Иллюзия

Пролог 

Пригород Нью-Йорка. 1900 год.

Тяжелый и громкий вздох позволил грудной клетке наполниться пыльным и грязным содержимом этого Мира. Все внутренности скрутило судорогой. И ОН зашелся кашлем. Еще немного… еще пару вздохов… и организм привыкнет. Так всегда происходило. ОН не в первый раз посещал этот Мир по своим прямым обязанностям… Но быть изгнанным… в эту помойку, куда всегда отсылали самые гнилые души? Этот Мир был худшим наказанием, нежели смерть. Только одно осознание заставило ЕГО сжать пальцы так сильно, что ногти нещадно стали разрывать огрубевшую кожу. 

Никто не смеет ЕГО предавать. Никто не смеет жить после предательства. И ОН никому и никогда не давал второго шанса. И впредь ничего менять не собирается. Месть будет жестокой. 

Слишком опрометчиво они поступили, отправив ЕГО сюда, в этот Мир, который был ЕМУ слишком хорошо знаком. ОН, как никто другой знал все возможные лазейки. ОН сам наказывал всех тех, кто пытался к ним приблизиться. И ОН знает, как умело воспользоваться одной из них. А для этого ЕМУ необходимо найти ее…

 

Нью-Йорк. Приблизительно 1980 год.

Анелли Сквайер

 

Какие мысли должны быть у человека, которого держат за горло? О чем нужно думать, понимая, что, возможно, это твои последние секунды? Как работает этот фильтр, который пытается в последний миг подкинуть воображению самые… значимые события в твоей жизни? Кажется, прошла всего секунда, а перед глазами успел промелькнуть мой выпускной в школе, на котором я впервые попробовала покурить что— то запрещенное. А вот Майкл… и его машина… стоп, почему я должна вспоминать свой первый раз? Он не был столь прекрасным, чтобы сейчас думать о нем. Лучше подумаю про… а про что собственно думать? Разве имеет смысл тешить себя иллюзиями, что моя жизнь прошла не зря? Нет в ней ничего такого, после чего я могла бы с чувством выполненного долга подумать: «Ну, теперь и умирать не страшно».

Как вообще могут появиться в голове такие мысли? Разве может человек в здравом уме осознать и принять тот факт, что все сейчас закончится? Да ведь я еще не жила… совсем не жила. Я не хочу умирать. Я еще… да боже мой, я вообще еще ничего не сделала в своей жизни. Еще слишком мало восходов мне удалось лицезреть, я не успела по— настоящему в полной мере вкусить блаженство от причуд погоды. Почему только сейчас мне становится очевидным, что нет ничего прекрасней, когда твоя обувь хлюпает от насквозь промокших носков, а саму тебя пробирает мерзкий моросящий ветер? Особенно, когда после этого следует теплая уютная квартира с ароматными печеньями на кухне?

Да я была бы рада каждый день попадать в пургу, когда приходится бороться со снегопадом и, словно первопроходец, пробивать себе дорогу к месту назначения. Я готова просыпаться по первому требованию будильника и завтракать чем— нибудь полезным. Только… только был бы у меня шанс насладиться этим всем… еще раз.

Должно быть, мой мозг таки решил, что теперь можно перейти к стадии полного отчаяния и пустил из глаз поток горьких слез.

Как можно быть такой глупой? В газетах сейчас только и пестрят заголовки о том, как опасно жить в наше время, а тем более сокращать в одиночку дорогу до дому. Подумаешь, лишние полчаса по освещенной местности… полчаса… Это моя расплата за лень, длинной в полчаса. Это так печально.

— Тссс… — ласкающее убаюкивающее шипение, заставившее меня выдать новые ручейки на моих щеках.

Что он этим хотел сказать? Что убьет меня быстро и безболезненно? К дьяволу, я в любом случае не хочу умирать! Никаким образом.

Резкая боль в руке, заставила меня содрогнуться, словно бы через меня пустили разряд. Кажется, в процессе моих попыток побега, я на что— то напоролась. И результат таких неосторожных действий — окровавленные пальцы и резкая болезненность где— то выше запястья.

Мне не хотелось смотреть в лицо своему убийце, но его странная заинтересованность моей окровавленной конечностью, послужила проецированию не очень хороших мыслей. Сквозь жидкую и соленую пелену, я могу поклясться, что рассмотрела злобный блеск в его глазах. И под злобным блеском я имею в виду буквальное преображение его глаз. Они покраснели…

— Пожалуйста… — еле пошевелила я губами, понимая, что его рука на моем горле начинает сжиматься.

Но моя мольба его, похоже, позабавила. С губ мучителя сорвалось что— то наподобие смешка.

Какое— то время человек рассматривал мои пальцы, запачканные кровью. Но следующее действие привело меня в полное недоумение. Как— то бережно и с осторожностью, мужчина, одним движением языка, слизал каплю крови с мизинца. Какие только мысли сейчас не пролетали у меня в голове. Если я раньше считала его маньяком— убийцей, то сейчас я с ужасом ожидала, что он каннибал, который может запросто устроить питательный ужин.

— Какой сладостный вкус… — растягивал мужчина каждое слово. Далее последовала какая— то мучительная тишина, когда не ведаешь, что же произойдет в следующую секунду. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем он снова заговорил. — Приятно познакомиться… Анелли… Сквайер…

Мое имя отозвалось у меня в голове, словно эхо… Мое имя? Откуда ему известно мое имя? Откуда он меня знает? Неужели все эти события, на самом деле чей— то продуманный до мелочи ход?

Губы убийцы, запачканные кровью, тронула какая— то самодовольная улыбка. На секунду мне показалось, что его клыки были несколько длиннее, нежели зубы нормального человека.

А в следующее мгновение я почувствовала необъяснимое чувство, схожее с тем, когда проваливаешься в сон.

Я уже не видела ничего… не видела этого жестокого лица. В глаза резко ударил яркий свет. Я оказалась в очень светлом помещении… и рядом стояла женщина… перед зеркалом… очень красивая женщина. Мама? Она очень похожа на мою мать… и она была в красивом розовом платье… свадебном. Она стояла перед зеркалом, и, казалось, ей что— то не нравилось. Она нервничала… И я тоже почувствовала это. Это состояние мне было хорошо знакомо. Оно часто посещает меня, когда вроде все идет хорошо, по плану. А меня начинает раздражать какая— нибудь незначительная мелочь… Вмиг эта картина расплылась, словно разволнованная гладь воды. Теперь эта женщина была не одна. С ней стоял красивый мужчина. Он с такой небывалой нежностью обнимает ее… Это я? Это я! Но только я тут старше! Они, вернее мы, улыбались и, похоже, были безмерно счастливы. Я чувствовала это счастье… оно начало меня переполнять. Мне хотелось улыбаться… смеяться… прыгать… неважно, но хотелось как— то продемонстрировать то, что сейчас у меня на душе…

Следующая картинка заставила меня трепетать еще больше. Теперь я чувствовала какое— то неизвестное мне чувство…. Какую— то любовь… не ту, что я питала к этому мужчине… это было что— то иное. Перед глазами по— прежнему были мы, но я изменилась. На килограмм так десять. У меня был огромный живот, а мужчина его ласково гладил и целовал. На руках у меня устроилась моя любимая кошечка —  Маркиза. Я нежно теребила ее мягкую шерстку, а та взамен напевала свое любимое мурчание, то и дело, поглядывала на меня своими разноцветными глазами. Кажется, я рассказывала ей, что скоро ее кое— кто будет тянуть за хвост и проверять на прочность ее забавные усики. Я беременна? Да! Я беременна! Я чувствовала непередаваемое счастье. Но в следующее мгновение была боль… адская… сильная… я слышала, свой крик. Кричала, просила кого— то, чтобы он не делал так сильно больно… просила, чтобы эта боль скорее прекратилась, а в ответ лишь какие— то наставления, вроде тех, как надо правильно дышать и тужиться. Кресло… инструменты… люди в белых халатах… Это роды? Я чувствовала собственные роды? Мне хотелось кричать, кричать… а дальше… была темнота… просто темнота… и больше ничего… Это длилось недолго, вскоре перед глазами снова возник он… Но его лицо улыбнулось. Он не смотрел на меня так, словно бы хотел убить… Он выглядел… счастливым?

— Тебе повезло… — выдавил тот, отпуская мое горло, — ты будешь жить.

Глава 1

Наши дни

Мия Ван де Граф

(дочь Анелли Сквайер)

Скрип половицы, раздавшийся по округе, заставил нервно поежиться. Казалось, что за мной кто-то наблюдает сквозь эту зловещую густую темноту. Кто-то затаился… смотрит… прикасается взглядом… выжидает… От такого мерзкого ощущения мурашки бросились врассыпную по всему телу. Меня пробивала дрожь, не то от страха, не то от противного холодного воздуха, который потихоньку начинал меня окутывать.

Оглянувшись, я поняла, что нахожусь на старой прогнившей лестнице, которая готова захватить меня в свои объятия в любую секунду. Об этом свидетельствовал ужасный треск мольбы. Она словно просила меня, чтобы я сжалилась и отступила…

Что это на мне? Я брезгливо осмотрела грязную не то футболку, не то кофту, понимая, что в моем гардеробе такой вещи никогда не было. Но больше поморщиться заставила гадкая пыль, которая начинала липнуть к босым ногам. Почему я здесь? Что это за ужасное место? Мне тут не нравится. Я хочу убраться отсюда скорее… хочу к себе домой. В мою уютную комнату, налить себе горячий чай и закутаться в пушистый теплый плед.

Надо выбираться… надо уйти отсюда как можно дальше. Мне тут жутко.

Руководствуясь отсутствием всякого намека на логику, я медленно подняла ногу и ступила на следующую ступеньку. Очередной слой пыли, начинал мягко окутывать пальцы, вызывая во мне чувство отвращения. Шаг за шагом я поднималась все выше, игнорируя скрип гнилых досок, готовые сломаться под моим весом при малейшем моем движении.

Мне хотелось закричать самой себе, чтобы я не вздумала идти дальше, чтобы я повернулась и бросилась прочь. Но мое тело будто бы не слушалось меня, повинуясь кому-то другому… Какой-то неведомой силе.

Когда последняя ступенька оказалась позади, я позволила себе облегченно выдохнуть. Передо мной предстала картина давно покинутого жилища.

Старая мебель, разбитый телевизор, толстый слой пыли вперемешку с паутиной — все свидетельствовало о том, что здесь давно никого не было. Значит, мне некого бояться. Я тут одна. Но спрашивается, почему я тут? Как я сюда попала? И где вообще находится этот странный дом?

Чуть впереди из дверного проема сочился манящий лунный свет. Возможно, если я подойду к окну, я смогу рассмотреть хоть что-то? Ватные ноги на этот раз меня послушали и сделали шаг к голубому свечению…

Всего лишь секунда, всего лишь мгновение… и этого было достаточно, чтобы меня окатило морозной дрожью, а кровь, будто бы застыла, рискуя прекратить все мои признаки жизни.

Перед окном, в лунном свете стоял… кто-то. Тот, кто неподвижно наблюдал за мной, и я чувствовала прикосновение ЕГО взгляда.

Я не видела четкие очертания его лица. Человек стоял в капюшоне. На какое-то мгновение мне удалось убедить себя, что это всего лишь статуя, вешалка, в конце концов…. Если бы не этот душераздирающий смех, который заставил меня пятиться назад… он чувствовал мой страх… и смеялся…

Не в силах даже вскрикнуть я бросилась вниз по лестнице. Все мои мысли занимал только выход… выход из этого ужасного места. Убежать за несколько сотен километров…

Мне удавалось практически перепрыгивать через две, три, четыре ступеньки… до тех пор, пока они не кончились. Слишком поздно я заметила, что на полу был опрокинутый стул, на который напоролась, и повалилась на пол. Боль… кровоточащая ссадина… Это настолько все ничтожно по сравнению с моим желанием покинуть это жуткое место.

Игнорируя все свои чувства, я вскочила на ноги, готовясь снова пуститься в бег. Лестница… еще одна лестница, ведущая вниз. На каком я этаже? Какая разница? Главное как можно быстрее выбраться. Я, было кинулась к спасительным ступенькам, как от неожиданности потеряла равновесие, проехав несколько сантиметров на ногах, чувствуя каждую новую занозу на своей коже.

Внизу… у самой последней ступеньки стоял… человек. В капюшоне… Я не знала, он же это, или кто-то другой. На самом деле, сейчас это было неважно. Важно, что путь мне явно перекрыт.

Бежать… это наверно единственная мысль, которая занимала меня. Главное бежать… неважно куда, неважно сколько. Важно не останавливаться. Быстро соскочив с места, я кинулась в ближайший дверной проем…

Что это? Ужасное хлюпанье под ногами заставило меня скривиться от ужаса. Только потом до меня дошло, что стою я в луже темной вязкой жидкости…

Кровь? Это кровь? Пожалуйста… пусть это окажется что угодно, но только не кровь…

Почувствовав, что отчаяние уже близко я бросилась к окнам. В тусклом свете луны почти ничего нельзя было рассмотреть. К тому же сами стекла были давно грязные и запыленные. Выбить окна! Выпрыгнуть! С сожалением я оценила высоту приблизительно в два этажа, но, тем не менее, не упустила попытку открыть окно… Бесполезно, не получается…

Без сил я облокотилась о холодную, покрытую паутиной бетонную стену.

Я в ловушке… От сюда нет выхода. Я не смогу выбраться. Остается ждать… Чего ждать? Что со мной что-то сделают? Почему я? Что я сделала плохого в этой жизни, чтобы со мной так жестоко обошлись?

Я безнадежно повернула голову к окну, пытаясь хоть что-то рассмотреть. Где я нахожусь? Кто-нибудь знает, где я? Будут ли меня искать? А как же мои родители? Они же не переживут такое. Хоть бы меня не нашли… мне так стало страшно, что меня истязают, и это все придется увидеть моим родным… Лучше пусть питают надежду, что я еще где-то жива.

Внезапно улицу озарила яркая вспышка молнии… и я, громко взвизгнув, отпрыгнула от окна на пару метров.

Там… там, за окном, повиснув в воздухе, был ОН… он… тот, кто в капюшоне… о боже, кто же это?

Собрав все мало-мальские остатки самообладания, я кинулась к лестнице… Может, он не успеет? Может, я окажусь быстрее? Зацепившись за эту мысль, я, что есть силы, перепрыгивала через ступеньки… вот она дверь… выход совсем рядом…

Я схватилась за ручку, но та не поддалась. Еще попытка… так же… Еще… и еще… я не могла успокоиться, колотя дверь кулаками, пиная ногами, дергая за ручку. Какого же было мое удивление, когда она вдруг с легкостью поддалась… Неужели? Не веря своему счастью я, глубоко вздохнув, потянула дверь на себя…

Отчаяние, потеря последней надежды, страх, разочарование…. Все это в одно мгновение ворвалось в мое сердце, грозясь его разорвать… После того как я поняла, что за дверью располагалась бетонная стена… Ловушка… отсюда не выбраться. Это невозможно… что зря метаться в клетке забавляя моего палача?

Я была уже готова сесть прямо здесь, в ожидании страшной расплаты, но этот душераздирающий смех, который раздался совсем рядом, над ухом, заставил меня снова бежать…

Он играет… издевается… заставляет меня следовать его правилам… и я, как марионетка, доставляю ему это удовольствие. Нет… хватит. Очутившись в очередной комнате, я как-то машинально, даже не осматриваясь, забежала за стол и, сев прямо на этот грязный пыльный пол, обхватила себя руками. Я больше не сдвинусь с места. Пусть делает, что хочет… я сдалась… сдалась….

Но, тем не менее, дрожь усиливалась с каждым его приближающим шагом. Дом словно бы сотрясался от смеха.

Я уткнулась лицом в колени, не желая смотреть на своего палача. И все же я чувствовала на себе его тяжелый взгляд. Я не видела его лица под капюшоном, но уже знала, что он ужасен.

Почувствовав его ледяное дыхание на своей коже, я сжалась еще сильнее. Он был совсем близко… я чувствовала его присутствие. Чувствовала каждое его движение.

«Мииииияяяя… — раздался ужасающий шипящий голос у меня в голове. Я зажала руками уши, не понимая, что голос звучит внутри меня. — Мииииииияяяяя…»

Тело содрогнулось, когда я почувствовала ледяное прикосновение… Он схватил меня за подбородок, поднимая мое лицо.

«Мииииияяяя…» — шипение было совсем близко.

Я зажмурила глаза еще сильнее, чувствуя, как они против воли начинают открываться. В конце концов, сопротивляться уже не получалось. И, распухнув глаза, я была готова провалиться в саму преисподнюю. За места лица, я видела безжизненный череп. Это был сам дьявол…

«Время пришло…» — шипение уже почти приносило мне боль, разливаясь с током крови по всему телу.

Я с силой зажмурила глаза, пытаясь хоть как— то себя подготовить к чему— то ужасному… как….

 

***

 

Побережье Малибу, 

штат Калифорния

 

 

— Первая! — веселый голос подруги с силой вытянул меня из этого цепкого сна, а плечо тут же почувствовало знакомый легкий удар мягкой подушки.

Сон… это лишь сон. Нет того страшного дома. Нет этих зловещих красных глаз. Мне это всего лишь приснилось. Кажется, само подсознание сигнализирует меня о том, что пора завязывать с просмотром фильмов ужасов.

Еще находясь под влиянием ужасного видения, я подскочила на месте. Беспорядок на столе, из шкафа выглядывают вещи, которые я катастрофически не могу сложить аккуратно, на тумбочке опрокинутая косметичка. Бри сидит на кресле с хитрой ухмылочкой… я дома, я в комнате, в безопасности… на ногах и руках нет этих кровоточащих ссадин. А на мне одето то, в чем я легла спать, а не та грязная… вещь.

От мрачных мыслей отвлекла музыка, что спокойно побрякивала из мобильника Сабрины. Очень хитро — поставить такую тихую мелодию в качестве будильника. У меня просто не было шанса.

— Ты в курсе, что это жульничество? — как бы там ни было, но я все равно была рада пробуждению.

И как это обычно бывает, всмысле вовремя, после моего красноречивого замечания заиграл и мой будильник. К слову, мелодия по громкости и ритму, ничуть не уступала. Да и к тому же мобильник был надежно спрятан под подушку. В общем, если бы он проиграл на пару минут раньше, выигрыш остался бы за мной. О да, мы ведем честную игру, под названием «Кто позже проснется, тому достанется вся посуда в доме».

Посуда… Хоть я и была рада, что подруга вытянула меня из такого странного и ужасного сна. Но лицо очень велеречиво отобразило мои эмоции. На самом деле, это уже некая традиция. Ни я, ни Бри, хронически не умеем мыть посуду как все нормальные и адекватные люди — вовремя. Это же так утомляет. Поел — помыл посуду. Попил чай — помыл посуду. Порезал салат — помыл посуду. Да это же не жизнь, я сплошное посудодраяние. Так что… в таком вот темпе к утру накапливается целая свалка.

В общем-то… это не единственная наша черта, которая характеризует нас как несколько… ненормальных. Взять хотя бы дом, в котором мы живем. Все в красках, все кричит, светится и переливается. Как часто говорит мой брат-близнец Тайлер: «У человека с адекватным восприятием всего прекрасного, от нашей обители, должно как минимум наступить замыкание в черепной коробке». Как уже можно догадаться, он не частый гость. Да, мы любим цвет. И стараемся избегать мрачности. Еще со школы нас стали называть «Двойная радуга», потому что мы вечно ходили, нацепив на себя все несочетаемые цвета. Должна признать, сейчас и я испытываю какие-то странные эмоции, просматривая школьные фотографии.

— Мия… — это был призыв из разряда «Если ты сию минуту не поднимешь свою задницу для свершения великих подвигов на кухне, пеняй на себя».

Поймав себя на глобальных рассуждениях, касательно того, что было бы неплохо обзавестись одноразовой посудой, я все же начала продвигаться к краю кровати. Но мои искренние желания приступить к возложенным обязанностям как можно скорее, разрушила кошка. Та наглым образом восседала прямо на столе и смотрела на меня какими-то безумными глазами.

— Эээ… Бри, что она так на меня смотрит?

— Она бы не смотрела на тебя так, корми ты ее хотя бы раз в день, — кинула подруга мимолетный взгляд на животное, предупредительно взбивая подушку.

— Ну, скажи, зачем мне ее кормить, если ты сама с этим неплохо справляешься?

— Железная логика! Между прочим, это твоя кошка. Ты ее подобрала на улице.

Прозвучало как упрек… Но это правда. Вообще, хоть я и люблю всяческую живность, но со мной им обеспечена голодная смерть. Так что все мои стремления завести пушистый комочек, закончились с переездом от родителей. С мамой можно было быть уверенной, что животное получит свою порцию пищи и внимания. Но Маркизе, своими разноцветными глазами, удалось убедить меня, что со мной голодная смерть ей грозит меньше, чем на улице.

— Ну, ты же не дашь умереть бедному животному! — пока я пыталась в очередной раз спихнуть свои обязанности на подругу — ну в конце концов, на мне сегодня и так посуда висит — кошка продолжала сверлить меня каким-то странным взглядом. — Бри… я ее боюсь. Покорми ее, а то у меня ощущение, что она видит во мне сочный шницель. И знаешь, что… — я не была совсем уверена в том, можно ли мне сейчас наглеть… но ведь попытка не пытка, верно. — В общем… про нас не забудь. Я так-то тоже есть хочу!

— Насколько я помню… кое-кто обещал сегодня приготовить брауни!

И кто тянул меня за язык, спрашивается. Вообще за плитой у нас стоит только Сабрина. Меня туда нельзя подпускать и на пушечный выстрел. Кулинар из меня никакой. Хотя… стоит отметить, что кое-что я все же умею. И брауни — это то самое, что у меня каким-то неведомым мне способом, получается просто божественно. А так же мой фирменный чай. Ну и, пожалуй, на этом мои способности в кулинарии себя исчерпали.

Так начиналось каждое утро. Подъем наперегонки, мытье посуды, жалоба на пустой холодильник, что-то типа завтрака и спешная сборка на работу. Хотя, если учитывать, что график у нас свободный, завтрак у нас может быть и в 7 утра, и в полдень и даже под вечер. Тут уж зависит от самого заказа, а также от того, во сколько мы легли спать. В этом у нас никогда не было постоянства. Всякого рода биологические часы организму были не ведомы.

Кстати о работе. Когда с посудой было покончено, а на столе мне улыбалась глазунья, в качестве поощрения, я подумала, что было бы неплохо уточнить наш график.

— Во сколько у нас заказ? — пришлось отвернуться к окну и делать вид, будто бы там происходит что-то нереально интересное. Уж лучше пальмы за окном, чем укоризненный взгляд подруги.

— В полдень, — Бри и правда некоторое время пыталась испепелить меня своими очами, но вскоре все же вернула свое внимание к ноутбуку. — Все необходимое нам привезут на место. Вот что должно получиться в итоге.

Девушка развернула ко мне экран, показывая фотографии, по которым клиент делал заказ. Сегодня нам предстояло украсить ресторан к свадебному торжеству. Свадьбы… это было одно из моих любимых мероприятий. Особенно мне нравилось, когда заказчики выбирают много красного и розового. Я получала огромное удовольствие и представляла, что скоро сама надену на себя пышное платье. Хотя, именно это мое стремление к семейной жизни никто не знал. Напротив, все считали, что я нарочно бегаю от Лэндона. Он часто заговаривает о свадьбе, а я теряюсь. Мне кажется, что это очень важный и ответственный шаг в жизни. И я пока не готова его сделать.

— Ты чего зависла? — вернула меня в реальность Бри.

— Знаешь, — неуверенно принялась я тыкать вилкой в яичницу. — Каждый раз смотрю на декор свадьбы и каждый раз думаю, что лучше быть не может. Но все равно появляется то, что затмевает предыдущее.

— Тебя это серьезно беспокоит? — Бри снова завладела своей техникой, и принялась не спеша двигать пальчиком по тачпаду.

— Нет… наверно, — беспокоило ли это меня? Странные ощущения возникли после этого вопроса.

Опять страх. Он всегда появляется, стоит мне всерьез об этом задуматься. — Просто… как понять, что это именно то, что тебе нужно, когда выбор так широк?

— А мне, на самом деле, было бы все равно, как украшена моя свадьба. Да и вообще, что такое свадьба? Я бы могла и без нее обойтись… только бы быть… Ну, в общем, неважно это все.

Подруга замолчала, уставившись в свою тарелку. Ей не надо было договаривать, понятно и так, что она имела в виду. Неразделенные чувства, это, наверно, больно.

Наскоро опустошив свои тарелки, и не забыв их кинуть в еще пустую раковину, мы традиционно наперегонки отправились в душ, а после толкались у зеркала, накладывая на себя слои косметики. Иногда я не представляю, как можно начинать день как-то иначе. Такая веселость и беззаботность очень не нравилась Лэндону. Он парень серьезный. Я бы даже сказала чересчур серьезный. С детства воспитан даже во время еды сидеть правильно. Он ужасный педант… просто до неприличия.

Вскоре, мы уже удобно устроились в моей желтой «подружке». Так ласково я называла свою машину, подаренную отцом в честь окончания обучения. Папа тогда не переставая твердил, как сильно он мной гордится. Несмотря даже на то, что мама меня ужасно избаловала. Да кстати, отсутствие всякого намека на распорядок дня — это мамина заслуга. Это с ней я, заместо того что бы видеть десятый сон, смотрела фильмы и поглощала попкорн. Это с ней у нас на завтрак могли быть шашлыки или соленая рыба. Отец хоть и злился, и разгонял нас каждый раз, как замечал, что мамы ночью нет на месте. Но, тем не менее, наверно все же был не достаточно строг. Иначе мы бы в очередной раз не сбегали в гостиную, для просмотра нового фильма. А иногда, мы с мамой и вовсе засыпали на диване в гостиной. И папа нас аккуратно разносил по спальням…

Смс-ка пришла, когда мы уже были в дороге, нагло отрывая меня от трогательных образов из детства.

— Сейчас отберу! — Бри никогда не любила, если я вообще беру в руки телефон, будучи за рулем. И ее голос сейчас ярко демонстрировал серьезность намерений в данном обещании… в который раз. По-хорошему, пора бы вообще лишить меня этого аппарата, потому что моя вредная привычка все равно возьмет верх.

— Я быстро! — стараясь даже не отрывать взгляд от дороги, мои глаза лишь на секунду одарили дисплей своим вниманием. — Это Лэндон. Хочет пообедать.

— Как это удачно, ведь мы только что позавтракали…

— Знаю… — вздохнула я. Если он узнает, что мой завтрак состоялся в 11 часов утра, он снова начнет рассказывать мне, как полезно установить свои биоритмы. Не успела я ответить, как телефон уведомил меня о второй смс-ке.

— Мия! — начинала злиться подруга.

— Спрашивает адрес, где я сегодня буду. Вау, у него сюрприз для меня! — нырнула я глазами в экранчик телефона, будто бы за словом «сюрприз» и правда можно было что-то рассмотреть. — Я быстренько отвечу… он хочет привезти это мне на место… — начала я судорожно тыкать пальцами по сенсорному экрану. Стоит ли говорить, как трудно попасть по нужным клавишам в спешке и когда тебе совсем неудобно. Да к тому же если телефон сенсорный…

— МИЯ! — крик подруги заставил меня отправить сообщение с опечатками и вцепиться в руль.

Впереди, метрах в пяти на дороге останавливалась машина, игнорируя любые сигнализирующие знаки о своем торможении. На какое-то мгновение я позабыла, как вообще управлять этим железом. Но вовремя опомнившись, с силой надавила на педаль тормоза. Неприятный звук скольжения колес по дороге, заставил все внутренности сжаться от мерзких ощущений. Но машина тем не менее остановилась… слегка толкнув впередистоящий спорткар. Не веря в происходящее, я даже что-то выкрикивала, что обычному человеку не расшифровать.

… Настала тишина, которая даже в самом страшном фильме ужасов не кажется такой нагнетающей, как сейчас.

— Ты что наделала? — голос Бри стал неузнаваемым. А сама она стеклянными глазами осматривала машину, что стояла перед нами. — Она же принадлежит Дарку Кортнеру…

А то я сама этого не знала… Эту машину, завидев даже где-то на стоянке, я всегда как-то на автомате избегала, паркуясь как можно дальше. Поначалу я это делала с какой-то опаской и осторожностью. Сейчас же, спустя годы, это просто вошло в привычку. Если Дарк поблизости, всем хорошим девушкам надо быть подальше.

Хотя, стоит упомянуть, что когда этот парень появился в нашем городе, все просто с ума начали сходить. Когда он поступил к нам в универ, все девчонки позабыли об учебе, убивая все время на то, чтобы хоть как-то привлечь его внимание. Хотя бы одобряющий взгляд от этого брутала… и девушки уже были на седьмом небе от счастья. Не скрою, что и я, поддавшись массовой волне, в тайне вздыхала о нем. Парень, что уж тут таить, и правда симпатичный. И даже немаленький шрам на его лице ничуть не делал его страшным, или отталкивающим. Но это до поры…

С его переезда прошло совсем ничего. Может год, может меньше. Но тогда это был скандал на весь город. Дарк с одним парнем не поделили какую-то девушку, кажется. Ну, это если верить слухам, которые зачастую бывают раздутыми. Поэтому просто знаю по факту, что он истязал парнишку до полусмерти. Говорили, что потеря крови была критической. И что парень некоторое время пребывал в клинической смерти. Был огромный риск, что он не выкарабкается. Но на самом деле, я его больше и не видела. Дарка отчислили. Вроде бы отделался условкой. В тот же день все девушки, что питали к нему хоть какую-то симпатию, сразу как-то переключились на других парней. Вот так может круто повернуться жизнь, за один день… И говорят, опять же, если верить слухам, так как проверять я как-то не рискнула бы, он сейчас в какой-то преступной группировке. И при нем всегда оружие, и он… вроде как выбивает долги. Вообще много всяких версий крутятся около его темной личности. Даже то, что его группировка отстегивает процент полиции, чтобы их не трогали… Но… я просто никогда не задумывалась об этом всерьез, полагая, что мне эти знания ни к чему.

Но… на самом деле, от всех этих слухов легче-то не становится. Потому что именно сейчас я взяла и врезалась в его машину! Хоть толчок был и слабый, скорее всего, даже серьезных повреждений не будет. Но… О боже мой… это же Дарк! Тот самый Дарк, про которого говорят, что он способен на все что угодно, если ему испортили настроение. И это та самая темная личность, от которой не сможет никто защитить… Даже полиция.

Если несколько секунд назад, я была не способна оценить весь ужас, сложившийся ситуации, то сейчас я была готова провалиться сквозь землю. Что теперь будет? Как с ним разговаривать? Я не считала себя трусихой, но сейчас испытывала дикий страх. И я была готова прямо сейчас броситься бежать.

На какое-то мгновение я уже было подумала, что хозяин и не заметил ничего… неправильного. Уже как тридцать секунд, никто не выходит, никто не грозится меня убить. Но, как оказалось, я рано обрадовалась. Когда открылась дверь с пассажирской стороны, я даже вздрогнула. Это была девушка… охренеть… а если… а если я помешала им? За такое они меня точно порвут. Причем оба. Хотя… чего это они решили развлечься прямо на дороге?

Высокая стройная девушка с черными, словно уголь, волосами, повернулась в нашу сторону, опершись о машину. Она не была мне знакома, но, допускаю, что иногда я ее где-то видела. Она внимательно осмотрела меня и ее губы скривились в какой-то недоброй улыбке. При этом она как-то сочувственно покачала головой, будто бы посылала мне немое послание «Ну ты и влипла». Недобрый знак. Совсем недобрый…

Но настоящий страх меня одолел, когда резко отворилась дверь со стороны водителя. Меня охватила такая дикая паника, что я начала пытаться вспомнить, как тут вообще управлять. Такое ощущение, что все мои внутренности сделали крутое сальто и теперь я не могу функционировать как нормальный человек.

А тем временем водитель с дымящейся сигаретой в руках, покинув машину, так сильно хлопнул дверью, что по мне, сейчас он нанес спорткару больший урон, чем мое столкновение.

Какое-то время парень осматривался по сторонам. «Проверяет, есть ли свидетели» — это была первая и единственная мысль, что прочно поселилась у меня в голове. Но позже он так резко перевел на меня свой взгляд, что я оказалась к такому не готова. Грудную клетку будто сжало тисками, а по спине пробежалось что-то очень неприятное и холодное. Его брови, что он свел на переносице, во всей красе демонстрировали, насколько он сейчас зол. Как, оказывается, много значит взгляд. Человека можно опасаться, если он просто находится рядом. Но когда он смотрит на тебя своими звериными глазами, тут уже начинаешь молиться, чтобы над тобой сжалились и сильно не мучили.

Глаза… его черные глаза… Они смотрели на меня так, словно готовы разорвать мое тело на части. В салоне поселилась гробовая тишина. Ни я, ни Сабрина не дышали, позабыв, как этот акт вообще совершается. Все, что я сейчас могла делать, это наблюдать за медленным, мучительным приближением мужчины. Он точно давал мне шанс насладиться в последний раз радостями жизни. Вздохнуть в последний раз полной грудью. И понять… как ничтожна на самом деле жизнь. Если один неосторожный поступок, может изменить все ее направление.

Глава 2

То, что во рту пересохло, до меня дошло лишь после нескольких неудачных попыток сглотнуть. Хотя, надо сказать, что и после принятия этого странного факта, я все же продолжала это занятие.

А тем временем между моей «подружкой» и внушающим ужас мужчиной, расстояние стремительно сокращалось. В его руке дымилась сигарета, которую он то и дело подносил к губам, делая глубокие затяжки. Три… четыре… О боже, я что, серьезно подсчитываю сколько раз он наполнил легкие никотином? Призрачная надежда, что это чудодейственным образом скажется на его агрессии, не желала покидать меня. Сама я не имею эту пагубную привычку, но не раз наблюдала, как «волшебная онкологическая палочка», на глазах успокаивала людей. А мне бы очень хотелось, чтобы этот парень, хоть чуть-чуть скинул напряжение, прежде чем оторвется на мне. Но… если по-честному, надеяться на это было бы полной глупостью. Его черные глаза, что все это время сверлили меня, говорили сами за себя. Он зол. Нет, не так. Он просто в бешенстве.

В какой-то момент почудилось, что мне влепили смачную пощёчину, вырывая из этого ступора. Что я делаю? Какого, спрашивается, дьявола, я жду? Бредовая мысль, что любезно нанесла визит, показалась мне самой удачной и единственно верной. «Надо скорее смыться!» — твердило мне мое подсознание. И я в панике схватилась за ключи зажигания, кидая озабоченный взгляд на зеркало заднего вида, словно бы ожидала за место себя увидеть нечто иное. Потому что меня такие, лишенные логикой идеи, просто не могли посетить. Наверно…

— Не надо… — кинула обеспокоенный взгляд подруга, рассчитывая свои шансы достучаться до моего благоразумия, — будет только хуже.

Как мужчина подошел, я не заметила, на время позабыв о предстоящей разборке. Все мое внимание было приковано к ключу.

Посчитав, что очень непочтительно с моей стороны игнорировать его присутствие, Дарк с силой дернул ручку заблокированной двери. То, что она вообще осталась на месте, немало меня удивило. Это ж какую силу надо иметь, чтобы этот рывок почувствовала и я, и Брина, синхронно дернувшись в противоположную сторону.

Взгляд… этот зверский взгляд сквозь стекло, говорил о том, что с ним не стоит спорить. Дрожащими руками, в последний раз пытаясь себя подготовить к самому худшему, я сняла блок. Кортнер долго ждать не стал и резко распахнул дверь. В салон тут же проник неприятный сигаретный дым.

Когда дверь оказалась открыта настежь — странно, что он вообще ее не вырвал — мужчина посчитал, что хрупкая дверца — это самое лучшее место о которое можно облокотить свое тело. В общем, срыв дверцы с места, всего лишь вопрос времени.

Повисшая гробовая тишина начинала сводить с ума. Это ужасное ощущение, когда совсем не знаешь, чего ожидать.

Какое-то время парень сверлил нас взглядом, то и дело, переводя его то на Бри, то на меня. И каждый раз, стоило ему перевести на мою персону черные глаза, меня окатывала новая волна страха.

После минутного терзающего молчания, он снова приложил к губам сигарету и с силой выдохнул в салон дым, сопровождая это холодной усмешкой. Бри, закрыла рукой нос, а мои руки так и были прикованы к рулю.

— Выходи, — кинул он на меня мимолетный взгляд, прежде чем выпрямиться и облокотиться спиной о другую дверь… закрытую. Какой широкий жест — дать мне возможность выйти без лишних нелепых ситуаций.

Хоть он уже и не буравил меня взглядом, того мимолетного, последнего жесткого взора хватило, чтобы я совсем потеряла не только дар речи, но и возможность двигаться. Одно его слово, произнесенное таким странным, грубым с хрипотцой голосом, рассыпал по моему телу множество мурашек. Я неуверенно повернулась в сторону подруги. Казалось, что она была полным моим отражением. Большие глаза, в которых читался страх, неуверенность и полное отсутствие каких-либо идей. Видимо, мой вид чересчур красноречиво задавал извечный вопрос, потому что Бри еле заметно пожала плечами.

— Нужно вызвать полицию, — шепнула она совсем тихо, протягивая руку к бордачку. Именно там находился ее мобильник. Мои сконфуженные губы, говорили сами за себя — идея не очень хорошая. — Я вызову, а ты отвлеки его.

Отвлечь? Взять на себя это скопление вселенской агрессии и добровольно выступить в роли жертвы? Да, о чем речь, дамы и господа. Нефиг делать! Хотя… чего уж там. Особо трудиться и правда, не придется. Ведь все что нужно, я уже сделала.

— Тебе, что, помочь? — снова заглянул Дарк в салон. Я хотела что-то сказать, хотела дать ему понять, что не хочу его злить и готова выйти. Но, как дура, сидела и смотрела на него своими широко раскрытыми глазами.

Моя имитация шибко общительной рыбки, ему не пришлась по вкусу. Еще секунда и мужчина дернулся к замку ремня безопасности. Я даже опомниться не успела, как ремень уже меня не сдерживал, а он грубо схватил меня за руку, обжигая своей, на удивление, горячей кожей. Эээ… может у него жар? Интересно уместно было бы… ну не знаю, поинтересоваться его самочувствием?

— Все! Все! — воскликнула я, вспомнив, как это вообще делается. Как бы, между прочим, я вдруг поняла, что мне совсем не нравится, что он прикасается ко мне. Тем более так грубо. Тут и немой попытает счастья высказать свое мнение. — Я сама! Я выйду!

Но мои возгласы его уже не интересовали. Он практически вырвал меня из салона. Вообще, такое стремительное перемещение из уютного кресла куда-то за пределы салона машины, чуть не спровоцировало весьма занимательное зрелище. Попросту говоря, я запуталась в своей длинной юбке и уже собиралась приземлиться на асфальт. Но… этот брутал в момент решил эту мою надвигающуюся угрозу. Он просто схватил меня за плечи и резко поставил на ноги. Не успела я как следует укрепить в своей черепной коробке, мысль о том, чтобы высказать свою благодарность, как мое нестойкое равновесию чуть опять не нарушили. Парень легким толчком приковал меня к машине, расположив руки по обеим сторонам.

Выражение его лица оставалось нечитабельным, чего нельзя было сказать о глазах. Они медленно опустились ниже уровня моего лица, осматривая все то, что представлялось возможным. Но когда его пронзительный взгляд вернулся обратно, мне показалось, что его, и без того темно-серые глаза, стали на тон темнее. В них словно бы появился блеск, который намекал на предвкушение развлечения.

— Ну и? — буквально впившись в мои глаза своими, Кортнер медленно наклонил голову на бок, — какой урод продал тебе права? — его голос больше напоминал рычание свирепого животного, от чего у меня ноги как-то резко стали ватными.

— Что? — признаться, не сразу до меня дошел смысл его вопроса. На самом деле, я вообще не ожидала, что он попытается завязать хоть какую-то беседу. Мои представления о нашей стычке были приблизительно в том месте, где он готов открутить мне голову. — Я не… я сама сдала. И… я не специально. Вообще-то, ты сам… не соблюдаешь правила. Ты ведь посреди дороги остановился… и даже никак не пытался сигнализировать об этом… так что… — с каждым словом мой голос становился все больше похож на ультразвук. Я уже давно перестала следить за логической связью в своих высказываниях. Да и по большому счету, меня, кажется, никто и не слушал.

Мужчина вообще решил поиграть в молчанку, явно неудовлетворенный моими несчастными потугами в объяснениях. А я тем временем покосилась на его правую руку, в которой все еще дымилась сигарета. Легкий ветерок направлял дым в мою сторону, и я брезгливо поморщилась. Я терпеть не могла этот запах. И каждый раз меня выворачивало наизнанку, стоило мне хотя бы постоять рядом с курящим человеком.

— Знаешь, если уж ты собрался разговаривать со мной… или в молчанку играть, или что там еще, будь добр, избавься от… этого, — моя интонация просто пестрила изобилием презрения и брезгливости… по отношению к дымящемуся предмету. Но, кажется, Дарк понял это по-своему.

Произнесенные мною слова, словно бы вызвали во мне гордость, что вот я такая смелая, не побоялась высказать свое мнение. Но… если бы я заранее знала, что последует после, не думаю, что мои действия остались прежними.

Дарк еще какое-то время не отрывал от меня взгляда, от которого меня корежило. И моя гордость начинала потихоньку скатываться под машину. Затем он растянул один угол губ в издевательской усмешке, после чего поднес к ним сигарету. Далее последовала глубокая затяжка, испепеляя разом половину содержащего в ней табака. На протяжении этих… не очень мирных манипуляций, юноша даже не моргнул, не то что бы глаз отвел. И, как вы полагаете, куда должен был деться тот дым, что только что наполнил его легкие? На самом деле, меня саму заинтересовали его последующие действия, но когда тот грубо схватил меня за подбородок, все мое любопытство мигом улетучилось. Попытавшись отвернуться, я только спровоцировала того на излишнюю грубость. Зафиксировав мою голову в неподвижном положении, он приблизил свое лицо, чтобы… да, он это сделал. Все содержимое его легких отправилось прямиком на мое лицо.

Я сморщилась, еле сдерживая кашель и слезы. От едкого дыма глаза неприятно защипало. Но я даже вида не подала, вызывающе выдерживая убийственный взгляд парня. Мое самолюбие только что растоптали у меня на глазах, должна же я попытаться спасти хотя бы его остатки. Черт… это очень неприятно и обидно.

— Еще будут пожелания? — брови парня вопросительно приподнялись, а губы недобро скривились, словно ему самому было противно мое общество. Можно подумать, это сейчас я вывалила на него все содержимое гнилых легких. — Нет? Что, умолкла? Может ты желаешь, чтобы я убрался подальше?

После сказанного, мое тело неожиданно оказалось вжатым в машину. Если я не ошибаюсь, то тот скрип, что только что раздался… это были мои ребра. Такая близость мужчины, отправила меня прямиком в ступор. Мои попытки, оттолкнуть от себя наглеца, так и потухли на стадии зарождения. Я не могла пошевелиться. Вообще. Да ладно, в этом положении даже дышать было… несколько затруднительно. И лучше бы я этого не делала. Стоило мне втянуть воздух носом, как до меня донесся весь микс всевозможных запахов. Бензин, сигарета, мазута… спиртное? От такой мысли меня чуть не передернуло. Он пьян? За рулем? Я уже было хотела указать на этот факт, но стоило мне открыть рот, как я почувствовала, что парень вжимает меня еще сильнее. О да, как оказалось, это еще возможно.

— В чем дело? — приблизил он свое лицо так близко, что я уже во всей красе чувствовала смесь курева и перегара. — Тебе неприятно? Противно? Ну, так скажи, что желаешь, чтобы я отошел.

Я мысленно попыталась переместиться в другое место… Куда-нибудь, где меня не сжимают и не дышат мне в лицо ужасным перегаром. Только сейчас я поняла, как я обожаю педантичность Лэндона, что до этого меня не редко бесила. Сейчас так захотелось прижаться к нему с его выглаженной до идеального состояния рубашкой. К нему, от которого всегда веет приятным парфюмом… И никакого курева. Никакого перегара.

Кажется, еще минута, и мое тело нафиг отключится. Это едкое благоухание начинало вызывать у меня головокружение и тошноту. Все еще пытаясь проецировать в своем сознании какую-то постороннюю реальность, я не заметила, в какой момент перевела взгляд на его шрам, что рассекал пол лица. Я никогда не видела Дарка вблизи… ну… по крайней мере, настолько. И не ожидала, что этот шрам оказывается такой глубокий. И на вид… он с ним много лет… Наверно, его оставили, когда Кортнер еще был мальчиком. Сама того не ожидая, мне стало жаль его. Детство у таких как он, никогда радужным не бывает.

Наверно, я излишне глубоко погрузилась в свои мысли — было очень неожиданно, когда меня дернули за подбородок, намеренно заставляя перевести взгляд.

— Узрела что-то увлекательное? — казалось, его голос, что и до этого был хриплым, стал еще более жутким.

Черт же… как глупо вышло. Я бы хотела замотать отрицательно головой. Но его рука все еще сжимала мой подбородок, и он не позволил мне произвести ни малейшего движения. Вместо этого он усмехнулся, наблюдая, как я все же попыталась это сделать.

— Нет, это не то, что ты… — нелегко разговаривать, когда твою нижнюю челюсть сжимают. — Я не хотела… я не смотрела… то есть… не подумай… — боже, что за бред я несу.

— А что я должен подумать? — склонился тот еще ближе.

Ну, это закончится когда-то? Существует ли хоть что-нибудь на этой планете, что не послужит катализатором для его новой грубости? Внутри зарождалось весьма скользкое чувство. Было обидно, досадно, унизительно. Чувствовать себя беспомощным существом, которое не способно себя обезопасить от таких вот уродов, искренне говоря, немало удручает.

С силой сомкнув губы, демонстрируя, что общаться дальше у меня нет ни малейшего желания, я позволила себе непростительную наглость. Я отвернулась. После совершения этой глупости, все мои рецепторы, словно бы локаторы, настроились на ожидание дальнейших действий моего обидчика.

— Эээ… рыжая! Я тебе… пальцы переломаю… Дарк! — всю надвигающуюся угрозу, которую юноша уже собирался спустить на меня, развеяла его… подруга. Стоило мне осознать, чего мне посчастливилось миновать, я прикрыла глаза, пытаясь хоть как-то умерить свой, разбушевавшийся пульс. Но спокойствие не наступило даже когда мужчина, слегка отступил. Он уже не прижимал меня, не сдерживал, не снабжал миксом омерзительных зловоний. Тем не менее, меня продолжало лихорадить от потрясений. Он был все еще рядом, но все его внимание сконцентрировалось за моей спиной.

Только спустя какое-то время мозг соизволил загрузиться, оповещая, что поблизости есть лишь одна девушка, которую могли назвать рыжей. Сабрина.

Все мои движения и реакции стали какими-то заторможенными. Так что, наверно, я умудрилась просмотреть начало происходящего. Да и заметив брюнетку рядом со своей машиной и невнятные сопротивления подруги, я не сразу поняла причину этой потасовки.

— Смотри… — подруга Дарка пыталась ему что-то продемонстрировать, я не имела возможности увидеть это. — Она собиралась вызвать полицию!

Ох… Бри…

Я с силой зажмурила глаза, предпринимая плачевные попытки убедить себя в том, что это все происходит не с нами. Это все продолжается мой сон, не иначе. Просто длинный дурной сон. Все слишком глупо… так не бывает… не с нами.

— Отдай… мой телефон! — нервный крик подруги меня отрезвил.

Мои глаза широко распахнулись, встречая разъяренный взгляд юноши. Знаете, когда смотришь в эти свирепые глаза, которые мысленно разрывают тебя на кусочки, всякого рода мирное разрешение конфликта тут же начинает терпеть крах.

Кажется, я уже успела упомянуть, что превратилась в сгусток тормознутой энергии? Так вот, я даже не сразу поняла, что нет той тени, которая закрывала меня от яркого светила. Дарк резко оттолкнулся от машины и просто исчез из поля моего зрения.

Крепко зажмурив глаза и выдохнув, я всеми силами уговаривала себя сделать усилие и превратиться в более мужественное существо.

Страх за подругу, пожалуй, оказался более действенным механизмом, чем страх за собственную персону. Да и трудно предположить, что способно этого неадекватного типа рассердить больше: легкое столкновение с его машиной, или же попытка вызвать полицию?

Когда я повернулась к месту скопления этой… агрессии, телефон Брины был уже в руках у Кортнера. Тот, сведя свои густые черные брови, что-то внимательно рассматривал на экране, в то время как подруга богатым запасом лексикона пыталась убедить того, вернуть ей свое имущество.

Короткий взгляд в ее сторону, говорящий о его непреодолимом желании, чтобы она заткнулась, сигнализировал о предстоящей беде. Юноша в последний раз поднес к губам сигарету, прежде чем откинуть ее в сторону. Кажется, дозы, содержащейся в одной сигарете, слишком мало, для его успокоения.

А дальше… застыли все. Даже его подружка, потому что телефон Бри, который тот некоторое время изучал, в одно короткое мгновение оказался в буквальном смысле размазанным по асфальту.

Так просто… взял и разбил чужой телефон вдребезги.

Пока я пыталась принять сей факт, в плену его разрисованных черными чернилами рук, теперь оказалась Брина. Наблюдать со стороны его грубость, пожалуй, даже страшнее, чем быть непосредственным ее участником.

— Пожалуйста… не надо… отпусти ее! — не знаю, откуда взялась во мне эта смелость, но я кинулась обегать машину, сжимая по пути кулаки, совершенно не отдавая отчет, что же я собиралась ими делать. Но, как оказалось, для рукоприкладства не требуется логических умозаключений. В общем… как-то не вязалось это и должно быть странно смотрелось со стороны, но вперемешку с мольбой о пощаде, которые ограничивались одним лишь «пожалуйста», я обрушила на спину обидчика весь запас энергии, который только могли вместить в себя мои… кулачки.

Правда, мне удалось в лучшем случае нанести всего пару ударов, прежде чем он поймал в воздухе мою кисть и… сжал ее. В общем-то, на этом вся моя решимость и закончилась. Потому что… ну черт же, это было очень больно.

Внимание юноши как-то мигом перекинулось на меня. На мои кривляния, из-за причиненных болезненных ощущений, он отреагировал усмешкой.

— Шерр… — и как это вообще возможно? Одна рука сдерживает Брину, другая меня, и при этом всем ему еще удается вести беседу со своей подругой. — займись этой. — «эта» оказалась Сабрина, которую тот с силой оттолкнул от себя. Подруга сделала несколько неуверенных шагов, после чего натолкнулась на брюнетку. Готка тоже не особо церемонилась, всего несколько резких движений, и Бри, потеряв равновесие, свалилась прямо на песок у обочины. В принципе, там она и осталась, потому как черная, предварительно вцепившись той в волосы, предупредила о последствиях, если та решит задумать глупость.

Это надо прекратить. Что мы им сделали? Устроили незначительное ДТП? Это еще не дает им право прибегать к насилию. Я как раз собиралась возмутиться, но Дарк так сильно припечатал меня к машине, что все что я смогла, это жалобно выдохнуть, понимая, что моя спина скорее всего превратится в один сплошной синяк.

— Еще одна подобная выходка, — юноша протянул руку к моим волосам и, завладев одним локоном, начал накручивать его на палец. Мне это не нравилось, очень не нравилось. Почему в моих представлениях, такой жест не оканчивался чем-то… не причиняющим боль? Впрочем, я не стала возражать против его интереса к моим волосам, предпочитая, все же дослушать его угрозу, — и ты будешь стонать несколько… в другом положении, — оу… это ведь… он не имеет же виду то, что мне сейчас пришло на ум? — Ты меня поняла? — продолжая накручивать прядь, Дарк и не думал прекращать одаривать меня своим хриплым голосом. — Кивни…

— П… поняла… — первая попытка, произнести слово, утонула в каком-то хрипении в пересохшем голосе. Так что пришлось прокашляться, прежде чем внятно ответить.

Наивная… Как я могла полагать, что этого окажется достаточно. Он… заставил меня кивнуть, посчитав, что моя несчастная прядь может послужить веревочкой, за которую нужно дернуть и… Мия кивнет.

— Я сказал… кивни…

Господи… пусть это закончится. Скорее. Я усвоила урок, я больше никогда в жизни не посмею воспользоваться мобильным телефоном, будучи за рулем. Только… пусть это уже закончится.

Но… день явно не мой. Между сидениями, куда и был выкинут мой злосчастный телефончик, раздался звук, уведомляющий о новой смс. Впервые я пожалела о том, что поставила такую длинную мелодию. У всех нормальных людей «пилик» и все. У меня же уведомление до неприличия длинное…

Дарк резко проник в салон машины, доставая требующий к себе внимания смартфон.

На самом деле, я уже приготовилась к тому, что и мой мобильник сейчас окажется разбитым на мелкие части по асфальту. Но Кортнер, к моему огромному удивлению, с интересом уставился на экран.

— Кто такой Лэндон? — даже не взглянув на меня, спросил он.

Я молчала. Лэндон написал мне смс. И есть вероятность, что эта смс несет не очень скромный характер. Мое молчание мужчину очень не порадовало и тот перевел взгляд на меня, демонстрируя свое ожидание.

— Это будет не очень приятно, — ему и не нужно было объяснять, о чем шла речь. И так понятно, что выбивание информации не доставит мне никакого удовольствия. Несколько мгновений назад, мне посчастливилось почувствовать это во всей красе.

Я неуверенно окинула взглядом подругу, которая до сих пор восседала на песке. Ее, по крайней мере, не мучили этими… зажиманиями.

— Это… мой… — ответить было не так-то просто, понимая, что реакция молодого человека может быть самой непредсказуемой.

— Твой парень? — прищурился он. Я снова молчала. — Лэндон… — еще раз произнес тот, словно бы пытался что-то вспомнить. — Не против, если я отвечу от твоего имени?

И это не был вопрос. Скорее констатация факта. Ведь он уже в это время что-то набирал.

— Отдай! — разум отключился, когда я попытала счастье перехватить мобильник.

Дарк вытянул руку с телефоном на расстояние, чтобы я не имела возможности до него дотянуться. А другой рукой сжал мою кисть с такой силой, что мои пальцы в одно мгновение побледнели и онемели. Вся картинка исказилась — слезы на глазах не заставили себя ждать.

— Я, кажется, предупреждал тебя, — шипение его голоса обжог мой разум, который очень поздно подсказал мне вести себя тише. Когда моя рука оказалась на свободе, я не думала, что вскоре этот факт меня… не будет столько радовать. Захватив мои волосы на затылке в пучок, он наклонил мою голову так, чтобы его лицо нависало над моим. Это произошло так резко, что я от неожиданности вскрикнула, вцепившись в грязную куртку парня, боясь потерять равновесие и тем самым лишиться скальпа. — Не вынуждай меня вести себя грубо…

— Ооо, а ты вежливый? — выпалила я быстрее, чем сообразила. Кажется, где-то произошло замыкание, и мысль что терять уже нечего, оказалась чуть ли не лидирующей среди всех прочих.

— Да-арк, — не думала, что окрик этой его подружки, вызовет во мне такую бурю эмоций. Но, возможно, она меня только что спасла от неминуемой участи. Мужчина ослабил свои пальцы-капканы, переводя взгляд на свою ревнивую подружку. Боже, я, правда, это подумала? Почему-то мне показалось, что их игры, должно быть, имеют… подобный характер. — Почему мы так долго с ними возимся? Займись уже ими… а потом я помогу тебе… если хочешь.

— Не хочу, — казалось, предложенная помощь вызвала в парне новую волну ярости. — Жаль нет Зара. Он был бы полезен… — на какое-то время тот задумался, отводя взгляд куда-то в сторону. Даже такая небольшая передышка, была для меня словно манна небесная. Быть за пределами его внимания — то еще облегчение. — Ну, так что? Ты все еще против, чтобы я ответил твоему бой-френду?

Я ничего не могла ответить в таком положении, но парень сам заставил мою голову вертеться.

— Вот и славно… — проговорил он, возвращая свое внимание к моему телефону.

Когда Кортнер отпустил мои волосы, я уже хотела с облегчением вздохнуть, но, не успев в полной мере насладиться свободой, оказалась снова прижатой к машине его телом. При этом он даже не пустил в ход руки. В это время заиграла мелодия какого-то тяжелого рока. Это был его телефон, который тот достал из кармана штанов. Впрочем, отвечать тот не стал, а лишь сбросив, вернул его на прежнее место.

— Значит так, — снова поднял он на меня свои черные глаза. — А теперь я очерчу тебе круг того, что ты не должна делать. Не вздумай менять номер, не смей покидать город или заявлять в полицию. До тех пор, пока я не решу, как ты будешь расплачиваться со мной.

— Что? — шок очень четко отразился на моем лице. — Слушай, давай просто я… покрою ремонт твоей машины… хотя, там и повреждений-то наверно… немного… но я согласна и на… моральное…

— Что? — на самом деле, я, правда, не была уверена, что мои странные, нечленораздельные звуки, способны донести хоть какой-то смысл. Но, тем не менее, кажется, он уловил мой посыл. И… черт, ему это явно не понравилось. — Хочешь предложить мне деньги? Ты, богатенький отпрыск, — заговорил тот так, словно бы я сказала что-то неприемлемое. — Ты, которая меняет свои шмотки каждую неделю. Ты, которая с детства не знает, что такое голод, — с каждым произнесенным предложением, голос юноши становился все более жестким, громким и… хриплым. — Ты! Смеешь мне предлагать деньги? Думаешь, стоит помахать купюрами и все твои проблемы решатся? — если тот ждал от меня ответа, то напрасно. Казалось, мой орган речи, вместе с сердцем, нашли вполне уютное место где-то за пределами своих законных территорий. — Ну, нет… — растянуто продолжил он. — Это было бы слишком просто для тебя. А я заставлю расплачиваться так, чтобы ты это надолго запомнила. И не советую тебе скрываться от меня. Ты меня поняла?

— Поняла, — прошептала я, под его тяжелым взглядом, очень вовремя вспоминая, как он способен заставить меня кивать. Кожа головы уже начинала гореть.

— Умница… — прошипел он.

Удивительно, как одно и то же слово может так по-разному звучать… Из уст родителей это звучит, как гордость. Когда меня так называет Лэндон, это означало одобрение или восхищение. А Дарк, даже такое позитивное слово смог превратить в омерзительный плевок, что был брошен мне в лицо. Это прозвучало словно оскорбление.

— Шерр, — резко отступил от меня этот ужасный тип. Почувствовав облегчение, я тут же с силой вдохнула воздух, который не был наполнен всеми этими омерзительными запахами.

Девушку не надо было уговаривать. Она оттолкнулась от Брины, что все это время была на земле, и пошла к машине.

Парень больше не сказал ни слова. Сел в авто, газанул назад, стукнул мою машину, в два раза сильнее, чем было мое столкновение, и покинул это место.

Этот кошмар закончился.

— Бри… — ноги совсем стали ватными и такую ношу, как мое тело, оказалось, передвигать не так-то уж и просто. Подруга тем временем с траурным видом рассматривала маленькую детальку от ее бывшего средства связи. — Ты в порядке? — перешла я практически на шепот.

— Да, — отряхивалась она.

Весь ее вид, а одновременно и немногословность намекали на то, что подруга не совсем расположена к разговору.

Но мне было необходимо высказаться. Я не могла все возмущение сдерживать где-то внутри. Да меня уже рвало на части.

— Он… пил. Бри, он за рулем в нетрезвом состоянии. Он… ему просто нужен был повод. Я его ненавижу… — фантомный запах, будто бы до сих пор находился рядом и снабжал меня тем амбре, вызывал тошнотворные позывы.

— Что он хочет? Это же просто так не окончилось? — подруга распустила запутавшиеся волосы в попытке привести их в порядок. Было видно, что за этими движениями та старается удержать хотя бы малую долю самообладания.

— Я не знаю. Но… это не конец… — зажмурившись, я старалась убедить себя, что не чувствую эти неприятные ароматы. Не чувствую его прикосновения. Но стараться убедить себя в подобном, было несколько трудно. — Ты это чувствуешь? О… — казалось, моя одежда пропиталась присутствием Дарка. — Пахнет… им… да я вся, провоняла им! Этим…

— Мия, перестань, — моя импульсивность сорвала все возможные шестеренки, и я просто принялась срывать с себя рубашку.

На самом деле, мне вообще хотелось демонстративно разорвать ее… Но… в общем, пропустим ту часть, где я рьяно старалась нанести хоть какое-то повреждение на редкость прочной ткани. Закончилась эта борьба тем, что я просто выкинула ее в кусты. За ней последовала и юбка. Представ перед проезжающими мимо машинами — о, а где же они раньше были — в одном лишь купальнике, я нырнула головой в салон «подружки».

На задних сидениях ожидал целый склад запакованной одежды, одетой лишь однажды в примерочной. Мы часто покупаем что-то, если появится случай, но обычно, новые вещи так и не добираются до шкафа. Грубо говоря, там и так уже нет места.

— На, выбери, что-нибудь! — кинула я Бри несколько запакованных футболок, заметив, что и она занялась расстёгиванием пуговиц.

— Мия, ты должна рассказать…

— Нет… никому рассказывать нельзя. А тем более полиции. Ты же слышала, что она куплена, — даже учитывая тот факт, как эти двое не обрадовались стремлению Бри вызвать копов, я предпочла прислушаться к его угрозе.

— Братьям…

— Братьям, — повторила я. Конечно, в этом был смысл. Мой брат-близнец Тайлер и кузен Кендалл — спортсмены. Их накаченные тела все в округе боятся. Не раз слышала фразу «Эй, это же сестра Тайлера, держись лучше от нее по дальше!» и подобные этому высказывания. И парни, насколько мне известно, даже участвуют в каких-то закрытых боях. Я не знаю подробностей, парни не особо любят об этом распространяться. Тем более такому ненадежному источнику хранения информации. — Я уверена, что они за меня любого порвут, — вздохнула я. — Но, Бри… это же Кортнер. Ты сама слышала, что он преступник. И он явно не один. Если перейти им дорогу… нет, я даже думать об этом не хочу.

Это, правда, не лучшая тема для разговора и… нет. Связываться с этим криминальным миром… это неминуемо приведет к печальным последствиям.

— А Лэндон? — осторожно спросила подруга, вырывая меня из глубоких дум. — Ну… я имею в виду, что у него же эти… — Бри неуверенно начала разглаживать новый топ, избегая моего взгляда. — Я хочу сказать, что влияние его отца, может как-то…

— Вот только не его отец! — взмахнула я руками. — Еще его сюда не хватало приплести. Знаешь, его родители и так… мягко говоря, не в восторге от выбора их сына. А известие о том, что я спуталась с какими-то темными личностями… Боже, ты же не в серьез? — только одна мысль о том, что я буду просить помощи у отца Лэндона… у этого скряги Стоуна. Да будь мы даже в хороших отношениях, мне бы и мысль такая в голову не пришла. Подобные размышления заставили меня нервно перемещаться, наворачивая круги. Проблема есть. И ее действительно надо решать. — Ооо… — впрочем, мои усиленные размышления в момент помахали мне ручкой. Как оказалось, весь удар на себя приняла моя подружка — фара была безнадежно разбита. — Ладно… сейчас все равно нет смысла что-то выдумывать. Может он… ну не знаю, забудет об этом? — когда мой телефон, до сих пор валявшийся где-то на передних сидениях заиграл мелодию, меня всю пробило нервной дрожью.

— Лэндон! — воскликнула я, кидаясь к машине. — Бри, он же ему что-то отправил.

— Мия, если что, вали все на меня! Выкрутимся… — успела она проговорить, перед тем, как я ответила.

— Д-да? — интересно, мой жених заметил, как я несколько сконфуженно ответила?

— … Ничего не хочешь мне сказать? — услышала я совершенно чужой голос. Таким я его еще не слышала. Хотя, пожалуй, было пару мгновений за наши пять лет отношений. Но, по крайней мере, я в такие моменты сама не отличалась нежным голоском.

— Эм, Лэндон, произошла ошибка… — скривилась я, судорожно пытаясь добраться до смс во время разговора. — Дело в том, что Бри… она спутала… наши телефоны и… — дальше я просто ничего не могла произнести, потому что текст отправленного сообщения превратил меня в немую статую. Я так и осталась стоять с открытым ртом. А мысль, которую я так и не смогла оформить, застряла где-то на уровне горла.

— Я слушаю… — напомнил он о связи, на которой мы еще были. Но я просто больше ничего не могла ответить, направив экран телефона подруге.

«Пошел в задницу, Лэндон, и сиди там до тех пор, пока я не отымею твою подружку на капоте ее же машины».

Лицо Бри так же приобрело какое-то перекошенное состояние. Должно быть, та уже успела пожалеть о брошенном совете — все стрелки переметнуть на нее. Кажется, ситуация тут несколько… странная.

— Лэндон, это не я отправила смс, — наконец, смогла я проговорить.

— Я это заметил, — прошептал он ледяным голосом, от которого у меня коленки совсем ослабли.

— Ой, да блин! — каким-то невообразимым образом первая очнулась Сабрина, вырывая у меня телефон. — Это я отправила, ясно тебе! — крикнула она в трубку. — И знаешь, я буду каждый раз писать тебе такие смс, если ты будешь продолжать донимать Мию, когда она за рулем! Знаешь ли, я еще жить хочу. А она кидается к твоим сообщениям, как умалишённая, забывая про дорогу.

— Бри! — воскликнула я, забирая телефон обратно, и в благодарность улыбнулась ей. Хотя, как-то сомнительно, что подобное объяснение сможет остудить его. — Понятно теперь? Я, правда, не знала, что она тебе написала… я бы… я бы не позволила такое отправить. Но… в общем она очень злится, если я за рулем держу телефон в руках.

— …

— Лэндон? — молчание бойфренда несколько удручало. Ладони от всех этих странных разговоров стали влажными, и телефон грозил выскользнуть в любое мгновение.

— Детский сад… — наконец, проговорил он. — Мы… позже об этом поговорим. По твоей кхм ранней… смс я понял, где вы будете работать. Я приеду через пару часов. Сюрприз… — это слово теперь не казалось таким приятным и радужным, — остается в силе.

— Хорошо, я жду… тебя, — еще раз изобразив что-то непонятное своей мимикой, я все же сбросила связь. Перед глазами тут же высветился журнал звонков. В том числе исходящих. И последний был сделан на неизвестный номер несколько минут назад. В памяти незамедлительно всплыли его странные непродолжительные манипуляции с его телефоном. — Вот урод! — сдерживать эмоции совершенно не хотелось.

— Лэндон? — кажется, от подобного заявления подруга едва не потеряла равновесие.

— Да при чем тут Лэндон! — не веря своим глазам, продолжала я пялиться на дисплей. — Ты посмотри, он ведь себе звонил! Он… предупреждал не менять номер. Блеск.

— Посмотри на это с другой стороны. У тебя тоже есть его номер.

— И чем мне это поможет?

— Я… не знаю. Просто. Мало ли…

— Ну… раз он так нагло решил поселиться в моем телефоне… то будешь ты у меня… — на какое-то время я задумалась, прежде чем дать контакту имя. Потарабанив по сенсору пальчиком, игнорируя замешательство смарта от незнакомых имен, мое лицо приобрело более радостное выражение. — Думаю, это будет самое то!

— «Франкенштейн Шрамощекий»? — нижняя челюсть подруги самовольно опустилась, а глаза были готовы выпасть из орбит. — Мия… плохая идея.

— Нам нужно ехать, — мой взгляд упал на часы, наглым образом игнорируя все попытки Брины заставить меня одуматься от моей безумной идеи. — Не хорошо опаздывать на работу, тем более, что заказ у нас немаленький. И к тому же, кажется, нужно будет заехать в автомастерскую.

Глава 3

1900 год.

Пригород Нью-Йорка.

Очередной вдох этого смрада, вызвал тошнотворные позывы. Чужой не понимал, как вообще эти существа, могут жить в этом затхлом Мире. Но, по всем его наблюдениям, те не особо— то и жаловались, и находили в своей жизни довольно-таки занимательные занятия, которым посвящали свое никчемное существование.

Обычно, в те редкие моменты жизни Чужого, когда тот отправлялся в этот Мир, он без каких— либо колебаний, блокировал все эти посторонние запахи. До этого, пребывание в этом ужасном месте, переносилось более легко. Но не сейчас. Теперь он осознавал, что необходимо беречь энергию, потому что его жизнь здесь может затянуться на долгое время.

Только одна мимолетная мысль о такой гиблой перспективе, заставляла все его тело сотрясаться от дрожи. Злость прочно поселилась где— то внутри и медленно и мучительно пожирала.

Пришелец здесь всего каких— то несколько дней, а его уже сводит с ума жажда мести. Он отомстит… за каждую мучительную минуту, проведенную здесь. За каждый сделанный вдох, он заставит их испытывать самые изощренные муки. Он поставит их всех на колени, что бы они остаток своей жизни молили о пощаде. О скорейшей смерти… без мук.

Как тут существовать, когда все живущие здесь такие хилые? Вся их одежда, взгляд на которую вызывал приступ брезгливости, была слишком мала для него. Пришлось облачиться в одеяние какого— то особо крупного монаха. С усмешкой на губах Пришелец выслушивал в свой адрес проклятия и обещание кары небесной.

«Бог тобой разгневан!» — пытались вступиться за монаха какие— то прохожие.

Чужому хотелось бы каждому из них свернуть шею, и оставить их бездыханные тела, валяться на проселочной дороге. А, возможно, даже лишить их энергии. Но осознание того, что эта тля не сможет утолить его голод, живо переубедило.

Тот лишь показал свои истинные глаза. Подарил им свой взгляд на несколько секунд. Он так хотел, чтобы они заткнули рты и просто исчезли с дороги. А вместо этого получил звание демона и крики о спасении и апокалипсисе. Насчет последнего, они не так уж и ошибаются.

Найти нужных ему существ, оказалось не так— то просто. Этот Мир огромен. Но чутье не могло его обмануть. И он каждый день приближался, повинуясь своим ощущениям. Была бы у него уверенность в том, что возвращение может быть скорейшим, нашел бы их за несколько минут. Но и несколько дней, потраченные на поиски, не особо— то его расстроили. Хуже уже быть все равно не может. Тем более, смена времени суток здесь в несколько раз короче, чем в его родном Мире.

Паб…

Злость продолжала заполнять душу Пришельца. И хватило лишь взгляда на ту местность, к которому привело его чутье, чтобы сделать для себя кое— какие выводы.

«Они опустились еще ниже, чем я полагал» — эта мысль с нотками горечи, прочно заняла все его размышления.

Грязь, вонь, эти… люди, потерявшие хоть какой— то контроль над своей жизнью. Их вполне устраивало валяться по соседству со свиньями и вливать в себя эту губительную жидкость, которая превращала их во что— то примитивное. Добровольно разрушать себя изнутри? Такое невозможно понять тому, кто всю жизнь работал на совершенство своего тела и духа.

А женские особи этих существ? За такую вольность в связях смертной казни им мало. Они должны мучиться перед смертью. Сильно и долго.

Последние секунды, чтобы умерить свой пыл и подавить разбушевавшиеся эмоции. Сейчас Чужого должно волновать одно — чтобы те, кого он искал, оказались более пригодны для дела, нежели все эти жалкие людишки.

Пришелец уже привык к излишнему вниманию из-за этого странного облачения. И такое откровение, как монах в местах, для него не положенных, заставляло местных жителей проявлять к нему интерес. Но интуиция у людей была развита неплохо. В большинстве своем, они не решались подходить близко. А некоторые так вообще расступались, освобождая ему дорогу.

Это место было явным исключением. Затуманенные глаза пьяниц, не различили бы собственного отражения. Какой смысл говорить о более сложных умозаключениях. Как и та парочка, что практически сбила с ног Чужого, слишком уж бурно вывалившись из паба. Пьяные люди лишь рассмеялись, и поспешили скрыться в стороне, видимо изнывая от желания, где-нибудь уединиться.

Пришелец постарался все свое мнение оставить при себе, и направился к входу в паб. Как и ожидалось, внутри оказалось еще ужасней, чем снаружи. Это же настоящее сборище грязных, подлых, лицемерных мыслей. Каждый, присутствующий в этом помещении, излучал эту губительную энергию. Чужой с огромным удовольствием устроил бы здесь смертельное побоище. Он даже побрезговал бы питаться их энергией. Мужчина ощущал, что она, вместо того, чтобы пополнить резервы силы, наоборот истощит их.

В помещении играла ужасная музыка, а на сцене плясали какие-то дивы, то и дело демонстрируя счастливой и не особо адекватной публике, некоторые обнаженные части тела.

Более жестокого наказания придумать невозможно. Жить в Мире этих ограниченных существ, хуже смертной казни. И предатели ошиблись, что не убили его.

Пришелец принялся окидывать надменным взглядом всех присутствующих, ожидая, что придется искать других… представителей более совершенных рас. Не особо верилось, что в этом гиблом месте могут находиться те, кто может быть ему полезен.

Вот они…

Двое мужчин у бара, в компании каких-то развратных женщин, не ведающих, с кем они так рьяно хотят провести эту ночь. Хотя, этим неразборчивым шлюхам, только такая участь и положена. Валяться бездыханным телом, где-нибудь в канаве.

Пришелец начал присматриваться к двум вампирам. Они выглядели ровесниками, для этих глупых существ. Мужчинами, приблизительно лет тридцати. Но он знал… чувствовал, что разница в возрасте у них значительная. Возможно около сотни лет. И… у них одна кровь. Они кровные родственники. Скорее всего, перед ним отец и сын.

Мужчины несколько выделялись среди всего этого сброда. Их одежда была чистой и… на вид, более свежая, новая. И, кажется… им самим тут не настолько уж и нравилось. Может, не все так плохо. И есть шанс, что именно они подойдут. А почему бы и нет? Оба чистокровные, и оба… простые. Не имеют статуса. Очень удобно.

Проницательный взгляд Пришельца, что стоял всего в нескольких шагах от двух мужчин, не остался незамеченным. И более внимательным к окружающей обстановке оказался младший. Его лицо в момент выразило угрозу и готовность отразить удар. И вскоре, он обратил внимание и старшего к персоне, столь заинтересовавшегося ими.

Старший, в свою очередь, с каким— то неподдельным интересом, осмотрел ту одежду, что была на незнакомце. А после, впился пронзительным взглядом в посмевшего нарушить их идиллию. Но все, что он мог увидеть, это лицо обычного молодого человека. Впрочем, как и все эти жалкие люди. Демонстрировать свой истинный облик, было бы весьма неосмотрительно. Пришелец знал, как местные жители остро реагируют на то, что отличается от привычного.

— Парень, тебе что— то надо? — не совсем вежливо начал старший, демонстрируя не особо дружескую улыбку. — Найди себе других красоток. Эти… наши. Или приходи завтра. Мы не жадные.

— Может, тебе выпить? — вступил в дискуссию и младший. — В таких местах лучше быть… расслабленным.

Вести пустые разговоры, тем более в присутствии зевак, Пришелец не собирался. Да и не было в этом хоть какого— то смысла. Он пришел сюда с определенной целью, а значит, нечего лить воду.

Медленно наклонив голову, так, чтобы капюшон скрывал лицо от остальных присутствующих, тот всего на пару секунд снял иллюзию, показав свой истинный облик.

Этого оказалось достаточно, чтобы самодовольная улыбка стерлась с лиц двух мужчин. Теперь же, они скорее выражали страх.

— Дьявол… — казалось, у старшего даже голос изменился, приобретя характерную хрипотцу. Дива, что его всячески пыталась обнять или поцеловать, в момент стала не важна. Тот грубо убрал ее руку со своего плеча и оттолкнул в сторону. То же самое проделал и младший, игнорируя недовольные возгласы женщин. — Уходим… — наверно тот собирался сигнализировать о дальнейших действиях несколько тише. — Иди, — толкал тот младшего к выходу. — Иди.

— Не согласен, — заговорил незнакомец в капюшоне, не отрывая своего пронзительного взгляда от двух удаляющихся.

В итоге, вампиры не стали осторожничать, решив, что спасение собственных жизней намного важнее, нежели психика этих существ. Которые могут несколько болезненно отреагировать, на внезапное исчезновение двух мужчин.

Пришелец лишь с силой сжал кулаки, следуя за беглецами. Весьма глупо с их стороны надеяться на существование хоть единого шанса, что он потеряет их из виду… или чутья. Назад пути нет. И он их не оставит.

Вампиры решили сбежать в какие-то неприметные и безлюдные подворотни, где затхлый запах плесени, был, пожалуй, еще хуже, чем в покинутом месте.

Ближе оказался младший, которого пришелец и взял в плен, обхватив его горло. С силой прижав того к грязной кирпичной стене, Чужой снова принял свой истинный облик, пуская в ход свои силы.

Глаза мужчины, не таясь, показывали лютую ненависть и… страх. Обычно, раса Пришельца приходила за вампирами только по одной причине. Для их долгого, мучительного рабства. Где на протяжении долгих лет, вампиров использовали, как энергию. Худшей участи для них нет.

Старший не стал наблюдать дальнейшие события, и кинулся на помощь своему другу. Силы их были явно неравны. Чужаку ничего не стоило, сломать обоих, словно тростинки. Так что потуги к защите и обороне, были даже забавны.

— Не он… только не его! — самопожертвование… эти вампиры настолько очеловечились в этом мире, что даже рядом находиться с ними противно. Не ожидал Пришелец узреть такую картину.

— Твой порыв учтен… — с силой откинув в противоположную стену младшего вампира, ментально лишая того возможности даже пошевелиться, мужчина схватил другого. — Мне совершенно без разницы, жизнь покидает всех одинаково приятно.

В смертельном захвате теперь был старший. Но даже в таком положении, тот старался узреть младшего, то и дело кидая взгляд в его сторону.

— Ухо…ди, Нейл… — не просто пытаться произносить хоть что-то, когда телом завладел кто-то другой, не позволяя ни одной мышце пошевелиться. — Отпусти… его… — но враг молчал, внимательно всматриваясь в глаза своей жертвы. Решался очень важный вопрос, как же поступить с ними. Подойдут ли они для его дела, или же, пополнить свою энергию, да найти более… подходящих? Вопрос в том, сколько может занять поиск. На это может уйти драгоценное время, а Чужак не мог позволить этого. — Ты пришел убить? Или забрать в рабство? — почувствовав волю в своем теле, вампир заговорил увереннее, но взгляд от младшего все не сводил.

— Ни то, ни другое, вампир, — шипение врага заставляло вздрагивать. Но смысл сказанного, не мог не оставить своего отпечатка. Вампир с каким-то неподдельным интересом перевел взгляд на светящиеся светло-голубые глаза своего врага. Хотя, понять по ним что-либо, не представлялось возможным. Перед тем как продолжить, Чужак склонился ближе к своему пленнику, — отведи меня к нему.

Эта просьба заставила вампира вздрогнуть, в глазах поселился подлинный ужас, который был в десятки сильнее, чем перед своим палачом.

— К кому? — понимание, о ком идет речь ясно прослеживалась в глазах вампира. Но тот еще питал надежду, что речь шла о ком-то еще.

Губы Пришельца изогнулись в недоброй улыбке, демонстрируя свои острые клыки. Его нисколько не смутила реакция напуганного мужчины.

— Ты понял меня.

На какое-то время повисла пауза и гнетущая тишина. Только легкий ветер, а также возгласы каких-то, не совсем адекватных людей, доносились издалека.

После минутного замешательства, вампир выдал не совсем уместную реакцию. Он засмеялся. И смех этот можно было назвать, разве что истерическим.

— Не выйдет… это невозможно. Ты просишь чего-то нереального.

— Все реально, вампир, — голос, который зазвучал несколько иначе, заставляя каждую мышцу вздрагивать. Разговор этот обречен на неминуемую драму. И это понимали все.

— Он прав, это невозможно, — подал голос младший, все еще оставаясь прикованный к стене, лишившись возможности самому владеть своим телом. — Ты даже подобраться не сможешь. Смерть обеспечена всем нам. Мгновенно.

Но враг, казалось, даже не слышал никаких наставлений. Его не интересовали подобные нюансы. Жизнь, ничего незначащих ему существ? Разве это должно вообще его заботить?

— Не надо мне говорить, что возможно, а что нет, — невозмутимость Пришельца была нетронутой. — У вас выбора нет, вы отведете меня к нему. И спорить со мной… глупо.

— Я скажу, что глупо, — собрав в себе все свое самообладание, вампир, что так и оставался в плену Чужака, начал выплевывать слова, прямо в лицо врагу. — Глупо с тобой вообще о чем-либо разговаривать. Я с удовольствием бы наблюдал, как тебя испепелят, но не пойду на предательство своего вида. Придется тебе поискать кого-то еще.

Пришелец дослушал все тираду пленника и медленно поднял вторую руку, сжимая ее в кулак и оставляя разогнутым всего один палец. И никак не прокомментировав свои действия, тот коснулся своим острым когтем лба вампира и… медленно повел его вниз, к щеке.

По улицам тут же пробежалось эхо сдавленного крика. Касание оставляло на коже вампира глубокие порезы, через которые тут же начинала сочиться кровь.

— Ты прекрасно знаешь… — продолжил тот свои невозмутимые движения, теперь уже по новой линии, — что ранения, причиненные нами, остаются болезненными еще очень долгое время. И если потребуется, вампир, я всего тебя изрежу на ленточки, пока ты не согласишься ползти, оставляя за собой кровавую дорожку, — враг принялся чертить уже третью линию, не обращая внимания, как вампир пытается совладать со своей болью. Это невозможно. Эти порезы способны причинить боль на много большую, чем могло показаться на первый взгляд. Теперь она будет с ним на протяжении нескольких лет, мучительно пульсируя и напоминая об этом моменте.

— Иди к дьяволу… — прохрипел тот, стискивая зубы.

— Неверный ответ, — Пришелец начинал уже злиться.

После сказанного, он усилил свою хватку, слегка приподнимая вампира над землей. Теперь тот был совершенно беспомощен, лишившись единственной опоры, которая у того была. Чужак поднял и вторую руку, демонстрируя ее перевоплощение. Кончики пальцев медленно, словно бы это было смазанное изображение, начали терять свою телесность, напоминая больше голубой дымок. Узрев надвигающуюся угрозу, вампир проглотил утробный звук, понимая, что не имеет сил к сопротивлению.

— Нет… не надо! — послышались умоляющие отчаянные звуки позади, что только вызвало довольную улыбку у Пришельца. Кто-то из них сломается. Их человечность в конечном итоге окажется полезной.

Но уже поздно, чтобы останавливаться. Предвкушение ярко отразилось на лице врага и тот медленно, наслаждаясь мучительными ожиданиями жертвы, стал опускать руку, которая сейчас больше напоминала сгусток дыма, к груди вампира.

Бессмысленные просьбы младшего только усиливали наслаждение. Он уже был уверен, что получит свое. Осталось только лишь с пользой провести последние минуты.

Неподдельный ужас в глазах пленника подступал к грани безумства с каждым мгновением, пока дымящаяся рука приближалась к грудной клетке вампира.

Дымок коснулся одежды мужчины, и, на какое-то мгновение, изучал незнакомую поверхность, прежде чем… проникнуть глубь. Насквозь всех тканей одежды и тела вампира. Стремясь проникнуть куда-то… внутрь.

 

В мгновение вампир изогнулся дугой, не в силах сдерживать крик. Вся округа сейчас с ужасом разбегалась, ища безопасные укрытия, ибо такие душераздирающие вопли, не заставили бы ни одного, даже самого бесстрашного человека, проверить причину этого беспорядка.

Крик боли и ужаса, заглушали даже мольбу младшего, что все это время просил и умолял Пришельца остановиться.

И он остановился… до того момента, когда вся энергия вампира могла бы покинуть его тело.

Пленник повис на руке Чужака, судорожно вдыхая и каждый раз вздрагивая от болезненных судорог. В груди чувствовалось адское пламя, которое, причиняло небывалую боль при малейшем движении. С губ вампира вырвался стон сожаления. Пришелец узнавал эту мелодию. Так сожалели о том, что жизнь на этом не кончилась. Так сожалели о том, что смерть не оказалась мгновенной. Так чувствовали себя все рабы в их Мире, каждый раз умоляя, чтобы очередное кормление энергией было для них последним.

— Еще раз… отведи меня к нему, — прошептал тот в самое ухо ослабленному вампиру.

Мужчина старался не показывать своей мимикой ту боль, что испытывал при каждом вдохе. Вампир не желал сдаваться и казаться слабым. Он понимал, что, возможно, это его последние минуты жизни, так какой смысл пресмыкаться?

Собрав всю волю, что еще не покинула его тело, мужчина поднял свой разъяренный взгляд, безмолвно сообщая, где пожелал бы видеть своего врага. Тем самым давая отрицательный ответ.

Но это ни капли не расстроило Пришельца. Тот лишь наклонил голову на бок, после чего закрыл глаза. Вампир не ведал что последует в следующий момент, но совершенно не ожидал крик… громкий, душераздирающий… и такой знакомый. Это орал молодой вампир. Тот схватился за свою голову, и… вопил. Боль, что тот испытывал, нельзя было сравнить ни с чем. Пришелец был уверен, что подобного ни первый, ни второй никогда в жизни не испытывали.

Посчитав, что пары минут для младшего достаточно, Чужак отпустил его, раскрыв свои глаза. Старший, что все это время кричал обещания, среди которых Пришелец расслышал то, которое его и интересовало, смотрел с лютой ненавистью на своего врага.

— Я отведу тебя, — задыхаясь собственными словами, хрипел тот, предвкушая мгновенную смерть за нарушение правил. — Только… я. Отпусти сына.

— Нет.

Вампир снова опустил голову, почувствовав сильную усталость.

— Ты все равно не сможешь подойти близко к поместью владыки. Тебя почувствуют еще на пути… и убьют.

— Это твои проблемы, вампир. Мне плевать, каким образом ты будешь действовать, но я должен встретиться с ним один на один. Убеди его, что… прибыл я с предложением, выгодным нам обоим. Не справишься, и сын твой, будет мне личным рабом.

Вампир принялся моргать, стараясь впитать все сказанное с первого раза, чтобы не заставлять того объяснять понятнее. Игнорируя все наставления сына, касательно того, что слова врага не представляют собой ни грамма правды.

— И что потом? — дышать было по-прежнему больно. А произносить слова еще мучительнее. И осознание, что боль эта будет длиться весьма продолжительно время, только подкидывала отчаянные мысли, где смерть наступает без каких-либо мучений. — Какова награда? Ты убьешь нас сразу? Без пыток?

— Ты будешь удивлен, — враг специально не спешил с ответом, давая себе лишний шанс насладиться страданиями вампира. Это было у него в крови, видеть и упиваться болью предателей. — Я более щедр, чем ты думаешь. Вы останетесь жить. Оба. Если все будет сделано как надо. Вы будете участниками одной из самых великих миссий.

— Нам все равно не жить, — младший всеми силами боролся со своим скованным состоянием, пытаясь порвать невидимые цепи, что делали того полностью неподвижным. — Нас убьют за предательство.

— Не убьют… — не спеша, Чужак поднес свои когтистые пальцы к запястью и, не колеблясь, вмиг разорвал свою кожу. Из раны тут же начала сочиться кровь, вызывая дикие спазмы жажды у обоих вампиров. Пришелец наблюдал, как глаза пленника наливаются кровью, а клыки принялись разрывать собственные десна. — Думаю, мы, наконец, друг друга поняли…

Глава 4

Никогда не относилась серьезно к такому странному явлению, когда человек пытается прикрыться, по их мнению, веской причиной, касательно плохого настроения и самочувствия. Как удобно не заморачиваться, а просто свалить весь свой неудавшийся день на сложившееся не по плану, утро. И окружающие автоматически начинают делать тебе скидку. По мне, так это просто прикрытие и собственное нежелание перевести свое мировоззрение на иную волну.

Честно говоря, последнюю мысль я теперь готова оспаривать, приводя железобетонные аргументы. Как бы мне не хотелось идти в разрез своим убеждениям, я должна признать: утренние события способны повлиять на следующие несколько часов. Иначе, почему у меня до сих пор все валится из рук, а уголки губ скорее будут тянуться вниз, нежели изобразят добродушную улыбку?

И если негативные мысли от недавнего ДТП еще могли со временем выветриться, то клиент… эта женщина, которая возомнила себя специалистом в области дизайна и посчитавшая, что мы тут только ради перевода кислорода… все надежды на более-менее позитивный настрой, срубила на корню.

Кислород. За последнее время, это слово стало как-то остро мною восприниматься. Потому что именно его мне и не хватало. Меня до сих пор преследовал табачный дым, словно бы Кортнер стоял где-то рядом и издевательски снабжал меня отравляющим смрадом.

— Черт! — пришлось применить немало усилий, чтобы не превратиться в сгусток немотивированной ярости. А я была близка к этому, как никогда раньше. И третий, взлетевший к потолку шарик, накаченный гелем, только приближал к неминуемой беде.

— Знаешь, — словно бы почувствовав насколько я близка к срыву, Сабрина поспешила на помощь, — наверно, магнитные бури и все такое. Бывают дни удачные, а бывают, как сегодня, — подруга старалась говорить не спеша, отбирая у меня все опасные предметы. Если быть точным, то конфискации были подвержены ножницы. — Ну, я хочу сказать, что необязательно руки должны расти, откуда им и положено. Не каждый день, — слабая улыбка рыжей совсем не располагала к согласию с ее доводами. Но против последнего я была точно бессильна. — Иди, отвлекись. Там к тебе кое-кто приехал.

Кое-кем оказался не кто иной, как Лэндон. Характерный шум гравия под колесами намекал на его прибытие.

Вопреки всем моим ожиданиям, лицо расплылось в улыбке. Последние события, касающиеся нашей с Лэндоном сотовой связи, несколько пошатнули мою веру в удачную встречу.

Но когда молодой человек покинул свой джип… в идеально выглаженной рубашке, я вдруг почувствовала, что мне просто жизненно необходимо почувствовать его рядом. В общем, Лэндон не успел даже пары шагов сделать мне на встречу, как мое тело повисло на его шее. И, словно бы изголодавшись, принялось заполнять свои легкие таким знакомым, с еле заметной горчинкой, парфюмом.

Черт же… а дух Кортнера будто бы до сих пор присутствует.

Но это не важно, потому что юноша, в ответ на мой внезапный порыв, тоже решил насладиться нашими объятиями. Нежными объятиями. Наверно, даже невесомыми… а не этими грубыми вжиманиями в машину.

— Я соскучилась… — я даже не была уверена, что произнесла слова достаточно громко. Скорее это было похоже на всплеск эмоций, который происходил где-то внутри. Точно это был последний шанс отправить в нокаут все те мысли, которые не должны сейчас крутиться в моей голове.

Улыбка юноши, которую я так любила, не заставила себя ждать. Хороший знак. Будь он до сих пор расстроен, не стал бы распаляться на такую нежность.

— Я тоже скучаю, Мия… постоянно, — тон голоса слегка опустился. Это могло значить лишь одно, Лэндон взволнован. Кажется, я уже настолько хорошо его знаю, что могу даже предсказать некоторые его действия. Сейчас юноша проведет тыльной стороной ладони по моей щеке… а теперь зароется носом в волосы и сделает глубокий вдох… ох, мать вашу, нет. — Не понял? — Лэндон дернулся настолько резко, что я даже не успела придумать хоть какие-то оправдания в свой адрес. — Твои волосы. Что это? Табак?

Воздушный замок терпит бедствие.

Только теперь я поняла, почему меня так долго преследует дух Дарка. После такой близости с его дымящейся сигаретой, а тем более, после того как он любезно выпустил мне в лицо все содержимое своих легких, мои волосы прочно впитали в себя это амбре.

— И как давно? — сейчас Лэндон был копией моего отца. Даже тон сумел его скопировать. Нечто подобное было каждый раз, стоило мне задержаться со школьной дискотеки. Или если влитый бокал спиртного выдавал меня с потрохами.

— Что? Нет, — я попыталась отстраниться, но Лэндон не собирался расцеплять обруч своих рук. — Я, к твоему сведению, не курю. Просто… стояла рядом с курящим… клиентом.

Ну, в принципе я не соврала. Та барышня, что пыталась убедить нас в том, что мы никчемные существа, очень щедро снабжала окружающую среду своим дымопусканием.

— Прости, — понимающе кивнул Лэндон. — Просто от тебя сегодня одни сюрпризы. И не совсем приятные.

— Сегодня вообще день сплошных подарков, — буркнула я, покрывая его руку своей.

— И не говори, — столь короткое изречение, произнесенное сквозь зубы, меня несколько удивило. А я-то думала, что мы уже на пути к полному примирению — Это что? — его, полный удивления взгляд, крепко вцепился в мое запястье, где уже начинали просматриваться мелкие подкожные кровоизлияния, сливаясь в еле заметный браслет. Результат стальной хватки Дарка.

— Не знаю, — мне в принципе и играть не пришлось. Потому что удивление на моем лице было абсолютно искренним. Иметь синий, непривлекательный браслет на запястье, было последним, чего я ожидала.

Лэндон закатил глаза и, выпустив меня из объятий, направился к машине.

— В этом вся ты, Мия, — пробурчал он, избегая взгляда со мной. — Хоть какой-то плюс будет от вашей косметики. Надеюсь вашими… кремами, возможно замаскировать это? — вообще-то я уже собралась озвучить тот вопрос, что так и застрял у меня на языке, но юноша меня опередил. — Это очень бросается в глаза. Боюсь, это могут понять несколько… неправильно.

Хотя, его объяснение так и не довел до меня хоть какой-то смысл. Молодой человек открыл заднюю дверцу своей машины и, кажется, собрался что-то достать, но мой следующий вопрос несколько замедлил его действия.

— А меня должно волновать, кто что может подумать? — у меня возникло ощущение, будто бы я говорю какую-то неподобающую глупость. Но хоть убейте, понять к чему клонит Лэндон, было выше моих сил. — Что, человек не может случайно… удариться?

— Ты — можешь, — губы парня тронула какая-то натянутая усмешка. И прежде чем продолжить, тот как-то нервно прикусил нижнюю губу. — Я не удивлюсь, что у тебя можно будет найти синяк даже после суточного пребывания в самом мягком и безопасном помещении. Но за столом это будет неуместно.

— За каким столом? — чувство беды, которое тарабанило в мнимую дверь, уже не избежать. И узрев, как Лэндон недовольно прищурил глаза, я поняла, насколько был несвоевременным этот вопрос. Но я продолжала с любопытством взирать на то, что уже некоторое время так и не может показаться, упрямо разместившись на уютном сидении машины.

Глубокий вздох, скорее был сделан для собственного успокоения, прежде чем юноша достал из заднего сидения своего джипа два подарочных пакета.

— И почему я не удивлен, что ты забыла, Мия?

Хоть парень и улыбался, в его голосе слышались нотки раздражения. Я бы могла сейчас начать длинную дискуссию о том, что у меня нет привычки, превращать свою жизнь в нечто, запланированное по минутам. Но… вот же блин. Хорошо, что я этого так и не озвучила. Потому что речь шла о торжественном ужине, слишком важным для семьи Стоунов. Кажется, годовщина того самого дня, когда родители Лэндона решили сделать очень важный шаг. На самом деле, я, не то что бы забыла, скорее, надеялась, что приглашение было сделано не на полном серьезе. Я знаю, как меня недолюбливают родителя моего молодого человека. А давать лишний повод, убедить их, что я не подхожу их драгоценному сыночку, мне не очень-то улыбалось.

Теперь ясно, в чем заключается его… сюрприз. И, если честно, я была немного разочарована. Зная мой гардероб, Лэндон решил одеть меня по своему вкусу. А вернее так, как требует того этикет в его семье.

Мысль, что придется сидеть за огромным столом с обилием вкусной еды, и таким же набором ложек, вилок и ножей, окончательно испортило все мои надежды на удачное завершение этого дня.

Все эти столовые приборы… И мне не стыдно признаться, что я не знаю всех правил этикета за столом. Кажется, у папы были попытки приучить нас к правильному потреблению пищи… Но мы всей оравой все равно сбегали с тарелкой в руках к телевизору.

Ох, черт… я ведь обещала Лэндону, что изучу все приборы вдоль и поперек… Стоит ли говорить, что я даже не постаралась об этом всерьез задуматься. За все две недели.

Мой недовольный взгляд, что упал на пакеты, не остался незамеченным. Когда мы учились в универе, было даже забавно, что любимый одаривает тебя сногсшибательными вещами. Но сейчас… это перебор. Я полагала, что мы уже прошли ту стадию, когда ему хотелось завернуть меня в свою любимую обертку.

— И у меня нет даже выбора? — приняла я пакеты.

— Мия… — как сразу синяки и запах курева на моих волосах ему стали безразличны. — Не обижайся. Я не удержался. — Ну ладно, должна сказать, что его такая трогательная улыбка и этот низкий шепот, способны приглушить мое негодование. В общем, чего мусолить, пакеты уже в моих руках, а мои губы в благодарность дарят нежный поцелуй. — Вечером будь готова. Я за тобой заеду в 8, — продолжил он шептать своим безумным голосом.

Не знаю, до чего бы сейчас могли дойти наши поцелуи. Если честно, я была уже готова покинуть рабочее место и уединиться с любимым. Но словно почувствовав мои намерения, из помещения вышла подруга.

— Привет, Лэндон! — я знала, что Бри не сказать, чтобы уж была в восторге от моего молодого человека. Но она все равно с нетерпением ждала нашей свадьбы, уверенная, что он — лучшая на то кандидатура для меня.

— Сабрина, — юноша одарил девушку приветливым кивком, высвобождая меня из своих объятий. —

Я как раз хотел поговорить, — настроение парня резко изменилось. Впрочем, подумав, тот решил, что справедливо будет разделить свой гнев на двоих, так что окончание его фразы было обращено ко мне, — с вами обеими, — вид подруги продемонстрировал ее непоколебимый интерес к предстоящей беседе, так что Лэндон не стал тянуть. — Давай договоримся, — повернулся тот ко мне, — если ты за рулем, телефон должен быть отключен. Я не думаю, что у тебя есть такие звонки, которые можно было бы приравнять с твоей жизнью. Я терпеливый. Могу и подождать некоторое время, пока ты мне не ответишь. Но, пожалуйста. Не делай больше этого за рулем. Хорошо?

— Но…

— Мия… — ясно. Мне слова дано не было. — Я очень тебя прошу, — тон парня говорил о его серьезных намерениях взять верх в этом разговоре. — Просто сделай это для меня, чтобы я был спокоен… — от его такого ровного тона и бескомпромиссных доводов, я просто не могла сделать ничего другого, кроме как глупо кивнуть в знак согласия. — Хорошо. Теперь к тебе, Сабрина, — повернулся он к подруге, которая под его взглядом как-то напряглась, словно бы готовилась к атаке. — Я рад, что ты не позволяешь Мие отвлекаться на телефон во время вождения. Но… подобные сообщения, — казалось, Лэндон старался подобрать наиболее мягкие слова, чтобы донести всю степень своего негодования. — В общем, это очень неприятно. Может, обойдемся в следующий раз без смс?

— Конечно, — даже не моргнув, проговорила подруга, переводя взгляд на меня. — Ну, если ко мне больше нет претензий, я вернусь к работе.

Оставшись наедине с молодым человеком, мы вернулись к тому, на чем остановились. Хотя та идиллия, которая должна была сейчас наступить, была нагло нарушена.

Сигналы, посылаемые автомобилем, басы, что сотрясали всю округу и…

— Бри!

— Брина!

— БРИна!

… бешеные крики, способные распугать весь народ, говорили, что приближается смесь мышц, тестостерона и полного раздолбайства. А если короче — просто братья. Никогда не могут появиться тихо-мирно. Если они приближаются, об этом должны знать абсолютно все. Оба высунули свои головы из спортивной машины Тайлера и старались перекричать колонки, что нещадно сотрясали всю округу. Я, конечно, подозревала, что их появление будет именно таким, когда отправляла сообщением адрес ресторана. Но… наверно, где-то надежда на их благоразумие все же теплилась.

— О! — сделал вид Тайлер, будто впервые увидел машину моего молодого человека. — Смотри-ка Кен, тут какой-то мажорик, не умеет парковаться! У нас еще остались те самые наклейки? Ну, знаешь, прикольно же будет смотреться наклейка оленя на машине Оленя.

— Я тоже рад тебя видеть, Тайле-е-ер, — Лэндон, смыкая зубы, даже не отвел от меня взгляда, но при этом сильнее сжал мою ладонь.

Почему близнец и Лэндон не поладили практически с момента знакомства, для меня до сих пор остается загадкой. И если раньше мне было просто жизненно необходимо разобраться в их беспочвенной вражде, то сейчас, они меня этим просто раздражали.

— Кен, ты слышал? — не в ту область брат пустил свои таланты. За место того, чтобы пропадать в обществе железа, ему бы в драмкружок податься. — Кажется, где-то щенок скулит? Слушай, а, может, у него бешенство? Пристрелить бы его…

— Таааай! — закатила я глаза. Сколько бы ни просила брата, он все равно не мог удержаться от подколок. — Перестань.

— Привет, сестренка! — открывать дверь, наверно, нынче не модно, потому что парень решил вылезти прямо в окно, ловко удерживая равновесия одними руками. — У тебя все нормально? А то какой-то тип тут стоит посреди улицы и трогает тебя. Хочешь, я с ним разберусь?

Говорить сейчас что-либо было просто бесполезно. В этом весь Тайлер. Устраивать хаос — было, пожалуй, любимым его хобби, после тягания железа.

Лэндон все это время смотрел на меня, не удостоив близнеца даже взглядом. Но я все равно чувствовала, как он нервничает. Его периодические усиленные спазмы пальцев, ясно об этом сигнализировали.

— Не обращай внимания, — из нас двоих, как ни странно, инициативу взял на себя Лэндон. — Парню просто заняться нечем, кроме как гонять на своей машине и пугать людей.

— Ох, да куда мне! — вот и все. Тайлеру показали красный цвет. Теперь, что называется, тушите свет, представление начинается. — Это же ты у нас большой парень. Это тебя боятся твои подчиненные. Еще бы, отец пустил в тепленькое креслице своего сыночка, предварительно нагрев его своей задницей.

— Так, все! — кузен, в отличие от Тайлера, всегда старался заглушить конфликт еще на стадии его зарождения. Так что, сцена с шуточным обезвреживанием Тая, заломив тому руки за спину, и валяние его тела по земле, было уже привычным зрелищем. И… веселым, что уж там. — Я ликвидировал угрозу. Пока этот… прямоходящий… и не совсем разумный — безобиден. Его даже погладить можно, кусаться не будет… наверно.

Глупо было полагать, что парень, останется в долгу. Со словами «Слезь с меня, горилла, ты мне селезенку отдавишь!» следовала попытка перехватить превосходство над своим «противником», и тут началась игривая драка.

Несмотря на такую напряженную обстановку, я не могла скрыть улыбки. Меня всегда забавляло, когда они так дурачились. Хотя, вот уже взрослые парни, имеют свою секцию по боксу для школьников. Но все равно ведут себя как дети. И за это я их просто безумно любила.

— Бри! Спаси меня! Умерь темперамент… этого… ненормального! — в попытках одолеть своего противника, Тайлер пытался донести до Брины нечто важное. — Ты сможешь… я знаю… у него уже такой… как его… токсикоз… что он… кидается… кого попало.

А вот это, между прочим, не честно. К слову, когда я упоминала о неразделенной любови Бри… речь шла о моем кузене. Парень, на самом деле, несколько избалован женским вниманием. Да и, наверно, рыжую воспринимает давно как сестру. Вообще-то, не возьмусь утверждать, когда именно Брина начала питать чувства к Кендаллу. Просто в один прекрасный момент, ее озабоченный взгляд не остался не замеченным. Ну и… она открыла мне, по ее мнению, страшную тайну, которая должна была меня, почему-то, расстроить.

— Что случилось? — кажется, эти бешеные возгласы привлекли внимание не только подруги, но даже мимо шедшие зеваки, решили задержаться. У кого-то я успела даже заприметить телефон, приготовленный для съемки очередного блокбастера.

— Ничего особенного, — пожал плечами Лэндон. — Детский сад прибыл.

— Вы, что, не можете большую часть времени проводить в вертикальном положении? — подруга, конечно, постаралась состроить суровое выражение лица, но в отличие от Тайлера, у нее таланта к актерскому мастерству, явно не было.

— Вообще-то… если бы ты, — наконец, освободился Тайлер из плена, — ответила на звонок, мы бы не побеспокоили… его величество, — тут даже напрягать извилины не потребовалось, чтобы понять, кому было адресовано последнее высказывание. — Так что, если кому-то не нравится наше общество, все претензии, вот к той рыжей бестии, — избавившись от видимых следов недавнего пребывания на земле, близнец все же удостоил взглядом девушку. — Почему у тебя телефон отключен?

— О, нет, он не отключен, — уверенность в голосе Брины мгновенно куда-то спряталось. — Просто… один урод… — она вдруг осеклась, понимая, что три пары глаз сейчас с большим удивлением на нее уставились. Не считая моей пары, которые грозились пуститься в атаку. — Украл его у меня… вчера… когда я… гуляла… одна.

— Кто такой? — у Кендалла, кажется, даже волосы на голове встали дыбом. — Как выглядит? Приметы? Где это было? Найдем и… прибьем.

— Не знаю, — продолжала Бри играть невинность. — Я даже лица его не видела. Он просто забрал телефон и убежал…

— Ладно, купим тебе новый, — отмахнулся Тайлер. — Речь сейчас вообще не об этом. Тут у Кендалла… возникла угроза для жизни, — близнец сделал многозначительную паузу, наслаждаясь тем, как все присутствующие замерли в ожидании, — в общем… без твоей помощи ожидать ему обморока… комы, а там и коньки отбросит.

— Можно подумать, ты у нас в Детей Солнца записался! — Кендалл тем временем стряхивал задержавшуюся на его одежде землю.

— И я коньки отброшу! — слегка туповатое выражение лица Тая, выдавало его со всеми потрохами. Парни просто стебались над нами. — Бри, ты же не дашь умереть двум крепким парням без твоего… внимания? Между прочим, ты сама виновата. Подсадила обоих на свою, ни с чем не сравнимую, кухню. Знаешь, как после твоих шедевров, в глотку не лезут эти полуфабрикаты?

Вот и ответ на вопрос, почему эти неандертальцы прибыли сюда, пугая всю округу своим присутствием. Мальчики просто соскучились по нормальной еде. Видимо, их разовые увлечения, не способны удовлетворить братьев, где-то за пределами спальни.

В принципе, на этом интерес парней тут же иссяк. Убедившись, что Брина не оставит двух здоровых особей Homo Sapiens без ужина, они тут же вспомнили о приличиях и своих подопечных, которых еще надо тренировать.

— Сестренка, это кто тебе так долбанул по фаре? — вообще-то, Кендалл, только что, вконец оборзев, собирался водрузить свою филейную часть на капот моей желтой подружки, но вид не совсем ее «здорового» состояния, все же отговорил от этой затеи.

— Ээээ… а это… — м-да. Мы с Тайлером, конечно близнецы, но весь талант, пригодный для драмкружка, достался ему одному. — Не знаю… Ночной хулиган, наверно.

Черт бы побрал этого Кендалла и его филейную часть, которую тому понадобилось обязательно куда-то примостить! Давать лишний повод Лэндону на его твердое слово… в общем, жди меня Кен в переулке.

— А ты, наверно, опять пренебрегаешь сигнализацией, не так ли? — я ведь уже говорила, что день не мой с самого утра? — Я вообще удивляюсь… — Лэндон старался говорить, как можно тише, но парни, все равно все свои локаторы направили в нашу сторону. — как твоя машина, без наличия гаража, все еще… с тобой. Когда мы переедем, в моем гараже будет место и для твоего… транспорта.

Переезд… еще одна тема, которая меня заставляла нервничать. Хотя, уже какое-то время, это мероприятие оттягивается ремонтом в нашем совместном будущем жилище. Но… ведь когда-то он закончится. И тогда… все изменится.

Напомнив еще раз про время, к которому я должна быть при параде и в ожидании любимого с его каретой, Лэндон поспешил вернуться к своим прямым обязанностям на работе.

Вслед за ним ретировались и братья, предварительно врубив басы на полную громкость.

Может Лэндон и прав. Все это ребячество действительно смахивает на детский сад, без намека хоть на какую-нибудь серьезность. Но я уже точно знаю, что без этого не представляю своей жизни. И как ни крути, я не готова уходить от этого. И Лэндону в любом случае придется с этим мириться.

 

 

***

 

Братья пообещали закупить все самое необходимое к нашему приезду… вернее сказать — закупить все то, из чего Брина должна была сварганить для них ужин. Эти наглые типы заранее выбрали из какой-то супер-модной кулинарной книги, что именно должно скрасить их ужин. Так что, все, что от нас требовалось, это приехать.

Парни знали, что к нашему приезду их разовых увлечений не должно быть. После некоторых, не особо приятных моментов, это уже было отработано и, практически никогда, не давало сбоев. И, вообще-то, зрелище, как девушки покидали их холостятское жилище, не вызывало каких-то бурных эмоций. Но это был явно не тот случай. Потому что… девушка нам обеим была… можно сказать, знакома.

Ну, или если совсем точно, то еще сегодня днем эта брюнетка… Шерр, кажется, являлась подружкой Шрамощегоко. Вот же черт, а я о нем почти забыть успела.

Наверно, это должно было вызвать у нас обеих более бурную реакцию, но… мы просто впали в ступор и, кажется, последние несколько метров, которые мы, можно сказать, доползли на четырех колесах, просто… отсутствовали в этой реальности. Машина уже остановилась, мотор был заглушен. А мы сидим… и… молчим.

Единственная мысль, которая сейчас крутилась у меня в голове, и я уверена у Бри тоже — черт возьми, мне совсем не хочется, что бы кто-то из братьев был с ней. И не важно, что она, скорее всего, так же была разовым увлечением. Все равно… мерзко. И… опасно.

— Мне просто интересно, — говорить подруге было не просто, но она всем своим видом старалась показать свое безразличие. Закончила фразу Брина, уже после того, как мы покинули машину. — К кому она пришла. И… все.

— Мы это выясним, — дала я обещание, не представляя, как я собралась вести допрос. Все-таки, это же их личное дело, кого приглашать к себе и чем с ними заниматься.

Братья, вооружившись своими мало-мальскими остатками джентельменства, решили нас встретить. Из них двоих, только Тай предстал перед нами со своим оголенным торсом. Что в принципе сразу расставило все точки. Бри облегченно вздохнула.

— И вот не надо так улыбаться, — не скрою, что улыбка в 32 зуба, которую Тайлер всегда демонстрировал во всей красе, была способна приглушить всю мою злость. Но это был несколько не тот случай.

— А что, собственно, стряслось? — вконец обнаглев, брат принялся демонстративно разминать свое… тело.

— Ничего, — проходя мимо, я специально задела близнеца плечом. Ну, знаете, такой жест, когда тот, об кого устроили столкновение, должен, вроде как, развернуться корпусом. Но учитывая, что мой спортивный братец как-то неестественно вымахал… в общем, своим плечом, я лишь задела его локоть и при этом сама же развернулась, — просто одного чертова Донжуана потянуло на некрофилию. Так что… даже не заморачивайся.

— Воу-воу! — хотел перехватить мою руку брат, но я ее убрала быстрее. — Может, полегче, не? Что за хрень ты тут несешь?

— Раньше твои девушки были хотя бы похожи на оных. Но вот то, что сейчас вышло… эта готка… я даже не представляю, как ты вообще на такое посмотрел. Ты хоть представляешь, в какой она компании?

Мои возгласы, братья воспринимали несколько удивленно. Обмен взглядами, можно было расценить, как полное отсутствие понимания всех моих речей.

— Ладно! — сдался Тайлер, отгораживаясь от меня обеими руками. — Насколько я понял, какая-то из… моих девушек тебе чем-то не понравилась. Но это разве тебя вообще должно волновать? И… почему вдруг некрофилия? — несмотря на недовольство, брат все же выдавил из себя улыбку. — По мне, так все всегда были достаточно бодры и наполнены жизненной энергией.

— Не могу с тобой согласиться, — мне даже не хотелось вдаваться в подробности. — То бледное подобие готки, что сейчас вышло от вас, никак не походит… в общем, не важно. Скажи, просто, что ты не собираешься изменять своим принципам, и она больше не появится рядом с тобой.

Мне бы хотелось быть более уверенной в своих словах. Но я, еще при первом взгляде на нее, почувствовала, что она мне… знакома. Где-то я ее видела. И мне бы не хотелось, чтобы и ранее она была рядом с моим братом.

Взгляд Тая становился все более отстраненным.

— А… один вопрос. Почему все-таки готка? Мне казалось, они должны выглядеть как-то иначе. Ну, — брат собирался что-то продемонстрировать на руках, но кажется, немного растерялся в том, как именно надо изображать подобную культуру. В общем, все, что ему пришло на ум — изобразить какие-то моржеподобные клыки своими пальцами. — Они вроде как увлекаются кладбищем, сказками о всякой нежити и вообще любят проводить время у надгробий… Немного не вяжется с образом той конопатой рыженькой…

Мой вид очень ярко демонстрировал замешательство, которое только что окутало своими путами.

— Речь о той, что вышла, как раз перед нашим приездом, — голос Бри был несколько нерешительным. Кто-то, кому-то тут явно дурит голову. И, насколько я могу оценить обстановку, голову дурили нам.

Хотя… неуверенный обмен взглядами братьев, мог свидетельствовать, что они то же самое думали и про нас.

— Я понял, что речь о… ней, — Тайлер несколько скривился, пытаясь что-то вытянуть из памяти. — Не запомнил имени. Симпатичная девушка. С такими вот, — брат продемонстрировал два мяча каких-то нереальных размеров, для того, чтобы быть женской грудью. — Кстати, Бри, она рыжая, прям как ты.

— Не как она, — оценивающий взгляд Кендалла на некоторое время задержался на огненных волосах подруги. Готова поспорить, что глаза его заискрились каким-то восхищением. — У Бри… красивее волосы.

— От вас брюнетка вышла, — мое упорство было непоколебимым, и я должна докопаться до истины. И… они же не собираются нас так нагло обмануть. — Такая… во всем черном.

А сейчас пошли взгляды из разряда, когда все присутствующие подозревают одного человека в сумасшествии и каждый не решается вслух озвучить этот вердикт. Хотя, в нашем случае, сумасшедшими приняли и меня и Бри. Массовых сумасшествий же не бывает, правда?

— Ты что-нибудь понимаешь? — думая, что это поможет, Тайлер даже прикрыл ладонь рукой и наклонился корпусом к брату, для того, чтобы задать этот вопрос.

Надо сказать, что и Кендалл был немного озабочен всем происходящем. Тот поочередно осмотрел всех присутствующих, после чего решил найти всему произошедшему логическое объяснение:

— На улице уже темнеет. Вы просто могли не различить цвета… Ну или, может, вы были слишком далеко…

— Мы не дальтоники, не слепые и не имеем ничего иного, что связано с помутнением зрения. И глюки мы тоже не ловим, Кендалл, — вся эта обстановка уже не казалась такой веселой, учитывая, что братья выглядят вполне себе серьезными. Ни намека на розыгрыш.

— И при свете дня спутать черный с рыжим было бы крайне странно, — в отличие от меня, Брина сохраняла непоколебимость, и слова у нее выходили более решительными, нежели у меня, успевшей уже усомниться в собственном здравии. — У кого-то из нас тут явные проблемы с восприятием… окружающего.

 

***

 

So don’t think that I’m pushing you away

When you’re the one that I’ve kept closest

 

Странная ситуация с девушкой и ее хамелеоновой шевелюрой, еще некоторое время была на устах. Но, как только обстановка начала приобретать более жаркую температуру, Тайлер очень просто закончил этот конфликт. У брата проснулись порывы к джентльменству, в которых он не хотел бы обсуждать девушку, с которой совсем не так давно имел… близкие отношения.

А после, брат молча конфисковал ключи от моей машины, и, по его словам, пошел решать мою проблему с глазами.

Речь шла о разбитой фаре, в которой брат нашел причину в нашем не совсем здоровом восприятии цвета. Ну, собственно… я и не жалуюсь.

— А это тоже съедобно? — пакеты от Лэндона, в которых находилась моя новая оболочка на сегодняшний вечер, привлекли внимание голодного кузена.

Рассчитывать на пунктуальность Тайлера немного глупо, так что пакеты, я предпочла держать за пределами машины. Риск, что брат соизволит задержаться где-то на дорогах Малибу, был огромен.

— Судя по тому, что это все купил Стоун… — Сабрина уже некоторое время старалась разобраться в правилах приготовления одного из экзотических блюд, на которые братья положили свой голодный глаз. И, судя по ее сведенным бровям на переносице, их желание было на грани провала. — И учитывая, что выложил он не малую сумму… в общем, даже пакеты должны быть съедобным и способными обогатить организм самым необходимым, — в конечном счете, Бри с характерным звуком захлопнула книгу и направила в сторону Кена испепеляющий взгляд. — Долго думали над… ужином?

— А это… — вмиг интерес к содержимому пакетов у парня поиссяк. Тот как-то неуверенно запустил свои пальцы в волосы. — Да это Тай… открыл просто на первой странице и… пришел к выводу, что без твоей помощи не обойтись.

В ответ, та лишь прибавила к своему взгляду прозрачный намек на то, что она на самом деле думает о них двоих и, водрузив Кулинарную Книгу Разных Стран Мира на полку, принялась с интересом изучать приобретённые продукты.

Через какое-то время работа на кухне закипела. Для того чтобы приготовить умопомрачительный ужин, подруге не нужна была книга с каким-нибудь замудренным рецептом. Все самые вкусные блюда выходили у нее через импровизацию.

Пара минут ее чарующих действий на кухне, и мы с Кендаллом слегка подзависли. Наблюдать, как подруга ловко управлялась со всем изобилием манипуляций, оказалось увлекательно. Это что-то из разряда того, когда подошел к аквариуму, с целью покормить рыбок и беглым взглядом убедиться, что все обитатели живы и здоровы. А в итоге оказываешься в плену их незатейливых бесконечных танцев.

— Если вы оба, — подруга даже не отвела взгляда от своего очень важного занятия, — не перестанете таращиться на меня… обещаю, что вот эта морковка, окажется у кого-то в волосах!

— Беспорядок? В моем доме? — Кендалл за считанные секунды перешел из состояния отмороженной статуи в более человеческое. И при том голос окрасился угрожающими оттенками. — За такое я буду наказывать. Жестоко.

Подруга удостоила парня лишь секундным взглядом и отвернулась к плите, что-то усердно помешивая. И стоило парню потерять бдительность, как та резко развернулась и запустила в него клубникой, которая тут же нарисовала кляксу на его джинсовой куртке.

Не скажу, кто был больше удивлен: я, Кендалл, который осматривал, как мякоть ягоды скатывается по одежде, или Бри, не ожидавшая от себя такого.

— Вот это… — проговорил он отрешенным голосом. — Моя любимая куртка… она мне дорога, как память. Именно в ней мне посчастливилось угодить в бак с мусором! И, кажется, в ней меня один раз преследовали копы, посчитавшие, что я идентичная копия того маньяка, фотороботы которого висели по всему городу… поэтому…

Кендаллу даже не пришлось делать каких-то резких движений. Стоило тому сделать неспешный шаг к столешнице с изобилием всего того, что предназначалось для их ужина, как Бри буквально отпрыгнула в сторону на пару метров. Хотя вид ее сигнализировал, что та полностью уверена в его благоразумии. Но… рука брата опустилась к чашке со сладкой начинкой для пирога… Черничной начинкой.

— Наверно, вкусно, — без каких-либо колебаний тот запустил в красно-фиолетовую жижу палец, после чего отправил его себе в рот, для дегустации.

— Нет, только не… это! — взмолилась подруга. — Это же черничное варенье… это для пирога… чтоб тебя… черти в котел кинули.

Изумленно вздернутая бровь юноши, предвещала надвигающуюся катастрофу. Наблюдая временное замешательство Брины, он, держа чашку с вареньем в руках, снова запустил туда палец. После чего очередная порция вкусности отправилась к нему на язык.

— Может… ложку? — решила я встрять между этими двумя.

И тут я узнала, что глаза способны метать молнии, совсем по, казалось бы, обыденной причине.

Мое предложение было чисто из дружеских побуждений. Сейчас Кендалл напоминал ребенка, готового закричать «Мое!», стоит кому-то посягнуть на его… собственность. Черт, у меня даже слюна начала выделяться.

— Опа… ягодка, — выловил тот чернику, совершенно не смущаясь погружать в чашку всю свою руку, — а может еще найду?

Мы с подругой с застывшим ужасом на лице, наблюдали очень странную картину, где парень поочередно погружает свои руки в чашку. В общем, несколько таких движений и его ладони были полностью измазаны вареньем. Кажется, пирог отменяется.

— Я ведь говорил, о наказании, не так ли? — юноша старательно набирал в ладони тягучее варенье.

На этом месте все нормальные люди должны смекнуть, что далее последует что-то, чего бы они пожелали избежать. Но… черт. Любопытно же, что будет дальше. Отправив напоследок еще немного вкуснятины в рот, Кендалл с довольной улыбкой поднял глаза на подругу. — Так вот. Вообще-то, я добрый. Так что все ваши грехи, я отпускаю вам, дети мои! — кажется, актерское мастерство в нашей семье передается только по мужской линии. — Так что, давайте ребята жить дружно. Ну, а, чтобы закрепить такое замечательное событие… — юноша таки стал продвигаться по кухне, не обращая внимания на капающую жижу с его рук. — Нам нужно…

— О нет, — смекнув, наконец, подлые замыслы Кена, подруга неуверенно приступила к отступлению.

— Обняться… — закончил свою фразу Кендалл, прежде чем резко сорваться с места и припуститься за убегающей Бри. А ее вопли, что, наверно, были слышны на соседней улице, больше походили на попытку спасения от маньяка.

— Нет! Нет! Кен, нет! Фу! Место! Отставить! — не буду утверждать, что подруга отдавала отчет в своих… указаниях парню. Скорее все это вырвалось на инстинктивном уровне.

— Да, Брина… — я замерла словно статуя, наблюдая эту… нестандартную картину, где Кендалл представал в роли реального маньяка. Ну, знаете… его измазанные руки и это лицо, выражающее предвкушение. В общем, пока меня не заметили, я лучше так и останусь неподвижной.

— Кен, ну, пожалуйста… ну, правда, я… я сожалею. Честно. Хочешь я, выведу это пятно? — парламентер в Брине тоже никакой. Потому что на примирение, да и на выслушивание ее предложений, Кендалл, очевидно, не настроен.

— О… а я-то как… — вскоре гонка прекратилась. Я вообще удивляюсь, что Сабрине удалось какое-то время держаться на достаточном расстоянии от юноши. В итоге, закончилось все очень захватывающе. Брат не шутил, когда говорил об объятиях. Бри сейчас была как раз захвачена в плен этой… «кровавой» страсти. — сожалею… О, Бри, я так сожалею, — маньячное лицо брата уже начинало пугать, потому что тот… с хищническим рвением старался измарать Брину, как можно сильнее, прикладывая свои ладони… везде. Ну, в принципе, сопротивляться подруге было, наверно, не совсем удобно, когда над тобой нависает такое огромное тело крепкого парня. Короче, шансов у нее все равно нет. Волосы, лицо, топ… новый, ноги. Постепенно все приобретало сине-красные узоры. — Ты даже представить не можешь степень моего… сожаления.

В конечном счете, на Брине не осталось ни одного живого места. Все в лапах Кендалла. То есть в отпечатках.

— Ты… псих, ясно?

— Я же сказал, — низкий голос парня даже у меня вызывал мурашки. Как бы подруга не старалась состроить свою злость, было… волнительно, наверно. — Я очень сожалею. Хочешь, я выведу все пятна? — дикий взгляд на топ, вызвал новые попытки к отпору. Потому что… Он серьезно собрался его срывать?

Надо ли говорить, что я так и стояла прикованная к месту? А то, что сейчас мое лицо напоминало мультяшную анимацию? Что-то вроде того, когда у жутко удивленного персонажа, падает челюсть, выкатывается язык, а глаза вытягиваются на встречу захватывающего зрелища? Так вот, была бы моя воля, я бы изобразила нечто похожее.

Решение, в такой странной ситуации пришло как-то инстинктивно. Честно, я не планировала ничего такого, рука как-то сама зачерпнула только что потертую морковь и с размаху отправила все великолепие сочного оранжевого цвета… на волосы парню.

— Какого… — повернулся тот в мою сторону. Кажется, юноша реально увлекся и забыл, что я вообще тут присутствовала. Надо взять на заметку несколько… подробнее выяснить стадию их отношений. Не покидает меня ощущение, что не будь тут меня, эта игра могла бы завершиться реальным разбрасыванием одежды в разные стороны. — Ты тоже… хочешь получить долю сожаления? — хитро прищурился тот, не желая покидать Брину, которую, казалось, почти сравнял с полом.

Это был вызов. Далее последовала настоящая бойня не на жизнь, а на звание кто в итоге окажется вкуснее. Все эти веселые сцены из фильмов, когда в какой-нибудь студенческой столовой происходит война едой, воплотилась во всей своей красе. На самом деле, всегда хотела узнать, так ли это забавно? Лично у меня, такие сцены ассоциировались с неприятными ощущениями чего-то липкого и скользкого. Но на деле, реально весело! С одной лишь поправкой. В фильмах никогда не показывают итог всего этого пиршества. Кто-то же должен был наводить порядок? По крайней мере, почти всегда главным героям удается этого избежать, переключаясь на веселье в другом месте. Оглянувшись, я поняла, что не отказалась бы сама сейчас куда-то смыться. Кухня, на которой еще совсем недавно был мало-мальский порядок, превратилась в настоящее «кровавое» побоище. На полу, на стенах, на мебели были остатки того, что должно было стать в итоге ужином.

— Черт, — вздохнул Кендалл нагло укладывая голову у Сабрины на коленях, — теперь это все еще и отмывать придется.

— Тебе помочь? — подмигнула она.

— Угу, я уже представляю, что тут будет все в пене и мыльных пузырях. Черт, с этого сразу надо было начинать.

Наверно, наше обсуждение, касательно того, что же следующим пойдет в ход нашим забавам, могло бы окраситься самыми изощренными цветами. Однако, знакомое бренчание где-то в области дивана, вернуло всех к реальности.

— Вот же черт! — увидеть имя звонящего, не представлялось возможным с такого расстояния, тем более телефон лежал дисплеем вниз. Но я чем-то щекотливым чувствовала, что это Лэндон. Мой взгляд мельком прошелся по настенным часам, отмечая, что прибытие молодого человека должно состояться приблизительно через полчаса. А я представляла из себя некое существо, измазанное всеми красками радуги, липкое и… содержащая смесь того, что раньше претендовало на звание ужина. — Алло, Лэндон?

— Готовишься? — совершенно не подозревавший в каком состоянии находится его благоверная, Лэндон совершенно очевидно, говорил с широкой улыбкой на лице.

— Ээээ… можно и так сказать, — осматривать трезвым взглядом то, что когда-то было кухней, оказалось несколько пугающе. Табун лошадей явно отдыхает. — Лэндон, я у Кена. Так что приезжай за мной сюда…

— Хорошо, — пока тот одаривал трубку своим дыханием, я уже начала прикидывать, на сколько минут прибавится моего времени на сборы. — Скоро буду.

Черт же. Времени все равно было мало. Если путь до Кендалла и добавлял драгоценные пять минут… я все равно ничего не успею. Особенно, если вот так продолжать стоять и гипнотизировать телефон.

— Бри! — голос мой превращается в молитву, а глаза кидают в подругу взгляд — полную копию того самого котика из мультфильма «Шрек».

— А я что? Я вообще тут готовкой занимаюсь, — отвернулась подруга к бурлящей жиже.

— А я вообще парень, — пожал плечами брат. — Ну… я в том смысле, что вообще не шарю в ваших штучках. Правда, парень, доказать?

— Предатели! — усмехнулась я и, схватив пакеты, направилась в ванну. — С вами совершенно не выгодно воевать.

Лэндон очень пунктуален. И если он сказал, что приедет ровно в восемь, то значит, так оно и будет.

Планы на мое блестящее появление перед семьей Лэндона, опять нещадно рушатся. Привести себя в порядок за такое короткое время нереально. Надеюсь, что принятие душа и намыливание гелем должно хотя бы избавить меня от… лишних ароматов. Авось ни у кого не возникнет вопросов касательно мужского геля, аромат которого скоро будет от меня исходить.

Но самое страшное осознание наступило не много позже. А именно, когда пришла пора одеваться. В общем, моя сугубо непунктуальная персона, за все это время, даже не взглянула на платье, которое предназначалось для этого вечера. Меня даже кольнуло угрызением совести. Пусть мне не нравилась активность Лэндона в этом направлении, но он все же старался. Он выбирал, он представлял меня в подаренном платье. А я так безответственно к этому подошла.

О нет… Я вытащила короткое платье из нежного приятного телу материала, которое, казалось, таяло на руках. За что мне это? Я не умею такое носить… это слишком.

Черт возьми… некогда заниматься самоуничижением. Так что… совсем не грациозно — хвала богам меня не видит Лэндон — я влезла в эту вторую кожу.

Воздушные кружева нежно обтягивали все изгибы моего тела. Лэндон знал, как оно на мне будет смотреться. И, думаю, он будет в полнейшем восторге, когда увидит меня… Но… блин, у меня-то нет того же восторга! Любая девушка будет безмерно счастлива, надев такое, бесспорно, дороге платье. Но по мне, лучше бы расхаживать в чем-то более… удобном.

Кинув последний взгляд в зеркало, в надежде, что мое отношение к этому платью изменится. Но… увы… К тому же напало осознание, что терпеть придется не только платье, в котором я даже ногу на ногу закинуть не смогу, ибо это неприлично, но так же, придется подвергнуться пыткам, гадая какой же столовый прибор предназначен для определенного блюда. Я уж не говорю о том, что нужно будет сидеть на краю стула и держать на протяжении всего ужина спину прямо. И каждый раз, слыша какую-нибудь завуалированную колкость в мой адрес, мило улыбаться. Нет… я не выдержу.

Родители Лэндона никогда не скрывали своего отношения ко мне. Они прочно вбили себе в голову, что я не пара их сыну. Когда мы только познакомились, те ясно дали понять, что не для того они растили своего ангелочка, чтобы на него напал чертенок. Они видели рядом с ним настоящую леди. А не девочку в шортиках, разноцветных гольфиках и с хвостиками, за место аккуратной прически. Нет, ну а чего вы хотели по окончании первого курса?

Глубоко вздохнув, я шагнула на кухню, где Бри все еще пыталась спасти хотя бы намек на вкусный ужин, а Кен тем временем что-то увлеченно рассказывал.

— О боже, — выронила подруга ложку. Выражение лица ее так и застыло, лишая меня возможности хотя бы приблизительно понять, что же оно выражает.

— Мия! — восхищенно вздохнул Кендалл. — Так ты девушка?

— Еще слово и кровавое побоище продолжится! — мои глаза сузились, подтверждая всю серьезность брошенной мною угрозы.

— А нет, — взмахнул тот рукой. — Ложная тревога…

— Платье… — задыхалась Бри.

— Ужасно? — сморщилась я.

— Оно замечательно, — присела подруга на стул. — Оно просто волшебно. Но, — скептически поджала она губы. — Не для тебя…

— То-то и оно, — пожала я плечами. — Это словно чужеродная шкура.

— Зря вы так, — осматривал меня Кен. — Сестренка, ты шикарна.

Я направилась к зеркалу, пытаясь передвигаться как можно медленнее и грациознее. Но мои движения больше напоминали танец неуклюжего бегемота. Я несколько раз пыталась рассмотреть себя под разными ракурсами и все равно не могла найти хоть какое-то оправдание. Мне не нравится. Точка.

— Ну, все! Я жду благодарностей в виде неподражаемого ужина. Новая фара на своем законом месте, даже лучше прежней…. Ох… ренеть! — послышался за спиной восхищенный голос Тайлера, только что переступившего порог дома. — Так, о чем это я…

— Так ужасно? — повернулась я к истинному ценителю всего прекрасного.

— Охренеть! — повторился Тай. — Мия, ты что ли? — правда, его взгляд очень скоро переместился с меня на все окружающее. — Ох… ре… не-е-е-еть… — растянуто проговорил брат, осматриваясь. — Что тут произошло?

— А, ты про это, — пожал плечами Кендалл. — Ничего особенного. Просто ужин готовим.

Тайлер еще какое-то время пребывал в шоке от всего окружающего, но вскоре вернулся к своему прежнему состоянию. Тот окинул скептическим взглядом присутствующих девушек и еле заметно подал Кену знак об острой необходимости переговоров наедине. В общем… какие-то мальчишеские секреты, в которые те не собирались посвящать нас.

Я даже не собиралась придавать этому особого значения, убежденная, что они планируют приятное времяпрепровождение. Уверена, возвращая зрение моей подружке, Тайлер уже кого-то склеил.

А вот Бри, напротив, нагло игнорируя мои жалобы на неудобное платье и необходимость в общении со старшими Стоунами, все свое внимание направила на братьев. При том, ее уже совершенно не заботило, что на плите сейчас началось извержение какого-то вкусно пахнущего содержимого. Впрочем, если подруга так и не удостоит своим вниманием убегающее блюдо, от него ничего не останется.

— Бри! Черт… — то, что к плите подбежал Кендалл и принялся ликвидировать последствия катастрофы, удивило не только меня. Сейчас и Тайлер дарил подруге подозрительный взгляд. Надо отметить, что своим она близнеца буквально испепеляла.

— И… что тут происходит? — попытался перетянуть на себя внимание Кендалл. Того не радовала перспектива остаться голодным на сегодня.

— Мне вот тоже интересно, — Брина не желала отводить своего пристального взгляда от Тайлера, при этом крепче обхватила нож, которым пыталась кромсать салат. Надо сказать, выглядит это жутко. — О чем говорили?

Брови Тайлера моментально взлетели, не скрывая своего искреннего замешательства. Словно бы кто-то из присутствующих мог дать ясное пояснение этой странной ситуации, тот окинул меня и Кендалла ошарашенным взглядом. Помощь не подоспела.

— Напомни, а с каких это пор тебя интересуют наши… разговоры? — логичный вопрос. И если речь шла о ревности, то такого даже я не ожидала. Обычно Бри скрывала свои чувства. Хотя, если те планировали ее тут же сплавить, пригласить девиц и прикинуться, что ужин — это их рук дело. То да. Это, по крайней мере, обидно.

— Вы сегодня на бои собрались, да? — немного охрипшим голосом, озвучила подруга интересующий ее вопрос.

— Не понимаю, о чем ты, — тем не менее, брат с облегчением выдохнул и направил все свое внимание на присутствующую еду на столе, явно намереваясь что-нибудь закинуть себе в желудок. — Мы договорились, что подобных разговоров не ведем.

Бои. Ну, точно же. Старая песня. Я и Бри уже год пытались уговорить Тайлера захватить нас с собой. Обидно, что каких-то девчонок он туда проводит, а от нас всячески отнекивается. А ведь это ужасно интересно. И я сейчас не говорю о лице, превращающееся в смесь мяса и крови. Вообще, сама атмосфера такого места. Это же… приключение. Но, о чем я думаю. Тайлер до сих пор не поддался на наши уговоры. Так что надежды подруги совершенно напрасны.

— Ке-ен… — натянуто произнесла девушка, слегка поворачиваясь к юноше.

— Бри-и, — ответил тот, правда, тон его был несколько резковатым. Так обычно, пытаются намекнуть другому о молчании.

— Ми-и-ия, — я даже вздрогнула, когда Тайлер произнес мое имя, непонимающе уставившись на последнего. И у того лицо было несколько пораженным. — Ну… я подумал, может, это игра такая, называть имена друг друга. Так… — кусочек сыра все же постигла жестокая кара зубов Тая. Тот проделал это как бы, между прочим. — Вы, двое, — хоть тот и не удостоил взглядом никого из присутствующих, не возникло вопросов, к кому же тот обращался. — Подозрительно вы себя ведете. И мне это не нравится.

Мне вообще-то тоже.

— Кендалл… — теперь Брина очень внимательно смотрела на парня. И взгляд ее практически прожигал в том дыру. Вот-вот дымок пойдет.

— Нет, Брина… — ну, тот факт, что не я одна не понимаю, что тут происходит, несколько радовал.

Но та не сдавалась. Пару нервных движений ножом — было бы не плохо его конфисковать — и та добровольно избавилась от него, бросив колюще-режущий предмет на доску.

— Ты мне обещал…

Очередной кусок сыра, который Тай собирался закинуть себе в рот, так и остался в зависшей руке. Что-то в этих словах было странное, потому что близнец, явно почувствовав отвращение к еде, поморщился и вернул кусок обратно на блюдце. Далее последовал глубокий вдох, после которого брат повернулся к кузену.

— Я очень надеюсь, что ты не дал обещание, которого не можешь выполнить, — Тайлер снова завладел тем несчастным кусочком сыра, внимательно осматривая все его неровности, — потому что иначе, я буду… — все же решив, что аппетит у него испорчен, несчастный сыр снова отправился на место… несколько резко. — Твою мать, Кендалл, какого хрена?

На это у юноши не нашлось, что ответить, а я так и стояла, непонимающе моргая.

— Вы не можете вечно нас оставлять в стороне. Знаешь, Тай, обидно, когда вы тащите туда каких-то левых девчонок. Чем они лучше? — голос подруги даже не дрогнул.

— Нет, — просто отрезал Тайлер.

Его слово прозвучало так жестко и категорично, что девушка даже растерялась на время. Вообще-то, все ожидали, что парень примется аргументировать свой ответ. Но тот явно не спешил этого делать. Он напротив, оттолкнулся от стола и удобно устроился на диване и все свое внимание направил на телевизор, игнорируя три пары заинтересованных глаз.

И вот теперь мне тоже стало интересно… какого, собственно… тут происходит.

— Ты пообещал, взять нас на бои? — скрыть лучезарную улыбку было нереально. Я уставилась на брата своими обожаемыми глазами, готовая в любую секунда броситься его обнимать.

Я была даже готова опустить тот интересный факт, что Кендалл дал такое обещание Брине.

— Я сказал — НЕТ! — даже не поднял голову близнец. Его категоричность давала понять, чтобы я даже думать не смела, о только что сказанной глупости. — Твои мозги перетекли куда-то ниже? — надеюсь, понятно, что обращение было к брату? — Ты вообще… какого хрена, Кен, ты раздариваешь такие обещания?

Юноша уже не выглядел таким потерянным, а был готов отстаивать свое решение.

— Ты еще не понял? Тай, они не успокоятся. Год прошел… а они… — парень плотно сжал губы, обдумывая свои дальнейшие слова. — В общем, девчонки не успокоятся, пока мы в этом замешаны.

— О! — Тайлер всеми силами старался не показывать свой гнев, устремив все внимание на кроссовок. — И ты нашел верное решение!

— Да, черт! — мы с подругой обменялись взглядами. Значило ли это, что мы все же попадем в это загадочное место? — Ты знаешь, что мелкие бои заканчиваются… быстро. Так не лучше ли провести их в… подходящее время?

Совершенно сбитые с толку, ни я, ни Бри не решались вклиниться в урегулирование конфликта. По крайней мере, до тех пор, пока Кен будет говорить столь уверенно. Даже несмотря на то, что его странные речи так и подмывают к нападению с нескончаемым количеством вопросов. Но… наверно, это можно будет сделать позже?

— И ты считаешь, — Тай оставил свою обувь и теперь, откинувшись на спинку дивана, созерцал потолок. — Что сегодня… подходящее время?

— Что значит «мелкие бои»? — более спокойный голос вселил некую уверенность, так что я немного осмелела.

Хотя затяжное молчание немного напрягало. Тайлер, так и не меняя своего удобного положения, решил все же заговорить.

— Мелкие бои… это когда на ринг выходят новички… так сказать… те, кто только ступает на длинный путь крови, боли и пота. Так понятно?

Я немного нахмурилась. Если уж посещать такое место, то хотелось бы все лицезреть по высшему разряду. Но… нас, несомненно, спросят в последнюю очередь.

— Тай, сегодня не будет много народу. И… мы будем рядом. Я не думаю, что новички рискнут пойти против тебя, — с каждым словом Кендалл становился все уверенней. А Брина демонстрировала широкую улыбку, предчувствуя скорейшую капитуляцию Тайлеровского гнева.

— Ты хотел сказать… я буду рядом? — тот, наконец, принял более удобное положение для общения. — Тут кстати не все… кто пожелал бы посетить бои, — задумчиво принялся тот тереть подбородок. — Раз уж ты так щедр на обещания, почему бы и Вайлет с собой не прихватить?

— Нет! — как-то не сговариваясь, все трое высказали свое однозначное мнение на этот счет.

— Да ладно? — все же подтвержу свою мысль насчет погибающего актера в братце. Тот так живо играл полнейшее удивление, что я была на грани того, чтобы поверить ему. — А это уже попахивает чем-то гнилым. То есть, если бы Вай сейчас закатила сцену, вы бы… не сжалились, так?

— Нет, конечно! — мне даже представлять не хотелось свою младшую сестру, которая к слову, несколько ненормальная особа с еще не совсем сформировавшейся психикой, в подобном месте. — Она… нет, это даже обсуждать глупо.

Тайлер продолжал взирать на меня с приподнятыми бровями, словно бы я говорила нечто… странное.

— Примерно такое же мнение и у меня. И оно так же распространяется и на вас.

— Это не одно и то же! — Бри вновь нацепила на себя боевую маску, готовясь отвоевывать свою, на миг улыбнувшуюся, надежду.

— А в чем разница? — непоколебимость брата заставляла нервничать. Неужели, когда мы были так близки, наши надежды рухнут? — Ты думаешь, что я за Мию, или за тебя, буду волноваться меньше, чем за Вайлет?

— Дело не в этом, — я закусила губу, пытаясь придумать что-то еще в нашу защиту.

— Вот именно, дело в том, что там будет, по меньшей мере, десять мужиков, которые будут пускать на вас слюни и представлять в каких позах, вы будете стонать, — вау… будет слишком странно, если на этом месте, мне захотелось еще больше туда попасть? Не, ну сугубо из интереса. Все же… не каждый день приходится быть предметом вожделения. — А я, между тем, должен буду следить, чтобы никто из них не смог осуществить своих желаний. Знаешь ли, трудновато это будет, учитывая, что на месте стоять вы не умете.

— Почему только ты? — я проследила как Тай резко бросил в Кена свой свирепый взгляд.

— Да, Кен, — на лице близнеца поселилась ехидная улыбка. — Объясни девчонкам, почему мне одному придется следить, чтобы их задницами не завладел кто-то из… присутствующих там?

Теперь все внимание переметнулось на кузена, который в свою очередь, посылал немые проклятия Тайлеру. Тот, в принципе не спешил с ответом. И… вообще избегал нашего с Бри взгляда. После минутного молчания, Кен отбросил в раковину ложку, которой все это время пытался выполнить обязанности подруги. Металлический предмет слишком громко оповестил о своем приземлении, после чего повисла немая пауза. Ну… если не считать, что на плите до сих пор что-то закипало.

— Я буду… занят. На ринге.

Казалось, что в доме только что разразился гром, оглушая всех присутствующих. Вернее, тех, кто был не готов к этой новости. Нет, мы не питали розовых иллюзий и знали, что парни принимают участие во всем том процессе. Но… на деле, в моих ожиданиях мы являлись зрителями. Все вместе…

И… ауч.

До меня действительно только что дошел глубокий смысл всех опасений Тайлера. Я представляла это все под другим ракурсом.

Юноша кинул извиняющий взгляд на Брину. Девушка отвернулась от Кена, пытаясь сфокусировать свой взгляд на нейтральном предмете. Подруга нервничала. Такая новость ей не пришлась по душе.

— Ты можешь, — Бри нервно сглотнула, а в голосе ясно прослушивалась дрожь, — отказаться?

Кендалл нахмурил брови, от чего между ними отчетливо образовалась складка.

— Можно перенести. Необязательно сегодня вам присутствовать…

— Ты можешь отказаться? — перебила его Брина, даже не поворачиваясь к юноше. Тот, тем временем, метнул в затылок девушки напряженный взгляд. Почему у меня ощущение, что это уже сформировавшаяся пара, при том имеющая довольно-таки нехилый срок отношений?

— Нет, — просто ответил тот, продолжая посылать ей свой разъярённый взгляд. Но столкнувшись с моим, резко отвернулся.

— Что и требовалось доказать, — Тайлер подбросил телефон в воздухе, после чего тот снова оказался у него в руках. — Вы обе, — средство связи, как бы это странно не выглядело, послужило указкой, которым тот навел сначала на меня, затем на Сабрину, — обычную новость не можете воспринять спокойно, не кидаясь в эмоции. Вам в такое место нельзя.

— Кен мне пообещал. Так что он сдержит обещание, не так ли? — подруга повернулась к молодому человеку, очевидно, не для милой улыбки. — Так что сегодня все состоится.

Близнец направил все внимание на телефон, словно бы видел его впервые. И это затянулось на мучительные несколько минут. Я и подруга буквально сгорали от нетерпения, услышать-таки окончательный вердикт.

— Окей! — Тайлер спрятал телефон в своих джинсах, и подошел ближе к столу, где до сих пор была еда. — Похоже Кен прав. Вы две занозы в заднице, и лучше избавиться от вас, как можно раньше. Но! — почти крикнул он, когда Бри уже хотела кинуться на него с объятиями. — Есть условия и правила, которые вы обе должны будете безоговорочно выполнять. Иначе, ничего не выйдет, — мы с подругой обменялись победоносной улыбкой, до сих пор не веря в такое удачное стечение обстоятельств. — Условие номер один! — прокричал тот, сжимая пальцы на столешнице, от чего та жалобно заскрипела. Наша улыбка произвела на того противоположный эффект. — Это будет в первый и последний раз. Точка.

Многозначительная пауза, наверно, была сделана для более качественного впитывания информации.

— Условие номер два! — продолжил тот. — Вы отыщете в своем гардеробе самые ужасные и потрепанные вещи, — поначалу я решила, что это шутка, но вся серьезность брата была у него на лице. — Да хоть мешки напяльте, если хотите.

— И зачем? — поморщилась я. — Не говори, что все девушки, что попадают туда, выглядят именно так.

— Не говорю, — пожал тот плечами, продолжая обкрадывать несчастное блюдо, сервированное сыром. — Но вы будете выглядеть именно так. Если хоть один парень начнет на вас пускать слюни, я буду очень зол. Так что, подходим к условию номер три. Никакой косметики. Вообще.

— Это не честно! — возмущалась Брина.

— Условие номер четыре… — игнорирование наших бурных возгласов, говорило на прямую, что брат даже не собирается рассматривать возможный компромисс в данном вопросе. — Вы обе, будете выполнять все правила, которые я вам озвучу позже.

— Правила? — округлила я глаза. Черт, мои романтические мысли о посещении незаконного бойцовского клуба, уже обросли непривлекательными изъянами. — И сколько правил?

— Достаточно, — брат нервно прикусил нижнюю губу. С каждым высказанным условием его уверенность в верности принятого решения мельчала. — И условие номер пять. Самое важное, — грозно посмотрел тот нам в глаза поочередно. — Все ранее сказанное, теряет всю свою значимость, если я в течении очень короткого времени, так и не поем!

Напряженная обстановка скрасилась выдохом облегчения. Только сейчас до меня дошло, что все это время, я нервно сжимала платье в кулаке, подарив ему очень непривлекательные мятые линии.

Мысль, которая врезалась в разум с огромной скорость, на время лишила меня возможности говорить. Вместо этого я, округлив глаза, посылала подруге тревожный взгляд. Ну, как тревожный. На самом деле, со стороны можно было подумать, что перед моими глазами призрак, как минимум.

И паника заключила меня в еще более крепкие объятия, когда до ушей моих донесся характерный звук подъезжающей машины.

Лэндон. Ужин. Провал.

— Не понял… — Тайлер скривился, посылая свой взгляд в окно. — Что этому мажору тут надо?

— Бри… — подруга, наконец, заметила мой панический взгляд, который прочно сросся с моим лицом. — Я не могу… если я уеду… я не приеду. В смысле, я приеду… но поздно. Вы же не будете меня ждать, верно? Я… не могу поехать на ужин… Бри… что делать, а? — не уверена, что мои судорожные высказывания хоть кто-то понял. Я и сама не ведала, что вообще несу. Но такой шанс, когда Тайлер вдруг играет роль в доброго брата, выпадает раз на миллион. А с родителями Лэндона, мне еще предстоит немало встреч. В общем, все мои соображения в приоритете видели посещение боя, нежели ужина.

— Подойди, — как-то подозрительно проговорила подруга.

Я бы даже сказала… слишком подозрительно. Предчувствуя какую-то глупость, я сделала пару нерешительных шагов на встречу. Хоть ее непоколебимый вид и внушал какую-то уверенность, я мало верила, что Брина взмахом волшебной палочки, сможет что-то исправить… Как же я ошибалась…

Я даже не успела ничего сообразить, как подруга схватила чашку с остывшим кофе и… выплеснула прямо на платье. Так просто… пшик и платье испорчено.

Мой приоткрывшийся рот, казалось, свело судорогой, потому что на место вставать челюсть явно не спешила. И, вообще-то, застыли даже парни, боясь сделать хоть какое-то движение.

— Все равно он какой-то не вкусный получился… — подруга пожала плечами и отправилась к кофеварке за новой порцией бодрящего напитка. — Не смотри на меня так. Все что могла я сделала, остальное за тобой, — подняла она на меня полный удивления взгляд. — Ты же не хотела пропускать бои? К слову, у тебя нет ничего из того, что прошло бы строгий дресс-контроль в чокнутой семейке Стоун.

Какое-то время я смотрела на стекающие капельки черного кофе. Это платье было сшито не для такого безалаберного отношения. Но… положив руку на сердце, мне не было его жалко. И дело даже не в том, что куплено оно не на мои, кровные заработанные.

— То есть… — неуверенно проговорила я. — Я должна сказать «спасибо»? Бри, ты ненормальная…

— Ну, признайся, легче ведь стало? — подмигнула она. — И я разрешаю тебе все рассказать, как оно и было. Пусть твой жених на меня хоть заслуженно поворчит… для разнообразия.

 

***

Ни одна сила на свете не сравнится с энергией,

с которой многие защищают свои слабости.

Карл Краус

 

Находчивость Сабрины не раз спасала нас из глупых и нелепых ситуаций. Принимать решения в экстренных случаях — это ее конек. Правда, не факт, что решения обязательно будут самые правильные. Но… даже не знаю, можно ли посчитать последний ее поступок уместным? Можно же было ограничиться условной порчей ткани. Сделать вид, что платье безнадежно браковано и спрятать до лучших времен, куда-нибудь подальше.

У Брины и на это был железный аргумент. Раз у меня появились такие мысли, то не будь платье так варварски лишено своей невинности, я бы непременно передумала.

Ну как бы… она права.

Но это совсем не успокаивало, потому что я, испытывая истинный шок, крутила в руках запакованные вещи, что подруга притащила из машины. Несмотря на такое обилие новых шмоток, найти что-нибудь подходящее в этой куче, не представлялось возможным.

— Это точно все? — вертела я в руках… платье. Ну, так, по крайней мере, было написано на бирке.

— Там осталось пара футболок, — в отличие от меня, Бри искрилась решимостью. Еще бы. Это не ей предстоит выйти в люди в этом. Подруга ловко устроилась позади меня, колдуя над волосами. По ее мнению, удачная прическа и макияж — и Лэндон даже не заметит подставы.

— Мне казалось, он как раз должен ее заметить, — странное платье, единственное, кстати, из всех вещей в этой груде, снова оказалось у меня в руках. Нужно будет взять на заметку, больше не посещать подобные распродажи, чтобы в моем гардеробе не появлялось подобного. — Поверить не могу, — кстати, а ткань очень даже приятная. — Я не могла это приобрести. Спорю, что это твое, — я еще раз покрутила платье, стараясь уговорить саму себя, что оно ничего так. Оно действительно ничего так, кстати говоря. Для пляжа, к примеру. — Как я вообще могла подумать, что оно мне пригодится, когда-нибудь?

— Ну, ведь пригодилось! — старания подруги разрядить обстановку на меня не действовали. — Надо торопиться, — прислушалась Брина, — Иначе скоро там походу кто-то подерется.

На первом этаже было неспокойно. Лэндон и Тайлер что-то бурно обсуждали. Вернее, слышен был практически только голос близнеца. Это наркотик для него — задирать Лэндона, который почти никогда не ведется на него подколки.

— Что там опять? — не скажу, что я правда хотела знать предмет их спора. Но это, пожалуй, не плохой вариант отвлечься. Хоть не много.

— Хэллоуин, — поджала губы Брина, которая выглянула в приоткрытую дверь. — Ну, знаешь, Тайлер ведь любит, чтобы все были в костюмах.

Мне даже удалось улыбнуться. Вечеринка по случаю Дня Всех Святых состоится завтра. И это первый раз, когда Лэндон будет присутствовать. Вернее, впервые у него на этот день не оказалось планов. А может быть, я опередила их, ведь приглашение на вечеринку, а также костюм, я вручила ему еще пару месяцев назад.

Стараясь не поддаваться панике, я неуклюже накинула на себя то, что должно отправить моего молодого человека в нокаут. Вот же блин. Испортила фразу. Я готовила ее несколько для другой обстановки.

— Ну, вот! — Брина приложила все усилия, чтобы не засмеяться. Для этого она даже взялась за свою шевелюру, бережно проводя по ним расческой. — А теперь, с чувством собственного непоколебимого достоинства иди и… покоряй… вершины, рушь стереотипы… и что там еще?

— Это трудновато сделать, — черт, а оно жутко неудобное. И вот даже на этой лямке что-то колется. И чем не угодил подарок Лэндона? Тот, в отличие от этого недоразумения, ласкал кожу. — Чувство собственного достоинства и… это. При всем желании, нельзя поставить в один ряд.

Мое появление было похоже на какую-то романтическую сцену из фильма. По крайней мере, до определенного момента. Я нарочно неторопливо спускалась по лестнице, давая возможность для начала полюбоваться своими ногами… перед тем, как показать себя всю.

Что было написано на лице Лэндона?

Знаете, мне казалось, за пять лет отношений, я смогла изучить все возможные варианты его эмоций вдоль и поперек. Но такой ступор, наблюдаю впервые. Кажется, такого выражения лица у него не было даже когда я в универе, тайком проскользнула к нему в комнату и устроила сцену моей неподдельной радости встречи с ним, после месячного студпроекта, из-за которого молодого человека увезли от меня в другой город.

К слову, я тогда была в костюме Евы… и совсем не рассчитывала, что вслед за ним войдет декан.

В общем, одного взгляда хватило, чтобы понять — я где-то глубоко. Где темно и не хватает воздуха.

Я неуверенно отвела взгляд в сторону пока Лэндон любовался этим недоразумением в крапинку, что нагло заняло место его презента. После чего отвернулся.

Сейчас даже братья, которых хрен заставишь умолкнуть, застыли в ожидании.

— Ты готова? — вопрос, который прозвучал, пожалуй, слишком неестественно. Клянусь, я даже почувствовала вибрацию под ногами, словно бы гнев парня был способен устроить небольшое землетрясение. Ответить я могла лишь кивком. В горле как-то резко пересохло, и я была уже готова нацепить на себя изувеченное платье и делать искренний вид, что никакого пятна там нет, а у всех присутствующих галлюцинации.

Лэндон приоткрыл для меня дверь, пропуская вперед. На самом деле, я была уверена, что тот просто рассердится и уедет один. Ну… он же не собирается меня везти на ужин по случаю годовщины его родителей, вот в этом? Это может спровоцировать не один сердечный приступ. Тогда за одно и поминки можно… боже, о чем я?

Когда я спускалась с крыльца, до меня донеслись недовольные крики Бри, касательно ее, еще не совсем готового ужина. Все это грозило снова перейти в войну с последствиями. И я, зажмурившись, поняла, что совсем не хочу уходить. Я желаю принимать непосредственное участие во всем этом безумии.

А вместо этого мне приходится идти к машине моего молодого человека, в сопровождении его свирепой версии. И пребывать в полной растерянности.

Мои последние надежды на выяснение отношений за пределами дома были разрушены, когда Лэндон молча открыл для меня дверь. После чего направился к своему месту. Молча, сдержано, без какой-либо эмоции на лице. Это, знаете ли… пугало.

Тем не менее, я с облегчением вздохнула, когда поняла, что едем мы по нейтральному направлению.

Оу… надеюсь, это не было последней каплей терпения и он не закопает мою тушку где-нибудь в лесу, предварительно расчленив? Нет, правда? Вроде все маньяки с виду невинные?Да, ладно, это же Лэндон! Я его хорошо знаю. Будь он скрытым маньяком — давно бы придушил меня. Наверно…

Желая почувствовать опровержение в своих безумных мыслях, я неуверенно протянула руку, чтобы коснуться напряженного плеча юноши. Правда, это совсем не улучшило мое положение. Его скулы, что так остро выпирали при свете заката и мысленный разряд тока, который охватил меня, стоило мне коснуться его, совсем не располагали ни к чему хорошему.

Впрочем, мне удалось заслужить мимолетный взгляд парня. Не скажу, чтобы он был очень уж добрым. Но, по крайней мере, молнии в меня не полетели.

— Красивая прическа… тебе идет, — холодно проговорил он, после чего нервно прикусил нижнюю губу.

— Скажи спасибо… Бри, — можно ли было рассчитывать, что мы мелкими шагами продвигаемся к примирению? От собственных слов мои губы скривились. Еще никогда я не чувствовала такую двойственность кинутой фразы.

— Обязательно, — опять, не единой эмоции. Не удивлюсь, что и про прическу он заговорил лишь для того, чтобы не заговорить на другие темы. Менее приятные.

Наша поездка оказалась непродолжительной. Совсем скоро машина замедлила ход и свернула к пляжу. На секунду в голову пришла паническая мысль, что мероприятие будет проходить именно здесь и… мое одеяние придется, как нельзя кстати. О, а, может, нам следует добраться до яхты? Тогда мне лучше утопиться тут же.

Когда мотор заглох, я смогла различить частое беспокойное дыхание юноши. А мимика при этом окаменела, словно его лицо и вовсе лишено мышц.

— Лэндон, понимаешь… — не знаю, в какой момент мою голову окончательно покинули любые умозаключения, но язык, видимо, решил перенять инициативу и попытаться спасти положение.

Будто это возможно. — Там была чашка кофе… А оно так просто не отстирается…. По крайней мере, не сразу… поэтому…

Я даже договорить не успела. Хотя, в принципе, говорить было нечего. Парень вышел из машины и, обогнув ее, открыл дверь с моей стороны. Меня пробило чувство дежавю. Похожая ситуация была несколько часов назад. Надеюсь, Лэндон не примется курить и пускать дым мне в лицо.

Тот подал мне руку и помог покинуть салон. Дальше он будто растерялся и просто не знал, что делать. Было видно, юножа очень злится, но и показывать это он не хотел. Стараясь избегать моего взгляда, тот некоторое время потоптался на месте, после чего… направился к пирсу.

Просто молча взял и пошел. И что мне делать? Идти за ним? Остаться? Сбежать? Утопиться?

В общем… я пошла следом, опустив при этом голову, не понимая, как я должна себя вести, и что вообще чувствовать.

Остановился молодой человек лишь, когда достиг поручней, о которые и облокотился. Отсюда открывался поразительно красивый вид заката. Но… мы же не за этим сюда пришли? Кажется, Лэндон как-то упоминал, что подобное его успокаивает.

Ну… это все же лучше, чем сигареты.

Я так и осталась стоять в нескольких метрах от парня, зацепившись взглядом за веселую компанию ребят. Они были поделены на парочки. Компания то и дело отстегивала шуточки, что сопровождалось громким смехом. Их ничего не волновало. Они просто наслаждались друг другом, то и дело даря своей паре нежный взгляд или поцелуй. Какое-то досадное чувство кольнуло. Ведь… я, конечно, могу так же хорошо провести время со своими братьями и Бри. Но… навряд ли рядом будет Лэндон.

— Ты серьезно? — наконец, снизошел тот до разговора. — Мия, ты хотела объявиться на ужин вот в этом?

— Это нормальное платье! — вступилась я за ярко-красную ткань в крапинку.

— А это что? Купальник? — мимолетного взгляда парня хватило, чтобы понять, он смотрит на мою грудь.

— Ну, не буду же я на показ выставлять лифчик! — почему меня не покидает ощущение, что лучше бы мне прямо сейчас заткнуться?

Какое-то время Лэндон сверлил меня потрясенным взглядом, прежде чем снова обратить все свое внимание на закат, словно бы нуждался в новой дозе успокоения.

— Скажи, Мия, почему ты это делаешь? — повернул тот ко мне свои расстроенные глаза. От чего мое сердце вмиг сжалось. — Почему думаешь, что в этом мире имеет значение только твоя жизнь, только твои чувства, только твои желания? — разочарование в голосе юноши чувствовалось почти физически. — Черт возьми, ты даже не допустила мысль, что… — Лэндон сжал губы в тоненькую ниточку, будто бы боролся сам с собой, не давая высказать что-то лишнее. — Это могло быть важным… Не играет роли уже.

— То есть я не имею права на свою жизнь? — задыхалась я от возмущения. Проигнорировать то, что явно имело значение для моего бойфренда — не фиг делать. Меня же задели!

— Вот так ты, значит, думаешь? — голос парня становился все более жестким. — Что, я гребаный вор, краду всю твою беззаботность? — от меня не требовалось ответа, да и я с первой секунды определила вопрос, как риторический. — Тебе даже не приходила мысль, как трудно… постоянно переступать через себя. Каждый раз, закрывая глаза, я просто… надеялся, что однажды ты сама поймешь.

— Не надо, — я отвернулась, предчувствуя неприятную тираду о моем затяжном пребывании в подростковом раздолбайстве.

Лэндон отвернулся от яркого зарева, что неумолимо опускалось за горизонт и, облокотившись о поручни, сделал вид, что заинтересовался гитаристом, что снабжал приятным бренчанием окружающих его людей.

— Я ведь принимаю твои порывы к веселью, сам принимаю участие в них, — поникшим голосом заговорил он. — Иногда полезно… закрыть глаза на свои предпочтения, чтобы сделать приятное дорогому человеку. То есть… мне так казалось.

— Лэндон… — опустила я стыдливо глаза, чувствуя себя очень глупо. Его слова только что взорвали что-то внутри меня. — Я…

— Пошли, — юноша оттолкнулся от ограждения и жестом пригласил меня последовать за ним. — Я выслушаю тебя позже, когда ты будешь к этому готова.

— Куда мы поедем? — осторожно подняла я глаза.

— Я тебя отвезу… куда скажешь. Вечер родителей я пропустить не могу.

В груди то все сжималось, то стучало с неимоверной силой. Было мне теперь стыдно? Да. Сейчас я все это почувствовала в полной мере.

Еще хуже становилось от того, что я нагло врала о моем непреодолимом желании побыть наедине. В общем, нашла удобный аргумент, чтобы оказаться дома и… приступить к сборам на бои. Но мерзко было не из-за вранья, а от того, что я уже мысленно перебирала весь свой гардероб, в поисках подходящей под Тайлеровский дресс-код одежды.

Когда мы приехали к дому, Лэндон помог мне покинуть машину. Я прижалась к нему, боясь отпускать. Очень своевременно меня начали мучить скверные мысли.

— Я уже опаздываю, — его движения были несколько напряженные, но он, все же отвечал на мои объятия.

Я послушно отступила, давая ему дорогу. Пусть уходит. Пусть думает, что захочет. Только я хотела отвернуться от парня и направится к дому, как почувствовала, что меня возвращают обратно в крепкие объятия. А губы мгновенно оказались в плену страстного поцелуя. Не сразу я поняла, что мы нелепыми шагами продвигаемся к парадной двери. Еще секунда и позади раздался звук блокировки машины…

— Что ты делаешь со мной, Мия? — прошептал тот, когда я уже пыталась попасть ключом в замочную скважину. — К черту все.

Когда мы оказались в доме, Лэндон принялся расстегивать свою рубашку, чем только поверг меня в шок. Ему не нравилось у меня дома. Хотя бы потому что тут нет нормальной кровати.

— Зато есть очень мягкий и пушистый ковер, — прошептал тот безумным голосом, притягивая меня к себе. — И я больше не желаю лицезреть тебя в этом ужасном… платье, — почти прохрипел тот, нежно приступая к исследованию моей шеи… и того, что ниже…

 

***

Это было настоящее безумие. Я… Лэндон… на полу… Казалось, мне только что приснился сон. Очень хороший сон. Теперь настроение у обоих не было таким уж напряженным. Мы улыбались произошедшему. Это было совершенно не в духе парня. И теперь, вся эта ситуация уже не казалась такой фатальной.

Когда Лэндон уехал, я с облегчением скатилась по стене. Беда миновала… обидно, конечно, что Лэндон все еще пытается завернуть меня в блестящую обертку. Но, по крайней мере, он всегда быстро меняет свой гнев на милость.

Когда мне удалось более-менее прийти в себя, я налила себе горячий черный кофе и отправилась на пристань. Маркиза, что все это время крутилась у ног, увязалась за мной.

Под вечер всегда становилось прохладно. И сейчас объятия такого ветра для меня были просто необходимы. Хотелось отдохнуть. Насладиться моментом. Вскоре ремонт в доме Лэндона будет закончен. Там я уже не смогу выкидывать такие номера. Как бы там ни было, этому вскоре придет конец. Я буду почти круглосуточно с ним в одной квартире. Я не смогу оставлять грязную посуду на завтра. Я не смогу валяться до обеда в постели, предварительно насмотревшись ужастиков до поздней ночи. Все это станет нереальным. И останется в прошлой жизни. А дальше… а дальше свадьба… дети… Устраивает ли меня такой план? Словно бы ожидая ответа, я повернулась к Маркизе, которая с интересом за мной наблюдала. И заглянув внутрь себя — да. Ответ — хочу. Я хочу быть рядом с Лэндоном. Хочу выйти за него замуж. Хочу нашего ребенка…

Все мои рассуждения прервала Маркиза. Вернее, ее внезапное шипение. Никогда подобного не замечала за кошкой, поэтому от неожиданности подпрыгнула на месте, опрокидывая стаканчик кофе прямо в воду. Кошка смотрела куда-то мне за спину, сопровождая это все шипением и урчанием. Когда я обернулась, на секунду мне показалось, что в нескольких шагах стоял человек. Мужчина. Но после, словно мираж, он исчез. О, черт… у меня… галлюцинации? Кошка перестала шипеть, но оставалась какой-то настороженной. Что там говорят? Не бывает массовых галлюцинаций? Ну, ладно бы еще тут сидело два психически больных человека. Но тут я и… кошка!

Почувствовав, как от собственных мыслей мне становится жутко, я подняла на руки животное и поспешила покинуть пристань. Казалось, доме безопасней. Там, по крайней мере, есть окна и двери. Хоть какое-нибудь препятствие для проникновения.

Сердце выплясывало галоп. Нет, это не было галлюцинацией. Я видела мужчину. Он стоял всего в двух шагах от меня. Он на самом деле стоял там!

Держа в руках Маркизу, я чувствовала, чтои ее сердце не спокойно. Что может напугать кошку? Никогда я не замечала, чтобы она так на кого-то реагировала. И… тот… мужчина… он же просто взял и пропал. Растворился. Нет… с моей головой и правда что-то не так…

Я достала телефон и, стараясь унять необъяснимую дрожь, искала нужный мне контакт.

— Привет, сестренка! — услышала я голос Кендалла. — Ну, как все прошло?

— Замечательно, — я даже улыбнулась, чувствуя, как меня окутывает аура безопасности. Как бы там ни было, какие бы Кортнеры и другие мужчины мне не угрожали, но пока мои братья со мной — я неприкосновенна. — Кен, позови Брину.

— Мия? — клянусь, я только что услышала на заднем плане очень интересный вопрос брата, касательно местонахождения его нижнего белья.

— Эээ…. Я, в общем… дома… — а вот теперь трудно сказать, что именно меня сейчас больше удивляло.

 

***

 

Машина затормозила в паре километров от дома, который вызывал не малый интерес у водителя и его пассажира. Человеку, невооруженным глазом невозможно рассмотреть с такого расстояния что-либо. Эти же двое, при желании, могли в точности описать расположение родинок той, за которой и велось наблюдение. Но сверхъестественное зрение не единственная причина такой далекой остановки.

Двое, заметно нервничая, покинули машину, пристально присматриваясь к чему-то в дали. Никто из них не спешил заговорить, прислушиваясь к собственным ощущениям. Но все рецепторы предательски молчали, заставляя обоих недоумевать.

Хотя, стоит отметить, что один из них — блондин — не был столь озабочен происходящим. Того, казалось, больше заботили кольца на своих пальцах, нежели тот человек, за которым они и приехали понаблюдать.

Другой же, напротив, не сводил с нее своего взгляда. Он наблюдал, как девушка располагалась на пристани, наслаждаясь своей беззаботной жизнью. Знала бы она, что срок, отведенный ей, вскоре подойдет к своему завершению.

— Я не чувствую ее, — блондин оторвался от своих украшений и направил на своего напарника скучающий взгляд. — Ты уверен, что не ошибся?

Мужчина повернулся к блондину. Каждый раз тот испытывал какие-то смешанные чувства, встречаясь с ним взглядом. Слишком тот выглядел… странно для своего возраста. Даже при первой их встрече вампир производил впечатление адекватности. Но сейчас же это был подросток, который испытывает на себе все прелести взбесившихся гормонов. По сути, он походил сейчас на его отпрысков. Что только усиливало отвращение и неприязнь. Лишь взгляд, таивший в себе многолетний опыт, нельзя было замаскировать

— В прошлый раз это заняло около недели, — мужчине не особо нравилось делиться своими годичными наблюдениями. Он вообще не понимал, в чем причина такого недоверия. Но, в тоже время, эта добровольная жертва вселяла надежду, что просто так ему не дадут усохнуть. — Это было несколько месяцев назад, при том, что я практически не покидал дом. Восстановление дается все сложнее. Необратимых процессов все больше…

— Странно, — поморщился юноша, встряхивая свою непослушную челку. — Она слишком молода. Обычно максимум наступает ближе к тридцати. Кристаэль так сказал.

— Ты мне не веришь? — второй мужчина, поддавшись эмоциям, сжал пальцы в кулаки. — А когда я совсем усохну? Тоже соберете консилиум, чтобы решить, не симулирую ли я?

— Не знаю, — казалось, блондина не впечатлили жалкие попытки собеседника достучаться до него. На деле он не испытывал никакого удовлетворения от своего местонахождения. Он еще раз кинул скучающий взгляд на человека, в глубине души желая, чтобы это все было ошибкой. — Убеди меня.

Мужчина вздрогнул от такой дерзкой просьбы и еле сдержал свои эмоции, от совершения роковой ошибки. Демонстрировать приближенному к владыкам свой гнев, не самая лучшая идея. По сути, они его могли устранить в любую секунду. Если уж блондин здесь, то сам он, уже не является важной фигурой в этой игре.

— Как?

— В прошлый раз тебе потребовалось неделя вдали от нее? — интерес блондина снова перешел на его украшения. — Ускорь процесс. Подойди ближе.

— Что? — на самом деле, удивление было фальшивым. Вампир подозревал, что подобная просьба, рано или поздно, будет озвучена.

Юноша в нетерпении закатил глаза. При других обстоятельствах ему бы не смели перечить и задавать глупые вопросы. Как же его раздражал тот факт, что сейчас надо сдерживаться.

— Подойди ближе, Марко, — вампир ему никогда не нравился. С первой секунды, как он его увидел. Но долг заставляет быть терпимым.

— Нет, — мужчина нервно отступил на пару шагов, словно бы боялся, что блондин его сам лично протащит эти разделяющие несколько километров. — Я до сих пор полностью не восстановился. Это может быть… фатальным.

— Ты и не сможешь восстановиться. Пока.

— Я не хочу рисковать, — Марко нервно провел рукой по волосам. Столько лет… столько гребаных лет он рядом с ними. Даже сам получил возможность иметь статус, но, тем не менее, продолжает быть всего лишь пешкой. Чужаком, которого, скорее всего, так и не примут в клан.

— Это не мои проблемы. Убеди меня.

Вампир некоторое время сверлил недовольным взглядом своего напарника. Это было бесполезным занятием. Приказ был озвучен. И как бы ему не хотелось, ослушаться он не имел права.

И он исполнил приказ.

Прошло всего несколько секунд, прежде чем Марко появился на том самом месте, с которого совсем не так давно переместился. При этом, мужчина крепко хватаясь за голову, упал на колени рядом с блондином.

— Мразь… — прошипел тот, всеми силами пытаясь справиться с болью.

— Выглядит убедительно… — без намека на сочувствие произнес блондин, наблюдая за страданиями вампира. Когда представление затянулось, тот присел на корточки, хватая напарника за подбородок. — Что? Настолько сильна?

— Это не она, — хрипел мужчина, облегченно вздыхая и радуясь отступающей боли. — Это… Фата.

— Неплохо… — поднялся тот, кидая настороженный взгляд на тот самый дом. — Чем больше она потратит силы, тем лучше. Может, периодически тебя отправлять поближе, а? Ладно, убираемся отсюда, — вампир открыл дверь, но садиться в салон не спешил, задумчиво постукивая пальцами по крыше машины. — Отвези меня в тот клуб. Хочется посмотреть на развлечения твоих… выродков.

 

Глава 5

Как можно не быть эгоистом, если двух мнений быть не может?

Гарри Симанович

Охрана хренова… В гробу видел Дарк этих слепых мудаков. Парень искренне удивлялся, где Зар набирает таких идиотов, которые не в состоянии забить в своем ограниченном мозгу тех, кого не следует беспокоить?

Мужчина уже некоторое время чувствовал себя… странно. И непонимание причин своего состояния, приводило его в истинный гнев. Хотя и жаловаться не на что. Это был вовсе не дискомфорт, а скорее наоборот. Он чувствовал какую-то силу, переполняющую его. В прямом смысле, потому как, казалось, она не могла удержаться в пределах его организма и просто… уходила, словно бы излучаемое тепло.

— Хрень какая-то.

Закурив новую сигарету, игнорируя все значки, на которых красовалась надпись «No Smoking», Дарк направился прямиком к лестнице, ведущую на второй этаж. Именно там находился его брат и, несомненно, забавлялся с какой-нибудь вкусной девчонкой. И мужчину раздражал тот факт, что сам он до сих пор занимается ересью.

На танцполе уже собиралась толпа тех, кто пришел сюда с одной единственной целью — оттянуться. В самом центре, полностью отдавшись музыке, витала в эйфории Шерр. Губы Дарка агрессивно скривились, наблюдая, у скольких парней текут слюни от подобного зрелища. Хоть его всегда и подбивало всем им начистить морду, парень с прискорбием понимал, что девчонка уже выросла, и сама может за себя постоять. Хотя, стоит признаться, даже когда он, лет шесть назад, почти размазал по стенке парня, стоило тому свои грабли расположить на заднице сестры, Шерр не особо нуждалась в защите. Смешным подростком с забавными хвостиками на макушке, она могла превратить того несчастного в кусок мяса. Будучи брошенными в свое время без какой-либо защиты, Дарк приложил все усилия, чтобы научить самую уязвимую из них, полноценно защищаться. Вся гребаная правда в том, что защититься они могли лишь от людей. И едва ли у кого-то из них будет настоящий шанс одолеть чистокровного.

Затянувшись в очередной раз, Дарк перевел ленивый взгляд на самый дальний столик, который мог занять только кто-то из своих. Зар был там, как и ожидалось, страстно исследуя своими губами шею незнакомой девчонки. Очевидно, самой сладкой, из всех присутствующих.

— Хорош клещ, лопнешь! — бесцеремонно приземлился он напротив, моментально разрушая ту интимную атмосферу, которой эти двое наслаждались.

Зар нехотя оторвался от девушки и направил дьявольски-злобный взгляд на нарушителя спокойствия. Надо сказать, что в ярости младший брат пребывает не так уж и часто.

По уголкам губ маленькими струйками стекала кровь, которую вампир тут же слизал, снова прикасаясь языком к шее девушки. Туда, где красовалась свежая рана. Блондинку, похоже, совсем не волновало, что ее опустошили на несколько миллилитров. Девушка словно опьяненная, плавала в эйфории и, кажется, была безмерно счастлива, что парень вернулся к своему занятию.

— Ты как всегда вовремя… — пробурчал тот, заметая следы своего пиршества. Убедившись напоследок, что рана затянулась, оставив после себя лишь невзрачное розовое пятно. — Ты бесподобна, — проговорила он, поворачивая лицо девушки к себе. Та лишь блаженно улыбнулась.

— Что, прям настолько? — облокотился Дарк о стол.

— Запахни свои клыки, — пригрозил ревностно брат, — я тебе укажу слаще.

— Укажешь, — согласился он, возвращаясь на место и в предвкушении окидывая голодным взглядом присутствующих девиц. — Кстати, меняй охрану на входе. Одному понадобится больничный.

— Что ты вытворил? — Зар не спешил выпускать из рук девушку, притянув ее ближе.

— Да ничего особенного. Сломал пару конечностей, — было бы странно слышать такие фразы настолько обыденным тоном. Если бы это произносил кто-то иной.

— То есть разговаривать ты не умеешь?

На этот счет у Дарка были железные аргументы, которые тот был готов высказать. Но его порывы на корню обрубила хрупкая девушка, облаченная в форму официантки. Девчонка, явно довольная собой, грациозно продвигалась к их столику. На подносе, что она неумело держала в руках, оказался заказ Зара и его спутницы. Это были два бокала красного вина. Девочке на вид не больше шестнадцати. Обычно, малолетки не интересовали Дарка. Но эта… с ее коротенькой юбкой, и такими соблазнительными округлыми формами, заставили его отбросить мысль, что совсем недавно танцевала на языке.

Мужчина поднял на бедняжку испепеляющий взгляд, в ожидании, когда та повернет свое невинное личико в его сторону. Но та, словно бы специально двигалась слишком медленно, избегая встречи взглядами. Однако, румянец, который был виден даже в этом мрачном освещении, выдавал ее со всеми потрохами.

— Вам что-нибудь принести? — обратилась она к нему с лучезарной улыбкой. Конечно, она знала, что Дарк, так же, как и Зар тут главный. Конечно, ей хотелось, чтобы ее заметили. И ей это удалось. Удалось саму себя загнать в кровавую ловушку.

Мужчина медленно откинулся на спинку дивана, в очередной раз поднося сигарету к губам. Сейчас его мысли витали где-то между ее ног. Там, где ее коротенькая юбка едва скрывала от любопытных глаз что-то невинное. Его раздражала эта юбка. И он непременно должен проверить, насколько легко она расходится по шву.

— Включи в меню себя, — щедро одаривая ее дымом, Дарк не стеснялся задерживать взгляд на самых интригующих участках тела. Он никогда не страдал педофилией. Но эта девчонка разве что табличку не носит с просьбой отодрать ее на грязном, залитом пивом столе. Чего ж не исполнить прихоть?

— Принеси ему то же самое, Анжелика, — голос Зара ворвался в эту тягучую эйфоричную обстановку. Черт, а ведь Дарк уже и забыл, что тут по близости обломщик кайфа.

На девчонку бас своего шефа подействовал самым отрезвляющим образом: та кивнула и тут же поспешила скрыться. Дарк же, с плотоядным прищуром, провожал свою новую жертву до самого бара. Ее миниатюрные округлые бедра шикарно смотрелись в этой мини-юбке. В блаженном состоянии парень подносил сигарету к губам снова и снова, представляя свое уединение с этой девчонкой. Он очень надеялся, что та незамедлительно приступит к игре в скромницу-послушницу, что только раззадорит его.

— Дарк… — где-то совсем рядом послышался голос брата. Но, кажется, парень и не собирался слушать. — Дарк, — громче позвал его Зар. Да и было ли какое-то дело этому бунтарю, что его пытаются так явно осадить. Он уже принял решение. — Дарк, черт тебя!

Бунтарь недовольно перевел взгляд на брата. После чего, один угол губ изогнулся в издевательской усмешке.

— Что?

— Нет, — твердо произнес Зар и, словно бы подкрепляя смысл этого слова, медленно помотал головой.

— Нет? — тянул тот время, снова делая глубокую затяжку и выпуская дым на брата с его спутницей.

— Нет… — еще раз произнес он. — Даже не думай.

— Ты, о чем, брат? — юноша откровенно издевался, продолжая выпускать дым через изогнутые в хитрой улыбке губы.

— Ты знаешь, — но голос Зара оставался, как и прежде, непоколебимым. Хотя, надежда на адекватное реагирование старшего брата рушилась на глазах.

Дарк усмехнулся и снова с прищуром стал осматривать девчонку, что спешила принести к их столику еще один бокал вина. Пока она шла, парень уже успел усмотреть каждую клеточку тела, что гармонично вписывалась в невинный образ этой девчушки.

— Дарк! — голос брата с каждым разом становился все серьезней.

Но Кортнера это уже не особо волновало. Он дождался, пока девочка освободит свою руку от бокала, а затем перехватил ее кисть и притянул резко к себе, усаживая на колени.

— Ой, — зашлась она диким румянцем. — Мистер Кортнер, у меня еще много работы…

— Знаешь меня? — язык мужчины в нетерпении прошелся по верней челюсти.

— Как же вас не знать… — смущенно опустила она свои глазки.

Зар, не выдержал подобной картины, вскочил, и, практически, вырвав девчонку из цепких рук парня, толкнул ее к бару.

— Иди, работай, Анжелика… — его голос был груб и свиреп. Девчонка молча кивнула и, опустив глаза, тут же побежала выполнять следующие заказы.

— Обязательно было ломать кайф? — отправил Кортнер сигарету в пепельницу.

— Может, хватит? — сел брат обратно, поднося руку своей девушки к губам, нежно целуя. — Я уже запарился менять персонал, потому что ты не можешь держать свои клыки при себе.

— Речь не о крови, если что, — притянул тот к себе бокал и, отпив глоток, громко поставил его на место. — Что за хрень? Зови свою Анжелику, буду наказывать. Она не в состоянии удовлетворить желание клиента.

— Хочешь пиво, иди сам и заказывай. Но хватит бросаться на официанток. Клуб кишит девушками.

— Я уже определился.

— Я серьезно, Дарк. Меня заколебали твои извращенные вкусы. Кого мне нанять на работу, чтобы ты на них не кидался при случае? Думал, школьница тебя не заинтересует…

— Школьница? — поднял тот удивленно глаза. — С каких это пор?

— Забудь о ней. Она юная совсем.

— Ты преувеличиваешь. Иногда мне кажется, что у них там, в школе, появилась новая дисциплина. Ну, знаешь, типа того, как вступить во взрослую жизнь и варианты всех этих дорожек.

— Забудь!

Дарк перевел подозрительный взгляд на брата.

— Она для тебя что-то значит? — хитрая улыбка не заставила себя ждать. В ожидании ответа, мужчина принялся постукивать пальцами по столу. Нащупать слабое место у брата? Что может быть веселее?

— Нет, для меня на сегодня значит только одна девушка, — улыбнулся он своей спутнице, которая до сих пор не понимала, что происходит. Но Дарк все равно не спускал взгляда с юной школьницы, которая ловко порхала от одного столика к другому. — Дарк, черт тебя!

— Она сладкая? — не желал тот отводить взгляд от этой невинной задницы в мини-юбке.

— Нет.

Категоричный ответ заставил бунтаря перевести свои, полные удивления глаза, на брата. Но Зар выглядел серьезным.

— Врешь, — Дарк медленно наклонил голову на бок, подозрительно щурясь.

— У нее анемия, — ответил Зар.

— У меня дикая жажда, думаю, вода будет в самый раз.

— Забудь, — прохрипел брат. — Серьезно. У меня есть тема… — Зар опустил руку девушки, и слегка придвинулся ближе к столу. Затем даже наклонил корпус, словно бы собирался сообщить какой-то секрет, — позанимательней. — Кортнер лишь передернул бровями, выдавая свою полную готовность к принятию информации. — Ты слышал, что отец вернулся?

— Нет, — лицо мужчины в момент помрачнело, а мышцы напряглись, выдавая готовность к атаке в любую секунду.

— Интересовался тобой.

— В задницу его интерес, — схватил парень бокал, отпивая внушительный глоток вина, игнорируя вкус неугодного пойла. — Ты только что растоптал мои надежды. Я уже смирился с мыслью, что урода грохнули.

— Дарк, — тоже пригубил брат глоток вина, бросая взгляд на девушку, которая начинала приходить в себя. — Иди, потанцуй и найди Шерр, скажи, что от меня, она тебе кое-что расскажет, — мягко проговорил он, и девушка тут же подскочила и направилась на танцпол.

— Ну, так что там с уродом? — усмехнулся Дарк, провожая взглядом блондинку.

Зар не спешил отвечать, медленно делая глотки спиртного. Казалось, что он не знал, как завязать разговор.

— Я не знаю, что происходит. Но намечается что-то очень важное. Ты ведь знаешь, что он уезжал к… ним?

— Не знаю. Я не уверен, что они вообще… существуют, — тема была не особо приятна для разговора, но Дарк не спешил ее закрывать. Если Зар в таком смятении, значит, причины есть. — Все что я знаю, это сказки на ночь, которыми нас усердно… снабжали. Бред.

— А если не бред, — откинулся Зар на диван.

— Говори уже прямо. Тебе что-то известно?

— Мне кажется, я что-то помню… из детства, — задумчиво произнес вампир, погружаясь куда-то в прошлое.

— В детстве был… Нейл. Который просто пытался… сделать наше существование чуть менее мрачным, — Дарк злобно сощурился, допивая содержимое бокала на который обрушился весь его гнев. Хрусталь едва не треснул от столкновения с поверхностью стола, будто бы это он всколыхнул болезненные воспоминания.

— В любом случае… он приехал с некой миссией.

— Миссией? — усмехнулся Дарк.

— Он хочет, чтобы все участвовали, — проигнорировал выпад брата Зар. — В том числе и ты.

— До хрена хочет, — мужчина нахмурил брови, понимая, что попадись отец сейчас на его пути, он, скорее всего, попытал бы счастья прикончить урода на месте. — А ты что думаешь?

Брат ничего не ответил, снова поднося бокал вина к своим губам. Он ожидал, что Дарк именно так и отреагирует на эту новость. И винить его в этом у Зара не было никакого права.

— Посмотрим, — пожал он плечами. — Я еще не знаю, в чем суть задания. Если оно от владык, значит, в этом может быть выгода.

Напряжение Дарка чуть утихло. Парень облокотился о сидение и почувствовал, как ритм играющей музыки начинает пробираться куда-то внутрь него. Он лениво повернулся к черному входу, через который можно было попасть в подвал. За этими дверьми находился ринг, где отчаянные парни доказывали свою силу. Сейчас он был бы не против кого-нибудь поколотить. Увы. По расписанию в эту ночь на ринг выходили новички. Для него это мелко. Вампир снова перевел взгляд на официантку.

Анемия… Дарк знал какова она на вкус. И если честно, в прошлый раз ему совсем не понравилось. И жажду это не уменьшит. Но это не значит, что он отступится. У безмозглой девчонки будет шанс переосмыслить свое поведение. Может, чуть позже… А пока…

— Я голоден, — нетерпеливо произнес тот.

Повторять просьбу дважды не было необходимости. Через пару минут Зар уже кивнул на одну стройную девицу. По секундному предвкушению в глазах брата Дарк понял, что та действительно должна его порадовать. Он уже собирался приступить к знакомству, как его внимание мгновенно перетянул на себя незнакомый юноша, что остановился посреди зала. И на самом деле Дарку плевать на мужскую половину, которая посещает клуб. Он бы прошел мимо даже не заметив белокурого незнакомца, если бы не его плотоядный голодный взгляд, который скользил по всем присутствующим. Такой взгляд мог быть только у одного существа.

Словно бы услышав мысли вампира, незнакомец перевел на него глаза, задержался на пару секунд, оценивая всю ту свирепость, с которой Дарк его встречал, и теперь заинтересовано осматривал Зара. Улыбка, что еле проскользнула на его губах, обескураживала еще больше.

Дарк словно хищник, почувствовав угрозу, настроился на самое худшее. Не так часто он встречал чужака на своей территории. Но Зар не выказывал подобного интереса. Казалось, он, напротив, был разочарован.

— Не выглядишь удивленным. Кто это? — совсем позабыв о сладкой девчонке, он всем своим видом требовал объяснений.

Брат какое-то время игнорировал пристальное внимание Дарка. Только через пару мгновений поднял на парня глаза, в которых виднелись озорные огоньки усмешки.

— Мне казалось, новости от отца тебя не интересуют, — хитро передернул бровями Зар.

— Какого хрена? Отец нашел себе блондинку? Ели может еще одного своего выродка?

— Нет, — было видно, Зар немного нервничает, но, тем не менее, умело скрыл это за легкомысленной улыбкой. — Не думаю, что Джед нам брат.

— Джед? — проговорил Дарк имя парня, точно пытался что-то понять про его обладателя, — тупое имя…

Зар постарался донести взглядом до брата необходимость вести себя… несколько спокойнее, чем тот привык. Но такой посыл был нагло проигнорирован. Дарк уже определил для себя, в какую категорию отнести этого блондина.

— Похоже, кого-то мама не научила, как надо встречать гостей? — голос незнакомца послышался совсем рядом. За короткое время такое расстояние обычный человек преодолеть не смог бы. —

Аааа, точно! Прошу прощение, — за этими словами не было ни грамма сожаления. Разве что издевательская усмешка. — Я и забыл… Марко упоминал про ваше тяжелое детство без матерей…

— Дарк! — только и успел крикнуть Зар, прежде чем парень вцепился в незнакомца.

По изумленному и одновременно рассерженному лицу Джеда стало ясно, что к подобному он готов не был. Но, тем не менее, быстро среагировал, оторвав от себя негостеприимного кровососа и отталкивая его в сторону.

Блондин брезгливо отряхнул одежду, словно бы соперник заморал его дорогие шмотки.

— Тупой выродок! — поднял тот на своего обидчика волчий взгляд. — Марко не говорил, что вы такие дикие. Теперь понятно его желание… утопить некоторых из вас… словно тупых слепых котят, еще при рождении.

— Дарю тебе шанс. Давай! Рискни! — завелся парень, готовясь к следующей атаке.

— Заткнулись! Оба! — Зар возник между мужчинами так же быстро, как и Джед некоторое время назад, переместился к их столику. Удивительно, но уверенный, бескомпромиссный голос Зара, и правда, заставил их замолчать. — Это не самое лучшее место, для демонстрации ваших сил!

Дарк скинул с себя руку брата, которой тот пытался удерживать бунтаря на месте. Мужчина был недоволен. Ведь ему не удалось выплеснуть всю агрессию, которой внезапно стало слишком много, чтобы держать ее при себе.

— Ты! — повернулся Зар к блондину. — Я тебе говорил, мы не открываемся перед людьми. Так что не надо их шокировать своими фокусами, понял? Мне не нужны вопли убегающей толпы! Иначе… сам будешь их всех догонять и объясняться. А ты, — перевел он взгляд на Дарка, который уже представлял, как он превратит блондина в кусок мяса. — Контролируй себя.

— Так забавно… — хоть блондин и улыбался, в каждом слове слышалась смертельная доза яда.

Вампир лениво перевел взгляд с одного парня на другого, всеми силами стараясь совладать со своим гневом, — Мартышки за стеклом… вы действительно считаете все ваши… рассуждения, угрозы и прочее… чем-то важным? Ты ведь Дарк, не так ли? У тебя слишком заметные приметы. Можно даже сказать, на лице написаны, — сквозь смешок говорил тот, — наслышан. Марко много о тебе рассказывал. Честно говоря, думал, что мы с тобой подружимся.

— На хрен иди, — прищурился Дарк.

Блондин лишь презрительно усмехнулся, после чего откровенно уставился на шрам парня, словно бы критик, что оценивал очередное произведение искусства, чтобы, несомненно, выставить свой вердикт.

— Никогда с таким не встречался. Зачем ты это контролируешь? Это что, напоминание о… — блондин растянул губы в усмешке, — потере? Это действительно так важно для тебя, что ты решил взять под контроль регенерацию? — Дарк собирался в ответ еще раз послать вампира в известном направлении, но лишь поджал губы, вкладывая в свой испепеляющий взгляд всю мощь своего гнева. — Этот шрам, знаешь ли, — так и не дождавшись словесной реакции противника, Джед продолжил, — напоминание не только для тебя. Нейл был… любимым сыном Марко. Да. Славный был парень.

— Зар, — повернулся Дарк к брату. — Я повторяю вопрос. Кто этот клоун?

— Меня зовут Джед.

— Тебя никто не звал, Дже— е— е— ед… Умолкни, душка.

После сказанного лицо мужчины изменилось… Причиной послужил пристальный взгляд, от которого Дарк почувствовал себя как— то странно. Тело словно бы окаменело, все мышцы налились свинцом и замерли. На какое— то время парень перестал чувствовать собственное тело, и это было крайне неприятно.

— Перестань, — замешательство Зара было секундным. Он понял, что причиной всему Джед. — Перестань, я сказал! — толкнул тот парня в плечо. — Я предупреждал тебя о фокусах.

Дарк снова почувствовал, как его тело возвращается под контроль своему обладателю. От ощущения, что кровь снова набирает свою скорость, заполняя каждый капилляр бросило в жар. Оцепенение прошло, но чувство скованности еще осталось.

— Ну что, будешь продолжать мне грубить, полувамп? — спросил Джед, явно брезгуя последним словом.

— Чистокровный… — выплюнул тот в свою очередь. — Еще раз ты попытаешься меня тронуть… и я разорву тебя.

— Вот и обменялись любезностями, — Зар до сих пор стоял посреди ребят, готовясь к очередной их глупости. — Я не сомневался, что ваше знакомство пройдет именно так.

— Чистокровный, — повторил Дарк, в самодовольной усмешке рассматривая парня. — Приехал с отцом… От владык… И что же надо Джеду от мистических владык у нас?

— Мистических? — блондин даже поморщился. Тому не понравилось это слово. — Будем считать, что я этого не слышал…

Дарк еще какое— то время сверлил недовольным взглядом своего нового знакомого, прислушиваясь к странным ощущениям. Его бесило непонимание того, что с ним происходит. И тем более, не хотелось бы связывать это с чистокровным. Хоть эти ощущения уже длятся несколько дней, сейчас, когда этот блондин рядом, он ощущал непонятную вибрацию.

— Я ушел, — еще секунда и он не выдержит этого странного состояния. Все внутри, так и подрывало порвать блондина на куски. Он ненавидел чистокровных, в особенности отца, за то, что обрек их на это существование. Но раньше такого не было. Казалось, что в него через воронку вливают неведомую силу, которой он мог бы легким щелчком, переломать армию чистокровных.

— Дарк, — брат нервно поджал губы. — Сегодня будет бой… с продолжением. Все наши будут.

— Это в честь чего? — голос вампира теперь больше напоминало рычание

— Я бы посоветовал и тебе развлечься напоследок! — уверенно проговорил Джед, продолжая выгибать губы в фальшивой улыбке.

— Удачи, — легким движением руки Дарк продемонстрировал парню средний палец, удаляясь в танцующую толпу. — Надеюсь, понятно объяснил?

— А он мне понравился! — Джед, наконец, отвел взгляд от нового знакомого.

— Не рассчитывай на взаимность. Зачем ты сюда пришел?

— Гостеприимство у вас хромает. Не советую так встречать всех. Я еще могу к вам лояльно отнестись. Но не все такие добрые. Так что в скором времени, нацепи на себя самую радушную улыбку. Шанс остаться живым у тебя возрастет.

— Что будет в скором времени?

Хитрая усмешка блондина не заставила себя ждать.

— Терпение, полувамп, — Джед разместился на сидении и приступил к осмотру присутствующих. Зацепившись взглядом за аппетитную брюнетку, на мгновение глаза парня налились кровью.

— Ты не у себя дома, — Зар одарил нового знакомого взглядом исподлобья. Такой откровенный интерес к посетителям его клуба, несколько раздражал.

— Знаешь что, Зар, — привстал парень и облокотился о стол. — На самом деле, не тебе указывать, как мне себя вести. И со мной в таком тоне лучше не разговаривать. Ты знаешь, что силы у нас не равные, полувамп.

На такое уверенное заявление вампир лишь усмехнулся. Он был в себе уверен. И знал, что физически одолеет соперника. Загвоздка в том, что блондин явно не претендует на честный бой и воспользуется своими способностями.

— Скажи, это правда? Твоя способность?

— Смотря, что именно ты имеешь в виду, — Зар свел брови на переносице. Джеду ему не хотелось открываться.

— Я хочу определить, сможешь ли ты быть для нас… полезен, — внезапно, тон вампира несколько замедлился. Тот как-то раздраженно принялся разминать шею. Как если бы он до этого пребывал долгое время в неудобном положении. — Срок твой, конечно, слишком короток и… еще неизвестно, сколько лет ты сможешь с точностью снайпера радовать. Просто… я такого еще не встречал. Мы все чувствуем кровь, но если она хоть как-то контактирует с атмосферой. Но чувствовать ее внутри организма… — с каждым произнесенным словом лицо юноши становилось все более мрачным. Наверно, сейчас его можно было бы назвать уставшим. — Твою мать… — прошипел тот, часто моргая. — Короче, покажи себя в деле, — Джед резко повернулся в сторону танцпола, где Дарк прижимал к себе одну из девушек.

 

https://img-fotki.yandex.ru/get/5413/342100023.1/0_165652_38d103d5_XL.png

 

— Всему свое время, — Зар сделал вид, что совершенно не заметил странного поведения вампира. Но явные проблемы становились заметны с каждой секундой. — Через час мы спускаемся в подвал. На ринг.

— Бои? — на какое-то время блондин задумался, потирая свой подбородок. — Зар, ты думаешь, я пришел присутствовать на ваших примитивных развлечениях? Мне глубоко плевать, где эту массу видеть, тут или… где-то в подвале, — вампир приступил к интенсивному растиранию глаз. — Я голоден, Зар. И если не хочешь, чтобы я устроил тут представление… постарайся, чтобы я провел время… со вкусом.

Глава 6

Толстовки и джинсы…

Джинсы и толстовки…

Мне пришлось перерыть весь гардероб сверху донизу в поисках хоть чего-то, более-менее подходящего. И то, что я в итоге обнаружила, не очень подходило под мешковатую неприметную одежду.

Я подозревала, что строгое требование к дресс-коду не ограничится лишь словами. И оказалась права, ведь брат решил самолично за мной заехать и покрутить в своих руках то, что я собралась отвезти Брине. Мое одеяние тоже не осталось без внимания. Про войну за смену кофты я не буду рассказывать, но Тая очень задели «дизайнерские дырки» на спине. Так он их назвал. Пришлось делать убедительную мордашку и нагло врать, что более ужасных вещей у нас нет. И на самом деле, это половина беды. Настоящая паника меня охватила, когда Тайлер подошел к кухонной раковине и пустил воду. При этом не забыл небрежно бросить: «Сама умоешься, или помочь?»

В клуб без макияжа? Нет, не так. В клуб, который напичкан накаченными и, бесспорно, симпатичными мужиками, от которых так и веет тестостероном — без макияжа, да при том, в этих мешковатых шмотках? Да это же издевательство! Впрочем, свои мысли я не решилась озвучить. Риск остаться дома, был слишком велик. И вообще, несправедливо лишать нас «униформы». Тем более с условием, однократного посещения.

Но и по этому, несправедливому, на мой взгляд, поводу, я не решилась высказаться. Мне бы не хотелось, каким-нибудь необдуманным словом спровоцировать Тайлера на смену решения.

И… если быть откровенной, когда название клуба запестрило перед глазами, мое недовольство само собой улетучилось. На кирпичной стене светилась яркая надпись «Sweet blood». Два слова, которые вслух не произносит ни одна уважающая себя девушка. Мое замешательство было настолько сильным, что я не сразу сообразила, зачем мы тут вообще остановились. Ну… мало ли. Может, Тайлеру понадобилось с кем-то встретиться. А то, что мы совершили остановку на стоянке, где принято оставлять машину на продолжительное время, конечно же, ничего не значило.

— Та-а-айлер, — округлила я глаза, понимая, что мое желание посетить бои слишком поспешно. — Только не говори, что именно в этом клубе вы…

— Тихо! — перебил меня брат, ожидая, пока Кендалл не пристроит рядом его машину. Сквозь стекло я успела заметить удивленное лицо подруги. Кажется, она тоже была… не подготовлена к такому. — Выходим. Надо переговорить.

Спорить с братом — не самая удачная мысль. Он и так выглядел напряженным. Покинув машины, я и Бри оглянулись по сторонам. Транспорта на парковке было достаточно. Народу на улицах тоже скапливалось немало. Первым делом, я обратила внимание на одежду девушек. И с прискорбием могу сказать, что мы с подругой выглядели как две монашки.

Черт же. Обидно.

— Итак, — наконец, повернулся брат, в очередной раз окидывая нас недовольным взглядом. — Готовы выслушать правила?

Пусть я с сомнением относилась к этому клубу и как-то тревожно на душе стало… Но такой шанс упускать было бы глупо.

— Значит так, — запустил брат пальцы в волосы, точно сам пытался вспомнить то, что собирался высказать. — Эти правила обязан соблюдать каждый, кто хоть каким-то боком осведомлен о боях. И если когда-нибудь… кто-нибудь из участников клуба, хоть краем уха услышит, что кто-то не умеет держать язык за зубами… Особенно если об этом прознают главные…

На этом моменте близнец замолчал, обдумывая варианты развития событий.

— Скажем так, — вмешался Кендалл. — Возможность снова говорить может и не наступить вовсе.

— Да, — подтвердил брат. — Как видите, все очень серьезно.

— Может, уже приступим к правилам? — попыталась я улыбнуться, но под серьезными взглядами братьев, вышло не очень убедительно.

Тайлер какое-то время молча смотрел на главный вход, где неумолимо прибавлялось народу. Когда тишина уже достаточно затянулась, я несколько забеспокоилась. Хотелось уже растормошить близнеца. Тот шумно вздохнул, разрушая гнетущую обстановку, после чего резко повернулся к Кену.

— Я передумал. Отвезем их обратно.

— НЕТ! — воскликнули мы с подругой.

— Тай, ну пожалуйста. Мы обещаем, что все правила будем выполнять! Правда-правда! Только не делай так! Мы уже здесь… — кивнула я на здание, делая вид, что вижу впервые его название и уже хотела прочитать вывеску, как брат меня перебил.

— Вы приехали сюда потанцевать, — начал он. — По сути, тут нет ничего сложного. В клуб едут танцевать, пить, знакомиться и… прочее.

— Это уже… правила? — неуверенно проговорила подруга.

— Да, Сабрина. Это уже правила. Так что если когда-нибудь, кто-нибудь спросит вас, что вы тут делали…

— Танцевали! — подхватила я, демонстрируя свою широкую улыбку.

— Молодец, — кивнул тот, хотя его голос и не был похож на поощрительный. — Дальше. Никаких разговоров о боях за пределами клуба. О них открыто можно говорить только в подвале, там, где ринг. Но лучше вообще не трепаться. Притворитесь немыми, пока вас самих не спросят.

— А что, за присутствие речи тоже есть наказание? — такие правила мне уже не нравились.

— Ты уже не соблюдаешь их, — прищурился Тай. — Молчи, пока не спросят.

— У вас там что, рабство процветает? — фыркнула я.

— Не станешь, значит молчать, да?

— Да молчу я, молчу! — я даже от обиды сложила руки на груди и надула губки. Иногда это срабатывало. Но, похоже, именно сейчас этот номер не прокатит. — Сказать даже ничего нельзя!

— Вот именно, что нельзя! Мия, ты совсем не слышишь, что я тебе говорю?

— Ну, все, — отвернулась я. — Ну, и не разговариваю я с вами.

— Наконец-то! — с облегчением вздохнул Тай. — Последние пятнадцать минут добиваюсь именно этого. Надеюсь, следующие правила воспримутся менее болезненно?

Но я продолжала молчать, обиженно рассматривая компанию ребят, держащую свой путь в клуб. Они тоже направляются в подвал? Или же просто потанцевать? Многие ли мои знакомые осведомлены о боях? Увижу ли я там своих бывших одноклассников? И как мне на них реагировать?

— Итак, продолжим, — напряжение близнеца только росло. — Имена. Как меня зовут?

Я повернулась на брата в полном недоумении. Такого вопроса я уж точно не ожидала.

Согласитесь, странно звучит.

— Эээ… тебя какой вариант больше устроит? Тай? Тайлер? Тайлерюша?

— Промах, — прошептал Кендалл.

— О, у вас клички? Какие-нибудь там Шрэки-терминаторы? — засмеялась я.

— Все проще, сестренка, — улыбнулся Кен. — Имен нет. Как только мы спускаемся в подвал — мы все парни и девушки. Представители мужского и женского пола. И кто бы ни спрашивал, ни под каким предлогом не говори имя. Это некое алиби лично для тебя. Конечно, мы в большинстве знакомы друг с другом. Но… в общем, не вдавайтесь в подробности.

— Еще правила есть? — разговор меня уже порядком утомил. И первое оцепенение перед клубом погасло.

— Есть, — проговорил Тайлер. — На протяжении всего времени, сколько бы мы там не находились, вы обе рядом со мной.

— А если я захочу… отлучиться, — Сабрина неуверенно кинула на меня взгляд

— Даже если ты захочешь, — перебил брат подругу, — даже если вы одновременно захотите.

— Фу, братец, да ты извращенец!

— Все ради вашей безопасности, — усмехнулся тот, — дальше. Как вы уже поняли, на ринг выйдет Кен. И выйдет он не фокусы показывать. Там тоже существуют свои правила. Вам их знать незачем. Могу только для успокоения сказать, что до смертельного случая доходило лишь раз. Погибший нарушил главное правило — распустил язык. Так что, как бы вы не переживали за Кендалла, не надо верещать на весь подвал и умолять все это прекратить. Ясно?

Я еле заметно кивнула, успокаивая себя лишь тем, что я ни разу не видела братьев избитыми. По крайней мере, настолько, чтобы это сильно бросалось в глаза.

— Но если вы нас привели, то… получается, вы проговорились? — ужаснулась Брина. — А за это Кена не накажут?

— Не накажут, — после сказанного Тайлер заметно напрягся. Даже на висках стала заметна пульсация. — Проговориться — это привести левого парня, без согласования с главными. Проговориться — это трепаться про клуб за его пределами с непосвященными людьми. С девушками ситуация несколько… иная, — на этом месте брат явно занервничал. Тот не мог остановить свой блуждающий взгляд на одном месте.

— Что за ситуация с девушками? — факт такого умолчания мне показался весьма подозрительным.

— Не лезь туда, куда не следует, Мия, — проговорил брат. — Я говорю лишь то, что вам необходимо знать.

— Справитесь с эмоциями? — обратился Кендалл скорее к Бри, чем к нам обеим. — Не привлекайте внимание. Не кричите. Не паникуйте. Так вы только меня отвлечете.

— Находимся мы там на протяжении всего боя, — продолжил Тай, — не важно, победил Кен или проиграл, мы убираемся оттуда. Чтобы задержаться там не может быть даже речи. Это ясно?

— Кровь, — произнес Кен, после того, как мы кивнули.

— Да! — подхватил брат. — Будет кровь. Будут раны. Будет плохое самочувствие. Не вздумайте кричать «врача» или что-то подобное. Обычно, помощь оказываем мы сами. Так что в случае чего, готовимся помогать, или молчком стоим в сторонке. Решайте сами.

— И последнее, — подытожил Кендалл. — Никаких провокаций. Если к вам кто-то пристает, молчим, терпим и ждем, что кто-то из нас разберется. И… не надо никого злить. Если завяжется потасовка, мы будем обязаны выйти на ринг. Но правила таковы. За вечер, бой может быть только один. Если образовался конфликт, и кто-то выходит на ринг со вторым боем, то правил уже не будет.

Я, конечно, была уверена, что дела там нешуточные. Но, скорее всего, не была готова к такому количеству правил. Только одна мысль об их нарушении ужасала. И, если откровенно, у меня уже закралась мысль отказаться от этой затеи. Но мысль эта лишь вскользь пролетела, заведомо не имея возможности крепко уцепиться. Обычные правила в обычном закрытом бойцовском клубе. Такие в каждом есть.

Наверно…

 

***

 

Как только я почувствовала веселую отрывную атмосферу ночного клуба, меня накрыло желание задержаться подольше в этом, относительно, безопасном помещении. По крайней мере, выход ближе. Тем более, что музыка играла что надо. Так и умоляла, ответить на ее ритм телодвижениями. Хотя, признаться, меня одолела паника, когда Тайлер отлучился, чтобы что-то там разузнать.

Да и наскоро оглянувшись по сторонам, я все же подтвердила свою прошлую мысль. Никто в здравом уме, или вообще при наличии, хотя бы зачатков этого самого ума, не захочет посетить подобное место. Однородная масса деградирующего населения, потерявшая всякий смысл жизни, пыталась все свои проблемы заглушить в спиртном. А, может, в чем-то и покруче.

Нет, я никогда не была ботаничкой и, конечно, еще в студенческие годы, да и в школьные что уж там, сбегала в подобные места. Но они мне казались более безобидными. Или же восприятие поменялось, или те клубы, в которых я отрывалась отличались хоть какой-нибудь моральной составляющей.

Когда Тайлер вернулся к нам, он молча указал на дверь, к которой мы, видимо, должны подойти.

«Все будет хорошо. С нами братья» — это мои жалкие попытки унять собственную дрожь.

— Все, девушки, — закрыл Тайлер двери. Перед нами была лестница, ведущая вниз на два этажа и далее в подвал. — Имена забываем. Правила вспоминаем. И прошу вас, не доставляйте нам проблем.

— Конечно, смазливый паренек! — проговорила я как можно задорнее, пробуя отбросить волнение, которое снова решило взять меня в плен.

На спуске в подвал нас встречала статуя скелета… в шляпке.

Уточнять происхождение сего чуда я не стала, решив для себя, что это такой же фантом, каких много повидала еще на учебе. Музыка тут тоже присутствовала, хоть и более приглушенная.

Также здесь, как и наверху, мелькала светомузыка. Сидения, бар с выпивкой, бармен. Тот же клуб, только с иными целями. Я ожидала здесь обнаружить полную антисанитарию: обшарпанные стены, мусор, плесень… кровищу. А выглядит все достаточно солидно.

Еще будучи на лестнице я заметила, что это отнюдь не нижний этаж. Мы оказались лишь на верхнем ярусе. В моем понимание это было что-то типа vip-ложи, откуда удобнее наблюдать весь бой, минуя толпу, которая непременно соберется вокруг ринга. Он — ринг, кстати говоря, на удивление был настоящим. По крайней мере, край я успела узреть.

— Рядом, — шепнул Тайлер, подхватив меня под руку.

Наличие такого скопления народа несколько напрягало. Учитывая, что это замкнутое пространство. Внушающее количество мужчин заставляло нервничать. Тестостероном был пропитан даже воздух. Я уж помолчу про запах пота. Тут все пришли, заведомо настроившись на агрессию. И вся эта атмосфера заметно давила.

Мое внимание привлек один из темноволосых парней, который, заметив нас, как-то странно прищурился. Вообще, я бы предпочла оставаться незамеченной. Еще не так давно с печалью в глазах, я провожала взглядом девушек в коротеньких шортиках. А теперь, почувствовав этот тяжелый воздух, возликовала, что мы так… замурованы.

Парень тем временем не сводил с нас своего пристального взгляда. Его было плохо видно, но каждый раз, стоило лучу светового прожектора коснуться лица мужчины, на меня накатывал жар.

Его взгляд мне сразу не понравился. Он не просто смотрел на нас из любопытства. Он ждал… нас. По крайней мере, парней.

Незнакомец кивнул братьям и, поманив нас двумя пальцами, скрылся за ближайшей дверью. Та, собственно говоря, как раз располагалась за его спиной.

— Пошли, — так же в полголоса проговорил брат, почувствовав, что я слегка упираюсь. — Это формальности, — более спокойно шепнул Тай, при этом осматриваясь по сторонам. — Народу многовато, — как-то обеспокоено обратился он к Кендаллу.

Тот так же одарил беглым взглядом всех присутствующих.

— Все уладим, — проговорил тот одними губами.

Я не понимала о чем говорят братья, но, признаться, этот диалог привел в смятение.

Когда мы последовали за юношей с заметной щетиной на лице (не хотелось бы заострять на этом внимание, но она чертовски ему идет), я сразу поняла, что он один из этих главных, о которых упоминали братья. Такие выводы были сделаны из-за кабинета, что тянул на административный. Или что-то типа того. Незнакомец встал за столом и принялся доставать из выдвижного ящика какие-то бумаги.

— Есть некоторые изменения, — проговорил он, даже не смотря в нашу сторону. — Бой будет раньше на полчаса. Так что, очень кстати, что вы уже пришли.

— Почему не было предупреждения? — прищурился Тай. По его голосу было заметно, как брат нервничает.

— Потому что, — не утруждал незнакомец себя в объяснениях, уделяя больше внимания бумагам, чем присутствующим в кабинете. — Правила те же. Ну, ты не первый раз. И так все знаешь. И кстати… — главный вытащил из кармана телефон, и, найдя там нужную фотографию, повернул экран к Кендаллу. — Биться будешь с ним.

На лице брата не дрогнул ни единый мускул, но я-то увидела, что он встревожен.

— Должен быть другой, — не знаю, чья там была фотография, но Кену изменения в планах не понравились.

— А будет этот, — ничуть не смутился главный. — Ну? Решай. Согласен или отказываешься?

Парни переглянулись. Кен был новичком в этом деле, поэтому ясно, что смена противника его несколько ошарашила. Но Тай ему еле заметно кивнул, и брат расслабился.

— Согласен.

— Вот и решили. Подписывай, — парень подвинул Кену несколько распечатанных листов.

Никогда не понимала такого расточительного отношения к собственной подписи. Тем более, когда речь идет о подпольных организациях. Я сделала еле заметный шажок и даже привстала на носочки, в надежде, что мне удастся узреть хоть что-то. Тщетно. Шрифт был слишком мелким. А как подсказывает практика, все, что мелким шрифтом — то подстава.

Когда Кен уверенно взял бумаги в руки, намереваясь оставить на каждой свой автограф, мое терпение исчерпало все свои запасы.

— Постой, ты что, серьезно собрался это подписывать? Ты хотя бы читал, что там написано? В случае чего, долг в энную сумму, не так ли…

На половине фразы меня прервал главный, который слишком громко стукнул обоими кулаками по столу. Тот нервно опустил голову, после чего последовала нервная ухмылка. Так странно, этот молодой человек больше не совершил ни малейшего движения, но весь его вид внушал беспокойство. Я почувствовала себя надоедливой мошкой, которая внезапно заявила о своих правах.

— Тихо! — несколько запоздало одернул меня Тай.

В кабинете повисла напряженная тишина, заставляя всех присутствующих ощущать неприятное давление. Тайлер одарил меня озлобленным взглядом, а Брина нервно сжала руку. В памяти тут же всплыли предостережения Кендалла насчет конфликтов.

Черт… это ведь не относится к подобным конфликтам?

— Кто это? — главный наконец нарушил тишину, все так же стоя с опущенной головой.

— Они с НАМИ… — как-то странно акцентировал Тайлер последнее слово.

— Я не спрашивал с кем они, — то что незнакомец до сих пор не удостоил нас взглядом, немного напрягало. — Я спросил: «Кто это?».

— Никто, по сути, — Кендалл нацепил на себя самый непринужденный вид и решил сыграть роль спасительного круга. — Болельщицы, глупые фанатки, которые не выдержали заочного знакомства с боями. Так что решили поболеть за меня лично. Правда, девочки? — брат живо подошел к нам и обнял обеих за талию, при этом так крепко прижав, что оставалось гадать, специально он это сделал или же брат не рассчитал силу. — Но они правда обе с НАМИ, — опять этот странный тон.

— А правила ваши глупые фанатки, значит, не знают? — голос стал совсем тихим и низким, с нотками хрипотцы, что не могло остаться не замеченным. Юноша, по непонятным причинам, вмиг стал свирепым.

— Знают, — Тайлер снова кинул на меня полный ярости взгляд.

— Насколько я успел увидеть — недостаточно.

Тот наконец поднял голову и уставился исподлобья на Бри. Подруга нервно вздрогнула от такой резкой смены положения. Юноша смотрел на подругу считанные секунды, после чего как-то самодовольно усмехнулся. Но нам улыбаться не хотелось в ответ. Я очень ярко это прочувствовала, когда незнакомец перевел глаза на меня. Тем более, что на этот раз усмешка не последовала. Напротив, парень как-то злобно сощурился. И продолжалось это уже достаточно долго, а он все никак не отводит от меня своего волчьего взгляда.

Почему он не улыбается? Не усмехается? Ну, хоть что-то, только не это напряженное прожигание дыры. Стало жутко, по-настоящему. И теперь эта его щетина совсем не казалась привлекательной.

— Все нормально? — Тайлер чуть загородил меня от этого парня. Только тогда я смогла с облегчением выдохнуть, ведь этот зрительный плен был нарушен.

— Начало через 10 минут, — проигнорировал тот вопрос. — Подписывай и иди, готовься.

На этот раз я не стала ничего говорить. Да и Тай предупредительно сжал мою руку, показывая всем своим видом, что весьма мною разочарован. Нет, ну а чего? Я всего лишь заботу проявила!

Стоило нам выйти из этого злосчастного кабинета, как я почувствовала на себе дюжину заинтересованных голодных взглядов. Такое ощущение, что все эти парни только что прибыли из мест, не столь отдаленных. И их совершенно не смущает, что на мне достаточно непривлекательные шмотки, что скрывают хоть какой-то намек на фигуру. Почему-то вспомнился Дарк. Казалось, что тот во всю эту обстановку должен вписываться как нельзя лучше.

— Ты спятила? — Тайлер сжал мою руку еще сильнее. Я даже скривилась в попытке высвободиться, но от этого хватка брата только ужесточилась. — Я, кажется, сказал тебе — молчать!

— Я всего лишь поинтересовалась, — перешла я на шепот. — Вы хоть раз читали эти сомнительные документы? Что там написано?

— Это тебя не касается, понятно?

— А когда коснется? Когда нужно будет всем семейством продавать дома и собирать бешеную сумму денег?

— Замолчи! — шикнул он. — Ты не знаешь, о чем вообще говоришь. Я бы не стал рисковать семьей. Так что замолчи и не вздумай вообще хоть что-то произнести до конца боя, поняла меня?

Я кивнула, решив, что хватит искушать судьбу. Мы здесь только десять минут, а я уже умудрилась озлобить какого-то незнакомца и поругаться с братом. И чуть не подставила Кендалла.

Не подставила ведь?

Пока брат тащил меня к лестнице, чтобы спуститься вниз, я чисто машинально повернулась в ту сторону, где располагался тот кабинет. У двери стояли двое. Тот, не бритый, которого мне удалось вывести из себя всего парочкой слов. И какой-то еще мужчина. Одного брошенного взгляда хватило, чтобы уловить, кивок небритого в мою сторону. И теперь, его собеседник нашел меня весьма «привлекательной». Он хитро сощурился и вытянул губы, посылая мне мнимый поцелуй. От такой картины по позвоночнику проскользнуло что-то холодное и неприятное, а по внутренностям прошелся смерч. Совсем позабыв, что меня ведут к лестнице, я чуть было не оступилась на первой же ступеньке и, скорее всего, полетела бы вниз, если бы не крепкая хватка Тайлера.

— Да что с тобой сегодня? — посмотрел он мне прямо в глаза, практически встряхивая на весу.

— Н… ничего, — кинула я встревоженный взгляд на тех двоих. Которые, надо отметить, до сих пор оценивающе меня осматривали, словно бы уже делили между собой.

Боже мой, во что я вляпалась? И главное, как теперь из этого выбраться?

 

***

Мы спустились лишь наполовину, а я уже чувствовала себя на сцене с мужской аудиторией. К тому же, одолело странное и неприятное ощущение, что предстала я перед ними в обнаженном виде. По неуверенному и слегка ошарашенному виду подруги, можно смело заявить, что чувствовала та нечто схожее. Хотя на деле, тут и без нас есть кого раздевать глазами, не прикладывая больших усилий. Большинство представительниц прекрасного пола, ограничились небольшими клочками ткани. Но, тем не менее, уже полминуты все внимание было приковано к нам. Мы словно новое блюдо, которое принесли на блюдечке, вдоволь насытившимся однообразной пищей мужикам. Так называемая «свежатина».

Не знаю, от холода или от нервов, но я обхватила себя руками, чувствуя, как меня начинает пробивать дрожь. Ради справедливости стоит заметить, что на нижнем этаже и правда, заметно прохладней. Неожиданно бесформенной кофты, катастрофически стало не хватать. Казалось, что она непозволительно откровенная. Особенно с этими дырочками, позволяющими любоваться спиной всем, кому не лень. Пристальное внимание мужской половины оказалось каким-то тяжелым. И чувствовалось почти физически. Всегда ровная, красивая осанка вдруг стала совсем неизящной. Я будто бы вся вжалась изнутри. Что ни говори, но тут было жутко.

И только сейчас я, наконец, обратила внимание на то место, где и будет происходить что-то страшное. Ринг… Сколько мимолетом видела их по телевизору или у братьев на работе, никогда они мне не казались чем-то особенным. На что стоит обратить внимание или хотя бы просто зацепиться взглядом. Но сейчас… это было что-то очень важное и значимое. Еще на стадии подбора подходящей одежды, я себе представляла такую картину, когда я подхожу и с таким деловым видом провожу по натянутым канатам рукой.

Подойти… ага… как же. Мне даже смотреть в ту сторону боязно. О каком прикосновении может быть речь?

— Не нервничай, — брат взял мою руку и скрестил наши пальцы, словно бы мы парочка.

— Вы с нами. Все в порядке… — Кендалл, приобняв Сабрину за талию, повел ее рядом. Мои губы тут же растянулись в улыбке. Я даже почувствовала, что подруга заметно расслабилась. Конечно, в таких-то объятиях.

— Ага… как же… в порядке, — скепсис Тайлера точно плеткой хлестнул по только что нахлынувшим мыслям. В его голосе слышались нотки… злости? — Ты заметил, кто тут? — обращение было к Кену.

— Они не должны быть здесь, — тихо, насколько это было возможно в данной обстановке, проговорил он. — Не сегодня. Но я не думаю…

— Не думаешь? — близнец даже не дал возможность брату закончить фразу. — Думать раньше надо было. Зря это все. Теперь… черт, надо было отказаться от боя. И… не надо было все это затевать, — последние слова он проговорил, сжимая мои пальцы, чем заставил меня нахмуриться.

— Кто «они»? — что-то мне подсказывало, не стоит задавать этих вопросов. Но… черт, мы же должны быть в курсе… хоть чего-нибудь?

— Мы, кажется, условились, что ты молчишь до победного? — мои пальцы снова оказались в плену сильной хватки Тайлера.

— Тогда… может, еще не поздно уйти? — ну, я должна была попытаться показать брату, что у меня еще остались зачатки разума.

— Начинается? — ничуть не удивился он. — Никак позднее зажигание? Ну, нет. Может, в следующий раз, будешь думать местом, для этого и приспособленным.

— Да, хватит, — подошел ближе Кендалл и подарил мне ободряющую улыбку. — Не слушай его. Просто мы не имеем права сейчас выйти, пока бой не состоится.

— Почему? — глаза Бри не могли никак сфокусироваться на чем-то одном, то и дело, бегая по всему помещению.

— Таковы правила, — пожал тот плечами.

— А вот об этом вы не упоминали! — повысила я голос. Ну да, если так можно назвать мой надрывный писк, сошедший с губ. — Вы нам не все правила озвучили, не так ли?

— Ты серьезно полагала, что эта кучка правил, в которые мы вас посвятили… это все? Серьезно?

— Ну, ладно, ты у нас крут и все такое, — попыталась я выдернуть руку, но Тай сжал ее еще крепче.

— Никуда от меня. Поняла? — брат стал озираться по сторонам, в поисках чего-то, видимо, очень существенного. — Так, — он прищурил глаза, явно нашел, что искал. Проследив за предметом его внимания, я наткнулась на какую-то толпу у самого бара. — Стой тут… вот прям тут… поняла меня?

Было даже обидно, что близнец, говорил со мной, как с маленькой. Ну, подумаешь, родился на несколько минут раньше. Ну и что? Но я, конечно, не стала спорить. Кажется, лимит терпения «мистера добрый братец» на сегодня уже исчерпан.

Стоило Тайлеру отлучиться, мне стало как-то холодно и некомфортно. Чувство, что я на всеобщем обозрении снова вернулось. И чтобы не провоцировать к себе повышенного внимания, устроилась поближе к Кендаллу. По другую сторону от Бри. Но от брата так и не отвела взгляда.

Очень уж заинтриговало, что могло заставить Тайлера покинуть меня на некоторое время. Поначалу, было непонятно, что происходит в том тесном столпотворении. Но когда до меня дошел смысл происходящего, мои глаза буквально на лоб полезли. Да нет… не может такого быть. Где-то в горле застрял ком от осознания, что я, оказывается, братьев совершенно не знаю.

Когда Тай вернулся, я словно обросла колючками, позабыв о недавнем страхе перед всей этой тестостероновой массой. Подойдя снова совсем близко, брат протянул руку. Но я свою спрятала, устремив в него свой разъяренный взгляд.

— Что? — удивление? Раздражение? Сомнение? Сколько еще эмоций проскользнуло в одном лишь слове?

Но я не спешила отвечать, я лишь толкнула брата в грудь. Ну, как толкнула… На самом деле, со стороны это наверно выглядело, будто я просто положила свою ладонь ему на грудь. Хоть я и попыталась вложить в этот жест как можно больше сил.

— Что? — Тайлер метнул взгляд на Кендалла, считая, что он пропустил нечто-то важное.

— Тотализатор — казалось, скрип моих зубов можно было расслышать издалека. После сказанного я снова попыталась толкнуть брата. Опять неудачно. — Это чертов тотализатор, не так ли? И как… скажи, как… вы умудрились вляпаться в это? Вы! Вы позор для всей семьи!

Повисла гробовая тишина… Ну или как это еще можно истолковать? Судя по тому, где мы находимся, тишине явно не место. Но между нами она существовала. Вроде бы даже весь остальной шум перестал волновать.

— Все сказала? — упс… я все-таки довела брата до точки кипения.

— Зачем? — но и меня можно понять. Я все же переживаю. Волнуюсь. — Мы что, бедно живем? Вы же держите свой клуб! Вы устроились в жизни. Просто скажи… зачем?

— Знаешь, что я скажу тебе, — нет… еще закипает. — Я не собираюсь с тобой что-то обсуждать. Не собираюсь тебя посвящать во все наши увлечения… Ты в клубе. Ты этого хотела. Теперь ты обязана держать язык за зубами. Ясно тебе?

— Увлечения? Так, это называется?

— Да, такие вот у нас увлечения! — развел брат руки в стороны, чудом не задевая проходящих мимо людей.

Наше столкновение лбом ко лбу… или вернее будет сказано, моим лбом к его подбородку, учитывая, как вымахал мой братец, уже порядком затянулось. И не предвещало ничего хорошего.

Мне не хотелось ссориться с Тайлером. За всю жизнь у нас, может, было пару серьезных скандалов, но я не хочу повторения.

— Наверно, это не все, что… нам неизвестно, да? — но тормоз мой оказался неисправен.

— Как ты догадалась? — тон… этот его тон. Он напоминал злобного пса, что грозится сорваться с цепи.

— Все! Хорош! — тормозом накаляющей обстановки снова решил стать Кендалл. Успокаивать людей у него всегда получалось неплохо. Уже не раз удалось в этом убедиться. — Сейчас не самое подходящее время для выяснения отношений! Может, притворитесь, что вам не все равно? Мне все-таки предстоит махать кулаками и получать по голове.

Тайлер недовольно отвел от меня взгляд и устремился куда-то в сторону, пытаясь успокоиться. Наверно я и правда, перегнула палку. Это все можно было затеять позже.

— Все будет в порядке, — Тайлеру стоило немалых усилий, чтобы переступить через себя и притвориться уравновешенным парнем. — Замена не так значительна. Я имею в виду, что и первого, и второго ты с легкостью одолеешь. Да черт, ты их одолеешь обоих даже одновременно! — подарил тот брату улыбку.

— Мне пора на ринг, — кивнул тот в ответ.

Кен легким движением обхватил одной рукой талию Брины и… прижал к себе. А после, хотел ее… поцеловать? Оу, это было неожиданно. Сабрина смутилась и отвернулась от лица парня, когда тот явно метил ей в губы. Темнят чего-то голубки.

Кен явно остался разочарован таким поведением девушки и… ему ничего больше не осталось, как уткнуться носом ей в волосы и обнять второй рукой. И слово «обнял» тут наверно мало подойдет… он ее прижал к себе так сильно, что мне казалось, я услышала, как ребра подруги неестественно скрипнули.

— Все, — он оторвался от девушки, оставив ее изумленно озираться по сторонам. — Давай, до встречи… — последние слова он адресовал брату, после чего они стукнулись кулаками. Это был их жест наудачу.

Мне же досталось только дружеское подмигивание, и брат в считаные секунды забрался на ринг, растолкав зевак, которые уже начинали окружать место будущего побоища. Соперника брата еще не было, поэтому, как только Кен оказался на ринге, толпа разразилась криками поддержки. А брат поднял руки вверх — типа ответное приветствие. Вот бы не подумала, что у Кендалла есть такое тщеславие. И оно у него не хилое, скажу я вам. Контрольным выстрелом брат стянул с себя кофту и отправил ее в толпу… фанаток? Ну да, кто бы сомневался, что они есть. Фанатки эти, кстати, завизжали еще больше, когда кузен погрозился скинуть и майку, но посмеявшись, все же оставил ее на себе. Вот ведь… негодник.

— Это тоже часть… представления, — губы Тайлера растянулись в довольной улыбке. Они ходят сюда биться, или послушать писк своих фанаток?

Тайлер встал между нами и обеих взял за руки. Толпа принялась подтягиваться и нас уже толкали с разных сторон. А иногда казалось, что толчки были совершенно неслучайны. По крайней мере, смачный шлепок по моей… хм… нижней упругой части тела, трудно назвать ненамеренным. Тянуло что-то выкрикнуть в ответ… но нет. Мозги у меня еще на месте, чтобы подставлять Тайлера.

Странное ощущение, что мой затылок так и прожигают взглядом. Мне не нравилось это чувство, и дабы его прекратить хотя бы на время, начала озираться. Но сзади меня уже столпился народ, которого мой затылок интересовал в последнюю очередь. В это время на ринг забрался второй парень, чем вызвал вторую волну пламенного приветствия. Но ощущение, что на меня смотрят так и не прекратилось. В этой толпе даже никого знакомого не было, чтобы заслужить чье-то такое пристальное внимание. И тут до меня дошло… надо поднять взгляд чуть выше.

Стоило мне это сделать, как новая волна страха и холода прошлась по телу. На верхнем ярусе, облокотившись о поручни, прямо на меня — тут не спутаешь — смотрел тот самый… У кого мы были несколькими минутами ранее в кабинете. На его губах поселилась нахальная улыбка. Если такое искривление рта вообще можно назвать улыбкой. В его глазах играли огоньки… предвкушения? Что я сделала? Чем заслужила интерес к собственной персоне?

Я вернула внимание на ринг… Ринг… теперь он мне не казался каким-то ужасным. Теперь он мне вообще не казался важным. Все клеточки моего тела смотрели наверх. Где стоял этот юноша и предвкушал… что-то очень недоброе.

Надеясь, что мне просто почудилось, я снова повернулась к нему.

Нет. Все по-прежнему.

Его взгляд прицепился ко мне и, казалось, отлипать не собирался. Мужчину даже не интересовало начало боя, ради которого тут все и собрались. Его интересовала я. И меня это немало беспокоило.

Еще одна волна неприятного мерзкого холода на меня обрушилась, когда к нему подошел тот… второй. Который кинул мнимый поцелуй. Между ними произошел какой-то короткий разговор, после чего тяжелый взгляд второго незнакомца также устремился на меня. Черт… от волнения я даже перестала чувствовать нижние конечности. Казалось, что я вот-вот потеряю равновесие. Брюнет кивнул главному и… скрылся. А тот, все еще крепко ухватившись за меня взглядом, игриво передернул бровями…

Черт… да что тут происходит. Я отвернулась, не в силах больше выдерживать это издевательство. Выбраться… я хочу выбраться отсюда как можно скорее. Как-то резко кислорода стало мало. И головокружение тому явное подтверждение.

— Что? — повернулся ко мне Тай. — Чего ты вертишься? Если увидела кого-то знакомого, то…

— Нет, — перебила я его. — Просто мне тут не нравится…

— Рад слышать, — брат и правда довольно улыбнулся. — Надеюсь, повторения вы сами не захотите.

Я бы высказала свои мысли на этот счет, но дар речи перехватило, когда я увидела кто к нам приближается. И страх был не столько от вида девушки, сколько от осознания, что ее друг тоже тут может быть. К нам подходила та самая брюнетка, с которой был Дарк. И это она выходила из дома братьев.

Тайлер тоже ее заметил и резко перевел свои руки выше, обняв меня и Сабрину за плечи.

— Привет, — пробиваясь сквозь толпу, проговорила девушка, окидывая нас недовольным взглядом. Не думаю, что она нас узнала, ведь все ее внимание было больше направлено на Тайлера.

— Привет, — как-то тупо произнес брат. Обычно он более разговорчивый.

— Ты сегодня в малиннике? — хм… мне показалось или я услышала нотки ревности?

На вопрос девушки, Тай как-то неуверенно пожал плечами.

Неуверенно? Тайлер?

Что-то действительно не то происходит…

— Фанатки, — странно произнес он, снова пожимая плечами. — Не мои… его, — на этот раз он кивнул в сторону ринга, где парни уже вовсю готовились вступить в схватку.

— Вот как? — прошлась та по нам холодным взглядом. — Ты сегодня какой-то напряженный…

Напряженный, значит.

Интересно, и какой же он обычно?

— Смена соперника, друг… на ринге… все такое.

— Слышала, — передернула она бровями. — Говорят, первого бойца еле откачали. Теперь лежит в больнице. С переломами.

Новость не порадовала брата. Он как-то странно усмехнулся и отвернулся. Что-то было в этом жесте… неправильное.

— Ну, не буду мешать.

— До встречи, — кивнул брат, не замечая, как усилил свои объятия. Мое плечо оказалось под жестоким прессом. Скорее всего, и Бри постигла та же участь.

— До встречи, значит? — нахмурилась я, наблюдая, как брат провожает брюнетку взглядом. — Ничего не хочешь мне объяснить?

Тай уставился на меня пораженным до глубины души взглядом. Можно подумать, это я себя веду, как влюбленная дурочка.

— Ну, понимаешь… — начал тот. — Я парень… и достаточно взрослый парень, и наступают такие моменты… когда мне нужна девушка. Как бы тебе объяснить… это нормально, что я интересуюсь девушками.

— Я не об этом! Вернее, об этом, но не совсем!

— Сейчас бой начнется. Давай потом, — отмахнулся брат, желая отложить разговор в долгий ящик.

— Это ее мы видели! — нет, я не отступлюсь. — Ну и? У нее рыжие волосы?

— Ее? — глаза Тайлера округлились так, что я была готова поверить. — Ты путаешь.

— Не путаю! Брина ее тоже… — брат мгновенно повернулся в мою сторону, что заставило меня вздрогнуть. Еще предстоит выяснить, чей взгляд тяжелее. Того главного или близнеца. — То есть, я хотела сказать рыжая ее тоже видела — скривилась я, понимая, что назвала подругу по имени, пусть и сокращенному.

— Ты путаешь, — жуткое зрелище, когда все мышцы лица становятся такими стальными. Брат выглядел так, словно бы я нанесла ему невообразимое оскорбление. — Она не могла выйти от нас, — он поднял взгляд, устремленный на брюнетку, — в общем, это невозможно.

Мои возражения требовали законного продолжения. Но… видимо, мы пропустили объявление о начале боя. Потому что секундой ранее парни вцепились в схватке. Публика бешено взревела. Имена тут были запрещены, но как-то они все равно их называли. Впрочем, в этой сумасшедшей какофонии все равно что-либо разобрать было бы трудно.

Лучше бы я не совалась сюда. Каждый удар, что обрушивался на брата, я чувствовала неким разрядом, который заставлял вздрагивать. Хоть толпа, что стояла перед нами, прилично закрывала обзор, весь ужас борьбы все равно был хорошо различим. Я не знала всех правил, которые действуют на ринге. Но на первый взгляд, там не было вообще никаких правил. Парни бились. По-настоящему. Голыми руками. Это было поистине жуткое зрелище.

Моего терпения хватило всего на полминуты, дальше я вжалась в плечо брата, отвернувшись от ринга. Нет… я не хочу… не буду. Лучше просто узнаю исход. Конечно, мне очень хотелось, чтобы брат вышел победителем. Это как бы располагает к тому, что у него будет меньше повреждений. Но на самом деле, я просто хотела, чтобы это закончилось.

Однако, кажется, кто-то свыше просто забавляется, подкидывая мне новые проблемы. На мои глаза попался второй парень. Он не спеша спускался по лестнице. Вспомнив о своем недавнем приключении, я подняла взгляд наверх. Главный до сих пор стоял там. Смотрел бой. На его лице не было ни единой эмоции, точно тому было абсолютно все равно, кто выиграет. Главное зрелище. Но на ринг он смотрел недолго. Почувствовав мой взгляд, он резко перевел свое внимание на меня. О… это было… неожиданно.

Брюнет тем временем уже спустился и стал медленно обходить толпу. Все его движения были какими-то плавными, словно бы тот растягивал удовольствие. В свете последних событий, я боялась, что он направится в нашу сторону… чтобы… не знаю. Явно что-то сделать.

Признаться, меня одолела радость, когда он подошел к какой-то девице. Но ликование было недолгим. Ведь он лишь нежно прикоснулся к ее подбородку, внимательно посмотрел в лицо и… направился дальше. Позабыв напрочь про бой, что развивался за моей спиной, и нешуточно наверно развивался, потому что выкрикивать слова поддержки начал и Тайлер, я внимательно следила за передвижениями незнакомца.

Парень уже несколько девушек обошел и со всеми проделывал одно и то же. Подходил, пристально смотрел, мило улыбался и уходил… Что это? Строгий отбор смазливых личиков? Одна… вторая… третья…

И при этом он каждый раз знал куда идти. То есть… он выискивал в толпе кого-то и шел целенаправленно. И новая волна мороза по позвоночнику. Потому что парень нашел взглядом… меня.

— Да блин, — я проговорила это вслух? Действительно… вырвалось. Но Тайлер понял это по-своему, прижав меня крепче.

— Все нормально. Я же сказал, что он его одолеет. Я уверен, тот уже не сможет ему нормально противостоять…

Что-то еще Тай говорил, уверенный, что мне это интересно. По сути, мне это и правда интересно, я ужасно переживала за Кендалла. Но… сейчас я переживала и за себя. Потому что незнакомец шел ко мне.

Ни фига. Ничего у него не выйдет. Я обхватила брата за талию и отвернулась к рингу. Пусть видит, что я не одна. Он не подойдет… не посмеет.

Как же я ошибалась. Без задних мыслей, юноша взял меня за руку. Его прикосновение было настолько нежным, что очередная волна холода, выбила из меня все зачатки разума.

Но это не осталось незамеченным. Брат резко оторвал свое внимание от боя и направил его на незнакомца. Лицо близнеца изменилось до неузнаваемости. Я никогда не видела его таким… агрессивным.

— Она со мной! — Тайлер обхватил меня за талию и выступил немного вперед, отгораживая от юноши.

— Я в курсе, — сквозь рев толпы было трудно что-то расслышать. Но мне казалось, что он сказал именно это.

— Вот и вали! — прогремел брат, прижимая меня уже до боли сильно.

— Два слова… — проговорил тот. — И я уйду.

Но Тайлер передвинул меня себе за спину. Там же вскоре оказалась и Брина. На лице подруги читалась паника. Казалось, она вообще не понимает, что произошло. Она навряд ли видела, как этот незнакомец ходит по залу, кидая странные взгляды на девушек.

— Понятно объяснил?

— Более чем! — опять же, мне казалось, что произнес он именно это. Ух ты! Мне надо учиться читать по губам. Кажется, неплохо получается.

Незнакомец яростно сверкнул глазами и… ушел.

Ушел? Я облегченно вздохнула. Не ожидала, что все так быстро закончится. Брат заметно расслабился, и снова перевел меня на прежнее место. Хотелось повернуться к главному и подарить ему нахальную усмешку. Мол, понял? Я не одна и за меня есть кому заступиться. Но от глупой мысли меня отвлек Кендалл, который вдруг поднялся на ноги…

Поднялся? Он лежал? Что я пропустила?

Зал взревел с новой силой, радуясь победе Кена. Тайлер тоже принялся выкрикивать слова поддержки, выпустив при этом нас из своего «плена». У подруги на глазах были слезы… и облегчение. Признаться, и у меня от сердца отлегло. Ведь мы должны уйти по окончании боя. Да я уже готова вприпрыжку бежать отсюда.

Тайлер двинулся к рингу, увлекая нас с собой. Но мне неожиданно помешали практически оторвав от брата. Почувствовав резкую боль в руке, за которую меня дернули, я непроизвольно вскрикнула. Что за козел? Да я сейчас… оу…

Передо мной стоял брюнет. Теперь на лице вместо улыбки господствовало раздражение. И гнев его почувствовала и моя рука.

Говорить тот не спешил. Все что он делал — это пристально смотрел мне в глаза. И я не могла отвести взгляд. Такое ощущение, что юноша мне что-то хотел сказать. Посылал сигнал… но… я наверно слишком узко мыслю и мне все необходимо говорить напрямую.

— Вали отсюда! — это безумие прервал Тайлер. Он с силой толкнул парня. В уши врезался глухой стук, свидетельствующий о немалой силе удара. Но незнакомец лишь слегка пошатнулся и, наконец, подарил мне улыбку. Лучше бы не улыбался.

— Ухожу! — поднял тот руки.

Что-то тут не то. Это какое-то сборище психов. Все эти взгляды… ухмылочки… меня уже тошнит.

— Я вот знал, что так все и будет! — прорычал брат над самым ухом. — На вас хоть мешки из-под картошки накинь, все равно найдутся… извращенцы. Хватит стоять! — с этими словами брат грубо схватил меня и подругу, которая, кстати говоря, ни при чем, и потащил к рингу.

Там нас ждал Кендалл. Вид у парня был тот еще… весь мокрый, будто бы только что побывал не на ринге, а в бане. Лицо опухшее. Из носа тонкой струйкой текла кровь. Губа напрочь разбита и отекшая. Костяшки пальцев больше напоминали месиво. Но даже не это меня беспокоило… Кендалл подозрительно хватался за бок. Гримаса на его лице говорила о том, что парню нехорошо.

— Ему больно! — проговорила Бри в ладони, которыми закрывала лицо.

— Да ну? — повернулся к ней Тайлер. — Как ты догадалась?

— Перестань! — крикнула я на брата. — Она же волнуется.

— Знаешь, где мне ваши волнения? — очевидно, Тай еще не успел отойти от недавнего инцидента. — Все! Стоим рядом и молчим!

Рисковать оказаться под дротиками острых взглядов брата я не хотела, так что предпочла и правда, замолчать.

Брат слез с ринга и уселся прям на пол, все так же держась за бок и за голову.

— Ничего, — склонился Тай над братом и похлопал того по плечу. — Ты молодец.

— Молодец? — нет, как бы я не старалась сдержаться… не мое это. — Это ужасно!

— А вы чего ждали? — взорвался Тай, снова поворачиваясь ко мне. Дротики пустились в ход. — Чего? Танцев лебедей? Представления? Фокусов? Чего?

— Это варварство! — пока я пыталась спорить с братом, Сабрина присела рядом с Кендаллом и взяла его руку в свою. В глазах подруги было столько эмоций, удивляюсь, как она до сих пор не взорвалась.

— Вот и правильно! Варварство! И вам тут нечего делать. Ясно теперь?

— Ясно! — тоже присела я к брату. — Ему нужно на свежий воздух.

— Нужно, — поддержал Тай. — Единственная верная мысль за вечер, ты растешь… Вставай, друг.

Тайлер и Брина принялись помогать брату подняться. А я беспокоилась, лишь бы у него не было серьезных травм. Я не видела всего боя, не следила за ударами. Но то, что он держится за бок… перелом ребер? Повреждено легкое? Отбили селезенку?

Пока я пыталась нарисовать себе весь список возможных травм, помещение пронзил какой-то неприятный скрежет. И звук это исходил из колонок, что были навешаны повсюду.

— Раз… раз! — послышался из динамиков громкий противный мужской голос.

— Твою мать, — лицо Тайлера приобрело какое-то неестественное выражение.

— Меня все слышат? — у бортика vip-ложи среди того народа был парень с микрофоном. Юноша стоял неподалеку от главного. Который, между прочим, до сих пор смотрел на меня. — Итак… что там принято? Ну, типа парень, который выиграл молодец, все такое. Я типа за тебя болел. Все, в общем, молодцы, всем спасибо, бла-бла-бла… Ну… а теперь, попрошу всех лишних свалить с этого наипрекраснейшего помещения. Остаются только девушки, что получили vip-приглашение на вечеринку. Время пошло.

Братьев передернуло. Даже Кен, которому только что было плохо, выпрямился и начал обеспокоенно коситься на верхний ярус.

— Какого хрена? — Кендалл буквально плевался кровью.

— Что случилось? — такая яркая реакция кузена обеспокоила подругу.

— Что случилось? — моя рука вдруг снова оказалась в плену у Тайлера. — А ты догадайся, зачем они тут… задерживают девушек, а? Думаешь, разведут костер, возьмут гитару и начнут песни напевать?

— Но… чего вы волнуетесь? Ведь остаются те, у кого приглашение имеется… значит, они вроде как добровольно… — говорить уверено не получалось. Это трудно делать, когда за малейшим передвижением следят два недобрых глаза. И этот факт уже раздражал.

Заметив мой взгляд, Тайлер незамедлительно за ним проследил. И теперь брат реально стал похож на дикого зверя. Выругавшись грубым матом, тот резко перехватил мою кисть и повел к лестнице. Он заметил главного. Понял, что тот смотрит на меня. И, черт возьми, готова поспорить, что это только начало проблем.

Глава 7

Не каждый может быть жертвой —

— тут нужна квалификация.

 

 

Только сейчас, на выходе из клуба, мужчина осознал — бутылка с пойлом, так уютно устроившаяся у него в руках, пожалуй, лишняя. И плевать ему хотелось на ускоренное восстановление. Человек от подобного количества окосеет и превратится в массу, непригодную для адекватного общения. Тем не менее, Дарк чувствовал себя не лучшим образом, продолжая винить в этом свои необъяснимые ощущения.

Непривычно вести себя более сдержанно, чем обычно, но Дарк видел перед собой две цели, которые требовали своего безотлагательного воплощения. Девчонка, указанная Заром, обещала быть сладкой (жаль, способности брата не распространяются на их таланты в сексе). И это пиршество мужчина, в порядке исключения, предпочел устроить за пределами клуба.

Ленивый взгляд вампира скользнул по телу своей жертвы, оценивая степень возможного удовлетворения. На внешность… вроде ничего, на раз потянет. По крайней мере, не придется себя заставлять принять ее за вполне себе симпатичную. Возможно, даже стоило продержать ее до утра. Парень очень не любил на завтрак кровь с донорских пакетов. Она холодная и… безжизненная, что ли. Да и ничто не сравнится с тем удовольствием, когда чувствуешь под клыками рвущуюся кожу. Подобные мысли, на уровне инстинктов, выдвигали жажду на первый план. Удивительно, что девчонка до сих пор находится в счастливом неведении. Где же хваленая интуиция? Учитывая скромный завтрак, заключающий в себе лишь пару глотков из паршивого донорского пакета, сдерживаться становилось трудно. Зверь, живущий внутри, требовал жизненно важную дозу кровяных телец.

В подвале как раз началось веселье. По подсчетам, даже самый длинный бой должен прийти к своему завершению, значит, братья приступили к пиршеству.

Дарк до сих пор был озабочен причиной, по которой все решили собраться на такой мелкий бой. Дело в другом, однозначно. И тут замешан приезд отца и этого чистокровного. Мужчина был уверен, рано или поздно он узнает все их замыслы. Но его немало раздражал факт присутствия неподалеку еще одного истинного. В его жизни только один представитель чистой крови отличался от остальных. Но это уже не имело значения.

Эти упыри слишком самовлюбленные и запросто могут потерять бдительность. Это уже случалось однажды, по весьма непонятным причинам. О которых, скорее всего, ему никто не сможет поведать. Губы парня искривились в ухмылке, навеянной воспоминаниями. Этот день он готов отмечать каждый год в календаре, как самый счастливый… и, одновременно, крайне печальный.

— Что ты сказал? — язык девушки уже слегка заплетался, хотя выпила она немного. И пьяная походка свидетельствовала о ее не совсем трезвом состоянии. Дарку приходилось постоянно ее придерживать. Если она свалится на асфальт и поранится… будет плохо.

— Ничего, — мысли о возможных ранах от падения прочно уцепились за сознание. В который раз вампир обещал не мучить себя жаждой. Это имело не особо радужные последствия.

Девушка оглянулась, недовольная той обстановкой, в которой парень решил задержаться. Но Дарку на деле было плевать, что ей там может не понравиться. Все, о чем он сейчас мог думать, это его голод, который зверем готов был вырваться наружу.

Вампир терпеливо провел большим пальцем по коже, где спряталась яремная вена девушки, предвкушая свое знакомство с ней. Почувствовав ее под своим пальцем, парень всерьез стал расценивать степень своего терпения. Но все размышления сводились к маленькому отрезку времени, который даже с натяжкой не мог превышать десяти минут.

— Почему мы остановились? — заплетающимся капризным голосом, девушка сама себя подводила к критической грани. Она не подозревала, что хорошее поведение, может быть вознаграждено хорошим вечером и незабываемыми впечатлениями.

«Тупая… курица» — от подобных мыслей вампир сам почувствовал, что, скорее всего, девушка так и не попадет к нему домой. Не успеет. Его жажда возьмет верх, откидывая любые порывы провести все без осложнений.

— Твоя машина там! — а девушка тем временем недовольная длительной паузе, планомерно притягивала к себе проблемы.

«Вот же хрень!» — парень проследил взглядом за ее пальчиком. Жертва и правда показывала на его авто. Впрочем, машина всегда стояла на том месте. Он подозревал, что большая часть девушек облюбовала его машину со всех ракурсов, мечтая забраться внутрь, и, как это говорится, «Прокатиться с ветерком».

Парень порой поражался отсутствию хоть каких-нибудь зачатков инстинктов и чувства самоуважения. Он никогда не являлся эталоном вежливости. Даже такие мелочи, чтобы пропустить даму первой или по-джентельменски открыть перед ней дверь, ему были чужды. Парень просто всегда делал, что ему было угодно. Брал, что пожелает. А если терял интерес, то мог послать двадцатиэтажным матом, не заботясь, что это может как-то оскорбить девушку. Парню всегда было на всех плевать. Этот странный интерес к его персоне можно было назвать, разве что аномалией. В который раз промелькнула мысль, что все люди — это усмешка обратного развития эволюции.

Последнее утверждение имело вполне визуальное доказательство. Никакого инстинкта самосохранения. Ничего, что могло бы подсказать девушке — перед ней опасный хищник. Даже ни намека на страх… это парню очень не нравилось. В редких случаях ему не хотелось пугать жертву. В очень редких. И этот не был исключением. Резко сорвавшись с места, Кортнер прижал жертву всем своим весом к соседней машине.

Всегда бдительная сигнализация дала о себе знать, оповестив всю парковку о весьма неподобающем поведении. Глухой стук мог свидетельствовать, что удар, пришедший на спину девушки, оказался вполне болезненным. Но ни такое тесное общение, ни верещание сирены, не были способны омрачить веселое настроение брюнетки. Иначе, откуда бы взяться этой блаженной улыбочке?

Страсть… она решила, что парня ослепило страстное желание? В принципе в каком-то смысле она права.

Вскоре противное звучание умолкло. Отсутствие взбешенного хозяина Дарка даже не удивило. Обычно, люди предпочитали держаться подальше от него и назревающего конфликта.

— Ну и? — мужчина поймал себя на мысли, что не в силах оторвать свое внимание от ее шеи. — Нравится моя машина? Хочешь покататься?

— Все хотят! — улыбка жертвы вмиг расплылась по лицу, а в глазах поселилось предвкушение.

Дарк всегда поражался, как они легко ведутся на шикарную тачку, не заостряя внимания на все небезобидные недостатки ее хозяина. Последняя надежда на какой-нибудь разум «плевка инволюции» рушилась на глазах.

— Все, — парень принялся сверлись своим тяжелым взглядом девушку, наблюдая за ее реакцией. — А ты слышала, чтобы я хоть кого-то катал?

Лицо девушки, имя которой Дарк намеренно выкинул из головы, резко изменилось. Та явно пыталась покопаться в памяти. Хоть юноша и знал заранее ответ. Он все равно терпеливо ждал.

— Нет… — выдавила она, уверенная что подобного ни от кого не слышала. Ее лицо при этом приобрело какое-то весьма странное выражение.

— Нет, — в подтверждение парень кивнул, словно бы говорил с ребенком. — А почему?

— Потому что ты никого не катаешь в своей машине? Да? — тут же нашлась девушка, нацепив на свое лицо лучезарную улыбку.

«Гребаная дура… — размышлял вампир. — Думает, будет… первой… в моей машине»

Парень скривил один уголок губ, понимая, что мозгами девчонку явно обделили.

— Промах, — надрывно засмеялся он, наверно, даже слишком громко, чем смутил свою жертву. — Знаешь, скольких я отымел у себя в машине? Слишком много, чтобы это походило на правду. Проблема в том… что те, кто уже покатался со мной, предпочитают молчать. Иногда по своей воле. А иногда… все сложнее.

С каждым произнесенным словом, голос парня все больше окрашивался хрипотцой. Глаза уже хищно блестели. И это не осталось незамеченным. По крайней мере, лицо девушки сменилось с довольного на какое-то настороженное. Наконец-то…

— Почему? — казалось, она немало раздумывала, стоит ли задавать этот вопрос. И вампир отметил про себя, что, безопасней для нее было бы обойти этот вопрос стороной.

— Я похож на того, кто будет интересоваться вашим гребаным душевным состоянием? — мужчине стоило немалых усилий для сдерживания остатков самообладания. Притом лицо его было пугающе безмятежным. Девушка впервые допустила мысль о своей ошибке в выборе. — Хотя… наверно зря. Подозреваю, что они все… боятся, — последнее слово Дарк нарочно произнес совсем шепотом, наклоняясь к шее жертвы. Почувствовав, как та хотела увернуться от его губ, парень в голос засмеялся. — И ты… будешь бояться, — после сказанного вампир еще сильнее вжал жертву в машину и резко припал губами к коже, так резко покрывшуюся мурашками. Девушка, различив в смехе парня неестественное утробное рычание, вскрикнула. — Что? — выпрямился мужчина. На лице играла ехидная улыбка. Он, словно голодный кот, желал смертельной игры со своей добычей. — Боишься? А ведь я еще ничего не сделал!

— Ты меня пугаешь! — попыталась та оттолкнуть парня, чем только спровоцировала его настойчивость.

— Рад слышать! — продемонстрировал он свою широкую неискреннюю улыбку и, лишив девушку всех возможных шансов к отступлению, припал носом к ее волосам.

Странно… какой-то слишком знакомый аромат, перебивал приторные духи жертвы. Дарк ясно чувствовал еще чье-то присутствие. Очень знакомое… которое он чуял совсем недавно… Откинув бредовые мысли (слишком часто в последнее время в его сознание врываются незнакомые ощущения), вампир прошелся языком по коже, что скрывала под собой одну из самых соблазнительных вен. Та слегка выпирала, так и умоляла обнажить ее.

«К черту» — перспектива поехать домой уже не казалась парню соблазнительной. Он понимал, что не дотерпит. И девушка ему уже надоела. Слишком тупая.

Зря она начала разговор за машину. Не будь она такой болтливой, эта ночь могла бы запомниться ей надолго. Она бы и не заметила потери нескольких миллилитров драгоценной жидкости. Вампир мастерски умел маскировать укус так, чтобы жертва приняла это за страстный поцелуй. Или засос. На самом деле такое удовольствие получали немногие. Чаще парня забавляло чувствовать страх жертвы. И неважно, что несколько позже им приходилось забывать лишние детали.

От предвкушения долгожданного ужина, глаза мгновенно налились кровью, зрение приобрело инфракрасные свойства. Вампир на секунду скривился, когда адская боль распространилась по всей челюсти. Клыки нещадно разрывали дёсны. Смешно, но это была такая маленькая плата, дабы почувствовать во всей красе боль жертвы во время укуса. Если испытывали вовсе. Дарк еще больше скривился от привкуса собственной крови. Какая ирония, что собственная плазма омерзительна на вкус.

Девушка не видела этих изменений, но, видимо, на инстинктивном уровне все же почувствовала угрозу. Ее руки тут же принялись отталкивать парня. Но тщетные попытки только позабавили вампира.

«Ну, наконец-то!» — возликовал тот. Девчонка все же не обделена интуицией и сейчас он уже во всей красе видел ее страх. Сероватый оттенок ауры был одни из его любимых.

Сопротивления девушки только подарили ему несколько секунд сладостного предвкушения. Еще немного… стоит только дотянуться… Дарк уже был близок к тому, чтобы погрузить свои острые клыки в бархатную кожу жертвы…

— Охренеть! — парень даже засмеялся. — А-то думал… — жертва вмиг перестала быть такой необходимой. Несмотря на дикий голод, аппетит улетучился. Или, вернее будет сказано, обнаружил на радаре другую жертву. — какого хрена так рябит в глазах!

Все внимание было направлено на желтую машину, в которую он все это время вжимал бедную жертву. Узнать это желтое недоразумение было несложно. Это авто принадлежит той безмозглой богатенькой выскочке.

И тут будет закономерно задать интригующий вопрос. Какого дьявола эта ванильная девчонка притащила сюда свою задницу? Дарк в нетерпении облизал свои десны, заживающие за доли секунды.

В конце концов, она задолжала ему. Глупо отказываться от платы, когда жертва сама вляпалась в паутину.

Блаженное предвкушение заполонило все мысли мужчины. Наказывать за плохие поступки, он всегда любил. Это было одно из его любимых хобби. Днем, ее задница была спасена его сытостью. Второго шанса он не даст.

Мысли парня ушли настолько далеко, что он был крайне удивлен, обнаружив под собой девушку. Бедняжка до сих пор тщетно пыталась высвободиться.

— Убирайся! — Кортнер грубо оттолкнул ее, обходя машину по кругу. Вот откуда это странное ощущение дежавю. Вот чей запах он почуял. Из салона веяло теми самыми духами, которые его взбесили еще с прошлой встречи. Парню никогда не нравился парфюм, он его злит в любом его проявлении, не говоря уже о сбое обоняния. Но один плюс в этом все же был. Так можно с легкостью отследить жертву.

— Что? — очнулась девушка. Вампир даже удивился, что та еще не приступила к спасительному бегству. Но испытание судьбы заметно раздражал. — Что случилось? — ему показалось или голос девушки дрогнул? Слезы? Разочарование? — Я… что? — и правда… ее голос дрожал. — Я… тебе… разонравилась?

— Ты что… глухая? — с этими словами Дарк повернулся к ней лицом, демонстрируя свои не полностью восстановленные глаза. Белки еще были налиты кровью. А к губам прилипла собственная кровь. — Свалила отсюда! В ужасе!

Девушка зажала рот рукой и начала неуверенно пятиться назад. Она боялась отвернуться, уставившись на лицо парня. И, похоже, до конца не верила, что ей удастся успешно покинуть это место.

— Мать твою… быстрее! — хрип мужчины заставил бедную девчонку прийти в себя и, наконец, приступить к ретированию.

Когда она скрылась в здании клуба, Дарк снова обратил весь свой интерес на машину. Тот обошел ее кругом, одаривая авто внимательным взглядом. В конце концов, его остановка состоялась у бампера, где он и присел на корточки. Если память не дает сбой, после столкновения фара осталась разбитой.

— Оперативно, — один угол губ слегка обнажил уже полностью восстановившиеся рваные раны.

И все же, вопрос ее здешнего пребывания оставался открытым. Дарк видит подобных ей куриц насквозь — любит среднестатистические кафешки, просмотры слезливых фильмов… любит тискать животных, детей и прочие сопливые радости.

Кортнер даже скривился. Всегда мутило от таких хорошеньких девчонок. Хотя, справедливости ради, его вообще от всех мутит.

Девчонка должна была прибежать по первому же зову сигнализации. Поэтому назревает закономерный вопрос: «Какого, собственно, хрена ее задница еще не здесь?».

Устроить второй дубль несложно. Парень нервно усмехнулся, устраиваясь на капоте и доставая сигареты.

Железо под ним жалобно выдало повторную мольбу о пощаде. Впрочем, и в этот раз все быстро затихло.

Что ж, мужчина не особо расстроился. Тот почти сразу принял решение. Если хозяйка так и не поинтересуется судьбой этого ядовитого одуванчика. Он найдет ему более продуктивное применение.

Итак, время пошло. А пока…

Вампир закрыл глаза, пытаясь почувствовать ЕГО на расстоянии. Бедняга тоже был голоден. Дарк во всей красе сейчас ощущал ЕГО зверское желание разорвать какую-то женщину, что проходит где-то на другом конце улицы. Вот незадача. ОН не сможет напасть без приказа. Даже шагу не в силах сделать. ОН полностью под контролем вампира. Только перед поездкой в клуб Дарк специально для НЕГО закинул в багажник кусок замороженного мяса. Наверно уже подтаяло. Надо побаловать зверюгу. Сконцентрировав все свое внимание на ЕГО ощущениях Дарк очень тихо, почти неслышно для пустынной парковки, прошептал:

— Ко мне… живо… — после чего с блаженством поднес зажигалку к сигарете, зажатой между губами.

Глава 8

Когда заходит в гости страх, душа спасенья ищет в пятках.

Георгий Александров

Крепкая хватка Тайлера, обрушившаяся на мое несчастное запястье, раздражала, даже несмотря на такую напряженную обстановку. Хорошо… согласна. Влезла, куда не следовало. Но я все осознала и даже успела принять решение быть отныне внимательней. Но… зачем же так меня держать? Брат считает, что я вконец обезумела и начну вырываться? Ну, нет. Замкнутое пространство уже давно давило. Тай даже вообразить не может степень моего желания убраться отсюда.

Собственно, я готова приступить к своему планомерному удалению от этого клуба в любую секунду. Но пробка у лестницы тормозила весь процесс.

Моей эгоистической персоне было плевать на тех, кому же посчастливилось попасть на закрытую вечеринку. В моем понимании, на подобных мероприятиях всегда остаются люди, имеющие какие-либо связи. Я не столь наивна полагать, что тут проходят анонимные сборища любителей песен и плясок. Но и вдаваться в некие подробности я не собиралась.

— Я не понимаю… ты серьезно? Ты соображаешь, что творишь? — невольное подслушивание ведь не является преступлением, так? В общем, как я уже сказала, в мои планы не входит расследование здешних криминальных дел. Но… голос парня был таким напряженным…

Для того чтобы намеренно оградить свой слух от потока информации, мне придется их просто заткнуть. Уши, в смысле. Но… чем-то же занять себя нужно?

Парочка, что стояла в двух шагах от нашей компании, решила выяснить отношения прямо здесь.

— Почему ты не хочешь меня услышать? У меня vip-приглашение. Я не могу уйти! — изумление девушки выглядело искренним, как если бы она изрекала поразительно очевидные вещи.

— Какое, на хрен, vip-приглашение? — юноша не то чтобы злился, казалось, от него в разные стороны метались молнии. — Скажи, пожалуйста, ты ведь меня разыгрываешь?

— Давай не будем ссориться? — наверно, данный аргумент показался девушке достаточно весомым, чтобы начать уверено высвобождаться из объятий парня. — Я все равно не уйду. Подожди меня дома.

— Дома? Ты рехнулась? — молодой человек внушительно возвысился над девушкой. Мышцы его лица судорожно поддергивались, а объятия его только усилились. Похоже, девушка так и не побывает на вечеринке. — Мы выйдем отсюда вместе, ты меня поняла?

Это же странно? Они пара, а девушка получает приглашение и решает его бросить?

В общем, я уже пришла к досадному выводу, что подслушивание — не лучшее занятие. Но… разве возможно предотвратить этот поток, который сам снабжает меня лишней информацией?

— Мне вот интересно… когда ты собиралась это сказать? — этот голос уже принадлежал другой особе. — Как ты вообще получила это приглашение? И когда?

— Это неважно, ясно? — отвечала ей другая девушка, подруга, как я полагаю. — Просто я остаюсь… Точка.

А вот это уже интересно.

Теперь мой взор скользил по окружающим меня людям. Большинство из них, как и мы, просто ждали, когда пробка рассосется. Но были и те, кто собирался остаться, невзирая на ранее намеченные планы.

Любые умозаключения никак не способствовали моему успокоению, так что я всеми силами заставляла себя просто… быть овощем. Без мыслей, эмоций и каких-либо потребностей. А все потому что один странный вывод, никак не подкрепленный логически, таки имел место быть. Каждая, у кого внезапно появлялось приглашение, ранее была под загадочным вниманием брюнета.

— Что происходит? — уставилась я на Тайлера. Брат непонимающе вздернул брови, так что мне пришлось продолжить. — Здесь. На этих vip -вечеринках?

— Без понятия, — его пожатие плечами выглядело убедительным, — подозреваю это… не для широкого зрителя.

Кто ж мог подумать, что этот поход на бои, которые мне не давали покоя на протяжении года, могут быть такими… неувлекательными? Все познается в сравнении? Пожалуй, кружка моего фирменного чая отныне будет привлекать меня намного больше, чем эта обитель неадекватного тестостерона.

Погрузившись в рассуждения об ароматном, вкусном напитке слишком глубоко, я упустила момент нашего планомерного продвижения на верхний ярус.

В жестокую реальность вернул брат. А вернее его кисть, стальными кандалами завладевшая моим многострадальным запястьем. Кажется, сегодня был объявлен конкурс на самый заметный браслет.

Чувство, что меня прожигают глазами насквозь вернулось сразу после того, как мы оказались на верхнем ярусе. До последнего я себя убеждала в моей, не на шутку разбушевавшейся, мании величия. Однако, доводы оказались слишком неубедительными против железного аргумента, загородившего нам путь к свободе.

— Куда-то собрались? — нашим препятствием оказался голубоглазый брюнет, видимо, посчитавший, что его игра в гляделки произведет на меня впечатление. — Мне кажется, ваша девушка была приглашена, — ошибки быть не может, слова парня были адресованы мне. По крайней мере, тот сложил руки на груди и недовольно сверлил меня глазами, словно бы нашкодившего котенка.

— Уйди с дороги! — Кендалл оказался быстрее. Тот до сих пор выглядел не лучшим образом и был готов отвоевывать свое право на глоток свежего воздуха. Немедленно. — У нас никто приглашения не получал. Дай пройти.

— У меня другие сведения, — не спешил парень открывать нам дорогу, все еще осматривая меня с каким-то неподдельным любопытством и… злостью? Злить этих парней — стояло в самом последнем пункте списка важных дел.

На этот раз Тайлер не сдержался и снова выступил вперед, отгораживая меня от этого парня.

— Во-первых, тебе ясно сказали, тут все без приглашения, — голос брата стал неузнаваемым. Который раз ловлю себя на мысли, что совершенно не знаю Тая. По крайней мере, какой-то его части. — А, во-вторых, ты глухой или где? Тебе уже сказали, они с нами. Насчет них договоренность. Не твой день, парень, так что свали с дороги.

Брат попытался оттолкнуть в сторону брюнета, но тот отразил попытку нападения, все еще загораживая нам проход к лестнице.

— Пропусти! — терял терпение Кендалл. — Они обе с нами, что из сказанного тебе непонятно?

Брюнет не спешил с ответом, он лишь усмехнулся, кидая взгляд куда-то в сторону. Тайлер тоже нервно озирался, ища поддержки в этой умалишённой толпе.

— Сейчас выясним, — Тайлер таки зацепился с кем-то взглядом. Наверно, это был тот, кто способен решить этот нелепый конфликт.

Проследив за его взглядом, я почувствовала сковавший меня холод страха. К нам приближался… главный. Его лицо напоминало безжизненный камень. Настолько оно суровое было.

— Какого хрена, нас задерживают? — нервы брата были на пределе. Тайлер уже не в силах сдерживать свой голос практически накричал на только что подошедшего мужчину. — Я же сказал тебе, они с нами.

Но тот не спешил. Казалось, он нарочно испытывает терпение братьев, так затянув с ответом. Хотя, он был очевиден, ведь все его внимание было приковано ко мне. Его изучающий взгляд скользил по телу, оставляя после себя почти ощутимые следы. И даже широкая спина брата не спасала.

Когда Кендалл решил и собой закрыть меня, юноша лишь улыбнулся. Его реакция на все это показалась мне совершенно неуместной. Главный медленно, словно бы смакуя что-то очень вкусное, провел языком по нижней губе. Сомнений не оставалось… я влипла… и, кажется, во что-то очень и очень липкое, тягучее и неприятное на запах.

Когда уже обстановка накалилась до предела и, казалось, любое движение может спровоцировать появление молний, мужчина все же решил прояснить обстановку короткой фразой:

— Девушка останется…

То, что речь шла именно обо мне, ни у кого не возникло сомнений. Брину тот даже не удостоил взглядом. Смысл брошенной фразы дошел до меня не сразу. Возникло ощущение, что слова с шумом мотора врезались в мое сознание, заставляя пошатнуться. Волна страха прокатилась по телу, проникая в каждую клеточку.

— Что? — кажется, Тайлер вмиг потерял весь свой запас словаря. — Она не останется… Она с нами. Я же тебе говорил…

— Девушка останется, — проговорил тот более громко и уверенно, словно бы с первого раза этого никто не расслышал.

— Какого черта? Она не останется! — присоединился и Кендалл. Парень еле стоял на ногах, но все равно давал понять, что еще готов продемонстрировать свою силу.

— Вы встретитесь с ней… позже, — невозмутимо продолжил главный, словно бы речь шла о прогнозе погоды. — А сейчас девушка останется. Мне необходимо пообщаться с ней. Наедине.

От последней фразы все внутренности провалились в пропасть. В горле застрял ком, который мешал не то чтобы возразить и высказать свое мнение по поводу сложившейся ситуации, но даже сделать глубокий вдох. Легкие сводило судорогой. Ноги подкашивались.

Мне стало страшно. Мне реально стало страшно. Это уже не походило на шуточные приставания. Это было нечто серьезное. В голове пронеслась тысяча сценарев с развитием событий, но почему-то ни один из них не оканчивался более-менее счастливо. По крайней мере, для меня.

— Да черта с два ты с ней останешься наедине! — взорвался Тайлер. — Она уйдет с нами.

— Да вы оглохли? — голубоглазый брюнет, что стоял за спиной, напомнил о себе своим грубым басом. — Девушка останется. Точка.

С этими словами тот подошел ближе, намереваясь схватить меня за руку. Но ладонь Тайлера оказалась быстрее и врезалась в грудь парня с каким-то неприятным звуком, мгновенно оборвав его движение в мою сторону. Лицо брюнета при этом агрессивно скривилось и направило всю свою свирепость на брата.

Интересно, насколько будет уместным, если я возникну между парнями, пытаясь предотвратить их схватку? Именно этим сейчас попахивало. Но парень, вопреки всем ожиданиям, как-то неестественно и громко засмеялся. Впрочем, это длилось совсем недолго.

Самое страшное — силы однозначно не равны. У нас всего двое парней, когда против нас выступят намного больше.

— Проблемы? — я нервно сглотнула, когда к одному из противников подошел какой-то мужчина, постарше этих двух. У него на лице красовалась… татуировка? Какой нормальный человек будет делать тату на лице? И почему меня сейчас вообще это интересует?

Главный нервно закатил глаза, но все же повернулся к подошедшему блондину.

— Рядовая ситуация, — тихо проговорил он. — Тебе тут нечего ловить. Это мои заботы.

Если взять в расчет помещение, в котором мы находимся и всех этих личностей, что нас окружают, я посчитала, что лучше мне быть незаметной. Здешние обыватели один за другим находят меня странно привлекательной. В общем, спина Тайлера показалась мне достаточно огромным препятствием для сокрытия своего маленького тельца.

Но у брелока сигнализации были совершенно другие взгляды на этот счет. Тот без зазрения совести выдал мое местонахождение, громко оповестив о бедственном положении моей подружки.

На секунду лицо так и просияло ликованием. Если это был шанс выбраться наружу, то я была готова пожать руку человеку, побеспокоившему мое авто. Когда брелок уже был у меня в руках, я собралась всем покрутить перед носом свой железный аргумент, обеспечивающий меня беспрепятственному побегу. Но… разве бывает так все просто.

Кроме всех прочих, кому мое нахождение здесь было необходимым, молнии ярости в меня принялся метать и Тайлер.

— Выруби, — брат продолжал стоять ко мне спиной, лишь один профиль был показателем его серьезности.

Серьезно? Просто «выруби» ?!

Мою машину кто-то собирается приватизировать, а я должна «вырубить»? Настороженное дыхание близнеца и нахмуренные брови, лишили меня последних шансов на нормальную речь. Что ж. По крайней мере, я знаю кому предъявить счет… в случае чего.

Выключенная сигнализация и повторная блокировка дверей в принципе подкинули надежду о сбое в системе охраны. Пора возвращаться к нашим… баранам. А именно к тому татуированному блондину, удивление которого ясно демонстрировала одна изогнутая бровь.

— Решай свою ситуацию! — нервно прошипел тот, окидывая каждого недовольным взглядом. — Я не собираюсь торчать тут всю ночь.

Рядовая ситуация… я даже усмехнулась про себя… Ну да, как уже удалось убедиться, девушки не предупреждают заранее о своих планах на вечер. Но, черт возьми, я-то тут при чем? У меня нет никакого приглашения. И мне так хотелось прояснить эту нелепую ситуацию, но язык словно связало узлом. А голосовые связки атрофировались. Потому что, даже попытайся, я бы не смогла произнести ни слова.

— Может, не будем создавать проблем? — спокойно обратился главный к брату, когда блондин вернулся к пункту наблюдения — к поручням. — Я с ней поговорю в любом случае, как бы ты ни пытался это предотвратить. И лучше, если все пройдет на добровольной основе. Если она посчитает нужным, она тебе сама все расскажет. Не так ли? — последний вопрос был адресован мне, отчего у меня все внутренности, которые до этого уже провалились в пропасть, сделали довольно-таки крутое сальто. — Ты ведь не хочешь, чтобы у твоего друга возникли проблемы?

Как бы я ни хотела произнести что-то членораздельное, у меня все равно это не выйдет. С таким же успехом можно было засунуть мне в рот кляп и требовать произнести скороговорку.

— Значит, расскажет? — терпение брата было на исходе. — Тогда я с вами… уединюсь. Раз так все безобидно.

— Нет, — ответ был категоричен без какой-либо возможности на компромисс. — Ты подождешь снаружи.

— Да пошел ты! — Тайлер грозил не рассчитать силу, с которой он сжал мою руку. Еще чуть-чуть и, кажется, мне понадобится медицинская помощь. На секунду пронеслась бредовая мысль, что это будет хорошим шансом покинуть это место. И самое страшное, я почти морально решилась на такой шаг, если бы мне предложили такой вариант. — Я уйду отсюда только с ней.

Какое-то время главный раздумывал о чем-то. Казалось, прошла вечность, прежде чем он опять заговорил. Впрочем, он снова был немногословен.

— Хорошо, — кинул тот, явно недовольный своей уступчивостью. Я уже успела с облегчением выдохнуть и хотела было двинуться к лестнице. — Поговорим вместе. У меня в кабинете.

О, черт… нет… я была готова крикнуть во все горло, что не вернусь в тот злополучный кабинет. Но опять же, это были только мои мысли. Произнести хоть слово было выше моих сил.

— Поговорим, — кивнул Тайлер.

Кивнул? Он согласился? Согласился, чтобы мы прошли в кабинет к этому парню? Он в своем уме? Кажется, паника начинала литься уже через край. Нет, я не пойду. Я ни за что не вернусь туда. В знак протеста я попробовала сделать шаг назад. Впрочем, моя попытка так и почахла, оставшись в задумках. Потому что брат рванул меня к себе поближе.

— Только вы, вдвоем… — дал понять парень, что Брина и Кендалл не приглашены.

— Хорошо… — согласие брата было произнесено сквозь зубы.

Главный заметно расслабился и, кивнув голубоглазому, что все это время стоял позади, двинулся к своему кабинету. Стойте… я же не одна заметила этот жест? Почему Тайлер никак на это не отреагировал? Главный явно дал брюнету какой-то знак.

Плохая идея… очень плохая идея.

Обычно, на таких вот страшных моментах я просыпалась, с облегчением понимая, что все это было дурным сном. Но прошлая ночь дала понять, что проснуться бывает не всегда просто.

Бредовые мысли было решено забросить куда-нибудь подальше. Очередная волна паники обрушилась на меня перед самой дверью. Тайлер, почувствовав мою медлительность, раздраженно кивнул, подталкивая меня пройти вперед…

Это было огромнейшей ошибкой.

Я даже не сразу поняла, что нахожусь по другую сторону двери. Меня больше заботила интенсивная боль в руке. Как минимум вывих или еще хуже.

Хватка брата была слишком сильной, но даже она не помогла… а вернее, явно навредила, когда его просто оторвали от меня.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я сообразила до конца, что произошло. Только спустя какое-то время, я таки сообразила, что сижу на полу этого злосчастного кабинета.

Замешательство было недолгим. Очень скоро, не обращая внимания на жгучую боль, я кинулась к двери. Глупо было надеяться, что мне дадут осуществить мои планы. Дверь оказалась закрыта перед самым носом тем брюнетом, оставив за ней разъяренного Тайлера. Брат незамедлительно принялся выкрикивать маты в разные стороны и выбивать дверь. Правда, это длилось недолго, подозреваю, что ему кто-то помешал испортить имущество клуба.

— Тааай! — вырвалось у меня, когда я кинулась к двери, натыкаясь на брюнета. — Отпусти меня! Тайлер!

Меня уже не заботили всякие глупые правила, касающиеся имен. Меня ничего не волновало так сильно, как собственная безопасность и безопасность моих близких. Пытаясь пробиться к двери, я только спустя какое-то время поняла, что нахожусь в объятиях этого голубоглазого, которому это, похоже, очень нравилось.

— А ты горячая, штучка, верно? — улыбка парня стала только шире, а мои попытки вырваться терпели крах на глазах.

— Отпусти ее, Рэндалл, — спокойный голос главного свалился как снег на голову.

Оказавшись на свободе, мое тело моментально переместилось на несколько метров от потенциальных обидчиков. Ориентироваться в обстановке в таком состоянии весьма трудно, хотя стоит отметить, что помещение было не таким уж обширным, чтобы у меня был большой простор для выбора направления. Не особо раздумывая, я вжалась в один их самых темных углов, в глубине души надеясь, что тут я стану совсем незаметной и про мое присутствие забудут.

Крики братьев до сих пор доносились до меня. Но все их слова превратились в общую массу. Господи… лишь бы их… не били…

Очень вовремя к моему затуманенному сознанию пробился один факт. Я… нахожусь в самом опасном клубе… глубоко в подвале… в закрытом кабинете с двумя парнями… которые, судя по их хищному выражению лица, настроены на что-то большее, нежели чем на простой разговор… я влипла…

 

***

 

Мгновенно все то, что я когда-то считала страхом, превратилось во что-то незначительное. Впервые в жизни я чувствую, как нижняя челюсть может дрожать. Так, что я даже не могу произнести и слова, ведь ее сводит судорогой. Неужели это все? Так глупо? Но тогда почему они уже не предпримут хоть что-нибудь? Почему молчат и бездействуют? Я уже сбилась со счета, сколько раз я переводила взгляд с одного на другого. В конечном счете, перед глазами возникла сплошная пелена.

Крики братьев постепенно стихли. Что случилось? Почему они больше не пытаются ко мне пробиться? Они… в порядке? Боже, что я натворила… зачем я когда-то приняла решение попасть сюда, чего бы мне это ни стоило? Почему я не сообразила раньше, что это может как-то навредить мне и моим близким… Там же Брина…

Преодолевая страх, я снова подняла взгляд на парней. Главный из них, облокотившись о стол, похоже, пытался сообразить, что со мной делать дальше. По крайней мере, то, как он принялся пальцами массировать глаза, говорило о том, что он в раздумьях. Второй же… кажется его имя Рэндалл, стоял неподалеку, опершись о шкафчики, и с любопытством осматривал каждый дюйм моего тела. Стоило мне встретиться с ним взглядом, как тот снова на мгновение вытянул губы, имитируя поцелуй.

Мать… твою.

Надо что-то делать. Долго я так в ожидании не выдержу. Зачем-то же они меня сюда затащили? Самые плохие мысли приходилось старательно откидывать в сторону, чтобы надежда о благополучном исходе не покинула меня окончательно.

— Ну… ну п-послушайте, — мой голос стал совершенно неузнаваемым. Казалось, я вообще слышу его где-то со стороны. — Я же н-не пол-лучала т-то п-приглашение… — дрожь не давала мне говорить внятно. Господи… соберись, всегда можно договориться. — Я н-не сделала вам ничего. Я больше не появлюсь тут и никогда не заговорю о том, что я тут была. Меня предупредили о правилах, и я буду держать язык за зубами. Но только отпустите меня и моих… друзей. У меня, правда, нет того приглашения. Я его не получала… и вообще появилась тут по случайности… я больше не приду… то-только пож-жалуйста…

— Замолчи… пожалуйста, — прервал мой жалкий бред главный, продолжая массировать глаза. — Рэндалл, — обратился он ко второму парню. — Долго мне терпеть эту истерику?

Любопытство брюнета мгновенно сменилось удивлением.

— Вообще-то, я уже сделал, все что мог…

— Еще раз! — нетерпеливо приказал тот. По его виду читалось какая-то… неуверенность? — Я видел, что тебя отвлекли.

— Пффф… — выдохнул Рэндалл и лениво направился в мою сторону. — Да мне несложно.

Что происходит? Он идет ко мне? Нет, только не ко мне… Что он собирается сделать? Истерика опять начинала подкрадываться.

— Не подходи! — вытянула я руку вперед, надеясь, что это как-то помешает парню приблизиться. — Не подходи ко мне! — невольно я перешла на крик, когда брюнет спокойно отодвинул мою руку в сторону.

— Угомонись, детка, — вернулась на его лицо самодовольная улыбка. — Дай, я на тебя… посмотрю.

Юноша больно сжал подбородок, не оставляя мне шанса отвернуться. В мыслях одна за другой мелькали сцены… продолжения этого жеста. И все оканчивались плохо.

— Посмотри на меня! — его пальцы сжались, причиняя дополнительный дискомфорт. Я бы рада исполнить его просьбу, но из-за слез, которые вдруг заполонили мои глаза, рассмотреть что-либо было крайне трудно. Все превратилось в мутное пятно.

— Пожалуйста… — я понятия не имела, о чем прошу, только чувствовала отчаяние, ощущала себя… беспомощной. Очень глупо просить их о чем-то. Если уж доводы Тайлера на них не подействовали, то на мои жалкие просьбы им точно плевать.

— Да успокойся ты! — нервозность парня пугала еще больше. Но, тем не менее, тот ослабил хватку. — Посмотри на меня… просто посмотри… — произнес тот уже мягче.

И правда… что будет если я просто посмотрю… ему это почему-то важно. Он… он ничего не делает больше.

Поморгав немного, я робко подняла взгляд на его голубые глаза, которыми он так внимательно на меня смотрел. Это длилось недолго. Всего несколько секунд, после чего тот отступил и оценивающе меня осмотрел. От ехидной улыбки не осталось и следа. Сейчас он свирепствовал, и от него исходила угроза.

— Что вам надо? — из последних сил выдавила я из себя, скатываясь по стене. Ноги превратились в вату. По всему телу распространилась слабость.

— Ну и? — главный так и оставался на месте и терпеливо наблюдал всю эту странную сцену.

Рэндалл отошел от меня в полной растерянности. Его глаза, которые он до этого щурил, округлились. Он был… удивлен.

— Рэндалл, — прервал главный нашу молчаливую эстафету взглядами.

— Кто она? — вдруг повернулся тот к главному. Тот, в свою очередь, очень ярко выразил удивление от заданного вопроса — резко вздернул брови. — Ты с таким сталкивался?

— Однажды, — как-то неуверенно передернул главный плечами.

— Ну, не-е-ет, — отвернулся Рэндалл и стал двигаться к двери. — Я в этом не участвую. Избавься от нее.

Избавиться? Он, правда, это сказал? Как избавиться? Почему-то в голову врывались только самые жуткие мысли. Такие как расчлененка или… да боже мой, какая разница, это в любом случае ужасно!

Главный проследил растерянным взглядом за нервными передвижениями Рэндалла. Но когда он резко повернулся ко мне, я вздрогнула, оказавшись к этому не готова. Далее последовал недобрый прищур. Мужчина склонил голову к плечу и отрицательно пару раз качнул.

— Говорят, завтра прибудет Майлс. Может ее отдать ему? — кажется, главный даже рыкнул, прежде чем угрожающе развернуться всем своим телом к Рэндаллу. — Ооо, извини, брат, но… — тот хитро указал на меня взглядом. — Это же как бы… не твоя девушка. Не понимаю, нахрена вообще ее сюда нужно было тащить? — мужчина, не сказав ни слова, продолжал испепелять своего друга суровым взором. Мои дела наверно слишком хороши, чтобы подкинуть мне еще их разборку между собой. — Окей, — так и не дождавшись словесного ответа, Рэндалл непринужденно пожал плечами. — Тогда избавься от нее.

— Избавлюсь, — голос главного оставался… каким-то угрожающим.

Избавиться. Он это сказал, черт возьми. И что это должно значить?

Главный, наконец, отвернулся от своего друга и приступил к нервному перемещению по кабинету. Кажется, он что-то искал. По крайней мере, мужчина то и дело изучал содержимое разных шкафчиков. Невольно возникли мысли, что главный в поисках орудия… избавления от меня.

Его разведка была недолгой. Но… в принципе, закончилась ничем. Тот, как-то нервно уперся кулаками в стол, обдумывая свои следующие действия.

Если до этого я сидела и жалась в угол, дрожа от страха и неизвестности, то сейчас моя нижняя челюсть, казалось, упала на пол с громким характерным звуком… потому что… нет, это даже произносить страшно… Но это правда. Главный одним движением стянул с себя свой джемпер. Наверно стоило бы отвести взгляд, но… я просто зависла.

От новых жутких картинок, которые заполонили мое сознание, душа готова была отправиться к праотцам, а уши заложило так, что я не могла воспринимать никаких внешних звуков. Я словно провалилась куда-то внутрь себя и лишь чувствовала, как сердце хочет выскочить из грудной клетки к чертям. Это было как-то жутковато.

Возвращаясь к реальности, я понимала, что ничего не изменилось… он, правда, был… с обнаженным торсом. Но следующие его действия заставили меня наблюдать всю эту сцену с некоторым любопытством. Парень оторвал рукав от своего джемпера с такой легкостью, словно это была какая-нибудь марля.

Но мое любопытство живо сменилось волной паники, потому что он, намотав бывший рукав себе на кулак, направился ко мне. От его уверенной походки все перевернулось, хоть я уже сидела на полу, мне казалось, что я проваливаюсь куда-то еще ниже.

— Поднимайся, — мужчина остановился напротив меня, уткнув руку с экс-рукавом в шкафчики.

Но я при всем своем желании не могла бы исполнить его приказ. Все мышцы окаменели.

После секундного замешательства, тот закатил глаза и, схватив меня за плечи, одним рывком поднял на ноги.

— Не трогай меня! — мой голос, наконец, прорвался до возможности изъясняться достаточно громко. — Не трогай меня! — впрочем, кажется, мой словарный запас резко обмельчал.

— Спокойно, — голос парня звучал уверенно и жестко. Он снова уперся одной рукой в опору за моей спиной, с любопытством осматривая меня. Да их что, черт возьми, прикалывает это делать?

Хоть между нами и было достаточное расстояние, я все равно предостерегающе держала руки у груди, повернув ладони в его сторону, готовясь в случае его приближения, отгородиться.

— Опусти руки, — спокойный, но приказной тон, который не терпит непослушания. Инстинкт самосохранения заявил о своем правлении и не позволил исполнить его приказ.

— Не трогай меня, — попыталась я вложить в свой голос максимум уверенности. Но по его искривленному рту можно было судить, что я потерпела в этом фиаско.

— Я тебя трогаю?

Трудно себя уговорить отказаться от минимальных признаков борьбы. Но все же мои руки медленно опустились. В моем воображении ярко вспыхнули, так называемые, срочные новости, снабжающие любопытных телезрителей занимательной информацией. Современному обществу, для старта удачного дня, вполне сойдет новость об изувеченном, бездыханном теле девушки, найденное где-нибудь за городом.

Трудно проецировать в свое сознание более позитивные мысли, когда над вами возвышается незнакомый парень с обнаженным торсом и таким… прожигающим взглядом.

Спасительная веточка была брошена во второй раз. В кармане штанов опять раздалось неприятное пищание. Если моя машина все еще стоит на парковке и первый раз была ложная тревога, не факт, что и сейчас прокатит. Жалобное лицо само собой изобразило котика из Шрека.

— Выключи, — брови мужчины слегка нахмурились, и он живо отправил мою последнюю надежду в известном направлении.

— Это моя машина… она там. Да блин, кто вы такие, чтобы меня держать тут? Мою машину, по вашей милости, присмотрел какой-то урод. Пустите меня к ней!

Мои убеждающие речи вызвали у незнакомца, разве что, дополнительный прищур, который приковал меня к месту. Казалось, я при всем своем желании не смогла бы двинуться.

— Выключи, — повторил тот, на этот раз шепотом. Ждать дальнейших распоряжений или, еще хуже, проявления инициативы я не стала. Под его тяжелым взглядом я повторила ранее проделанные процедуры еще раз, искренне надеясь, что на парковке моей подружке просто некомфортно. — Молодец, — кивнул тот, сопровождая взглядом мою руку, прятавшую ключи в кармане. — Как тебя зовут?

Сказать, что я была удивлена? Пфф… подобный вопрос совершенно не вписывался в эту обстановку. Ему интересно мое имя? То есть, он затащил меня в свой кабинет, напугал до чертиков, и, кстати, продолжает это делать, разделся до пояса и теперь… интересуется, моим именем?!

— Теперь ты молчишь? — снова кривая улыбочка. Да он, мать его, смеется надо мной!

— Только коснись меня… и мои братья тебя размажут, — терпение стремительно исчерпывало все свои запасы. Еще немного, и мое тупенькое поведение сменится неадекватным.

Кривая улыбка сменилась смехом. Он, правда, искренне рассмеялся, но взгляд его так и оставался… недружелюбным.

— Я не сомневаюсь. Попытаться могут, — спокойный, тихий голос, практически шепот. — Но… думаю, ты преуменьшаешь свои способности. Зачем прятаться за братьев? Ты ведь сама в силах со мной… побороться. Не так ли?

Побороться с ним? Что, черт возьми, он имеет в виду? Пока на ум приходили всякие непристойности, но я тщательно пыталась все это фильтровать.

— Может, хватит, а? — признаться, я уже успела забыть, что в кабинете находится еще один парень. Он все также стоял у двери и терпеливо наблюдал как главный собирается от меня… избавляться.

Красный огонек в мозгу внезапно начал посылать самые обнадеживающие сигналы. Интерес моим именем могло означать отсутствие в его планах действий, направленные на мое избавление.

Я уже привыкла к его такой близости… но его следующее движение привело меня в настоящий ужас. Не спеша мужчина положил свою ладонь мне на горло.

О нет… только не так…

Он не применил никаких усилий. Не сжимал пальцы, даже прикоснулся совсем слабо, но кислорода уже не хватало. Паника мгновенно заполонила любые зачатки адекватности. Я схватила его руку в жалких попытках сдвинуть от себя хотя бы на миллиметр.

— Ну же… не притворяйся. Это все, на что ты способна?

— Отпусти меня! — слезы не заставили себя ждать, предательски скользя по щекам. Страх того, что его пальцы могут в любую секунду сжаться, заставлял делать частые судорожные вдохи.

— Ну… так как тебя зовут? — более мягко произнес он, поглаживая шею?! Теперь его глаза внимательно следили за собственным большим пальцем, которым тот медленно проводил по коже.

— Какая разница? — ну разве не глупо? Я нахожусь на грани смерти, а меня сейчас заботят эти тупые правила?

— Опусти руки, — кажется, ему даже нравилось наблюдать за моими жалкими попытками в сопротивлении. — Просто опусти руки.

Был ли у меня выбор? Мужчина не выглядит тем, кто бы смог добродушно рассмеяться и объявить о безумном розыгрыше. Мое положение более чем плачевно и сомкнутые руки едва ли могли улучшить ситуацию. Тяжело вздохнув… я послушалась. Лицо парня заметно расслабилось, как и его хватка.

— Ну? — как ни в чем не бывало, он снова начал ехидно улыбаться. — Как тебя зовут? Ответь мне.

— Мия… — впервые за все время, произносить собственное имя было так… неестественно.

— Мия… — повторил тот, словно пробуя его на вкус. — И давно ты в этом городе, Мия? С твоими… братьями?

— Что? — странные вопросы. Я же… я родилась здесь. Я всегда была тут. Черт, да я практически и не выезжала отсюда никогда.

— Зар! — раздраженный голос сзади привел парня в чувства. Тот, наконец, оторвал заинтересованный взгляд от моей шеи.

— Сейчас, — поджав губы, опять же, даже не поворачиваясь в сторону Рэндалла, произнес… Зар?

Это его имя? Его зовут Зар? Не знаю, зачем мне понадобились их имена, но, может, это когда-то пригодится? И, если уж совсем откровенно, мне казалось, что это имя мне знакомо. — Ладно, — тот все же убрал руку от моей шеи и на меня обрушилось небывалое облегчение. Парень оттолкнулся от стены и продемонстрировал свисающий бывший рукав от своего джемпера. — Вот это… твой пропуск. На выход.

— Что? — не совсем уверена в своей сообразительности, но о чем он говорит? Мое сознание зацепилось за слово «выход». Какое же оно прекрасное. Как я раньше этого не замечала?

— Я тебя выведу отсюда, — пообещал он. От этой фразы я нервно выдохнула. Не зная, как реагировать на новость, чтобы потом не оказалось мучительно больно, я просто уставилась на его бездонные серые глаза. — Но… только с завязанными глазами.

О, нет… Казалось, надежда уже готова заключить меня в крепкие объятия, как все окрасилось чем-то темным и мрачным.

Вместо того, чтобы дать полноценный ответ и показать свою уверенную позицию в этом вопросе, мой язык отказался выполнять свои речевые функции, завязавшись прочным узлом. В общем, намек на мою позицию вышел в виде отрицательного мотания головой.

— Как хочешь, Мия, — парень выпрямился и устремил свое внимание на экс-рукав. Наверно, на его лице должно было проскользнуть сожаление по поводу испорченной ткани, но его вообще ничего не трогало. — Ночь длинная. Лично я найду чем заняться, — голос так и оставался невозмутимым, но почему-то я услышала в нем нотки угрозы. — Так что решай… составишь мне компанию или же выйдешь отсюда.

Остаться с этим, явно страдающим психическими расстройствами парнем? Который сверкает своим обнаженным торсом и кидает странные взгляды на мебель своего кабинета?

— Я не верю тебе! — пыталась я изолировать себя от назойливых мыслей.

— Это проблема, — кивнул тот. — И правильно делаешь. Верить мне — не самое удачное решение. Но… в данном случае, выбора у тебя нет, Мия.

Почему его тон заставляет мои коленки дрожать? Хоть он и казался убедительным, я не могла переступить через себя и просто взять и позволить ему сделать меня еще более уязвимой.

— Слушай, да свяжи ты ее уже! — Рэндалл начинал терять терпение. И его спешные перемещения по кабинету ярко демонстрировали это.

— Ну, Мия? Хочешь встретиться со своими друзьями? — главный решил проигнорировать своего друга, все еще внимательно следя за моей реакцией.

Нет… я не могу позволить ему завязать мне глаза.

А тем более, когда эта серая ткать нависает перед лицом, покачиваясь из стороны в сторону, словно маяк какой-нибудь. Перспектива такого тесного общения с ней не окрыляла. Но общение с этими неадекватами, пожалуй, еще более отвратительно.

— Почему нужно завязывать мне глаза? — прояснить ситуацию никогда не помешает. Я ведь имею право знать причины такого странного… события. — Я же была там.

Почему он постоянно усмехается над моими словами? Это ужасно раздражает и заставляет чувствовать себя какой-то глупой и ограниченной.

— Значит, ты уверена, что не увидишь там ничего… шокирующего?

Мои глаза приступили к судорожному исследованию всего того, что вообще могло попасть под взор. Лицо должно было в полной мере продемонстрировать непонимание. На деле, меня тут все шокировало, от названия сего заведения до его подвала. По всей видимости, это самые незначительные части.

Могу ли я надеяться, что меня и правда выведут отсюда целой и невредимой? Все это как-то нелогично. Зачем меня нужно было сюда затаскивать? Разговора как такого не состоялось. Цель этого странного происшествия так и остается загадкой.

— Ну, так что? — терпение у парня железное. В отличие от его друга Рэндалла. Последний заметно нервничал и, казалось, в любую секунду готов сам связать меня.

Я закрыла глаза в надежде привести свои мысли в порядок. Был ли у меня хоть какой-то выбор? Если это единственный шанс выбраться, так почему бы им не воспользоваться?

Открывая глаза, я еще надеялась, что увижу свою комнату, и это все просто окажется ужасным сном. Но наткнулась на проницательный взгляд… Зара. Это очень сложно. Я еле заметно кивнула, размышляя при этом, если он не заметит мой кивок, повторю ли я его? Или все же снова попытаюсь прийти к компромиссу. Хоть какому-то?

— Хорошо… — он увидел мой кивок. Ну, все! Теперь о чем-то размышлять бесполезно. Все, что мне сейчас остается — это надеяться на лучший исход. — Повернись…

Поворачиваться спиной к врагу… разве что-то может быть хуже? Оказывается, может. Хуже — это когда на твои глаза накидывают непроницаемую ткань и все погружается во мрак. И мне остается только слушать свое неспокойное сердце, которое своим громким стуком заглушало любой шум вокруг.

 

 

***

Невозможно представить каково это — оказаться в полном неведении, пока сам не прочувствуешь на своей шкуре. С тех пор как главный лишил меня зрения, все перестало существовать. Я потеряла всякую ориентировку во времени и пространстве. Расслышать что-либо оказалось большой проблемой, ведь грохот собственного сердца — стуком это назвать можно лишь с натяжкой — заглушал все вокруг.

Все жалкие остатки рецепторов, что еще могли функционировать, я направила на похитителей. Но разве можно что-то понять, когда кроме усиленной деятельности сердечно-сосудистой системы и непонятного шороха, тебе ничего не доступно? Паника уже стояла на пороге моего сознания с твердым намерением приступить к распаковке чемоданов. Если я на какое-то мгновение решила, что смогу пережить некоторое время с завязанными глазами, то теперь у меня появились серьезные сомнения на этот счет.

— Спокойно, — губы главного почти коснулись уха. Если он надеялся этим меня действительно успокоить, то напрасно — его голос имел прямо противоположное действие. — В твоих интересах не выкидывать никаких номеров. Ты меня поняла? — интересно, он серьезно полагает, что в таком уязвимом состоянии я буду совершать глупости? Мой вестибулярный аппарат и так с рождения откровенно стебается надо мной, так что с его экс-рукавом на моих глазах совершение подвигов равносильно самоубийству. В общем, дабы не создавать дополнительного недопонимания, я просто кивнула. — Хорошо, — Зар невозмутимо расположил на моих многострадальных кистях свои руки, заводя мне их за спину. — Спокойно, — должно быть, мой похититель уловил жалкие сопротивления. Правда, на меня снизошло огромное облегчение, стоило понять, что тисками послужат его собственные руки. Как бы там ни было, но это меня привлекает больше, нежели… веревка, к примеру. — А теперь идем… Не спеши.

Когда до слуха донесся характерный звук отпирающей двери, я поняла, наш маршрут ведет на vip-ложу. Стараясь не прислушиваться к происходящему вокруг, я неспешно делала шаг за шагом, продвигаясь в неизвестность. Но довольно-таки недвусмысленные звуки и стоны, словно бы вирусы, внедрялись в мое сознание. Боже… мне даже не хотелось размышлять в этом направлении.

Интересовал один лишь вопрос — почему меня отпускают? Ну, вернее, я на это надеялась. Страшно представить, что это всего лишь жестокое представление.

— Впереди лестница, — мне пришлось вооружиться своим самообладанием. Полезная штука, когда рядом с моим лицом так тесно граничит щетина постороннего молодого человека.

Секунды перед тем как я опустила ногу на первую ступеньку были настоящим испытанием. Момент истины. Если лестница ведет наверх, то меня ожидает выход из этого безумия. Если же первая ступенька будет ниже… и на этом мои мысли обрывались. Что я предприму при таком раскладе, скорее всего, знает так называемое состояние аффекта.

Но… о боже…

Это была ступенька, находящаяся выше пола. Я с трудом смогу описать свои чувства. Это можно сравнить с настоящим взрывом эмоций. Мое дыхание участилось, точно после пробежки километрового кросса. Кажется, даже губы растянулись в улыбке. Черт возьми, я готова давать безумные обещания, которые содержали бы в себе своевременное мытье посуды и прочие глупости, лишь бы эта хрупкая надежда не рассыпалась на глазах.

Но… не бывает все так гладко и меня пробрала дикая злость, что я, пусть всего на секунду, но допустила мысль о безоблачном решении всех проблем. Где-то совсем недалеко, приглушенно звучал разъяренный голос Тайлера. Монолог, содержащий в себе большую часть нецензурных высказываний, вернул к пониманию — в каком же я плачевном состоянии. Ноги потеряли остатки ловкости, и я бы распластала свое тело прямо на лестнице, не предотврати мое падение главный, одним рывком возвращая мне вертикальное положение.

— Спокойно! — все так же строго произнес тот, совершенно не удивляясь моему нестойкому состоянию. — Мы уже почти поднялись.

Вместе с открывающейся дверью, в мои уши со скоростью света врезалась музыка, на которую я до этого не обращала внимания. Теперь стола ясно — мы поднялись в клуб. Вместе с басами четче стали слышны и голоса братьев. Они, не переставая, бросались руганью в разные стороны, требуя прохода. Они старались пробиться… ко мне.

Так хотелось к ним прижаться, понять, что я больше никуда не отойду. И… Сабрина. Я не прощу себе, если с ней что-то случилось.

— Не спеши, — главный еще не думал меня отпускать. — Я лишь обознался. И ты в полном порядке. Тебя и пальцем не тронули. Ты согласна?

— Да! — закивала я головой. Не в том я положении, чтобы спорить. Я только сделала глубокий вдох, понимая, что свобода манит меня своим соблазном. И я не переживу, если меня этого снова лишат. Даже на время. — Да, вы просто обознались! Я так и подумала… — как можно убедительней затараторила я.

— Умница… — его шепот у самого уха волновал и… пугал. Секунды перед тем как я окажусь на свободе казались вечностью.

— Мия! — голос Тайлера заставил подпрыгнуть на месте. Он видит меня. Он близко… — Отпусти ее! Мия!

— Стой на месте… — тем временем шептал Зар, останавливаясь. — И ни шагу, пока я не скажу. Поняла?

— Да… — я была готова сейчас согласиться на все, что угодно. Даже если мне придется несколько часов простоять так. Лишь бы потом меня отпустили.

Яркие блики светомузыки больно ударили в глаза, стоило главному освободить меня от повязки. Я даже не сразу смогла сфокусироваться на том, что передо мной. Привыкнув к этому тусклому свету, я разглядела обоих братьев, прижатых к полу двумя амбалами. Неподалеку стояла Сабрина, вжавшись в угол.

— Черт возьми, чего ты стоишь, отойди от них! — крикнут Кендалл. С его носа до сих пор маленькой струйкой капала кровь.

По другую сторону от меня разместился Рэндалл, теперь я стояла посреди своих похитителей. Не самая радужная картина. Казалось, просто так меня отпускать не собирались.

— Ребята, отпустите их, и… свободны, — распорядился Зар, и два шкафа тут же подчинились без каких-либо вопросов, оставив нас одних.

Братья мгновенно оказались на ногах и направились к нам, источая вселенский гнев на этих двух парней.

Оба моих похитителя тут же выступили вперед, оставляя меня стоять позади.

— Мия, иди сюда, — сквозь зубы цедил близнец, метая молнии в Зара. Я почти повиновалась, но короткий взгляд главного в мою сторону тут же заставил все мои мышцы окаменеть.

— Не торопись, — непонятно кому было адресовано послание Рэндалла. Но уверенная поза парня, со сложенными руками у груди, давала понять — спор тут неуместен.

— А теперь все успокоились, — главный оставался невозмутимым. Черт возьми, как ему удается оставаться таким спокойным и одновременно источать немыслимую угрозу? — Я же сказал, мне нужно было с ней всего лишь поговорить наедине. Так и было. Ее никто не трогал.

— Да черта с два я сейчас успокоюсь! — двинулся Тайлер на парней.

Ох, только не это.

Я отправила брату умоляющий взгляд. Злить этих психов — не лучшее решение. Моя безопасность по-прежнему оставалась на волоске и, черт возьми, я буду просто нереально зла, если Тайлер сейчас все испортит своей вспыльчивостью.

Кстати… напомните мне больше не применять свою богатую мимику, когда я собираюсь что-то донести до близнеца. В общем, он мой посыл расценил по-своему.

— Да, мать вашу… я вас урою! — все, добрый и более-менее контролирующий себя Тайлер ушел в отпуск. Сейчас я наблюдала разъяренного зверя, готовящегося к атаке.

— Вот как? — я не видела лица главного, но готова поспорить, тот снова нацепил на себя хитрую улыбку. — Хочешь выйти со мной на ринг?

Ой, нет… если так, то… это же будет бой без правил, так? Осознав весь ужас ситуации, которая может произойти, я замотала головой, в надежде, что Тай обратит на меня внимание. Черт, да такого явного жеста, разве что слепой не заметит. Какого хрена, спрашивается, Тайлер пренебрегает одним из органов чувств?

— К черту твой ринг! — это было последнее, что он смог выдавить из себя, прежде чем, сжав пальцы в прочные каменные кулаки, направиться в сторону соперников.

Ну вот и все… все кончено… Последняя надежда на более-менее благополучный исход грозила помахать ручкой. Время вдруг потеряло свое движение. Все события превратились в мерзкий тягучий кисель.

Когда брат оказался уже совсем близко к Зару и, казалось, удар в челюсть последнему обеспечен, он совсем без видимых усилий оттолкнул Тайлера. Хотя, пожалуй, это не самая верная трактовка в данной ситуации. Главный просто впечатал брата в стену. Последний с глухим стуком столкнулся с ровной поверхностью, а затем медленно осел на пол.

— К черту, говоришь? — голос главного мелодично растягивался, в то время как он небрежно осматривал свои пальцы. Было в этом… что-то пугающее. — Считаешь, идея разумна? — брат медленно, опираясь о стену, поднимался на ноги. Однако, в очередную атаку тот кидаться не спешил. — Что, встряска завела твой мозг, Тайлер? — я вздрогнула, осознавая любопытный факт — главный произнес имя брата. Тот, к слову, не выдал никакой реакции. — Мог бы и догадаться, что привел я ее не для того, чтобы устроить акт прощания.

Мужчина резко повернулся ко мне, и, схватив за локоть, пододвинул к себе ближе.

— Ты ведь не откажешь мне в любезности пообщаться с тобой еще раз? — тихо шепнул он мне на ухо так, чтобы никто этого не услышал. Не уверена, что я в состоянии продуктивно общаться. Впрочем, вопрос, скорее всего, был риторическим. Не дожидаясь момента, когда его пленница соизволит логически мыслить, он… легонько подтолкнул меня вперед.

Честно признаться, я какое-то время стояла на месте, не до конца осознавая, что меня больше не держат. Опомнилась я, когда Тайлер, преодолев свое головокружение, переметнул мое амебоподобное тело себе за спину. В ответ на обеспокоенный взгляд Брины, я еле заметно кивнула. Сейчас не лучший момент утверждать, что со мной и правда все в порядке, не считая безвозвратно погибшие нервные клетки.

— Считай, что я оказал тебе услугу, Тайлер. Ты еще не готов, — тем временем главный дал понять — разговор не окончен. — Но ты нас неплохо радовал все это время. Мне бы не хотелось терять такого бойца.

Я верила, что брат сейчас снова не сдержится и отправит Зара на все стороны, которые были в его лексиконе. Но тот лишь поджал губы.

Не стану рассказывать, как сильно я надеялась на заявление братьев об окончании их сотрудничества. Бесполезно об этом рассусоливать, ведь ничего не произошло. Братья не собирались отказываться от этого сомнительного заработка.

— Это все? — спорить они явно не собирались.

— Нет, — спокойствие главного напрягало до ужаса.

Он не желал отводить от меня своего жадного взгляда. Уверена, это не последнее наше общение. По крайней мере, тот явно настроен на повтор. В одно мгновение в голове промелькнуло несколько вариантов, которые помогли бы избежать этого нежелательного общения. Но только одно было самым удачным — уехать на время. В этом случае, никто не пострадает… наверно.

— Последние события несколько меня огорчают. Мне начинает казаться, что вы как-то халатно стали относиться к вашей работе. Третий парень в больнице, — последние речи главного спровоцировали острую нехватку кислорода. — Переломы конечностей недостаточно убедительное наказание? — тот медленно поднес руку к лицу, проводя ей по щетине. — Альтернатива в виде кладбища… способна отрезвить? Включите этот пункт в правила. И… Тайлер, — главный, не стесняясь, приступил к разминанию мышц, демонстрируя нам свое мускулистое тело. — В случае чего, ваш клуб я прикрою за ненадобностью… Свободны.

Какое-то время братья еще пытались поиграть в странную игру под названием «кто кого пересмотрит». Но потом все же медленно двинулись в зал, где происходило веселье ни о чем неподозревающих людей. К их благу, надо отметить. Кстати, я тут отметила, что иногда полезно доверять слухам и не кидаться самой расследовать степень их правдивости.

Мои торопливые движения, приближающие к выходу, имели не один смысл. Покинуть это мерзкое помещение, как ни странно, не возглавляло мои самые горячие желания. И лишь вид подружки на прежнем месте позволил полностью выдохнуть.

Пусть здание клуба находилось совсем поблизости, и опасность еще рядом, меня охватило чувство уюта и безопасности. Я легонько прислонилась к своей машине, словно бы просила у нее прощение за мой жестокий поступок.

Впрочем, проблемы не улетучились. Я это поняла, когда меня грубо к себе развернули. Наверно, не стоит говорить кто это был? Конечно, братья оба были в бешенстве, но привычней это демонстрировать Тайлеру.

— Ну что? Понравилось? Этого ты хотела? — брата не заботило, что сейчас он являлся истинным воплощением дьявола.

— Хватит, — отвернулась я от него, продвигаясь к двери машины. Говорить что-то еще язык до сих пор был не в состоянии. Все мои желания витали дома, с кружкой ароматного чая и… в безопасности. И в одиночестве.

— Хватит? — ладони брата расположились на машине тяжелым грузом — ее жалобный скрип заставил мое сердце сжаться. — Мия, черт тебя, ты понимаешь…

— Тай, — перебил его Кендалл, вытирая какой-то тканью кровь с лица. — Не сейчас.

Я отправила двоюродному брату благодарную улыбку. Его чуткость была как нельзя кстати.

— Мия, что там было? Они тебя серьезно… не трогали? — девушка не в силах была совладать с дикой дрожью в голосе. Наверно, оказаться в лапах этих маньяков не так страшно, как мучиться от неизвестности.

— Все в порядке, — желание возвращаться в минувшие события показывало нулевую отметку, но перед глазами невольно начали мелькать неприятные картинки. — Они меня и правда не трогали… вроде как… — пыталась я определить смысл слова «трогали». Нет, они, конечно, прикасались ко мне, но совсем не в том смысле, который тут все имеют в виду. — Мне кажется, они обознались, — вспомнила я наставления главного.

— Почему тебе завязали глаза? — не унимался Тайлер. — и почему Зар… он тебе там что, стриптиз танцевал?

— Я не знаю, ясно? — пережитое заметно меня истощило. Кажется, без дополнительной опоры, сохранять вертикальное положение не представлялось возможным. К слову, опорой послужила машина.

— Конечно, ты ничего никогда не знаешь. Ты только приключение на свою задницу искать можешь!

— Ах, поговорим о приключениях? — почувствовала я приток уверенности. — Может, тогда вы оба объясните мне, что происходит? Как ваш клуб к этому причастен?

Какое-то время Тайлер выглядел пораженным, но он очень скоро пришел в себя, снова нацепив выражение разозленного старшего брата. И в данной обстановке было бы совсем неуместно ему напоминать, что старше он всего на несколько минут.

— Не лезь не в свое дело… — медленно произнес он, выделяя каждую букву.

— Скажите, ребятки… — оживилась подруга, теряя интерес к маленькому камешку, который до этого перекатывала своей кроссовкой. — У вас там непросто секция по боксу?

— Брина… — к выражению боли на лице Кена присоединилось еще и недовольство. — Не надо.

— Да это для прикрытия! — поддержала я подругу. — Что у вас там происходит? Кастинг бойцов?

— Да, блин! — покусывая нижнюю губу, Тайлер неуверенным шагом передвигался по кругу. Руки его никак не могли найти себе применение. Они хватались за волосы, создавая из них взъерошенное нечто. А иногда очень агрессивно сжимались в кулаки. — Умолкните. Обе. Просто… — ледяной взгляд окатил меня холодом. — Закрыли тему.

— Думаю, нам всем нужно успокоиться, — Кендалл все еще хватался за бок и пугающе морщился. —

И… поехали уже.

Брат, игнорируя боль в теле, попытался притянуть к себе Сабрину. Но девушка замешкалась, посылая тому свой не особо дружелюбный взгляд.

— Нужно вызвать скорую! — я начала проверять карманы джинс в поисках телефона, запоздало вспомнив, что оставила его в бардачке.

— Не здесь, — рявкнул Тай, открывая дверь своей машины.

Брина заботливо помогла забраться Кендаллу на заднее сидение. Парень при малейшем движении корчился от боли. Господи…

— Мия… — подошла подруга. Неуверенные попытки завязать разговор отвлекли меня от поиска мобильного аппарата. Странные движения, которыми Бри пыталась убрать выбившиеся волоски со лба, заставили вообще забыть про мое недавнее занятие. — Ты… как? В порядке?

— Да, Бри, все нормально… просто… я хочу домой. Хочу побыть одна… На самом деле одна, — кинула я взгляд на открытые двери машины, из которых терпеливо выглядывал Кендалл. Мне не нужен был словарь жестов, чтобы понять намерения подруги. — Фу, блин… зачем я вообще нацепила эту кофту… мне что теперь все придется выкидывать, в чем меня… зажимали? — в меня не дышали на этот раз гнилыми парами, но… какое-то фантомное ощущение оставалось. Я помню взгляд Зара, которым он касался меня почти ощутимо. И… в общем, это продолжалось.

— Так тебя… — девушка сжала губы и осторожно оглянулась на парней, убеждаясь, что те не могут слышать ее тихого голоса. — Мия, скажи, что там было? — зашептала Сабрина, когда я засунула голову в салон машины, осматривая остатки запакованных вещей с распродажи. Кофта вмиг трансформировалась в подобие капкана, который я не могла терпеть ни секунды на своем теле.

— Ничего не было, — без задних мыслей я стянула с себя кофту, отправляя ее скомканной массой вглубь салона и приступила к уничтожению целлофановой упаковки, дабы добраться до новой футболки. — Они, похоже, сами не ожидали, что… обознались.

— Дьявол! — казалось, Тайлер только что представился, показывая свою вторую сущность. Не хватало, пожалуй, паров адского пламени. — Ты вообще соображаешь, где решила устроить стриптиз?

— Успокойся! — можно подумать, народ тут вконец одичал и способен броситься на убогую демонстрацию купальника. Тем не менее, я поспешила натянуть на себя футболку. Правда, не получилось блеснуть ловкостью, потому что сначала я натянула ее задом наперед. — Доволен?

— Другого времени нельзя было найти?

— Все, хватит! — с этими словами я забралась в салон, давая понять, что решительно настроена покинуть это место. — И куда ты устраиваешься? — ошарашено окинула я взглядом подругу, когда та открыла дверь со стороны пассажирского сидения. — Я же сказала, что одна хочу побыть… и… ты Кендаллу сейчас больше нужна, чем мне.

Удивление Брины тянуло как минимум на апокалипсис.

— Ты с ума сошла? Я не брошу тебя сейчас, — устраивала та уверенно свою пятую точку на сидение.

— Давай так, — я вцепилась в руль, надеясь, что мне не придется долго уговаривать подругу сделать то, чего она сама желает больше всего. — Ты прекрасно знаешь этих олухов. Они приедут домой, нажрутся пива и решат, что это самая лучшая процедура оздоровления, — про возможный съем я решила промолчать. — А ты просто обязана проследить, чтобы приехала скорая и осмотрела Кена. У них есть склонность… преуменьшать свои травмы. Так что выметайся из машины! — мимолетного взгляда, брошенного в зеркало заднего вида, оказалось достаточно. Выглядела я не лучшим образом и… шансы на компромисс сами собой отсеивались.

— Ты, правда, в порядке? — угрызения совести, атаковавшие подругу — последнее, что меня сейчас порадует.

— Куда едем? К нам? — заглянул Тайлер в приоткрытую дверь со стороны Брины. Поймав мой, полный решимости взгляд, ему не требовался перевод моих мыслей в словесную форму. — И? Какой план?

— Я поеду с вами, — подруга мужественно решила взять удар на себя. — Мне надо убедиться, что вы больше не наделаете глупостей.

После затяжного молчания я решила прояснить обстановку — убедиться, что у Тайлера сохранена способность к речи. Когда наши глаза встретились, стало ясно — за право в уединении стоит еще побороться.

— Некоторые вещи никогда не меняются, — Тайлер покачал головой, выставляя мне диагноз неизлечимого заболевания. — Самую безумную из всех нас… даже вместе взятых, — тут последовал взгляд брата, красноречиво сообщающий о моих умственных способностях. — ты предлагаешь отпустить одну домой?

— Тай, — дол;но быть, выражение моего лица было настолько страдальческим, что даже близнец был не в силах противостоять ему. — Пожалуйста. Мне это необходимо.

— Ты в порядке? — облокотившись о дверную раму (что ж всех так тянет на это действие!), брат, наконец, сменил свое гневное выражение на более доброжелательное. Из последних сил мне удалось вымучено натянуть улыбку. Наверно, это было слабое доказательство моего «в порядке» — состояния. Но Тай оказался более чутким, чем я ожидала. — Ладно, — кивнул тот, делая шаг назад, тем самым давая Брине проход.

Брат напоследок проинструктировал меня о нашем совместном маршруте, дабы сократить одиночную поездку до дома, и поспешил занять свое место водителя.

Когда Тайлер захлопнул двери, я поняла, как все это время мне хотелось погрузиться в тишину. Никого не слышать. Ни с кем не разговаривать. Просто побыть одной. Предвкушая перспективу блаженного спокойствия, мои губы, наконец, смогли растянуться в искренней улыбке.

Как и договаривались, до назначенной развилки мы следовали в одном направлении.

Мне осталось лишь доехать несколько километров по прямой. И я дома… одна… в тишине. Без расспросов. Без вынужденных разговоров. Я уже представила, как погружусь в горячую пенную ванну, отпущу все напряжение и… со свежей головой приму все необходимые решения.

Только я подумала о блаженных водных процедурах, как к реальности меня вернул бешеный гул, который со скоростью ветра пронесся мимо меня.

Гонщик…

Ну, конечно, по прямой они гонять горазды, пока их не засекут копы.

Я проводила уставшим взглядом потенциального камикадзе, радуясь, что он на одиночном заезде. Не хотелось бы наблюдать табун гоночных машин.

Руки слегка дрогнули, заставляя машину слегка неустойчиво себя вести на дороге. Гонщик, будто бы прочитал мои мысли на расстоянии, и собирался объяснить в чем же я не права. В общем, он развернулся и… поехал по встречной, мать его, полосе.

Что за черт?

Его продолжительные мигания фарами, а после и подмигивающий поворотник, дали понять, чего же водитель от меня добивается.

Я не успевала ухватиться за хоть какую-нибудь мысль, потому что они сменяли друг друга с поразительной скоростью. И каждая безумней предыдущей. Впрочем, все их смело можно было отправить в корзину. Потому что, когда дело касается этого человека, всю логику автоматически следует отметать.

Когда я послушно свернула на обочину и смогла разглядеть машину, что приближалась ко мне, внутри все сжалось. Если я была уверена в истощении на сегодня запаса плохих новостей — вышла ошибка. Напротив меня на обочине остановилась машина, которую я никогда не пожелала бы видеть в пределах пары десятков километров от себя. Второй встречи для этого безумного дня было, пожалуй, слишком…

Глава 9

Никогда не приходилось анализировать свои чувства. Ну, вернее, не в такой вот обстановке и не с такого ракурса. Но сейчас, уткнувшись лбом в руль, я пыталась хоть как-то упорядочить все то, что творилось со мной. Сердце отплясывало макарену. Казалось, что ритм превратился во что-то сплошное и неразличимое. Руки охватил легкий тремор, а газ, который должен заполнять мои легкие, словно бы покинул салон машины.

Налицо одно из проявлений стресса. И в данном случае я задыхалась от злости. Она меня просто накрыла с головой. Такой ярости я, пожалуй, еще не испытывала. Навскидку не вытащу из памяти ни одного похожего момента.

Я намеренно не собиралась поднимать взгляд и наблюдать, как эта темная личность, явно довольная собой и произведенным эффектом, выплывает из своей машины. И вообще-то… он это уже сделал, судя по тому, что пару мгновений назад дверцу его машины захлопнули. Какое-то время я еще ожидала, что последует повторный хлопок. Я же сегодня неудачница. Слишком шикарно, если он в салоне находился один.

Когда уже прошло достаточно приличное количество времени и дальнейшее ожидание еще одного пассажира бесполезно, я все же лениво оторвала свой, затекший от тесного общения с рулем, лоб.

О… черт…

Глупо, конечно, ожидать, что этот парень явится в смокинге с букетом алых роз в руках, но, тем не менее, такого пронзительного взгляда я не ожидала. Казалось, он способен им прожечь стекло, сквозь которое пялился прямо на меня, уткнув ладони в мою желтую подружку.

Кстати, не забыть бы ее потом продезинфицировать.

Губы мужчины дрогнули в какой-то очень сомнительной улыбке. Ну, могу смело заверить, доброго в ней ничего нет.

Да, боже мой! У меня на лбу написано, что сегодня я звезда дня с очень говорящим названием «День козла отпущения»? Или, может, полнолуние так на них влияет? Но эту версию я тут же откинула — на небе отчетливо различался светящийся серп. Была еще мысль скинуть это на Хэллоуин. Всякого же в фильмах показывают. Но тогда они поторопились. Потому что праздник всех святых выпадает на следующую ночь.

Что им всем понадобилось от меня? Почему сегодня? Нужно обязательно отметить этот день в календаре, как самый черный в моей жизни. Не припомню, чтобы столько неприятностей на меня свалилось разом.

Я судорожно начала копаться в своей памяти, ища хоть какой-то компромисс с нашей последней встречи. Но все, что я смогла припомнить — это его неадекватная реакция на мое предложение финансово решить сложившуюся ситуацию. А также… он вбил мой телефон и практически велел терпеливо ждать распоряжений от него. И что? На него снизошло озарение? Как-то стало тревожно, ведь моя больная фантазия начала кидаться в меня самыми изощренными вариантами.

Но вопрос так и оставался открытым. Что, нельзя подождать до завтра? Или… он мне не смог дозвониться и решил, что я попытаюсь от него скрыться? В принципе, я как раз и планировала, что все его звонки так и останутся проигнорированными.

Только я потянулась к телефону, чтобы проверить наличие пропущенных звонков, как рука сама отдернулась. Перед глазами возникла картинка разбитого телефона. Нет, я не готова расстаться с гаджетом таким вот способом. Я к тому, что этот неадекватный тип явно вобьет себе в голову неверные мысли.

Когда парень выпрямился, я судорожно вцепилась в руль так, что костяшки пальцев побледнели.

Спокойно. Двери заблокированы. Я в безопасности… наверно.

Мое богатое воображение тут же подкинуло весьма красочные кадры, как Кортнер выбивает стекла машины и добирается до меня… жуть.

Но мои ожидания в плане скорейшего приближения Кортнера, явно надо мной посмеялись. Потому что…

Серьезно?

Развернувшись ко мне спиной, парень плавным движением устроил свою задницу на капот моей машины! Моей подружки!?

Второй шок меня настиг, когда тот, без каких-либо раздумий, достал сигарету и начал прикуривать. Это как вообще называется? Ему нужно место для того, чтобы травить свой организм никотином? Ну, так почему это должна быть моя машина?

Захватившее меня возмущение требовало свой выход в свет…

Я решительно и протяжно выдала гудок. Впрочем, не знаю, чего я должна была ожидать, но Дарк ясно дал понять, как относится к такому проявлению моего твердого слова. Тот даже не поворачиваясь, продемонстрировал лобовому стеклу средний палец свободной руки. И я бы проглотила этот жест, который я как-то давно научилась игнорировать. Если бы он не поманил меня им же.

Собираясь с мыслями и пытаясь хоть как-то профильтровать все то, что я хотела бы ему высказать, я опустила стекло и выглянула из салона.

— Эммм… мне надо домой… — мне тут же захотелось засунуть свою голову куда-нибудь глубоко в песок. Ладно, до песка долго добираться. Можно закатать прямо в цемент. Неужели, отбросив все фразы, которые могли бы его хоть как-то задеть, осталось только ЭТО?

Парень лениво повернул голову, позволяя мне рассмотреть его профиль во всей красе. Кажется, его позабавила брошенная мною фраза.

— Выходи из машины, — перед тем как бросить этот бескомпромиссный приказ, Кортнер выпустил из легких внушительную порцию дыма.

— Нет! — ну, я постаралась, конечно, вложить в это слово всю свою уверенность. Но на самом деле, я даже неуверенна, что тот меня расслышал. Черт, ну чего я такой тормоз? Может, если перейти на его лексикон он меня поймет? — Свали с капота моей машины, понял?

О… я это правда сказала? По телу пробежался ручеек адреналина, но он тут же превратился в ровную гладь. Потому что Дарк оставил без внимания мой выпад, на который я так долго решалась и, готова поспорить, повторить я не смогу. Парень тем временем продолжал наслаждаться сигаретой.

Как же я устала от этого всего. Любоваться спиной мужчины не доставляло никакого удовольствия, а тем более наблюдать, как тот заполняет свой организм ядом.

Пока я раздумывала, какую бы еще фразу кинуть, чтобы до него дошла, наконец, степень моего… отвращения, как тот снова продемонстрировал мне свой профиль.

— Ты глухая? — донесся до меня его неприятный хрип. — Вытаскивай свою задницу из машины или этим займусь я.

От брошенной фразы по позвоночнику проскользнуло что-то очень неприятное и холодное. Он ведь исполнит свою угрозу. Один раз Дарк это уже сделал.

Когда моя рука потянулась к дверной ручке, меня словно бы перевернуло, и какая-то вторая личность решила высказать свою точку зрения.

Почему я так легко иду на поводу? Что, кинул мнимую угрозу и я, такая козочка, должна перед ним запрыгать? Да кто он вообще такой? Я свободный человек и вольна делать все, что взбредет в голову. И я совершенно не обязана поддерживать с ним беседу. А, следовательно, идет он лесом! Я не хочу и не буду покидать свою машину по его прихоти. Я хочу домой. И я поеду домой. Так что…

Пока моя уверенность не предприняла попытку, поджав хвост, сбежать в какой-нибудь темный уголок, я обхватила руль и принялась сдавать назад. Он спрыгнет, не будет же он сидеть на капоте движущейся машины.

Честно признаться, я до последнего момента не верила, что всерьез сделаю это. Хотя что уж тут. Мозг решил отключить функцию, отвечающую за инстинкт самосохранения.

Пока я сдавала назад, Кортнер плавно соскользнул с капота и теперь бросал на меня убийственный взгляд. Кажется, его вид был немного… растерянным. И… ошалелым.

Глубоко вздохнув и бросив на Дарка взгляд полный вызова и уверенности, я вдавила педаль газа до предела. Как же захотелось сейчас в ответ продемонстрировать его же жест, но… лучше я крепче буду держаться за руль. Я не умела ездить так быстро. Меня всегда пугала скорость, а также всякие жуткие картинки аварий, проникающие в мой мозг.

Фуууф… я сделала! Я это сделала! Я кинула Дарка Кортнера!

Я надрала задницу самому Шрамощекому!

Я кинула ему вызов!

Я… я… я дура…

Именно так я сейчас могла себя назвать, заметив в зеркалах заднего вида, как машина парня с внушающей скоростью меня догоняет.

Руки, что располагались на руле, одолела дикая дрожь. Как бы сейчас жуткие картинки ни мелькали у меня перед глазами, как бы они ни пугали меня, но я практически не отдавая себе отчет, отчаянно пыталась набрать скорость.

На какое-то время мне даже почудилось, что я смогла прилично оторваться. Мой дом находился уже через квартал и был виден… но… я же не могла его привести прямо ко мне в дом!

Заметив, что преследователь отрывается, я решила проехаться дворами. Этот квартал я знала наизусть, так что сюрпризов быть не должно. Довольно-таки уверенные маневры зигзагами и я у дома…

Мое сердце стучало так, словно я сама на своих двух, преодолела полосу с препятствиями.

Заглох мотор, погасли фары. Я застыла.

Тишина… на улице ни души. Хотя нет… соседи слушали музыку. Где-то проходила компания ребят и громко обсуждала что-то весьма увлекательное. Жизнь идет своим чередом… как и должно быть. А опасного парня рядом нет. О боже, я это сделала. Я избежала общения с ним. Надо… зайти в дом. Там я буду в безопасности.

Телефон! Я вытащила из бардачка аппарат, но он оказался жестоко лишен энергии.

Прислушавшись к улице, я убедилась, что нигде не слышен звук мотора. Наш квартал был спокойным. И машины мимо проезжали нечасто.

Тем не менее, стараясь производить как можно меньше шума, я осторожно открыла дверь. Несмотря на то, что на первый взгляд все было спокойно, меня не покидало предательское ощущение неминуемой расплаты.

Только эта мысль проскользнула в моем сознании, как я оказалась зажатой между своей машиной и каким-то мощным и высоким телом. С татуированными руками.

Дарк…

От такого бесцеремонного столкновения, мои легкие с силой вытолкнули воздух, что я до этого успела набрать. А спина в который раз заныла, подсказывая, что там непременно будут красоваться синие пятна.

— Что, решила поиграть? — голос, который и без того заставлял мои коленки подкашиваться, ночью звучал еще ужаснее.

Пока я соображала с ответом, мужчина медленно перевел одну руку мне на горло… и стал поглаживать большим пальцем. Оу… это движение было таким неожиданным. Я бы даже могла назвать его нежным, если бы это был не Дарк. Скорее всего, он размышлял как меня прикончить. И… может, они с Заром сбежали из общей психушки? Какие-то у них одинаковые наклонности.

— Н-нет… — поторопилась я его заверить. Нужно было сказать хоть что-то.

— Нет? — издевательская насмешка тут же озарила его лицо. — А вот я хочу поиграть… по моим правилам.

Он сейчас был похож на кота, который, прежде чем съесть мышку, должен сыграть с ней в смертельную игру. И почему я не уехала вместе с братьями? Браво, Мия! Здравая мысль как всегда очень вовремя…

— Дарк… отпусти меня… — из последних сил высказала я. Казалось, я вот-вот упаду в обморок.

Нет… это слишком для одного дня. Слишком много потрясений. Я не выдержу… я устала.

— Зачем? — Кортнер оглянулся на дом. Темные окна свидетельствовали о его… пустоте. — Тебя кто-то ждет?

Даже не знаю, что заставило меня опять начать тупить и забыть весь словарный запас. Его странный вопрос или взгляд? Казалось, что глаза его стали еще темнее, а выражение лица более суровым.

Было бы как раз неплохо, что меня кто-то ждет… Так появился бы хоть какой-то шанс решения проблемы. Но не скажу же я, что меня дома ждет голодная кошка, которую может накормить только Сабрина?

— Твой бойфренд, к примеру? — кидал тот новую порцию издевательств, приправляя все это жутким прищуром. На протяжении всего времени он не отпускал мое горло, по которому то и дело проводил пальцем, сопровождая это движение каким-то озабоченным взглядом.

— Отстань… это не твое дело.

Моя попытка отвернуться и сбросить его руку с моей шеи оказалась неудачной. В ответ он лишь прижал меня еще плотнее.

— А он в курсе, что ты ночами по клубам гуляешь?

— Что? — мои глаза тут же приобрели весьма округлую форму. — Я… я не была в клубе.

Ну, в принципе, я сказала правду. Я ведь не была в клубе в том смысле, который он имеет в виду.

Но, похоже, такая вот правда Дарка не устроила. Он приблизил свое лицо практически вплотную, так, что мои щеки обдало его горячим дыханием. Смесь алкоголя, которое он сегодня принял, неприятно ударила в нос.

— Еще одна ложь с твоих губ, — припечатывал тот меня своим убийственным взглядом. — И я обещаю… будешь жалеть.

Что? Меня только что окатило ледяной водой из ведра. Я, конечно, и так подозревала, что ничего хорошего от этого парня ждать не стоит. Но слышать прямую угрозу… Я только сейчас поняла, что мне никогда так не угрожали. И не думала, что это может быть настолько страшно. Кажется, я даже моргать перестала, словно бы боялась лишним движением спровоцировать этого неадеквата на исполнение обещания.

— Итак… что же ты делала в клубе? — одновременно со словами, тот протянул вторую руку к моим волосам, захватывая в плен один локон, который тут же принялся накручивать на палец.

Мозг мгновенно дал дозу неприятных моментов с болезненным лишением скальпа.

Боже… и что я должна ответить? Он по-любому знаком со всеми темными делами в подвале клуба. Я же видела там эту… его темноволосую подружку. Может, его специально послали за мной, выяснить, буду ли я болтать?

— Поездка в клуб… не была запланированной… — попыталась я выйти из положения, наблюдая реакцию парня на каждое произнесенное мной слово.

— Приехать в клуб спонтанно. В этих тряпках, в которых ты не привлечешь ни одного, даже самого извращенного самца. И выйти… так и не сделав ни одной затяжки и не выпив ни одного глотка бухла, — говорил тот, словно бы читал какую-то скучную энциклопедию. — Кто-то не умеет развлекаться?

— Ооо… так ты для этого преследуешь меня? — слова парня подействовали на меня обжигающе. Неприятно, когда о тебе говорят в таком тоне.

— Неплохая мысль, — Дарк мимолетным движением языка прошелся по верхней челюсти. — Я попытаюсь тебя… научить.

Интуиция меня не подвела. После сказанного, Дарк грубо собрал мои волосы в пучок и потянул назад. Я взвизгнула и вцепилась ему в куртку. Было… больно. На глазах тут же выступили слезы. Все, что я могла сейчас ощущать, это ноющую боль в голове, и его тяжелое дыхание у моей шеи. Нет… не так… я не позволю причинить мне вред. Я сделаю все, что от меня зависит…

И я сделала!

Поддавшись панике, которая на меня обрушилась неуправляемым потоком, я из последних сил, игнорируя риск потери скальпа, оттолкнула парня. Каково же было мое удивление, что я так легко оказалась на свободе в нескольких шагах от своего обидчика. Тот не стал меня удерживать, но ехидная ухмылка на его лице подсказывала, что рано я расслабляюсь.

Его прищур начинал выводить из себя. И я уже собиралась начать разъяснять парню, как тому необходимо выспаться и все такое (мой мозг отчаянно пытался найти выход из этого конфликта, однажды подчерпнутый на лекциях психологии). Но его взгляд, что резко нашел за моей спиной нечто интересное, озадачил. Это было… интригующе.

— Ты же не против компании моего друга? Только не пугайся его, хорошо? Он может и обидеться…

А в гневе он пострашнее меня будет…

Господи… волна страха пронеслась по всему телу, заставляя содрогнуться. Их двое? Если я еще надеялась на какой-то удачный исход с пьяным парнем, то с двумя… Промелькнула мысль, что я не хочу видеть еще одного маньяка, но любопытство взяло верх. Да и стоять спиной к еще одному парню не очень-то улыбалось.

Собрав все свое самообладание и откидывая страх, который так и норовил отразиться на моем эмоциональном лице, я все же повернулась… посмотреть…

 

***

Опаснее всего те злые люди, которые не совсем лишены доброты.

Франсуа де Ларошфуко

 

 

Мне всегда было интересно, что чувствуют люди, когда их накрывает состояние аффекта. Никак не могла поверить, что их действия и поступки неконтролируемые. Ну, должно же быть какое-то осознание происходящего? Не может же на самом деле мозг отключиться, а глаза закрыть плотной непроницаемой пленкой? Оказывается, может…

Иначе как еще объяснить то… что произошло?

Первые секунды, когда я сзади так никого и не узрела, мне показалось, что парень меня разыгрывает. И только спустя некоторое время до меня дошло: некто все же присутствовал за моей спиной, просто он был чуть ниже ростом. Это был… зверь. Собакой это животное назвать язык не поворачивался.

На меня были направлены два, налитых кровью, глаза бешеного существа, которое демонстрировало мне свой зверский оскал. Только на секунду представив, что оно попытается вонзить свои длиннющие клыки в мою ногу… как…

Я, правда, не помню, как оказалась на руках у Дарка, при этом обхватив его всеми своими конечностями. Но, видимо, на тот момент он показался мне… тем, кто сможет меня защитить от этого его друга. О том, кто бы меня защитил от самого Кортнера, я как-то и думать забыла.

— Даже так… — самодовольный голос парня, словно бы ведро с ледяной водой, привел меня в чувства. А после того как его руки удобно устроились на некоторых моих мягких местах, прижимая меня еще теснее, я совсем отрезвела.

— Отпусти! — крикнула я громче, чем ожидала. — Живо отпусти меня!

— Так не пойдет! — проговаривая это, парень двинулся к капоту моей машины. — Ты сама меня обхватила наглым образом. А теперь хочешь, чтобы я тебя отпустил? Какая ты… непостоянная.

Я бы предпринимала решительные попытки вырваться, но пока тот нес меня, я смогла во всей красе рассмотреть этого зверя. Пес все так же скалился, его морда выглядела дьявольски устрашающе, глаза будто бы горели красным огнем… и он двинулся за нами.

Господи, да у него же бешенство!

Его слюни потоком капают вниз. Почему Дарк совсем его… не боится? Это его собака?

— Он идет за нами! — я не понимала, что мне делать, вырываться из мерзких лап этого парня или же искать защиту в его лице? Ну, сам факт, что того не волновало присутствие явно нездорового животного обнадеживал…

— Знаю, — его хрип был практически у самого моего уха, когда он водрузил меня на капот. — Я же сказал, не пугайся моего друга. Ты обидела малыша Кера.

Малыш Кера? Казалось, я вот-вот начну задыхаться от возмущения. Но… как бы так получше выразиться… Некогда, в общем, возмущаться ласковым обращением к этому зверю, потому что другой зверь очень недвусмысленно и уверено меня к себе прижимал. Запах алкоголя уже практически не чувствовался или это у меня притупились все рецепторы, но все что я могла ощущать — это его прикосновения и…

Это он рычит или пес?

Решительные попытки вырваться все же дали свой ход, когда тот грубо убрал волосы с плеча, и припал к шее своими губами. Создалось впечатление, что он меня сейчас съест заживо.

— Что тебе нужно от меня? — понятное дело, что тот сейчас не примется мне пояснять в красках все свои планы. Но я надеялась, что пустые вопросы его отвлекут. Может, удастся выиграть какое-то время пока ко мне в голову не прискачет что-то осмысленное, махая при этом флажками и громко выкрикивая: «Эврика!!!».

— Ни за что не догадаешься… — блеск в его глазах приобрел какой-то зловещий оттенок. — И… замолкни уже.

Со сказанной фразой, тот рванул меня ближе, руша на глазах жалкие попытки, в которых я медленно, но планомерно отодвигалась от него.

— А, может, сначала просто пообщаемся? Ну, знаешь… на пару свиданий сходим для приличия, все такое… — мой язык не упускал шанса говорить первое, что приходило на ум. Только вот жаль, что ни одна путная мыслишка так и не маячила на горизонте.

— Заткнись… — прохрипел тот, фиксируя мою голову и снова приближаясь к шее.

Так нагло меня еще не зажимали. Я пыталась найти этому всему хоть какое-то логическое объяснение… Ну, может, я ему понравилась, а напившись, его желания обострились и… он ведь поэтому сейчас не контролирует себя. Как-то не улыбалась мне перспектива столь близкого общения с этим парнем, да еще и на капоте собственной машины.

— Черт, отпусти меня! Отпусти! — закричала я так громко, насколько были вообще способны мои голосовые связки. В ответ на мою панику, пес, наблюдавший за нашими сомнительными играми, издал громкий и устрашающий рык.

— Давай, кричи! Я люблю, когда мне сопротивляются.

От сказанного мое возмущение возросло до небоскребных размеров. И пока оно не опустилось обратно, я со всей силы замахнулась и припечатала кулак прямо в грудь парню.

О, черт! Как же больно!

От удара скорее пострадала моя рука. По крайней мере, сморщилась от боли только я.

Дарк медленно опустил взгляд на то место куда и пришелся удар.

— Разрешаю еще раз попытать счастья, — на самом деле, и от боли в руке и от обиды мне хотелось зарядить ему еще раз. Но, стоило увидеть его нечеловечески-холодный взгляд, проникающий гораздо глубже, чем я могла ожидать, и моя решимость в миг улетучилась. — Нет? Ну, тогда моя очередь.

Кортнера не хило взбесили мои попытки рукоприкладства, и тот грубо прижал меня к капоту всем своим весом, зажав мне руки, тем самым обездвижив.

Ну вот и все… я беспомощна.

Действия парня остались неизменны, его по-прежнему интересовала лишь моя шея, которую он, то обжигал дыханием, то с шумом вдыхал воздух. И мне сейчас даже не хочется говорить о том, что я начала рыться в памяти и вспоминать, когда я последний раз принимала душ.

Разобрать, чье же рычание врывалось в уши, уже невозможно. Мне сейчас хотелось, чтобы просто все закончилось. И лучше безболезненно. Хотя, на самом деле не верила я, что он собирается сделать то, на что это походило. До меня, конечно, много слухов доносились про этого парня, но в это число изнасилование не входило. Кажется… Вообще-то, чаще я слышала томные вздыхания по этому бруталу. И моя проблема в том, что я всегда избегала таких вот представителей рода «хочу», вида «все мое» и семейства, в словарном запасе которого отсутствует слово «нет». И мне бы не хотелось нарушать мою сложившуюся традицию.

Почувствовав, как по шее прошлось что-то… мокрое, я в панике, несмотря на недостаток сил, пыталась ускользнуть от языка парня.

Какого хрена?! Он извращенец?

— Ах ты сучка, мать твою… — со шквалом нецензурной лексики, Дарк резко оттолкнулся от машины, предоставляя мне свободу, которую я уже не надеялась почувствовать.

Потратив несколько секунд на безудержную радость своей воле, я все же постаралась вникнуть в сложившуюся ситуацию. Дарк разбрасывал ругань в разные стороны, пытаясь дотянуться до своей спины. Когда же до меня дошло, что послужило его такой бурной реакции, все мои внутренности сделали крутое сальто.

На спине парня уверенно восседала… Маркиза!? Кошка! Моя кошка! В это верилось с трудом, но похоже, вокруг все сходят с ума. Или же это я сумасшедшая.

Всего несколько мгновений — и парень дотянулся до Маркизы, резко схватив ее за шкирку, с силой потянул вверх. От ее лап на шее парня остались четкие параллельные полосы. Впрочем, полосами они были лишь на мгновение. Кровоточивость живо смазала всю картину.

— Тварь! — теперь тот смотрел кошке в глаза, а та, в свою очередь, шипела и всячески пыталась задеть парня когтями. Моя кошка тоже подхватила бешенство? — Твоя?

Когда Кортнер ко мне повернулся, казалось, я даже подпрыгнула на машине, совсем позабыв, что не так давно являлась его жертвой. Представление так затянуло, что я даже на мгновение стала сопереживать парню.

— Ко мне! — приказ был отдан псу, который, не мешкая, стремительно сокращал расстояние до своего хозяина.

— Что? — запоздалая реакция все же развязала мне язык. — Нет! Нет! Дарк! Прошу, отпусти ее! — я поспешила покинуть капот машины. Но идея подойти ближе к двум зверям, готовые разорвать меня на части, не окрыляла. — Не надо! Пожалуйста, отпусти ее!

Ужасно осознавать бессмысленность моих слов. Пес, оставляя после себя дорожку из слюны, подходил все ближе. Раздалось первое клацанье звериной пасти, когда Дарк, дразня животное, опустил Маркизу и тут же приподнял.

— Не делай этого! — не выдержав подобного живодерства, я кинулась на парня, колотя кулаками, до чего вообще могла дотянуться. — Ты! Моральный урод, отпусти ее, слышишь, неадекват во плоти?

Однако, мои старательные попытки ударить парня побольнее, оказались столь незначительными против его легкого движения. Хватило лишь толчка для того, чтобы мое тело отлетело на метр и больно приземлилось на деревянную поверхность.

Моя реакция оказалась слишком замедленной. Я даже толком не привыкла к смене своего положения. Но когда Дарк выпустил из рук кошку, я неестественно взвизгнула.

К счастью, Маркиза оказалась быстрее. Стоило ей коснуться лапами земли, как она с нереальной скоростью скрылась в темноте. Я ожидала, что пес кинется за ней, но он и не думал шевелиться. Разве что голову повернул… в мою сторону. Следом за псом свое внимание на меня направил и Дарк. Теперь два неуправляемых зверя сверлили меня безумными глазами. Сразу не скажешь, кто из них более опасен.

Ответ долго ждать не заставил. Опасен был тот, кто мог угрожать… острыми зубами. И в данный момент, это была собака, которая, не переставая скалиться и рычать, двинулся в мою сторону. На то, чтобы подняться сил уже не было, так что я, неуклюже перебирая непослушными ногами, приступила к отступлению. Такое перемещение не продлилось долго. Всего пару метров и я уперлась спиной в забор. Пес же не прекратил свое движение до тех пор, пока его морда с недружелюбной «улыбкой» не приблизилась ко мне так близко, что я почувствовала теплые, дурнопахнущие потоки воздуха, выходящие из его ноздрей.

Мне очень хотелось попросить Дарка отогнать своего питомца. Я была готова даже умолять его сделать это. Но мой голос пропал. Я просто не могла ничего произнести.

По щекам прокатились два ручейка слез. Слюни пса уже капали на мою одежду. Рычание эхом раздавалось где-то внутри меня. А устрашающие кровавые картинки так и норовили захватить мою больную фантазию.

Но пес больше не шевелился. И даже не моргал.

Разве может быть положение хуже? Оказалось, да. Я это поняла, когда Дарк направился в нашу сторону и присев рядом со мной, нагло устроил свою голову у меня на плече. Так и хотелось дернуться, чтобы скинуть его, но… на это несколько трудно решиться, когда на тебя скалится страшная морда.

— Милый, зверек. Согласна со мной? — издевательский тон не заставил себя ждать. — А ведь ты его обидела… — парень медленно протянул руку к псу и принялся его гладить по макушке. Пес был очень грязным и местами красовалась запекшая кровь. — Он очень любит, когда его чешут за ушком, — тон юноши стал еще ниже и… более зловещим. Интуиция начала бить тревогу. Неспроста это все. — Хочешь его погладить?

— Нет! — даже не раздумывая, выдала я. Погладить его? Зверя, который в любую секунду готов меня разорвать?

Усмехнувшись, Кортнер грубо схватил мою руку и потянул к псу. Казалось, что конечность сводило судорогой. Она то и дело пыталась отдернуться от этого зверя. Как только я почувствовала пальцами шерсть, пес зарычал еще громче и я дернулась, плотно закрыв глаза. Он бросится… вот-вот бросится на меня…

— Ему нравится, — я не видела лица Дарка, но почувствовала, что говорит тот с улыбкой. — Видишь, как заурчал от удовольствия? — он смеется надо мной. Он просто издевается. — А какие у него зубы… Ты ими восхищаешься? Я — да. Они могут без труда разорвать любую… тушу… — после этих слов Дарк потянул мою руку к пасти животного. Тут уж я не выдержала и принялась вырывать руку с большим усилием. Перспектива лишения нескольких пальцев меня совсем не привлекала.

— Пожалуйста, — отчаянно я пыталась сопротивляться. И… Дарк выпустил мою руку, возвращая свою на голову питомца.

— Малыш Кера разочарован… — по голосу парня складывалось впечатление, что разочарован как раз-таки он, а не пес. — Знаешь, я с ним согласен. Смотришь ты на него как-то… брезгливо. Ну да, Керон не похож на ваших пушистых аксессуарских песиков. И я не сойду за рыцаря, да? Что, мы тебе противны? Не тот уровень? Легко наверно на всех смотреть свысока? Когда с рождения имеешь все?

— Я ничего тебе не сделала… — мне и правда непонятно было к чему все эти намеки. На самом деле, может, я и вела себя как мажорка в каких-то моментах. Но это никак не распространялось на окружающих. И уж тем более не имело никогда смысла кого-то принизить.

— Еще бы ты мне что-то сделала, — казалось, я только злила парня. — Я очень злопамятен. Так что даже за машину, тебе придется расплачиваться по-особенному.

— Почему? — не знаю, что именно я имела в виду. Я просто не понимала, как так можно обозлиться на человека за… царапину.

— Потому что я так хочу. Аргумент?

Ясно… я оказалась не в то время не в том месте. И это моя оплошность теперь не отпустит меня, пока ему просто не надоест. Занимательная перспектива на ближайшее будущее, ничего не скажешь.

Когда мобильник парня выдал весьма громкий звонок, я, не отдавая себе отчет, подпрыгнула на месте. Пес хоть и оставался неподвижным, но вновь обнажил свои клыки, которые за это время уже успел спрятать и просто время от времени рычал.

Грубо ругнув звонящего, парень снова схватил мою руку и… водрузил ее на морду зверя.

— Керон, разрешаю отгрызть ей руку, если она подумает затеять… — не договорив, Кортнер приблизил свое лицо вплотную к моему. И перед тем как продолжить, растянул губы в издевательской усмешке, — глупость… Че надо? — последний вопрос был уже адресованы звонящему.

Что? Это… команда? Что из этого пес может понять?

Страшнее стало, когда Дарк встал и отошел на некоторое расстояние. Осознание, что пес может в любую секунду сорваться, заставило тело сотрясаться дрожью.

Ожидание худшего с закрытыми глазами выходило как— то спокойнее. Я так устала от всего этого. Я бы хотела вообще не открывать глаза. Лучше не видеть эту страшную морду. Вот бы еще мне уши заткнуть… а лучше отключиться. Почему во всех фильмах показывают, что девушки так легко могут свалиться в обморок. Где же он, этот обморок?

Дарк какое— то время молча выслушивал речь побеспокоившего его. И, видимо, новости были не самые приятные. По крайней мере, мне пришлось опять вздрогнуть и открыть глаза от внезапного шума. Оказалось, мужчина легким движением ноги сломал доску в заборе.

— Черт тебя, я сразу говорил, что переломы конечностей этим козлам ничего не объяснят! — о боже… он просто в бешенстве. Его резкие движения напоминали грацию кобры. И я только сейчас в полной мере осознала с кем мне «посчастливилось» связаться. Дарк Кортнер страшный человек. И жестокий. — Я найду его. Свяжись с Аланом, обрадуй его скорым пополнением, — после некоторого молчания, он присел у забора, осматривая последствия своей несдержанности. — Тебе повезло, я не успел… поужинать. Так что… если не найдешь мне достаточно сладкую… церемониться я не буду…

Это были последние слова, прежде чем парень закончил разговор. Казалось, я и забыла о своем тесном контакте с животным. Все мое внимание было адресовано на Кортнера. Его разозлили. Сильно. Его поза, в которой тот замер, источала смертельную угрозу. И… черт возьми, я не хотела находиться в пределах его видимости.

— Керон! — его крик снова заставил меня вздрогнуть.

Больше парень не сказал ни слова, но пес резко сорвался с места и пустился куда— то по дороге. Пса больше нет рядом… а я до сих пор сидела с протянутой рукой, несмотря на ее затекшее состояние.

— Я с тобой не закончил. Поняла? — даже не поворачиваясь, выставил он свой вердикт. Хотя, честно признаться, другого я и не ожидала. Отлепить от себя этого клеща — задача не из легких. — Избавься от кошки. Если она еще раз решит мне помешать, я сломаю ей шею, — по сравнению с разговором по телефону, сейчас был более спокойным. Словно бы ему только что вкололи нехилую дозу успокоительного. Но почему— то казалось, что такой его ровный тон несет в себе еще больше угрозы. — И не вздумай от меня скрываться. Я тебя все равно найду.

Это были его прощальные слова перед тем, как резко двинуться куда— то во дворы.

Прошло, кажется, несколько минут, прежде чем я до конца поняла, что нахожусь в полном одиночестве. Больше никто меня не держал. Не зажимал. Не скалился. Не капал слюной.

Я одна.

Тело совсем ослабло, даже встать оказалось труднее чем, я предполагала. Еле перебирая ноги, я все ж дошла до дверей, и, открыв их, прошла внутрь. Даже свет не зажгла.

Тело мое больше напоминало зомби. Все мои действия не имели ни малейшей логики. Даже мысли отсутствовали. Я просто прошла в середину гостиной и опустилась на пол, обхватив себя руками. Не осталось ни слез. Ни эмоций. Внутри пусто. Как в колодце.

Кажется, запустился какой— то блок, стремящийся оградить мое нежное сознание от всех этих потрясений. Даже когда подошла Маркиза, я не протянула руку, чтобы ее погладить.

Не знаю, сколько я так сидела. Минуту… или час. Но в себя меня привел шорох. Кто— то осторожно открыл входную дверь и… неспешными шагами продвигался все глубже.

Грабители способны поставить точку в этом удивительном дне…

Я меланхолично протянула руку к светильнику и, щелкнув свет, зажмурилась. Отвыкнув от света, мне понадобилось некоторое время, чтобы разглядеть человека, который так и остался стоять посреди гостиной. И когда я узнала эту фигуру, мои глаза неестественно округлились.

— Ты?

— Я! — оповестил меня весьма довольный голос.

 

 

***

— Ты?

— Я! — оповестил меня весьма довольный голос. — А теперь моя очередь. Ты? Это ведь игра такая, да? — девушка, как всегда, нацепила на себя озорную улыбку и даже подмигнула. — А ты чего в темноте на полу сидишь? Это что, новый метод медитации, типа? И как? Помогает? А то мне ой как надо медатнуться.

— Вайлет… — схватилась я за голову. Казалась, она вот— вот взорвется. Вопрос, который так и плясал на языке, упал замертво, когда сестра легким движением скинула с плеча весьма упитанный рюкзак. И тяжелый, судя по той вибрации, что до нас с Маркизой донеслась. Кошка тут же недовольно отвернулась от сестры и запрыгнула повыше — на диван. Что в принципе, не особо обезопасит ее. Эта ненормальная может с разбегу упасть на мягкую мебель, не поинтересовавшись, лежит ли там кто. Так пару раз Тайлер ощущал всю тяжесть веса сестренки. — Что случилось?

Сестренка скривилась и отвела взгляд в сторону. А потом и вовсе пошла к холодильнику, бурча себе под нос что— то про изнуряющий голод и угрозу всему человечеству в риске каннибализма в ближайший час. Ясно, тема ей неприятна. Но нет уж. Тут речь не только о ней ненормальной.

— Ты не ответила на вопрос, — сидеть на полу было несколько глупо. Но от малейших движений я вдруг ощутила боль. На самом деле, казалось, что меня отпинали. Ныло все тело. За один день меня, кажется, всю успели… изучить. — Говори… — откинув негативные мысли, я все ж переместила свое несчастное тело на кухню.

— Вы чем питаетесь? — голова Вайлет уже изучала внутренности холодильника.

— Не убегай от ответа, — я постаралась состроить из себя самую грозную личность, на которую была способна. — Почему ты с вещами?

— Знаешь, систер… я тут подумала, — Вай покрутила у себя в руках банку с некогда наполненной доверху шоколадной пастой, — а почему бы мне не пожить некоторое время у тебя? Ну, знаешь, пару дней, например? Ну, ты же понимаешь, как полезно иногда сменить обстановку? Ооо! — ее возглас несколько меня ошарашил, когда та повернулась в мою сторону. — Это что, кровь?

Взгляд сестры был устремлен на шею. Она даже собралась сама лично убедиться в своих догадках, протягивая руку, но я соскочила со стула и одним рывком оказалась у зеркала.

О боже… это же и правда кровь… откуда?

На шее красовалось совсем непривлекательное пятно… того, что весьма похоже на кровь. Заметно досталось и футболке. Это… не моя. У меня нет никаких ран на шее…

Черт бы побрал этих неадекватов. Я как чувствовала, что этот странный интерес совсем небезобидный. И тут же в памяти всплыла сцена, где Дарк касается языком как раз этого места…

— А… нет, это мы просто… — заметив удивленный взгляд сестры, пришлось судорожно шевелить извилинами. — ну, репетировали наряды на Хэллоуин!

— А, ну ясно! — Вайлет пожала плечами и мгновенно потеряла интерес к теме. — Блин, я есть хочу… Слушай, как насчет пиццы? Давай закажем? Я весь день на скейте гоняла. Есть хочу безумно.

От упоминания еды, я сама почувствовала острый приступ гоготания в желудке. Возникло ощущение, что если я не поем ближайшие полчаса — голодный обморок мне обеспечен. Хорошо. Согласна. Разговор с сестрой можно и отложить на некоторое время.

Хвала небесам тому, кто решил, что доставка высококалорийной, напичканной углеводами и жирами пищи, может кому— то быть жизненно необходимой. Признаться, мы с Бри частенько грешили таким вот поеданием вредностей перед телевизором. Особенно, если нам приспичит объявить ночь просмотра фильмов. Так что всяких рекламок, брошюр и визиток подобного предоставления услуг было полно.

— Вот, — водрузила я пачку макулатуры сестре, отчего у той глаза так и полезли на лоб. — Не заказывай ничего, где есть хоть намек на рыбу и… в общем, просто без рыбы, — мои скривленные губы должны сойти за достаточно весомый довод. — Остальное на твой вкус. Только давай без экспериментов, хорошо? И… разговор не отменен.

— Фууу, Мия, ваще не айс копировать маму!

— Я в душ… быстро. Так что… не съешь все без меня и… постарайся не закатить тут пати.

Договаривала я, поднимаясь на второй этаж. Боже, мне даже не верится, что я таки доберусь до ванной комнаты.

Казалось, я до сих пор ощущаю амбре шрамощекого на себе. На таком контрасте Лэндон стал самым лучшим парнем, к которому приятно прижаться и ощущать его парфюм. В груди что— то заныло. Пусть общение с его родственниками меня не радуют. Но… стоит признать, все же это лучше, а главное, безопасней, чем эти криминальные личности.

Избавляясь от всей одежды по пути, я не забыла поставить заряжаться свой сдохший мобильник. Ему жизненно необходимо пополнится драгоценными процентами. Связь мне еще могла пригодиться, учитывая последние события. Выходя на финишную прямую в ванную комнату, я задержала секундный взгляд на зеркале и… застыла.

Блеск…

Оба колена украшали значительных размеров синяки. Это, должно быть, так сказалось мое тесное свидание с паркетом в кабинете… главного. От воспоминаний мурашки тут же табуном пробежались по телу, оставляя после себя весьма мерзкий шлейф. Кажется, короткие шорты на время отменяются.

 

 

***

Я живу… я, правда, живу…

Именно такие мысли меня посетили после того, как я вышла из душевой. Разрумяненное тело уже не выглядело таким болезненным. Я снова похожа на прежнюю себя, словно бы и не сталкивалась с этими… впрочем, уже не так важно. Вода помогла избавиться от негатива, который я на себе ощущала физической тягой. Весь вид, пожалуй, портили синие круги на коленях. Надо бы воспользоваться теми самыми новомодными пластырями с какой-то особенной пропиткой, способные ликвидировать подкожные кровоизлияния. Ну, это если, конечно, верить рекламе… Хотя, на самом деле, насколько помню, приобрела я их исключительно за то, что они были… цветные. Не, ну а чего? Красиво же? Это только потом я случайно прочитала, что они вроде как помогают от синяков. Чтож. У меня появился шанс проверить это на себе…

Капризный желудок вновь привлек мое внимание, выдавая весьма неприличным образом свое бедственное положение. Чувствуя свой неутолимый голод, я поспешила спуститься, не забыв по пути отцепить мобильник от провода. Первый этаж манил соблазнительным ароматом свежей выпечки.

Вайлет уже уплетала что— то из открытой коробки, увлеченно рассматривая нечто интересное то в мониторе своего старенького ноутбука, то в телевизоре, который орал непривычно громко.

— Приятного… мне— то оставила хоть что— то? — заказ сестры ограничился тремя пиццами.

— Угу… — девчонка была весьма увлечена перепиской с кем— то по ноутбуку и одновременно сюжетом какого— то фильма. — Там кофеварка… пустая… завари кофе, а?

— А сама ты этого сделать не могла, да? — нахмурилась я.

— Я бы могла, но мне не хочется потом выслушивать длинные речи о том, какая я косорукая и меня нельзя подпускать к технике. Знаешь ведь, я с ней не церемонюсь, если она не работает только оттого, что я подошла к ней достаточно близко… ну все, не отвлекай… — сестра отмахнулась и снова принялась что— то печатать.

— Может, снимешь перчатки? Они же грязные! Одному богу известно, какая жизнь кишит на них. — говорила я, одновременно запуская кофеварку. Не лучшая идея перед сном пичкать себя кофеином. Но… раз уж забрасывать в себя что— то вредное — то делать это наверняка.

— А, не, — прожевывая вкусный сочный кусок пиццы, произнесла сестра. — потом.

— Можешь начинать свою пьесу, кстати говоря, — кинула я, включая телефон. — Я не отстану от тебя, пока не узнаю все.

— Да так… — сестре, видимо, было совершенно некогда мне все разъяснять. Можно подумать, что за ноутбуком у нее там с кем— то решается вопрос жизни и смерти.

Ждать что— то еще от этой оторвы было бесполезно. Та как— то хитро улыбнулась, высунула язык набок и принялась усиленно стучать по клавишам. Перед тем как отправить сообщение, девушка перечитала текст, покривлялась и таки отправила его, хитро потирая руками в ожидании ответа. Неужели, я точно так же выгляжу, когда с кем— то увлеченно переписываюсь?

Сестра даже не заметила, как я принесла ей чашку дымящегося кофе, а сама устроилась на соседнем диванчике, сопровождая это все испепеляющим взглядом. Но Вайлет — крепкий орешек. Таким ее не расколешь. Тут как минимум нужна камера пыток.

От весьма занимательной картины меня отвлек мобильник. Телефон начал кричать, что за время его крепкого сна до меня нехило так пытались достучаться.

Пару звонков от Вайлет. Одна смс от Тайлера с просьбой позвонить, как только я доберусь до дому. Но дальше, я притянула дисплей телефона ближе к глазам, чтобы удостовериться, что я не страдаю галлюцинациями. Около четырех десятков пропущенных звонков от мамы и несколько смс с просьбами звонить в любое время суток.

— Вайлет! — не выдержала я и включила максимально строгий голос. — Что ты натворила?

Сестра недовольно оторвалась от экрана и одарила меня враждебным взглядом, будто я мешаю ей заниматься жизненными важными делами.

— Ничего не натворила. Мама как всегда преувеличивает.

— Так… — с этими словами я решительным движением опустила крышку ноутбука, игнорируя возмущенное «эй». — Давай— ка договоримся. Ты мне сейчас говоришь как есть, чтобы я хоть немного была готова к разговору с мамой… потому что… — я посмотрела на играющий мобильник. — она мне уже звонит. Две секунды, Вай.

— Я же сказала, ничего особенного… ну, подумаешь, целовалась на крыльце…

— Не ври мне! — казалось, злоба меня уже накрывала. — Мама не раз меня заставала за подобным занятием. Но никаких глобальных конфликтов не следовало. Вторая попытка.

— Страстно целовалась! — с недовольным видом сестра открыла свою аппаратуру и принялась наверстывать с кем— то общение, будто бы за пару секунд могло случиться непоправимое.

— О боже, Вай! — спорить с сестрой было бесполезно. — Да, мам? — поднесла я трубку к уху, готовясь к атаке.

— Да неужели! Ты таки решила подойти к телефону. Мия, это у вас мода такая пошла, игнорировать всех вокруг? — мама… в бешенстве. На самом деле, она такая нечасто. И до такого состояния ее могли довести только Вайлет и Райдер — мой дядя. Тот вечно ведет себя как ребенок, несмотря на то, что дядя— то не хилый уже. Если не сказать больше — уже как год с лишним дедом зовется. — Мия! Эта негодница у тебя? Ты вообще знаешь, что она натворила?

— Мама, пожалуйста, успокойся! — закатила я глаза. — Если ты про Вайлет, то да, эта негодница у меня, лопает пиццу и… смотрит какой— то увлекательный фильм и при этом, не сдерживаясь, довольно таки громко смеется. Так что если ты хотела убедиться, все ли с ней в порядке, то утверждаю, что выглядит она здоровой.

— Да… хорошо, что она у тебя, — выдохнула мама. И у нее даже голос кардинально изменился. — Но ты представить себе не можешь, что эта… девчонка вытворяла прямо посреди улицы!

Я закрыла глаза, стараясь придумать самое короткое решение нависшей проблемы. Сознание предательски грозилось провалиться в глубокий сон. В таком темпе моя подушка в праве подать в суд на меня за… неисполнение моих обязанностей.

— Мама… ну… она же девушка… — у меня, конечно, было ощущение, что меня нагло обманули и там, скорее всего, поцелуем не ограничилось.

— Вот именно! Она девушка! Девушка! Как? Как можно так себя вести?

— Таааак! — Вайлет уже сама отодвинула от себя ноутбук и с интересом наблюдала за моей реакцией. И мой испепеляющий взгляд подействовал на нее несколько не так, как я рассчитывала.

Ее улыбка была весьма неуместна. — Мама, давай начнем с самого начала. Что она натворила? У меня ощущение, что меня нагло дезинформировали.

— Что натворила? — мне даже показалось, что мама усиленно массажировала глаза. — Эта… как ты сказала, девушка… Боже, да это не девушка. Ты ее хоть раз видела в юбке, а? Это пацанка! Девушки так себя не ведут.

— Мама! Что она натворила. Ты меня уже пугаешь!

— Она вечно носится на своем скейте! Роберт еще поощрял ее увлечение спортом. А я всегда знала, что девушкам надо увлекаться более женственными занятиями. И вся эта ее одежда…

— Мама!

— Она сбила с ног девушку! — выдохнула мама. — Ты только подумай! Сбила с ног! На полной скорости пронеслась мимо и просто сбила ее! На тротуаре! Ты только представь себе, бедняжка вся в ссадинах и синяках!

— Оу… — только и могла я выговорить. Новость действительно была шокирующей. Хотя… в духе Вайлет, что уж тут.

— Это не все! Это… меньшее из бед! — сестра приняла расслабленную позу и, казалось, в предвкушении ожидала кульминации. — Ты ведь понимаешь, что у НОРМАЛЬНЫХ девушек есть защитники? И та не была исключением. В общем, ее молодой человек решил сказать пронесшемуся мимо недоразумению, что она неправа. И… господи, Мия. Эта ненормальная его избила! Ты понимаешь? Она била парня. О, видела бы ты, как она махала кулаками, это же просто ужасно!

— Она… что? — вот она, кульминация, которую ждала сестра. Теперь та с искренним ликованием ждала от меня оценки всей этой ситуации. — Ладно, мама, я поняла, — закатила я глаза, потому что та начала повторять все с самого начала. — Не переживай. Я… поговорю с ней.

Завершить разговор с мамой оказалось непростой задачей. Но десятое пожелание спокойной ночи, все же дало плоды. И, дав мне напоследок указания по поводу моих… обязанностей, которые на меня автоматически перекинулись, мы все же разъединили связь.

Я тут же опустила взгляд на ее перчатки. Вот в чем дело. Дождавшись— таки кульминации, сестра уже снова погрузилась в переписку. И только сейчас я заметила, что та чуть щадила правую кисть. Как же она натянула перчатки на воспаленные руки? Ненормальная.

— Целовалась, значит? — телефон, заметно нагревшись от такой пламенной беседы, отправился на мягкую подушку.

— Могла бы, между прочим!

— Все из— за парня? — слышать подобное было, пожалуй, еще более странно, чем ее махалово кулаками.

— Для справки, — оторвалась та от клавиатуры. — В этом мире вообще все неурядицы из— за конфликта полов. Но меня такие хлюпики не привлекают. Да и не один урод такого не стоит.

— Слава богу, что ты хоть это понимаешь, — вздохнула я, удаляясь за аптечкой.

За что мне все это? Вокруг одна агрессия, одни драки. Ну ладно, парни… у них это в крови, можно сказать. Они еще с доисторических времен отвоевывали место, пищу, женщину. Но девушка— то куда понеслась? Или что это? Еще одно проявление феминизма?

— А где Бри? — удивленно спросила меня сестра, когда я уже спускалась с аптечкой в руках.

— Она… с Кеном. Ну… в гостях.

— В два часа ночи? — передернула та бровями. — Так они типа того?

— Нет, они не типа того, — поджала я губы. — ну… по крайней мере пока. Снимай, давай, перчатки! И хватит так улыбаться. Они взрослые люди, сами в состоянии решить, что у них там творится.

— Вот это круто! — казалось, сестра сама восхищалась своими разбитыми костяшками, стоило ей освободить воспаленные кисти от стесняющих перчаток.

Я достала все принадлежности для обработки раны и принялась осматривать ранения сестры.

— О боже, Вайлет! Иди, промой водой для начала. — видеть подобное на маленьких пальчиках сестренки — вот оно настоящее сумасшествие. Казалось, такое способно заглушить любые негативные события минувшего дня.

— Блин. Ну это ж больно! — поморщилась та, но все же пошла к раковине на кухне.

— Не больнее чем… разбивать их в хлам! — отправила я ей в след.

— Знаешь, когда в тебе адреналин бьет ключом, как— то не замечаешь боли… Вот попробуй сама кого— нибудь побить и увидишь, как оно бывает, — даже не вытирая руки после воды, сестра вернулась на диван и протянула мне их. — А он ваще драться не умеет. Хотя зарядил мне в ответ по ребрам, урод. Я его вот встречу… о черт! Мия! Больно же!

— А вот терпи теперь! — мой строгий взгляд припечатал сестру к дивану. — Может, в следующий раз будешь думать, прежде чем руки распускать. Обалдеть… обычно такое я говорила… парням.

— Ты мне как— нибудь расскажешь о своих веселых буднях! — сверкнула та глазами. — Лэндон не такой зануда как кажется, да?

— Это не истории для детей! — я даже смогла проигнорировать ее испепеляющий взгляд. — Пока дети играют в войнушки, они остаются детьми… так что… уж извиняй. Все! — я еще раз осмотрела проделанную работу и осталась довольна. Перевязки выглядели вполне себе приличными. И, думаю, не должны слететь за ночь. — А теперь мне нужно хоть что— то закинуть в желудок и… боже я так хочу спать….

Глава 10

Солнце взошло над горизонтом некоторое время назад. Улицы города теперь не выглядели такими мрачными. Казалось, что лучи света норовят проникнуть и согреть своим теплом каждый, даже самый темный участок города. Календарь сообщал о том, что в права вступает следующий день. А молодой человек до сих пор не может отпустить минувший, возвращаясь в мыслях к волнующим событиям.

Сейчас Зар не мог бы даже самому себе объяснить чего он ждет, испепеляя взглядом горизонт. Ранним утром он желал насладиться свежим воздухом, который будто бы отдыхал от жгучего присутствия светила. Чувствовалось, что все вокруг наслаждается этим временным покоем. Затем он ждал восхода, в нетерпении наблюдая, как солнце плавным движением возвышается. А что теперь? По-видимому, теперь предстоит запихать все эти весьма убедительные отговорки в виде наслаждения природой куда-нибудь подальше и начать серьезно шевелить мозгами.

Наверно, молодой человек надеялся, что спустя какое-то время он сможет на все взглянуть по-иному. Принять какие-то верные решения. Взвесить все «за» и «против». Обычно у него не возникало с этим проблем. Но не сейчас. Ситуация не подходила под рядовую. И что самое ужасное, Зар сам не понимал, что же происходит.

Но как разобраться в том, чего не понимаешь, а спросить не у кого? Парню словно бы подкинули сложную задачку из разряда высшей математики, с условием, что он должен решить все сам, не обращаясь ни к кому за помощью. Трудно справиться с таким заданием, если с математикой столкнулся впервые, не так ли?

Неизвестно, сколько бы Зар еще так гипнотизировал горизонт, если бы его размышления нагло не порвали в пух и прах. Характерный звук гравия подсказал: к дому приблизилась машина. Молодой человек скривился, когда увидел новенькую иномарку Рэндалла. Насколько он помнил, брат несколько часов назад завалился спать. Чувство тревоги не заставило себя ждать. Что могло заставить брата покинуть свое теплое место после сытного ужина?

Новая порция удивления отразилась на лице вампира, когда из салона машины вслед за Рэном выползли две девушки. Они были, так сказать, «проверенные». То есть в их сладости можно было не сомневаться. Но их так называемая «семья» вампиров, очень редко проходилась по второму кругу.

Проглотить такие события юноша не мог, так что через какое-то мгновение Зар уже стоял на лестнице, наблюдая, как троица поднимается на второй этаж. Парень не был невидимкой и Рэндаллу не требовалось встречаться взглядом с Заром, чтобы понять всю степень его недовольства.

— Не спится? — тем не менее решил тот заговорить, все еще подталкивая наверх девушек, которые сопровождали все это громким смехом.

— Смотрю, тебе тоже, — напряжение Зара, кажется, достигло своего пика. Он уже морально подготовил себя к тому, что с удовольствием испортит брату его доброе утро.

— С дороги уйди, — на всякий случай вампир оставил позади себя двух загипнотизированных девушек, которые продолжали периодически снабжать смехом тихую обстановку в доме.

— С каких пор у нас завтрак с доставкой на дом? — не мог Зар успокоиться. Правила должен был соблюдать каждый. И такие выходки его немало злили. Ему одного недоразумения, говорящему всему миру «да пошел ты», вполне хватало для поддержания тонуса.

— А это ты у отца выясни. Как будто мне в прикол подскакивать среди ночи и тащиться им за… завтраком.

Юноша даже не успел испытать удивление в своей истинной форме — дверь в кабинет отца отворилась. Зар был полон решимости потребовать объяснения — какого черта отец вытворяет, когда совсем не так давно очень нехило насытился. Но, повернувшись к заказчику завтрака, застыл на полуслове, а мысль, которая так и не успела оформиться, в момент развеялась в прах.

В кабинете он был не один. Сквозь дверной проем виднелся их гость — Джед. И все бы ничего, если бы… Оба не выглядели какими-то… нездоровыми. Они за какие-то несколько часов исхудали. Кожа стала мертвенно-бледной, а под глазами образовались впалые темные круги. Вид наркомана на стадии своего прижизненного разложения.

— Что случилось? — юноша сразу же приступил к поиску в памяти хоть какой-нибудь причины плохого самочувствия у… вампира.

Все инфекции, поражающие людей, им не страшны. Их иммунитет разрушает любого вредоносного агента, будь то даже неизлечимый для человека вирус. Хотя был один вариант. Вампиры могли, так сказать, усохнуть, если их посадить на голодовку. Что, в конце концов, приведет к смерти. Но для этого должно пройти приличное количество времени. С отцом же другая ситуация. Он практически никогда не прибегал к донорским пакетам, предпочитая «свежую» кровь. Впрочем, он еще вчера был каким-то… уставшим.

Вопрос парня, похоже, никто не удостоил вниманием. Марко лишь подождал, когда девушки послушно зайдут в кабинет, прежде чем закрыть двери. Молча.

В поисках объяснения, Зар повернулся к Рэндаллу. Но тот сам пожал плечами. Юноша усмехнулся про себя, что было бы весьма забавно, если в природе появился какой-нибудь вирус, что принесет вампиру мучительную смерть. Но… такое невозможно.

— И что это значит? — звонкий недовольный голос с утра… это последнее, что юноша хотел бы слышать. — Решили блондинчика обслужить по высшему классу?

— Можешь отдыхать, твоя помощь им все равно не понадобится, — Рэндалл многозначительно обратил глаза к потолку, — Они взрослые дяди, думаю, за свои столетия научились обходиться без тебя, сестричка.

— Выбью клыки, если еще раз меня так назовешь! — Шерр тем не менее покинула свою спальню и направилась поближе к Зару. — Ты мне не брат, понял?

— Пора бы тебе свыкнуться с фактом нашего родства, — пожал тот плечами. — Хотя, я бы тоже предпочел тебя в ином качестве… сестричка.

Шерр тут же зашипела и, прищурив глаза, собиралась выдать новую порцию остроумных ругательств в адрес Рэна.

— Разошлись. Живо, — решил Зар закончить конфликт, который назревал каждый раз, стоило этой парочке обнаружить друг друга на своем пути. Так уж вышло, что Рэн превратил себя в белую ворону, предпочитая ненависть со стороны всех… родных, среди прочих чувств.

— Пойду досматривать сон, пока есть возможность. Этих куколок нужно будет еще и назад отвезти… — морщась от мысли о предстоящей работе, Рэндалл отправился в свою комнату. Зар проследил за передвижениями брата, размышляя о верности его слов. Состояние и поведение отца пугало. Гость тем более не внушал доверия. Остается надеяться, что девушек не постигнет ужасная участь. С появления клуба, да и вообще после переезда в Малибу, их семья старалась избегать смертельных случаев. Но если откровенно, как бы это ни звучало безумно, но отец и другие чистокровные не являлись частью их семьи.

— Шерр! — шепотом позвал Зар, когда девушка уже почти скрылась в своей спальне. Он знал, что она слышит его.

— Меня тоже ждет постель, — чуть приоткрыв дверь в комнату, давая понять, что общаться не намерена, оповестила девушка.

— Зайди ко мне, — даже не повернулся тот, прежде чем скрыться в своей спальне.

Шерр всегда понимала по тону брата, когда с ним можно спорить, а когда нежелательно. И сейчас он всем своим видом показывал о крайней степени необходимости поговорить сию же минуту. Брюнетка поморщилась. Она бы и дальше спала, не разбуди ее эта шумная доставка завтрака. Никакого уединения. Никакого личного пространства. Упрямство девушки было в крови и она уже по привычке собралась возразить и сделать все так, как и собиралась, но… Зар приоткрыл дверь на балкон и достал из нижнего ящика тумбочки пачку сигарет с зажигалкой.

Зар не любил курить. Тем более, что это вообще бесполезное дело для них. Никотин не оказывал того успокоительного или расслабляющего действия на их расу. И тем более не вызывал привыкания. Про сопутствующие заболевания они даже не знали, ибо вампиры были невосприимчивы к ним. Но… кое-какая польза от них все же была. Никотин очень успешно помогал подавить способности. Он словно бы блокировал их на время. Или ослаблял. Так что «пристрастием» к сигаретам страдали только те из их семьи, чьи способности представляли опасность для окружающих людей.

Например, как у Дарка.

Но и Зар курил… но это происходило крайне редко. И на памяти Шерр это было раза три… или четыре за всю их жизнь. Когда было необходимо принять решения на холодную голову, не отвлекаясь на запах крови. Но все эти события сопровождались не очень радужным исходом. Так что у девушки появились вполне объяснимые опасения. Спор было решено отложить до лучших времен, и девушка зашла в спальню, не забыв прикрыть за собой дверь.

Прежде чем заговорить, Зар вышел на балкон и сделал глубокую затяжку, морщась от отвращения. Однако и после он не особо торопился с разговором, словно бы еще не придумал с чего начать. Но Шерр терпеливо стояла позади, удобно устроившись в дверном проеме. Она знала — подгонять парня не имеет смысла. Он заговорит ровно тогда, когда посчитает нужным.

— Давно ты с Тайлером?

Это вопрос заставил девушку позабыть о соблазнительных мыслях, что витали сейчас в ее уютной и мягкой постели — о сне. Теперь она, пребывая в полнейшем шоке, любовалась затылком брата. Это было то, чего она до жути боялась услышать. Сам факт утечки информации мог грозить появлению больших проблем.

Ответа так и не последовало и вампир медленно развернулся, подставляя теплым лучам обнаженную спину. Его взгляд был тяжелым. Шерр даже увидела очень тонкую грань с отцом.

— Ответь, — Зар сделал еще одну глубокую затяжку и отправил сигарету в пепельницу. В его глазах читалась надежда, что на этот раз он прощается с никотином надолго.

— Он ничего не знает. Не помнит… — попыталась Шерр говорить уверенно, однако, прекрасно понимала, что такая информация не устроит брата.

— Шерр, ты знаешь чем это грозит. Ты давно уже впитала в себя запах его крови. Я чувствую это достаточно давно. И тут есть три нюанса, которые меня расстраивают. Первое, — Зар медленно прошелся по балкону, протирая глаза. — Тайлер — боец. Потеря крови, даже в незначительных количествах, может подорвать его форму. Я думаю, ты об этом и так знаешь. Он хороший парень, я бы не хотел, чтобы у него появились проблемы в его… спорте.

— Так вот в чем дело? — девушка в момент ощетинилась, показывая всю свою враждебность в данном вопросе. — Беспокоишься, что денежки уже не будут лететь к тебе в кошелек в таких количествах?

— Я о деньгах и слова не сказал. Пока речь шла о здоровье парня. Странно, что это меня заботит, — злоба юноши не осталась незамеченной. Голос тут же приобрел нехарактерную для него резкость. — В каких количествах идет потеря?

— Я… да блин, Зар. Ты не можешь это спрашивать! Это не твое дело, вообще-то! Это личное.

— Это не личное Шерр! — повысил тот голос. — Как часто и сколько?

Сестра попыталась выдавить из себя суровый взгляд, но поняв, что в этой игре взглядами выйдет победителем Зар, психанула:

— Я не собираюсь с тобой об этом говорить! Все…

— Стой, Шерр, — почти хрипя, выговорил Зар. — Вернись и ответь. Я сейчас не в настроении.

Девушка развернулась, демонстрируя на своем лице по-детски обиженную гримасу.

— Не каждый день… — отвела та взгляд, чем только заставила усомниться брата в ее искренности.

— Я уверен, ты можешь дать более исчерпывающий ответ, — юноша был непоколебим. И Шерр прекрасно понимала, что все равно придется сдаться.

— Всего пару глотков, ясно? Просто для… ну… во время…

— Ясно, — перебил тот девушку, снова протирая глаза. — Перейдем ко второму. Вчера ты была неосторожна. Мне хватило одно взгляда, чтобы… понять все. Ты идешь по краю, Шерр. Если хочешь избежать того… — мужчина осекся, подавляя в себе эмоции, от которых давно старался отказаться. Боль в глазах парня очень ярко продемонстрировала его состояние, — что пережил я, оставь его. Потому что это лишь вопрос времени, — выдержав небольшую паузу, чтобы снова протереть лицо, молодой человек продолжил. — И третье… такие частые эксперименты с памятью могут негативно отразиться. Ты сама это прекрасно понимаешь. Не делай больше этого.

Девушка отвернулась, не желая ни соглашаться, ни спорить. Она сама прекрасно понимала, что если старшие узнают о ее связи с человеком, то тому не жить.

— Это несправедливо, — детская гримаса тут же заменилась отчаянием и пониманием всей ситуации. — У меня должно быть право на свою… жизнь.

— Я тоже не в восторге из-за некоторых… ограничений. Но ты на моем примере можешь убедиться, чем это все может закончиться.

— Все поняла, приму меры, мне пора, — сорвалась брюнетка с места.

— Стой, — неспешно произнес Зар, все еще протирая глаза. — На самом деле, я позвал тебя не для этого. Просто… подвернулось.

— Не хило так подвернулось! — сквозь рык процедила девушка.

— Расслабься, — спокойствию парня можно было только позавидовать. — Я просто донес до тебя свое мнение. И, надеюсь, ты прислушаешься. Ладно… я хотел поговорить о другом. Вчера. В клубе… ты подошла к Тайлеру.

— И что? Подошла, как и ко всем присутствующим. Я просто с ним поздоровалась.

— Помолчи, — когда Зар поднял на нее глаза, девушка тут же закрыла рот. Ей не нравилось, когда брат смотрел на нее так… как отец. — Я уже сказал, речь пойдет не о нем. Я могу продолжить? — когда сестра кивнула, Зар какое-то время потратил на подбор слов. Странно, но он сам не знал с чего начать. — В общем, когда ты к нему подошла, с ним были две девушки…

Парень даже не смог закончить свою мысль, как девушка вдруг зашипела. Этот эпизод ей был явно неприятен. Его младшая сестра ревнует! Это так странно, что даже ненормально. Ревновать к парню, который даже не помнит, что был с девушкой не один раз.

— Вижу, ты поняла о ком идет речь?

— Ну, и что дальше?

— Ты их знаешь? — вампир даже дышать перестал в ожидании ответа. Хотя, на самом деле, тот не знал, какой бы вариант его сейчас устроил.

— Нет, Зар, я с ними незнакома. Но меня… не порадовал сам факт, что у Тайлера будут проблемы из-за них… Что вы там устроили? Знаешь… трудно было это все наблюдать и не вмешиваться.

— Я тебя понял. Ты их не знаешь. Это все, что я хотел узнать, — разочарование на лице юноши сменилось усталостью, — можешь идти.

Девушка какое-то время пыталась собраться с мыслями и выдать брату какая он бесчувственная скотина. Но осеклась и молча пошла к двери.

— Знаешь, — повернулась сестра. — насчет тех девушек. В общем, вчера днем я и Дарк с ними столкнулись. Одна из них была за рулем и… она врезалась в машину Дарка.

Зар даже забыл как выполняется акт дыхания. Информация, рассекая воздух, вызвала немаленькое столкновение с его разумом. Уложить в голове два противоречащих факта было непросто. Особенно, когда один из них — пострадавшая машина Дарка и второй — живая и довольно здоровая на вид девушка. Парню показалось, что он совершенно забыл о чем шел разговор, удивленно уставившись на сестру.

— Стоп… — проговорил тот, считая, что ему это все привиделось. — Врезалась… в машину Дарка?

— Ну… врезалась — это сильно сказано. Скорее она поздно затормозила и чуть толкнула его машину. Но… вел он себя так, будто бы она ее разбила в хлам.

— Что он сделал? — в ожидании ответа каждая мышца в теле парня напряглась.

— Ты же его знаешь, — на лице Шерр проскользнула весьма довольная ухмылка, — пообщался в своей манере.

— Он… пробовал кого-то из них?

— Нет. Не захотел. Но у одной позаимствовал номер телефона. Так что попробует, когда скучно станет.

— Так… — замер юноша на месте, собираясь с мыслями. — Теперь скажи, у какой из них он взял номер?

— Не у рыжей! — девушка вдруг лучезарно улыбнулась. — Потому что рыжей занималась я. Меньше будет трясти своей густой шевелюрой.

Парень, наконец, с силой выдохнул воздух из легких.

— Ну, ведь может же делать что-то полезное! — вскочил он в поисках своего телефона.

Зар не мог поверить в такую удачу. Не могло же быть так все просто. Так не бывает. Но… это произошло.

— Что случилось? — сестра до сих пор была в комнате и озадачено наблюдала, как Зар в панике измерял крупными шагами свою комнату в поисках мобильного телефона. Нащупав его во вчерашних штанах, тот все же повернулся к девушке.

— Можешь идти, — кинул тот на ходу, возвращаясь на балкон.

— Зар, в чем дело? Почему ты так интересовался этими девушками?

— Потом, Шерр. Пожалуйста, иди! — снова этот взгляд и сопровождающий голос, не терпящий непослушания.

Сестра обиженно хмыкнула и, бурча себе под нос все то, что думает о своей семье, скрылась за дверью. Хоть Зар уже держал телефон в руке, более того, его палец навис над кнопкой вызова — он медлил. Парень знал, что бессонная ночь была не только у него. А не выспавшийся и злой Дарк… что может быть хуже. Правда, ночная проблема решилась в его любимой манере, это добавляло уверенности.

— Че надо? — спустя несколько пропущенных гудков, услышал тот привычную фразу вместо традиционного «алло».

— Доброе утро, братец.

— Иди на хрен… — сонный голос давал понять, что парню удалось вырвать Дарка из крепких объятий Морфея.

— Ты один? — Зар помнил, как тот после ночной миссии утащил с собой девушку. Про его благородные поползновения воспользоваться «услугами» Шерр по окончании трапезы, братец напрочь забыл. Назад он ее не привел. Остается надеяться, что вел себя тот, по крайней мере, не как животное.

На заданный вопрос до Зара донесся какой-то недовольный стон.

— Не помню… — наконец выговорил тот, сопровождая это все зевотой и кряхтением, которое было вызвано потягиванием затекших мышц. — Вроде да.

— Хорошо. Есть важный разговор. Я сейчас приеду.

— Давай, приезжай. У меня как раз по расписанию жестокое убийство мешающих мне спать.

— Я тоже в предвкушении нашей встречи, — губы Зара тронула улыбка, когда он сбросил связь и, наконец, в полной мере насладился лучами утреннего солнца. Его брат в своем репертуаре. И он, как ни странно, в хорошем настроении. Утро обещает быть… впечатляющим.

 

***

На протяжении всей дороги, что занимала до жилища Дарка, Зар размышлял как начать разговор. Как правильно преподнести полученную информацию. А главное, что он сам собирался со всем этим делать. Он, конечно, подозревал, что его брат пожелает решить проблему в своей манере, то есть просто разорвать все существующие шаблоны. Но также он мог бы проигнорировать все новости и послать все это куда-то подальше.

В округе дома было все как обычно. Пусто, ни души… Он нарочно приобрел себе этот старый полуразвалившийся дом на окраине, чтобы быть подальше от всех.

На входе дома, как обычно располагался питомец Дарка — Керон. Он мирно спал, но Зар понимал, что это лишь на первый взгляд.

Внутри тишина… стены не сотрясаются от грохота любимой музыки Дарка, мебель не летает из угла в угол, ловя вдогонку нецензурную лексику… это могло значить одно — брат спит.

Еще бы, наивно было полагать, что он тут же проснется, приготовит завтрак и будет ждать, нацепив на себя бабочку или галстук.

Дабы скрасить утро свирепому брату, а в его гневе можно было не сомневаться — у него по определению утро добрым не бывает — Зар, перед тем как подняться на второй этаж, где и располагалась спальня, решил посетить кухню. Пару глотков крови хотя бы предотвратит его поползновения к крушению всего окружающего.

— Твою ж… Дарк… — закатил тот глаза, стоило ему подойти ближе к холодильнику.

На дверце холодильника можно было спокойно брать отпечатки пальцев. Они очень живописно выделялись на пятнах засохшей крови. На полу лужа из донорского пакета. Никакой экономии или бережного отношения. И вообще, все везде… было грязным. Где— то недоеденная пицца и прочая пища, что была в норме в рационе у холостого парня. В этом весь Дарк. Свою зверскую сущность надо продемонстрировать на каждой мелочи, даже если проходится кормиться более современно. В холодильнике дело обстояло не лучше. Аккуратность брату была чуждой.

Плеснув в один из чистых стаканов немного крови, юноша двинулся к лестнице. Подметив тот удивительный факт, что чистая посуда тут еще присутствовала.

Как и ожидалось, брат валялся в постели, уткнувшись лицом в подушку и пытаясь спрятаться от ярких лучей светила, которые наглым образом вторглись во всю мрачную обстановку этого странного уединенного дома.

— Вставай! — негромко проговорил Зар, понимая, что брат его прекрасно слышит, хоть и не подает вида, замерев в удобной позе.

— Я тебя сейчас прикончу! — прохрипел тот в подушку, не желая от нее отлипать. Вернее, он не хотел повторять эту процедуру. Короткое расставание с мягкой набитой подушкой заставило его встретиться с палящими лучами утреннего солнца.

— Признайся, Дарк. Ты мне рад. Иначе Керон бы меня на порог не пустил. Пей! — оставил юноша парню «завтрак», громко стукнув дном стакана о столик, а сам отошел в сторону, удобно устроившись у стены. Его взору предстала спальня брата во всей ее красе. Вернее, во всем безумии хаоса, который тут творился. Пепельницы на каждом шагу, окурки, пустые бутылки. На первый взгляд помещение пропитого и безнадежного неудачника— алкаша.

Дарк лениво оторвал свое лицо от подушки и бросил недовольный взгляд на столик. Но это продлилось недолго и закончилось впечатляющей гримасой, после чего он вернул свою голову в прежнее состояние, демонстрируя, что такой завтрак его не особо привлекает.

— Мог бы и девчонку привезти, раз уж ко мне завалился… — Дарк отвернулся от надоедливых лучей, явно пытаясь ухватиться за ускользающие нити сна. Он все еще надеялся, что Зар оставит его в покое.

— Какая— то странная тенденция с доставкой завтрака на дом, — Зар внимательно стал осматривать полупустую бутылку, что стояла прямо на колонке музыкального центра. Водка?

— Что? — поднял брат голову. — Кто— то уже запатентовал?

— И успешно, — вздернул тот бровями, вспоминая вид отца. — Отец с Джедом. Они сегодня с утра какие— то нездоровые. Так что… стремление к свежей крови, наверно, объяснимы.

— Не понял, — лениво потягиваясь, Дарк все же сел в постели, залпом выпивая то небольшое количество крови, что было в стакане, после чего снова рухнул.

— Я тоже не понял. Они как будто бы… заболели. Как люди.

Кортнер нахмурил брови, уставившись в потолок.

— Почему ты решил, что они нездоровы?

— Ну… знаешь, бледное лицо, впалые щеки… синяки под глазами. Черт, они походят на гребаных нариков на последней ступени деградации.

Дарк какое— то время недовольно морщился прежде чем поменять свое положение в кровати, незаметно кидая взгляд в зеркало.

— Может, пора им уже подохнуть? Сколько там они живут?

— Мне показалось, что Джеда еще вчера… что— то беспокоило. Это странно, и я надеюсь выяснить причину. Я многого не знаю из последнего путешествия отца, — Зар продолжать изучать все те бутылки, что украшали спальню брата. — Вполне объяснимо, что… заболели они только. Ты серьезно это пьешь? Что, один?

Дарк нехотя кинул взгляд на гору бутылок, что располагалась не так далеко от его кровати.

— У меня разные гостьи бывают… Я не всегда зверь, если ты не знаешь… Это все? — поднял тот голову, кидая в брата неодобрительный взгляд. — Если ты хочешь, чтобы я навестил папашу перед его кончиной, то зря. Соболезнования не по моей части.

— Нет… я здесь по другой причине… — Зар скользнул взглядом по комнате, останавливаясь на сломанном столике и разбитом светильнике. Это в принципе было в духе Дарка — в порыве гнева крушить все, что попадется под руку. Или даже ради развлечения. Боксерской груши или тренажеров ему всегда не хватало. — Что здесь произошло?

— Ммм? — Дарк лениво перевернулся на спину, закидывая руки себе за голову, и попытался объяснить сие побоище весьма красноречиво для его манеры общения. — А, так. Психанул.

— Никого не загрыз? — зная характер братца, опасения Зара были вполне оправданными.

— Не помню, надо в подвал заглянуть, — продолжал тот свое блаженство в постели. — Говори уже зачем пришел.

— Ты не вернул девушку вчера… и так и не отчитался за вчерашний инцидент, — как бы не хотелось Зару приступить к распирающему его изнутри разговору, он все же оттягивал этот момент.

— Все живы и здоровы… ну или не совсем здоровы. Ну, в любом случае, все как ты любишь. Так что можешь гордиться мной…

Больше Дарк не сказал ни слова. Глупо было полагаться на его велеречивые разъяснения ситуации. Про беженца из больницы Зар был более— менее в курсе, а вот девушку, похоже, еще нужно будет навестить с Шерр. Не верил тот, что злой и уставший Дарк мог еще распаляться на церемонии.

Брат нетерпеливо скривился, наблюдая, как тот снова зарывается в подушки. Говорить с ним, когда тот в горизонтальном положении, было не совсем в его планах.

— Кончай меня гипнотизировать. Отвали… я спать хочу, — тон Дарка во всю кричал, что он начинает злиться.

— А я не хочу беседовать с твоей задницей.

— Да не ври! — послышалось невнятное мычание из подушек. — После той сумасшедшей семейки, в которой ты живешь, ты и моей заднице безмерно рад!

— Очень смешно. Вставай, Дарк, разговор о твоих частях тела не входит в мои планы. Это ты в полной мере можешь обсудить с кем— то из противоположного пола.

Мышцы на руках напряглись, когда Кортнер попытался зарыться в подушки еще глубже, грозя этим самым разорвать их на части.

— Иди на хрен. Я сплю…

Подушки жалобно затрещали по швам, моля Зара остановить их сумасшедшего брата, ослепленного желанием еще немного поспать. Еще мгновение — и ткань не выдержит.

— Я бы хотел с тобой поговорить об одной из девушек. О той, которая вчера въехала в твою машину…

Один глаз Дарка, тот, который не был спрятан в подушке, тут же приоткрылся. После тот недовольно поморщился, понимая, что за место сна, ему придется выслушивать лекцию о том, как не стоит себя вести с представительницами прекрасного пола.

— Чего? — парень лениво поднялся с кровати, сопровождая это разминанием мышц, после чего направился к шкафу в поисках одежды. Натянув на себя первые попавшие под руку джинсы, Дарк потянулся к сигаретам.

— Ты бы прибрался, что ли? — наблюдая перемещения брата в этом беспорядке, Зар вообще удивлялся как тот не задевает содержимое спальни.

— Что с девчонкой? — делая глубокую затяжку, Дарк демонстрировал всем своим видом насколько он в нетерпении узнать причину его визита.

— Шерр сказала, у тебя есть ее телефон.

— Ну, допустим, у тебя устаревшая информация, — клуб густого дыма, вылетевший из губ парня, мгновенно рассеялся от сквозняка, сочившегося сквозь окна.

— В смысле? — напряжение Зара возросло до максимума.

— Я знаю где она живет, — очередная затяжка не заставила себя долго ждать. — И че с того? Хочешь и к ней отправить Шерр?

— Не думаю, что это поможет… — замешательство брата все еще не давало ему нормально начать волнующий разговор. — Ты ее пробовал?

Зар попытался отфильтровать все вопросы касательно осведомленности Дарка о ее месте жительства. Главной задачей сейчас было несколько иное.

— Не успел. Кое— кому понадобилось ловить беглеца… К чему такой интерес?

Теперь пришло время Зару мерить шагами комнату в поисках подходящих слов для объяснения. Да и не понимал он как объяснить брату то, в чем не разобрался сам.

— Че ты маешься? — нетерпеливо прогремел голос Дарка.

— Эта девушка вчера была в клубе, — начал он.

— Я в курсе.

— В бойцовском… — произнес Зар, наблюдая за реакцией брата. Тот лишь передернул бровями. — Ее привел Тайлер.

— Я мог бы догадаться. Они вместе вышли из клуба. Ну и что?

— С ней проблема… — выдохнул Зар, словно бы это должно было все объяснить Дарку.

— Какая?

— Не знаю, — нервно запустил тот руки в волосы. — Когда люди поблизости, я могу сказать у кого какая кровь. Я могу сказать какую пищу они предпочитают, что ели или пили совсем недавно, чем болеют или чем могут заболеть. Это все влияет на вкус. Так что, мы словно элита, потребляем только самое лучшее.

— Очень познавательный экскурс…

— Но вот стоишь ты. И ничего. Я ничего не чувствую. Абсолютно.

— Ты тронулся? — отправил Дарк сигарету в пепельницу, сопровождая это все пораженным взглядом, будто перед ним привидение. — Ты полувамп, ты не можешь нас чувствовать.

— Я это знаю, Дарк. Я не могу чувствовать вампиров. А все люди как на ладони. Так кто она, если я не вижу и ее? — выговорив это, Зар затаил дыхание в ожидании реакции брата.

Стоит отметить, что лицо Дарка изменилось в недовольной гримасе, словно бы тот размышлял какое— то время над словами брата. Но после мотнул головой и усмехнулся.

— И ты попытался это выяснить?

— Попытался. Я затащил ее в кабинет, но откровенного разговора не получилось. Со мной был Рэндалл. Он и так узнал слишком много. И… ему также не удалось ей ничего внушить.

— Хотел бы я видеть его лицо при этом, — на лице парня даже поселилась хитрая улыбка, но вскоре и она улетучилась. — Знаешь в чем твоя проблема, брат? — наверно, он ожидал, что Зар его спросит об этом, но тот лишь сложил руки у груди и показал, что он ждет продолжения. — Ты много говоришь. Мог бы просто взять ее и попробовать… Ну или пустить ей кровь, на худой конец?

— А вот в этом проблема, — одарил юноша многозначительным взглядом своего брата. — Ты делаешь не думая. Ты ведь слышал о единичных случаях, когда вампиры мгновенно… усыхали?

— Ну, что— то где— то мелькали байки.

— А если это не байки? Глупо рисковать, не так ли?

— Ну, так дал бы ее Рэндаллу, — ничуть не смутился брат.

— Мог бы, — усмехнулся Зар. — Но я слишком много думаю наперед. А если бы она оказалась обычным человеком? Она была очень напугана и… она бы этого не забыла. Уверен, тут и Шерр бессильна.

— Ну, на крайняк я могу проверить… Не смотри на меня так, — психанул Дарк на суровое выражение брата. — Каких ты предложений от меня ждешь?

— Не знаю. Я не понимаю в чем дело… Но рядом с Рэндалом мне пришлось проявить осторожность. Я даже соврал, что сталкивался с подобным ранее. И не стал задавать лишних вопросов. Я же не мог знать заранее, что ты уже успел сделать что— то полезное.

Повисла напряженная тишина. Та самая, когда все молчат, потому что не решаются кинуть какое— то, даже самое безумное предположение. А учитывая всю сложившуюся ситуацию, более— менее адекватных мыслей не было ни у одного из братьев.

— Она не вампир, — наконец, выставил Дарк свой вердикт, отпинывая пустую бутылку из— под спиртного, что мешалась под ногами. — Ты прав, стремное пойло, — Дарк уставился на пустой стакан, который еще недавно был наполнен кровью. — Ты сказал, она была напугана. Рядом со мной тоже не отличалась бесстрашием. Хотя… были у нее проблески отваги. Так что… она обычный трусливый человек.

— Она упомянула братьев. Даже угрожала ими, — многозначительно проговорил Зар.

— И что? Я должен испугаться? В больнице коек полно, если им захочется пару дней отлежаться… Алан будет благодарен за выполнение плана.

— Я к тому, что она не одна. Их может быть… несколько.

— Это ничего не значит, — Дарк подкатил к куче последнюю бутылку, окидывая всю эту свалку оценивающим взглядом, словно бы только что создал произведение искусства. — Надо от всего этого избавиться. Наймешь мне домработницу? Ну, знаешь, молодую, красивую… в их коротенькой форме…

— Обойдешься, — отмахнулся брат. — Тебя совсем не интересует, что в городе, возможно, появись другие… вампиры?

— Да не вампир она! — от хриплого голоса парня по дому пронеслось неприятное эхо. Тот присел к музыкальному центру и, отыскав какую— то композицию, загрузил ее.

— Тогда кто она? — не унимался Зар. В отличие от своего обезбашенного брата, юношу данный вопрос немало интересовал. — Я… у меня есть одна версия. Но я не до конца ее понимаю. Джед здесь не просто так. Есть причина, которую они еще не озвучили. И между этими событиями есть связь. Я уверен. Если она и ее братья являются вампирами… может, они в бегах? Это объясняет ее поведение. Она могла понять кто мы и не в ее интересах выдавать себя.

— Да ей бы в драмкружок податься… Но логика какая— то есть. За секунду до укуса на меня напала кошка, — вдруг выдал Дарк и массажными движениями провел по своей шее.

— Кошка? Напала?

— Напала, в прямом смысле, — подтвердил брат. — Нечасто увидишь такое поведение у одомашненного семейства кошачьих. — Дарк погрузился в воспоминания, чтобы ярче представить себе всю эту картину. — Может, у нее что— то аналогичное с моим… проклятием.

— Ты хотел сказать способностью?

— Это у тебя способность. У Шерр… Алана, у Рэндалла, в конце концов, — юноша, заметно нервничая, пнул ближайшую бутылку, отправляя ее прямо в кирпичную стену. — Вас никого за ваш… дар не запирал… подальше от всех, словно бешенную собаку. Так что… не надо меня переубеждать, ясно тебе? — прогремел голос парня, заглушая звуки разбивающейся стекла.

После минутного метания по комнате, Дарк снова схватил сигарету и зажигалку. И только после глубокой затяжки окаменевшие мышцы парня заметно расслабились.

— Я знаю как ты к этому относишься, — Зар почти равнодушно наблюдал за резкими движениями брата. — Но не понимаю почему. Ты нашел этому вполне полезное применение.

— Закрыли тему… — если взять шкалу настроения в цветах, то можно смело сказать, что оно зашкаливало на опасно— красном. — Что с девчонкой? Или что— то решай, или проваливай.

— С кем она живет? — погрузиться в другую тему было верным средством для заглаживания назревающего конфликта. Поблизости не было людей, но действия Дарка были иногда весьма непредсказуемы. Речь о том, что лучше его не провоцировать лишний раз на вполне реальную угрозу для мирного населения.

— Дом был пуст, — коротко бросил тот, желая поскорее закончить их разговор.

Прежде чем озвучить свою мысль, Зар внимательно посмотрел на брата. Тот был единственный из всех его братьев кому он доверял. И даже несмотря на всю сложность его характера, Зар знал, что даже на такое дело мог бы взять только его.

— Нужно наведаться в гости, — наконец, выговорил он, улавливая огонек предвкушения, который так и засиял в его глазах. — Ты со мной?

Глава 11

Сквозь густую пелену, что окутывала мои глаза рассмотреть что-либо не представлялось возможным. Тем более, когда помещение где я находилась было погружено в темноту.

Судорожно мотая головой из стороны в сторону, я старалась зацепиться взглядом хоть за что-то. Просто чтобы определить — где я? И… где все?

На глаза стали наворачивать слезки и, почувствовав необъяснимую панику, мне захотелось зарыдать во все горло и… звать маму.

Клянусь, из моих губ даже сорвались начальные ноты хныканья… но они были резко предотвращены чьим-то пальцем, поднесенный к лицу.

— Тшшш… ну-ну, малышка, что случилось? — такой заботливый, нежный голос… как у мамы. Он был переполнен любовью и мне хотелось к нему протянуть свои маленькие ручки. Это была женщина.

И она такая… высокая. Прям как мама. А кожа у нее была красивого розоватого оттенка с изумительными нарисованными завитушками. Мне захотелось нарисовать на своих руках такие же. Мой взгляд проследил выше, пока я не наткнулась на ее лицо. Оно было прекрасно и у дамы светились глаза, как какие-нибудь сокровища в мультфильмах. И мне хотелось прикоснуться к этой чудо-даме. Хотелось поиграть с ней. И я протянула свою маленькую ручку, в надежде, что я коснусь этого чуда. — Да… она у нас необычная девочка… — продолжал окутывать красивый голос. Я все тянула ручки, мне так хотелось поближе. Переполняло желание прижаться к ней и потрогать эти длинные струящиеся волосы. Но прекрасная дама оставалась непоколебимой. — Однако… ее… брат… — какой-то грохот мне мешал расслышать слова женщины, которые своим шелком окутывали каждую буковку. — оставайся рядом… — раздавались слова уже где-то далеко…

Бах-бах-бах…

Бах-бах-бах…

Сон стремительно ускользал, оставляя после себя странный шлейф, состоявший из загадок и вопросов. Не открывая глаз, я лениво потянула руки, чувствуя, как по ним начинает струиться энергия.

Странно… никогда не видела подобных снов. Я порой представала в образе каких-нибудь мифических существ… но ребенком в кроватке? Это что-то новенькое.

Вот бы еще минувшая ночь оказалась просто дурным кошмаром. Чтобы никакого бойцовского клуба не существовало. И не было всех этих криминальных личностей.

Может, правда, ничего этого нет? И я просто уснула, стоило Лэндону покинуть меня после нашего веселенького приключения на ковре?

Бах-бах-бах…

Я даже подскочила на кровати, сбрасывая вместе с теплым уютным одеялом не менее уютные сны… Что это за шум? Он мне не приснился? Словно бы в подтверждение, раздалось несколько повторных сеансов. Кто-то… эмм.. «стучался» — это, пожалуй, не совсем то слово… Скорее, кто-то долбился в дверь. Я кинула беглый взгляд на кровать Брины. Она была нетронутой. Негодница осталась ночевать у братьев. Весьма любопытный факт, учитывая, что в их доме всего один диван и одна кровать, которую братья занимают по очереди.

— Эй! Что тебе надо? Вали отсюда! — звонкий и весьма недовольный голос сестры вернул меня из занимательных размышлений.

Сестры? О, бог мой! Вайлет!

Пока эта ненормальная не натворила делов, я поспешила вниз, дабы предотвратить любую ее глупость. Хотя, справедливости ради, стоит отметить, что я не столько была озабочена ответной реакцией сестры, сколько интересом, к кому же было ее обращение? Первой версией был парень, которого та умудрилась избить. И вот он пришел, чтобы отомстить ей в полной мере. Может, еще и дружков притащил с собой? Наверно, мне даже стало любопытно посмотреть, что же там за хилый представитель мужского пола…

Ооо… Ой…

Я так и осталась стоять на последней ступеньке, словно бы мне кинули фразу «замри». Перед глазами возникла весьма забавная картина… Вернее, она могла бы быть забавной, случись это с кем-то другим.

Вайлет стояла у входной двери и с деловым видом прислонила вплотную к стеклу руку, сложив пальцы в очень говорящую, куда должен идти тот, кто стоял по другую сторону двери, фигуру. Было трудно поверить в то, что тот, кому этот жест был адресован, до сих пор не выломал дверь, а заодно и палец сестры. Ведь фигура за дверью принадлежала совсем не хилому парню, с которым сестра могла бы справиться. В общем… там стоял Кортнер. Мне хватило доли секунды, чтобы узнать его, несмотря на то, что парень нацепил на себя головной убор.

Сделав шаг к сестре, я чуть не покатилась кубарем, забыв, что все еще стояла на последних ступеньках. Увидев меня, и без того прищуренные глаза парня сделались еще более… разъяренными. Все слова, которые должны были послужить для лекции Вайлет, кому не стоит демонстрировать некоторые вещи, куда— то разбежались, так и оставив меня глупо стоять с открытым ртом.

— Вайлет… — сглотнув, проговорила я, медленно продвигаясь к сестре, словно бы опасалась, что излишне резкие движения смогут спровоцировать юношу на более решительные действия. — Отойди от двери.

— Ты этого урода знаешь? — нарочно громко спросила она, чтобы незваный гость смог это услышать.

Я, не в силах отвести от него взгляд, судорожно пыталась сообразить, какая должна быть причина для такого раннего визита. Да и вообще, какие у него могут быть причины, чтобы ко мне прийти?

— В каком— то смысле… — уклончиво ответила я сестре, оттягивая ее за локоть от двери. Черт… под таким пристальным взглядом даже полицию не вызвать. В память очень остро вонзилась сцена о том, во что он превращает телефоны легким движением руки… в прямом смысле. — А теперь слушай меня внимательно и не оглядывайся, — старалась я говорить как можно скорее, потому что поджатые губы и прищуренный взгляд парня кричали об исчерпании его терпения. — Сейчас резко поворачиваемся и бежим на пирс. Там прыгаешь в катер…

— Он что… бандит? — казалось, все происходящее сестру немало забавляло.

— Да, Вайлет, и это совсем невесело, — проговорила я сквозь зубы, понимая, что ее веселые нотки меня не то чтобы удивили, а даже заставили разозлиться. — Сейчас!

Он не успеет, не должен успеть. Пока он обогнет дом, мы уже будем в катере рассекать волны. А потом я вызову полицию и в красках опишу все его деяния за последние сутки.

Почему путь до двери в три метра кажется таким бесконечным? Возникло ощущение, что за это время парень уже успел обогнуть дом несколько раз. Но нет… мы быстрее… мы будем быстрее. Мы просто обязаны!

Распахнув двери, я толкнула Вайлет вперед, строя у себя в голове план, где главной задачей была безопасность сестры. Если она успеет сесть в катер и укатить… Да, мне нужно помешать ему до нее добраться… любыми способами.

Только я поставила точку в своем мысленном плане… как…

Я даже не сразу поняла почему наше скоростное движение так резко прекратилось. Все, что я почувствовала — это болезненное столкновение моего носа с затылком сестры. Только спустя некоторое время я понялакто послужил причиной такого резкого прекращения движения. В дверном проеме с довольной улыбкой на лице стоял… Зар. Наверно, нужно было захлопнуть перед ним двери, но я оказалась прикованной к полу. Один опасный парень — это, конечно, устрашающе, но когда их двое… Их же только двое?

— Приветик! — его улыбка выглядела, пожалуй, слишком довольной, хотя, стоит отметить, он был несколько обескуражен, переводя взгляд на Вайлет. — Далеко собрались?

— Вайлет! — я оттянула сестру за руку и попыталась закрыть двери, вложив в этот жест всю свою силу, которая у меня только была. Каково же было мое отчаяние, когда парень одним движением выступил внушительным препятствием для осуществления задуманного.

Признав свое фиаско, мне ничего не оставалось как отступить от порога, впуская незваного гостя внутрь…

Мы в ловушке… словно мышки… Господи, да что же я им сделала такого? Зачем они явились сюда? Все самые жуткие мысли я старательно не допускала проникнуть в мой и без того воспаленный мозг.

— Эй ты! — голос сестры подействовал на меня оглушающе. Только сейчас я в полной мере осознала, что в беде оказалась не только я, но и моя младшая сестра. Пока я судорожно пыталась сообразить как ее обезопасить, эта ненормальная с отсутствием всякого инстинкта самосохранения кинулась на мужчину с забинтованными накануне кулаками. — Вали отсюда! Пошел вон!

— Вайлет! Нет! — кинулась я за сестрой, пытаясь оттянуть ее от парня, но он меня опередил.

— Тихо— тихо— тихо… — как это ни странно, но его голос звучал достаточно мирно и успокаивающе, пока он старательно пытался перехватить руки сестры, что грозили оставить как минимум синяки на его лице… — Спокойно… — все так же продолжал тот отбиваться от Вайлет, пока та сопровождала все это громкими, непонятными мне словами. И когда одна ее рука все же выскользнула и заехала парню по челюсти, у того, кажется, от удивления наступило некое прозрение. Его глаза округлились, а губы скривились в недоброй гримасе. — Да мать твою… тихо, я сказал! — тот, наконец, перехватил руки сестры и, заведя ей их за спину, крутанул девушку, разворачивая ее ко мне лицом. Она еще раз попыталась вырваться, но вмиг сморщилась от усиленной хватки парня. — Не советуя злить меня, Малыш… — проговорил тот, прижав губы к ее уху, а свободной рукой провел по ее горлу. Все эти странные движения действовали на меня не так, как должны были. Я обязана была кинуться на него, попытаться освободить сестру, но вместо этого окаменела.

— Слышь? — повернула та на него свой свирепый взгляд, — еще раз меня так назовешь, Дедуля…

— Вайлет, — перебила я сестру, не в силах больше наблюдать всю эту картину. Я стояла в метре от них, боясь пошевелиться, лишь бы не спровоцировать его на излишнюю грубость. — Пожалуйста… отпусти ее. Пожалуйста… Вы ведь из— за меня здесь, правда? Отпусти ее… Пожалуйста!

Невыносимо наблюдать как Зар начал проводить носом по волосам сестры, глубоко и шумно вдыхая. На его лице отразилась довольная улыбка, прежде чем он обратил на меня свое внимание.

— Пожалуйста… — проговорила я еще раз менее уверено, теряя веру, что он намерен вообще нас… отпустить.

Прежде чем заговорить, его взгляд скользнул мимо меня, отчего его лицо перестало быть таким довольным.

— Дверь открой.

Я повернулась к парадной двери, где до сих пор стоял весьма недовольный Дарк. Он даже не думал двигаться с места и, уверена, получил немало удовольствия, наблюдая всю эту сцену. Когда наши взгляды встретились, тот имел наглость мне подмигнуть.

— Пожалуйста, — снова повернулась я к парню, который сжимал мою сестру, лишая ее хоть какого— то движения. Хотя, ее лицо не выглядело испуганным. Оно скорее было в ярости. Уверена, если он ее отпустит, она не станет от него убегать, а, наоборот, обрушит на него новую порцию членовредительства. — Отпусти ее… пожалуйста.

— Дверь… открой… — медленнее произнес он, словно бы я плохо расслышала в первый раз. Пока я стояла и не решалась сделать шаг, Зар снова погрузил свой нос в волосы сестры, отчего его лицо приобретало какие— то блаженные черты.

Все мои надежды рушились на глазах. Он ее не отпустит… Он уже, несомненно, планировал как бы воплотить то, что у него написано на лице…

— Не спорь… будет только хуже, — предостерегающе произнес он, и я обреченно направилась к двери.

Стараясь не думать о том, что будет, я дрожащими руками отворила замок. Дарк тут же открыл дверь и, оттолкнув меня в сторону, решительными шагами направился к тому парню.

— Слушай сюда, малая! — его слова пронзили меня током. Может, они вовсе и не ко мне пришли, а к Вайлет? О, боже мой, что же она успела натворить? Опомнившись, я в долю секунды преодолела расстояние, что разделяло нас, но так и застыла, понимая — кулаками махать у нас только Вайлет горазда. Что я могу против этих двух крепких парней? — За такие номера я пальцы ломаю.

Они оба на нее злы. Надо… надо их разозлить еще сильнее, чтобы их внимание перескочило на меня. Но не на нее… Нет, пусть ее отпустят. Я уже собралась протянуть руку к ближайшей вазе, которая в моих фантазиях валялась на полу красивой россыпью после того, как я приложу ее к голове одного из них, как…

То, что я сейчас испытала — даже шоком назвать мало. Все мои внутренности будто бы скрутило узлом, а я сама так и застыла в какой— то неестественной позе в попытке дотянуться до вазы.

А причиной моего шока была, конечно же, моя сестра. На весьма впечатляющее замечание Дарка, она отреагировала по— своему… Она плюнула ему прямо в лицо.

Казалось, в доме прогремел настоящий взрыв и начался апокалипсис… Не в силах пошевелиться, я наблюдала, как Дарк медленным движение руки вытирает свое лицо… Обстановка еще более накалилась, когда обиженный до глубины души парень резко дернулся к сестре, чтобы перехватить ее у Зара. Последний, отвернувшись, подставил под гнев своего друга спину.

— Спокойно! — проговорил тот, все еще крепко держа Вайлет. — Мы здесь не для этого…

Какое— то время, сцепив руки в кулаки, Дарк сверлил убийственным взглядом ту часть сестры, которую он мог усмотреть из— за спины Зара.

— Она тоже? Они похожи… — прохрипел тот, сжимая кулаки еще сильнее, отчего мышцы на его руках заметно напряглись.

— Нет! — не знаю почему, но я даже расслабилась. Чтобы это ни значило, но Вайлет каким— то образом выпадала из их… внимания.

Когда Дарк резко повернулся ко мне всем своим телом, я даже не успела испугаться. А когда страх все же одолел меня, поняла, что не сдвинусь с места, пока здесь Вайлет. Хотя, справедливости ради, должна отметить — даже пошевелить своим окаменевшим телом было не так— то просто.

Мужчина окинул меня каким— то… голодным взглядом. Его глаза медленно прошлись по всем моим открытым участкам тела, прежде чем вернуться к лицу. Я почувствовала себя совсем обнаженной и даже поежилась, ощущая, как его взгляд физически меня касался.

Нет… я буду твердой… и покажу, что я не боюсь… Ох, убедить бы саму себя в этом. Выдерживать его пронизывающий взгляд было непросто, но я гордо подняла голову, показывая, что не являюсь запуганной девочкой, которая готова забиться в угол.

Дарк скривил губы, что больше походило на созревший план, чем на улыбку. Неспешным шагом парень начал огибать круг, чтобы рассмотреть меня со всех ракурсов. Как бы я ни старалась откидывать все самые гнусные мысли, но именно сейчас, под его взглядом, они начали меня атаковать. Ну, а иначе, зачем им еще врываться ко мне домой?

После того как осмотр потенциальной жертвы был окончен, Кортнер измерил шагами гостиную и кухню, остановившись у извилистой лестницы.

— Что там? — от неожиданности я даже растерялась, позабыв, как вообще надо произносить звуки. — Спальня? — хрипящий голос в купе со взглядом из полуопущенных ресниц сделал свое дело. Меня пробила дрожь и я снова повернулась к Зару, ошибочно полагая, что тот отпустит сестру. — Со вчерашнего дня мечтаю об экскурсии!

— Дарк… — закатил глаза его друг, недовольный порывом парня. — У нас нет времени на это.

— Времени навалом! — подходя ближе ко мне, прошипел он практически над самым ухом. — Мы все успеем, не так ли? И, кстати, не вижу твоей кошки… на этот раз она не рискнет напасть на меня?

У меня не оказалось возможности подумать над ответом. Совсем неожиданно твердая поверхность пропала из-под ног. Мой вестибулярный аппарат на какое-то время напрочь отказался помогать мне хоть как— то ориентироваться в пространстве. И только спустя несколько секунд, когда Дарк уже подошел к лестнице, я поняла, что оказалась перекинутой через его плечо.

— Отпусти меня! — оживилась я.

Но попытки вырваться, конечно, были несущественны. Да и мощный хлопок по моей левой мягкой половине филейной части убедил меня на молчаливое ожидание дальнейших действий.

— Черт с тобой… — недовольство Зара было написано на лице. Но, тем не менее, он также двинулся к лестнице, подталкивая с собой и Вайлет. — Пойдем, Малыш.

— Рот закрой, Дедуля! — тут же отозвалась сестра.

— Отпусти ее, пожалуйста, — еле выговорила я, с ужасом наблюдая, как он поднимается вместе с Вайлет. — Я прошу тебя… отпусти ее…

Зар поднял на меня взгляд, который заставил скривиться еще сильнее. Его решительное выражение лица говорило само за себя. Он не будет колебаться. И его действия не подлежат обсуждению. Он ее не отпустит. Точка.

— Я ее не трону, — уверенный голос, в котором не было ни ноты сомнения. По телу тут же распространилось тепло облегчения. У меня даже не возникло сомнений в его словах. Он пообещал. А его глаза уверяли на все сто процентов — он ее не тронет. По крайней мере, выбора у меня не было, я должна надеяться на это до последнего.

 

***

 

 

Наша с Бри спальня всегда казалась мне самой уютной частью в этом доме. Как же резко меняется восприятие в присутствии двух чужаков.

Не знаю чего здесь ожидал увидеть Дарк, но то, что предстало перед его глазами, явно разочаровало. Ах… ясно. Должно быть, он желал здесь обнаружить большую двуспальную кровать.

Зашипев, покрутившись на месте, при этом так и держа меня перекинутой через плечо, юноша двинулся к кровати Брины и, достигнув своей цели, бесцеремонно кинул меня на нее. Приземление нельзя было назвать мягким. Я умудрилась удариться, по крайней мере, в трех местах.

Еще три синяка в мою коллекцию. Прекрасно.

— Да тихо ты, не рыпайся! — должна признать, Вайлет очень мужественно себя вела… или глупо? Но она категорически не собиралась бросать борьбу со своим обидчиком.

— Обмен? — повернулся Кортнер к борющейся паре. — У меня так не побрыкается.

Мое сердце замерло. Если ее отдадут в лапы Дарка… это конец. Я поняла, что была на грани сумасшествия и, если Зар сейчас отдаст сестру ему, я просто… я не знаю, что я сделаю. Я отключу свой разум и просто нападу на них… обоих.

— Нет… — облегчение не заставило себя ждать, наблюдая, как Зар отвернулся от парня, словно бы хотел ее оградить. — Что там? Ванна? — кивнул тот на дверь.

Да. Там была ванна. И этот вопрос снова заставил меня занервничать.

Больше не сказав ни слова, юноша открыл дверь и впихнул туда все еще сопротивляющуюся сестру. Сразу вспомнился наш спор с Бриной по поводу целесообразности защелки на двери. Я тогда оказалась убедительней. И вот итог — теперь Вайлет оказалась запертой в ванной комнате.

— Ты! Дедуля! Что, струсил, да? Боишься в песок рассыплешься? — кричала из ванной сестра, при этом не переставая колотить дверь всеми конечностями.

— Не беспокойся, Малыш! — стукнул тот в ответ. — Я обязательно тебе дам шанс уложить меня на лопатки… позже.

— Выпусти меня! Ты глазом моргнуть не успеешь!

— Сидеть… тихо! — тон парня изменился, когда он стукнул по двери в последний раз и направился в мою сторону. Вот теперь пора начинать панику. Когда тот подошел совсем близко к кровати, я уже приготовилась к худшему, обдумывая, с чего начну сопротивление. — Вставай, — кинул Зар, внимательно меня осматривая, и предложил руку, чтобы я за нее ухватилась. — Вставай, — повторил тот, ожидая моего послушания.

— Да пошел ты! — не знаю как у меня это вышло, но слова будто бы сами вылетели, напрочь заблокировав ту часть мозга, которая должна хоть как— то отвечать за инстинкты.

— Ладно… — закатил тот глаза, резко подрывая меня с места за плечи и, кинув беглый взгляд по комнате, подтолкнул меня к единственному участку стены, незаставленной мебелью.

Я даже не удивилась, когда тот оперся одной рукой о стену. Дарк тем временем исследовал спальню, то и дело заинтересовано рассматривая какой— нибудь предмет. Гребаные уголовники.

— Где твоя кошка? — прогремел его голос, пока он осматривал новые наушники.

— Угомонись, — кинул ему вдогонку полный раздражения взгляд Зар. — Итак, не хотим по— хорошему, придется пообщаться грубо, — его прищур заставил меня съежиться и вжаться в стену.

Да что я им сделала такого?

Дарк, убедившись, что кошки поблизости не наблюдается, — мне, кстати, самой стало интересно, куда она запропастилась — продолжил знакомиться с содержимым комнаты.

— Эй! — не выдержала я, когда шрамощекий по— свойски прикурил. — В моем доме не курят!

— Что сказала? — подошел тот ближе, слегка отталкивая главного плечом.

— Ничего! — ответил за меня Зар, одаривая своего друга недовольным взглядом. — Ты можешь некоторое время мне не мешать?

Вмиг обстановка накалилась. Какое— то время Кортнер неотрываясь смотрел на своего друга. Мне уже казалось, что они начнут выяснять между собой отношения. Но их пристальные взгляды завершились мирно. Дарк отступил, все же продолжая курить.

— Ну, — молодой человек снова повернулся ко мне, закрывая своим телом от всего, на чем я могла бы зацепить взгляд, лишь бы только не смотреть на него. — А теперь мы поговорим с тобой серьезно. Кто ты?

Удивление, которое я испытала, наверно, очень четко отразилось на моем лице. Но это никак не сказалось на поведении парня. Его испытывающий взгляд все еще пронизывал меня до мозга костей. Он… ждал ответ, которого я просто не знала. На языке плясало несколько версий. В этом списке были такие слова, как: «девушка, Мия, человек, компаньон по бизнесу, дочь своих родителей…» Но что— то подсказывало мне, что все эти варианты неверны. Точнее, это совсем не то, чего от меня ждут.

— Что? — заставила я себя произнести хоть что— то, когда его глаза в нетерпении сузились в маленькие щелки.

— Кто ты? — теперь вопрос прозвучал более жестко.

— Я… я не… я не понимаю, что вы хотите от… меня, — дрожь в подбородке не позволяла полноценно произносить звуки и все это выливалось в какое— то меланхоличное бормотание. Не удивлюсь, что он ни одного слова не расслышал из того, что я промямлила.

Юноша резко втянул носом воздух и закатил глаза. Очевидно, мой ответ его не устроил. Он опустил голову, словно бы собирался с мыслями.

— Мия… так ведь? — уже на вступлении я услышала, как зловещие нотки проскальзывают сквозь каждую произнесенную букву. — Не надо испытывать мое терпение на прочность. Это не очень приятно.

— Да пока ты выйдешь из себя… Дай мне полминуты и ты узнаешь все, что тебя интересует! — хождение кругами шрамощекого раздражало не только меня. Он еще это все сопровождал щедрым дымопусканием. Так что еще немного и мне тут точно нечем будет дышать.

— Спасибо, — пронзительный взгляд парня даже не дрогнул, — я учту. Мия, не зли меня… и уж тем более — его. Если не хочешь, чтобы у тебя и… у твоих братьев, которыми ты мне угрожала, появились проблемы, я советую с нами сотрудничать.

— Знаете, что? — казалось, мое терпение начинало иссякать быстрее, чем нарастал страх. — Я понятия не имею, что вам от меня нужно. Вы за последние сутки заколебали меня своими грозными взглядами и загадочными вопросами! — мое нарастающее раздражение в голосе начинало придавать уверенности. И смотреть на удивленное лицо парня оказалось даже приятно. — Если вы так волнуетесь по поводу вашего клуба, так он мне на фиг не сдался, чтоб его еще и рекламировать кому— то. И ноги моей больше не будет в вашем тараканнике. Так что, если вы тут из— за ваших боев, то можете спать спокойно. Я не буду трепаться!

Дарк, что остановился неподалеку, внимательно на меня смотрел. Главный же, напротив, отвернулся, испепеляя взглядом стену.

— Я говорил, — Дарк так и не спускал с меня взгляда. — Ты зря теряешь время.

— Как давно ты тут живешь, с братьями? В этом городе? — юноша не собирался сдаваться. Он снова повернулся ко мне. В его глазах до сих пор читалось недоверие.

Странный вопрос… кажется, они меня, правда, с кем— то спутали.

— Мы тут родились, — пожала я плечами. — Мы всегда тут жили.

Недоверчивый прищур заменился некоторым удивлением.

— Назови свою фамилию, — потребовал тот, кинув обеспокоенный взгляд на Дарка, который, кстати говоря, подошел совсем вплотную.

Говорить, когда на тебя пялятся два опасных типа, было еще труднее. И говорить свою фамилию… У меня был соблазн назвать что— то иное, любую распространенную фамилию. Но… нет. Это все равно, что подлить в пылающий огонь масла. Лучше лишний раз не провоцировать.

— Ван де Граф, — выдавила я из себя, соображая, что это может быть ключевым моментом.

— Пфф… — с шумом выдохнул, до предела напряженный Дарк, и снова принялся расхаживать по комнате. — Я даже комментировать это не буду.

Зар тоже заметно ослабил свои мышцы. Но все же в его взгляде не было того облегчения, которое только что продемонстрировал Дарк. Казалось, его это даже расстроило.

— Ван де Граф, — из его уст это прозвучало совсем ядовито, я бы даже сказала, он практически выплюнул эти слова, — фанатки, значит? Пришли поболеть за Кендалла. И почему никто не задумывается, как я терпеть не могу ложь, — ох, здорово. Кажется, я его разозлила еще больше. — Братья, значит. Это они меня должны размазать, да?

Я опустила глаза. Меня начинало трясти от мыслей, что я послужу для возникновения не малых проблем у Тайлера и Кендалла.

— У вас разные родители? — вопрос, который озвучил Дарк, удивил меня не меньше.

— Нет! Конечно, нет! В смысле… Кендалл неродной брат. Двоюродный.

— Тайлер? — выжидающе уставился главный.

— Да. Родной.

— А малая? — легким кивком Дарк указал на дверь ванной, где была заперта Вайлет. — Сестра? — я утвердительно кивнула. — Она может не знать, что у нее кто— то другой… из родителей.

— Что? Но это невозможно! — отрицательно замотала я головой, понимая, что исход конфликта близится к своему завершению. И, кажется, завершение помахало белым флагом мира. — Мы… я и Тайлер. Мы близнецы. У нас не могут быть разные родители, — не отдавая себе отчет, я выдавала всю информацию, которая им может быть важной.

Мои слова их немало удивили. Даже не так. Казалось, что они были просто обескуражены. Какое же это гадство — наблюдать всю эту картину и ничего не понимать.

— Ладно, — главный медленно вернул на меня свой взгляд. — Я спрошу прямо. Как ты относишься к крови, Мия?

Что? К крови?

Мой рот непроизвольно раскрылся от удивления и страха. Такие вопросы не могли быть предвестниками чего— то хорошего. Неужели я позволила себе расслабиться и поверить в удачный исход всего этого безумия?

К крови…

Его вопрос так и застрял в моем сознании, не позволяя воспроизводить продуктивные мысли. Как я могла подумать, что их бесцеремонный визит может завершиться благополучно? Они не уйдут просто так, оставив мне возможность заявить в полицию. Даже надеяться не стоит.

На этот раз, как бы я ни пыталась, но произнести даже самое глупое «что» мой язык расценил как тяжелейшее испытание.

— Ты ее испугал! — это прозвучало странно. Можно подумать, что до этого я тут была воплощением бесстрашия.

— Испугал, — подтвердил главный, не желая отпускать мои глаза из своего зрительного плена. — Проблема в том, — Зар даже причмокнул и помотал головой, словно бы смаковал каждое произнесенное слово, — что… выяснить причину твоего страха можно только одним способом.

Я не понимала ни слова из того, что он сейчас говорил. Но весь его вид настораживал и заставил все мое тело окоченеть от ужаса. Пик всего этого безумия выпал на тот момент, когда юноша медленно убрал руку со стены, о которую все это время опирался, и опустил ее к своему поясу… чтобы… что— то вытащить. Сначала я не поняла, что за предмет был в его руках, пока яркий отблеск не ослепил меня солнечным зайчиком. Это было что— то металлическое… это был складной ножик.

Из губ вырвался судорожный крик. Ноги сами решили, что спасение бегством — самое лучшее, что можно предпринять в данной ситуации. Но весь мой путь завершился уже на первом шаге, когда главный одним лишь легким движением руки вернул меня на место.

— Без паники, — его спокойствию, с которым он разговаривал, можно было только позавидовать. Казалось, что все происходящее для него вполне обыденные вещи. — Если будешь вести себя правильно, я ничего плохого не сделаю.

И как на такое я должна реагировать? Что значит «правильно»?

Он медленно протянул руку и обхватил мою кисть. Я вздрогнула, когда почувствовала такую разницу в температуре тела. По сравнению с моими окоченевшими конечностями, его кожа показалась невероятно горячей.

В следующую секунду по указательному пальцу прошлось острое лезвие ножа. Я даже вскрикнуть не успела — мой рот беззвучно открылся, как у рыбки, выкинутой на сушу. Скорее всего, дело было в шоке, но я даже боли не почувствовала. Я до сих пор не верила, что это произошло, наблюдая, как кровь тонкой струйкой начала сливаться по внутренней поверхности пальца.

Зар резко втянул воздух носом и, кажется, даже пошатнулся.

— Даже так… — хрип Дарка, что стоял за спиной юноши, прозвучал… устрашающе.

— Нет! — это короткое слово сорвалось каким— то рыком с губ Зара. И тот резко, повернувшись ко мне спиной, оттолкнул юношу. — Успокойся, — тверже сказал тот, хоть Дарк и не шевелился.

Кажется, я попала в компанию не плохих ребят, а настоящих психов.

— Да спокоен я! — Кортнер оттолкнул от себя своего друга. — Ты! — сосредоточил он на мне свой остекленевший взгляд. — Забинтуй чертов палец!

Зар все еще стоял рядом со своим другом и предостерегающе уткнул в него свою ладонь. Хоть тот и не пытался двигаться, но свой странный взгляд с меня не спускал. На секунду почудилось, что его глаза потемнели. Это какое— то сумасшествие. Они… ненормальные.

Вспомнив о своем кровоточащем пальце, я поднесла его к губам. Это произошло как— то на автомате. Ну… знаете, это что— то типа того, когда вы режете лук и случайно порезались, а еще через мгновение этот порез уже у ваших губ.

— Пфф…. — бурная реакция парня на мой жест меня немало удивила. — Я ее сейчас убью!

— Дарк! — раздражено оборвал парня его друг от дальнейших угроз и поползновений на мою жизнь. — Успокойся.

— Отвали! — тот с силой оттолкнул от себя Зара. — Я сказал, палец перевяжи! Живо!

— Где аптечка? — спокойнее проговорил его друг.

Прекрасно. Сначала калечат, а теперь их волнует малейшая кровопотеря в моем организме. Зар внимательно проследил за моим взглядом, которым я скользнула к двери в ванную комнату.

О нет. Аптечка в ванной. И… я не позволю им вернуться туда. Решение пришло как— то само собой, когда я потянулась к одному из пластырей, что так и украшали мои посиневшие колени. Вот и пригодились.

— Ты выяснил, что хотел? Теперь я желаю убраться!

— Скоро, — утвердительно кивнул тот. — Где твой телефон? — обращение было ко мне.

Дарк словно бы прочитал мои мысли, которые очень красноречиво отобразились на моем лице.

— Зачем тебе телефон? У меня же есть ее номер.

— Тогда звони… — склонил тот голову, — а то мы и это будем выпытывать полчаса.

Рингтон моего мобильника еле слышно заиграл. В силу моей привычки, его обычное место опять оказалось под подушкой. Впрочем, громкость была достаточной для того, чтобы без труда определить его местонахождение. Зар откинул подушку в сторону и взял телефон в руки.

И… черт…

Только до меня дошло чем это может кончиться, как юноша повернул ко мне свое лицо, на котором четко отразился настоящий шок. А вот губы неожиданно растянулись в улыбке.

— Что? — не мог не заметить Дарк такие яркие изменения в своем друге.

— Даже не знаю… стоит ли тебе это показывать… — казалось, парень еле сдерживается, чтобы не засмеяться.

Я, конечно, была польщена, что мою шутку оценили. Но… черт же. Я даже еле заметно помотала головой, посылая ему умоляющий взгляд.

Дарк преодолел расстояние в два шага, заглядывая в дисплей моего телефона, а Зар все так же стоял и, улыбаясь, смотрел на меня. Моя интуиция начала бить тревогу. Дарк точно не отличается хорошим чувством юмора. Так и вышло. Он медленно повернулся ко мне, вкладывая в свой взгляд всю возможную свирепость.

Моя шалость с переименованием контакта сыграла со мной же злую шутку. Я влипла…

— Дай сюда! — попытался тот выхватить мой телефон, но Зар не дал этого сделать, и вот они теперь вдвоем следили взглядом за чем— то происходящим на экране.

Это так… неприятно. Мозг тут же начал судорожные копания в памяти о наличии в галереи каких— нибудь очень личных фотографий. Это ведь совсем не те молодые люди, которые способны вежливо прикрыть глаза.

Следующим движением Зар достал свой телефон и начал что— то набирать у себя.

— Серьезно? — в ответ на такое действие у Дарка моментом брови взлетели практически до шапки. Что бы там ни происходило, мне это не нравилось.

Зар решил оставить свои действия без единого комментария. Следующий по очереди, кто будет лазить в моем телефоне, был, конечно же, Кортнер. И теперь Зар наблюдал за его действиями.

— Может, хватит? — раздражено проговорила я, чем привлекла внимание двух парней. Они одномоментно подняли на меня свои глаза. Впрочем, это длилось всего пару секунд, потому что после этого они опять погрузились в мобильник.

Гадство…

— Лэндон? — прочитал Зар, пока Дарк принялся что— то набирать на своем телефоне. — Кто это?

— Это ее… — оборвал тот свою фразу на полуслове, уставившись на меня. На его лице отразилось какое— то замешательство. — Да… как там тебя… Мия? Кто этот Лэндон? — ну, вот… теперь мне еще и о нем нужно что— то говорить? — Только не говори, что твой бойфренд — Лэндон Стоун?

Я не вымолвила ни слова, но мой вид, несомненно, делал меня кристально прозрачной. Мне даже не хочется сейчас выстраивать у себя в мыслях предположения при каких обстоятельствах Лэндон мог бы познакомиться с такими личностями. И, самое главное, что может быть общего у этих совершенно разных людей.

— Мир тесен! — усмехнулся тот, не дожидаясь моего ответа. — А кто— то еще считает, что теория бумеранга — полная чушь, — с этими словами Дарк двинулся ко мне. — Когда будешь со своим парнем обжиматься в следующий раз… передай от меня привет. Скажи, что я очень интересовался, как там поживает Рэдд.

Я ничего не понимала из того, что он мне говорил. И имя это мне незнакомо.

Я отвернулась, понимая, что внутри начинает распаковывать свои чемоданы такой маленький мерзкий червячок. И имя ему «сомнение».

— Нам пора, — проходя мимо, Зар нарочно задел своего друга плечом. — Пошли.

Но… черт возьми, кажется этот шрамощекий и не думал упрощать мне жизнь.

Кортнер подошел ко мне вплотную, практически вжимая в стену. Его зрачки заиграли каким— то игривым пламенем, когда тот снова стал проходиться по мне взглядом.

— У меня осталось одно дело.

— Дарк…

— Иди, — сказал он, давая понять, что компромисс тут неуместен. — Я просто поговорю.

Какое— то время Зар сверлил затылок друга недовольным взглядом, а я тем временем умоляюще смотрела на Зара. Хоть они оба меня пугали до чертиков, но, по крайней мере, один из них внушал чуть больше доверия. Ну, как минимум, один из них меня не зажимал на капоте и не облизывал мне шею. Это уже что— то значит.

— Дарк. Идем… — знаете, когда посторонний человек с внушительными мышечными данными начинает волноваться, это как— то невольно начинает передаваться.

— Я сказал, я просто поговорю! — прорычал тот, не спуская с меня цепкого взгляда. Его хрип сделал свое дело. По телу разбежались мурашки, оставляя после себя очень неприятный след.

— Без глупостей, — наконец, произнес он, прежде чем двинуться к лестнице. Серьезно? Он меня оставляет с этим неадекватом? — Малыш, — остановился он у двери в ванную и легонько постучал. — Наш бой еще не окончен…

Ну, вот и все… я осталась с Дарком наедине. Опять. И, в отличие от его друга, его слову я не верила.

— Ну… — усмехнулся тот недоброй улыбкой. — Так как ты там меня назвала?

Сердце словно бы рухнуло в бездонную яму. То, что он не оценил шутку можно было не сомневаться.

— Отойди от меня, — отвернулась я, не желая смотреть на него.

Но тот только теснее ко мне приблизился. Мое частое и глубокое дыхание каждый раз вызывало соприкосновение наших тел. Мое личное пространство опять наглым образом нарушали. Если у каждого человека существует аура, то мою уже успели превратить в решето.

— Так как? — обхватил тот мой подбородок, приподнимая лицо.

— Что тебе нужно от меня? — попыталась я вложить в эту фразу максимум отвращения.

Мой вопрос вызвал у него усмешку. Дарк слегка отстранился для того, чтобы еще раз пройтись по мне своим нахальным взглядом. Когда он медленно потянул руку ко мне, мое сердце забилось в конвульсиях, предчувствуя что— то недоброе. Его пальцы капканом обхватили мою кисть и притянули к себе ближе. Он ничего не говорил и это заставляло меня паниковать. Другой рукой тот провел по моей щеке, обжигая кожу. И лишь за секунду до произошедшего я успела заметить, как его губы расплылись в довольной улыбке.

Резкий разворот моего тела выбил из меня всякую ориентировку в пространстве. И, кажется, если бы я случайным образом не повернула голову набок, мой нос сейчас оказался бы размазан по бетонной поверхности. Мое тело вжали в стену с такой силой, что мне понадобилось время для того, чтобы определить все ли ребра у меня остались целыми.

Не буду врать, будто бы я пыталась его оттолкнуть от себя. На самом деле это сделать было просто очень трудно. Меня словно намертво зафиксировали так, что я даже малейший вдох делала с трудом. Мне так хотелось озвучить все свои мысли, но… меня несколько отвлекло его горячее дыхание у моего уха.

Он… он рычал?

Ритм сердца разогнался уже до ужасающих показателей, каждый вдох давался с трудом. Кажется, я была на грани обморока. Если бы мощное тело парня меня так не вжимало в стену, я непременно скатилась бы на пол, потому что ноги меня точно уже не держали.

Наверно, пора бы начать какое-то сопротивление и отвоевывать свою честь и имя… Но… разве это возможно, когда тебя практически сравняли со стеной?

— Отпусти меня, — кажется, мои голосовые связки издали какое— то предагонное мычание. И это, конечно, не могло сойти за уверенные сопротивления. Да и по большому счету, сомневаюсь я, что это каким— то образом сможет его убедить перестать вести себя так.

Как— то вдруг волнительно стало, когда он так и не соизволил выложить свои требования и все эти мысли про честь и имя уже не казались такими уж правильными. Пока я тут размышляла о правильности своих действий, парень вжал меня в стену еще сильнее. Как оказалось, это еще возможно. Позже я поняла, в чем была причина более тесного контакта. Тот решил, что это вполне достаточная компенсация за то, что он убрал свою руку. Ею он… достал свой мобильник…

— Улыбайся, покажи, как тебе это нравится… — он больной. Все, это мой окончательный вердикт.

Тот уткнулся своей мордой мне в шею. Иначе это подобие лица я уже не в том расположении духа называть.

Щелчок… фотография сделана.

— Ты умудрилась, своей нелепой шуткой влезть в такое дерьмо… Я тебе обещаю, я превращу твою жизнь в ад… Мия… веселье только началось.

Это были последние слова, прежде чем тот резко оттолкнулся от стены, чтобы уйти прочь. Почувствовав небывалую легкость после того, как меня практически сравняли с твердой поверхностью, я повернулась спиной к стене и медленно скатилась на пол.

Не было уже ни слез, ни дрожи в теле. Я просто сидела и тупо смотрела в одну точку. Не было ничего. Я даже обиды уже не чувствовала.

Если я еще могла адекватно оценивать восприятие времени, то прошло всего несколько минут, когда ко мне такой… ничем не отличающейся от растения, подошла Маркиза и уткнулась своей мордочкой мне в руку.

Я взглянула на два разноцветных глаза и мне казалось, что за ними скрывается нечто… большее.

Сердце до сих пор отдавалось где— то в висках. Мой мозг отказывался все произошедшие события складывать в какую— либо логическую цепочку. Да тут нет логики. Есть только одно… Злость. Ничего больше не осталось, кроме этой мучительной злости, что потихоньку разъедала изнутри, заставляя в мыслях сворачивать шеи обоим представителям какого— то дикого необузданного вида Homo sapiens. И я знаю уже, что я сделаю в первую очередь… я… я… пойду— ка выпущу Вайлет, для начала.

Глава 12

По— моему, это уже десятый раз, когда я бросаю слегка обескураженный взгляд на свое отражение в зеркале и прихожу к выводу, что доверить Аарону такое ответственное задание было плохой идеей.

Нет, двоюродный брат постарался на славу, и он даже весьма увлекся творческим процессом, когда я лишь намекнула, что у меня почти не осталось времени для того, чтобы заехать домой и нарядиться в одиночку к вечеринке у Кендалла. Вечеринка была посвящена Хэллоуину, кстати говоря.

— Я тебя уверяю, сестренка, если ты заявишься к ним в таком виде…о, я еще ножик подгоню, кстати! Они там все в окна выпрыгнут! — Аарон отошел на пару шагов, чтобы в полной мере оценить свои внезапные творческие порывы. — А ты еще отказывалась! Выглядишь как…

— Ходячий труп? — решила я подсказать. На самом деле, я не знала как еще назвать то, во что меня превратили.

Нэнси — жена Аарона, для поддержания его крепко спящих до этого момента творческих способностей, даже пожертвовала одну из своих рубашек. И теперь с интересом наблюдала, как этот неугомонный молодой человек, не стесняясь своих безумных идей, забавляется со мной, словно бы с подопытным кроликом.

— Эй! — состроил тот что— то безумное на своем лице, будто бы я нанесла ему непостижимое оскорбление. — Полегче в выражениях. Почему сразу ходячий труп? Может… ммм… труп невесты?

— Труп невесты? — опустила я взгляд на свои обнаженные ноги. — Не представляю себе невесту вот в этом. Я имею в виду, что обычно невесты в более торжественном наряде.

— Ты права, — склонил тот голову, обдумывая свои следующие слова. — Тогда это будет труп невесты в свою первую брачную ночь. Наверно, это даже более трагично звучит.

— Главное Лэндону твои идеи не озвучивать… — поморщилась я, крутясь перед зеркалом.

— О, слушай… может, тебе еще улыбку сделать… ну, такую… как у Джокера? — глаза брата приобрели какой— то хищный огонек.

— Так, прочь от моего лица! — отпрыгнула я от Аарона— манька. — Это уже будет перебор! Все… я пойду… уже опаздываю… и Бри… — я взяла телефон в руки. От подруги пришла уже третья смс— ка с ее нового телефона, который ей, по ее же словам, подарил Кендалл… и Тайлер.

— Нет… — недовольно сощурился тот, выливая на свои руки красную гуашь. — Знаешь, кое— что все же я недоделал, — наблюдая, как тот размазывал краску по своим ладоням, я уже заподозрила что— то неладное… и не зря, как оказалось. — Какова причина смерти невесты в свою первую брачную ночь?

— Эээ…. Нэнси… — крикнула я жену брата, которая на кухне занималась какими— то вкусными печенюшками. Аромат уже успел распространиться по всему дому и порой вызывал немного неприличные завывания в желудке. — Ты уверена, что Аарон в эту ночь не превращается в какого— нибудь… оборотня? — только я понадеялась, что Нэнси сможет утихомирить своего не на шутку разбушевавшегося супруга… как… — Аааа! Спасите! Маньяк! Убивают!

Впрочем, это помогло, потому что Нэнси в считанные секунды оказалась в гостиной, где и происходило настоящее побоище. Не знаю как это выглядело со стороны, но в моем понимании это было несколько неправильно. Мое многострадальное тело оказалось где— то под тяжелой тушей Аарона. Брат уселся на меня сверху, чтобы я не смогла от него далеко убежать. Ведь как раз это я и собиралась сделать всеми силами. И совсем не стесняясь в каких— то колких замечаниях, оставлял отпечатки своих лап по всему моему телу. И его при этом совершенно не заботило, что мне еще нужно будет садиться в машину и ехать до самого дома Кендалла.

Именно по этой причине я и бросаю взгляд на свое отражение… уже в одиннадцатый раз. А еще приходится судорожно следить за дорогой, в надежде, что мне не удастся на своем пути повстречать служителей закона. Они, конечно, тоже люди… наверно… и понимают, какой праздник на носу. Но все же, не хотелось бы им демонстрировать свой наряд.

Мне повезло, день выдался насыщенным и вспоминать минувшее утро просто не было времени. К забронированному заказу по украшению корпоратива к ночи Хэллоуина, прибавилось еще два незапланированных мероприятия.

В общем, с самого утра… ну, вернее, почти с обеда и до вечера, мы только и делали, что разъезжали по городу. Мне даже некогда было расспросить подругу по очень интригующему вопросу. Ее ночь в доме Кендалла не могла меня оставить равнодушной.

Вайлет, слава богу, успокаивать не пришлось. Почти. Кроме того момента, когда я ее пыталась выпустить из ванны, на меня чуть не напали и хорошенько не отделали шваброй. На ее многочисленные вопросы не сразу, но все же удалось уклониться. Пришлось в скоростном режиме выдвигать версию с их… ошибкой. Не скажу, что у меня была стопроцентная уверенность в том, что мне удалось убедить сестру. Но она, по крайней мере, быстро потеряла интерес.

Еще был один момент, который не давал мне покоя. Лэндон. Я старалась выкинуть из головы все то, что говорил мне Дарк. К его словам вообще не стоит прислушиваться и уж тем более относиться серьезно. Но игнорирование моих звонков заставляло меня возвращаться к этим словам все чаще. В этом было что-то новое и мысли о его неизведанной стороне начинали меня потихоньку съедать. Только пару часов назад он мне написал короткую смс, в которой сообщил о том, что мы встретимся у Кендалла. Может, это уже слишком, но мне казалось, что писал он не совсем в хорошем настроении. От сообщения так и веяло холодом.

Дом Кендалла уже на расстоянии запестрил яркими оранжевыми красками, выделяясь среди серого ряда домов. Наша семья отличалась любовью к подобному роду украшательств. Рождество у нас всегда начинается за неделю, когда мы с диким восторгом доставали с чердака весь хлам, который копился годами. С Хэллоуином было что-то подобное. Меня даже печаль охватила, что мне не удалось принять в этом участия. Но зато я провела замечательный вечер, играя со своей племяшкой Наоми. Ради нее не жалко пропустить даже такое увеселительное мероприятие.

Я постаралась подъехать к дому брата как можно незаметней. Даже фары выключила. Нет, ну должна же я попробовать осуществить безумную идею Аарона. Будет весьма забавно наблюдать, как весь народ и правда кинется покидать дом через окна.

Очень жаль, что проверить фантазии воспаленного мозга Рона так и не удалось. Тайлер испортил все мои планы. Он сидел на ступеньках и, видимо, кого-то ждал.

Меня?

Похоже на то, по крайней мере, при приближении машины, тот сразу направился в мою сторону.

Вау… Я смотрю они тут тоже немало постарались. Теперь я понимаю, что имела в виду Брина, когда говорила о стремлении Тайлера сохранить честь и имя второй половины лица.

— Шикарно! Тай, это классно! — восхищенно ворковала я, вылезая из машины.

Правда, продолжение мне так и не удалось выговорить, а ведь я планировала отвесить братцу нехилый такой комплимент. Но… чего— то он был не в настроении.

— Ну— ка, поговорим… сестренка, — ого, да мой брат просто в бешенстве. Это стало понятно по его фразе, что еле— еле просочилась сквозь его сомкнутые зубы. Почему— то возникло ощущение, что со вчерашнего дня у меня началась черная полоса.

— Так, подожди, — выставила я руку, понимая, что мое настроение уже заранее испортилось. — Дай угадаю… я что— то натворила, да? — вообще— то, я подозревала о чем сейчас пойдет речь. Но старалась убедить саму себя, что причина все же в чем— то другом.

Тайлер резким движением обернулся на дом, словно бы не хотел лишних свидетелей и подошел ко мне почти вплотную, прежде чем начать шептать.

— Это начинает входить у тебя в привычку, — кажется, с каждым словом он злился все больше. — И мне это ужасно не нравится.

— Мне тоже! — хоть я и не ведала куда именно клонит братец, но… должна же я как— то за себя постоять. — Так в чем дело? А то мы тут можем всю ночь выяснять, как все неприятности слетаются на меня, словно бы мухи на… мед.

— В чем дело? — внезапно повысил тот голос, но опомнившись, снова кинул быстрый взгляд на дом. — Это ты скажи мне, как давно ты так близко общается с Дарком Кортнером.

— Ауч… — так и вышло… ничего нового. У кого— то язык слишком длинный. Бри навряд ли стала бы выдавать наше с ним вчерашнее общение. А про сегодня знала только Вайлет.

— Это все, что ты можешь сказать? — зашипел брат.

— А что ты у меня спрашиваешь? Кажется, твой источник более осведомлен, чем я. По крайней мере, я ничего не знаю про наше с ним БЛИЗКОЕ общение! — кто бы не отрастил себе этот длинный язык, я его укорочу! Даю себе обещание.

— Я у тебя спрашиваю! Это же ты с ним обжимаешься, как последняя…

— Да с чего ты это взял? — температура моего терпения достигла точки кипения. Я разберусь с этим дезинформатором!

— Я сам этого не видел… мне отказались продемонстрировать сей факт, — продолжал цедить брат слова сквозь зубы. И пожалуй, с его этим гримом это получалось еще более свирепо. — Но не думаю, что твой Лэндон будет врать о существовании такой фотографии.

— Оу… — кажется, все слова куда— то разбежались. Я стояла и хлопала глазами, пытаясь собрать только что полученную информацию в какой— то логический смысл. Ох, же черт… Дарк сфотографировал нас. В тот самый момент, когда почти повалялся на мне, стоя у стены. — Он… он… как? — мой мозг был не в силах переварить это.

Каким образом у них произошел обмен этой фотографией? Лэндон… он не может быть с ним как— то связан. Нет… я просто не могу это принять. Я отказываюсь в это верить…

— Я б тебе сказал… как! — Тайлер тоже был не в себе от всего этого и, кажется, его шок ненамного отстает от моего, — Я, конечно, не в восторге от твоего бойфренда. Но, Мия, это уже перебор. Ты, вообще, понимаешь, кто он?

— Кто? — глупо уставилась я на брата, не зная, как еще реагировать.

— Спасибо, Тайлер, — мои судорожные размышления прервал голос Лэндона. Молодой человек стоял на крыльце со сложенными у груди руками. Только от одного вида захотелось спрятаться за спиной брата. Но… о чем я только думаю. Это же Лэндон! Но с ним явно что— то не то. — Думаю, дальше мы разберемся с Мией сами.

— Лэндон, что случилось? Это… это же грим? — я стала подходить к ступенькам, молясь с каждым шагом, чтобы это и правда оказалась краска. — О, господи… Что произошло?

Когда я оказалась напротив своего парня, то стало ясно, что никакой краской тут и не пахнет. Даже искусственная кровь, что сейчас продается в каждой лавке по такому случаю, не может выглядеть настолько натурально. Лицо парня покрывали синяки, ссадины и кровоподтеки. Меня словно бы окатило ледяной водой. Я никогда не видела, чтобы Лэндон участвовал в подобных делах. Да что за карма— то такая! Почему все вокруг махают кулаками?

Я хотела осторожно коснуться неповрежденной щеки парня. Мне так хотелось сделать что— то, чтобы облегчить ему боль. Ему же, несомненно, было… некомфортно. Но Лэндон не позволил мне это сделать, медленно, но очень точно уклонившись от моей ладони. Меня как будто ужалили по моему самолюбию. Это было неприятно. Я ведь… не чужой человек.

— Заходи, Мия, — отступил тот, давая мне место для прохода. Под его взглядом я почувствовала себя нашкодившим котенком, которого сейчас будут сурово отчитывать и тыкать мордой в его грехи.

Но вообще— то, мне тоже было что сказать! Хотя все возможные варианты моих претензий перемешались в сплошной клубок. В том смысле, что я даже не представляла с чего можно было бы начать.

Стоило мне переступить порог дома, как на мои плечи свалилась вся тяжесть той обстановки, которая воцарилась в этих стенах. И даже играющая, между прочим, довольно веселая музыка, не могла разрядить эту атмосферу. Напряжения добавляло молчание всех присутствующих. Помимо Тайлера и Лэндона, тут еще были Бри, Кен и Вайлет. Все они молча сидели на диване и явно ждали чего— то.

Но… мы же не будем выяснять отношения прямо тут, в зрительном зале? Может, им всем еще попкорн раздать? А нам в руки микрофоны?

Мой взгляд скользнул по каждому, отмечая, как тут все постарались нарядиться. Досадное ощущение, когда тебе хочется подойти ближе к каждому и восхититься изобретательностью в образах, но это окажется несколько неуместно. Меня тут и так, кажется, считают малость того от такой наглой дезинформации. Хватит им всем подкидывать новую тему для размышления касательно моей личности.

Ау! Люди! Очнитесь! Произошло всего лишь недоразумение, которое я собираюсь сейчас распутать.

Взгляд четырех пар глаз следили за нами двумя, пока мы не скрылись на втором этаже — Лэндом решил, что в спальне уединиться будет верным шагом.

— Если хочешь на самом деле поговорить один на один, мы могли бы поехать в другое место. — вздернула я бровь, останавливаясь перед самым входом в спальню. — Я же верно думаю, что вечеринка на этом закончена?

— Мия, — только сейчас, вблизи и при хорошем освещении, я смогла в полной мере разглядеть все его ушибы на лице. От одного лишь моего имени его лицо немного скривилось от неприятных ощущений. — Если тебя сейчас действительно волнует вечеринка… я готов отложить разговор, — это, конечно, было сказано не всерьез. И… да, мне не очень комфортно, что я вынудила его это сказать. Как обычно, я рядом с Лэндоном ощущаю себя каким— то недееспособным ребенком. — Если же ты готова поговорить со мной, может, не будем оттягивать момент. Это все равно неизбежно.

— Да, — вздохнула, делая неуверенные шаги, проходя вглубь спальни.

Я нахмурилась, кинув взгляд в зеркало. О боже, а я уже и забыла как выгляжу. С таким гримом даже самое виноватое лицо выглядит жутковато.

Какая— то неуверенность проскользнула, когда дверь за молодым человеком закрылась. Это, правда, происходит? Сейчас у нас начнется выяснение отношений?

— Теперь можем поговорить, — раздался позади такой уже родной, но довольно— таки раздраженный голос.

Я не желала поворачиваться к парню, посчитав, что общение с его отражением будет намного приятней. Но встретившись с его глазами, я поспешила свои занять, несомненно, очень увлекательным светильником в виде тыквы в шляпке. Но продолжаться бесконечно этот судорожный поиск причин для оттягивания момента не мог. Поэтому я решила придать своему взгляду железную решимость. В принципе, мне и правда нечего страшиться. Я ничего плохого не делала. Почти. В общем, посовещавшись со своим Альтер Эго, я таки пришла к выводу, что готова принять суровый взгляд своего молодого человека и доказать, что это все напрасно…

Рановато я приняла такое решение. К этому проницательному взгляду, даже сквозь отражение, присоединился еще и недовольный, уставший вздох. Да. Это точно будет выяснение отношений…

Самое ужасное в серьезном разговоре — это начало, особенно, когда его каждую секунду мучительно оттягивают. А учитывая, что беседа предположительно предстоит не самая простая, это еще больше ухудшало обстановку.

Но еще хуже было осознавать то, что мой молодой человек с разбитым лицом. Учитывая его трепетную любовь к чистоте, уверена, что он уже успел умыть лицо, но… я просто не могла это наблюдать хладнокровно. Я должна проявить заботу и попытаться продемонстрировать свои навыки в первой помощи.

Решив, что это самое верное решение, которое только может быть, я выдвинула нижний ящик шкафа для того, чтобы вытащить аптечку.

— Лэндон… давай я… — мне даже договорить не дали. Молодой человек забрал у меня чемоданчик и поставил его на шкаф. Ясно, не время. — Ну, хорошо, — опустила я руки. — Тогда, может, объяснишь все— таки, что произошло?

— Я думал, этим займешься ты, — пожал тот плечами, обращая на меня обеспокоенный взгляд. — Что с тобой происходит? Такие номера были весьма забавны в студенческие времена. Меня беспокоит, что мне приходится все чаще говорить тебе, что пора уже взрослеть. И… чем напористей я пытаюсь до тебя достучаться, тем отчаяннее у тебя номера, — Лэндон сделал паузу, прежде чем высыпать на меня вторую часть своей речи, а я так и не решалась его перебить. Потому что… да мне просто нечего было сказать в ответ. Да, я еще жила так… как живу. И меня пугает, что меня хотят в чем— то изменить. — Что, спокойная жизнь стала слишком скучна? Захотелось приключений?

— Каких приключений? — ну, нет, он не должен знать про клуб. Это будет финиш. Серьезно.

— Мне пришло очень любопытное сообщение. С весьма познавательной фотографией. Изучал ее не один час. Адресат Дарк Кортнер. Полагаю, тебе известно это имя?

— Оно известно не только мне, как удалось выяснить, — решила я пойти в ответное наступление, захваченная обидой. Наверно, это не совсем верная тактика. Но для раздумывания было поздновато, я уже начала. — Ты ведь его неплохо знаешь, да?

— Я знаю его, как одного из жителей Малибу, — выражение парня было весьма уверенным в себе. — Но ты его знаешь намного… ближе, — перед тем, как достать свой телефон из кармана и продемонстрировать мне фотографию, Лэндон очень заметно поиграл скулами. На фотографии, которую Дарк нагло сделал у стены, я выглядела совсем не так, как было все на самом деле. Тут не скажешь отчего мое лицо так изменилось. От отвращения или огромного удовольствия.

— Лэндон, — озвучить все то возмущение, которое во мне начинало зарождаться, было сложнее, чем представлялось. Мне не хочется сейчас кидать знаменитую фразу «ты неправильно все понял». Хоть она здесь актуальна, как никогда. — Все не так. Все было не так! — как же трудно искать верные аргументы в свою защиту.

— Я хочу, чтобы ты выслушала меня очень внимательно, Мия. Отнесись к ним с максимальной серьезностью, — парень отложил телефон и медленно, пройдясь по спальне, опустился на диван. Его странный тон начинал меня пугать. — Ты не должна с ним видеться и как— то поддерживать общение. Пообещай мне, что будешь держаться от него подальше. Насколько это возможно.

— Что произошло? — уставилась я на молодого человека, выдерживая его взгляд. Его странные наставления я и так прекрасно для себя уяснила. — Это он сделал? Ты с ним что, встречался? Лэндон… зачем?

— Затем, Мия, что я не потерплю, чтобы тебя выставляли в таком свете. Если, конечно, то, что ты говоришь — правда. Все ведь было не так, как выглядит? — слова, а также взгляд парня становились все тяжелее, и выносить всю эту обстановку становилось сложновато.

— Лэндон, это все не так. То, что ты видишь на фотографии… это все неправда! Он специально это делает! Он… пообещал, что я еще пожалею. Обещал, что он превратит мою жизнь в ад! Он просто мстит.

Лэндон снова сморщился. Мои слова не подействовали на него так, как я хотела. Казалось, это его злило еще больше. Он склонил голову набок, не отрывая от меня своего взгляда, и медленно прикусил нижнюю губу.

— Очень интересные подробности, Мия, — его неспешный тон стал еще тише и ниже. — И за что же такому парню, как Дарк Кортнер, мстить тебе?

— Я…— я осеклась, понимая, что так всегда и происходит. Одна ложь порождает другую и так может продолжаться до бесконечности. Так что, лучше все предотвратить в самом начале, пока это не переросло в огромный ком. — В общем, я случайно не справилась с управлением машины и… устроила незначительное ДТП. Лэндон, его машина даже не пострадала. Ему просто нужен был повод!

— Ну, конечно, — закатил тот глаза. — Разбитая фара… ночные хулиганы… — договаривая это, молодой человек хотел провести ладонями по лицу, но стоило ему коснуться повреждений, как тут же одернулся. Я схватилась за голову. Он ведь обещал мне превратить мою жизнь в ад. Он обещал, а я так несерьезно отнеслась к его словам. И все потому что моя гордость не позволила мне извиниться перед ним. — У меня один вопрос, — задумчиво произнес тот, подпирая подбородок. — Почему я не в курсе, что происходит с тобой, Мия? Почему я последний, кто это все узнает? К тому же не от самых приятных… источников.

— Лэндон… — я потерялась в своих мыслях.

— Может, я еще чего— то не знаю? Знаешь, теперь у меня появились вполне оправданные опасения.

— Прекрати, — хотелось закончить разговор как можно скорее. И лучше вообще к этому не возвращаться.

— А что он делал у тебя дома? Фотография была сделана в твоей спальне, — в памяти всплыло мое не очень радужное пробуждение. Как я могла объяснить ему все то безумие, что тогда происходило? Я ведь сама так и не пришла к какому— то логическому решению. — Молчишь? — от его вопроса я даже вздрогнула, погрузившись, пожалуй, слишком глубоко в свои воспоминания. — Тогда я подкину тебе еще одну тему для размышлений. Дарк поинтересовался у меня, как я оценил его смс, — мои сведенные брови даже сквозь крив выдали полное непонимание. — Не помнишь? Просмотри последние сообщения от тебя, — кивнул тот на телефон, что оставил на шкафу. Честно, я и правда не понимала, о каком сообщении идет речь. Но все вопросы улетучились, когда я увидела текст, который уже второй раз заставляет меня вздрогнуть. «Пошел в задницу, Лэндон, и сиди там до тех пор, пока я не отымею твою подружку на капоте ее же машины». Странно, что сообщение не постигла кара удаления. — Ничего не хочешь мне сказать.

— Хочу, — положила я телефон обратно и пошла к парню ближе. — Он… это как раз случилось, когда я устроила ДТП.

— И почему я это узнаю только сейчас? Зачем нужно было устраивать всю эту сцену с Сабриной?

— Я не хотела проблем. И… Лэндон, это он сделал? — я все же взяла в руки чемоданчик с аптечными принадлежностями и направилась к парню. Невыносимо смотретьна его эти раны.

— Сейчас это не имеет значения, — он кинул не очень довольный взгляд на аптечку, но на этот раз отворачиваться не стал, когда я коснулась пальцами его невредимой щеки. — Просто… избегай его. Пообещай мне.

— Лэндон, — нахмурилась я, чувствуя теперь себя той, от кого что— то скрывают. — О чем вы говорили? Он же не стал махать кулаками просто так.

— Ты думаешь, ему нужна для этого веская причина? Ты слишком хорошего мнения о нем. Это… очень нехороший человек. Я тебя на полном серьезе прошу избегать его. И меня уже начинает раздражать, что ты уклоняешься от обещания.

Что— то не то. И опять же виноват Дарк! Это он всего парочкой фраз поселил в моем сердце сомнения. Я смочила вату антисептиком и принялась аккуратно выполнять все те пункты, которые мы как— то проходили по оказании первой помощи.

— Я не уклоняюсь от обещания, — мотнула я головой. — Я сама не пожелала бы с ним пересечься. — замолчав на некоторое время, я все же заставила себя продолжить. — Ты ведь тоже что— то недоговариваешь? О чем вы говорили? Зачем ты вообще пошел с ним на встречу?

Лэндон очень многообещающе закатил глаза, демонстрируя всем своим видом, что именно этот момент беседы он бы пожелал пропустить. Выражение его лица ясно говорило что— то вроде: «Тема закрыта. Точка». Однако он сделал над собой усилие и вернул на меня свой взгляд.

— Я должен был убедиться, что он, — на этом моменте Лэндон и подзавис, маскируя это тем, что касание до его раны вызвала неприятные ощущения, — больше не намерен с тобой пересекаться. Понимаешь, эта фотография скорее была сделана, чтобы задеть именно меня.

Вот как. Теперь подзависла я, хлопая глазами. Так неоднозначные намеки Дарка все же имеют под собой почву?

— Это ведь не просто так, да? — мои медицинские манипуляции тут же потеряли значимость. — Вы… как вы познакомились?

— Это не имеет значения, Мия, — включил Лэндон свой усталый тон, который всегда применял, когда хотел закончить разговор.

Но сейчас совсем другая ситуация. Я не позволю ему уклониться. Вопрос, который я собиралась озвучить, мучил меня на протяжении всего дня. И я не думала, что у меня будет удобный момент, чтобы его задать. Но раз уж он так любезно представился, глупо этим не воспользоваться.

— Кто такой Рэдд?

Лицо юноши изменилось до неузнаваемости. Оно вдруг стало мертвенно-бледным, а глаза заискрились какой-то настороженностью и печалью. О нет. Это правда? Существует какая-то часть его жизни, что так надежно скрыта от меня?

 — Где ты услышала это имя? — даже голос моего молодого человека стал другим. — Дай попробую угадать. От Дарка?

— Да, — не отводила я взгляд, хоть это и давалось с трудом. — Он просил… поинтересоваться как поживает этот Рэдд.

— Как он вообще узнал, что мы с тобой вместе? — продолжал Лэндон задавать мне весьма странные вопросы. Ответы на которые я могла дать с трудом.

— Он… догадался, — было очень неприятно, что из меня выпытывают мельчайшую информацию, при этом когда сам уклоняется от ответа. — Так кто этот Рэдд?

— Никто, — снова этот тон. По мне, так несправедливо скрывать от меня такие любопытные подробности. — Просто… не общайся больше с ним. Никогда. Ты мне пообещала.

— Это нечестно! — я была готова возмущаться. Я должна была знать ту часть, которую Лэндон упорно скрывает. — Ты просишь, чтобы я была с тобой откровенна. Я хочу такого же в ответ.

Лэндон снова закатил глаза и полностью облокотился на спинку дивана. Он не хотел говорить на эту тему.

Но все же попытался посмотреть на меня впервые за весь наш разговор более дружелюбно. Секунда в такой расслабленной позе ему словно бы прибавила сил, и он, вернув свое первоначальное положение, подвинулся ближе и взял мои руки в свои.

— Не накручивай себе мысли, которые я практически уже вижу в твоих глазах, — спокойно произнес он. — Мне неприятна эта тема. Потому что… Рэдд — мой друг. Давний. Он сейчас здесь не живет. Он покинул город уже достаточно давно. После того, — юноша нервно сглотнул, а его лицо приобрело печальное выражение. Последние слова ему дались со значительным трудом. И он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — После того, как Дарк приковал его к инвалидному креслу.

Противный морозный холодок мерзким касанием прошелся по всему телу, заставляя меня содрогнуться. Кисти, что сжимал Лэндон, в момент похолодели и задрожали. У меня пропал не только дар речи, но и дар мысли. В голове стало пусто. Я не знала как мне себя повести и как вообще отреагировать на такие новости.

Он мне пообещал ад. И он способен воплотить в жизнь свои обещания, теперь я не сомневалась. Меня охватил дикий страх, а если он подобное пожелает сделать с кем— то из моих близких?

— О боже, Лэндон, это ужасно, — мои глаза неожиданно для меня самой наполнились слезами. — Мне очень жаль… я… о боже… — я говорила, что дары, которые позволяют человеку вести маломальски различимую речь, меня словно бы покинули. — Как? Как ты, зная такое, пошел к нему на встречу?

— Ты задаешь не тот вопрос. Правильней, как я мог не пойти, когда мне ясно намекают, что мою девушку беспокоит весьма опасный тип. Теперь ты понимаешь, что я хочу донести до тебя? Это опасный человек. Если он появится у тебя на горизонте… как он попал к тебе домой? Ты не ответила.

Резкий поворот разговора меня слегка обескуражил. Уходить было глупо. Да и теперь я не имела права что— то умалчивать.

— Он просто ворвался в дом и все… — тем не менее, я так и осталась не совсем честна.

Лучше не знать ему о наличии в моем доме еще одного парня. Всплывет Зар — всплывет и клуб. Хватит уже с меня всех этих разговоров. Лэндон прав. Теперь я буду осторожней. И при попытке этих ненормальных приблизиться, буду бить тревогу.

Лэндон перевел свои ладони мне на лицо, обхватывая щеки и нежно притягивая ближе. Уткнувшись своим лбом в мой, тот на какое— то время застыл, словно бы собирался с мыслями.

— Мне же не стоит говорить, что теперь там, у тебя дома, небезопасно? — прошептал тот совсем тихо. Наши глаза встретились и я… ужаснулась. Я понимала к чему он ведет, но, наверно, не была готова к таким новостям именно сейчас. — Ремонт моего… нашего дома почти закончен. Остались мелочи, которые уже не смогут никак помешать проживанию. Устроим новоселье? Ты ведь любишь все эти мероприятия?

— Но… — все. Это был финиш. Меня словно бы загнали в тупик и перекрыли кислород.

— Мия, я больше не позволю тебе оставаться там. Он ведь может повторить визит, — он прав. Он, несомненно, прав. Но как я могла просто взять и переехать? Я не смогу. Это слишком. Я не готова. Пока не готова. — Почему ты молчишь? — почему я молчу? Я в шоке, вот почему. Я так надеялась на этот ремонт. А этот шрамощекий пришел в мою жизнь и все перевернул верх дном. Ненавижу. — Давай для начала… просто проведем там время. Уедем сегодня туда вместе.

Заботливая улыбка парня выбивала меня из колеи. Конечно, он был прав. Сейчас это самое верное решение. Но я же не могла покинуть Брину. А если они заявятся, когда она одна будет там? Я даже представить себе такое не могу.

— Я… — колебалась я, не понимая, какие правильные слова должна сейчас произнести.

— Мия… — Лэндон приподнял мое лицо за подбородок. — Тебе там понравится. Обещаю, — какое— то время он колебался, но через мгновение продолжил, — вернемся вниз. Пусть все будет, как вы и планировали. Тем более, когда у тебя такой наряд… видно, над ним немало старались… особенно эти отпечатки, — он кинул повеселевший взгляд на мои ноги. — Кто так постарался?

— Аарон! — не могла я не улыбнуться, вспоминая довольно— таки занимательный процесс.

— Нужно отдать ему должное, его старания заслуживают того, чтобы праздник у тебя все же состоялся — улыбнулся тот в ответ. — А потом уедем ко мне… вместе. Хорошо?

Все, что я сейчас могла — это лишь глупо кивнуть, надеясь на гениальный план, как бы избежать этого новоселья. По крайней мере, такого скорого.

 

***

Хочется верить, что все неурядицы на этом закончены. Ну, ладно, мой размах вышел с небольшим перебором. Как бы я ни пыталась откинуть от себя все негативные мысли, стоило признаться хотя бы самой себе. На этом все не кончится. Я бы хотела кинуть фразу, что это только начало… да я ее кинула. Моя интуиция подсказывала, что именно так мои дела и обстоят. Но надежда на удачное окончание хотя бы этого дня меня не покидала. Пусть даже для этого мне придется поехать с Лэндоном в его новый дом.

Бокал шампанского сделал свое дело, и теперь мне эта идея не казалась такой ужасной. Скорее даже наоборот. Уединение с Лэндоном — это то, что способно залечить мою израненную недавними событиями душу.

Надо сказать, что друзья не стали вмешиваться в наше недавнишнее уединение и выяснять во всех подробностях, что же все-таки случилось. Им вполне хватило моего радостного выражения лица, которым я всех одарила, стоило мне показаться на первом этаже. Даже Тайлер между четверной и пятой банкой пива вдруг принялся признаваться Лэндону, что тот, как оказалось, не так уж и плох. И что он его даже зауважал за его поползновения защитить мою честь.

— Да и вообще, Лэн… дон… — говорил тот сквозь икоту, которая не отставала от парня уже без малого пятнадцать минут, — Если серьезно. Ты классный парень. Зануда только страшный…

В отличие от брата, юноша был трезвый. Он не мог подорвать свои твердые намерения увезти меня из этой компашки, так что предпочел сегодня еще сесть за руль.

— Надеюсь, что на этой ноте зарождается наша крепкая и многолетняя дружба, — тем не менее, он, улыбаясь, похлопал Тайлера по плечу.

После чего начались дружеские объятия и клятва в вечной дружбе, безмерной помощи, крепкого плеча… в общем, начался пьяный бред Тайлера.

К событиям моего недавнего общения с криминальными личностями никто больше не возвращался. К счастью.

Весь оставшийся вечер мы провели достаточно весело, рассказывая анекдоты, принимали участие в довольно-таки увлекательных конкурсах, в которых Вайлет была настоящем асом. Танцевали до упада в прямом смысле, между прочим. Не все, а только те, кто не рассчитал количество потребляемого спиртного. А если еще точнее, то отличился у нас такими концертами лишь Тайлер.

А между этим безумным и громким времяпрепровождением я старалась рассмотреть наряды друзей поближе. Вообще, я почти не отлипала от Брины, рассматривая каждого паучка, который был крепко к ней прицеплен. Вайлет так и норовила хотя бы одного отодрать, за что получала по рукам. Следующий на очереди моего любования выпал Кендалл.

— О, Кен, тебе обкорнали твое безумие на голове? — смеялась я, запуская пальцы в его новую, довольно— таки привлекательную прическу.

— У меня давно на его челку руки чесались, — призналась Брина. — А тут ножницы под руку попались!

— Спорим, ты это безумие специально отрастил! Знал, что одно прекрасное рыжее создание не позволит тебе превратиться в болонку! — высказывала свое мнение Вайлет, посылая хитрый взгляд Брине.

— Я тебе сейчас покажу «Рыжее создание»! — откуда ни возьмись у Брины материализовались ножницы и та, примерив самое жуткое выражение лица, на какое была способна, кинулась догонять сестру, которая уже, сверкая пятками, отправлялась на второй этаж. По ее безумным крикам у нее там мачете Джейсона был припрятан.

Одним словом, торжество выдалось на ура. Мы даже успели сладостями покидаться, сопровождая это все грозным наставлением Бри после всего этого помогать с уборкой Кену.

— Знаете! — снимала она с себя очередного паучка из ее весьма впечатляющего наряда. — Есть более гуманные методы оставить нас наедине с Кендаллом.

Признаюсь, я еле сдерживалась, чтобы не утащить девушку сию минуту в тихий уголок, дабы расспросить в подробностях о прошлой ночи.

Стрелки часов уже подкрадывались к полуночи, когда Вайлет пришла какая— то смс, после которой она вдруг куда— то засобиралась. По крайней мере, к зеркалу та прилипла не просто так, то и дело проверяя свой вид со всех ракурсов.

— Тай! За мной сейчас заедут подруги, — оповестила она братца, пытаясь спустить и без того еле державшиеся на бедрах джинсы еще ниже. Как— то не очень в моем понимании сочетались такие вещи, как полночь и Вайлет в таком боевом раскрасе и с джинсами, которые держались на честном слове.

— Отзвонись как прибудешь на место! — близнец постарался состроить из своего лица, которое уже мало напоминало его прежнего, что— то строгое. — Обязательно. Иначе я приеду и всех там…

— Я тебе смс кину, — пообещала та, снова отворачиваясь к зеркалу.

— Так, стоп! — не могла я долго молчать в сторонке, когда младшая сестра на ночь глядя грозится покинуть безопасное место. Это слово меня теперь будет преследовать. — Я чего— то тут недопоняла. А куда вы, юная леди, засобирались? — из меня трезвой — пара бокалов шампанского не в счет — вышла более строгая представительница старшенства.

— Я— то? — сестра даже не потрудилась одарить меня своим вниманием. Ее взгляд был занят собственным отражением. — Мама одного из моих одноклассников устраивает вечеринку для молодежи. Так что… пожелай мне удачи.

— Мама? — недоверчиво преградила я ей дорогу. — Знаешь, учитывая последние события, я несклонная верить тебе на слово. Куда ты собралась?

— Мииияяя, твой бойфренд заразил тебя занудством? — это было несколько нагло, учитывая, что Лэндон стоял как раз позади моей обезбашенной сестры. — Хочешь, адрес спроси у Тайлера. Миссис Кэмерон. Так, для справки.

— Это правда? — повернулась я к брату, который уже был готов помахать сестре на дорожку.

— Неужели ты думаешь, я ее отпущу, не поговорив лично и не выяснив, где она будет веселиться? — хоть алкоголь и затуманил сознание Тайлера, но говорил тот весьма уверенно. Ну, если отбросить в сторону его не очень устойчивое вертикальное положение и слегка заплетающийся язык.

— Я бы ее никуда не отпускала, — на полном серьезе произнесла я. — Ее вообще в общество опасно выпускать. Ты знаешь, что она избила парня?

— Моя школа! — расплылся Тайлер в улыбке. — Это тебе как раз не мешало поучиться самообороне. За нее я спокоен.

— Спокоен? — опешила я. — А тебе не приходила мысль, что эта ненормальная таким образом себе врагов наживет. И кончится все тем, что ее заведут куда— то за угол и разберутся все разом.

— Ой, Мия, не начинай, — продолжала сестра вертеться перед зеркалом, поправляя свой ободок, на котором весело подрагивали летучие мышки на пружинках. — Если меня кто— то заведет за угол, там и останется… размазанным по чему— нибудь. Тем более Тай обещал позаниматься со мной. Дать несколько уроков.

Тайлер и Вайлет обменялись подмигиванием и сестра, услышав сигнал машины, включила скоростной режим и быстренько ретировалась. На всякий случай я выглянула вслед за ней, чтобы убедиться, что там ни кто— то, а ее подруги. Да, Анжелика и Аманда помахали мне рукой, выглядывая из машины.

— Хватит следить за каждым ее шагом, — закрыл входную дверь перед самым моим носом Тайлер. — Помнится, тебе это самой не особо нравится. Успокойся. Эта сумасшедшая постоит за себя в случае чего.

Кажется, тут только я адекватно оценивала обстановку.

— Вообще— то, Мия права, — подошел ко мне Лэндон, чтобы поддержать. Ну, спасибо…

— О, а вот ты не вмешивайся. О воспитании ваших детей я даже думать не хочу. Подозреваю, что ты им даже дорожку метить будешь по которой им положено гулять?

— Тайлер! — прикрикнула я на него.

— Успокойтесь, — подоспел на подмогу Кендалл. — Мия, он бы не вел себя так уверенно, если бы не убедился на сто процентов, что там, где будет Вай — безопасно. Он не звонил миссис Кэмерон. Он явился туда и меня потащил с собой. Так что он в полной мере смог убедиться, что там даже продукты, которые подростки будут потреблять, с неистекшим сроком годности. Я помолчу про обыск всего дома на наличие алкоголя.

— То есть так, да? Значит, стоило Вайлет захотеть посетить левую вечеринку, ты из кожи вон лезешь, чтобы ей угодить. А мне нужно было тебя год уговаривать, чтобы ты взял меня на бои где ты все время был бы ря… дом, — браво Мия. Молодец. И почему я соображаю о своей глупости так поздно?

Черт… и это резкое молчание.

— На бои, значит — вздернул тот бровь, показывая, что его очень заинтересовала последняя фраза.

— Молодец, Мия! — убийственный взгляд брата, пожалуй, даже отрезвел. Но тут теперь и Кендалл присоединился к нему. В общем, мы — я и мой неугомонный язык, в одну секунду умудрились все испортить. Не первый раз, кстати. — Вот именно по этой причине я и не хотел тебя с собой брать. Тайны хранить у тебя хреново получается.

Сегодня явно не мой день.

Лэндон выжидающе на меня смотрел. Конечно, он уже не успокоится, пока я не расскажу очень любопытную подробность из моей биографии.

— И чего зависли? — мгновенно перетянула четыре пары глаз на себя Брина. — Что тут такого необычного— то? Ну, посидели мы в секции у Тайлера и Кендалла. Ну, понаблюдали, как они мальчишек тренируют. Из— за чего сыр— бор? Из— за того, что Тай из своих каких— то личных побуждений не желал, чтобы Мия была свидетельницей его строгого, а где— то, может, чересчур жестокого метода наказания? Ну, так там и не хлюпики посещают секцию— то! Знали куда пошли.

Я, а вместе со мной Тайлер и Кен, уставились на девушку, не в силах что— то произнести или поддакнуть, что было бы весьма кстати. Ведь подруга только что спасла все положение.

 

— Все? — первый загрузил свою операционную систему Тай. — Конфликт исчерпан? Где там еще пиво было…

Кендалл пошел помогать брату в этом нелегком деле, а Бри, незаметно подмигнув нам, решила тоже не мешать. Как— то все сложно и неправильно. Напомните мне больше не иметь тайн от Лэндона. Когда они начинают просачиваться — это омерзительно.

Молодой человек, демонстрируя усталость от такого насыщенного на события дня, потребовал наше скорейшее перемещение в будущее жилище. Немедленно.

Уже? Я кинула взгляд на часы, понимая, что веселье как раз— таки только должно начаться. Но обстановка уже порядком накалилась. Может, правда, уехать? Завершить этот безумный день где— то вдали? В объятиях любимого? Звучит интригующе.

Признаться, как бы я ни желала наступления скорейшего переезда, но я была без меры любопытна. И увидеть тот дом, о котором Лэндон мне не раз говорил, было бы очень даже неплохо.

— Поехали, — кивнула я, расплываясь в улыбке. — Только я… смою весь этот грим? И переоденусь?

— Не надо, — не отпустил тот меня, когда я уже собралась пойти к машине за приготовленными заранее вещами. Он очень недвусмысленно намекнул, что душем наш новый дом не обделен. И… в общем, лучше посетить его там.

На самом деле перспектива и правда была волнительной. Стоит отметить, что и в этот раз недовольство Тайлера дало о себе знать. Но вспомнив о том, какие они теперь с Лэндоном лучшие друзья, благословил нас на очень удачную ночь. Что б его.

— Все нормально? — открывая для меня дверь в машину, спросил Лэндон. Его лицо, если откинуть все эти побои, тоже выглядело взволнованным.

— Да, — постаралась я подарить ему свою самую непринужденную улыбку. Хотя… учитывая мое разукрашенное лицо, у меня это все равно вышло не очень. Бри пообещала мне, что присмотрит за домом и за Вайлет. Но это меня мало успокаивало. Я не прощу себе, если они решат еще раз заявиться. Но подруга оставалась непреклонной. Пообещав, что все будет в порядке.

— Тебе просто необходим отдых, — подруга сама выглядела какой— то… уставшей.

— Ты в порядке? — я даже приложила ладонь к ее лбу, чтобы удостовериться, что температуры у нее нет.

— Да! — улыбнулась та. — Это грим, ты забыла?

Было что— то неправильное в том, что я бросаю подругу. Хоть она и пыталась меня убедить в том, что наше уединение с Лэндоном, а в перспективе и переезд — это нормально.

— Где находится дом?

Крайне странно, что за все время, пока этот дом готовился к въезду своих жильцов, я даже не поинтересовалась о том, в какой части города он находится. Задавая этот вопрос, я, дабы не видеть выражения лица Лэндона, занялась тем, что перетаскивала приготовленные пакеты с одеждой в машину парня. Но на этот раз косяка с моей памятью не было.

— Пусть это будет сюрпризом, — загадочно улыбнулся тот, прежде чем мы отъехали от дома Кендалла.

Я, удобно устроившись на сидении, повернулась к окну. Через мгновение огни города замелькали в ускоренном темпе.

Единственное, что я точно могла определить в нашей продолжительной поездке — мы едем за город. Дом Лэндона находился вдали от всей этой суеты. Это, наверно, должно быть ужасно романтично. Уединение где— то в нескольких километрах от города. И там, несомненно, есть прекрасный пирс. Ночная поездка, мы в машине одни… Надеюсь, карма Хэллоуинской ночи нас обойдет стороной и на дороге не материализуется из воздуха какой— нибудь призрак. Хотя, чего там призрак. Встретить на ночной дороге Дарка было бы в десять раз страшнее.

Дарк… почему тебя стало в мой голове слишком много?

— Не беспокойся, — заметив мое нервное поведение, Лэндон истолковал это по— своему. — Тут тебя точно никто не найдет.

— Это… несколько дальше, чем я думала, — продолжала я разглядывать в окно черные силуэты пальм. — Мне нужно будет запомнить дорогу. В город я буду выезжать часто.

— Ты не очень— то рада, — закусил тот губу. Должно быть, мои слова прозвучали несколько мрачно.

— Нет, Лэндон, я рада… правда. Просто… я хочу отдохнуть.

— Это хорошо, — протянув руку, Лэндон легонько провел по моей щеке. — Отдых — это то, что я тебе собираюсь предоставить в ближайшее время.

Я изобразила некое подобие улыбки, понимая, что готова уехать куда угодно, лишь бы весь этот ужас выкинуть из головы.

Когда на горизонте показался намек на цивилизацию, я… несколько опешила. Мы проехали мимо одной огромной и, несомненно, роскошной виллы.

Всем известно, что тут обитает одна элита.

Мой рот непроизвольно раскрылся от того зрелища, которое передо мной предстало. Мы подъезжали к вилле, в которой, по моим представлениям, должен обитать президент. Не меньше. Я… не смогу тут жить. Это слишком. Правда. Лучше бы это был небольшой домик с одной спальней, кухней и ванной. Мне не надо больше, это правда. А тут…

Я даже комментировать сие зрелище не решалась. Все это не могло уложиться у меня в голове. Восторг, предвкушение, сомнение, страх, волнение. Это все начинало меня рвать на части.

— Позволь проводить тебя до ванной комнаты, — подмигнул мне Лэндон. — Экскурсию по дому мне бы хотелось провести моей девушке, а не… в общем, ты меня поняла.

— Да, — выдавила я из себя улыбку, осознавая, как сильно я не подхожу для такого места, особенно в том виде, в котором я сейчас. — Ванна — это то, что мне нужно.

— Замечательно, — притянул тот меня ближе, убирая непослушные пряди с лица, — весь вечер мечтаю увидеть мою Мию… настоящую… — его улыбка приобрела какие— то хитрые нотки, отчего где— то под ложечкой почувствовалось волнение. — Пойдем. Нас ждет кое— что увлекательное.

Ох… не сомневаюсь…

 

 

***

Аарон упал бы в обморок, наблюдая, как я старательно оттирала от себя все следы его художественных творений. Но я была рада от всего этого избавиться. Особенно от краски на лице. Которую, кстати говоря, пришлось нехило так оттирать. От этого кожа на лице превратилась в сплошное красное нечто. Как-то не особо романтично.

Заглянув в пакет с одеждой, приготовленный для смены, стало понятно — сейчас надевать это… не очень правильно.

Пришлось воспользоваться подручными средствами. Большое махровое полотенце должно подойти идеально. Во всяком случае, оно покажется Лэндону в разы симпатичнее, чем спортивный костюм. Вообще-то, я брала самые удобные вещи, в которых могла бы добраться домой. Вечернего платья в запасе у меня все равно нет… так что или полотенце, или ничего. Но к «ничего», наверно, недостаточно веский повод. Для начала хотелось осмотреться куда же меня собираются запрятать.

Я уже собралась покинуть ванную комнату, но… мои глаза зацепились за синие круги на коленях. Если они были незаметны в хэллоуинском образе, то сейчас скрыть их невозможно. Нужно будет запомнить, что эти пластыри бесполезны. Разве что, зацвели они раньше чем обычно.

Стоило мне выйти из ванной, как аппетитный аромат кофе тут же вскружил мне голову. Лэндон знает как меня порадовать. Когда не думает о моем должном поведении.

Мое перемещение не могло остаться незамеченным. Каким— то образом, продвигаясь к источнику аромата, я задела журнальный столик. Статуэтка, что стояла там, пошатнулась и упала, громко оповестив о своем плачевном состоянии. Лэндон тут же оказался в проходе. Секундный взгляд на мое одеяние и его лицо расплылось в приветливой улыбке. Правда, на секунду его взгляд остановился на коленях. Но юноша посчитал, что усугублять обстановку своими замечаниями было бы уже лишним.

Прогресс…

— Привет, — закусив нижнюю губу, юноша подошел ближе. — Я уже успел соскучиться, — Лэндон нежно провел своей ладонью по моему лицу, заглядывая в глаза. Сам он выглядел несколько обеспокоенно. Нервно сглотнув, тот кинул беглый взгляд на кухню. — Как насчет кофе?

— То, что нужно, — улыбнулась я, наверно, слишком быстро ответив. Но так или иначе, ту идиллию, что сейчас между нами оживала, в нокаут отправил мой желудок, который очень неприлично принялся подавать сигналы бедствия о дефиците калорий.

Юноша подарил мне одну из своих самых очаровательных улыбок и, взяв за руку, потянул на кухню. Кидая взгляды по сторонам, мне даже дышать становилось страшно. Не покидало ужасное ощущение, что я в больнице. В том смысле, что тут было, пожалуй, даже стерильней, чем в операционном блоке. Ни одной пылинки. Нигде. Идеальная чистота до скрежета зубов. Мне такая никогда не вызывала дикого восторга. Вообще— то даже наоборот. Я не могла чувствовать себя комфортно, если хотя бы какая— то вещь, лежащая не на своем месте, не портила всю картину.

И если уж совсем начистоту, не просто так у меня возникает скрежет зубовный от отсутствия хоть единой пылинки.

Я не смогу. Я, правда, не смогу поддерживать такой идеальный порядок. Ну, знаете, есть люди, которые готовы весь день напролет тереть, мыть, пылесосить… и чего там еще нужно делать? А есть такие, как я. Которые могут без каких— либо колебаний совести оставить немытую посуду до завтрашнего утра, а то и до вечера. Кто может оставить недоеденный кусок пиццы прямо на столе, не подложив под нее салфетку или не вымыв руки, с жирными пальцами полезть… к какому— нибудь предмету или технике. Так всегда было. И переделывать себя — это почти сродни насилию. Я не смогу.

Лэндон усадил меня на стул, где так невзначай меня ожидала белая роза, а сам отправился общаться с кофеваркой. Я же принялась дальше осматривать все то, с чем я должна буду справляться, одновременно наслаждаясь приятным ароматом цветка. Стоит признать, что от этого убежать не удастся. Рано или поздно Лэндон скажет свое твердое слово и я уже не вернусь в свой с Бри домик.

Горячий напиток спровоцировал мой желудок на настоящее побоище. Я, не в силах ждать, когда кофе остынет, обхватила руками чашку и, сделав небольшой глоток, поставила ее на место. Последнее движение получилось несколько неуклюжим. От резкого приземления, напиток немного взболтнулся, после чего маленькая капелька скатилась по кружке, оставляя след на зеркально— отполированной поверхности столешницы.

Вот и мой первый вклад… в творческий беспорядок. Лэндон не мог это не заметить.

— Знаешь, — произнес молодой человек, после не очень радужного взгляда на темно— коричневое пятно, — пить кофе на голодный желудок нехорошее дело. Может, ты чего— то хочешь? — скорее всего, Лэндон заговорил о еде, чтобы не делать мне каких— то замечаний. Он, поджав губы, поднял кружку и протер результат моих неосторожных движений.

Это оказалось не очень… приятно. Почему я чувствую себя в ловушке?

— Нет, я не хочу есть. Меня сейчас больше привлекают мысли о… постели.

— Мне нравятся твои мысли, — улыбнулся тот. — На самом деле, я об этом уже давно думаю, — стоило ему это договорить, как юноша обогнул столешницу и подошел ко мне сзади.

Аккуратно собрав мои влажные после душа волосы, Лэндон принялся губами исследовать мое плечо. Я прикрыла глаза, чувствуя, что начинаю покидать окружающую реальность. Его прикосновения были такими нежными, еле ощутимыми, словно бы он боялся, что я рассыплюсь прямо в его руках.

Уже и кофе перестал быть таким необходимым. И даже кружки, наполненные черным напитком, стали не столь важны. Признаться, я несколько удивилась, что Лэндона не озаботило такое расточительство. Молодой человек подхватил меня на руки и понес делать экскурсию в самой интригующей части дома.

— Мия… — голос Лэндона стал совсем низким, когда тот опустил меня на кровать. — Я рад, что мы, наконец, можем тут с тобой остаться, — юноша опустился на пол передо мной, подтягивая меня ближе к себе. Я несколько обескуражено наблюдала за всеми его движениями. Волнение уже витало где-то на грани безумия. На какое-то время он отодвинулся, отводя взгляд в сторону, будто бы задумывался над своими следующими действиями. — Вообще-то, — продолжил тот совсем севшим голосом. — Я представлял это себе несколько иначе. Но момент все равно… упущен. И… я не умею говорить красивыми речами…

Почувствовав неладное, я судорожно начала следить за его движениями. Лэндон встал и, пройдясь по спальне, которую я, кстати говоря, наконец смогла рассмотреть, подошел к тумбочке и что-то оттуда извлек.

Интерьер комнаты мигом стал абсолютно безразличен, когда я рассмотрела, что было в его руках.

Оу… ооо… о боже…

 

***

 

Закутавшись в одеялах, мы уже на протяжении получаса просто лежали и болтали… ни о чем. Я изредка бросала взгляд на безымянный палец. Было как— то непривычно ощущать на нем что— то незнакомое. Но так приятно смотреть. Кольцо было поразительно красивым с этим камешком, что бликовал от тусклого освещения. Взгляд сам притягивался к нему. Я утопала в океане наслаждений и теперь мне все события минувших дней казались мелочными и незначительными. Сейчас я копалась в себе, пытаясь найти ответы на некоторые волнующие вопросы. Одним из них было мое отношение к свадьбе.

Да, я избегала разговора об этом. Может, причина в отсутствии официального предложения? Не скрою, и сейчас были сомнения, но они в разы уменьшились, а мои мысли уже витали где— то в районе алтаря или выбора платья, а то и вообще, какого цвета должны быть салфетки на столах.

— Лэндон, расскажи, что случилось с Рэддом, — не знаю как у юноши, но мои глаза полезли на лоб. Без понятия, как этот вопрос так неосторожно соскочил с моего языка. Я о нем даже не думала.

Вернее, думала, но не прямо сейчас.

Когда молчание затянулось, я подняла свои глаза к парню, чтобы убедиться, что он не спит. По его поджатым губам можно делать выводы об отсутствии жгучего желания продолжать этот разговор.

— Я ведь уже ответил, — как— то размыто произнес он.

— Нет, — раз уж начала глупо останавливаться. — Почему так произошло? Ну, то есть, я хочу сказать… Дарк, конечно, парень не самый адекватный, — я пропустила ту часть, как я сама имела счастье в этом убедиться, — но должна же быть причина. Непросто же так он сделал его инвалидом…

— Ты права, — закинул тот руку за голову. — Как это ни странно, но причина нужна даже Кортнеру. Страшно подумать, что могло произойти, чтобы его спровоцировать на такое. Ведь я ему вообще ничего не делала… ну кроме царапины, существование которой под вопросом. А он уже обещает мне небоскребные проблемы.

Лэндон, похоже, не собирался вести откровенный разговор, так что мне пришлось снова поднять на него взгляд, чтобы показать — я все еще в ожидании.

— Мия, это давнишняя история. Прошло уже… почти пять лет. Мы тогда только на первом курсе были, когда он…покинул Малибу.

Слушая медленный голос Лэндона и ощущая, как каждое слово ему дается с трудом… меня переклинило. Что— то щелкнуло. Я даже перестала рисовать незамысловатые узоры на горячей коже юноши. Я просто зависла, пытаясь сориентироваться в своих догадках. Для полной концентрации мне пришлось даже присесть в кровати, кутаясь в то самое полотенце, которое не так давно перекочевало из ванной ко мне на тело.

— На первом курсе? — нахмурилась я, понимая, что какая— то важная вещь крутится в голове. — Это тот самый случай, когда Дарка отчислили?

Лицо молодого человека стало каким— то обескураженным. Казалось, его мимика разрывалась между выбором, что же изобразить, удивление или недовольство.

— Вот уж не думал, что такие события у тебя остаются в памяти, а более значимые… вмиг выветриваются, — наконец, озвучил тот свои мысли. — Да. Речь идет именно о том самом инциденте.

Что— то не то… не клеится.

— Но, если все слухи имеют хоть долю правды… они подрались из— за девушки?

Лэндон тяжело вздохнул, понимая, что теперь я эту тему не оставлю. И было в его вздохе и взгляде, который тот отвел в сторону, что— то неправильное

— Не совсем так, — выдавил тот из себя. — Рэдд хотел познакомиться с девушкой. И видимо, оказался немного настойчивее, чем надо было. Это… младшая сестра Дарка. Она там даже не училась. Просто пришла… зачем— то. Рассыпанные пазлы начали собираться один за другим. И вроде бы логично собирались, а картину полную я все равно не видела. Воспоминания раскрыли перед глазами сцену происходящего. На самом деле, я не видела всей разборки. Я, кажется, видела девушку… которую потом Дарк увел с собой… Теперь ясно где я ее видела. Это сестра Дарка! Осознание, что Тайлер встречается с сестрой Кортнера… о нет…

— Но тогда, выходит, — я старательно откинула от себя тираду не самых приятных мыслей и постаралась вернуться к теме разговора. — Дарк просто защищал свою сестру?

— Не надо, Мия, делать из него кого— то хорошего. Это не так. Адекватный человек, как бы ни любил свою сестру, не сделает так, чтобы врачи потом несколько часов спасали парню жизнь. Тем более Рэдд позволил себе лишнее объятие. Всего лишь.

Все равно что— то не складывалось… не хватало деталей. Я мысленно разрушила картину, которую уже успела собрать и плотнее закуталась в махровую ткань. Лэндон выглядел обеспокоенным и надежда в его глазах о скорейшем завершении разговора так и выплясывала. Еще один тревожный сигнал. Парень тоже присел рядом со мной, нежно покрывая поцелуями обнаженное плечо.

— Все равно не понимаю, — помотала я головой, возвращаясь взглядом к Лэндону. Он был уже в предвкушении завершить этот безумный разговор. Весь его вид так и кричал: «Заканчивай уже свои расспросы!». Но Лэндон, пожалуй, слишком себя контролирует, чтобы позволить себе такое. — Как к этому причастен ты? Когда Дарк узнал, что именно ты мой молодой человек, — мой язык стал костенеть, потому что реакция Лэндона меня поразила. Он раздраженно закатил глаза и опустился на подушки, буравя взглядом потолок, — он прямо возликовал от жажды мести. И… сейчас… по твоему поведению… понимаю, что ты что— то натворил.

— Да, Мия. Натворил, — поморщился тот.

— Не пугай меня. Что случилось? — не отдавая себе отчет я принялась мять одеяло, найдя в этом занятии какое— то временное успокоение. — Лэндон. Не молчи.

— Нам было по 19— 20 лет. Сама понимаешь, о чем мы… думали. Я не исключение. Первый курс был самым отвязным. В начале учебного года все только начиналось, — Лэндон начал тереть глаза, борясь с соблазном закрыть эту тему прямо сейчас, так и не выдав мне всех тайн. — Мы с друзьями решили, что надо бы коротать время с удовольствием. Ну, то есть… с девушками. О всякого рода заболеваний мы хорошо были осведомлены. Поэтому нашей целью было не рекордное количество. В общем, мы… напились и договорились, что укажем друг другу девушку на слабо, которую другой должен будет себе заполучить. Хотя бы на один год. — юноша нервно сглотнул, посылая на светильник свои недовольные, мрачные взгляды. Будто бы это он выдавал все его секреты. — Сестра Кортнера не училась в универе. И… она как— то случайно попалась на глаза… — казалось, мышцы парня напряглись до предела. А его глаза стали неузнаваемы. Тот перевел взгляд на меня, прежде чем закончить свою речь. — Это я выбрал ее для Рэдда.

Я прикрыла рот рукой, пытаясь всю полученную информацию впитать по максимуму. Получалось не очень— то удачно. Такое чувство, что все мои внутренности, включая и душу, засунули в миксер и все тщательно перемешали. Что бы Лэндон поступал так… это что— то новенькое. Хотя, конечно, стоит сказать, что на первом курсе он и правда был более развязанным. Но даже в пик его раздолбайства он все равно оставался воспитанным Лэндоном в выглаженной рубашке. Сыном своих родителей. В зачетке которого было все по высшему разряду.

И вот тут произошел второй щелчок.

Плотнее кутаясь в полотенце, я повернулась к юноше, который обеспокоенно следил за каждым моим движением.

— Лэндон, — в горле пересохло и мне даже потребовалось откашляться, чтобы я могла продолжить говорить. — Первые знаки внимания были как раз перед этим случаем. Я… тоже была предметом спора? — юноша собирался протянуть руку к моему лицу, но от озвученного вопроса, застыл на месте. — Ответь, — потребовала я. Хотя, на самом деле, ответ был очевиден. — Ответь! — крикнула я в отчаянии, желая самой услышать это.

Но Лэндон оставался безмолвным. Он стыдливо опустил глаза и… кивнул.

— Нет, — замотала я головой, вскакивая с кровати. — Скажи, что это не так…

— Мия, — следил тот за мной своими не на шутку обеспокоенными глазами. Он пододвинулся к краю кровати, но я отошла на несколько шагов. — Я до этого глупого спора тебя увидел. Это просто оказалось счастливой случайностью.

— Счастливой случайностью? — открыла я рот. — Это так ты называешь?

— Успокойся, пожалуйста.

— Нет… — я отвернулась от парня, всеми силами пытаясь не превратиться в ванильное плаксивое существо. Как так получается, что у меня перед глазами розовая пелена, но стоит ее содрать и окружающий мир становится не тем, чем казался. Я старалась себя уговорить не принимать близко к сердцу пацанячие шалости. Он, правда, если вернуться в прошлое, очень заботливо ко мне относился и красиво ухаживал. Но сам факт, что я была просто выбрана… каким— то его другом, — Поэтому ты так переживаешь из— за Дарка? Думаешь, он тебе отомстит, отыгравшись на мне?

— Этого нельзя исключать. Мия, это все неважно. То, что было…

— Нет, — перебила я его, заворожено наблюдая за происходящем по ту сторону окна. — Просто… хватит, — это было намного сильнее тех потрясений, которые я могла перенести, не показывая своих эмоций окружающим. Но сейчас я просто не могла и не хотела это сдерживать в себе. — Лэндон, — проговорила я каким— то неестественным хрипом. — Я не могу сегодня тут остаться.

— Что? — я могла видеть юношу только в размытом отражении, которое давало окно и тусклый свет от светильника. Но этого хватило, чтобы я смогла уловить его раздражение.

— Я хочу домой.

— Мия, что за детский сад? — Лэндон немедленно поднялся с постели и подошел ко мне. Его напряженные движения, которыми тот собрался меня обнять сзади, вызвали во мне только гнев.

Я отпрянула, давая понять, что не хочу такого тесного контакта. — Прекращай себя так вести. Тут теперь твой дом.

— Я хочу побыть одна, — мой голос дрожал с каждым словом. И меня ужасно раздражало, что меня не понимают с первого раза. Это совсем не из той категории, когда девушка, говоря «нет», а на самом деле имеет ввиду «да». — В том доме, в стенах которого мне комфортно.

— Тут тебе некомфортно? — я понимала злость Лэндона. Правда, понимала. Все это было сделано для меня, а я такая испорченная девчонка не могу это оценить в полной мере. Но мне не стыдно.

— Я просто хочу… домой. Ты можешь вызвать такси, если не хочешь отвезти сам.

— Перестань. Это не смешно. Почти три часа ночи, по— твоему, это нормально? — взгляд парня стал непривычно тяжелым. Какое— то время он смотрел на меня, даже не моргая, но потом тоже заинтересовался видом из окна. — Я тебя отвезу, — Лэндон делал над собой огромное усилие, чтобы его голос оставался таким ровным. — Но учти, Мия. Когда мы переедем сюда, тут будет твой дом. И я не потерплю подобных капризов, когда тебе непременно понадобится побыть одной.

Договорив, Лэндон незамедлительно принялся одеваться, кинув сухую фразу, чтобы я начала делать то же самое, если хочу попасть домой.

 

***

 

Я закрыла глаза, подставляя легкому ветерку свое лицо. Мне нравилось по ночам сидеть на пристани. Тут все проблемы решались легко и… естественно.

Всего пятнадцать минут медитации для того, чтобы понять — все наладится. Мы будем вместе жить. Новоселье должно будет состояться совсем скоро. Пора начинать понимать, что перемены неизбежны и поменять к ним мое отношение.

В доме горел свет и телевизор транслировал какой-то музыкальный канал. Подозреваю, что дома Вайлет и это именно она устроила этот сеанс благозвучания.

Пора… домой. Нужно, наконец, закончить этот безумный день и отдохнуть. Слишком много событий в последнее время.

Когда я лениво покинула шезлонг, сопровождая это все блаженственным потягиванием. Минуты уединения помогли и теперь все эти… проблемы не казались такими ужасными. Все исправимо и решаемо.

Вот только… тень, что упала совсем рядом, кидала прозрачные намеки на мою наглость в таком… легкомыслии. Кто-то бесшумно подошел сзади. И моя интуиция оповещала бешеным визгом, что это была не Вайлет и не Бри… и точно не Лэндон…

Глава 13

Приблизительно за 4 часа до последних событий.

 

Бешеные басы, сотрясающие стены, какие-то подозрительные личности, непонятная музыка, от которой больше закладывает уши, нежели зарождается желание пойти потанцевать. А вернее сказать, присоединиться к хаотичным конвульсиям разными частями тела на танцполе. Все это великолепие окутывало каждого, кто решил переступить порог этого заведения.

Уже некоторое время Вайлет и ее подруги находились в одном из тех самых клубов, что носили не самую лучшую репутацию. Но, вообще-то, именно этот славился самыми изощренными «несчастными случаями», но вопреки всему, до сих пор оставался на плаву. И при том, являлся любимым местом для некоторых темных личностей, уголовников, наркоманов и прочих сомнительных персон.

Девушка была тут в первый раз, но уже морально подготовилась к полнейшему разочарованию. Хотя и стоило отметить, что название «Sweet blood» вполне подходило под ночь Хэллоуина.

Однако, сложившееся в воображении представление об этом заведении, оказалось несколько невинней, чем то, что девушке посчастливилось лицезреть чуть позже. Стоило компании зайти внутрь, как противный сигаретный дым вперемешку с парами алкоголя, принялся забивать легкие, вызывая неприятные тошнотворные позывы. Наверно, предупреждающие знаки о запрете курения — дополняющий декор. А подобие обдолбанных зомби, что тряслись на танцполе, словно бы от агонных судорог, не вызывали никаких положительных эмоций.

— Тухляк какой— то, — перекричать музыку, которая била по мозгам, выходило несколько затруднительно. Так что сказанное являлось скорее констатацией факта самой себе, нежели посыл подругам. Но тем не менее, бросая брезгливые взгляды на безумную массу, Вайлет прибавила громкости собственному голосу. — Тут одни обдолбыши да старики! Лучше бы на вечеринку Кэмерон поехали! Кстати, я же говорила, что Тайлера будете брать на себя, когда он пронюхает, что мы не добрались до места?

— Там алкоголь тебе никто не даст. С родителями отдыхать — это отстой! — высказалась подруга Вайлет — Аманда.

— А это смотря какие родители. Миссис Кэмерон — классная.

— В клубе лучше! — улыбка Анжелики приобрела какие— то хитрые черты, когда те продвинулись к барной стойке. Тут музыка была значительно тише, чем вблизи танцпола. Именно по инициативе Анжелики девушки проехали мимо назначенного адреса и попали прямиком в эту обидеть неадекватов. — Тут классно, говорю как специалист, который прощупал почву изнутри… И… вот, угощайтесь. Коктейли!

Анжи — так звали ее подруги, кокетливо подмигнула бармену и обеспечила подруг бесплатным угощением. Девушки весело протянули руки друг к другу, отчего раздался очень характерный звон хрусталя и приступили к дегустации угощения.

— Что ты сделала, чтобы тебе позволили тут работать? — Аманда рассматривала этот вариант несколько соблазнительным.

— Родилась племянницей своего дяди! — Анжелика нацепила на себя лицо из разряда «Да я такая деловая, у меня есть супер— дядя». — Они хорошо знакомы. Ну, с директором. У них какое— то общее дело. Неважно. Если бы дядя знал, что моя цель совсем не платье на выпускной, а кое— кто покруче, он бы мне что— нибудь свернул.

— Покажешь, кстати говоря, наконец, своего любимого— ненаглядного? — Вайлет с трудом сдержалась, чтобы не прыснуть.

Анжелика успела все уши протрещать о предмете своих мечтаний. Подруг сжирало любопытство глянуть на этого несчастного. Почему несчастного? Бедолага тот, на ком уже испробованы всевозможные вуду— штучки и прочей несуразной движухой в плане приворота.

— Он придет, — во взгляде девушки явно поселилась тревога, но держалась она стойко, терпеливо осматривая все занятые диванчики. — Директора тоже нет… Черт, Вай, я же говорила, нужно было раньше. Вдруг он уже нашел себе кого— то на вечер?

Вайлет, предчувствуя подобную тираду, отодвинула от губ бокал. И правильно сделала, последняя фраза подруги спровоцировала бы обратный ток только что поглощенной жидкости. С шумом, фонтаном и брызгами.

— Мне казалось, что после того, как парень садит девушку на колени и предлагает ей обмазаться сливками, это что— то да значит? — безмолвное недоумение Аманды улетучилось несколько скорее. — Или у вас, что? Типа свободные отношения?

— А я скажу, что это значит, — в свою очередь, скривилась Вайлет, — тестостерон у него ударил кое— куда. Когда такое происходит, они и готовы посадить себе на колени любое существо в юбке. Все просто. А ты уже телефоны свадебных агентств готова бросать в копилку.

Анжелика собиралась оставить нападки подруг без комментариев, но все же не сдержалась.

Отпив достаточное количество коктейля, небрежно бросила, даже не поворачиваясь:

— Вы такие мерзкие… На тебя, Вай, парни вообще не обращают внимание. Ты у них за «своего» считаешься. А ты, Ами, со своим строительством неприступной стены к собственной персоне так и останешься за этой своей стеной.

— Уууу, — закатила глаза Вайлет. — Все, кобра ощетинилась. Анжи, спокуха! Если уж так припрет, я нарою наручники, кляп… что там еще нужно, плетку? Ну, короче, привяжем мы твоего ненаглядного и будем пытать, пока он кольцо тебе не изготовит… собственноручно… А нет, не прокатит, руки же будут в наручниках. Тогда зубами… собственнозубно.

— Ладно— ладно, — проскользнула на лице девушки улыбка. — Засчитывается.

От накатившей, изголодавшей по алкоголю, вследствие ритмичных танцев толпы, у барной стойки стало совсем тесно. И девушки, проталкиваясь и разливая подаренный напиток, поспешили отдалиться от этого скопления зомби, жаждущих залить в себя новую дозу спиртного.

— Эй, курица слепая! — не в силах проигнорировать наглое топтание по ее новой обуви, Вайлет не особо фильтровала то, что выскакивало у нее с языка. — Что, веки килограммы туши не выдерживают? — то, что девушка сама не отличалась количеством макияжа, она как— то упустила из виду.

Сверху вниз на девушку посмотрела… «Королева нечисти». Это первая мысль, которая посетила Вайлет, стоило ей рассмотреть свою обидчицу. Это произошло в тот момент, когда луч прожектора щедро осветил их двоих, отрезая девушек от всего окружающего. Казалось, луч задержался на несколько секунд дольше, словно бы хотел запечатлеть эту сцену «глаза в глаза».

«Да эта мадам сошла с экрана из самого жуткого ужастика» — воображение девушки продолжало подкидывать нелепые характеристики ее оппонента.

— Не мешайся под ногами… сопля, — фраза так и кишела отравой, но последнее слово было приправлено самыми быстродействующими ядами.

Быстродействующими — потому что Вайлет не требовалось долгого времени для размышления как бы ей поступить. Девушка решила свернуть на легкую дорожку и ответить тем же — отдавила этой Королеве зомби ее новомодную туфельку своим огромным каблучищем. Глупо было полагать, что Королева проглотит подобный жест и очень скоро это столкновение начало перерастать в… драку.

Умоляющие крики Анжи и Аманды, а также не особо вразумительные высказывания свиты этой дамы смешались в какой— то громкий и непонятный гул. А вкупе с музыкой, это вообще было чем— то неприятным для слуха.

Нарастающий конфликт, который грозил закончиться выпадением внушительных прядей волос и обломанными ногтями, очень резко прервал какой— то юноша, что осмелился вклиниться между дерущимися, и не совсем вежливо оттолкнуть обеих в стороны. Надо отметить, охрана тут давненько по тыкве не получала.

Девчонка не сразу поняла откуда взялось это болезненное ощущение в плече, куда и пришелся толчок разнимающего. А также почему ее тело так резко переместилось на несколько метров в сторону, а все окружающее смешалось в красках, вызывая весьма неприятное головокружение. Ударившись спиной о чье— то тело, пацанка уже приготовилась тесно пообщаться с полом. Вестибулярный аппарат подсказывал о скорейшем падении, но верные подруги оказались вовремя.

— Вайлет! — девушка не совсем поняла, чему именно было адресовано такое ярое возмущение

Анжи, но на некоторое время, дезориентировавшись после сильного толчка, Вай позволила оттащить себя в сторону. Подальше от свирепого взгляда того самого парня, который одним лишь движением закончил надвигающийся конфликт. — Посмотри, это они! Директор и его друг! Они тут, они пришли!

— Да, отпусти ты уже! — похоже, Анжелика посчитала, что рука подруги — это именно тот предмет, на котором можно выместить весь свой трепет, переполняющий ее от созерцания возлюбленного. Сама же Вайлет не была столь счастлива, понимая, что ее неудовлетворенное желание оторваться так и останется таковым.

От нескольких резких движений и столкновений со своей обидчицей, девушка вновь почувствовала пульсирующую боль в воспаленных костяшках. Точка кипения подходила к своему максимуму.

— Смотрите! Вон он! В шапке! — не переставая трещать над ухом, Анжелика требовала внимания своих подруг. — А разнял вас его друг… директор этого клуба… между прочим, — казалось, Анжи лишь сейчас осознала всю степень плачевности их положения.

Вайлет даже не заметила, что ее челюсть непроизвольно и, должно быть, не очень— то красиво опустилась вниз. Она еще не до конца переварила информацию, только что поступившую от подруги, но если поднапрячь серое вещество, то этот парень, который одним лишь движением прекратил драку и является директором этого болота. И все бы ничего, но это же те самые уголовники, которые сегодня так любезно навестили ее сестру. И этот так называемый директор… запер. Девушку. В ванной. По стойким убеждениям Вайлет, она должна была сейчас судорожно искать верный вариант мести этому бугаю. Но то выражение лица, которым парень просто вцепился в девушку, лишил ее возможности думать хоть о чем— нибудь, кроме своего экстренного спасения. На время. А если быть точным — всего на пару секунд.

— Что?! — повернулась девушка к Анжелике. — Это вот тот в шапке и с уродливым шрамом и есть твой возлюбленный? Ты что, вообще? Да ты знаешь, что они вытворяют?

— Ой, вот только ты не начинай! — чуть ли не зашипела девушка. — Я знаю кто они. Знаю, что девушек у них больше, чем у меня тюбиков от лака. Даже если считать использованные и выброшенные. Но… просто они сами виноваты. Вешаются на них!

— А ты не вешаешься? — подключилась Аманда к разговору, так же не одобряя выбора подруги.

— Я к нему на колени не садилась сама. И вообще. Нагуляется и… тут возникну я.

— Нагуляется? — засмеялась Вайлет. — Да ты посмотри на него! Он же старый!

— Ничего он нестарый, ему всего… 27.

— Вот это да… — глаза Аманды от предоставленного факта так и полезли на лоб. Несмотря на то, что директор явно заинтересовался этой троицей, она все равно продолжила свое кричание. — Анжи, он на 10 лет тебя старше!

— Спасибо, я умею считать. Может, заткнетесь уже? Кажется, у меня… проблемы. — чуть ли не плача высказывала та, наблюдая, как этот шрамированный принялся каким— то плотоядным взглядом осматривать Королеву нечисти. Похоже, на даму его чарующие взгляды подействовали самым лучшим образом и она позабыла о мелкой пацанке, что посмела покуситься на ее вечер.

Тем временем директор клуба «Sweet blood» и по совместительству нарушитель утреннего спокойствия, испепеляя взглядом почему— то именно Вайлет — про драку она уже и думать забыла — медленным шагом направился в их сторону.

Движения парня вызывали желание нажать на перемотку, потому что они были какими— то неспешными и от этого более жуткими. Когда директор оказался совсем рядом с нарушительницами спокойствия, всем трем девушкам пришлось наклонить голову назад, ввиду их значительной разницы в росте. Особое неудобство испытывала Вайлет.

Девушки застыли в ожидании чего— то неприятного. Никто из них не решался преждевременно начать обороняться. Мужчина тоже не особо спешил, словно бы смаковал каждую секунду. «Еще бы ему не смаковать, вон каким столбом вырос!» — странные мысли так и не желали покидать девушку, то и дело подкидывая новые безумства.

Плавным, даже грациозным движением, мужчина вытянул одну руку, чтобы опереться об автомат, а второй также не спеша коснулся своего лица, поглаживая пальцами щетину и попутно скрывая внезапно возникшую улыбку.

«Псих, что ли?» — Вай сама удивилась ловко промелькнувшей мыслишки. Однако, наблюдая это зрелище, отказываться от нее не спешила.

— Развлекаетесь, Анжелика? — его взгляд, осмотрев всех девушек, остановился на той, которую, по крайней мере, знал.

Анжи нацепила на себя самую милую улыбку из арсенала, но тем не менее еле заметно переместилась подальше от своего шефа.

— Да, — глупо кинула она, так и не найдя подходящих слов в их защиту.

— И, смотрю, подружек привела? — директор еще раз прошелся по двум девушкам.

— Ну, как бы… да, — Анжелика чувствовала себя еще глупее. Но стало понятно, что этими невинными вопросами разговор не ограничится.

— Анжелика, я, кажется, предупреждал тебя, что после полуночи ни одного несовершеннолетнего тут быть не должно? Это сказано было не ради того, чтобы разговор поддержать.

— Но… мистер Ланистер, — в панике девушка повернулась к подругам в поисках хоть какого— то оправдания. Но и Аманда, и Вайлет предпочли занять безмолвные позиции. — Это же Хэллоуин…

Тон несчастной был настолько убедительным, словно ее аргумент должен перекрыть все недопонимания разом. Впрочем, реакция мужчины на заявление все же была. Хоть и не совсем та, на которую работница этого заведения надеялась. Ее шеф незамедлительно свел брови над переносицей. Образовавшаяся глубока складка между бровями придала ему еще более угрюмое выражение.

«Даже утром он таким хмурым не выглядел» — странные мысли не прекращали свою атаку воспаленного сознания Вайлет.

— Вот именно, — чуть наклонившись к девушкам, пытался говорить директор более тихо. Хотя его попытка была тщетной, ведь девушки, как по команде, отстранились от него ровно на такое же расстояние. — Я буду очень зол, если начнутся какие— то разборки по поводу проникновения несовершеннолетних. — голос мужчины с каждым словом становился все более жестким. Анжи опустила глаза, а Вайлет подыскивала новые фразы, какие она могла бы применить в их защиту. — Даю вам час. Ровно. И чтобы до половины второго тут никого из вас не было. Понятно?

— Дедуля, а тебе самому— то не пора в кроватку? Радикулит еще не мучает? Головка от громкой музыки не побаливает? Сердечко не шалит? — словесная окрошка в исполнении Вайлет Ван де Граф дала свое начало. Вообще— то это был не конец безумных высказываний в адрес директора, но вид Анжелики Вайлет несколько испугал. Подруга стала бледной, если не сказать даже серой, прожигая ее безумным взглядом.

Впрочем, внимание девушки быстро перетянул на себя мистер Ланистер. Мужчина медленно повернулся к ней, вытягивая свои губы в кривой улыбке, обнажая неестественно белоснежные зубы. Казалось, за этой странной гримасой должно было последовать что— то этакое, но он решил оставить без комментариев словесный порыв неугомонной девчонки. Вместо этого юноша вернул свое внимание к официантке данного заведения, сочтя общение с ней более продуктивным.

— Надеюсь, я достаточно внятно все объяснил? Даю вам час. Не надо меня расстраивать, Анжелика. Мое решение по поводу твоего трудоустройства может измениться за очень незначительное время.

— Какие мы сразу деловые становимся, когда кто— то вторгается на вашу территорию! Что, неприятно? — Вайлет прорвало. Теперь ее могло остановить разве что конец света. Но уловка сработала. Мужчина перевел на нее взгляд. — Но мне тоже плевать, что я не была… приглашена! — подруги не понимали, о чем говорила девушка и с какой— то осторожностью косились на мужчину. — Ну что, девчонки? Покажем местным старикам, как надо двигать телом? А то ведь помрут скоро так и не увидят настоящего зрелища! — девушка, вконец осмелев, двинулась к барной стойке, где по— прежнему толпился народ. — Хотя не особо— то заслуживает этот контингент гнилой, чтобы им тут суперкласс показывали. Но… ладно! Сделаю для вас, мистер зануда— директор, исключение. Вы же должны оценить как я умело могу нарушить порядок в вашем… Доме!

Наблюдая, как мистер Ланистер начинал щуриться, следя за передвижением девушки, Вайлет только возликовала. Она покажет ему, что с ней не стоит связываться. И если она пообещает устроить хаос, она непременно этим займется. Под возмущенные возгласы толпы девчонка ловко забралась на саму барную стойку. Те, кто так и не успел получить свою порцию спиртного, требовали убрать нахалку. Даже бармен принялся что— то выкрикивать и пытаться стянуть нежданную гостью. Но Вайлет и с этим быстро справилась, шепнув на ухо побледневшему парню, что выполняет поручение директора. Странно, но когда парень встретился взглядом с хозяином заведения, последний еле заметно кивнул, что только придало боевой дух нарушительнице порядка. Как же, сам директор дает добро на ее выходку.

— Счастливого Хэллоуина, народ! — закричала она, стараясь заглушить музыку. Толпа, решив, что это не что иное, как представление, мигом отлипли от валившегося с ног бармена и приступили одаривать чудо на импровизированной сцене аплодисментами. — Как настроение? — мигом вжилась та в свою экспромтную роль. Публика ответила новой волной приветствия. Вайлет поймала настороженный взгляд ее утреннего гостя и шаловливо подмигнула, вкладывая в этот жест всю степень своего коварства. — А чего мы все такие кислые, а? Вам не хватает незатейливых мотивчиков, не так ли? Итак, народ, подпевай! — девушка мигом уловила ритм музыки и начала скорее не петь, а выкрикивать, сопровождая каждое слово хлопками, одновременно притоптывая по несчастному столику:

 

Хэллоуин наступил!

Дрожат от ритма стены.

А директор наш дебил

От злости брызжет пеной!

 

Как ни странно, но толпе много и не требовалось. Народ быстро подхватил незатейливый экспромт девушки и начал повторять его снова и снова, видимо, вкладывая в это четверостишие свой смысл.

Вайлет же, вжившись в свой образ и новую внезапную должность тамады, решила продолжить:

 

Сегодня я Фея!

А ты вурдалак!

Сосед обкурился шалфея,

А директор и вовсе … мудак!

 

Подвыпившей публике это показалось поэзией в наилучшем ее исполнении. Двух стишков им хватит до окончания вечера. Они весело принялись повторять обе кричалки поочередно, при этом весело топая и хлопая. Вайлет, довольная собой, нашла глазами подруг, которые, в отличие от нее, не были столь веселы. По крайней мере, Анжи. Девушка еле заметным движением руки у горла пыталась достучаться до Вайлет.

«Тебе крышка» — говорил ее жест. Но девчонка и не думала прекращать свое выступление, решив пройтись по второму кругу.

 

https://img-fotki.yandex.ru/get/6205/342100023.2/0_1656b6_56388e74_XL.png

 

Долго терпеть неподдающуюся никакой критики наглость мистер Ланистер не стал, и быстрыми шагами, пробиваясь сквозь толпу, в доли секунды достиг бара.

Поддавшись инстинкту, Вайлет чуть не сделала шаг назад, что обернулось бы не очень приятным приземлением с внушительной высоты. Пока та пыталась нарисовать у себя в голове сцену падения, директор легким движением, обхватив нахалку за ноги, стянул ее с импровизированной сцены.

— Куда? Поставь меня на место! Слышишь? Ты! — отчаянные попытки вырваться были бесполезны. Да и не особо умны, учитывая, что расстояние от пола ни на сантиметр не сократилось.

— Мистер Ланистер! Пожалуйста… не злитесь. Она… не хотела. Она не… виновата. Я сама… Мы сейчас уйдем! Правда! — глотая воздух, то ли от нахлынувших впечатлений, то ли от бега, Анжелика никак не могла полноценно донести свою мысль. Да и похоже директору не особо было интересно ее выслушивать. Тот неспешно, все так же по— хозяйски удерживая девушку, продвигался куда— то за пределы танцпола.

Аманда же, кажется, потеряла дар речи и просто смотрела на свою подругу, нависшую в метре от пола с каким— то неподдельным недовольством.

— Мистер Ланистер! — игнорирование мужчины спровоцировали Анжелику на более требовательные крики.

И как ни странно, он остановился, после чего медленно опустил свою заложницу на пол, но не позволил ей отойти, придерживая ту за плечо.

— Уйди, Анжелика, — спокойный тон директора заставил поежиться даже Вайлет.

— Пожалуйста… мы уйдем… все вместе, — не переставала девушка попытки спасти свою подругу от разъяренного директора.

— Лично я не собираюсь уходить, — пожала плечами Вайлет, отчего только пожалела, потому как директор вдруг сжал ее плечо сильнее. — Да хватит меня держать!

— Я сказал, уйди, — медленно продолжил Ланистер, все еще сжимая плечо Вайлет. — Ты увидишься со своей подругой спустя несколько минут.

Анжи, поборов в себе надвигающуюся истерику, кинула извиняющий взгляд на подругу и медленно отступила на несколько шагов, увлекая за собой Аманду.

— Поговорим? — погрузившись в свои размышления слишком глубоко, девушка даже подпрыгнула, когда услышала такое тихое шептание над своим ухом. Девушка была готова сопротивляться, как— то не особо ей хотелось вести беседы с этим мужчиной, который так бесцеремонно смеет врываться в дом ее сестры! Но когда он обхватил своей рукой кисть девчонки и потянул в сторону, Вайлет скривилась от боли и даже сгорбилась, почувствовав, как неприятные ощущения внезапно сковывают все ее тело.

— Ссс— с— с— с…. А— ай! — зашипела пленница, выдавая свои ощущения соответствующей гримасой.

То, что директор внезапно прекратит свое движение, Вайлет не ожидала. И слишком поздно сообразила, что мужчина с полным недоумением наблюдает ее сгорбившуюся позу и такую красноречивую гримасу. Чертыхнувшись про себя, Вай незамедлительно выпрямилась, сменяя выражение лица с «пожалуйста, только не кисти, там больно» на «Что, думаешь, раз ты такой длинный я тебя боюсь?».

Но как бы девушка ни старалась замаскировать своим непоколебимым выражением лица ту боль, которая уже пульсировала на разбитых костяшках, все было тщетно. Складывалось ощущение, что мистер Ланистер видит ее насквозь.

Тот медленно перевел взгляд на свою руку, которой сжимал кисть девушки. Впрочем, рассмотреть причину такой бурной реакции он все равно бы не смог, ведь девчонка позаботилась следы своей вчерашней драки скрыть под перчатками. Тем не менее, мужчина медленно перевел свою хватку на запястье, обращая свой вопросительный взгляд на девушку, будто бы интересовался, не больно ли тут. От такой странной сцены челюсть Вайлет снова чуть не оказалась висеть, лишившись всех признаков жизни.

«Какой заботливый маньяк— извращенец! — кажется, девушка сама удивилась своей мысли. — А утром, значит, плевать ему было!» Девушка непроизвольно сощурилась, вспоминая утреннюю схватку. Тогда тому было точно не до ее ран на руках.

Замешательство было недолгим и очень скоро прекратилось. Директор вновь потянул девушку в сторону. А Вайлет, очнувшись от временного ступора, возобновила свои стойкие попытки сопротивления. Хоть это и выглядело со стороны несколько смешно, учитывая хотя бы весовую категорию двух молодых людей.

— Эй ты! А ну отпустил меня, я тебе сейчас эту руку в двух местах переломаю, спорим? — в подтверждении своих слов, девушка перехватила руку мужчины и практически повисла на ней, стремясь придать ей неестественный изгиб. Фиаско. Казалось, юноша даже не почувствовал на верхней конечности ношу мелкой девушки. — Тогда пальцы! Я сломаю пальцы! — с ехидной усмешкой, игнорируя боль, которую ей доставляли лишние движения кистью, Вайлет взялась за несчастные пальцы парня. Обычно такие номера всегда приносили ей успех. Тут же попался какой— то стальной экземпляр, который даже не отреагировал на эту, несомненно, ужасающую угрозу. — О! А что это за кольцо? Это череп? Круто! А где взял? А дай поносить! — Вайлет сама не понимала всерьез ли она говорит или это уже пошел бред отчаяния. Признавать себя проигравшей не хотелось ни в коем случае. А тут появился шанс отвлечь парня от ее попыток сбежать. Посчитав, что ухмылка директора на подобные высказывания — это и есть потеря бдительности, девушка вновь попыталась оттопырить хотя бы один палец. Снова провал. Мужчина только усилил хватку. Пальцы девушки начинали неметь от явного недостатка кровоснабжения.

— Я подумаю, — после всего случившегося, директор не казался таким уж свирепым. Вроде бы даже улыбнулся мимолетом. — Сначала поговорим и… перестать вырываться, — они как раз достигли двери, куда, по мнению Вайлет, мужчина ее и тащил. Мысли об уединении с директором сего заведения, после ее выходки, как— то не особо окрыляли девушку.

— Ну, нет! — казалось, девушка потеряла даже самую малую чувствительность. Ее стойкое упирание в пол и нежелание передвигаться дальше становилось все более отчаянными. — Я не пойду туда! Отпусти! — дабы прибавить к сопротивлению хоть какую— то силу, девушка запрыгала на месте, стараясь при каждом прыжке оттолкнуться в сторону. — Пожар! — Вайлет совсем не смущали безумные действия со своей стороны. Сейчас любые, даже самые бессмысленные вещи, могли бы ей помочь. Хотя и осознавала, что услышь народ ее крики, навряд ли кто— то кинется к ней, чтобы самими лицезреть опасную стихию.

— Прекрати… — пытался подтянуть тот к себе девушку. — Я ничего тебе… мать твою… вот же зараза…

Недоумения, что посыпались из уст мужчины, Вайлет решила пропустить и кинулась прочь, стоило ей оказаться на свободе. Пинок твердым носком ее новой обуви оказался, наверно, даже болезненнее, чем та ожидала. И девушка надеялась, что мужчина, если и кинется вдогонку, хромота от полученной травмы хоть немного, но позволит ей оторваться. А сейчас, главное, не оборачиваться… и бежать… быстрее… и дальше.

 

***

 

Возвращаться к бару, где сгорали от любопытства и беспокойства подруги, Вайлет посчитала неразумным решением на тот момент, о чем вскоре пожалела. Лицезрев довольно-таки широкий коридор с несколькими дверьми, что расстилался на ближайшие десять метров, девушка несколько опешила. Все это напоминало ей дешевый фильм с не очень хорошим концом. Блуждать по зданию в поисках еще одного выхода как-то не особо привлекало.

Решение о том, чтобы повернуть в обратном направлении, априори было выкинуто в корзину всех неудачных мыслей на сегодняшний день. К слову, эти мысли у девушки явно превышали количество установленной нормы. В общем, девушка просто выбрала нечто среднее — попробовать дернуть первую попавшуюся дверь. Сейчас Вай не пугала перспектива отсидеться даже среди уборочного инвентаря. Не будет же взрослый мужик до последнего ждать ее появления? Ну, покрутится вокруг да около какое-то время. Потом решит, что девчонка благополучно сопит в две дырочки у себя дома, и бросит эти бесполезные поиски.

С подругами Вайлет решила связаться по телефону, когда будет уверена, что нашла достаточно укромное местечко. И тогда она выскажет Анжелике все то, что думает о подруге и ее пристрастиях к таким заведениям.

Дернув первую дверь, что попалась на пути, девушка была готова подпрыгнуть в экстазе. Мало того, что она была не заперта, так за ней еще располагалось пустое помещение. Хотя выглядела комната так, будто бы ее недавно покинули. Оставленные бутылки на столе и переполненная урна намекали на веселые посиделки. Это напоминало какое-то уединенное местечко. Тут даже колонка висела, из которой раздавалась все та же музыка, что гремела в зале танцпола.

Однако ликование девушки оборвалось также резко. Комната, конечно, хороша для уединения… но тут совершенно негде спрятаться. Выглядывать наружу в надежде, что директор до сих пор не двинулся следом, было бы непростительной глупостью. Так что… спрятаться все же придется. В единственное место, которое позволит преследователю открыть дверь, заглянуть в комнату, окинуть беглым взглядом тусклое помещение, единственным источником света, которого являлся световой прожектор, что с еле слышным скрипом исследовал поочередно каждый уголок комнаты, и благополучно скрыться. В общем, за недостатком мебели — единственное надежное место было под столом.

Скрипя зубами от нелепости всей этой ситуации, Вайлет поборола в себе порыв отбросить все инстинкты самосохранения и продемонстрировать этому директору, что она может попытаться постоять за себя.

Спустя пару секунд после того как девушка все-таки устроилась под массивным столом, ноги уже начинали ныть и эта идея показалась полнейшим бредом.

Только в голове непоседы промелькнул железный аргумент почему она должна незамедлительно покинуть это убежище, как дверь в комнату достаточно энергично распахнулась.

Вайлет так и застыла в неудобном положении, приподняв одну ногу над полом. Хоть в комнате и было тускло и прожектор никаким образом не смог бы дотянуться до девчонки своим лучом, у Вайлет все равно возникло чувство, что ее видно даже невооруженным глазом.

Когда за посетителем закрылась дверь и мужчина зашел внутрь, девушка почувствовала себя героиней самого глупого ужастика. Когда в поле зрения жертвы, что также решила спрятаться под каким-либо видом мебели, были лишь ноги своего преследователя. Вот он не спеша прогуливается прямо у ее носа, словно рассматривает что-то, несомненно, привлекательное. А потом… также неторопливо поворачивается и медленно удаляется. В это время жертва начинает с облегчением вздыхать, считая, что на этом все самое страшное закончилось, и тут перед глазами внезапно возникает ужасающее лицо маньяка… Бууу! Жертва врубает ультразвук, а маньяк упивается произведенным эффектом внезапности и оригинальности.

Вай за просмотром таких вот незатейливых сюжетов всегда весьма громко высказывалась об отсутствии мозгов у жертв. «Ну, как можно так тупо сидеть и пялиться на его ласты?». На секунду девушке даже досадно стало от собственных ложных убеждений. Это, конечно, не маньяк-убийца, но картина перед ней представала жутковатой. Прятаться от кого-то не так весело, как ей почему-то казалось. Да и будь у нее в руке какое-нибудь колющее оружие — воткнуть в кроссовок, одним махом проткнув все, что попадется на пути лезвия до самого пола, она бы не решилась. Хотя, может, дело в том, что этот директор и не представлялся ей чем-то действительно опасным?

Девушка до сих пор не могла поверить, что ее еще не засекли. Казалось, дыхание больше походило на рычание загнанного зверя. А нога, что до сих пор была подвешена в воздухе, начинала затекать и неметь. Но опустить ее было слишком рискованно. Лишний шум и она, несомненно, себя выдаст.

Тем временем директор не спеша прохаживался по комнате, словно бы и правда пытался осуществить излюбленную сцену всех режиссеров. Вайлет даже обидно стало наблюдать его размеренные шаги. Она вкладывала в свой пинок всю силу и после этого мужчина ни капли не прихрамывает. Негодование девушки в разы увеличилось, когда его ноги зашагали к столу. В одно мгновение это место перестало казаться надежным убежищем. Если он решит тут усесться…

Но он не стал садиться, а остановился прямо у стола. И… застыл.

Дыхание девушки превышало все нормы дозволенного и по громкости, и частоте. Адреналин заставил чувствовать биение сердца где-то в висках, больше напоминая звуки барабанов. Как-то это все было неправильно. Девушка даже успела подумать, что если он вот сейчас развернется и направится к выходу, она не поступит как это показывают во всех фильмах. Она не будет терять бдительность до последнего. И даже если потребуется ее нога так и будет подвешена, пока девушка не будет уверена на все 100 %, что ее преследователь достаточно далеко.

Только Вайлет собралась задать себе мысленный вопрос, касательно времени, на протяжении которого тот собрался неподвижно стоять, как…

Сначала послышалась вибрация в сопровождении достаточно громкой и резкой музыки. И практически одновременно стол, выглядевший таким массивным и прочным, вдруг на пару миллиметров подпрыгнул на месте. Бутылки, что на нем располагались, в негодовании зазвенели, грозясь и вовсе свалиться и устроить представление с убийством вдребезги. И все это сопровождалось каким-то нецензурным высказыванием где-то рядом с полом.

— Аа-а-ай! Чтоб… тебя! — словно бы это сам стол был виноват в том, что на голове девушки вскоре выскочит внушительное возвышение. Чертыхнувшись еще несколько раз, Вай с какой-то особо лютой ненависти стащила с себя ободок, который усилил силу столкновения с твердой поверхностью. И, вкладывая в свой жест максимальное желание причинить этому аксессуару большое повреждение, швырнула его на пол. Казалось, Вайлет во всем великолепии смогла ощутить каждый его зубчик.

«Какая скотина мне решила позвонить в такой момент!» — мысли тем временем были уже несколько в другом направлении. На какое-то время девушку совсем перестало волновать, что преследователь, должно быть, ликует нелепостью всей этой ситуации. Ее больше заботило то, каким образом она расквитается с тем, кто посмел ее выдать.

Перед глазами до сих пор мелькали искры и вообще вся картинка была размытой, словно кто-то вручную расстроил фокусировку. Правда, когда ноги директора перестали имитировать неподвижную статую, та все же почувствовала огромную досаду. Мужчина, не спеша и даже в какой-то степени грациозно, опустился на корточки и, нацепив на себя какую-то ехидную улыбочку, заглянул под стол. Вайлет даже успела подготовиться к тираде некоторых высказываний, которые показались той наиболее удачными, учитывая сложившиеся обстоятельства. Но внезапно яркий свет дисплея смартфона, направленный в ее сторону, выбил последние порывы на решительные действия. Директор с огромным удовольствием демонстрировал как его аппарат пытается дозвониться до абонента, что был записан полной тезкой Вайлет.

— Привет! — улыбка с лица мужчины так и не сходила. Его, несомненно, забавляла вся эта странная игра.

— Ты…. ты… ты… мудак ты, вот кто! — все еще потирала девушка саднящее место на макушке. Факт того, что ему известно не только ее имя, но и телефон, выбил любые, даже самые минимальные способности в произношении связной речи.

Взгляд директора медленно опустился на пол, туда где валялся ободок с прикрепленными на пружинках летучими мышками. Не так давно он наблюдал, как они дрыгаются в разные стороны при малейшем движении девушки. А в сочетании с ее свирепым лицом, которое та считала действительно устрашающим — это было по-настоящему очаровательно. Но теперь они безжизненно валялись и, кажется, больше не вернут благосклонности своей хозяйки.

Мужчина сбросил вызов, после чего уже порядком раздражающий громкий рингтон умолк. Кажется, Вайлет с этих пор возненавидела громкую музыку, так отчаянно бьющая по мозгу в прямом смысле этого слова.

— Больно ударилась? — протянув руку, тот решил завладеть любопытным предметом. Он с каким-то неподдельным любопытством осмотрел бывший атрибут непоседы, после чего перевел взгляд на саму девчонку, так и не дождавшись ответа.

— Нет, блин! Что, не видишь, я тут на дегустации баунти — в райском экстазе.

Мужчина, окинув взглядом массивную мебель, которая не так давно подпрыгнула на несколько миллиметров, уперся одной рукой, приподнимая стол над полом, словно бы пытался определить его вес.

— Тяжелый. Иди сюда… у тебя может быть сотрясение.

Решив, что это уже начались слуховые галлюцинации под влиянием черепно-мозговой травмы, Вайлет на время даже морщиться от боли перестала, округлив свои глаза до неприличия. Но вид директора был даже каким-то сочувствующим.

«Я б сказала, где я видала его сочувствие!» — зло промелькнула мысль у девушки, внезапно вызвавшая новую болевую волну в черепной коробке. Однако, покидать свое стратегическое укрытие девушка не собиралась. Здесь она себя чувствовала относительно безопасно.

Бездействие девчонки отразилось полнейшим удивлением на лице мужчины. Его вид походил на тот, при котором один собеседник пытается выведать продолжение занимательной истории у другого, при этом так многозначительно растягивая «и-и-и-и?».

— Тебе там не тесно? — так и не дождался тот красноречивых аргументов.

— Нормально! — даже если ее местонахождение стало тому известно, это не говорило о том, что девушка тут же покинет свое, как оказалось, не совсем укромное место. — Ты выиграл. Теперь твоя очередь прятаться. Считаю до десяти… раз… два…

— Я бы с удовольствием. Но думаю, на этом наши игры закончены. Выбирайся, Вай…лет, — голос слегка дрогнул, когда мистер Ланистер решил произнести имя девушки. Да и она сама слегка вздрогнула. Непривычно было слушать свое имя из уст мужчины.

— Угу… а еще что тебе на блюдечко положить?

— Тебе не стоит меня бояться, — лицо мужчины и правда не выглядело каким-то агрессивным и устрашающим. Но насколько Вайлет была осведомлена, все преступники первоклассные психологи. И втереться в доверие к жертве для них плевое дело.

— Никто тебя тут не боится, ясно?

Тем не менее девушка уже сама мечтала покинуть это тесное укрытие, в котором у нее уже все конечности затекли. Но выдать свое желание было бы слишком опрометчиво, так что Вайлет только устроилась поудобнее, предполагая самое длинное тут пребывание.

— Да ладно?! — губы мужчины растянулись в широкой улыбке, а одна бровь хитро изогнулась. Образ адекватного человека, который Вайлет уже сложила у себя в голове, тут же рассыпался в прах. Так могут улыбаться лишь маньяки. — Это поэтому ты забилась в угол, словно котенок? — на какое-то время между собеседниками повисла пауза, после чего директор все же решил не давить своим несколько пугающим видом. — Вылезай!

Мужчина не спеша поднялся и отступил на пару шагов от стола. На самом деле, он был поразительно прав, и Вайлет здесь было до ужаса неудобно. Она и сама с нетерпением ждала того момента, когда сможет выпрямиться. Да и после такого близкого знакомства ее макушки с твердой деревянной поверхностью находиться тут удовольствия не было никакого. Но и выбираться к этому странному типу — перспектива также была не из приятных. Но девчонка и так достаточно продемонстрировала свою уязвимость. Должна же она хоть напоследок показать, что та не из робкого десятка.

Стараясь не делать резких движений и одновременно следя за неподвижной фигурой Ланистера, девушка отползла от стола и выпрямилась. Еле заметная улыбка, что была видна лишь в моменты освещения прожектором, так и не сходила с лица парня.

«Чего лыбится-то?» — не могла найти девушка самых подходящих причин. Когда взгляд маньяка решил прогуляться, чтобы осмотреть все то, что находилось ниже глаз девушки, Вайлет почувствовала как закипает. Правда, ее решительная свирепость длилась совсем недолго. Ровно до того момента, как мужчина начал двигаться.

— Так! Стой там, понятно! — Вай предостерегающе отступила на пару шагов в сторону, когда мужчина слегка приподнял руку. Замерев на какое-то время, тот все же продолжил свое движение и, протянув кисть к плечу, убрал прилипшую пылинку. — Вот и стой там! — несмотря на нелепость ситуации, девушка не собиралась уступать. Мужчина не стал никак комментировать подобное заявление, а лишь сложил руки у груди, продолжая наблюдать за своей пленницей. — Не смей ко мне даже приближаться, ясно тебе? Только тронь меня, и я обещаю тебе, что ни одной кости в твоем организме целой не останется! Что тебе нужно вообще?

Девушка уже не контролировала поток своих слов. По сути, ей было все равно, что она говорит. Ей хотелось только одного — убраться отсюда и сжечь тут все дотла. Но замолчать девчонку заставил его медленный неспешный шаг в ее сторону.

— Мне нужно, чтобы ты успокоилась. Ты своим неконтролируемым поведением себе же создаешь проблемы. Так что для начала успокойся, Малыш.

— А я предупреждала, чтобы ты меня так не называл, Дедуля! — голос девушки не дрогнул даже после того, как мужчина сделал еще один неспешный шаг. — Что это? — указала та на его ноги, делая еще пару шагов в сторону, равные по дистанции одному его шагу.

Директор проследил за указательным пальчиком и уткнулся в свои колени.

— Это… ноги.

— Я знаю как это называется! — ни на секунду не растерялась девчонка. — Но ты шагаешь ими в мою сторону!

— Я знаю… — еще шаг… и еще один. А в ответ пять маленьких шажков, чтобы выровнять расстояние.

Не обращая внимания на отекшие руки после всех этих неосторожных задеваний ран, Вайлет сжала их в кулаки, готовясь дать отпор, чего бы ей это ни стоило. Но все же отступала все отчаяннее. И еще шаг… и еще два. Это странное передвижение завершилось лишь когда спина девушки уперлась в твердую поверхность. Надо сказать, это было для нее полной неожиданностью. На мгновение Вайлет обратила все свое внимание на стену, отказываясь верить, что это не какой-нибудь столб посреди комнаты и у нее еще есть возможность к отступлению.

Убедившись и налюбовавшись тем, что прекратило ее передвижение, та даже не сразу сообразила, что Ланистер оказался совсем близко.

— Отошел от меня! Живо! — вера в свои силы вернулась к девушке, и та, не особо соображая, обрушила на парня поток рукоприкладства.

Хотя, надо отметить, занятие это было не столь успешным, как того хотела бы непоседа. Внушительная разница в росте, а также в силе, уже сама по себе давала понять, что все ее попытки борьбы бесполезны. Все это напоминало заблудившуюся рыбку, что попала в огромные руки своего похитителя. Она отчаянно и слишком резво пытается выскользнуть из рук своего палача, а тот все увереннее старается не дать сбыться ее планам.

Правда, длилась борьба всего несколько секунд. Этого хватило директору, чтобы перехватить руки девушки и лишить ее внезапному стремлению к членовредительству. Стоит упомянуть, что болезненные места ему чудом удалось не задеть.

— Пусти… ты… понял?

— Успокойся… дай мне просто… проверить тебя, — слова спокойным неспешным потоком выплывали из уст мужчины, когда тот собирался одной рукой удерживать разбушевавшуюся девушку, а другой дотронуться до ее подбородка.

— Руки убрал! Отпусти! Ну… блин! Отпусти!

Чем увереннее он хотел лишить девушку движений, тем отчаяннее она сопротивлялась. В конце концов, мужчине надоела эта игра и он в одно мгновение отпустил девушку и просто уперся обеими руками в стену, сопровождая это громким и глубоким вздохом. Казалось, что тот сам себя пытался успокоить и не замечал, как девчонка в это самое время пыталась проверить на прочность его пресс.

— Ладно… будет по-плохому.

Вай не успела даже понять смысл брошенной фразы, не то чтобы полноценно проанализировать произошедшее. Единственное, что она поняла — секунду назад та со всей силы пыталась оттолкнуть от себя высокого парня, который сумел заслонить своим телом всю комнату, а теперь она оказалась на полу с прижатыми друг к другу и вытянутыми ногами. И ноги эти оказались в одно мгновение придавлены сверху массивным телом директора.

— Как это? — округлые глаза, выражающие полное недоумение девушки, распугали все ее зачатки смелости и отваги. Хотя, не отдавая отчета своим действиям, та все же попыталась вновь пустить в ход свои руки. Но стоило ей об этом подумать, как и они оказались в плену мужчины.

Он обхватил запястья и спрятал их за спиной непоседы. Тем самым приблизив свое лицо практически вплотную к удивленному, переполненному страхом лицу девушки. Сейчас вся ее неукротимая демонстрация силы и бесстрашия казались ей глупым и неуместным занятием. Это совсем не походило на ее наивные войны с мальчишками из школы, которым она всегда могла дать сдачу, не заботясь о последствиях, коих попросту не возникало. Сейчас все было иначе. Это был взрослый и сильный мужчина, который отпустит ее только тогда, когда сам посчитает нужным. И непонимание причин, по которым тот не спешит ее освобождать, заставляли девушку нервничать все больше.

Музыка, что доносилась из единственной колонки в этой комнате, стала практически неслышна, потому что ее заглушали громкие вздохи пленницы. Они были настолько частыми и глубокими, что от переизбытка поступившего кислорода, Вайлет одолело головокружение. Усмирить свои разбушевавшееся системы обеспечения жизни не представлялось возможным, когда над тобой возвышается этот мужчина. Девушка то и дело переводила взгляд с одного глаза Ланистера на другой, пытаясь уловить хоть какое-то дуновение надежды, что он не будет делать чего-то ужасного.

— Отпусти… — от одолевших эмоций, голос тоже решил сбежать куда подальше и заместо нормального слова из уст Вайлет выполз какой-то умирающий хрип.

— Я же сказал… тебе не нужно меня бояться, — мужчина и правда ослабил свою хватку, медленно распрямляя пальцы. — Не сопротивляйся мне. Хорошо? Просто дай мне… проверить, — с этими словами директор медленно протянул руки к голове девушки. Вайлет несколько запаниковала и уже собиралась увернуться. Перспектива сломанной шеи или чего-то подобного ей совсем не улыбалась. Мужчина подхватил одной рукой ее подбородок и приподнял лицо выше, внимательно присматриваясь к глазам. Вайлет не понимала, что ему нужно, но решила пока не спорить. Но когда тот положил свою вторую руку ей на затылок и принялся наклонять ее подбородок к груди, та уже не выдержала и вся напряглась. — Расслабься, — незамедлительно приказал тот, продолжая наклонять голову.

— Да отпусти ты меня! — впрочем, стоило девушке коснуться подбородком груди, тот сразу же отпустил ее.

— Последнее, — тот вытянул один палец на уровне глаз Вайлет. — Просто последи за пальцем.

— Это что, игра такая? Не буду я ни за чем следить!

— Хорошо, — сдался тот, опуская руки. — Скажи хотя бы, тебя не тошнит? Голова не кружится?

— Еще как тошнит! — все те мысленные обещания, касательно хорошего поведения с большими и высокими дядями, тут же развеялись в прах. — Меня зажал какой-то мерзкий старикашка и лапает своими длинными культяпками. Тут любого замутит.

— Скажи, ты всегда себя так ведешь? — зашипел молодой человек, принимая вертикальное положение и подтягивая с собой и пленницу. Внушительное возвышение над девушкой снова кольнуло целесообразностью агрессивного поведения. Вайлет приходилось задирать голову, чтобы смотреть в лицо этому чудаку. — Ты задумывалась когда-нибудь, — тихий спокойный голос с такими бескомпромиссным лишением свободы немного не вязался. — … что твоя агрессия тебе когда-нибудь боком выйдет?

— А тебе-то какое дело? — девушка не совсем понимала, к чему эта странная мораль и считала ее совсем неуместной и вообще чем-то из рода отвлечения и замыливания взгляда. — Если ты про себя, дедуля, то ты это заслужил! Нечего было переступать порог дома моей сестры, понятно? Не на ту нарвался! Я никогда не прощаю тех, кто решил нагадить в мою жизнь и жизнь моих близких! Так что теперь привыкай, что эти обдолбыши будут каждый вечер выкрикивать стишки. Фантазия у меня богатая, так что прифигеешь все это выслушивать! И не думай, что на этом я остановлюсь. Думаешь, ты такой крутой и я тебя боюсь? Должно быть легко запугивать девушку, которая в половину твоего роста ниже тебя? О, вот это подвиг, забить меня в угол и упиваться, что ты такой внушающий страх. А на самом-то деле…

— Тшшш… — его это успокаивающее шипение и палец у губ девушки, призывающий к молчанию, совершенно обескураживал. Вайлет усиленно сопротивлялась желанию укусить этого неадекватного типа за палец, которым тот имел наглость так просто коснуться ее губ. Однако инстинкт, а также некая брезгливость, подсказывали, что пустить его в рот — не самое мудрое решение. Вайлет попыталась воспользоваться моментом и намеревалась зарядить ему кулаком. Но в доли секунды ее планы перехватили, точно так же, как и обе конечности. — Успокойся… и послушай, — на лице парня ни один мускул не дрогнул. — Ты совершенно не понимаешь, куда пытаешься влезть и кому насолить. Ты больше не должна тут появляться. Понятно?

Вайлет так и осталась со слегка открытым ртом стоять, зажатой между этим мужчиной и стеной. То, что она сейчас услышала, совсем не клеилось с ее ожиданием.

«И всего лишь? — звенела мысль в ее голове. — Ради вот этого надо было затевать это преследование? Фиии, слабак!».

— Наивный старикашка, думаешь, так просто от меня избавиться? — Вайлет сама упивалась своим ехидством, понимая, что он совершил одну огромную ошибку. Он запретил ей появляться здесь. — И отпусти уже меня!

— Не надо… — неожиданно голос парня стал ниже. Он склонил голову набок, словно бы обдумывал свои следующие слова. — Советую тебе подружиться с головой и не делать необдуманных поступков. Это все может обернуться не так забавно, как ты думаешь.

— Да мне вообще по барабану, что ты мне тут плетешь! — попытки вырваться стали более усердными, но поблажки этот высокий юноша не давал, все так же крепко сдерживая ей руки.

— Ты угомонишься, нет? — прогремел его голос, когда попытки девушки вернуть себе свободу мужчине порядком надоели.

— Размечтался! Тебе еще раз вдарить? Помнится, ты хотел, чтобы я тебя уложила на лопатки? Ну, так я тебе это устрою!

Парень хитро улыбнулся, после чего последовал довольно-таки заразительный смех. Но Вайлет сейчас совершенно не хотелось даже улыбаться. Та, наоборот, надула свои губки, демонстрируя обиду. У нее возникло странное и неприятное ощущение, что она сморозила какую-то глупость.

— Рановато, тебе, Малыш, в такие игры играть, — лицо мужчины озарилось широкой улыбкой. Тот словно бы наслаждался всей этой ситуацией, что злило девушку еще больше.

— Да ты извращенец! — в полный голос закричала Вайлет, взятая в заложники гнева. — Отпусти меня! Отпусти! Прикольно наверно чувствовать себя героем рядом с хрупкой девушкой, да? Прикасаться ко мне имеет право только тот, кто получил на это официальное разрешение отца и прошел жесткую отфильтровку у братьев! Так что можешь заказывать себе могилку, потому что влип ты, дедуля, по-крупному! И теперь у тебя будут одни проблемы, понял? Так что советую по-быстрому собрать манатки и свалить с города. Иначе в скором времени в службу спасения поступит звонок о неопознанном теле, валяющемся на помойке! И будь уверен, отделают тебя так, что ни одна медэкспертиза не установит твою личность! — девчонку прорвало. Она никогда не терпела насмешек над собой. И обычно, кто смел к этому прибегать, позже жалел о содеянном.

Реакция юноши снова была непредсказуемой. Его улыбка, что так и не думала покидать своего обладателя, несколько обескураживала и Вайлет вообще впала в ярость.

— Момент! — Ланистер не спеша сначала ослабил свои тиски, и только потом осторожно освободил руки неугомонной девушки. Оказаться на свободе так неожиданно для Вайлет было полным сюрпризом. Она даже не попыталась тут же воплотить свои планы по осуществлению рукоприкладства или побега, которые уже наметила при первом же удобном случае. Мужчина медленно приподнял указательный палец, который символизировал тот самый необходимый момент, о котором он упомянул, и отступил на пару шагов в сторону где стояли какие-то ящики.

У девчонки возникла мысль воспользоваться этой ситуацией и попытаться сбежать от этой странной личности. Но что-то подсказывало ей, что плохого он ей ничего не сделает. Иначе бы уже сделал. Да и любопытство перед его странными действиями взяло верх. И девушка терпеливо наблюдала как директор принялся продвигать кроссовком один из ящиков.

Когда он придвинул этот странный предмет к ногам девушки, Вайлет уже собралась озвучить свой вопрос, касательно его странных действий, но вместо этого с уст пацанки посыпался какой-то поток неконтролируемой и притом местами нецензурной лексики. Слишком неожиданно было почувствовать девушке на своей талии крепкие руки, не говоря уже о том, что эти самые руки с легкостью оторвали ее от пола… и поставили на этот ящик. Нескончаемый, казалось бы, поток ругательств мгновенно прервался и Вайлет застыла, не понимая, чего ожидать в следующую секунду. Но в адекватности мужчины та уже успела усомниться.

Девушка почувствовала себя несколько неуютно, наблюдая глаза парня на уровне своих. Сейчас, благодаря этой коробки, они стали практически на одном уровне.

Мужчина загадочным взглядом оценил свое творение и его губы вновь приобрели очертания хитрой улыбки.

— А теперь то, что ты говорила пару минут ранее… еще раз… — растягивал мужчина каждое слово, точно каждая буква приносила божественное наслаждение. И прежде чем продолжить, тот не спеша, как-то даже аристократически, сложил руки на груди. — Повтори. А то до этого… я слышал лишь какое-то поскуливание… где-то там… снизу.

Девушке потребовалось всего пару секунд, чтобы переварить сказанное. И лучше, если бы тот додумался отойти подальше от этой вспыльчивой девчонки. Потому что юмор был ею не оценен.

— Ах ты!.. Да ты… да я тебя… — тут уже началась борьба не на шутку.

Теперь девушка, не стесняясь, пускала в ход и руки и ноги. Чокнутый директор мужественно терпел на себе побои, пока пытался справиться с пылом девчонки. В момент, когда она совсем стала обездвиженной и зажатой у стены так, что дышать стало трудно, Вайлет пустила в ход челюсть, куснув парня за первое что попалось под… зубки. И этим многострадальным местом оказалось плечо парня. Выругавшись, он, посчитав, что девушка недостаточно сильно зажата, усилил свою хватку. Впрочем, это совсем не подействовало отрезвляюще. Вайлет начала сопротивляться еще усерднее, пуская в ход все резервы своего организма. Но и этого не хватило для того, чтобы хоть немного высвободиться из цепких кандалов, которыми вдруг стали руки мужчины. Смирившись со своей участью, девушка все же прекратила свои отчаянные попытки освобождения. Мужчина выглядел, пожалуй, слишком спокойно, тогда как Вайлет просто задыхалась от такой ритмичной борьбы. Казалось, сейчас она устала даже больше, чем на прочих тренировках в спортивных залах. Как-то сразу появился стимул тренироваться еще больше. Ибо ее сила еще не была на том уровне, чтобы она могла себя обезопасить на все 100 %.

— Утомилась? — вопрос мужчины прозвучал совсем неуместно. Это было что-то из рода заботливого обращения родителя к своему ребенку после того, как тот добросовестно выполнил огромную и рутинную домашнюю работу. — Хорошо. А теперь послушай. Находиться в клубе тебе осталось… тридцать минут. Советую провести их с пользой и больше не провоцировать меня, если не хочешь столь близкого общения. Это будет не так приятно, если я разозлюсь.

— О, можно подумать сейчас я на грани блаженства! — не смогла девушка промолчать.

— Считай, что так, — прошипел тот в самое ухо. Теперь его голос не казался спокойным, вроде бы даже окрасился ноткой раздражения. Когда тот освободил одну руку, девушке даже захныкать захотелось, потому что, удерживаемая одной рукой, она все также была обездвижена. — Это тебе в качестве компенсации, — вдруг произнес тот, что-то вкладывая ей в ладонь и тут же аккуратно зажимая ее. Впрочем, девушка все равно скривилась от болевых ощущений. — Чтобы сильно не бушевала оставшийся вечер. И… говорю в последний раз, Вайлет. Чтобы я тебя здесь никогда больше не видел. И ослушиваться меня я не советую.

Девушка даже подумать не успела как чокнутый директор отпустил свои стальные оковы и достаточно быстро направился к выходу из комнаты.

Какое-то время Вайлет так и стояла в том положении, в котором мужчина ее и удерживал, в полном недоумении следя за качающейся дверью, за которой совсем недавно скрылся директор. Осознание только что обретенной свободы несколько запаздывало.

«Ничего так сходила в клуб» — подумала девушка. Хотя, на самом деле, она так и не разобралась, какие ее эмоции переполняют в данный момент. Слишком странным получился вечер. Вспомнив о компенсации, девушка приподняла руку и разжала ладонь. Лицо в одно мгновение расплылось в улыбке, а в груди стало зарождаться какое-то странное доселе незнакомое волнующее чувство. Этот Хэллоуин она запомнит надолго, без сомнений. И это кольцо с массивным черепом не даст забыть ей этих захватывающих приключений.

 

***

С того момента, как директор оставил Вайлет наедине со своим презентом, прошло совсем немного времени. От силы минут 10 или 20. А девушку уже раздражали лучи прожекторов, что так нагло ослепляли каждый раз, стоило той сфокусировать свой взгляд.

Толпа обдолбанных зомби продолжала свои безумные ритмичные движения на танцполе. Пьяные парочки, не в силах дотерпеть до дому или хотя бы до ближайшей подворотни думали, что уместно начать их любовные игры прямо в зале. Впрочем, такие картины завершались всегда одинаково. Бдительная охрана выпроваживала их всех за пределы здания.

Подруги Вайлет и вовсе ее кинули. Аманде тут показалось слишком жутко и, испугавшись еще одного столкновения со строгим директором этого заведения, она поспешила покинуть клуб. Анжелика же вообще поступила мерзко, по мнению Вайлет. Она ушла с ее этим возлюбленным. Она просто с ним ушла, когда он вдруг как-то странно осмотрел ее всю с головы до ног, после чего кивнул на лестницу. Все! Этого оказалось достаточно!

«Дура, — рассматривая свой необычный презент со всех ракурсов девушка, время от времени кидала в адрес своей подруги какие-то короткие фразы, что приходили ей в голову, — теперь как минимум неделю рыдать будешь, потому что твой принц скинет свою лжешкуру.»

Девушка переживала за подругу, но больше она была на нее зла. Как можно быть такой… доступной? Особенно для парня, который, по ее же словам, имеет все что движется. Это мерзко. И унизительно.

«Красивый» — промелькнула мысль у девчонки, когда та провела пальцем, закутанным в перчатку, по изгибам черепа. Он был выплавлен настолько качественно, что создавалось впечатление — ювелир вложил в эту работу частичку своей души.

Девушка не совсем понимала, какие эмоции у нее вызывает это кольцо, а заодно и события, предшествующие его новоселью. Кто он этот мистер Ланистер? Почему он приходил сегодня утром домой к сестре? Вернее, не так… Какие у него могли быть причины для того, чтобы ворваться в дом сестры, перепугать обеих до полусмерти и… уйти? Сестра, конечно, что-то лепетала Вайлет про нелепую ошибку. Но девушка лишь сделала вид, что поверила. Таких ошибок не бывает. Если Мия не хочет говорить, бесполезно что-то выпытывать.

И все-таки… кто он?

Вайлет никак не могла связать директора ночного клуба — то, что человек этот не особо соблюдает закон, даже сомнений не возникает — и свою сестру, которая, несмотря на свой возраст, до сих пор кладет подарки под елочку в рождественскую ночь и верит в чудо.

Утром эти неадекваты всерьез напугали их. Вайлет так вообще закрыли в замкнутом пространстве. А она ненавидела ограничение свободы. И за это возненавидела посмевшего посягнуть на святое. Она ужасно обиделась на этого мужика и собиралась его позлить, устроить хаос в его заведении. Но… все пошло не так.

И тут был шок. Он не сделал ничего плохого. Даже попытался проверить, насколько серьезные травмы она получила. Это путало, и Вайлет совсем не понимала как относиться ко всему этому. Но осознание того факта, что если она не уйдет в назначенное время и тот решит лично ее выпроводить, почему-то интриговал.

Глубокие размышления и любопытное разглядывание кольца, которое мистическим образом оказалось в ее руках — девушка до сих пор не могла поверить в такой щедрый жест — прервал молодой человек. Видимо, посчитавший, что девушке невыносимо одиноко сидеть одной за столиком.

— А ты горячая штучка! — незваный гость, по-видимому, решил, что такой комплимент должен в два счета разрушить неприступную стену оторвы. — На барной стойке смело… выступила.

Вообще-то, Вайлет собралась не отрывая взгляда от миниатюрной черепушки, отправить молодого человека в известном направлении, но лишь бросив на того мимолетный взгляд, передумала. Девушка уже решительнее осмотрела его крепкие мышцы на руках, что так сильно выделялись, и кольцо тут же перестало ее интересовать. А довольная улыбка, что так внезапно расплылась по лицу, говорила о созревшем плане.

— Привет! — убирая кольцо подальше, та облокотилась о стол, чтобы получше рассмотреть своего собеседника. — А ты сильный на вид… любишь драться?

Удивление парня в одно мгновение отразилось на лице в виде изогнувшихся бровей. Наверно, не каждый раз девушки интересуются подобным. Но впрочем, губы его тут же расплылись в ослепительной улыбке.

— Ты ведь не из робких, правда? — нагло осмотрел тот девушку, останавливаясь на ее футболке. — Любишь, когда парни дерутся?

— Я люблю, чтобы они были сильными. А драться это уже вытекающее, — многозначительно произнесла та, прежде чем почти залезла на стол всем своим торсом. Девчонке безотлагательно понадобилась что-то сказать, избежав необходимост