может, стоит сходить?» — с сомнением подумала Элли. Она все еще не была уверена, что сможет вернуться к нормальной жизни. Невольно девушка начала размышлять, а как бы отнесся кто-нибудь из ее друзей к подобной перемене. Например, был у нее один друг, помешанный на вампирах…

«Он бы точно обрадовался», — усмехнулась Элли. А на вечеринку все-таки решила сходить. В конце концов, что она теряет?

Элли подняла рассеянный взгляд на часы и с удивлением обнаружила, что соцсети затянули ее на добрых пару часов. Сбор был назначен на девять вечера. Времени было еще много. У Элли было достаточно времени подумать, что надеть. Правда, идти придется без макияжа. Элли искоса взглянула на зеркало. Ей пришла ироническая мысль, что легенда об отсутствии отражения у вампиров возникла не на пустом месте. Элли на мгновение задумалась, как она выглядела со стороны, разговаривая с Рейчел. И зависла, ибо воображение ее дало сбой. Элли тряхнула головой и попыталась встать с кровати. Сил у нее не хватило даже на это простое действие.

«Если так пойдет и дальше, я просто никуда не смогу пойти. Где Джеральд с… едой?» — с тоской подумала Элли. Она старалась не думать, чем ей придется восстанавливать силы. 

Словно по мановению волшебства в дверь раздался стук. Элли оценила расстояние и поняла, что попросту до нее не дойдет.

— Открыто, — негромко сказала она.

Дверь распахнулась, и в комнату вошел Джеральд. В руках у него был переносной холодильник. Он скользнул оценивающим взглядом по воспитаннице. Говорить ничего не стал, а просто поставил рядом с девушкой небольшой холодильный ящик.

— Здесь хватит на нас двоих. Можешь не переживать — наешься до отвала, — улыбнулся Джеральд.

— Спасибо, — тихо сказала Элли и откинула крышку ящика. Внутри оказалось не меньше десятка пакетов с кровью. Юная Каэлиш сглотнула голодную слюну и чуть ей не подавилась. Она заметила внимательный взгляд Джеральда и чуть порозовела.

— Не смотри, — буркнула Элли и взяла первый пакет с кровью. Она не запомнила, как в него вцепилась, опустошив едва ли не за раз. Краем сознания Каэлиш отметила, что острые клыки как нельзя лучше подходят для пробивания плотного материала, из которого был сделан пакет.

Элли пила до тех пор, пока слабость из тела не ушла окончательно. Последний пакет она допивала уже из принципа — не пропадать же добру, когда нет аппетита?

Каэлиш отодвинула холодильник в сторону и закрыла его. С удивлением обнаружила, что опустошила аж целых четыре пакета с кровью. Элли искоса взглянула на Джеральда. Он улыбался. Но в глазах его девушка заметила голодный блеск. Поколебавшись, она взяла холодильник и протянула его Наставнику.

— Спасибо, — тихо произнесла Элли. Говорила девушка искренне — она и в самом деле была благодарна Джеральду за заботу. — Вечером у Энди намечается вечеринка… я бы сходила туда. Может, ты прав и стоит немного развеяться… составишь мне компанию? — спросила Элли. Запоздало Элли поняла, как это звучит и покраснела едва ли не до кончиков ушей.

— В смысле… я не знаю, на что способна, — быстро добавила она. — И могу случайно кому-нибудь навредить…

— Следить за тем, чтобы ты не натворила глупостей, это моя обязанность как Наставника, — ответил Джеральд с усмешкой. — Не волнуйся.

Элли стало немного легче.

— Как ты после всего… этого? — неопределенно обвел взглядом пространство Джеральд. Элли отвернулась.

— Не сказать, что нормально, — ответила Каэлиш. — Слегка чокнутой я была всегда… — Элли хихикнула. — По крайней мере, теперь знаю, что не с глюком разговаривала.

— С глюком? — изогнул бровь Джеральд.

Элли собралась с мыслями и поведала об утреннем разговоре с Рейчел. Джеральд был настолько изумлен, что даже не сразу нашелся, что сказать.

— Невероятно, — пробормотал он, пытаясь представить общение двух личностей в одном теле. У Джеральда воображение тоже сломалось, и он предпочел сменить тему.

— Во сколько собирается вечеринка?

— В девять, — ответила Элли. Она опустила взгляд и решилась задать давно терзавший ее вопрос:

— Сколько меня не было?

Джеральд ответил не сразу, задумавшись.

«Всего три дня прошло, а такое чувство, будто минуло несколько лет», — с удивлением подумал Джеральд.

— Три дня, — ответил он. Элли вздрогнула.

— Надеюсь, за это время ничего не случилось? — осторожно спросила она.

Джеральд отвел взгляд. Этого вопроса он опасался больше всего. Элли не сводила с него пристального взгляда. Но потом поняла, что ничего не добьется и задала еще один мучавший ее вопрос:

— Джеральд, а почему я не набросилась на Кристал? Ты говорил, что молодые голодные вампиры могут кого-нибудь убить от голода.

— Не так все просто, — помедлив, ответил Джеральд. — Даже слетевший с катушек вампир не станет пить кровь непробужденного, если чувствует с ним родство. Пусть оно будет на малую долю, но и этого будет достаточно. Ты и Кристал — единокровные сестры. Ты почувствовала в ней родную кровь Каэлишей, и в голове сработала «защита крови» — мы так называем этот механизм. И при всем желании не сможешь пить ее кровь. Вампир другой крови, например я, смогу, потому что не чувствую в ней свою. Она — потенциальная Каэлиш, а я Ашес. Забавно, что Конспираторы все вывернули наизнанку. Люди долгое время думали, что вампир в первую очередь приходит по душу родных и обращает их, а это просто просыпался вампирский ген, — ухмыльнулся Джеральд. — А вот Розе или Лине ты вполне могла нанести вред, если бы они показались в гостиной, — уже серьезнее сказал Джеральд.

Элли внимательно его выслушала, перебирая пальцами тонкое одеяло. Воспользовавшись моментом, Джеральд открыл переносной холодильник и с удовольствием опустошил пару пакетов с кровью.

— То есть, я могу находиться рядом с Кристал в любом состоянии? — уточнила Элли. — Как, например, сегодня, и не бояться вцепиться ей в горло?

— Примерно так, — кивнул Джеральд.

— И все-таки… что-нибудь серьезное случилось за те три дня, что меня не было? — осторожно спросила Элли.

— Нет, — ответил Джеральд быстро. Элли с подозрением на него взглянула. — Собирайся и зайди ко мне, как настанет время выходить. Я буду у себя.

С этими словами Джеральд развернулся и вышел из комнаты Элли. Она удивленно и озадаченно смотрела на закрытую дверь, словно она могла дать ответы на терзавшие ее вопросы.

— Похоже, я очень много всего пропустила, — пробормотала Элли.

Она взглянула на чемоданы, затем снова на дверь и сердито махнула рукой. И правда стоит поискать что-нибудь подходящее для вечеринки. Не слишком вызывающее, но создающее легкий эффект интереса в особенности для противоположного пола.

Элли вспомнила Эндрю и помрачнела. Нет, хватит с нее отношений. Слишком много боли они ей принесли. Девушка принялась перебирать содержимое чемодана и не заметила, как это занятие подняло ей настроение. Из головы сами собой удалились все лишние мысли. А, может, Элли просто не хотела думать о том, в каком положении оказалась.

***

На вечеринку Джеральд и Элли немного опоздали. И не потому, что девушка слишком долго собиралась. С ними навязалась Кристал. Попытка отговорить охотницу ехать с ними с помощью ментальных техник со стороны Джеральда едва не закончилась дракой. В конце концов ничего не оставалось, кроме как взять ее с собой. Встревать с ней в спор в машине Джеральд не стал — прихваченное табельное оружие вполне могло обернуться и против него. Да, он выстрел в сердце и в голову переживет, но приятного в том было мало.

Всю дорогу сестры Джонс молчали. Элли сидела, уткнувшись в электронную книгу, а Кристал с мрачным видом смотрела в окно.

Джеральд искоса поглядывал на сестер, различавшихся по внешнему виду как день и ночь. Элли явно была настроена на развлечения и, возможно, легкий флирт, а Кристал выглядела так, словно собралась на войну. Впрочем, глядя на Каэлиш, Джеральд сильно сомневался, что та сумеет расслабиться. Вид у Элли был несчастный, а губы плотно сжаты.

Джеральд остановил машину около нужного дома. Музыку было слышно даже на улице. Свет дискошара падал из парадных дверей на небольшую каменную дорожку. До слуха Элли донесся смех и громкие разговоры. Она подняла голову и с опаской выглянула в окно. Элли охватили сомнения. Она так и сидела, взявшись за ручку двери и не решаясь выйти из машины. Кристал толкнула ее в бок и ободряюще улыбнулась. Элли слабо улыбнулась в ответ и распахнула дверь, выбираясь наружу. Кристал вышла следом. Джеральд стал замыкающим в их компании, поставив машину на сигнализацию. Воспользовавшись тем, что Элли до сих пор осматривается, Джеральд взял ее под локоть и тихо сказал:

— Помни про свои клыки. Я не смогу запудрить мозги всем сразу — здесь слишком много народу. Чуть позже я тебя научу наводить морок на сознание собеседника.

Элли кивнула. Троица направились к парадной.

— Кристал! Элли! Боже, как я давно вас не видела!

Девушек поочередно обняла высокая блондинка, чмокнув обеих в щеку.

— Мы тоже тебя рады видеть, Федерика, — сдержанно ответила Кристал. Девушка просияла и крикнула:

— Эй, смотрите, кто пришел!

Элли качнула головой, не сумев сдержать улыбки. Как будто и ничего не поменялось…

— Мы так волновались! Элли, ты куда пропала?! До тебя никто не мог дозвониться четыре дня! Ни на одно сообщение ответа не было!

— Я была в больнице и очень плохо себя чувствовала, — отозвалась Элли с улыбкой.

— Ага, один день так вообще только спала, — подтвердила Кристал. Сестры переглянулись быстрым многозначительным взглядом. Обе понимали, что правду незнающим людям знать необязательно.

— Ой, а что за красавчик с вами? — тут же сменила тему Фередика, сочувственно взглянув на Элли. Видимо, это она посчитала достаточным. Юная Каэлиш была ей даже благодарна за отсутствие любопытства, ведь тогда пришлось еще что-нибудь выдумывать.

— Это Джеральд, — представила Наставника Элли. — Он… он вроде как нас сопровождает, — неуверенно произнесла она.

— Я их друг, — с очаровательной улыбкой произнес Джеральд. Сестры Джонс искоса на него взглянули, но ничего не сказали.

— Я всех друзей Элли и Кристал знаю, а вас в первый раз вижу, — менторским тоном заявила Федерика. Кристал усмехнулась.

— Ты и половины моего окружения не знаешь, так что не зарекайся, — сказала она.

— Как выяснилось, даже я не все о ней знала, — заметила Элли.

Федерика отмахнулась от обеих и оценивающе взглянула на Джеральда. Он на нее. Через мгновение девушка улыбнулась и снова переключила внимание на сестер.

— Что же мы тут стоим?! Пошли в дом! Там сейчас самое интересное происходит!

Подхватив Элли и Кристал под руку, Федерика увлекла их в дом, где играла какая-то клубная музыка. Элли поморщилась. Федерика хохотнула.

— Что, уши режет? А мне нравится! — показала она Элли язык и куда-то упорхнула, оставив сестер на растерзание взволнованным и любопытным друзьям.

Их окружили едва ли не со всех сторон, забрасывая одними и теми же вопросами: куда пропали, почему не писали, кто с ними пришел и как они с ним познакомились.

Элли была рада видеть всех. В этой расслабленной и привычной атмосфере она снова почувствовала себя простым человеком. Как будто ничего и не изменилось… но Джеральд, стоящий у окна, был реален. Живое напоминание о суровой реальности.

Наконец, поток вопросов закончился. В дальнем углу комнаты началась какая-то заговорщическая и странная возня с компьютером. Элли с подозрением взглянула в тот угол, но ее отвлекла Кристал, потащив к столу с закусками. Только сейчас она осознала, что практически ничего целый день не ела, по-своему переживая за Элли.

Кристал с аппетитом набросилась на еду и алкоголь. Джеральд и Элли искоса на нее поглядывали. Каэлиш то и дело не переставала морщиться, то и дело поглаживая основание уха.

— Тебе разговоры на фоне не нравятся? — с иронией спросил Джеральд

— Музыка, — ответила Элли. — Она отвратительна. Ритм по ушам бьет. И нет никакой гармонии. А слова?! Ты хоть когда-нибудь вслушивался в слова современных песен? — взглянула Элли на Джеральда. В ее взгляде горело неподдельное возмущение. Наставник с удивлением взглянул на воспитанницу.

— Не знал, что ты разбираешься в музыке, — произнес он.

— Так я и не разбираюсь, — ответила Элли. — Мои познания ограничиваются сольфеджио и вокалом в разных техниках. Классическую музыку я воспринимаю сложно. Не умею ее анализировать. А вот хиты прошлого столетия, что-нибудь зарубежное — это уже ближе. И желательно со смыслом, а не вот это вот, — поморщилась Каэлиш.

— О, узнаю нашу Элли, — хохотнул мимо проходящий парень. — Все так же придирается к музыке и жалуется, что слушать нечего!

Элли пихнула его в плечо.

— Иди куда шел уже, — сердито сказала она. Кристал хохотнула и опустошила вторую рюмку с водкой.

— Ты поешь? — недоверчиво спросил Джеральд. Элли неопределенно повела плечами. Некоторое время она молчала, но потом решилась кое-что о себе рассказать.

— Я хотела учиться в консерватории, а Роза сказала, что знание законов нам с Кристал больше пригодится в жизни. Мы тогда сильно поссорились. А я в ответ бросила занятия вокалом. Перестала выступать на светских вечерах. Кстати, за это даже неплохо платили. Но я пошла на принцип. В общем, теперь я нигде не пою

— Она врет, — вмешалась в разговор Кристал. — Взгляни вон в тот угол, — указала она Джеральду на нескольких человек, которые что-то подключали к ноутбуку. — Готова поставить твою голову, что эта компания уже подбирает минусовки и готовит импровизированную сцену.

— Ты сама любезность, — иронично произнес Джеральд.

К сестрам Джонс подошла Федерика с хитрым выражением лица. Элли сделала вид, что ничего не замечает.

— Элли, ты помнишь традиции? — спросила она.

— Я не буду петь, — упрямо сказала Каэлиш. — У меня голос не разработан. И вообще я не в настроении, — буркнула она, взглянув на Джеральда и Кристал в поисках поддержки. Те сделали вид, что ничего не заметили. Элли нахмурилась, зарубив этот момент в памяти.

— Хорошо, — покладисто сказала Федерика. — Тогда считай, что у меня не было выбора.

— Стой! — кинулась к ней Элли, но было поздно — Фередика уже отвернулась и крикнула вглубь дома:

— Кто хочет концерт от Элли?!

Парни, стоящие у ноутбука, словно по сигналу выключили музыку, и Федерику услышали все. Элли по-тихому попыталась выскользнуть на улицу, но оказалось, что там уже были выставлены дежурные на ее перехват. Джеральд с интересом наблюдал за всем происходящим.

— Все хотят! — крикнул с лестницы Энди. — У нее ж голос как у оперной певицы!

— Сравнил тоже, — пробормотала сердито Элли, остановившись у входа и делая вид, что изучает пейзаж за окном.

— Какая ж вечеринка без музыки?! — возмутилась еще одна девушка с дивана. — Элли, не отказывайся!

— Хотим концерт! — еще заявил кто-то из угла полупьяным голосом. — Элли! Элли! Элли!ъ

Толпа быстро подхватила инициативу и начала оглушающе скандировать имя девушки. В конце концов Элли сдалась.

— Ладно-ладно! Только успокойтесь! А то полицию вызовут! Эй, диджеи в углу, вы мои условия знаете! — сурово сдвинула брови Элли.

— Конечно, — хором отозвались они.

Каэлиш фыркнула и прошла к импровизированной сцене. Ей в руки тут же вручили микрофон. Элли пару секунд с недоумением на него смотрела, а затем перевела подозрительный взгляд на парней за ноутбуком и незаметно погрозила им кулаком. Она уже поняла, что ее ждали здесь заранее. Практически ни одна вечеринка не обходилась без выступления Элли, если она на ней присутствовала.

Парни сделали вид, что не заметили ее угрожающего жеста и включили музыку. Заиграла мелодия знаменитого хита 90х — The Cranberries — «Zombie».

Элли чуть от возмущения не поперхнулась. Ни один вокалист с ходу не споет на расщеплении!

«Ладно, я вам это еще припомню», — подумала Элли и запела в совершенно другой технике. Знаменитая песня зазвучала по-другому и поневоле заставила все голоса стихнуть. Даже не самые трезвые гости затаили дыхание.

Джеральд оказался поражен. Если бы Элли от него сейчас отгородили ширмой, он бы ни за что не узнал ее по голосу. Слова, музыка и голос его очаровали. Он ни за что бы не подумал, что его воспитанница на такое способна.

«А я ведь и правда ничего об Элли не знаю», — подумал Джеральд. Нехотя он себе признался, что не особо и Рейчел с Хизер знает. Но у них была другая проблема — они сами ничего о себе не помнили.

Взглядом Джеральд отыскал Кристал и медленно пробрался к ней. Она его заметила и негромко сказала:

— Хорошая песня. Кто-то говорит, что она помогла остановить войну.

Кристал отвернулась и смахнула навернувшиеся слезы. Джеральд покосился на стол с едой, мысленно подсчитывая, сколько она выпила.

— Мне казалось, суровые женщины вроде тебя не плачут, — с иронией произнес он.

— Заткнись, — огрызнулась Кристал.

Элли продолжала петь. Джеральд никогда не был фанатом музыки, но на припеве его неожиданно проняло. И не только на припеве. Вообще вся песня вдруг показалась ему настоящим открытием, ибо раньше он не задумывался ни над событиями, которым она посвящена, ни над смыслом слов.

— Невероятно, — пробормотал он.

Со временем к глубокому и наполненному печалью голосу Элли присоединились и остальные. Дом наполнялся разными голосами, которые шли за ведущим.

Джеральд недоверчиво огляделся по сторонам. Ему показалось или люди сидели словно под гипнозом? Даже Кристал и та прикрыла глаза, негромко подпевая.

Тряхнув головой, он закрылся ментальным барьером. Песня и чарующий голос Элли тут же потерял над ним власть. Но и песня подходила к концу. Кое-кто даже не сумел сдержать слез. Прозвучали последние ноты. Элли невольно приковала к себе взгляды всех присутствующих. Через мгновение раздались аплодисменты, свист и пожелания исполнить что-нибудь еще.

— Хватит с вас! — возмутилась Элли и осеклась. Краем глаза она заметила Джеральда, который пробирался к импровизированным диджеям.

— Поставь еще что-нибудь, — попросил он. Элли с возмущением взглянула на Наставника. Тот сделал вид, что ничего не заметил.

— Обязательно! — восторженно ответил парень.

Он сделал пару щелчков на ноутбуке и включил следующую минусовку. Это оказалась песня финской группы Nighwish под названием «Nemo».

Элли чуть не задохнулась от возмущения. Уж от кого, а от Джеральда подобной подставы она не ожидала.

Первые ноты заполнили дом. Ничего не оставалось, кроме как поддаться музыке и запеть. Джеральд не стал ставить ментальные барьеры, вслушиваясь в чистое звучание голоса подопечной. И с каждой новой строчкой у него возникало невольное чувство, будто Элли рассказывает о себе. О тех днях, которые не помнит.

Джеральд выставил ментальные барьеры, и влияние голоса Элли ослабло. Да, звучал он по-прежнему красиво, но уже не нес такого смысла. Песня звучала вполне обычно.

— Такое чувство, будто она о себе рассказывает, — пробормотала рядом стоящая Федерика.

Джеральд ей не ответил, не отрывая взгляда от Элли.

«Ну и ученицу мне подсунули», — подумал Джеральд.

До этого дня он о Сиренах только слышал. Так называли вампиров, что с помощью голоса и ментальных техник могли практически управлять толпой. И не всегда они это делали с помощью песен. Ораторское мастерство и пропаганда действовали не хуже, если вампир преследовал определенные цели.

«Что же будет, когда Элли полностью овладеет подобным искусством?» — с изумлением подумал Джеральд.

Такими умениями даже не каждый опытный вампир мог похвастаться. Чтобы влиять на одного много умений было не надо, а вот на толпу мало у кого хватало ментальных сил. Все предпочитали использовать либо ситуацию, либо настроение народа, плотно сплетая клубок интриг.

Песня закончилась. Элли поспешила покинуть импровизированную сцену, пока еще что-нибудь не включили. Вслед девушке раздались аплодисменты. Элли так и не поняла, как у нее в руках оказалась открытая бутылка с вином. Каэлиш из вежливости сделала небольшой глоток и начала забрасывать вопросами друзей, чтобы не заставили ничего больше ничего исполнять.

Джеральд двинулся к Элли, но его перехватила по дороге Кристал. Хватка у нее была такой, что без боевого сопротивления было не освободиться. Ему ничего не оставалось, кроме как последовать за охотницей в уединенный уголок.

— Мне показалось или Элли попыталась на кого-то повлиять? — хмуро спросила Кристал.

— Не показалось. Но сомневаюсь, что она сделала это специально. Таких, как она, называют Сиренами.

Кристал вопросительно изогнула бровь.

— Прости?..

— Слухи породили мифы, — усмехнулся Джеральд. — Всегда проще обвинить сверхъестественные силы, чем признать собственную глупость. С навигацией лет двести назад и так было не ахти, так представь, что было еще раньше.

Кристал, не мигая, смотрела на Джеральда, ожидая продолжения.

— Среди нас Сиренами называют тех, чьи ментальные техники распространяются на голоса. И таких среди вампиров немного. Охотников не зря учат избегать зрительного контакта.  Можно, конечно, и с ходу по сознанию вдарить, но это уж совсем крайний случай. Сирены способны вложить ментальную технику в голос. И неважно, будет это песня или трибуна на конференции, — пояснил Джеральд.

Кристал задумалась. Ничего подобного она даже от охотников не слышала.

— Элли!

Охотница вздрогнула и резко обернулась к дверям. Этот голос она узнала. Взгляд у нее опасно потемнел, а рука сама собой потянулась к табельному оружию. Заметив эти поползновения, Джеральд деликатно кашлянул.

— У меня два вопроса: кто это и за что ты так хочешь вышибить ему мозги, — тихо сказала Джеральд, тем самым отвлекая Кристал от опасных мыслей. Она с сожалением убрала ладонь с кобуры и убрала ее в карман.

— Это Эндрю Браун. Он встречался с Элли. До недавнего времени, — выплюнула Кристал.

Джеральд взглянул на воспитанницу. Она с гордо поднятой головой и выпрямленной спиной вышла на улицу в компании таинственного Эндрю, которого Джеральд так и не успел разглядеть.

— Пожалуй, мне стоит с ним поговорить, — медленно произнес он, взглянув на Кристал. — Не хватало еще, чтобы он случайно сунул нос не туда.

Кристал, помедлив кивнула.

— Я даже не стану возражать, если ты хорошенько прогреешь ему мозги ментальным ударом, — буркнула Кристал.

Джеральд оставил охотницу и выскользнул на улицу вслед за Эндрю и Элли. Молодых людей он нашел на заднем дворе. Они стояли вдали от всех около дороги и отнюдь не мило беседовали. Элли стояла, скрестив на груди руки. Эндрю выглядел уверенным в себе. Джеральд бы даже сказал, самоуверенным. Их силуэты очерчивал серебристый лунный свет.

Джеральд прикинул, что на вид Эндрю столько же лет, сколько и Элли. Высокий мускулистый парень с каштановыми короткими волосами, загорелой кожей в обтягивающей футболке и узких джинсах пытался завоевать внимание непреклонной девушки.

— Я же извинился! — с легкой обидой произнес Эндрю.

— И что с того?! — резко ответила Элли. — Думаешь, это тебя хоть как-то оправдывает?! Я тебе все сказала!

Она развернулась и собралась уйти, но Эндрю схватил ее за руку и развернул к себе.

— Ты не можешь так просто уйти! Я тебе не позволю!

— Ты не позволишь, значит?! То есть, мое мнение тебя не интересует?! Ах да, оно тебя никогда не интересовало!

Элли резко дернулась, но Эндрю ее не отпустил.

— Простите, что вмешиваюсь, — кашлянул Джеральд и выразительно взглянул на Эндрю. — Но что непонятно в слове «нет»? По-моему, девушка ясно выразилась, что не желает с вами разговаривать.

Эндрю окинул Джеральда холодным взглядом.

— Тебя не касаются наши дела. Иди куда шел.

— Как раз касаются! — прошипела Элли и все-таки высвободилась из хватки Эндрю. Она подошла к Джеральду и взяла его под руку.

— Познакомься, это Джеральд Крейн. Мой парень, — с вызовом сказала Каэлиш.

Джеральд оказался подобным заявлением застигнут врасплох.

— И он, в отличие от тебя, считается с моим мнением. А теперь будь добр, исчезни с глаз моих. И из моей жизни, — холодно сказала Элли, пристально глядя на Эндрю. Тот поджал губы и враждебно взглянул на Джеральда.

— Для всех будет лучше, если ты покинешь эту вечеринку, — негромко произнес Ашес. Он подкрепил слова ментальной техникой.

— Хорошо, я уйду, — медленно произнес он. — Но не думай, что я сдамся, — сказал Эндрю Элли. Он развернулся и побрел к машине. Каэлиш с облегчением выдохнула.

— Твой парень, значит? — усмехнулся Джеральд. Элли зарделась.

— Прости. Иначе он бы не отстал. Я просто устала от него. Когда только все начиналось, было здорово. Он казался мне настоящим романтиком, — вздохнула Элли. — А потом… в него словно бес вселился. Так не одевайся, туда не ходи, этого из друзей удали… начал следить за мной. Мне это надоело. Я хотела просто поговорить, а все вылилось в скандал. Так я еще и виновата осталась в том, что он, видите ли, переживает! Я хотела порвать с ним. Но Эндрю так извинялся… я согласилась на встречу на следующий день. Это была плохая идея. Кстати, это ведь в тот день меня сбила машина, — вспомнила Элли.

Джеральд внимательно взглянул на воспитанницу.

— Что? — не выдержала она пристального взгляда Наставника.

— Да вот закралась мысль, что за тобой следил не только Эндрю, — медленно проговорил Джеральд. — Я предлагаю вернуться домой. Наверняка бывший тебе все настроение испортил.

— Да, наверное…

Элли обернулась на дом, откуда раздавалась громкая музыка и смех.

— Может, и правда все не так плохо. Да, я стала немного другой, но и только. Если бы не еще две, я, может, смогла вернуться к нормальной жизни. Свыклась бы с тем, кто я есть.

— Свыкнешься. Мне первое время тоже было тяжело. Я вообще оказался оторван и от семьи, и от привычной жизни. Тебе еще повезло, — улыбнулся Джеральд Элли. — Все мы когда-то были людьми, — ответил он на ее удивленный взгляд. — Просто многие предпочитают об этом забыть. Пойдем, найдем Кристал и поедем домой.

Элли кивнула.

— Я буду ждать вас около машины.

Она отпустила Джеральда и направилась на парковку. Джеральд быстро разыскал хмурую охотницу и жестом указал на выход. Кристал его поняла и кивнула. В скором времени все трое направлялись домой.

***

Дома Элли почувствовала себя намного спокойнее. Время было далеко за полночь, и девушку клонило в сон. Однако, вспомнив, что она в теле не одна, Элли испугалась. Это получается, она снова уснет и неизвестно когда проснется? Запоздало промелькнула мысль, что Джеральд ей так и не рассказал, что происходило в ее отсутствие.

Последняя мысль заставила Элли похолодеть. Днем девушка гнала их от себя подальше, а сейчас поняла, что бежать от них не получится. Действия одной — ответственность всех.

Поколебавшись, Каэлиш выбралась из постели и направилась к гостевым апартаментам. К счастью, Наставник еще не спал и открыл дверь по первому требованию.

— Расскажи мне все, что происходило в мое отсутствие, — выпалила Элли с порога.

Джеральд внимательно взглянул на воспитанницу. Она была настроена решительно. Да, все еще не до конца переварила все, что на нее свалилось за столь короткий промежуток времени, но уже была готова воспринимать подобную информацию и не сорваться в истерику.

— Идем. Разговор будет долгим, — произнес Джеральд и посторонился.

— Давай на кухне. Я кофе сварила и приготовила закуски… если хочешь, и тебе сварю, — спохватилась Элли. И почти сразу поникла. — Хотя, наверное, для нас все это не имеет смысла, да?

— Только эстетический, — улыбнулся Джеральд. — Хоть пользы от нормальной человеческой еды нет, но вкус пока что я еще чувствую.

— Пока что? — удивленно спросила Элли.

— Спячки две-три, и вместо горького, сладкого и всего остального останется только привкус пепла во рту, — кивнул Джеральд. — Организм сможет воспринимать только кровь.

— Такая себе перспектива, — скривилась Каэлиш.

Вампиры спустились вниз. Пока Элли заваривала ему кофе, Джеральд начал рассказ, не утаивая ничего. Слушая его, юная Каэлиш то бледнела, то некоторое время сидела в прострации, а под конец разбавила себе кофе коньяком и схватилась за голову, застыв в такой позе на долгое время. Джеральд даже начал за нее беспокоиться.

— Элли, — окликнул осторожно девушку Джеральд. Он хотел прикоснуться к ее руке, но передумал.

Наконец, Элли отмерла. Она допила кофе с коньяком, едва ли чувствуя вкус.

— Знаешь, на что это похоже? — наконец спросила она, подняв взгляд на Наставника. — Это, черт возьми, какие-то мафиозные разборки, а мы в самом их центре. Джеральд, я жить хочу, — всхлипнула Элли неожиданно для себя. К горлу подкатил комок, а на глазах выступили слезы. Совладала с собой юная Каэлиш не сразу.

— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — жестко сказал Джеральд. — Прости, я во всем виноват. Если бы Потомки ничего не узнали…

— То есть, ты думаешь, что извинение что-то изменит? — иронично спросила Элли.

Джеральд тяжело вздохнул. Да, словами делу не поможешь, это он прекрасно понимал.

— Тогда так: когда все это закончится, проси все, что хочешь, — предложил он.

— Если выживу, — уточнила Элли. — Договорились.

Наставник и ученица ненадолго замолчали.

— Тебе надо поспать, — сказал Джеральд. — У тебя был ужасный день…

— Ни за что! — мотнула головой Элли. — Чтобы опять эти две что-нибудь учинили?! Господи, почему я?! Почему не другой Каэлиш досталось то, что досталось мне?! — Элли судорожно вздохнула.

Джеральд с сочувствием на нее взглянул и осторожно взял за руку.

— Тебе нужен отдых, — мягко произнес он. — Кровь Каэлишей слишком восприимчива к окружающему миру. Я не хочу, чтобы ты пострадала еще больше.

Элли упрямо мотнула головой. Джеральд понял, что давить на нее бессмысленно и выпустил ее руку из своей.

— Тогда увидимся утром, — негромко произнес он и вышел из кухни.

Элли кивнула. К себе она отправилась лишь после того, как осушила еще полчашки коньяка.

После всех свалившихся новостей сон к девушке не шел. Но и думать обо всем, что случилось без ее ведома она не хотела. Как и всегда в подобных ситуациях на выручку ей пришел ноутбук и интернет. Мир сериалов и видео отключил на какое-то время Элли от реальности. Тяжелые мысли рассеялись, оставив после себя пустоту.

Глава 9: Отступники

Джеральд проснулся от телефонного звонка. Не отрывая глаз, он потянулся к мобильнику. Нащупав его, Джеральд понял, что у него не получится не глядя ответить на звонок. Сенсорные экраны в этом плане были хуже кнопочных телефонов двухтысячных годов.

— Да Рик, — зевая, ответил Ашес.

— Я звоню сказать, что сделка купли-продажи дома оформлена. Ключи у меня.  Вы сможете заехать в любое время, я обо всем договорился.

— Подвал есть? — тут же сменил тон на деловой Джеральд.

— Подвал, два этажа и мансарда. Все, как вы любите. О ремонтных работах в подвале я распорядился. Его уже начали переделывать в тренировочный зал. Все остальное я оставил на ваше усмотрение.

Джеральд улыбнулся. Верный и преданный слуга прекрасно знал все его предпочтения.

— Потребуется еще один комплект ключей, — задумчиво произнес Джеральд, вспомнив об Элли.

— Сделаю. О, вот еще, ваши банковские счета взломал хакер и обнулил. Я подал заявление в полицию и подключил свои связи…

Джеральд усмехнулся. Даже об этом не забыл! А ведь Потомки и правда могли отследить его и через банк…

— Я понял, надеюсь на тебя. Хм, помнится, у меня оставался резервный счет… возьми с него за все беспокойства.

На секунду в трубке повисло молчание.

— Понял. Вы как всегда великодушны. И плохая новость. Тот дом, который вы покинули, он сгорел. В скором времени за него должны выплатить страховку. Никто не пострадал, ничего важного не сгорело, но продать его уже не получится.

Джеральд резко сел на кровати.

— Что?! — выдохнул он. Рик умолк.

— Не переживайте так. Страховку точно выплатят, — растерянно произнес он.

— Да черт с ней, со страховкой! — взволнованно отмахнулся Джеральд. — Ты говорил, в доме был пожар?!

— Да, — удивленно ответил Рик.

«Здесь все было в огне, — вспомнил Джеральд слова Рейчел, когда она впервые у него появилась. — Стены, пол… потом затрещал потолок и рухнул на меня».

— Невероятно, — пробормотал Джеральд. Подумать только, его подопечная все это видела в первую ночь! А он посчитал все это очередными причудами Каэлиш.

Очнувшись, Джеральд быстро заговорил:

— Рик, пошли кого-нибудь с ключами ко мне и напиши адрес, куда ехать. Мы с Элли сегодня-завтра туда заедем.

— Сделаю, — кивнул Рик. — Куда отправлять курьера?

Джеральд назвал адрес и сбросил вызов. Он отложил телефон на тумбочку и закинул руки за голову, обдумывая то, что ему сказали.

«Значит, не добравшись до нас, Потомки решили отомстить хотя бы так», — с усмешкой подумал Джеральд.

От мыслей его отвлек второй звонок. Тяжело вздохнув, Ашес дотянулся до мобильного телефона и взглянул на высветившееся имя.

— Да, Эрик.

— И тебе доброго дня. В общем, звоню по твоей просьбе. Я пообщался с родственниками, так что на их счет можешь быть спокоен. Шпиона среди них нет. И от них же я получил тревожные новости — Отступники зашевелились. Их все чаще стали замечать в наших зонах влияния. Как бы они чего не выкинули под влиянием остальных, — многозначительно произнес Эрик.

Джеральд сел на кровати. Намек он прекрасно понял. Потомки, находясь в тени, часто применяли тактику бесконтактного боя, если в городе находились еще и Отступники. Зачем им было лично вступать в бой, если можно было сначала столкнуть два других движения, а затем добить истощенного победителя?

— Понял. Спасибо за информацию. А о других кланах ты ничего не успел разведать? — без особой надежды спросил Джеральд

— У меня для этого было слишком мало времени, — ответил Эрик. — Как только что-нибудь узнаю, сразу же сообщу.

— Да… спасибо, — ответил Джеральд и сбросил вызов. Он с досадой поморщился. Пять лет держался подальше от политики и вот пожалуйста — о том, что Потомки могут Отступников натравить на Верных он совершенно забыл! А ведь Франклин даже не в курсе, что среди них есть шпион.

«Может, поставить его в известность? Верит все-таки…» — подумал Джеральд. И почти сразу же отогнал эти мысли прочь — тогда у Франклина появится слишком много вопросов к нему и Элли.

— Что же делать? — пробормотал Джеральд. — Не к Отступникам же идти…

Тем более в такой ситуации! Их Лидер никого из Верных даже на порог не пустит! И хорошо, если не убьет в желании только распалить конфликт между движениями.

Других мыслей в голову Джеральду больше не приходило. Проверить остальные кланы при полном отсутствии информации было невозможно. Получалось, что больше зацепок у них не было.

«Попросить, чтобы Каэлиши что ли прикрыли», — с досадой подумал он. И сразу же отказался от этой идеи. Заметив сопровождающих, Отступники сразу сообразят, что мнимые перебежчики здесь лишь за тем, чтобы разведать обстановку. К тому же, сами Каэлиши могли выкинуть неизвестно что.

«Надо поговорить с Элли на эту тему», — решил Джеральд. Может, ее провидение что подскажет? Или голову посетят какие-нибудь мысли, которые ему даже не пришли?

Одевшись, Джеральд вышел из комнаты постучался в комнату Элли. Она не ответила.

«Может, спит?» — подумал Джеральд. Время уже подбиралось к часу дня, а, учитывая, сколько вчера (точнее, уже сегодня) они разговаривали, Джеральд бы не удивился длительному сну воспитанницы. Но он ошибся. Его подопечная сидела на диване в гостиной под пледом и смотрела телевизор. Вернее, пыталась. Взгляд у Элли был стеклянным. Девушка хотела спать и отчаянно сопротивлялась этому. Рядом с ней лежал телефон, а на столе стояла кружка с остывшим недопитым кофе. Рыжие волосы беспорядочно рассыпались по спине.

— Элли, — негромко окликнул ее Джеральд.

— А? — встрепенулась Каэлиш и подняла голову, не сразу сфокусировав взгляд на Наставнике. — А, это ты… — рассеянно сказала она и отвернулась, снова погрузившись в полусонную медитацию. Взгляд у Элли подернулся пеленой и затуманился. Джеральд с опасением на нее взглянул. Сейчас она ему до ужаса напомнила Рейчел. Только уставшую и надломленную всем происходящим.

Элли на краткий миг вынырнула из полудремы и резко подняла голову, пристально уставившись на Джеральда. Его посетило неприятное чувство, будто его сканируют. Элли медленно отвернулась.

— У нас ведь нет выбора, да? — тихо прошелестела она безразличным голосом.

— Ты о чем? — настороженно спросил Джеральд.

— Ты сам знаешь, о чем. Ничего. Я привыкла, что в светском обществе все друг друга так или иначе используют. Так что у меня нет причин на тебя обижаться. Они наверняка обо мне слышали. Нет, такое невозможно не услышать. Только примут ли?..

Элли качнула головой, снова погрузившись в полудрему. Джеральд с состраданием на нее взглянул. Из бессвязного бормотания он мало что понял.

— Зря ты не легла спать, — с упреком сказал он и сел рядом с Элли на диван. Каэлиш качнула головой.

— Я только недавно проснулась.

Джеральд с сомнением оглядел Элли. Лично он в этом сильно сомневался. Разве что юная Каэлиш только не вкладывала в эти слова совершенно другой смысл, ускользающий от него.

Джеральду вдруг вспомнилась легенда об Изначальном Каэлишей. По преданиям он был очень любознательным. Изучив все аспекты внешнего мира, он нацелился на тайны мироздания и загадки прошлого и будущего. Изначальный Каэлишей жаждал знать все и обо всем. Проклятие сыграло с ним скверную шутку. Тайны мироздания он сумел постичь, также, как заглянуть в прошлое и будущее, но платой за эти знания стал собственный разум. Невозможно было удержать в голове всю информацию. Реальности смешивались и порождали новую, совершенно безумную. Говорят, что из нее Изначальный и создал цепь сознаний, связав все пробужденные поколения Каэлишей воединой, заплатив за это собственной жизнью.

Джеральда передернуло. По его мнению, это была самая жуткая легенда из всех.

Элли снова очнулась ото сна и чуть склонила голову на бок. В ее глазах промелькнул интерес с легкой искрой безумия.

— Это ты так под Метаморфозисом выглядишь? — вдруг спросила она. — Занятно… а демоны так же выглядят?

Джеральд угрюмо взглянул на Элли. Вздохнув, пустился в объяснения.

— Нет, демоны выглядят не так. У них черная, либо красная кожа, ноги покрыты шерстью и заканчиваются копытами. Некоторые еще и пламенем объяты. И пища их не кровь, а человеческие годы. Украденное у других время позволяет им удержаться здесь намного дольше, чем бы они сами выдержали. Это принципиальная разница. Ах да, еще от них жутко несет серой.

—- А-а, — глубокомысленно протянула Элли. Она же перед собой видела нечто другое. Тоже огромного роста, с хвостом, острой парой рогов на голове и огромными крыльями, но кожа была белого (даже немного серого) оттенка под которой бугрились мышцы. Вместо копыт — сильные ноги с острыми когтями. Лицо у этого создания мало походило на человеческое. Свирепое, с глубоко посаженными глазами и острыми рядами зубов, с квадратной челюстью и отсутствующим носом оно напоминало гротескную маску.

Элли вытащила руку из-под пледа и взяла ладонь Джеральда в свою.

— Странно, — наконец, сказала она, разглядывая ее. — От тебя тянутся еще две красные нити. Нашу я вижу, а другие… у тебя есть другие кровные сестры? — удивленно спросила Элли.

Джеральд вздрогнул. Взгляд его стал мрачным и тяжелым. Кроме Эрика об этом никто не знал. Вдвоем у них вряд ли что-нибудь получилось, но были еще трое, кто жаждал свободы от гнета Потомков. Одна погибла во время кровавой бойни. О судьбе двух других Джеральд ничего не знал. Только чувствовал, что они все еще живы.

— Да… у меня есть кровная сестра и брат, — медленно ответил он. — Но я с ними давно не общаюсь.

— С тех пор как ушел из Семьи? — проницательно спросила Элли. Джеральд промолчал. Проницательность подопечной ему совершенно не нравилась.

«А ведь бодрой она казалась совсем нормальной», — подумал Джеральд. Он взглянул на Элли и осторожно спросил:

— А ты еще что-нибудь видела? Я имею в виду что-нибудь необычное? Или, может, чувствовала?

Элли задумалась и подняла взгляд к экрану телевизора.

— Ночью шло реалити-шоу… там все было не так. Субтитры показывали одно, я слышала другое. Это было даже забавно, — рассеянно сказала она.

— А где было правды больше?

Элли неопределенно повела плечами.

— Наверное, в том, что я слышала. Такое чувство, что со мной знаменитости делились тем, что никогда бы не рассказали на экранах. Сначала я даже хотела все выключить, но потом поняла, что усну, и прислушалась.

Элли ненадолго умолкла.

— Я совсем чокнутая, да?

— Отнюдь, — возразил Джеральд. — Судя по всему твое восприятие обостряется под бессонницей. И оно очень может нам помочь. Еще немного без сна сможешь продержаться?

— Заправь меня парой кварт кофе для начала, а там посмотрим, — отозвалась Элли. Она взяла в руки чашку и с грустью на нее взглянула. Пить холодный кофе ей совсем не хотелось.

— Заметано, — усмехнулся Джеральд. — Тогда собирайся. Нам нужно кое-куда съездить. По дороге как раз должны быть приличные кофейни.

Элли кивнула и встала с дивана. Она покачнулась, едва на них удержавшись. Джеральд придержал ученицу под локоть. Опасаясь за ее состояние, он довел ее до комнаты, от всей души надеясь, что Элли не уснет.

Его план был простым и очень ненадежным. Даже можно сказать авантюрным. Но, если Элли сумеет что-нибудь услышать или увидеть, то, возможно, у них появится зацепки, и они смогут продолжить поиски шпиона в рядах Верных.

«Может, заодно выясним, есть ли у Отступников серьезные причины объявлять войну Верным», — подумал Джеральд.

***

Как и обещал, Джеральд отвез Элли в кофейню. Заказал для нее две чашки самого крепкого и бодрящего кофе и терпеливо ждал, когда она закончит трапезу. Напиток и правда оказал тонизирующее действие, и девушка почти проснулась. Однако в машине она чуть не поддалась соблазну уснуть. Испугавшись этого, Элли попросила Джеральда что-нибудь ей рассказать. Наставника подобная просьба немного сбила с толку, но, узнав, в чем дело, тут же нашел тему для разговора. Джеральд рассказывал Элли историю о трех движениях, зародившихся в разное время, которые враждовали до сих пор, а также описал текущую обстановку в городе. Элли нисколько не удивилась, узнав, куда и зачем они едут. А на середине пути еще и Рик подкинул им повод для беседы — он прислал фотографии дома и написал, что оставил два комплекта ключей у Лины. Когда Элли во всех подробностях рассмотрела новое место жительства, то вернулась к интересующему ее вопросу:

— Думаешь, у нас получится втереться к ним в доверие? — с сомнением спросила Элли.

— Не знаю, — честно ответил Джеральд. — Даже если и не получится, то есть вероятность, что ты увидишь что-нибудь, что нам может пригодится.

— План надежный, как швейцарские часы, — пробормотала Элли и вышла из машины.

Они остановились напротив бара. Сейчас он не работал — часы работы давали понять, что откроется он не раньше шести вечера.

Элли поежилась. Ее пробрало холодом, несмотря на то что летнее солнце нещадно припекало. С тоской Каэлиш подумала о пляже и соленой воде океана. Искупаться она бы сейчас не отказалась.

— Тебе не обязательно разговаривать с Отступниками. Диалог буду вести я. У тебя будет другая задача — приглядываться, прислушиваться, смотреть по сторонам. Не бойся видеть, — приободрил воспитанницу Джеральд.

Он первым двинулся к бару. Элли ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Она не верила в успех миссии. И чувство холода никуда не исчезло. Каэлиш обняла себя за плечи и потерла их. В голову пришла запоздалая мысль, что надо было на себя что-нибудь накинуть, а не доверять прогнозу погоды.

Чем ближе Элли с Джеральдом подходили к бару, тем сильнее пронзал девушку холод. Около двери она едва ли не стучала зубами. Это место Элли не нравилось. Больше всего ей хотелось развернуться и уйти.

«Что происходит? — размышляла Элли. — Ехала и выходила из дома — все было нормально. Озноб? Да нет, вроде вампиры не должны болеть… или снова включилось обостренное чутье?».

Джеральд удивленно на нее взглянул. Элли слабо улыбнулась, показывая, что все в порядке, но обмануть его не получилось. Джеральд снял с себя пиджак и накинул его Элли на плечи.

— С-спасибо, — едва слышно выдохнула Элли. Ее сразу окутало теплом и появилось чувство защищенности. Терпкий парфюм приятно щекотал нос.

Элли подняла взгляд на дверь.

— А как мы?..

Она скосила глаза на утопленный Джеральдом кирпич в стене. Сбоку был небольшой ржавый шип. Приглядевшись, Элли поняла, что это не ржавчина, а застарелая кровь. И именно его пальцем коснулся Джеральд. Каэлиш невольно поморщилась. Процедура была явно не из приятных.

— Это оповещение для таких, как мы, — тихо пояснил Джеральд. — Этот шип распознает кровь и сразу дает знать, кто пришел. Если его случайно обнаружит человек, то кто-нибудь из Отступников сразу же промоет ему мозги.

— А если это будет охотник? — тихо спросила Элли.

Джеральд задумался.

— Я не исключаю, что подобные случаи бывали, — ухмыльнулся он. — Наверняка после подобных инцидентов Отступники либо готовились к облаве, либо меняли место резиденции.

Они замолчали. Элли отошла на пару шагов назад, заметив, что по ту сторону стеклянный дверей к ним приближается двухметровый и широкоплечий чернокожий вампир. Элли присмотрелась к нему и поняла, что ошиблась. Клык и свирепый нечеловеческий взгляд она видела лишь с одной стороны. С другой на нее смотрел хмурый человек, не слишком довольный визитом незваных гостей. Элли с внезапной отчетливостью поняла, что перед ней находится полукровка.

«Надо будет расспросить о них Джеральда», — сделала мысленную заметку девушка.

Полукровка открыл дверь и встал в дверях, скрестив на груди руки.

— Мы хотели бы поговорить с Дезмондом, — произнес Джеральд, ничуть не смутившись.

— Дезмонд никого не принимает, — жестко отрезал парень. — Проваливайте откуда пришли!

— Мы бы хотели присоединиться к вам, — с невозмутимым видом продолжал Джеральд. — Верные не слишком обходительно обошлись с моей воспитанницей, а я сам не настолько к ним привязан. Ашес всегда были сами по себе.

Полукровка скрестил руки на груди и окинул Джеральда полным презрения взглядом.

— Это была самая жалкая попытка обмана, которую я видел.

Джеральд вопросительно на него взглянул. Через мгновение взгляд его прояснился.

— А, понимаю. Вы перепутали меня с братом. Клан Ашес возглавляет Эрик, а не я. Он истинный Верный. Мне куда ближе образ одиночки. И я бы не стал просить защиты, если бы не она, — кивнул Джеральд на Элли. — А я обязан ей жизнью, поэтому не хочу оставлять одну. С братом мы никогда не были слишком близки, мы практически не общаемся.

Элли искоса взглянула на Джеральда. В его словах она не уловила ни капли лжи в своей адрес. А вот по поводу Эрика явно покривил душой — Элли интуитивно чувствовала фальшь.

«А ведь он дорожит братом… совсем как я сестрой», — подумала она.

— А с Верными, как я сказал, отношения у нас не задались, — тем временем продолжил Джеральд.

Полукровка им не верил. Элли поняла, что у Джеральда ничего не получится и решила вступить в разговор сама. Если не получится убедить, то, может, ее дар Сирены поможет?

— Прошу вас, — тихо заговорила Элли. — Он делает это ради меня. Помимо воли меня хотят втянуть в политику, а я хочу тихой и спокойной жизни. Верные не оставят меня в покое.

По мере того, как Элли говорила, ее голос обретал силу и становился более уверенным. Джеральд искоса взглянул на воспитанницу. Она сделала вид, что не заметила его пристального внимания. Элли смотрела только на полукровку. Он задумчиво разглядывал юную Каэлиш. Она даже с досадой подумала, будто он ничего о ней не слышал.

— Давно ты пробудилась? — наконец спросил полукровка.

— Неделю назад, — ответил за Джеральд. — Поэтому и просим у вас защиты.

Полукровка его не слушал. Он оценивающе смотрел только на Элли. Каэлиш скользнула рассеянным взглядом по его лицу. Осознание пришло к ней словно яркой вспышкой.

«Какая же сволочь! — с легким восхищением подумала она. — Уже раздумывает, а можно ли меня как-нибудь использовать для шпионажа за Верными или хотя бы Каэлишами. Пусть и недолго, но я же была их главой».

— К Дезмонду пойдет только она, — сказал полукровка.

Джеральд недобро прищурился.

— А откуда мне знать, что это не ловушка? Вдруг вы решите ее убить или споить зельем крови?

— Либо так, либо проваливайте, — лениво отозвался полукровка.

Джеральд переглянулся с Элли. Так рисковать он ни за что не хотел. Юной Каэлиш вдруг вспомнилось, как он следил за Хизер. Это был выход.

— Я пойду. Только сумочку заберу из машины, — произнесла Элли и потянула за собой Джеральда. Он неохотно последовал за ней.

Каэлиш забралась в машину и увлекла Джеральда за собой.

— Ты сам сказал с ними поговорить. Шансом надо пользоваться. Если что-то пойдет не так… ты увидишь. Можешь частично пойти со мной, как с Хизер на Бал Ночи. Я постараюсь продержаться до твоего прихода, если на меня нападут.

— Я не собираюсь тобой рисковать! — сердито сказал Джеральд. — Твоя сестра мне потом голову оторвет!

Элли тяжело вздохнула.

— Объяснишь ей ситуацию или покажешь Департаменту, куда именно стоит обратить внимание.

— Не смешно, — буркнул Джеральд.

— А других вариантов нет. В принципе, можешь что-нибудь создать такое, что тоже умеет кусаться и царапаться. Под пиджаком будет не видно.

Джеральд взглянул на Элли и понял, что она не отступится.

— Ладно, — сдался он. — Но придется подождать.

Через несколько минут под пиджаком у Элли копошился настоящий скорпион. От подобного соседства юную Каэлиш аж передернуло. Размером он был немного крупнее, хвост имел более острый наконечник, да и клешни больше напоминали лезвия.

Элли забрала сумочку и вышла из машины. Полукровка лениво ждал.

— Джеральд не хотел меня отпускать, — извиняющимся тоном сказала Элли. — Пришлось его переубеждать.

Скорпион под пиджаком недовольно шевельнулся. Даже на расстоянии Джеральд ухитрялся очень четко передавать свое настроение.

Полукровка отошел в сторону, пропуская Элли. Она прошла внутрь, и весь ее энтузиазм тут же улетучился. Без присутствия Джеральда Каэлиш стало не по себе.

«Может, он был прав? Не стоило сюда лезть одной?» — с беспокойством подумала Элли. Только вот отступать уже было поздно.

***

Если Каэлиш и не уснула по дороге, то лишь потому, что ее не переставало трясти от холода. Она плотнее закуталась в пиджак Джеральда, чуть придавив скорпиона. Хоть немного, но он ее согревал.

Так и не представившийся полукровка следил, чтобы Элли не отставала. Каэлиш не решалась ему задать вопросов. Из состояния полусна девушку резко выдернула боль в лодыжке. Не уследив за лестницей, Элли сделала неосторожный шаг и подвернула ногу. Каэлиш ухватилась за перила, чтобы не упасть, и осмотрелась по сторонам. Они оказались в сыром подвале, а лестница вела все глубже вниз. До слуха Каэлиш донесся звук грохочущего поезда. Куда-то вглубь по стенам тянулись толстые кабеля.

— Мы идем… в метро? — озадаченно спросила Элли.

Вдруг окружающий мир пошел рябью, и картинка резко сменилась, словно в фильме. Страшный влажный коридор с одинокими электрическими лампочками сменился на современный, напоминающий чем-то лабораторный, со множеством дверей с электронными, кодовыми и магическими замками.

— Когда-то этот путь относился к ветке метро, — медленно ответил полукровка. — Но им перестали пользоваться. Дезмонд приспособил ее под свои нужды, отрезав от основной сети.

Элли кивнула, принимая к сведению. Она чувствовала более глубокий смысл, скрывающийся за короткими предложениями, и взяла на заметку. А вдруг пригодится?

Они продолжали путь, который резко свернул влево. Это было уже не метро. Элли чувствовала другой запах. Затхлый и сухой, словно она попала в древние катакомбы. Наконец, Элли и ее сопровождающий оказались напротив двери. Полукровка постучался. Услышав грубое: «Войдите», он открыл дверь и подтолкнул Элли в спину. Девушка переступила порог. Ей показалось, что она зашла в морозильную камеру.

— У вас всегда тут так холодно? — пробормотала она, сильнее закутавшись в пиджак Джеральда. Скорпион перебрался ей под распущенные волосы. Элли передернуло.

Она взглянула на Дезмонда и вздрогнула. Ей сразу стало понятно, почему ее так колотило в ознобе. Колючий взгляд прошил ее, словно буравчик. Затем Лидер Отступников перевел взгляд на полукровку.

Элли отметила, что Дезмонд похож на косматого медведя. Заросший бородой и бакенбардами, с растрепанными волосами и квадратным лицом он внушал Элли опасения.

«Яростный боевой медведь, — подумала Элли, едва сдерживаясь, чтобы не попятиться. — А какой клан связан со зверями? Джеральд ведь что-то говорил о них».

Пока Элли силилась вспомнить название клана, к которому относился Дезмонд, у него завязался разговор на повышенных тонах с полукровкой. Элли отчетливо поняла, что ее сейчас выставят. В конце концов проводник же не виноват, что поддался ее ментальным техникам Сирены!

— Прошу вас, выслушайте меня! — повысила голос Элли. Он обрел силу и мощь не только за счет способностей Сирены. Иногда вокальные тонкости были полезны и в обычной жизни.

Уходить несолоно хлебавши Элли не собиралась. В конце концов, она же сумела увидеть все кровные связи Джеральда. И здесь почувствовала старую ветку метро с катакомбами. И полукровку безошибочно определила. Только сейчас Элли ничего не видела и не слышала. И отсутствие галлюцинаций, к которым Каэлиш уже успела привыкнуть, начинали пугать.

«Время! Мне нужно потянуть время!» — в панике подумала она.

— Я сама не в восторге от Верных, — ровным голосом произнесла Элли, почти не выдав волнения. — И не хочу иметь с ними ничего общего. Поверьте, причины у меня имеются. Я, конечно, могла ухать и в Сан-Франциско, но я не хочу покидать Лос-Анджелес. Я родилась и выросла здесь. Если… если вы позволите, я бы осталась у вас. Шпионить я ни за кем не собираюсь, как и лезть в политику. На пути одиночки от меня легко избавятся. А с вами будет небольшой шанс уцелеть и даже получить защиту от Верных. Пусть они там сами со всем разбираются. Тем более, что главу клана Каэлиш они выбрали сами и, наверное, были правы. Какая из меня глава? — вздохнула Элли. — В себе бы сначала разобраться…

Дезмонд выслушал тираду Каэлиш, продолжая сверлить ее свирепым взглядом. У Элли сердце в пятки ушло. На мгновение ей показалось, что сейчас он действительно ее убьет.

Чтобы хоть как-то отвлечься от неприятных мыслей, Элли взглянула на стол. И оцепенела. Она могла поклясться, что никаких бумаг там не было. Тем более смет. Что-то даже было обведено красным. Рядом лежал договор купли-продажи на странное имя. Элли готова была поклясться, что такого человека никогда не существовало. Она оглянулась на Дезмонда и судорожно схватила ртом воздух, попятившись назад. Он недобро усмехнулся.

— Правильно, что боишься, — сверкнул Дезмонд глазами и осекся. Элли смотрела не на него.

Каэлиш видела две истерзанных сломленных фигуры, в которых едва-едва можно было узнать вампиров. Глаза выколоты, кожа содрана, грудная клетка разворочена, множество сломанных костей торчат наружу. Элли отвела взгляд. К горлу подкатила тошнота. И снова повеяло лютым холодом.

— Простите, — пробормотала Элли и пулей выскочила за дверь. Ее никто не стал останавливать.

— Каэлиш, — донеслось ей вслед. — Проследи, чтобы она добралась до выхода, — сказал Дезмонд полукровке. — И Ксанвейн передай привет…

Элли бежала по коридорам, сломя голову. Ноги сами несли ее на выход. Если этим заканчивается политика, то стоит как можно скорее из нее выпутаться!

«Найдем шпиона, и хватит с нас! Пусть сами разбираются!» — в панике думала Элли.

Она не помнила, как оказалась в закрытом баре. От страха она выбила дверь, ведущую в старую сеть метро, и устремилась на выход. Ту дверь Элли тоже выбила. Брызнули осколки стекла. Несколько из них впились Каэлиш в кожу.

К ней быстрыми шагами приближался встревоженный Джеральд. Элли сразу кинулась к нему. Она схватила Наставника за грудки, крепко прижалась и дала волю слезам. Ее колотила крупная дрожь. Растерянный Джеральд не придумал ничего лучше, кроме как обнять ее и утешающе погладить по спине. Вопросы он решил задать потом. Медленно он увлекал ее к машине, вернув скорпиона к себе.

— Поехали отсюда, — едва слышно сказала Элли.

— Это Дезмонд тебя так напугал? Мне его поведение показалось вполне обычным. Холодным — да. Но он хотя бы не угрожал тебе и не пытался убить.

Элли качнула головой. Джеральд разомкнул объятия и открыл заднюю дверцу машины. Каэлиш проскользнула внутрь и быстро пристегнулась. Заговорить она так и не решилась.

Джеральд занял место водителя и тронул машину с места. Вскоре они уже были далеко от резиденции Отступников. Элли успокоилась и постоянно протирала глаза, из последних сил стараясь не уснуть. Джеральд включил музыку. Элли с благодарностью на него взглянула. Это здорово помогало удержаться в состоянии бодрствования. Набравшись духу, она заговорила:

— У Дезмонда за спиной я видела двоих — мужчину и женщину. Не знаю, кто это такие, оба изуродованы до неузнаваемости. На столе лежал договор сметы на фальшивое имя. Некоторые статьи были выделены красным. И, может, мне только показалось, но, когда я выбежала, Дезмонд попросил полукровку передать привет Ксанвейн.

Элли замолчала и отвернулась к окну. Ее снова пробила дрожь, а к горлу подступили слезы.

— Их убили из-за политики, — прошептала она. На языке у Элли так и вертелся вопрос: «Может, зря мы во все это ввязались?», но не решилась его озвучить. У ее Наставника просто не было выбора. Потомки в любом случае его бы достали. В крайнем случае, они отыгрались бы на Эрике.

— Я не допущу, чтобы с тобой что-нибудь случилось, — тихо произнес Джеральд. Голос его звучал уверенно и твердо. Элли это немного успокоило. И все-таки ее не покидало чувство, что Джеральд ее защищает лишь постольку-поскольку.

— Скажи, дело ведь только в кровной связи? — прямо спросила она.

Джеральд молчал долго. Лгать Элли было бессмысленно и бесполезно — неизвестно, что подскажет ее чутье, обостренное бессонницей.

— Нет, — помедлив, ответил Джеральд. — То есть, и из-за этого тоже, но в меньшей степени. По сути ты из-за меня во все это ввязалась. Ни ты, ни Рейчел, ни Хизер не должны рисковать жизнью. И хотя вам прекрасно известно, кто я, вы до сих пор держите язык за зубами. А ведь такие знания открывают крупные возможности для влияния, — невесело усмехнулся Джеральд. — Однако я все еще здесь. Если бы не вы, я бы так и не понял, что привык больше прятаться от опасности, нежели смотреть ей в лицо, и продолжал вести образ жизни отшельника, не замечая, что творится под носом.

Элли притихла. Так с ней разоткровенничался Джеральд впервые.

Он взглянул на воспитанницу через зеркало заднего вида и улыбнулся. Элли порозовела и отвела взгляд.

— Может, нам стоит наведаться к Ксанвейнам? — неуверенно спросила Элли. — Не просто же так Дезмонд просил им «передать привет». И я сильно сомневаюсь, что дружеский.

— А смета — скорее всего не что иное, как отмывание денег. Возможно, спланирована она была как раз на то, что Отступники кому-то что-то продали.

— Или купили, — добавила Элли.

Джеральд ненадолго задумался.

— Ты молодец, — улыбнулся он воспитаннице. — Я попробую уточнить детали. Может, кто что слышал. Верные с Отступниками редко ведут дела, но слухи об этом все равно ходят.

— И ты ничего не слышал? — недоверчиво спросила Элли.

— Я этим не интересовался, — ответил Джеральд. — А тебе надо поспать.

— Ни за что! — мотнула головой Каэлиш. — Чтобы я опять исчезла?!

— Элли, тебе надо поспать. Мы, может, и более живучие, чем люди, но без сна не способны долго функционировать. Ты устала. Не переживай, ты обязательно проснешься. Может, не завтра, но мы еще обязательно увидимся, — попытался приободрить ее Джеральд.

— А как же переезд?! — ухватилась за спасительную мысль Элли.

— Пока ты не отдохнешь, мы никуда не поедем, — мягко, но настойчиво, сказал Джеральд.

— Но…

Джеральд остановил машину на светофоре и обернулся.

— Элли, тебе нужен отдых. Закрывай глаза и спи, — мягко произнес он. Она попыталась возразить, но не нашла на это сил. Она и правда устала. Два дня подряд оказались слишком насыщенными. Еще немного, и она действительно начнет сходить с ума, путая сон и реальность. Глаза помимо воли начали закрываться.

Элли отвернулась к окну и поплотнее закуталась в пиджак Джеральда. Музыка радио, которая еще недавно раздражала, показалась ей убаюкивающей. Проносящиеся мимо дома сливались в одну сплошную картину. Серый кирпич разбавляли неоновые росчерки вывесок. Убаюканная Элли прикрыла глаза и не заметила, как погрузилась в сон.

***

Джеральд остановил машину около дома Элли и заглушил мотор. Девушка спала с середины пути. Джеральд выключил музыку и заглушил мотор. Каэлиш не шевельнулась. Он облегченно выдохнул и откинулся на спинку сиденья, раздумывая над полученной информацией. Пока что ничего было неясно. А к Ксанвейнам и правда стоило нанести визит. Только под каким предлогом? И не среди них ли прячется предатель, разжигая конфликт между Отступниками и Верными? Или Потомки воспользовались удобной ситуации, вывернув ситуацию в удобную им сторону?

«А, черт бы побрал эту политику», — раздраженно подумал Джеральд и вышел из машины. Он осторожно прикрыл дверь и направился к парадной. Открыла ему Лина.

— Не закрывай, — попросил он. — Элли уснула прямо в машине, не хочу ее будить.

Лина заглянула ему через плечо и сказала:

— Заезжал ваш приятель. Он оставил две пары ключей и сразу же уехал.

— Да, он мне говорил. Я позже их заберу.

Джеральд вернулся к машине и вытащил из нее Элли. Она не проснулась ни когда Джеральд отстегивал ее от ремня безопасности, ни когда захлопнул дверь.

Спящая Элли вдруг вселила в Наставника странное чувство легкого опасения. Юная хрупкая беззащитная, но в то же время окруженная мистической силой безумия, которое чувствовалось даже сейчас.

«А ведь Каэлиши ни на секунду не сомневались, поставив ее во главе клана», — запоздало подумал Джеральд. Он качнул головой, перехватив Элли поудобнее. Пока он шел к дому, его посетила еще одна странная и пугающая мысль.

«И ведь тот, кто ее пробудил знал все с самого начала… а случайно ли меня выбрали для нее Наставником?».

Голова у Джеральда пошла кругом. Может ли быть так, что Каэлиши знали все? Он тряхнул головой. Чем больше Джеральд пытался понять логику клана подопечной, тем сильнее путался.

Если они знали, то почему не сказали? Любой бы Верный посчитал за честь сдать Франклину бывшего Потомка… И знал ли этот неизвестный о Кристал?

«Может, когда-нибудь я получу ответы на эти вопросы», — подумал Джеральд.

Он и сам не заметил, как погруженный в мысли, добрался до комнаты Элли. Перехватив драгоценную ношу поудобнее, он открыл дверь и занес девушку в комнату. Осторожно уложил ее на кровать и убрал прядь рыжих волос с лица.

Слегка бледная, чуть полноватая, Элли показалась ему даже очаровательной. Джеральд отвернулся и с усмешкой качнул головой. Невольно он снова почувствовал себя молодым. Таким, каким был до пробуждения. Тогда он не пропускал ни одной юбки, а завоевать внимание и любовь неприступной девицы для него было чем-то сродни охоте. Вампирши среди Потомков быстро поставили его на место, и с тех пор Джеральд перестал видеть в женщинах лишь любовный интерес. Хитрые, опасные союзницы и противницы — такими ему сейчас виделись Хизер и Рейчел. И в то же время он в них нуждался. Как и они в нем.

Джеральд закрыл дверь комнаты и отправился к себе. Он долго не раздумывал, чем себя занять. Набрав номер Эрика, он стал ждать ответа.

— Чем обязан? — спросил тот.

— Подскажи пожалуйста, не было ли среди Отступников каких-нибудь крупных потерь? И не слышно ли ничего о сотрудничестве с ними? Вроде договоров на куплю-продажу земли?

В трубке повисла тишина. Джеральд затаил дыхание.

— Ходят слухи, будто бы Дезмонд лишился недавно своих главных помощников — Региса и Николь. И как будто Ксанвейн приложили к этому руку. Доказательств никаких не было. Франклин лично допросил Александра, но не нашел никаких подстрекательств к разжиганию войны с Отступниками. Но совет все равно его отстранил. Этот вопрос как раз поднимался на Балу Ночи, после того, как Франклин увел Хизер.

— И ты только сейчас об этом говоришь?! — возмутился Джеральд.

— На тот момент у тебя других проблем хватало, — заметил Эрик. — Хотя в свете открывшихся новых данных, могу сказать, что это имело значение. Если шпион и дальше будет подрывать авторитет Старейшины и настроит Совет под свою угоду, то Верные очень быстро рухнут.

— Вот именно, — сердито произнес Джеральд.

— Только не говори, что ты собрался к Ксанвейн, — негромко произнес Эрик.

— Именно.

— Я тебя не узнаю. Кто ты такой и куда дел моего нелюбопытного брата? — с усмешкой спросил он. Джеральд поморщился. Шутить у него сейчас не было ни единого желания.

Попрощавшись с братом, Джеральд некоторое время сидел в тишине. Увы, от тяжелых мыслей и самых невероятных теорий заговора она не спасала.

«Надо бы почту проверить», — подумал он. Работа всегда помогала отвлечься и очистить разум.

Джеральд подтянул к себе ноутбук и погрузился в совершенно другой мир — отчетов, смет и договоров. Заместитель неплохо справлялся с его обязанностями, но не имел всех полномочий. А дел за неделю накопилось много. Если бы не чужой дом, то Джеральд бы подумал, что ученица и вся эта бешеная неделя ему попросту приснились.

Он и не заметил, как за окном стемнело. Потянувшись, Джеральд выключил ноутбук и лег спать. Завтра им предстоял переезд, а это не менее изматывающе, чем интриги среди вампиров. Засыпая, Джеральд усмехнулся, с иронией задумавшись, с кем ему предстоит иметь дело завтра.

Глава 10: Ксанвейн

Рейчел резко открыла глаза. Некоторое время она лежала без движения. Голова была пуста. Там не было ни одной мысли.

Каэлиш повернула голову и поняла, что находится в комнате Элли.

«Элли!» — Рейчел встрепенулась и резко встала с кровати. Каэлиш быстро пересекла комнату и встала напротив зеркала. Оно отражало рыжеволосую чуть полноватую и бледноватую девушку с рыжими встопорщенными после сна волосами. Рейчел провела по ним рукой. Отражение повторило ее действия.

— Может, мне приснилось? — задумчиво произнесла Рейчел. Она испытала досаду. Общаться с другими «я» через зеркало ей показалось весьма удобно и познавательно. Хотя бедную Элли чуть удар не хватил.

Досада ушла так же быстро, как и появилась. Рейчел села перед зеркалом и начала приводить себя в порядок. Вдруг отражение пошло рябью. Каэлиш замерла. С интересом она наблюдала, как привычные черты лица расплываются, а вместо них проявляются совсем другие. Отражение менялось незаметно, едва уловимо, но со временем приобретало все более значительные изменения. Лицо чуть вытянулось. Изменилась фигура. Волосы из рыжих стали светлыми. Современная одежда сменилась синим мундиром прошлых веков. Почти вся грудь была усеяна орденами и медалями. Среди прочих Рейчел узнала и орден Почетного легиона. Даже во сне у девушки были сурово сдвинуты брови и поджаты губы.

«Я же ее видела! — чуть взволнованно подумала Рейчел. — Там, на маяке! Не иначе как это Хизер!»

Каэлиш, воодушевленная идеей знакомства, постучала по поверхности стекла. Отражение встрепенулось и открыло глаза. Они оказались голубого цвета.

— Ты Хизер? — спросила с любопытством Рейчел, чуть склонив голову на бок. Как-то же надо было начинать диалог.

— А ты Рейчел? — пристально разглядывая ее, спросила Хизер.

Рейчел кивнула и рассмеялась. Хизер хмуро смотрела на нее из отражения.

— Извини. Я просто представила, как это выглядит со стороны, — ответила Рейчел, продолжая смеяться. Хизер тоже представила и нахмурилась еще больше, буркнув под нос что-то невразумительное.

— Итак, нас двое. Только представь, какие возможности действия перед нами открываются! — с воодушевлением сказала Рейчел.

— Иди к черту! Я не собираюсь плясать под твою дудку и участвовать в плетении интриг! — огрызнулась Хизер.

Рейчел хохотнула.

— Ты и так в них замешана по самые уши. У тебя не получится сделать вид, будто ничего не происходит. Кстати об этом. Предлагаю найти Джеральда и все у него разузнать. В зависимости от результата посмотрим, кому из нас проще будет действовать дальше. Я не против уступить пару дней кому-то из вас. Но Элли вчера меня испугалась, — с грустью сказала Рейчел.

Хизер фыркнула.

— Поставь себя на ее место, — хмуро сказала она. — Если бы мне заявили, что в моем теле есть кто-то еще, я бы сделала что угодно, чтобы от него избавиться. Скажи спасибо, что Элли не такая.

Рейчел нехотя признала, что Хизер права.

От беседы девушек отвлек стук в дверь. Рейчел обернулась и направилась к двери. На пороге девушка увидела встревоженного Джеральда. Он окинул подопечную обеспокоенным взглядом и заглянул ей за спину.

— Доброе утро. С кем ты разговаривала?

— Сама с собой, — с усмешкой ответила Рейчел. Она отошла от двери и кивнула в комнату, приглашая Джеральда войти.

— Много интересного я пропустила? — осведомилась она.

— Не очень, — честно ответил Джеральд. Он ненадолго умолк и даже выглядел немного смущенным. — Извини, конечно, за вопрос, но ты кто? — выпалил он.

Ответом ему стал заливистый смех. С веселым блеском в глазах Рейчел назвалась и добавила:

— Хизер тоже здесь.

Рейчел встала напротив зеркала и подмигнула отражению. На нее угрюмо взглянула блондинка в синем мундире и саблей на левом боку.

— Лучше расскажи, что происходило пока нас не было, — попросила Рейчел.

Джеральд перевел взгляд с воспитанницы на зеркало и обратно. Для него отражение никак не поменялось. Внешность Элли была для него одинаковой что в зеркале, что воочию. Решив подумать о странностях Каэлиш как-нибудь на досуге, Джеральд приступил к рассказу.

Коротко он поведал о том, что происходило с ним и Элли в те два дня. Если жизнь третьей соседки по разуму мало заинтересовала Хизер (чего не скажешь о Рейчел), то новости о терках Ксанвейн и Отступников дали обеим пищу для размышлений.

Джеральд следил за изменениями в лице воспитанницы и с трудом скрывал изумление. Вот  она сидит мрачнее тучи, а через мгновение, взглянув в зеркало, уже задумчивая с затуманенным взглядом.

— Нам надо нанести Ксанвейн визит, — произнесла Рейчел.

Джеральд тряхнул головой. Что просто было для его воспитанницы, сбивало с толку его самого. А попытка понять ломала голову еще больше, выворачивая мозги набекрень.

— Я уже думал об этом, — медленно проговорил Джеральд. — Но повода нет.

— Повод можно найти всегда, было бы желание, — не согласилась с ним Рейчел. — Главное, просчитать последствия.

Развить мысль ей не позволил телефонный звонок. Девушка обернулась к телефону Элли, но он лежал тихо. Джеральд достал свой и ответил, включив громкую связь.

— Надеюсь, не помешал, — узнал он голос брата.

— Нет. Мы как раз обсуждали следующий шаг, — усмехнулся Джеральд.

— Не заиграйтесь, — напутствовал Эрик и перешел к сути. — Вы последние новости видели?

— Нам было немного не до них, — ответил Джеральд.

— Тогда ты будешь рад услышать, что сегодня ночью рухнула старая ветка метро. Ни один из жителей коллекторов не пострадал. И все благодаря вам.

Рейчел многозначительно переглянулась с Джеральдом. Они оба знали, что это значило: клан Носферату не пострадал. А раз они вовремя унесли ноги, то шпиона среди них нет.

— Восхитительно! — произнесла Рейчел, сверкнув глазами. — Теперь тебе Носферату по гроб жизни обязаны!

— О… узнаю знакомые нотки, — усмехнулся Эрик. — Если что-то от них потребуется, я передам, — весело сказал он. — В конце концов, это вам они обязаны тем, что живы.

— Спасибо.

Эрик сбросил вызов. Джеральд с опасением взглянул на Рейчел. Такой довольной он видел ее впервые. В задумчивости она повернулась к зеркалу, и инициативу тут же перехватила Хизер.

— Кстати, а что по поводу Каэлиш? — спросила Хизер. — Никто из них не пришел по указанному нами адресу?

— Рик не звонил. Значит, никого не было. Может, они просто выжидают? — предположил Джеральд.

Рейчел качнула головой. Хизер с ней согласилась.

— Сейчас Потомки будут торопиться, — сказала Хизер в привычной грубоватой манере. — Потому что знают, что ты улизнул и начал действовать. И раз они не ищут тебя, значит, планируют развалить Верных.

Джеральд задумался и медленно кивнул. Он и сам задумывался, почему старые приятели больше не давали о себе знать. Теория Рейчел очень походила на правду.

— А у нас больше вариантов нет, — поморщилась Хизер. — К Ксанвейн мы вполне можем наведаться. Как бывшая глава клана я вполне могу попросить у них совета, — прищурилась Хизер. — И не помешает навести справки о Хоргинас и Келлин.

Рейчел и Хизер переглянулись в зеркале. Обеим в голову пришла одна и та же мысль.

— Носферату… они могут дать нам зацепки, — задумчиво произнесла Рейчел. — Кажется, зря мы так быстро распрощались с Эриком. Можешь позвонить ему?

— Такое чувство, что я вам вообще не нужен, — проворчал Джеральд, набирая номер брата. — Вы и сами со всем прекрасно справляетесь.

— А защищать меня кто будет? — удивилась Рейчел. Хизер фыркнула. Джеральд искоса взглянул на Каэлиш и пробормотал:

— Вы бы себя со стороны видели… — Ответ брата избавил Джеральда от необходимости отвечать на вопросы Каэлиш.

— Эрик, у нас к тебе просьба. Раз Носферату твои должники, ты не мог бы их попросить навести справки о Келлин и Хоргинас?

— Не думал, что их помощь потребуется так быстро, — усмехнулся Эрик.

— И поставь в известность главу клана о шпионе, — добавила Хизер. — Только попроси его не особо распространяться об этом. Паника среди Верных меньшее, что нам сейчас нужно.

— Все сделаю в лучшем виде, — ответил Эрик и сбросил вызов.

Хизер взглянула в зеркало и увидела, как Рейчел удовлетворенно потирает руки. В старомодном красном платье с глубоким вырезом она вдруг показалась ей светской хищницей.

— И нам снова остается только ждать, — после затянувшегося молчания заметил Джеральд. Он оценивающе взглянул на воспитанницу и спросил: — Сколько тебе нужно времени, чтобы собраться?

— Не знаю, — честно ответила Рейчел. — Я постучусь к тебе, как буду готова.

Джеральда такой ответ устроил. Он вышел из комнаты и прислонился спиной к стене. Невольно у него дернулся глаз. Наблюдать, как воспитанница общается сама с собой, как переглядывается в зеркале, как изменяется ее мимика и жесты в зависимости от того, кто выходит на сцену, было выше его понимания. Что происходит у нее в голове? Как они видят друг друга? Джеральд был не уверен, что хочет получить ответ на этот вопрос.

— Надеюсь, я не сойду с ней с ума, — пробормотал он и направился к себе в комнату.

***

Рейчел постучалась к нему через час. Выглядела она не слишком довольно, зато эффектно: в летнем красном платье по колено, с темно-красной помадой на губах, с собранными в толстую косу волосами и открытых туфлях на высокой шпильке. На шее блестела золотая цепочка с подвеской в виде ключика.

Джеральд окинул Рейчел оценивающим взглядом, задержав внимание на неглубоком декольте и стройных ногах.

— Долго ты провозилась, — отметил он, подхватывая трость.

— Хизер вечно что-то не нравилось, — отмахнулась Рейчел.

Джеральд промолчал. Препирательства девушек он слышал и из своей комнаты.

Путь до резиденции Ксанвейн занял у них почти два часа, ибо те облюбовали практически конец города, распространив зону влияния и на пригород. В этом даже была интересная логика.

Джеральд остановил машину на парковке и заглушил мотор.

— И не прикажешь здесь остаться? — лукаво спросила Рейчел, припомнив первый визит к Дэвейнам. Джеральд не повелся на провокацию.

— А смысл? Во-первых, ты не послушаешься. Во-вторых, в Большой Игре у нас совместная партия, — заметил Джеральд и вышел из машины. Он распахнул перед Рейчел дверь и помог ей выйти из машины.

Эта резиденция была куда скоромнее, чем у Дэвейнов. Современный двухэтажный дом, который в ночи подсвечивался светильниками под окнами и каждой ступенькой парадного входа. Дом извивался, словно длинная змея и терялся где-то за кустами разросшейся сирени. По бокам расположились угловые комнаты-башни со стрельчатыми окнами. Такая форма была не только у них, но и у всех на первом этаже. Второй выступал эркерами. Самое большое окно нависло над парадным входом, невольно притягивая к себе внимание.

Рейчел не сразу поняла, что ее смущает. Повертев головой, она никого не увидела. По окрестностям резиденции гулял только ветер. Не слышно было ни возни в саду, ни ругани, ни смеха. Резиденция Ксанвейн казалась вымершей.

Джеральда сразу же насторожился.

— Не похоже, что на них напали, — заметила Рейчел. — Иначе бы тут царил полный разгром.

Джеральд был с ней согласен. Но и царящая тишина ему не нравилась.

— Может, они переехали? — предположил он.

Джеральд прошел по широкой дорожке до парадного входа. Рейчел шла рядом, разбивая тишину цокотом каблуков. Ашес вдавил кнопку звонка и стал ждать. Не открывали им очень долго. Настолько, что Джеральд уже подумывал развернуться и уйти. Но в этот момент внутренний замок щелкнул, и дверь открылась. На пороге стоял мрачного вида вампир. Темные чуть вьющиеся волосы падали на глаза, делая взгляд еще угрюмее. Помятый костюм и залегшие круги под глазами говорили о проведенной бессонной ночи.

— Мы невовремя? — неуверенно спросила Рейчел.

— Очень, — хмуро отозвался Ксанвейн. — Будет лучше, если вы уедите.

Рейчел сделала растерянный вид. Играть эмоции у нее получалось куда лучше, чем испытывать их на самом деле.

Джеральд едва заметно качнул головой. Он подумал, что из нее получилась бы хорошая актриса. Неудивительно, что ей всех удавалось водить за нос: строить из себя наивную пробужденную она умела. 

— А мы ничем не сможем помочь? — неожиданно спросила Рейчел. Джеральд искоса взглянул на ученицу, гадая, в какой момент она начала вязать новую паутину интриг.

Ксанвейн усмехнулся. Мрачность сменилась заинтересованностью.

— Девочка, запомни один урок, если его тебе не дал Наставник, — выразительно взглянул он на Джеральда, — никому не предлагай своей помощи просто так, если хочешь уцелеть. А теперь извините, меня ждут дела.

Он попытался закрыть дверь, но Джеральд успел подставить трость.

— Во-первых, моя воспитанница ваш урок давно усвоила, — холодно сказал он. — Во-вторых, мы располагаем некоторой информацией. А теперь позвольте вам дать ответный совет: я бы на вашем месте не стал недооценивать пробужденных.

Рейчел скрестила на груди руки и сердито взглянула на Джеральда. Он сделал вид, что ничего не заметил.

Ксанвейн прищурился. Нравоучения ему пришлись не по душе.

— И какой же информацией может располагать молодая кровь? — окинул он Рейчел оценивающим взглядом.

— Ну-у, например, я точно уверена, что кто-то намерено вывел вас из игры, использовав сделку с Отступниками. И вы, и они, жаждут реванша. Только вы, в отличие от них, понимаете, чем это может обернуться. Не в ваших интересах разжигать войну, когда с должности сместили главу клана. Я даже предположу, что все началось с договора купли-продажи. И сейчас я вам очень советую собрать всех родственников в одном месте и не выпускать их из виду. Пока вы в таком нервозном состоянии, кое-кто может этим воспользоваться. Рядом будет находиться ваш родственник, только совсем другой крови.

Ксанвейн резко распахнул дверь. Лицо его страшно перекосилось, а взгляд полыхнул яростью. Он сделал стремительный шаг навстречу Рейчел, но Джеральд преградил ему путь и выставил перед собой трость. Ксанвейн отступил назад. Взгляд его метал молнии.

— Ты еще смеешь мне давать советы?! Убирайтесь вон! Оба! — рявкнул он и попытался закрыть дверь. Помешала ему это сделать вовремя подставленная Джеральдом трость.

— Я хочу помочь, — примирительно сказала Рейчел. — Вам не хуже моего известно, что Потомки у ворот города. Верным сейчас нужен союз с Отступниками. В конфликте виноваты вы. Можете не признавать своей ошибки, но помогите Верным, если не хотите захлебнуться в собственной крови.

Джеральда поразила тирада Рейчел. Ксанвейна тоже. Но пускать на порог он их все еще не собирался.

— А если я скажу, что среди нас есть шпион? — спросила Рейчел.

Джеральд сохранил лицо. Хотя ему так и хотелось дать Каэлиш тростью по ноге в немом упреке. Говорить такое потенциальному предателю — это же практически подписать себе смертный приговор! Или это была проверка конкретно для этого Ксанвейна?

Джеральд запутался в собственных мыслях и заключениях Рейчел. Он решил, что лучшим вариантом будет отдать инициативу в руки воспитанницы. Наверняка она знала, что делает. И просчитала возможные последствия.

Ксанвейн открыл рот, чтобы задать вопрос, но Рейчел его жестом остановила.

— Источник этой информации, с вашего позволения, останется при мне, — произнесла она. — Мне не объяснить, а вам не понять.

Ксанвейн взглянул на Каэлиш, потом на Джеральда… и открыл дверь.

— Но у меня будет условие, — холодно сказал он. — Вы честно ответите на все поставленные вопросы под ментальными техниками. Почувствую хоть одну попытку сопротивления — выставлю за порог.

— Идет, — кивнула Рейчел. У Джеральда душа в пятки ушла. Если его так будут допрашивать, то очень быстро выяснят, кто он такой, и Франклин спустит на них с Рейчел всех собак! Неужели она этого не понимает?!

Однако Рейчел быстро его успокоила.

— Только в таком случае список вопросов составлять будем мы. Откуда я знаю, может, вы решите узнать что-нибудь личное, а потом против нас использовать? — сказала Рейчел.

Ксанвейн неожиданно расхохотался.

— Я начинаю понимать, почему Каэлиши выбрали тебя главой клана, — с иронией произнес он. — Следуйте за мной. Я проведу в кабинет.

Рейчел переглянулась с Джеральдом и улыбнулась ему. Она же первой переступила порог резиденции Ксанвейн.

***

Допрос прошел быстро и безболезненно. Джеральд и Рейчел не сопротивлялись ментальным техникам, отвечая на вопросы только правду. Они были составлены так, чтобы Ксанвейн смог убедиться, что они не являются шпионами и не работают на Потомков. Хитрая Каэлиш тут же поставила обратное условие. Ксанвейн немного опешил от подобной наглости, но посчитал справедливым подобное требование. Это позволило Джеральду и Рейчел вычеркнуть его из списка подозреваемых. Лишь после этого компания прошла в кабинет, где Ксанвейн заговорил первым.

— Мы и правда вели дела с Отступниками, — нехотя признался он. — Они контролируют порты и… в общем, Александр выкупил у них небольшую территорию для причала. Взамен они потребовали часть наших пригородных земель. Александр согласился. 

Ксанвейн ненадолго умолк и продолжил:

— Когда Отступники начали осваиваться на новом месте, то погибли Регис и Николь.

— Помощники Дезмонда, — тихо сказала Рейчел. Ксанвейн кивнул.

— Я так понимаю, Дезмонд не пошел к Старейшине, чтобы решить этот вопрос, — негромко произнес Джеральд. Ксанвейн снова кивнул, помрачнев еще больше.

— Они вломились к нам в резиденцию, разгромили левое крыло и покалечили несколько молодых вампиров. Одного еле откачали. К счастью, до кровопролития не дошло. Вмешался Александр. Дезмонд обвинил его в том, что засаду мы спланировали заранее. Александр, естественно, ему не поверил и отправился все проверять лично.

— Сделки с Отступниками неприемлемы, — со знанием дела сказала Рейчел. — Вы не хотели, чтобы обо всем узнал Франклин.

Ксанвейн скользнул задумчивым взглядом по пробужденной.

— Да, — помедлив, ответил он. — Это ударило бы по репутации Александра. Мы решили разведать все сами. И из разведки никто не вернулся.

— И вы подумали, что Отступники на вас отыгрались? — усмехнулся Джеральд. Ксанвейн кивнул.

— От кровопролитного столкновения нас спасла случайность: одному молодому Ксанвейну удалось выжить. Он… нам пришлось его убить, — тихо сказал вампир. — От увиденного и пережитого ужаса он так умом тронулся, что… он это заслужил. Смерть лучше, чем вечная жизнь в ужасе и безумии.

Джеральд задумчиво взглянул на Рейчел. Она не отреагировала, по-прежнему не сводя взгляда с Ксанвейна.

— Но кое-что из его разума мы все-таки вытащили. И так узнали, что за стычками стоят Потомки. Дезмонд, естественно, нам не поверил. Проигнорировать такую угрозу мы уже не могли. В конце концов, Потомки у города — это уже не шутки. Пришлось поделиться сведениями с главным Веритом, — поджал губы Ксанвейн. — А один вопрос породил множество других. В общем, вскоре в курсе оказались все.

— И Совет отстранил Александра с должности, — закончил Джеральд.

— А были те, кто особенно на этом настаивал? — уточнила Рейчел.

— Не знаю. Меня на Совете не было. Александр сказал, что решение было практически единодушное. Не было только одной главы клана, — выразительно взглянул он на Рейчел.

— А мое мнение разве что-то бы решило? — вскинула она брови.

— Вы говорили, что среди Верных есть шпион, — выпрямился в кресле Ксанвейн.

— Да. И несколько кланов нам удалось проверить. Каэлиш, Носферату и Ашес можно исключить. Реджинальд наводит справки в своем, — кивнул Джеральд. — А что насчет вашего?

— Я приму к сведению и проверю, — кивнул Ксанвейн.

— И имейте в виду: шпион был на Балу Ночи. Этих вампиров проверьте в первую очередь, — мягко произнесла Рейчел.

— Я учту, — кивнул Ксанвейн и усмехнулся. — А ты не так проста, какой хочешь казаться.

Рейчел тонко улыбнулась.

— Вам достаточно знать, я не враг Верным. И готова помочь, если вдруг возникнет слишком деликатный вопрос или необходимость. А пока разрешите откланяться.

Рейчел поднялась на ноги. Ксанвейн окинул ее долгим внимательным взглядом. Джеральд качнул головой и тоже поднялся с места.

Ксанвейн проводил гостей до дверей. Джеральд и Рейчел заговорили лишь тогда, когда оказались в машине.

— Интересно, а Старейшина или Вериты известили Отступников о третьей стороне конфликта? По логике должны были… с другой стороны, Дезмонд не стал бы выставлять Элли за дверь.

— Он и не выставлял, — проворчал Джеральд. — Элли испугалась. Кто ж знал, что начинать надо было с разговора с Ксанвейн.

— И с чем бы ты к ним пришел? — резонно заметила Рейчел. Джеральд поднял вверх руки, признавая поражение. — Теперь надо как-нибудь донести до Франклина, чтобы Старейшина не откладывал заключение мирного договора с Отступниками. Надо подумать, — задумчиво произнесла Каэлиш.

— Поехали к Элли, — предложила Рейчел. — Кажется, вы планировали переезд?..

Джеральд кивнул. Ситуация с Отступниками заставила его невольно поежиться. Он старался не думать, что будет, если Верные все-таки с ними столкнуться в кровопролитной войне за город. Мелькнула даже малодушная мысль уехать отсюда подальше. Позвонить Эрику, забрать немногочисленных родственников и поселиться где-нибудь, где их никто не знает и не тронет.

— Ты права. Поехали в новый дом, — отрывисто выдохнул Джеральд.

Он вывернул руль, выезжая с парковки. Рейчел мягко коснулась плеча Наставника.

— Я не знаю, как отражается на тебе проклятие вашего рода. Просто знай, что я рядом. Ты не одинок. Если будет совсем невыносимо, можешь даже сорвать на мне злость и досаду. Только по лицу не бей.

Джеральд улыбнулся Рейчел и хотел поблагодарить за поддержку, но ее последние слова возмутили его.

— Спасибо, конечно, за поддержку, но я всегда придерживался политики никогда не бить женщин, — отозвался Джеральд.

Рейчел хохотнула.

— Только Хизер это не говори. А то она обидится, — подмигнула она сначала Джеральду, а потом отражению в зеркале.

Джеральда передернуло. За этот день он уже трижды пожалел, что стал Наставником для такой уж слишком странной даже для Каэлишей особы.

***

 Джеральд и Рейчел собрались довольно быстро ввиду того, что вещей у них было не так уж и много. Кристал они оставили записку, чтобы она не беспокоилась.

Наставник и ученица уже подъезжали к дому, как на телефон Рейчел раздался звонок. Девушка с недоумением взглянула на неизвестный номер. Как обращаться с этим устройством Рейчел не знала, но интуиция (или усвоенные годами навыки Элли) помогла понять, что нужно сделать. Каэлиш неуверенно отвела на сенсорном экране кружок с зеленой трубкой.

— Элли, это Читающая. У меня очень плохие новости, — раздался взволнованный женский голос.

Рейчел бросила быстрый взгляд в зеркало. Она не представляла, с кем разговаривала, зато знала того, кто уже имел честь видеть весь клан Каэлиш. А в том, что звонит кто-то из родственников, Рейчел не сомневалась.

— Одну минуту.

Каэлиш пристально взглянула в окно, уловив смутное отражение себя. Она всматривалась в него, пока оно не начало размываться и не сменилось на дремлющую блондинку в синем мундире. Рейчел постучала по стеклу. Хизер вздрогнула и открыла глаза.

— Знаешь, кто такая Читающая? — тихо спросила Рейчел. Хизер спросонья не сразу поняла, что от нее хотят. Рейчел пришлось повторить вопрос. После этого Хизер кивнула. — Прекрасно. Тогда сделай одолжение: пообщайся с ней, — попросила Рейчел.

— У тебя все в порядке? — обеспокоенно спросила Читающая.

— Что? — Хизер взглянула сначала на говорящий телефон, потом на себя, и ответила: — Ну если не считать, что я одета как подзаборная шлюха, то все нормально.

Джеральд при этом замечании чуть не поперхнулся. Он взглянул на Хизер через зеркало заднего вида, но в спор благоразумно вступать не стал. Разговор с Читающей был важнее. Он сомневался, что кто-то из Каэлиш стал бы звонить просто так.

— Так что случилось? — с хмурым видом спросила Хизер.

— Джеймса убили, — взволнованно произнесла Читающая. — Место главы клана снова пустует.

— Что?… Как?! Когда?! — подскочила Хизер на месте.

— Сегодня ночью. Он встретил смерть на пороге собственной квартиры. Франклин знает. Он уже начал расследование.

Хизер презрительно скривила губы. В главного Верита она не верила.

— Я догадываюсь, кто убил Джеймса, — процедила Хизер сквозь зубы. — Другой вопрос: зачем?

— Надеюсь, ты сможешь с этим разобраться, — ответила Читающая. — От судьбы не уйдешь. Теперь тебе придется вести нас в Большой Игре.

— Опять я?! — возмутилась Хизер. — А других кандидатур нет?!

— Нет. Кости, руны, карты — все сходятся в едином мнении. Старейшина слеп. Петля на его шее затягивается все сильнее, а он ее даже не чувствует. Если кто и способен удержать его на помосте и обелить, то это ты. Мы тебе поможем. Все. Стоит только дать знак.

Джеральд и Хизер переглянулись через зеркало заднего вида.

— Я так понимаю, остальной клан против моей кандидатуры возражать не будет? — угрюмо спросила Хизер.

— Мы сделали свой выбор. Задолго до того, как ты пробудилась. И он останется неизменным, — заверила Читающая.

— Ладно, будь по-вашему, — нехотя сказала Хизер. — Только Старейшину не забудьте в известность поставить.

— Обязательно.

Читающая сбросила звонок. Хизер отложила телефон в сторону и выругалась. Затем еще раз. И еще. Английский плавно перешел на французский, причем как это произошло, Хизер и сама бы не смогла объяснить.

Девушка взглянула в зеркало и поймала там отражение Рейчел.

— Ты все слышала? — спросила Хизер Рейчел.

Она кивнула. На некоторое время в машине воцарилась тишина.

— Ты говорила, что у тебя есть соображения на этот счет, — произнес Джеральд, сворачивая к сектору частных домов.

— Потомки хотят вывести нас на большую арену, чтобы не терять из поля зрения, — задумчиво произнесла Рейчел. — Однажды они тебя уже упустили. И это было их ошибкой. Возможно, они решили, что ты затаился, но, если Потомки навели справки об Элли, то наверняка догадались, кто натравил на них Департамент. Может, попытались распространить свое влияние и на другие кланы и поняли, что те предупреждены. Я не удивлюсь, если следующий удар будет нанесен по нам.

Джеральд остановил машину напротив дома, не отпуская руля. Жилы на шее на натянулись, а желваки ходили ходуном. Стеклянный взгляд ничего не видел.

— Я не позволю им тебя и пальцем коснуться, — глухо произнес Джеральд.

— Значит, надо упредить этот удар, — тонко улыбнулась Рейчел. — Возможно, предателю попросту не понравилось, что место главы занимает опытный Каэлиш. На пробужденную управу найти гораздо проще, чем на опытного вампира.

Джеральд невесело усмехнулся.

— Хочешь, чтобы они думали, что им создаю проблемы я? — иронично спросил Джеральд. — А если они решат меня выдать? Франклин вздернет тогда нас обоих, — заметил он.

— Пока они уверены в своих силах. Пусть так будет и дальше. Посмотрим, что Потомки еще предпримут, а затем сделаем ход сами.

— И какие у нас есть варианты? — вздохнул Джеральд.

— Для начала нужно сделать так, чтобы в случае войны Дезмонд оказался нам союзником, а не врагом. Но об этом мы подумаем после того, как устроимся на новом месте. Даже когда жизнь летит к чертям, стоит помнить, что она все-таки продолжается, — произнесла Рейчел и вышла из машины.

— И то правда, — пробормотал Джеральд и последовал за Рейчел.

Он поднял голову к небу и прищурился. Ярко светило солнце, дул свежий легкий ветерок… Джеральд с удивлением отметил, что раньше всего этого не замечал. Он обернулся и взглянул на Рейчел, которая направлялась к дверям нового дома уверенным шагом. За какой-то короткий период вся его жизнь перевернулась с ног на голову из-за нее. Джеральд не мог однозначно сказать, нравилось ему это или нет. Но одно он знал наверняка: этих удивительных девушек он ни за что и никуда не отпустит.

Джеральд отвел от Рейчел взгляд и открыл багажник. Он без особого труда вытащил три чемодана и последовал за ней. Да, жизнь летела к чертям, но все-таки продолжалась.

Глава 11: Срочное собрание

Элли медленно открыла глаза. Чувствовала она себя отдохнувшей, но при этом у нее не было сил пошевелиться. Как будто кто-то придавил ее к кровати тяжелой плитой или привязал к рукам и ногам тяжелые гири.

Каэлиш обвела глазами комнату и резко села на кровати, стряхнув давящее чувство. Это была не ее комната. На мгновение девушку накрыла паника. Элли глубоко вдохнула и досчитала до десяти. Леденящий холод отступил, сменившись чувством дежавю. Она вспомнила свой самый первый день пробуждения и нервно усмехнулась. Всего-то пропустила день или два, подумаешь!..

И все-таки комнату Элли узнала. Она видела ее на фотографиях совсем недавно. Каэлиш потерла виски пальцами, крепко зажмурившись. Элли поняла, что переезд произошел без ее ведома.

Юная Каэлиш встала с кровати и осмотрелась. Чемоданы были пусты. Вещи оказались разложены и развешаны в непривычном порядке. Мысленно возмутившись, девушка взяла с полки удобную одежду, в которой обычно ходила дома, быстро переоделась и принялась приводить в шкафу привычный порядок.

От этого простого успокаивающего занятия Элли отвлекло сообщение, пришедшее на телефон. Звук настолько резко разорвал тишину, что девушка аж подпрыгнула. Выругавшись про себя, Элли взяла телефон и прочитала следующее:

«Сегодня в полночь состоится срочное собрание. Адрес сообщим за два часа до встречи».

Элли взглянула на неопределившийся номер и с сомнением перечитала сообщение. Пожав плечами, она отложила телефон и продолжила прибираться в шкафу. Закончив, Элли расчесалась и заплела волосы в косу, не глядя в зеркало, и села на кровать, раздумывая, чем бы еще себя занять. Разговор с Джеральдом она хотела оттянуть как можно дольше.

В дверь раздался осторожный стук. Элли со вздохом открыла и увидела на пороге Джеральда. Сегодня он был без привычного пиджака. Элли приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но все слова резко вылетели из головы. Она даже не сразу поняла, что просто стоит и любуется Наставником. А внешностью он обладал очень даже привлекательной, несмотря на отсутствие накаченных мышц.

— Тебе никаких сообщений не приходило? — выпалила Элли, чтобы сгладить неловкость.

— Было, — кивнул Джеральд. Каэлиш надеялась, что он ничего не заметил. — Кажется, ситуация вышла из-под контроля.

Элли удивленно взглянула на Наставника. Он озадаченно на нее.

— А-а… ты же не в курсе… — В глазах Джеральда появилось понимание.

Он сел на мягкий стул и указал Элли на кровать. Она подчинилась. Наставник потер подбородок и коротко поведал обо всем, что вчера произошло. Далекая от политических игр Элли не сразу соединила воедино все звенья цепи, но под конец рассказа в ее глазах появилось понимание. Новость о том, что ей придется возглавлять клан Каэлишей молотом ударила по голове и холодом пронеслась по венам.

— Э-э, мы так не договаривались! — замотала головой Элли. — Принять участие в интригах я еще готова, потому что от этого зависят наши жизни, но возглавлять клан… я же никого там не знаю! И не готова нести за других ответственность!

— Ты еще можешь устроить им выволочку, — ухмыльнулся Джеральд. — А вообще у тебя нет выбора. По двум причинам. Первая — сам клан. Ты можешь пойти против одного Каэлиша, но не против всех сразу. Вторая — будучи главой клана ты будешь в курсе событий, а это то, что нам сейчас нужно. Элли, в Совете нет ничего страшного. Все, что от тебя требуется, это сидеть и слушать. Изредка отвечать, если что-то спросят. Хизер справилась, справишься и ты.

Элли молчала долго. Она так разволновалась, что не заметила, как начала перебирать покрывало, практически стянув его с кровати. Джеральд мягко взял ее за руки и освободил ткань из ее пальцев. Элли почувствовала, как к горлу подступают слезы.

— Почему я? — тихо спросила она, подняв взгляд на Наставника. Он не отрывал взгляда от ее зеленых глаз. А Элли только сейчас разглядела, насколько у Джеральда ясные голубые глаза.

— Я не знаю, — негромко ответил он, стиснув руки Элли. — Могу только сказать, что мы — фигуры в чьей-то игре. И этот игрок то ли о нас забыл, то ли позволил действовать самим.

— Ты же не оставишь меня? — тихо спросила Элли. Джеральд улыбнулся.

— Пойти с тобой на собрание глав кланов я не смогу. Такие правила, — пожал он плечами. — Но я могу сопроводить тебя. Потом вместе уедем.

Элли немного успокоилась.

— Времени до собрания еще много, — заметил Джеральд, взглянув на часы. — Если ты ничего не планировала, то я могу дать пару уроков использования ментальных техник.

— Не откажусь, — кивнула Элли. — С тем, что вокруг творится, это было бы даже полезно.

— Только для начала тебе надо успокоиться и взять себя в руки. И вот еще: подвал ремонтируют, так что нам будут немного мешать. Там через несколько дней будет тренировочный зал. Помимо ментальных тренировок чуть позже можем приступить и к физическим.

— Это плохая идея, — вздохнула Элли. — Кристал уже пыталась меня научить, но это заканчивалось полным провалом. Как только переходили к чему-то серьезному, я постоянно отключалась, а в себя приходила уже в комнате. А теперь я вроде как сильнее, ловчее… Я не хочу тебя покалечить, Джеральд.

— Не переживай, я сумею с тобой справиться, — улыбнулся Джеральд. — А тебе пойдет на пользу: научишься перебарывать страх и не потеряешь контроль над ситуацией.

Элли неуверенно кивнула и высвободила свои ладони из рук Джеральда.

— Я подумаю над этим. А пока расскажи мне, как пользоваться ментальными техниками, — попросила Элли.

***

Полночь неумолимо приближалась. И чем ближе было время собрания, тем сильнее нервничала Элли. Чтобы не думать о предстоящем событии, она уткнулась в телефон и вела переписку с друзьями и сестрой, сидя в машине. Кристал сразу заподозрила что ее сестренка куда-то вляпалась, но пока Элли удавалось переводить тему в другое русло. В какой-то момент Каэлиш задумалась и ненадолго выпала из реальности.

Джеральд ее не трогал. Он лишь внимательно наблюдал за подопечной через зеркало заднего вида. Он уже понял, что вести с ней диалог бесполезно. Элли отвечала невпопад, а то и вовсе не слышала вопросов, переспрашивая Наставника по нескольку раз. Юная Каэлиш сильно переживала, и это отражалось в каждом ее слегка нервозном действии. Шутка ли, узнать, что ты глава клана, когда вампиром являешься всего лишь четыре дня?

Встрепенувшись, Элли набрала номер сестры, чтобы не писать внезапно пришедшую ей в голову идею. Она еще удивилась, почему она не пришла в голову им с Джеральдам раньше. Или хотя бы ее соседкам по разуму.

— Кристал, привет!.. Слушай, я вот что хотела спросить… как у тебя дела на работе? Я имею в виду, охота на кладбищах идет успешно?

Несколько мгновений в трубке висела тишина.

— С чего вдруг такие вопросы? — настороженно спросила Кристал.

— Я просто подумала… а ваша команда не сможет поймать вампира живьем?

Джеральд с вытянувшимся лицом обернулся к Элли. Она приложила палец к губам, призывая его к молчанию.

— Теоретически это возможно, — медленно произнесла Кристал. — Но какой в этом смысл?

— Мы заберем его и сдадим на допрос. Даже если это молодой вампир, как я, что-то он да знает. Например, где скрываются его сторонники, — взволнованно произнесла Элли. — Поверь, это очень важно для нас. Для меня.

— Я постараюсь провернуть подобный финт ушами, но ничего не обещаю. Мне от начальства лишние вопросы тоже не слишком нужны.

— Спасибо! — горячо поблагодарила Элли Кристал. — Люблю тебя!

Она сбросила вызов и откинулась на спинку кресла.

— Гениально, — ошеломлено пробормотал Джеральд. — Странно, что мы до этого раньше не додумались. Очевидное же решение! Может, повезет, и им в руки попадется опытный вампир, — усмехнулся Джеральд и взглянул на часы. Они показывали без четверти полночь. — Ты готова? — улыбнулся Астан, открывая дверь машины и откровенно любуясь Элли.

— Нет, — испуганно сказала Каэлиш, оправляя длинное платье.

— Честно, но выбора у тебя все равно нет, — огорошил ее Наставник.

Джеральд вышел из машины и открыл дверь со стороны воспитанницы, помогая той выбраться.

Элли была в черном вельветовом платье до лодыжек. Рукав был только с одной стороны, скрывая кисть руки до пальцев. Другая рука была открытой, а через плечо перекинута серебристая бретелька. Волосы свободно падали на плечи. Косметика на лице практически отсутствовала. Только губы были немного оттенены помадой.

Джеральд остался верен себе. У Элли невольно создавалось впечатление, что он родился в деловом костюме.

Наставник предложил воспитаннице руку. Элли неуверенно взяла Джеральда под локоть. Вместе они отправились к сверкающему огнями коттеджному дому. К ночным закрытым вечеринкам народ в Лос-Анджелесе давно привык. Мало ли что у очередной знаменитости на уме? Идеальное прикрытие, если хочешь провести закрытое заседание.

На Элли и Джеральда строгая охрана не обратила внимания. Они беспрепятственно прошли в особняк. Вампиров внутри практически не было. Только люди, расхаживающие от одного выставочного зала в другой. После ночной темноты было непривычно оказаться в ярко освещенном помещении.

— А мы точно туда пришли? — с сомнением спросила Элли, оглядываясь по сторонам.

— Туда, — раздался неподалеку мягкий голос. Джеральд с Элли обернулись и увидели Реджинальда. — Собрание незапланированное, не успели должным образом все организовать. Да и выставка должна была проходить только через три дня.

— Собрались только главы кланов? — спросил Джеральд.

— Почти. Все сопровождающие ждут внизу.

Реджинальд взглядом указал на темноволосую высокую девушку в алом костюме. Джеральд ее узнал — не раз видел в резиденции Дэвейнов.

Ашес взглянул на часы и аккуратно высвободил руку, подтолкнув легонько ее к Реджинальду. Элли поправила клатч и сделала несколько неуверенных шагов к Дэвейну. Внутри у нее все сжималось от страха. Каэлиш вымученно улыбнулась, пытаясь сохранить лицо. Она обернулась. Джеральд кивнул. Элли сделала глубокий вдох и взглянула на Реджинальда, подавшего ей руку. Онаокинула вампира боязливым взглядом. Было в Дэвейне что-то располагающее. Открытая полуулыбка не обманывала. Приятный голос обволакивал, но не лгал.

Элли неуверенно вложила ладонь в предложенную руку. Что-то ей подсказывало, что этому вампиру можно довериться.

— С кем имею честь общаться? — спросил Реджинальд, уводя Каэлиш по лестнице на второй этаж. Элли вздрогнула.

— Вы знаете… — прошептала она. Совладав с собой, Каэлиш все же представилась.

— Реджинальд Дезолье. Глава клана Дэвейн.

— А вы не знаете, по какому поводу собрание? — тихо спросила Элли.

Реджинальд чуть помрачнел.

— Меня в известность не ставили.

В тишине они прошли по коридору и остановились около массивной отделанной под старину двери. Около нее расхаживало два недовольных вампира, увешанных оружием с головы до ног. Они свирепо взглянули на Элли и Реджинальда, но ничего не сказали. Главы кланов прошли в кабинет, где уже практически все собрались. Не хватало только Носферату. На срочные собрания они зачастую опаздывали. Причем из-за чего было неясно. Пробраться куда угодно (в особенности туда, куда их не звали) для Носферату никогда не являлось проблемой, как и стереть с камер собственные физиономии.

Стоило Элли переступить порог, как все внимание тут же обратилось на нее. Каэлиш показалось, что ее кожа воспламенилась под этими неприязненными и прожигающими взглядами.

— А что она здесь делает? — ровным голосом осведомилась Хоргинас.

— Каэлиш были непреклонны, — ответил Эдмунд. — А у меня не было времени бороться с их упрямством.

Элли как в тумане дошла до своего места. Она и не заметила, как Реджинальд отодвинул стул. Девушка заняла свое место, стараясь быть как можно незаметнее. Она даже почувствовала, как сила наполняет ее и разливается внутри. Стиснув зубы, Элли подавила это чувство. Она помнила напутствия Джеральда: не пользоваться ментальными техниками на Балу Ночи.

— Простите, я опоздал.

Из тени вышел Носферату, невольно заставив всех вздрогнуть.

— Окна были закрыты. Пришлось повозиться, — небрежно произнес он, стряхивая невидимую пылинку с рубашки.

Он вальяжно занял свое место и с интересом взглянул на Элли.

— Значит, Каэлиш все-таки настояли на своем, — усмехнулся он.

Элли украдкой взглянула на собравшихся. Джеральд показал ей через телепатию всех и напутствовал, что не знает, кто займет место Ксанвейн. Но по описанию на месте Александра Элли узнала того, с кем Джеральд общался вчера. И Ксанвейн был в тихом бешенстве.

Франклин тенью возвышался за спиной Эдмунда, как и Конспиратор. Элли заметила, как у последней чуть подрагивают руки. На краткий миг юная Каэлиш испытала к ней сочувствие — работа по сохранению тайны существования вампиров наверняка забирала немало сил. Особенно сейчас, на пороге войны.

Несколько секунд висела гнетущая тишина. Наконец, Эдмунд заговорил.

— Нас собрал здесь не самый приятный повод. Мы близки к тому, чтобы потерпеть поражение в битве за город. А также мы оказались на грани войны с Отступниками. И все из-за деятельности Ксанвейн.

Он с рычанием тут же вскочил на ноги, да так, что стул опрокинулся.

— Вместо того, чтобы устраивать очередное бесполезное собрание, лучше бы поговорили с Дезмондом, пока он Верным не объявил войну! А вы, — обернулся Ксанвейн к Франклину, — выясняли, кто стоит за смертью Александра! Лично я склонен думать, что это именно Дезмонд приложил к этому руку, но, учитывая, какое положение в городе, я готов закрыть глаза временно на подобное! Но не думайте, что клан Ксанвейн об этом забудет!

— Это могли быть и Потомки, — негромко произнес Эрик.

Элли подняла на него взгляд. Когда Джеральд ей его показывал, Каэлиш показалось, что у нее двоится в глазах. Сейчас же она видела, что перед ней совершенно другой человек. Даже внешне братья-близнецы были совершенно разными. Они отличались движениями, манерой речи, предпочтениями в одежде — в общем всем, чем только можно было, чтобы Элли с точностью сказала, что перед ней не Джеральд. Или у нее от длительного бодрствования крыша поехала?

Элли тряхнула головой и поняла, что часть разговора пропустила, увязнув в раздумьях.

— Хотите намекнуть, что среди нас есть шпион? — холодно спросила Хоргинас, взглянув на Эрика.

— Я не намекаю, — невозмутимо отозвался он. — Я говорю открыто.

— И вот что странно: наш уважаемый главный Верит этого до сих пор не заметил, — с иронией произнес Носферату. — А ведь нас, между прочим, чуть не завалило насмерть, — погрозил он Франклину.

За столом собрания повисла тишина.

— А вы что, об этом не слышали? — с наигранной легкой обидой спросил Носферату. — Тогда вот вам еще пища для размышлений: несколько кланов из подозреваемых можно исключить. Например, мой, — заявил он, скрестив руки на груди и откинувшись на спинку стула.

— И мой, — произнес Эрик. — Ашес не так много, так что проверка каждого много времени не заняла.

— Я свой тоже проверил, — кивнул Реджинальд. — Моя семья чиста.

— В свете последних событий я надолго своим родственника запретил покидать резиденцию, — произнес Ксанвейн. Он уже немного успокоился, но Элли чувствовала, что стоит хоть промелькнуть хоть одной искре, и буря разразится снова. — И я тесно пообщался со всеми. Среди нас шпиона нет.

— Вопросы вызывают два клана: Келлин и Хоргинас, — сказал Эрик, выпрямившись.

— А Каэлиш? — тут же прищурилась Аманда.

— О-о, назовите мне хоть одного нормального вампира, который согласится внедрить шпиона в этот клан, — расхохотался Носферату. — Как минимум среди них шпион будет выделяться своей нормальностью, — весело сказал он.

Элли неожиданно для себя обиделась. И обидно было не столько за себя, сколько за родственников.

— Мой клан можно исключить, — заговорила Элли. На подобный подвиг ей потребовалось немало сил. — Для шпиона была подготовлена ловушка. Такой соблазн он не мог обойти стороной.

Хоргинас поджала губы и окинула Элли ледяным взглядом. Каэлиш его выдержала.

— А если я скажу, что проверила свой клан? — вкрадчиво сказала Хоргинас. — Откуда мне знать, что вы все не лжете? Где доказательства?

— Да пожалуйста, — лениво произнес Носферату.

Он встал из-за стола и направился к тому углу, из которого материализовался в начале собрания. В руках у него была толстая папка. Элли изумленно хлопнула глазами. Она готова была поклясться, что там написано все досье едва ли не по каждому вампиру.

— Ознакомьтесь! — плюхнул Носферату толстенную папку перед ошарашенной Амандой. — Здесь нет только вашего клана и Келлин, — вкрадчиво сказал он. — Да, господа, чтоб вы понимали, шпион был на предыдущем Балу Ночи, но мы расширили зону поисков. Все главы кланов действовали сообща. Мистер де Мартен, ваша работа сократилась больше, чем наполовину, — отвесил он поклон главному Вериту.

— И всех нас связало одно звено, — негромко добавил Реджинальд. На Элли он не смотрел, однако Каэлиш поежилась. 

Хоргинас скрипнула зубами. Ноздри ее раздувались, а желваки ходили ходуном. Она устремила свирепый взгляд на Элли. Она тут же уставилась в гладкую отполированную поверхность стола.

— Интересно, и ко же вас всех объединил? — задумчиво спросила Келлин. На этом собрании она впервые подала голос. И показалась Элли на редкость безмятежной, что в ее положении не соответствовало ситуации.

Бумаги тем временем незаметно перекочевали к Франклину. Он принялся открыл первый лист и принялся его подробно изучать.

— Да-а, а еще Джеймс погиб, — выразительно взглянула Келлин на Элли. — Спрашивается: куда смотрит главный Верит? Отчет по внутреннему расследованию предоставляет глава клана Носферату, а места погибших глав занимают не самые достойные кандидатуры. Неудивительно, что с таким подходом наше движение разваливается.

Холодные взгляды обратились на Келлин. Как бы жестоко не звучали ее слова, она была права.

— Хоть кто-то здравомыслящий здесь нашелся! — фыркнула Аманда. — Лично я предлагаю вызвать Судью. Пусть кто-нибудь из них разбирается в текущей ситуации в городе! А заодно проверит вашу компетенцию! — с вызовом сказала она Франклину и Старейшине.

В зале повисла тишина. Некоторые главы кланов встревоженно между собой переглянулись. Келлин неопределенно хмыкнула.

— Интересно и как нам поможет Судья? — негромко спросила она. — Возникших проблем это не решит. Или, может, у молодой крови есть решение проблемы? — с иронией взглянула Келлин на Элли.

Она вздрогнула, почти сразу почувствовав на себе заинтересованные взгляды.

— Нет, — наконец тихо сказала она и снова уставилась в стол.

Внезапно Элли осознала, насколько являлась опасной и для Потомков, и для Верных. Сестра — связь с Департаментом. Дар Сирены — способность разговорить кого угодно. Видения после бессонной ночи — источник информации. Рейчел видит будущее и умеет плести интриги. Хизер зрит прошлое. Наверняка она тоже появилась не просто так.

Задумавшись над этим вопросом, Элли снова упустила часть разговора.

«А я зачем? Чтобы объединить всех?» — с горечью подумала юная Каэлиш.

Элли тряхнула головой и подняла взгляд на глав кланов, среди которых разразился спор: вызывать некого Судью или нет.

— Я против смены руководства, — заявил Эрик. — Франклин, при всех его недостатках, умеет вести боевые операции. А Эдмунд неплохой руководитель. На его месте впросак мог попасть любой.

— А мне идея со сменой Старейшины нравится, — неожиданно произнес Носферату, закинув руки за голову.

— А я нет, — хмуро буркнул Ксанвейн. Он сверкнул глазами в сторону Франклина, но сдержался от выпадов в его сторону. — Я не уверен в компетентности главного Верита, если он даже не видит того, что происходит под носом!

Элли искоса взглянула на Реджинальда. Она очень хотела знать, кто такие Судьи, но не стала. Положение и так было шатким, а глупые вопросы только бы его усугубили.

Внезапно Каэлиш накрыло неприятным чувством. Ей показалось, что на обнаженные участки кожи что-то прилипло. Элли осторожно провела рукой по обнаженному предплечью, но ничего не почувствовала. Только неприятные ощущения никуда не делись.

«Паутина, — запоздало произнесла Элли. — Такое чувство бывает, когда липнет паутина…»

Каэлиш взглянула на других вампиров, и к ней внезапно пришло осознание.

«Вот оно что… Старейшину и главного Верита не просто так смещают…»

Голова у Элли пошла кругом. Подковерные игры вампиров казались ей слишком сложными. Во что ее впутали? И, главное, зачем? Один вопрос потянул за собой другой. Элли до боли стиснула зубы. Острые верхние клыки неприятно царапнули десны.

Кто-то ее пихнул в бок. Элли отвлеклась от раздумий и подняла взгляд на вампиров. Все выжидательно на нее смотрели, чего-то ожидая.

— Простите, я отвлеклась, — быстро сказала она. Ледяными волнами к Элли начала подкатывать паника. И отнюдь не потому, что на нее недружелюбно смотрели главы других кланов.

Хоргинас презрительно фыркнула.

— Мнения разделились, — степенно пояснил Реджинальд. — Половина за избрание нового Старейшины и главного Верита, другие против. Остался твой голос, который сместит чашу весов. От твоего решения будет зависеть, появится Судья в городе или нет.

Элли застыла. Она до ужаса не любила, когда за ней оставляли последнее слово. И если друзья просто обижались, когда она в подобные моменты уходила от ответа, то сейчас решалась судьба Верных. К такой ответственности Элли была не готова. Сейчас она очень жалела, что на ее месте не находится кто-нибудь другой.

С накатывающей паникой становилось справляться все сложнее. Язык отнимался. Внутренности простреливали импульсы холода. Каким-то чудом Элли нашла в себе силы заговорить:

— Тень… пусть их поглотит тень…

Собственные слова донеслись до нее словно сквозь туман. Элли закрыла лицо руками и издала тихий стон. Что за глупость она только что ляпнула?!

— Кто-нибудь понял, что она сказала? — изогнула бровь Келлин.

— Поглотит тень… — задумчиво произнес Реджинальд. — Я полагаю, девочка имеет в виду, чтобы вы оставили свои места, — взглянул Дэвейн на Франклина и Эдмунда.

Элли закусила губу. Она хотела провалиться сквозь землю. Отчаянно ей хотелось крикнуть, что ее слова не несут никакого смысла, но Элли будто примерзла к месту. Все ее силы сейчас уходили на борьбу с самой собой. Паника лишала рассудка, затуманивала зрение и пробуждала грань опасного состояния. С трудом Элли сумела прислушаться к разговору за столом. Часть его она снова пропустил. Чужие голоса подобно спасательному кругу вытаскивали ее из сковавшего оцепенения.

— Кто займет место Старейшины? — услышала Элли голос Келлин. — Лично мне нравится кандидатура Дезолье.

— Благодарю за доверие, — отозвался Реджинальд, — но это слишком большая ответственность. Я и за кланом не всегда могу уследить, а тут все Верные…

— А почему нет? У него отличная репутация дипломата. Война явно не то, что сейчас нам нужно, — лениво протянул Носферату. — Они с Дезмондом сумеет наверняка договориться. А вы что скажете, уважаемые? — взглянул он на остальных.

— Согласна, — медленно протянула Аманда.

— Не возражаю, — буркнул Ксанвейн.

Эрик ограничился кивком.

— Что ж, похоже, у меня нет выбора, — вздохнул Реджинальд. — Но вы же все понимаете, что моя кандидатура временная?

— На время нас устроите и вы, — отозвалась Хоргинас.

Элли, наконец, совладала с собой. Она была потрясена. Не столько тем, что происходило на собрании, столько тем, как все пошло не по плану. Глав кланов собирали явно не для того, чтобы те отстранили Эдмунда и Франклина.

И кто такой Судья?..

Интуитивно Элли чувствовала, что это важная фигура на политической арене. И нежелательный игрок для Потомков.

«Станут они действовать более осторожно или допустят ошибку? — рассеянно подумала Элли. — Надо поговорить с Джеральдом».

Слова об окончании собрания вызвали у нее вздох облегчения. Элли поспешила одной из первых покинуть зал. Она хотела сейчас одного: оказаться где-нибудь подальше от этого места и от этих вампиров. Каэлиш не обратила внимания на того, кто ее окликнул.

В торопливом шаге по ступеньками Элли не учла коварство длинного платья — девушка наступила на подол и едва не сосчитала носом последние несколько ступеней. Спас ее от этой участи Эрик, подхватив под руку.

— Осторожней, — произнес он, оглядывая Элли с головы до ног.

— С-спасибо, — боязливо поблагодарила Каэлиш. — Я, наверное, пойду. Нечего мне здесь делать, — быстро сказала Элли, высвободившись из руки Эрика.

Она торопливо пересекла зал и смешалась с толпой, выискивая взглядом Джеральда. Он оказался неподалеку. С плеч у Элли как будто гора с плеч свалилась. Она подошла к нему и без лишних разговоров взяла за руку и потянула на выход. В душном выставочном зале Элли начала задыхаться.

Холодный уличный воздух охладил разгоряченную кожу и вихрем ворвался в легкие. Каэлиш даже закашлялась от резкой смены температуры.

Джеральд не сводил с нее встревоженного взгляда. Совладав с собой, Элли выпрямилась и сказала:

— Поехали домой. Я там тебе все расскажу.

— Не возражаете, если я составлю вам компанию? — осведомился Эрик.

Элли кинула на него быстрый взгляд. Каэлиш и не заметила, как он тенью вышел следом за ней.

Джеральд взглянул сначала на воспитанницу, потом на брата и медленно кивнул. Встревоженность сменилась настороженностью.

— Ты на своей машине? — уточнил он у Эрика.

— Предпочту поехать с вами.

Джеральд окинул Эрика оценивающим взглядом. Тот закатил глаза.

— Твоей первой девушкой была Бруна Перес. А ее брат тебя за это чуть не убил.

Джеральд поморщился.

— Можешь не продолжать, — буркнул он. — Поехали.

Элли удивленно взглянула на Джеральда. Ее удивил не столько странный диалог, сколько информация о том, что у Наставника была девушка.

— Бруна Перес?.. — недоверчиво спросила Элли.

— Это было очень давно, — ответил Джеральд. — В тысяча восемьсот восемнадцатом году. Другие времена, другие нравы, — криво усмехнулся он.

Элли залилась краской и отвернулась. Она почувствовала себя очень неловко. Занятая своими проблемами, она так и не удосужилась поинтересоваться, какой была жизнь ее Наставника. И сколько ему лет. Вернее, она как-то спрашивала, но он тогда не ответил.

Эрик взглянул на Элли и ухмыльнулся.

— Не смотри, что он такой скромный. Когда был человеком, не мог спокойно пропустить ни одну юбку, — шепнул он Элли.

Джеральд обернулся и недобро прищурился.

— Не будь ты моим братом, я бы укоротил тебе язык. Или пристроил бы его на пятую точку, — выразительно произнес он.

Элли хихикнула. Их разговоры напомнили ей беззаботные вечеринки у друзей, когда они с Кристал начинали так же друг друга поддевать.

Каэлиш заняла привычное место на задних сиденьях, пристегнулась и вялым движением разрешила Эрику начать рассказ. И по мере того, как Эрик в красках рассказывал, что происходило на совете, Джеральд мрачнел все больше и больше.

Элли встряла лишь в середине разговора. Теперь она не опасалась задавать вопросы и показаться глупой.

— А кто такие Судьи? И как его присутствие отразится на Потомках?

— Судьи — это вампиры, стоящие выше Старейшины. Именно они назначают глав городов. Если Совет недоволен кандидатурой от них, его решение могут оспорить, а главы кланов выдвинуть свою. В нашем случае Судья может либо оправдать Эдмунда и дать ему еще один шанс показать себя, либо утвердить Реджинальда в должности Старейшины, — пояснил Эрик.

— А еще Судьи хорошие воины, — добавил Джеральд. — В одиночку они, конечно, Семью Потомков не разметут, но у них есть для этого ресурсы. Более того, для войны они могут стянуть силы с нескольких городов — это входит в их компетенцию. Естественно, за ослабленными областями влияния они не забывают следить. В общем, это такие вампиры, которые могут заметно испортить Потомкам жизнь.

— Значит, в их интересах, чтобы Судья суда не доехал? — спросила Элли.

Эрик и Джеральд переглянулись.

— Что?..

— Элли, ты чертов гений, — пробормотал Джеральд.

— Я?! — опешила девушка. — Да я не…

Элли внезапно осенило.

— Вы хотите вызвать Судью и сделать его мишенью? — побледнела она. — Зачем?!

— Во-первых, мы наладим связи с Судьей. Лишним это никогда не будет. Во-вторых, если повезет, сможем заполучить в свои руки важную шишку среди Потомков. На такое дело они не пошлют кого попало.

— И Потомки нас убьют, — пробормотала Элли.

— Обнадеживать не буду, могут попытаться, — нехотя признался Джеральд.

Каэлиш вжалась в кресло и отвернулась к окну. Внутренности стянулись в тугой узел, а внутри зародилось леденящее чувство страха. В очередной раз Элли задумалась: куда ее впутали и кого за это благодарить? Клан? Или здесь замешана третья сторона?

— Да, осталось только найти того, кто вызовет Судью. Сделать это не так просто — их немного, а находиться они могут где угодно, — заметил Эрик.

— Обычно у Старейшины есть один или два контакта на экстренный случай. Эдмунд должен кого-то знать. В крайнем случае, передать информацию Реджинальду, — заметил Джеральд. — Что по Келлин и Хоргинас?

— Носферату пока что не давали никакой информации, — ответил Эрик. Джеральд кивнул.

Элли слушала их разговор и удивлялась сама себе. То, что казалось ей пространным на собрании предстало ясным сейчас.

— Эдмунда и Франклина Совет убрал в тень не просто так, — тихо заговорила она. — Это — вынужденные жертвы. Потомки близки к победе, до мата им осталось сделать буквально пару ходов. А Судья — это фигура уже из другой партии… — озадаченно спросила она, взглянув на изумленных братьев. — Я что-то не то сказала?

Элли прикусила язык. Она поняла, что потеряла нить собственных размышлений где-то на середине.

— Теперь я начинаю понимать, почему тебя Каэлиши выбрали главой клана, — произнес с уважением Эрик.

— Говоришь, Потомки близки к победе, — протянул Джеральд. — Значит, нельзя терять время. Чем быстрее появится в городе Судья, тем лучше. Глядишь, Потомки так расслабятся, что допустят ошибку.

— Забавно, что из наблюдающего за партией ты стал главным игроком, — иронично произнес Эрик. — Я тебя не узнаю, братец.

— Я сам себя не узнаю, — ответил Джеральд и взглянул на Элли через зеркало заднего вида.

— Но все сошлись на мнении, что Судью вызывать не нужно, — осторожно сказала Элли. — Я сама не поняла, что сказала…

— От твоего слова ничего не зависело, — ответил Эрик. — Судья — это хорошее решение в сложной ситуации вроде той, что сложилась здесь.

— И отличная проверка на шпиона, — добавил Джеральд.

— И какой у нас план? — со вздохом осведомилась Элли. Ей стало немного легче. Раз ее последнее слово ни на что не влияло, значит, можно было сбросить с себя груз ответственности.

— Для начала выспаться, — ответил Джеральд.

Он бросил выразительный взгляд на Элли. Она намек прекрасно поняла. Сейчас она совсем не жалела о том, что утром или днем ее место займет кто-нибудь другой. Раньше для нее было мечтой выпасть на день или два. Кто же знал, что она сбудется в столь извращенном варианте?

— А потом? — вяло уточнила Каэлиш.

— А потом наведаемся к Реджинальду и посмотрим, что сможем сделать, — ответил Джеральд.

Элли кивнула. Такой вариант действий ее вполне устраивал. Внезапно Каэлиш почувствовала себя очень усталой. Занятия днем ментальными техниками измотали ее разум, а ночь еще и душу. День и ночь выдались слишком длинными.

Всего лишь на мгновение девушка прикрыла глаза. И его хватило, чтобы сон накрыл ее темной пеленой небытия.

Глава 12: Утраченные воспоминания

Рейчел разбудил грохот и возня внизу. Она вздрогнула и открыла глаза, сразу же прищурившись от яркого солнечного света, который пробивался сквозь неплотно задернутые шторы. Снизу послышалась ругань, и грохот стих.

— А-а, — рассеянно протянула девушка. — Ремонт…

Она поняла, что поспать ей не удастся и села на кровати. Изнутри ее жгло чувство голода. А еще одежда как-то странно сковывала движения.

Рейчел осмотрела себя и быстро стянула вечернее платье. Она сменила его на короткое летнее и отправилась в ванную смывать остатки косметики.

«Интересно, куда мы вчера ходили? В таких нарядах обычно не принято гулять на обычной прогулке», — рассеянно подумала Рейчел, глядя в зеркало. Каэлиш не отрывала от него взгляд долго. Она надеялась, что сегодня хоть кто-то проснулся, но, увы, отражение не менялось. Каэлиш разочарованно вздохнула. Общаться с соседками по разуму ей даже понравилось.

Невольно Рейчел вспомнила, как попала в туманное царство, из которого выбралась. Там, на маяке, она увидела их. И себя. Причем такими, какими они были на самом деле.

«Интересно, если я снова попаду туда, получится их разбудить?» — подумала Рейчел.

Она снова еще раз окинула задумчивым взглядом отражение в зеркале и качнула головой, отказавшись от этой идеи. Во-первых, в царство тумана Рейчел попала по чистой случайности, защищаясь от ментальной техники. Во-вторых, она выпала из реальности. Кто знает, сколько пройдет времени, пока она там блуждает?

Рейчел вышла из ванной, чуть пригладила волосы и остановилась напротив комнаты Джеральда. Она уже подняла руку, чтобы постучаться, как вдруг дом исчез. Рейчел оказалась на улице. Дым заполонил все пространство. Сквозь него были видны бледные всполохи огня. Раздавались крики. Слышались выстрелы. Рейчел сделала неосторожный шаг и в кого-то врезалась. Она подняла взгляд и увидела искаженное ненавистью лицо Дезмонда.

— Убейте их всех! Чтобы ни одного Верного ублюдка в городе не осталось! — крикнул он и бросился в атаку.

Рейчел удивленно взглянула ему вслед. Лидер Отступников растворился в дыму. Раздался крик и под ноги Каэлиш полетела оторванная голова. Из широко распахнутого рта виднелась пара острых клыков.

Неожиданно кто-то встряхнул Рейчел. Видение развеялось, и она снова оказалась напротив дверей в комнату Джеральда. Только теперь те были распахнуты, в встревоженный Наставник крепко держал Рейчел за плечи и пристально смотрел ей в глаза. Каэлиш дважды моргнула. Джеральд облегченно выдохнул и отпустил ее.

— Ты что-то видела, да? — тихо спросил он.

Рейчел медленно кивнула.

— Но сначала расскажи мне, что происходило, пока меня не было, — попросила она. — Много я пропустила?

— Всего лишь один день, — ответил Джеральд. Он посторонился и кивнул на кресло в комнате. Дождавшись, когда Рейчел займет место, Наставник принялся рассказывать о вчерашних событиях.

Рейчел слушала его внимательно. Выражение ее лица практически не изменилось. Лишь под конец рассказа она чуть нахмурилась и поджала губы.

— Причина и следствие. Теперь понятно, с какой стороны Потомки нанесут удар.

Джеральд озадаченно взглянул на воспитанницу. Рейчел поведала ему о видении. Астан дважды выругался.

— Значит, война с Отступниками все-таки будет… — хмуро сказал он. — Этого еще не хватало…

Рейчел прищурилась и выпрямилась в кресле.

— Джеральд, ты кое-что не учитываешь.

Он вопросительно изогнул бровь.

— Будущее нигде не записано. Оно зависит от тех решений, которые мы примем сейчас. И уже они приведут нас к тому, что я видела, или помогут этого избежать. Скорее всего, это был более вероятный вариант развития событий и, если мы хотим этого избежать, нам придется действовать очень быстро.

Джеральд задумался. А она тем временем невозмутимо продолжила:

— Заполучить Судью в союзники мысль заманчивая, но это не первоочередная задача, если мы хотим выиграть. Скорее всего сценарий будет разворачиваться по следующему пути: либо Отступники спровоцируют Ксанвейн, и те поведутся, либо конфликт между ними раздуют Потомки. Возможно, они уже это делают, — задумчиво произнесла Рейчел.

— Мне кажется, — медленно начал Джеральд, — разрешение конфликта между Отступниками и Верными — это задача не для нас. Тем более, что Дезмонд нам с Элли ясно дал понять, что не горит желанием иметь дела с Верными. Он даже безобидную пробужденную отказался брать под свое крыло!

— Тогда нам стоит поговорить со Старейшиной. Наверняка Реджинальд нам не откажет в аудиенции, — тонко улыбнулась Рейчел.

Джеральд задумался. Эта идея пришлась ему по душе.

— Кстати, Реджинальд, помнится, хотел с тобой побеседовать… вот как раз и поговорите, — улыбнулся Джеральд.

— Тогда не будем терять время, — ответила Рейчел. — В моем видении все происходило ночью. До сегодняшней у нас еще есть время. И оно стремительно убегает.

— Тогда дай мне пару минут собраться, — сказал Джеральд.

Рейчел поднялась с кресла и вышла из комнаты. Она зашла к себе, посмотрелась в зеркало и дополнила образ парой аксессуаров. А волосы заплела в небрежную косу.

На улицу Рейчел выходила через задний ход. Сталкиваться с рабочими, которые делали ремонт в подвале, она не слишком хотела. Каэлиш смутно догадывалась, что присутствие людей только сильнее разожжет голод.

Вскоре спустился Джеральд и коротко кивнул Рейчел. Наставник и воспитанница выехали из дома в летний солнечный и полный жизни Лос-Анджелес. Только ни у кого из них не было настроения любоваться красотами города. Слишком уж тревожные мысли роились в голове на фоне грядущих событий.

***

Джеральд набрал номер Реджинальда на полпути и, оказалось, что глава клана Дэвейн их уже ждет. На вопрос: «Откуда тебе известно, что мы едем?» Реджинальд предпочел не отвечать.

— Чтоб я еще раз связался с оракулами, — проворчал Джеральд. — Или с теми, кто с ними слишком долго с ними общался…

Рейчел хохотнула с заднего сиденья.

— Если ты надеешься от меня так просто отделаться, то можешь даже не надеяться, — с лукавой улыбкой произнесла она.

Джеральд промолчал. Он бы ни за что не признался, что сам такую ученицу никому не отдаст. А ведь неделю назад был готов выставить из дома.

Джеральд тряхнул головой и сосредоточился на дороге. Светофор мигнул и сменил цвет на зеленый. Через пятнадцать минут езды Наставник и ученица были на месте, ухитрившись не попасть ни в одну пробку.

Рейчел в легком летнем платье выглядела очаровательно. Оно ее стройнило и открывало длинные ноги, обутые в босоножки на высокой платформе. Полупрозрачная ткань скрывала зону декольте, а синий цвет гармонировал с рыжими волосами и зелеными глазами.

Джеральд дал себе мысленную пощечину и отвернулся. Она всего лишь его воспитанница. И с такими соседками, как Рейчел и Хизер, Элли даже не потребуется много времени, чтобы без страха и сомнения действовать в одиночку.

«Скоро и ей даже буду не нужен, — заметил Джеральд. — И кто еще тут кому воспитанник и помощник — большой вопрос».

Подобные мысли действовали на него угнетающе. Джеральд с хмурым видом прошел по лестнице и переступил порог резиденции Дэвейнов. Секретарь Реджинальда был уже извещен о визите гостей и с приветливой улыбкой провел обоих до кабинета временного Старейшины. Джеральд мог бы и сам до него дойти, но не стал лишать такого удовольствия молодого вампира.

Рейчел не переставала оглядываться по сторонам. В прошлый раз она видела лишь «музейную» часть здания на первом этаже, неудивительно, что она хотела увидеть как можно больше деталей. А времени на это сопровождающий ей практически не давал, и девушка едва поспевала за ним и Джеральдом.

Наконец, они остановились перед дверью. Провожатый постучался. За дверьми послышалась возня, а затем Реджинальд негромко разрешил войти. Вампир распахнул перед Рейчел и Джеральдом двери. Те переступили порог кабинета и замерли. Реджинальд не сводил с гостей изучающего взгляда.

— Вы хотите здесь видеть Судью, — произнес Реджинальд, сцепив руки в замок. — И уверены, что у меня есть связи.

Джеральд и Рейчел переглянулись.

— Вообще-то мы по другому поводу, — ответил Джеральд. — И, если я все правильно понял, то мнение Элли по поводу Судьи ничего не решало.

— И все-таки вызвать его — это хорошее решение, — ответила Рейчел. — И раз ты заговорил про связи, то они у тебя точно есть.

Джеральд озадаченно взглянул на Рейчел, мол, с чего такие выводы?

Реджинальд усмехнулся и чуть прищурился. Джеральду показалось, что недобро.

«Он что проверял нас?» — сердито подумал Ашес.

— Есть, — с усмешкой ответил Реджинальд, чем-то весьма довольный. Джеральд тряхнул головой. Он уже начал теряться в его тонких сплетениях политических игр. — Иначе бы я вас не ждал. Сейчас решается судьба города, а я не готов взять на себя такую ответственность. И что бы ни случилось, я постоянно вижу вас двоих в этом замешанными. Я предлагаю сделку.

Джеральд насторожился. Подобные условия он очень не любил.

— Я попрошу Судью прибыть, но при одном условии. Большая Игра должна быть выиграна в пользу Верных, — несколько прохладно произнес Дэвейн, не сводя пристального взгляда с Джеральда. — Иначе не сносить вам головы.

У Джеральда по спине пробежался холодок. Он чувствовал предостережение в словах Реджинальда. Как будто он знал, кто он такой.

— Идет, — легко согласилась Рейчел.

Дэвейн с интересом взглянул на спокойную Каэлиш. Джеральд обернулся и хотел ядовито уточнить, что речь вообще-то идет об их жизнях, но Рейчел жестом его заставила замолчать. На ее губах играла легкая полуулыбка. Взгляд прояснился.

— Но учтите вот что: Верным срочно нужно закрепить нейтральные отношения с Отступниками. Или будет беда. Я вам покажу, если позволите.

— Рейчел! — Джеральд успел перехватить воспитанницу за руку и бросил на Каэлиш предупреждающий взгляд. Она ему очаровательно улыбнулась и прикрыла глаза, показывая, что все в порядке.

Джеральд стиснул зубы и отпустил ее.

«Надеюсь, она знает, что делает», — хмуро подумал Джеральд, перехватив поудобнее трость. Реджинальда Ашес считал своим союзником, но после такого холодного приветствия резко в этом усомнился. Если с Рейчел что-то случится, он себе этого не простит. И вина за ментальный удар по хрупкой молодой крови будет на нем.

«Но, если допустить, что ей не одно столетие… »

Джеральд и отступил. Рейчел подошла к Реджинальду и без страха заглянула ему в глаза.

— Рейчел, значит, — со странной интонацией произнес Дэвейн. — Тогда позволь и мне кое-что тебе показать.

Каэлиш взглянула на Джеральда. Он кивнул и чуть дернул тростью, показывая, что вмешается, если что-то пойдет не так. Рейчел это успокоило, и она открыла разум Реджинальду. Его взгляд подернулся пеленой, и он погрузился в ее видение.

Джеральд не сводил с обоих настороженного взгляда. Он следил за любыми малейшими изменениями в лице воспитанницы, но пока ничего не происходило. На душе немного стало легче.

Наконец взгляд Реджинальда прояснился. Дэвейн отвернулся. Между светлыми бровями залегла складка.

— Я знаю эту девушку, — тихо произнес он. — Она из клана Хоргинас.

Рейчел ненадолго задумалась. Реджинальд и Джеральд взглянули на нее.

— По такой логике предатель получается в клане Келлин, — задумчиво произнес Реджинальд, потирая подбородок.

— Только в том случае, если Хоргинас не отводят от себя подозрения, — не согласилась с ним Рейчел. — Но гаданиями мы ничего не узнаем. Нужно действовать. Чем скорее, тем лучше. А что вы мне хотели показать?

— Джеральд мне много о тебе рассказывал. Он сказал, что когда-то ты погибла, много лет назад. И у тебя нет воспоминаний.

Рейчел красноречиво взглянула на Джеральда. Он отвел взгляд в сторону и сделал вид, что ничего не заметил.

Реджинальд не сводил взгляда с Рейчел и, дождавшись ее внимания, снова заговорил. Он перешел на французский язык, которого Джеральд не знал. Зато его воспитанница прекрасно поняла все и даже на нем ответила. Рейчел сама удивилась собственным знаниям и замолчала. Французский ей давался так же легко, как и английский в американской манере.

Дэвейн улыбнулся и с удовлетворенным видом откинулся на спинку кресла. Джеральд почувствовал выброс ментальной силы. Взгляд Рейчел затуманился больше обычного. Она застыла, пребывая разумом где-то не здесь.

— Реджинальд… — предупреждающе произнес Джеральд. Дэвейн его не услышал. Он тоже пребывал где-то не здесь.

Время растянулось для обеспокоенного Ашес в бесконечные мгновения. Он был уже готов обнажить клинок и прервать ментальный контакт воспитанницы и главы клана Дэвейн, но оба в этот момент отмерли. Рейчел пошатнулась и отступила на пару шагов назад. Зеленые глаза были широко распахнуты. Обычно безмятежное выражение лица сменилось потрясенным.

— Я помню… помню тебя… — тихо сказала она, взглянув на Реджинальда совсем по-другому. — Франция, Руан… а ведь я ехала в Париж. И я оказалась там по ошибке…

 

Франция, Руан, 1704 год

Рейчел прибыла в город месяц назад. Она не собиралась сходить в Руане, но корабль, направлявшийся в Париж, внезапно дал течь и вынужден был встать на ремонт. У Рейчел не было никакого желания ждать его окончания, и она решила сойти здесь.

Городок оказался небольшим, но красивым. Величественные здания, возведенные еще в прошлые века, навевали чувство благоговения. У Рейчел даже возникало ощущение, что она вернулась на пару столетий назад. Узкие улочки выглядели таинственными, юркими змейками затерявшись в тумане. Ночные ветра, задувающие с Сены, уносили запахи нечистот. Днем между домами, соприкасающимися крышами, Рейчел ни за что бы не рискнула прогуляться. Ночь — совсем другое дело. А обмануть стражу ментальными техниками было не проще, чем обменять у ребенка пирожное на куклу.

Пропустив очередную стражу, Рейчел иронично усмехнулась. Как же было просто всем запудрить мозги! В том числе и Старейшину.

Как и полагается, в первые несколько дней Рейчел представилась Старейшине. А он приставил к ней Наставника. Каэлиш иронично усмехнулась, вспомнив этот случай. А всего-то и нужно было довести себя до полуголодного состояния, едва не убить человека, оборвать платье и представиться беженкой из Англии, которую бывший Наставник ни во что не ставил и практически со свету сжил. Как молодая кровь она не вызвала ни у кого нареканий. Получила лишь выговор и нотации, что нужно вести себя осмотрительней.

«Надеюсь, никто не поедет в Англию проверять меня, — подумала Рейчел. — У этих двух стран всегда были не самые хорошие отношения».

Назначенная ей Наставница была не слишком довольна присутствием нежеланной гостьи. Она накидывалась на Рейчел по любому поводу и бранила за любые ошибки, допущенные в использовании ментальных техник. Каэлиш в таких случаях делала растерянное лицо и едва ли не плакала, а внутри заливалась хохотом.

Каждое небольшое поручение Наставницы из клана Келлин было направлено на то, чтобы ее унизить. Так, например, Рейчел должна была стащить письмо у одного из аристократов, нанявшись к нему на работу. Оказалось, что первым делом его интересует не столько исполнительность помощницы, сколько ее умение проявить себя в постели. Как же перекосило Наставницу, когда Рейчел вернулась с письмом, да еще и с крайне довольным видом!..

А вот в последнее время Жанна вела себя на удивление скромно. Хвалила Рейчел за успехи, а не ограничивалась скупым кивком. Терпеливо объясняла, как повлиять на сознание, чтобы убедить человека в том, что ему нужно. И даже давала основы такого сложного приема как стирание памяти. Рейчел подозревала, что это не просто так. А видения только подтверждали ее подозрения.

Несколько дней назад Каэлиш увидела ее за круглым столом в богато убранном зале. Жанна улыбалась. Во главе место занимал Старейшина, оценивающе на нее поглядывая. Даже по таким источникам нетрудно было догадаться, что Жанна ведет игру против главы своего клана и хочет занять его место. И Рейчел бы отмахнулась от этого видения, если бы ночью она не увидела собственную смерть от рук главного Верита. А выгодна ее смерть была только одному вампиру. Когда плетешь интриги, всегда удобно иметь под рукой того, на кого можно сместить внимание — этот урок Рейчел усвоила давно. Для Жанны козлом отпущения была Рейчел. Только вот Каэлиш не собиралась отправляться на эшафот.

Рейчел поправила платье и продолжила свой путь. Она направлялась в Чумной квартал. Это было мрачное трехэтажное здание из серого камня с черной крышей, украшенное гротескными мордами чертей и черными перекладинами. Один его вид заставлял поежиться. И не только от внешнего вида. Эти стены видели слишком много смерти. И даже спустя столько времени она продолжала витать в воздухе.

Чумной квартал никогда не пустовал. Сюда продолжали свозить безнадежно больных и раненых доживать последние дни. Но был и тот, для кого это здание являлось домом. К нему-то Рейчел и держала путь. Этот вампир был единственным, кого у нее не получилось обмануть.

Она постучалась в дверь. Ей открыла дверь пробужденная родственница. Девочке было на вид лет двенадцать. Совсем дитя. Кровь вампира редко пробуждалась так рано, но из всех случаев бывали исключения. Рейчел испытывала к ней даже сочувствие, что было удивительно. Крайне редко Каэлиш удавалось испытать хоть какие-то эмоции.

— Анна, кто там? — раздался чуть хрипловатый голос из мертвецкой.

— Притворщица, — тихо сказала Анна.

— Кто?.. — с удивлением спросил Каэлиш. — А-а… что-то понадобилось… пусть заходит.

Анна отступила в сторону, пропуская Рейчел. Она ужом проскользнула внутрь и закрыла за собой дверь. Внутри царила жара. На стенах чадили несколько факелов, а еще несколько были воткнуты у основания каменного стола, на котором лежали разделанные останки. В воздухе витал запах мертвой крови. Рейчел поморщилась, ибо о себе некстати напомнил голод.

Встретил родственницу косматый глава клана, сейчас больше похожий на мясника или сумасшедшего убийцу. Огромный, под два метра ростом, заросший бородой с длинными немытыми волосами, Каэлиш с интересом взглянул на Рейчел.

— Я думал, ты в состоянии решить свои проблемы, — пробасил он с усмешкой.

Рейчел наигранно горестно вздохнула.

— В состоянии, но это займет много времени, а у меня его нет. Да и слушать меня никто не будет, а вот твое мнение учтут. Тем более Келлин, с которым ты в хороших отношениях.

Глава клана задумался. Он кинул быстрый взгляд на воспитанницу. Та все поняла и поспешила выйти на улицу. Дверь за ней с тихим стуком закрылась, и морг погрузился в тишину. Только треск пламени от факелов нарушал ее.

— Допустим, я заинтересован, — произнес Каэлиш, посерьезнев.

Рейчел довольно улыбнулась. Она оправила корсет и вытащила из него письмо.

— Это я нашла у Наставницы в секретере. Письмо дойдет до адресата, зачем нам портить такой хороший замысел? Но если глава клана Келлин ничего не сделает, он останется в проигравших. С такими сведениями он останется у тебя в должниках, и мы оба будем в выигрыше. Глава клана Келлин меня не интересует, у меня другой личный интерес. Да и доказательства налицо. Таким парфюмом пользуется только Жанна. И если ее захотят проверить ментально, она не сможет отвертеться. Как и ее ученик.

— Оставь письмо на втором этаже. Первая комната слева. Дверь в безмолвии потребует кровавую дань.

Рейчел усмехнулась и кивнула. Она подобрала юбку простого платья и быстро поднялась на второй этаж. Указанная дверь выделялась всепоглощающим черным цветом. Каэлиш в восхищении качнула головой. Личные апартаменты главы ее клана уже на входе внушали чувство опасности.

Девушка взялась за ручку. Та тут же превратилась в черные щупальца и обвила ими руку Рейчел до локтя. На двери появилась пара сверкающих черных глаз, и тихий голос прошелестел:

— Что есть музыка, написанная смертью?

— Тишина, — ответила Рейчел, без особого труда расшифровав загадку главы своего клана.

Глаза на двери исчезли, а теневые щупальца отпустили руку, снова превратившись в ручку. Она сама повернулась, и дверь открылась, приглашая войти.

Рейчел вошла внутрь, испытывая разочарование. Теневые щупальца могли причинить ей боль. Могли… но с магией тьмы шутки могут быть плохи — оторванная рука это самое безобидное наказание.

Каэлиш огляделась. В комнате царила непроглядная тьма. Свет факелов с лестницы сюда не доносился, а наружного света от луны и звезд не хватало, чтобы даже уловить контур предметов мебели боковым зрением. Рейчел пришлось ориентироваться на ощупь. Ступала Каэлиш осторожно, пока не нащупала спинку стула, а затем и отполированную поверхность стола. Девушка положила письмо и так же осторожно покинула комнату. Дверь с тихим стуком за ней закрылась. Рейчел обернулась и присмотрелась. Нет, ей не показалось: дверь действительно вытягивала весь свет, из-за чего коридор выглядел темнее и мрачнее, чем должен быть.

Рейчел спустилась вниз. Она кивнула главе клана и вышла из здания. Быстрым шагом она покинула Чумной квартал, отправляясь по очередному поручению Жанны.

«Бывает так, что иногда на шахматную доску ложатся карты, и жизнь начинает совсем другую игру», — рассеянно подумала Рейчел, пересекая дорогу прямо под носом стражников. Ее провожали только луна и звезды холодным светом, став невольными свидетелями очередной партии Большой Игры.

***

Прошло несколько дней. Рейчел продолжала играть роль прилежной ученицы, делая успехи в сложных приемах ментальных техник. Жанна была довольна. Даже взяла Рейчел с собой на один из светских раутов, дабы познакомить с обществом, с которым ей предстоит в будущем иметь дело.

Рейчел осматривалась по сторонам. Она изучала, подмечала важных людей, вела ничего не значащие разговоры… и чуть не попалась. Перехватив подозрительный взгляд Наставницы, Рейчел спохватилась и тут же продемонстрировала свое невежество. Весь остаток вечера Каэлиш провела в тени, изображая стыдливость и неловкость, пока внутри она торжествовала и заливалась звонким хохотом.

Через пару дней после этого события Жанна позвала Рейчел к себе. Бледная, утонченная, с алыми губами в пышном платье Наставница была воплощением аристократии. Голубые глаза и светлые волосы делали ее неотразимой и крайне востребованной среди мужского общества. Рейчел рядом с ней выглядела крестьянской замарашкой.

В руке Жанна держала конверт.

— Это надо кое-кому передать. Франсуа занят, а больше никому доверить такое поручение я не могу.

— И все? — недоверчиво спросила Рейчел.

— Нет. Поручение должно дойти не от тебя лично. Найдешь посыльного. Заставишь его передать и вернуться к тебе. Затем сотрешь ему память. Работа должна быть тонкой: послание важное, а свидетелей не должно остаться.

Рейчел едва сдержала ироничную усмешку. «Свидетелей не должно остаться»… Наконец, она поняла отправную точку к своей смерти. И потому письмо брать из рук Жанны не спешила. Оно вполне могло быть ловушкой для нее.

Жанна нетерпеливо дернула тонкой рукой. Рейчел медленно протянула ладонь и взялась за самый кончик письма, словно это была не бумага, а тончайшей работы шелк. Ничего не произошло. Однако по тому, как Жанна недовольно поджала губы, Рейчел поняла: подвох все-таки был.

— Я все сделаю, — тихо сказала она. — Только скажите, кто должен его получить.

— Месье де Бланшар. И имей в виду, если он его не получит, я об этом узнаю.

Рейчел сделала испуганный вид и кивнула. Жанна махнула тонкой рукой, отпуская Каэлиш. Та сразу покинула комнату, собирая в голове единую картину.

«Де Бланшар — человек, который связан кровью с Флораном Сен-Жаном. А он из Носферату… одно из двух: либо они тоже не хотят видеть нынешнюю главу клана Келлин, либо он просто возвращает Жанне долг», — подумала Рейчел.

Она зашла к себе и осторожно положила письмо на стол. Чистый плотный конверт, не тронутый чернилами. Рейчел принялась осматривать его со всех сторон. Глаза не видели ничего. Тогда Каэлиш вытащила из потайного ящика лупу и принялась внимательнее осматривать конверт. На губах почти сразу появилась торжествующая улыбка. Вот она! Едва заметная иголка! О такую уколешься и лишь слегка поморщишься. И еще подумаешь, что порезался бумагой. А кровь с конверта уже не смыть. А если в деле еще замешаны кровавые маги…

Рейчел отложила лупу и выпрямилась, раздумывая, как быть. Быть козлом отпущения ей не улыбалось. Однажды она уже была им. И Рейчел не понравилась эта роль.

«Надо найти Франсуа. Даже если он очень занят… да. Пусть все сделает. Мы с ним просто поменяемся местами», — решила Рейчел.

Будь она наивной пробужденной, то точно попалась бы в сети Наставницы. Но Рейчел уже давно пережила этот возраст и успела превратиться из пешки в опытного игрока.

Завернув письмо в плотную ткань, Каэлиш выскользнула с ним на улицу. Она не хотела быть узнанной. А для этого надо было из гадкого утенка превратиться в прекрасного лебедя.

***

Рейчел появилась в театре во время антракта. Алое платье резко контрастировало с бледной кожей и черными волосами. Расшитое золотом, оно искрилось в свете свечей. Глубокое декольте притягивало взгляд, а черная вставка тут же давало взгляду пощечину, оставляя место для фантазии. Подол был украшен розами. Волосы, собранные в высокую прическу, закреплены золотыми заколками.

Рейчел знала, как выглядит. И не удивилась, что все разговоры смолкли, стоило ей пересечь порог театра. Лицо она закрывала веером, едва скрывая улыбку. Она чувствовала себя героиней сказки. Оставалось лишь найти прекрасного принца.

Сопровождал ее дворянин, которого Рейчел заприметила еще с бала у герцога, куда ее привела Жанна. Степенный и гордый мужчина был крайне довольным собой. Сопровождать саму графиню Эвелину де Лефебюр было высшей похвалой и честью для него.

Рейчел, воспользовавшись ментальной техникой на отвлечение внимания, проскользнула в ложу, где находился Франсуа.

«Чтобы все были заняты как этот молодой человек», — с иронией подумала Рейчел, вступая в ложу. Она усилила влияние ментальных техник, чтобы юный Келлин не распознал подвоха.

Завидев графиню, Франсуа осекся на полуслове и удивленно вскинул брови.

— У меня к вам есть небольшое дело, — как можно надменнее, произнесла Рейчел. Выразительные эмоции ей давались крайне тяжело в отличие от сдержанных. К счастью, именно последние были приняты в светском обществе.

Каэлиш еще раз применила ментальную технику, одновременно удерживая контроль над предыдущей. Люди поспешили покинуть ложу. Через пару минут они остались с Франсуа наедине.

— Чем обязан визитом? — чуть удивленно спросил Келлин.

Сама Эвелина Рейчел никогда не нравилась. Она вела себя слишком оскорбительно с теми, кто был ниже ее, и прогибалась под тех, кто был сильнее и влиятельнее. Жанна ее тоже не любила и порой использовала, даже не скрывая этого. Пожалуй, эта нелюбовь к госпоже Эвелине де Лефебюр была единственной, что объединяла Жанну и Рейчел.

— У Жанны к тебе дело. Она была слишком занята, поэтому обратилась ко мне. Вот это нужно передать месье де Бланшару…

Рейчел вытащила завернутое в плотную ткань письмо и протянула его Франсуа. Дальнейшие инструкции она передавала со стеклянным взглядом, словно действительно находилась под чьим-то влиянием.

Франсуа выслушал «Эвелину» очень внимательно и кивнул, забирая конверт. В последний момент Рейчел будто бы очнулась и резко дернула ткань на себя. Письмо выпало. Франсуа неодобрительно взглянул на девушку и поднял конверт. На секунду он сморщился от боли. Зоркий взгляд Рейчел заметил, что капля крови на бумагу все-таки упала. Она практически сразу впиталась в бумагу и исчезла.

«Значит, все-таки кровавые маги постарались», — поняла Рейчел.

Она выпрямилась и поспешила удалиться из ложи, прикрываясь веером. Рейчел знала, что Франсуа все сделает. Наставницу он едва ли не боготворил. И редко когда ее разочаровывал.

***

Поручение было выполнено. Жанна осталась довольна воспитанницей. Подвиг Франсуа так и остался в тени, ибо Рейчел успела заставить юношу молчать при помощи ментальных техник.

А через несколько дней в особняк пожаловал главный Верит собственной персоной. Жанна в тот момент стала еще бледнее, чем была. Внутри Каэлиш торжествовала, но ситуация заставляла ее выражать смутную тревогу и беспокойство.

— Этих тоже забрать, — небрежно кивнул главный Верит на них с Франсуа.

— Меня подставили! — возмутилась Жанна, взяв себя в руки. — Кто-то использовал…

— Здесь все друг друга используют, — ответил главный Верит Анри Ранкур. Алая радужка и ярко выраженные красные сосуды на руках выдавали в нем бывшего кровавого мага. — Моя задача определить действительно виновных. А доказательств вашего участи в заговоре против Верных и Старейшины лично у меня более, чем достаточно. У вас лишь один шанс оправдаться — пройти допрос с полностью открытым разумом. Как и вашим ученикам.

Деваться Жанне было некуда. Она кинула быстрый взгляд на Рейчел, но та сделала вид, будто ничего не заметила.

— Хорошо, — не дрогнувшим голосом сказала Жанна. — Я поеду с вами. И вы поймете, что вас обманули.

Анри такой ответ устроил. Все трое последовали за ним под конвоем Веритов. Худощавой фигурой господина Ранкура никто не обманывался — бывший кровавый маг мог быть сверхбыстрым и сверхсильным даже для вампира. И не ограничивался в бою ментальными техниками — некоторые кровавые ритуалы не требовали особой подготовки.

Франсуа даже посинел — настолько ему было страшно. Рейчел вела себя как обычно — спокойно и уверенно. Ей скрывать было нечего. Почти.

Жанну, Франсуа и Рейчел поместили в одну карету. Каэлиш тут же уставилась в пол. Как только карета двинулась с места рядом послышался цокот копыт лошадей. Вериты ехали по бокам и зорко следили, чтобы подозреваемые не попытались сбежать.

Животные вели себя спокойно. Под влиянием Анималов они не фыркали и не пытались сбросить опасных всадников. В ином случае кошки шипели, собаки скалились и поджимали хвосты, а дикое зверье старалось обходить вампиров десятой дорогой.

Жанна взяла себя в руки и теперь напряженно думала. Рейчел кидала на нее украдкой взгляды. Общей картины у нее все равно бы не сложилось. Более того, ее не видела даже сама Каэлиш. Но если Жанну обвиняют в измене против самого Старейшины, то глава клана Келлин очень постарался, чтобы она замолчала навсегда.

По ощущениям прошло не меньше получаса пути, прежде чем пленников выпустили на свободу. Окруженные более опытными вампирами, они не имели ни шанса на побег. Анри кивнул, и процессия двинулась к низенькому черному зданию. Рейчел его сразу узнала. Гуляя по Руану, она не раз и не два проходила мимо него, но не обращала внимания. А теперь появился повод взять на заметку.

Все так же под конвоем их провели вниз. Никто не проронил ни слова. Зловещую тишину разбавляли лишь звуки шагов.

Личная тюрьма Верита скрывалась под видом простого погреба. Рейчел с рассеянным видом рассматривала бочки с вином и даты его изготовления. Некоторые сорта настаивались уже несколько десятков лет.

Но вот они закончились, и глазам предстали мрачные темные железные двери с совсем небольшой решеткой наверху по обе стороны стены. Пленников развели по разным камерам. Анри кивком указал на Рейчел с Франсуа Веритам, а сам взял на себя Жанну. Рейчел грубо подпихнул в спину полноватый вампир, открыв перед ней дверь.

Каэлиш зашла внутрь. Сопровождающий зажег пару факелов на закопченных стенах и хрипло сказал:

— В твоих же интересах не сопротивляться. Вздумаешь нанести ментальный удар вашими особыми техниками — я тебе голову оторву.

Рейчел сделала испуганный вид. Тон помощника Анри сразу давал понять: его слова не пустая угроза. Теперь игру стоило вести осторожно. Ментальную блокировку он почувствует сразу. Но никто же не говорил, что можно притвориться?

Верит подошел к ней и приподнял лицо за подбородок, пристально всматриваясь в глаза. Рейчел почувствовала, как ее мысли разрывают. Грубо, топорно, неприятно. На мгновение Каэлиш потерялась даже в пространстве.

Вопросов задавали ей много. Очень много. Из Рейчел буквально вытряхивали информацию о каждом дне. Что она делала, что знала, какие поручения Жанны выполняла… Особо опасные моменты Рейчел чуть искажала, тратя все свои ментальные силы. Она намеренно создавала иллюзию влияния Наставницы на свой разум, да еще таким образом, чтобы этого не почувствовал опытный вампир.

Наконец Верит ее отпустил. От накатившего чувства усталости и голода у Рейчел подогнулись ноги, и она чуть не упала. Голова кружилась. Физических сил почти не осталось.

— Простите… — виновато произнесла Рейчел. — Я почти не чувствую голода, поэтому не всегда слежу за собственным состоянием.

Тут Рейчел не соврала. С притупленными эмоциями ей досталось и притупленное чувство голода. Когда любой другой вампир готов был наброситься на кого угодно, чтобы утолить жажду, Рейчел могла лишь задумчиво посмотреть на потенциальную жертву и даже пройти мимо.

Верит неопределенно хмыкнул и вышел из камеры, заперев за собой дверь.

«Ага. Хотят полную картину происходящего сложить», — рассеянно подумала Рейчел.

Она сползла по каменной стене, прикрыла глаза и стала ждать. Сколько прошло времени, Каэлиш не знала. И, кажется, задремала. Пробудил ее звук открывающейся двери. Рейчел вздрогнула и не сразу поняла, что происходит.

— Как поешь, выходи, — услышала она из дверей голос Верита, который ее допрашивал.

Рейчел подняла взгляд и увидела перед собой человека. Все, что происходило дальше, Каэлиш помнила весьма смутно. Голод замутил ей разум, и в ход пошли инстинкты. Рейчел помнила момент нападения. Острые клыки без особого труда пробили плоть. Горячая кровь заполнила рот. Каэлиш жадно ее глотала до тех пор, пока не насытилась. Всю кровь она не выпила бы из человека при всем желании. Но, взглянув на труп, точно сказала бы, что от такой кровопотери умрет любой человек.

Верит молча за ней наблюдал. И даже удивленно хмыкнул, оценив зверский аппетит Рейчел. Он жестом велел следовать за ним. Каэлиш подчинилась. В скором времени они оказались на улице. Ночной холод неприятно холодил кожу и легкие.

— Свободна, — сказал он.

— А Жанна и Франсуа? — тихо спросила Рейчел, ежась от холода.

— Их вина против Верных доказана. Их ждет либо изгнание из города, либо смертная казнь. Более вероятно второе.

— Простите, но я не понимаю… за что?

Верит взглянул на Рейчел то ли с досадой, то ли с жалостью.

— За попытку убийства Старейшины и главы своего клана. Ей нужно было второе. Жанна понимала, что первого не сможет достичь — Старейшин назначают лишь Судьи. И решила выдвинуть одного из своих должников.

— И его кандидатуру бы одобрили? — Разыграть изумление у Рейчел не слишком хорошо получилось.

— Да, — мрачно подтвердил Верит. — Она еще и тебя хотела подставить.

— Зачем?! — возмутилась Рейчел.

— Затем, чтобы отвести от себя подозрения и повесить всю вину на Каэлиш в заговоре. Вот что я тебе скажу, молодая кровь: Жанна здесь в любом случае не останется. Ты, как ее воспитанница, можешь претендовать на все ее наследство. Тем более в такой ситуации. Келлин будут возражать, но с такими доказательствами вины своей родственницы не посмеют тебя тронуть. И найди себе могущественного покровителя. Того, кому ты можешь доверять.

Рейчел кивнула. Как «молодая кровь» она вняла совету Верита. И отправилась домой.

Через несколько дней Жанна и Франсуа были казнены. Среди Верных Руана прокатился большой скандал. Рейчел осталась в тени. Глава клана помог уладить ей вопрос с наследством и взял под свое крыло. Наставником для нее он был лишь формальным, продолжая возиться с Анной. Но иногда заходил, чтобы спросить совета. Поначалу ревновавшая Анна начала успокаиваться. И даже стала часто оставаться, когда у главы клана Каэлиш вдруг возникали неотложные дела. В какой-то момент девочка поняла, что Рейчел может ее многому научить. Тому, чему не учат Наставники и не рассказывают другие вампиры.

***

Эту историю Рейчел рассказала Джеральду сидя в машине. Она до сих пор была тихой и задумчивой, пока у Наставника волосы шевелились на голове от того, что эта Каэлиш творила триста лет назад.

— И что, главный Верит и Старейшина так и не удосужились тебя проверить? — недоверчиво спросил Джеральд. — Я понимаю, что коммуникации в то время хромали, но ведь могли кого-то послать в Лондон! Хотя бы в рамках шпионажа стран-конкурентов, — проворчал Джеральд.

— Так они и послали, — ответила Рейчел. — Правда, после скандала с бастардом герцога…

— Даже знать ничего не хочу, — проворчал Джеральд. Рейчел хохотнула.

Вампиры ненадолго замолчали.

— Кстати, а как ты с Яном познакомилась? — спросил Джеральд. — Реджинальд рассказывал, что ты была за ним замужем… как ты вообще решилась на такое? Они же все…

Рейчел с долей сострадания взглянула на Наставника. Но Джеральд уже и сам сообразил, почему именно Носферату был ее спутником. Во все времена они были глазами и ушами Верных. А кого еще, помимо Старейшины и Веритов держать в курсе событий, решали сами. Плату брали ответными услугами или деньгами. Какими сведениями Носферату могли располагать вкупе с даром предвидения Рейчел было даже страшно представить.

— Ладно, можешь не отвечать, — усмехнулся Джеральд. — Но неужели ты к нему совсем ничего не чувствовала? Или был только практичный подход?

Рейчел задумалась, снова погрузившись в воспоминания.

— Я… не знаю, — честно сказала она. — Могу сказать, что тогда меня тянуло на подобных уродцев. Наверное потому, что я сама была такой. Разные глаза, возможность видеть будущее… раньше этим не хвастались, — негромко произнесла Рейчел.

Джеральд с сочувствием на нее взглянул. Он уже забыл, каким проклятием была гетерохромия пару-тройку сотен лет назад. Сейчас подобная мутация вызывала легкий интерес, да и только.

— По настроению ментальными техниками я заставляла видеть то зеленые глаза у себя, то синие… частых собеседников это даже немного смущало, — улыбнулась Рейчел. Джеральду показалось, что даже грустно.

— А с Яном я познакомилась спустя одиннадцать лет. И это тоже были очень необычные обстоятельства…

 

Франция, Руан, 1715 год

Близился рассвет. Впервые Бал Ночи затянулся настолько за последние несколько лет. Неудивительно, что Рейчел возвращалась с мигренью, даже зашторив окна в карете. Ей пришлось отбиваться от множества обвинений со стороны кланов и Старейшины. Только Каэлиш клана придерживался нейтральной позиции и даже заливался хохотом, поглядывая на незадачливую родственницу. А на оскорбительные высказывая некоторых качал головой и тихо говорил: «Ой зря…».

И действительно, Рейчел хорошо запомнила тех, кто высказался против нее. А для тех, кто еще и попытался против нее что-то предпринять, она подготовила пару неприятных сюрпризов. В ближайшее время этим недругам будет попросту не до нее.

Все пошло наперекосяк, когда главный Верит навел справки по одному скандальному делу с бастардом герцога, где Рейчел принимала активное участие. Справедливо рассудив, что молодая кровь на такое не способна, Анри навел справки о Рейчел. И был неприятно удивлен сведениями из Лондона. Сначала даже не поверил тому, что узнал. И через Судью вызвал вампира из столицы Англии. Дар провидения Рейчел смолчал, и встреча вышла крайне неприятной. Поневоле пришлось признаться, что она далеко не молодая кровь. Каэлиш умела вести себя и при дворе, и среди Верных, сплетая сеть интриг везде, где считала нужным.

Подобное открытие неприятно удивило Старейшину, и он попытался избавиться от Рейчел. Однако Каэлиш стойко отстаивала право на существование в Руане, стоя козни в ответ. Поначалу ее забавляло это противостояние, но через пару лет стало уже утомлять. Рейчел уже всерьез задумывалась о том, чтобы подмять под себя совет глав кланов и назначить на место Старейшины того, кто будет к ней более лоялен. Не могла этого сделать она лишь по одной причине: связями с Судьями она так и не обзавелась. А решение глав кланов могло с ее мнением не совпадать.

Вдруг карета подпрыгнула, резко накренилась вбок и остановилась. Кони издали недовольное ржание, кучер смачно выругался. Рейчел несколько мгновений приходила в себя после легкого удара головой.

— Что случилось? — спросила Рейчел, приоткрыв дверцу кареты.

— Колесо сломалось, — со вздохом ответил дампир. — Придется подождать, пока я поставлю запасное.

— Тогда занимайся и возвращайся домой, — кивнула Рейчел. — А я немного прогуляюсь.

Дампир с сомнением сначала взглянул на Каэлиш, а затем на снег, чуть укрывавший землю. Всем было известно, что вампиры те еще мерзляки. Холод был их единственным естественным смертельным противником.

— Не переживай. Не замерзну, — улыбнулась Рейчел. Она показала теплую накидку, успокоив дампира-Анимала.

Морозный воздух приятно холодил пульсирующую мигренью голову. Рейчел поежилась и закуталась плотнее. Она применила отвод глаз и направилась через узкие улочки домой. Стояли предрассветные сумерки. Тишину нарушали лишь редкие порывы ветра. Рейчел никуда не торопилась. Она хотела немного прогуляться и выветрить все мысли из головы. Думать о своих следующих ходах у нее не было ни настроения, ни желания.

Через проулки Каэлиш вышла на набережную Сены. Она бы неспешно прошла и дальше, если бы не почувствовала неприятное чувство легкого опасения. На людей подобная ментальная техника должна была навеять первобытный ужас. Заинтересованная Рейчел остановилась. Покров был навеян явно не новичком. Каэлиш пришлось очень постараться, чтобы пробиться через отвод глаз и увидеть, что происходит на самом деле.

На мосту стояли трое вампиров. Они держали искалеченного четвертого явно из клана Носферату. Рейчел прищурилась. Она задействовала еще одну ментальную технику, чтобы увидеть эмоции всех участников инцидента. Носферату был спокоен. Рейчел присмотрелась и увидела другие цветные разводы в его эмоциональном потоке. Совсем недавно он был напуган, но теперь смирился со своей участью. А вот поймавшие его совсем недавно были злы. Сейчас испытывали удовлетворение. Почти все, кроме одного.

Рейчел осторожно подобралась ближе. Настолько, что могла даже расслышать, о чем говорят все участники зловещей картины, оставаясь невидимой для их взоров. Удерживать сразу два потока ментальных умений было сложно, но возможно, однако требовало очень много сил от вампира.

— Он ничего не скажет, — сплюнул тот вампир, что стоял ближе.

— Если хорошенько надавить на его мозг, во всем признается, — не согласился самый недовольный.

Рейчел взглянула на измученного Носферату. И что-то в ней всколыхнулось. Уродливый, не способный сопротивляться, смирившийся с собственной смертью… в нем Рейчел увидела себя. Когда-то она была такой же. Когда-то очень давно…

«Удивительная вещь — время. В его течении очень легко забываешь, кем ты когда-то был. Или дело в том, что я не хочу вспоминать, кем я была?» — рассеянно подумала Рейчел.

Решение было принято мгновенно. В ход пошли особые ментальные техники Каэлиш. Слишком много видящие, слишком много знающие, не всегда способные правильно истолковать собственные запутанные мысли и видения, они были способны послать их другим. Или сорвать выставленные душевные барьеры. Рейчел решила сыграть на внутренних страхах вампиров, в которых они бы ни за что не признались даже самим себе.

Они тут же напряглись и начали настороженно переглядываться между собой.

— Чувствуете? Что-то горит…

— Это не гарь. Это ладан… — Вампир выругался. — Охотники…

— Что вы несете? — хмуро спросил их самый недовольный. — Это…

Он вдруг побледнел и отступил на пару шагов назад, выронив Носферату из крепкой хватки. Тот со стоном упал на мост.

— Уходим, — тихо сказал он. — Быстро!

— А с ним что? — нервно спросил другой вампир, пнув в бок Носферату.

— Скиньте его в Сену! Пусть холодные воды его похоронят! — произнес третий. Он же первым поспешил ретироваться.

Оставшиеся двое переглянулись и столкнули Носферату в воду. Он с громким плеском скрылся под ее толщей, казавшейся черной. Рейчел с досадой взглянула на темную зеркальную поверхность. Не на такой результат она рассчитывала.

Каэлиш взглянула на свое громоздкое платье, на плескающуюся воду реки…

— Надеюсь, ты не утащишь меня на дно, — тихо сказала она, отрывая подол. Ткань с треском разорвалась.

Рейчел сбросила накидку и, зажмурившись, бросилась в холодную воду. Резкое погружение выбило из нее весь дух и воздух. Каэлиш вынырнула, сделала несколько глубоких вдохов, и позволила течению себя нести. Тело сразу заколотило от холода, мышцы свело судорогой, и тем не менее Рейчел продолжала упрямо нагонять искалеченное тело Носферату, медленно опускающееся ко дну. Но перед этим Рейчел пришлось несколько раз нырнуть, прежде чем его найти. Ухватив вампира за талию, Каэлиш потащила его к поверхности воды. Безвольное тело так и норовило утащить ее вниз.

До берега Рейчел все-таки доплыла. И поняла, что поверхность набережной находится намного выше, чем она предполагала. Зудящий холод не позволял ей сосредоточиться. О ментальных техниках нечего было и думать!

«Кажется, я совершила глупость», — с удивительным спокойствием подумала Рейчел. Паники она не испытывала. Лишь легкий испуг в силу ограниченных эмоций.

Решение проблемы нашлось быстро — Рейчел заметила, что каменистое укрепление не слишком ровное. За камни можно было зацепиться и выбраться.

Перекинув ношу на плечо, Рейчел принялась карабкаться вверх. Это было непростой задачей — ее колотил озноб и сводило пальцы. Пару ногтей она содрала, но все-таки выбралась. В первую очередь она сбросила с плеча Носферату, а затем вскарабкалась сама и распласталась на мостовой. Хрипло дыша, Рейчел отплевывалась от воды.

«Надеюсь, Эмиль еще не уехал», — рассеянно подумала Рейчел, подумав о верном дампире-Анимале.

Со стоном Каэлиш поднялась на ноги. Ее шатало. А уж выглядела… если бы кто увидел непременно засмеял и опозорил. Первая модница — в панталонах разгуливает по зимнему Руану!

Рейчел взяла Носферату на руки, потратив последние ментальные силы на отвод глаз. На ее счастье, карета оказалась на месте. Пока она в буквальном смысле слова прохлаждалась, верный дампир уже заменил колесо и собирался отправляться в особняк. Уже окончательно рассвело. Солнце, к великому сожалению Рейчел, совсем не грело.

Дождавшись, когда помощник останется один, она перестала удерживать ментальный контроль и появилась перед ним, словно по мановению кудесника.

— Рейчел?! — опешил дампир. Ему потребовалось всего пару мгновений, чтобы оценить ее внешний вид и сделать выводы. Он поспешил открыть двери кареты и помог ей занести Носферату.

— Прогулка пошла не по плану, — стуча зубами, произнесла Рейчел.

Дампир кивнул и стянул с себя плащ, передав его Рейчел. Каэлиш с благодарностью взглянула на помощника и закуталась в него. Он еще хранил тепло дампира.

Вскоре карета тронулась с места. Недолгий путь — и Рейчел пересекла порог особняка. Верный помощник тут же разжег камин, пока Каэлиш восстанавливала силы кровью проснувшихся от шума слуг.

— И его тоже было бы неплохо отпоить, — задумчиво сказала Рейчел, взглянув на Носферату. Она успела переодеться и теперь сидела практически у самого огня, согреваясь. Его пока что она закутала в теплое шерстяное одеяло, но тем и ограничилась. А слугам строго-настрого запретила пока что вход в гостиную.

Теперь при свете огня у Рейчел появилась возможность более внимательно рассмотреть спасенного. Носферату оказался очень высоким. Людей такого роста Рейчел раньше не встречала. Она едва доставала ему макушкой до груди, причем сама не была низенького роста. Непропорционально большая лысая голова со сросшимися ушами на тонкой шее выглядела неестественно. Тело было подтянутым и мускулистым. Тонкая нить губ практически не скрывала длинных клыков. Длинные тонкие узловатые пальцы были переломаны. Ногти отсутствовали. Серая кожа отливала синевой.

Рейчел видела, что некоторые кости начали срастаться криво. Трогать Носферату она опасалась, лишь изредка проверяя его пульс.

В спасенном она видела неплохую возможность установить связь с кланом Носферату. Кто откажется от связей с теми, кто обо всех все знает?

***

Носферату очнулся ближе к вечеру. Рейчел перенесла его в комнату, что находилась внизу, и выкупила из тюрьмы человека, которого ждала виселица. Изучив дело и присмотревшись к смертнику, Рейчел заключила, что приговор был вынесен справедливо, поэтому без всякого сожаления отдала его на корм Носферату.

Полный ужаса крик оповестил Каэлиш о том, что ее гость очнулся. Рейчел в это время читала письмо от друга. Она сбилась с мысли, скользящей между строк, и отложила письмо. Девушка поднялась с места и прошла к закрытой комнате. Ключ она оставила в дверях, чтобы сразу ее отпереть. Носферату в плену держать она не собиралась.

Чавкающие звуки стихли. Раздался глухой стук. Рейчел повернула ключ и распахнула дверь в комнату. Взгляд у Носферату был осмысленным, а лицо слегка перекошено от боли. Левое плечо было чуть выше правого.

— Спасибо, — хрипло произнес он через некоторое время. — Я уже был готов смерть встречать.

— Иногда и планы нарушаются, — дернула Рейчел плечом.

Носферату расхохотался лающим смехом. Под конец он закашлялся и был вынужден остановиться, чтобы перевести дух.

— А твои планы? — весело спросил он.

— Они меняются в зависимости от ситуации, — невозмутимо сказала Рейчел. — Как тебя зовут? Я из вашего клана мало кого знаю.

— Ян Гальяно, — представился Носферату. Он обернулся на труп и поморщился. — Черт бы побрал этих Ксанвейн… ты не могла бы мне еще немного помочь? Половина костей срослась неправильно…

— Я не лекарь, — развела руками Рейчел. — Но я знаю того, кто неплохо разбирается в этом. Не смотри, что она маленькая, внешность может быть весьма обманчивой. Да, и вот еще… мало кто из прислуги знает, с кем имеет дело…

— Я понял, — усмехнулся Ян. — Между прочим, глава клана уже давно на тебя посматривает. Он бы не отказался от такой помощницы как ты.

Рейчел окинула Яна оценивающим взглядом. И улыбнулась. Он знал, как вести себя в Большой Игре. И точно был уверен, что спасла она его не просто так.

— Я бы тоже не отказалась с вами поработать. Так что… рассчитаемся, — ответила Рейчел и вышла из комнаты.

***

Рейчел все еще пребывала в прошлом. Взгляд у нее был совсем печальный. О чем она думала Джеральд мог только догадываться.

— Еще я помню, как уснула, — задумчиво сказала она. — Это был тысяча семьсот тридцатый… Это произошло в Париже.

— А проснулась когда? — тихо спросил Джеральд. Рейчел качнула головой.

— Я вспомнила лишь эпизод своей жизни. Он начинается с прибытия во Францию и заканчивается спячкой. Что было до этого и дальше — я не знаю. Но, может, вспомню.

Рейчел отвернулась к окну. Джеральду показалось, что в ее глазах блеснули слезы. И осознал себя идиотом.

«Кажется, она и правда любила Яна. По-своему, конечно… и столько времени прошло… он может быть уже мертв», — подумал Джеральд.

Астан по-новому взглянул на воспитанницу. Ей тоже были не чужды человеческие эмоции, просто Рейчел не ощущала их в полной мере. Не знала, что это такое, поэтому находила другие способы почувствовать себя живой. Интриги добавляли в ее жизнь остроты, а физическая боль помогала справиться с душевной пустотой. Вдруг все ее странности предстали для Джеральда в совершенно другом свете. Ему стало даже жаль Рейчел.

— Может, он еще жив, — негромко сказал Джеральд. Каэлиш медленно кивнула.

— Реджинальд не говорил, в каком году меня убили?

— Говорил. Это было в тысяча восемьсот семьдесят девятом, — осторожно ответил Джеральд.

— Сто сорок четыре года, — быстро подсчитала Рейчел, коснувшись стекла. — Слишком много…

Джеральд взглянул на совсем поникшую Рейчел. Такой он ее видел впервые. Она выглядела разбитой и очень усталой. Сейчас как никогда было заметно, что она прожила не одну сотню лет. Чтобы немного приободрить воспитанницу, Джеральд предпочел сменить тему и спросил:

— Так что произошло в тысяча семьсот двадцать шестом году?

Рейчел отстранилась от созерцания окна и внимательно взглянула на Джеральда.

— Тебе Реджинальд рассказал? — он кивнул. — Если в общих чертах, то все просто: он попросил помощи, а я ему помогла. А если в деталях… от обоих месье де Дезолье отвернулись все. Отец Реджинальда попросил помощи и остался в должниках. А потом к нему пришли за ответной услугой. Поначалу он не углядел в сделке подвоха, а потом понял, что Теодор плетет заговор против главы клана. Теодор понял, что прокололся и решил убрать опасного свидетеля. Сначала он обрубил семье Дезолье все связи и попытался их подставить. Все это распутать было несложно. Сложнее было составить свою схему в этом заговоре. В Руане у меня с высшим составом были очень сложные отношения. Я решила: пусть там все остаются на своих местах. А Париж — это город, где решалась судьба страны. Там был доступ ко всему. И если в моих руках будет эта сила, Старейшина и весь совет Руана будет вынужден со мной считаться и постоянно оглядываться по сторонам. Я быстро поняла, что, если Реджинальда и его отца признает вампирское общество, то глава клана Дэвейн будет у меня в руках. Собственно, так и получилось. Глава клана Дэвейн был уверен, что против него плетут интриги Реджинальд с отцом. Теодору он доверял и не видел, что тот творит за его спиной. А тут очень кстати в Европу заехали Потомки, обратив свой жадный взгляд на Францию. Не знаю, какие у них были виды на Париж. Мне достаточно было найти того, кто владеет Метаморфозисом. Взять кровь и обставить все так, будто виноваты и глава Дэвейнов, и Теодор уже было не проблемой. Как видишь, все остались в выигрыше.

Джеральд мотнул головой. Когда речь заходила об интригах, Рейчел начинала его пугать.

— Страшная ты женщина, — пробормотал он. — Да еще и так спокойно рассказываешь…

— Во-первых, это было давно, — усмехнулась Каэлиш. — Во-вторых, для всех я давно умерла. В-третьих, мы с тобой слишком сильно связаны, чтобы ты распускал язык. Удар по мне рикошетом прилетит тебе. И я говорю не о кровной связи, — взглянула Рейчел на Джеральда.

Ашес возмущенно на нее взглянул. Каэлиш расхохоталась.

— Да не бойся ты так меня. С тобой мне выгоднее сотрудничать. Кусаю я только тех, кто мне перешел дорогу. Или не понравился своим поведением… — Рейчел ненадолго задумалась. — Кстати об этом. Я немного проголодалась.

— Знаю я один район… только смотри внимательно, чью кровь собираешься пить. Примеси вроде наркотиков или алкоголя нам тоже неплохо дурят голову, — предупредил Джеральд. Благодушный настрой Рейчел к собственной персоне его немного обнадежил.

— Как-нибудь справлюсь, — заверила его Рейчел.

Джеральд завел мотор и тронул машину с места.

— Может, когда-нибудь я съезжу в Руан, — совсем тихо сказала Рейчел. — Но не сейчас. Сначала надо закончить партию Большой Игры здесь. Мы уже слишком далеко зашли.

— Такого игрока, как ты, сложно переиграть, — заметил Джеральд.

— И тем не менее однажды меня уже сбросили с доски, — заметила Рейчел.

Тут Джеральду было возразить нечего. Чтобы разбавить гнетущую тишину, он включил радио и продолжил путь. Они с Рейчел возвращались домой.

Глава 13: Настоящее прошлое

Хизер стояла посреди снежного поля, усыпанного телами людей и лошадей. В воздухе витал густой запах крови. Снег уже начал заметать следы ужасного побоища, но не мог до конца скрыть их. Сабли и брошенные пушки торчали подобно частоколу. Окоченевшие пальцы рук тянулись к небу, как будто павшие в битве пытались до него дотянуться. Некоторые еще сжимали пистолеты старого образца.

Белые, черные, красные синие — Хизер смотрела на эти мундиры, и по щекам ее текли слезы. Она была единственной живой среди этого царства мертвых.

Хизер сделала несколько шагов, и у нее перехватило дыхание. Холод пробирал до костей. Она опустила взгляд и вздрогнула. Ее некогда синий теплый мундир казался черным от залившей его крови. Тяжелым грузом он давил на плечи. Если бы ружье с погнутым штыком, на которое Хизер опиралась при ходьбе, то она наверняка бы упала на землю и позволила безразличному снегу запорошить себя, сделав частью мертвого пейзажа.

Тишина стояла оглушающая. Снег беззвучно падал на землю. Ветра не было. Словно сама природа оплакивала павших и безмолвно спрашивала: «Люди! Что же вы наделали?».

Хизер вытерла слезы и судорожно вдохнула морозный воздух. Она не знала, куда идти. И чувствовала себя живым мертвецом посреди усеянного трупами поля.

— Вспомни…

Хизер подскочила от неожиданности. Она перехватила ружье, готовая выстрелить в невидимого противника. Девушка осмотрелась по сторонам. Посреди запорошенного поля битвы она стояла одна.

— Вспомни, кто ты…— снова раздался безликий голос из пустоты.

— И кто же я? — пробормотала Хизер, оглядываясь по сторонам.

— Вспомни, кто ты, тогда поймешь, зачем ты здесь.

Хизер опустила ружье. Чужой безликий голос начинал ее пугать. Почувствовав липкий страх, закрадывающийся в душу, девушка сдвинула брови. Холод страха начал превращаться в закипающую волну гнева. Как можно бояться того, кого даже не можешь увидеть?!

— Покажись! — потребовала она.

Тишину разорвал оглушительный грохот. Хизер отбросила ружье и выхватила саблю, которая висела у нее на левом боку. Знакомый звук металла придал ей храбрости и сил. Невидимый противник так и не появился. Небо разорвал еще один грохот, и в Хизер ударила молния.

***

Хизер с криком открыла глаза и обнаружила, что лежит на полу, запутавшись в одеяле. Правую руку свело от неудачного удара локтем об пол. Откуда-то снизу раздавались непонятные звуки, так похожие на те, что сопровождали ее сон.

Сон…

«Вспомни, кто ты…»

Нет, это был не просто сон. Хизер была в этом больше, чем уверена.

Поразмышлять на эту тему ей не дали. В дверь раздался стук, и Каэлиш услышала встревоженный голос Джеральда.

— У тебя все в порядке?

— Да, — ответила Хизер, собираясь с мыслями. — Дай мне пару минут, и мы поговорим.

— Тогда приходи ко мне в комнату. Она напротив твоей.

— Я знаю! — огрызнулась Хизер, выпутываясь из одеяла. Она поднялась на ноги и осмотрелась. Мысленно выругавшись, Каэлиш поняла, что находится в незнакомом доме.

«Значит, переехали», — сделала она вывод и принялась быстро одеваться. Джинсы, блузка, волосы в косу — и вот уже Хизер стучалась в дверь комнаты напротив под звуки перфоратора, которые раздавались снизу.

— У меня два вопроса: что происходит в доме, и много ли я пропустила, — сказала она, едва дверь открылась.

Джеральд оценивающе взглянул на Хизер. Ей захотелось придушить его за подобный взгляд. Словно товар на рынке оценивал!

Ашес усмехнулся и жестом пригласил Хизер в комнату.

— Просто выяснял, с кем имею дело, — пояснил он на гневный взгляд Каэлиш.

— Выяснил?! — свирепо спросила Хизер, скрестив на груди руки.

— Да, — усмехнулся Джеральд. — Злиться без причины умеешь только ты, Хизер. Одеваетесь вы по-разному, да и разговариваете тоже. Отличия начинают бросаться в глаза, когда с вами немного пообщаешься.

Джеральд жестом предложил сесть Хизер в кресло. Он устроился на кровати и коротко поведал ей о тех днях, которые она проспала. И чем больше Каэлиш его слушала, тем больше хмурилась и мрачнела.

— Так и битву за город проиграть недолго… хорошо, что у Верных еще есть несколько маневров для ответной атаки, — буркнула она.

Оба вампира замолчали. Хизер раздраженно размышляла, что можно предпринять в сложившейся ситуации и, увы, не видела ходов. Им нужна была информация, чтобы что-то предпринять и спасти движение Верных.

Каэлиш встала с места и в сердцах пнула подвернувшийся стул. Изнутри ее выжигали раздражение и злость. Хизер пыталась взять себя в руки, но безуспешно. Ей хотелось кого-нибудь убить. В крайнем случае надавать по морде и запинать ногами до потери сознания. Например, рабочих, которые выводили ее из себя множеством громких звуков.

Джеральд не сводил с метающейся по комнате Хизер заинтересованного взгляда. В конце концов Каэлиш выругалась и метнулась к двери. Джеральд быстро поднялся с места и перегородил ей дорогу. Хизер зарычала, оскалив клыки.

— Выпусти меня! — прошипела Хизер, стиснув руки в кулаки.

— В таком состоянии? Чтобы ты натворила глупостей? — спокойным голосом поинтересовался Джеральд.

Хизер предприняла попытку ему врезать. Наставник увернулся от удара и скользнул девушке за спину. Она на нечеловеческой скорости метнулась вперед, резко разрывая дистанцию,  обернулась.

— У меня есть идея, — улыбнулся Джеральд. — Пойдем со мной. Уверен, это пойдет на пользу нам обоим.

— Это еще куда? — вскинулась Хизер, словно разозленная кошка.

— На мансарду. Тренировочный зал еще делают, а там у меня оружейная. Заодно проверим, на что ты способна. Только переоденься во что-нибудь подходящее. Джинсы и блузка не очень подходят для тренировок.

Хизер оценивающе взглянула сначала на себя, потом на Джеральда, и не удержалась от язвительного замечания:

— В костюмах тоже.

Джеральд весело рассмеялся. Его настрой тоже раздражал девушку. Что веселого он находит, когда мир вокруг едва ли не рушится?

— Не беспокойся. Для тренировок у меня есть подходящие вещи, — успокоил воспитанницу Джеральд.

Хизер фыркнула и удалилась к себе в комнату, с чувством хлопнув дверью напоследок. Каэлиш быстро переоделась и вышла в коридор. Короткие шорты и топ как нельзя лучше подходили для тренировок.

«Он сказал у него там оружейная… хочет проверить, владею ли я холодным оружием?» — прищурившись, подумала Хизер.

Она вспомнила, как во сне вытащила из ножен саблю. Запоздало к Каэлиш пришло осознание.

«Это подсказка! — подумала она, застыв в растерянн