Шаманка

Ольга стояла напротив дома и внимательно его разглядывала. Бревна сруба потемнели от времени. Оконные рамы и наличники — с облупившейся голубой краской. Дверь — в морщинках от потрескавшегося лака. 

Фигура Ольги отражалась в окне дома, а дом отражался в зрачках ее зелёных глаз, которые при свете заходящего солнца, приобрели изумрудный оттенок. 

За зелёный цвет глаз и рыжие волосы, бывший муж в шутку называл Ольгу ведьмой. Её это раздражало. Какая она ведьма? Ведьмы должны быть злыми и коварными. А коварным, в итоге, оказался именно муж. 

Дом находился в километре от ближайшей деревни, и Ольга специально выбрала этого отшельника, чтобы насладится одиночеством и тишиной. 

Участок вокруг дома был большой, с подсобными помещениями и отдельно стоящей верандой. 

А на границе участка и леса, на старом высохшем дереве, метрах в трёх от земли было прикреплено странное сооружение. По виду, не то маленький домик, не то огромный скворечник. Размером примерно два на метр, с большим окошком с торца.

В разговоре с хозяйкой дома, Ольга спросила про это сооружение. Женщина объяснила, что наследовала дом после смерти своей двоюродной тётки. А домик на дереве покойная соорудила ещё при жизни. 

— Тетка моя — алтайка, а по их верованиям, это что-то типа ритуального объекта. Лучше туда не лезть. Пусть висит, он же никому не мешает, — почему-то смутившись и потупив глаза, сказала хозяйка. 

А затем она быстро сменила тему:

— У нас часто выключают свет, так что спички держите под рукой, лучше в карманах одежды.

Хозяйка ещё что-то рассказывала про правила проживания в доме, а Ольга с нетерпением ждала, когда она уедет.

И вот сейчас, стоя напротив дома, Ольга решила для себя, что ей здесь обязательно будет хорошо.

Продуктами девушка запаслась заранее. Но, сегодня ей лень было готовить еду. 

Острый нож вонзился в головку пахучего с большими пупырками фермерского сыра, а кусок душистого, пружинящего хлеба Ольга просто отломила от буханки. 

Бокалов в серванте не нашлось и Ольга налила вино в белую пузатую чашку, с небольшой щербинкой по краю.

Девушка прошлась по дому и ещё раз осмотрела его. Старая мебель, самотканое покрывало на кровати, ажурная скатерть на столе, медвежья шкура на полу, изразцовая печь, множество старых, потрескавшихся фотографий в рамках на стенах — дом дышал спокойствием и обволакивал уютом. 

В первую ночь в доме, Ольге снился удивительный сон: луг полный цветов, щебечущие птицы, насекомые копошащиеся в траве и ярко-сапфировое небо с редкими облачками. 

И вдруг..

Толчок в бок был настолько явный, что Ольга проснулась. Тело мгновенно сковала судорога страха. Девушка замерла, и прислушалась.

Скрип. 

Половица?

Скрип. Скрип. 

Как-будто кто-то сделал несколько шагов и замер.

И больше ни звука. В доме стало умиротворяюще тихо. 

Ольга натянула на голову край одеяла и сразу ощутила себя, как гусеничка в коконе. Страх постепенно отступил. 

Такой же кокон Ольге в детстве делала бабушка, и все пугающие звуки растворялись в этом уютном пространстве. Старушка жила в алтайской деревне и Ольга приезжала к ней из Москвы каждый год на все летние каникулы. 

Природа, речка, воздух, дружба с деревенскими мальчишками — как же ей всё это нравилось. А ещё Ольга обожала вечерние посиделки, возле потрескивающей дровами печки, во время которых бабушка рассказывала старинные алтайские сказки про духов и природу, которых знала множество.

Бабушка умерла, когда Ольга училась в шестом классе. Родители продали дом в деревне и приезжать стало некуда. Но Ольгу постоянно тянуло в эти места.

Два месяца назад она пережила мучительный развод с мужем и поняла, что задыхается в Москве. Именно благодаря детским воспоминаниям, Ольга решила на время вернуться на Алтай.

Дом, который она сняла, находился рядом с деревней бабушки, поэтому эти места были ей знакомы. Ольга не побоялась поселиться на отшибе. Она чувствовала, что ей необходима перезагрузка вдали от людей. 

После неспокойной ночи Ольга проснулась поздно. Солнечные зайчики уже давно резвились на ее подушке, грели щеки, плясали на ее рыжих волосах и она наконец открыла глаза.

Девушка прислушалась к себе. Ночные страхи растворились в солнечных лучах, прочертивших линии на полу, как сахар растворяется в чашке с горячим чаем. 

На завтрак была яичница, вкусно шкворчащая на сковороде и чашка кофе, с кудрявой пенкой и живительным ароматом. 

Книга, которую Ольга решила почитать в гамаке под кедром, скоро ей наскучила и девушка прикрыла глаза. Было хорошо и спокойно.

Ольга провалилась в дрему. 

И вдруг.

Что-то прошелестело над ухом, и на мгновение Ольга ощутила мягкое прикосновение.

Мгновенно открыв глаза, она резко обернулась. 

Никого. 

Оглядев двор, девушка зацепилась взглядом за домик на дереве. Почему он тревожил её? Но, Ольга постаралась отогнать пугающие мысли. 

Остаток дня прошёл спокойно: в приготовлении еды, простых домашних делах и чтении книги.

Вечером Ольга долго не могла уснуть. А ближе к утру, сквозь сон она явно почувствовала, что кто-то лёг на кровать у неё за спиной и задышал ей в ухо. Преодолев ужас, она обернулась и провела рукой по простыне.

Никого. И пальцы ощупали лишь пустоту.

На следующий день странности продолжились, и еще больше усилили Ольгины страхи.

Женщина чистила картошку, когда услышала скрип.

Звук был очень острожный и доносился с чердака. 

Скрип. Ольга замерла.

Скрип. Сжала нож в руке. 

Скрип. 

— Эй, кто там?

Тишина была ей ответом. Ольга швырнула нож на стол и опустилась на старый табурет. Дом молчал.

А ночью Ольге приснился странный сон. 

Во сне к её кровати подошла женщина. Она склонилась над Ольгиным лицом и стала внимательно разглядывать её своими чёрными глазами-буравчиками. Женщина что-то бормотала, а в руках держала большой бубен. Ольга запомнила необычное длинное платье в пол и накидку, с которой свисало множество цветов разноцветных лоскутков ткани. 

Проснулась она разбитой и уставшей и поняла, что так больше продолжаться не может.

Дом, по-началу такой ласковый и приветливый, теперь казался ей враждебным и опасным.

Планируя поездку, Ольга надеялась восстановиться после развода. Именно здесь, она хотела разобраться в себе, понять, что хочет от жизни и куда ей надо двигаться дальше.

Сейчас, Ольга осознала, что находится ещё в более разобранном и тупиковом состояния чем в Москве.

— Наверное надо возвращаться домой, — произнесла девушка почему-то вслух. И в следующий момент, раздался резкий хлопок в гостиной. 

Ольга спрыгнула с кровати и вбежала в комнату. На полу возле стены лежала сорвавшаяся с гвоздя фотография в рамке. Ольга наклонилась и подняла фото. Изображение пожелтело и выцвело, но она разглядела фигуру женщины, которая стояла спиной к фотографу с бубном в руке и точь в точь в таком же наряде как в Ольгином сне. 

Это было уже невыносимо. Как женщина с фотографии могла пробраться в ее сон? Ольга была уверена, что не видела это изображение на стене.

— В этом надо разобраться,— сказала она и направилась в чулан. 

Хозяйка, сдававшая ей дом, говорила, что в чулане сложены все вещи бывшей владелицы. Дверь туда была заперта, но в связке ключей Ольга без труда нашла нужный ей.

Она зашла в чулан и обомлела. В коробках и на полках стеллажей лежало множество разных ритуальных предметов: бубны, трещетки, барабаны, каменные чаши, черепа животных. 

Сомнений не было, покойная хозяйка дома была шаманкой и зачем-то она приснилась Ольге ночью. 

В углу чулана девушка увидела большой бубен. Не удержавшись, она взяла его в руку и слегка ударила по нему. Бубен отозвался глухим гулом и в тоже мгновение на Ольгу накатило воспоминание. 

Ей было лет восемь, когда она, будучи на каникулах у бабушки, заболела. Температура выше 40, страшный озноб. Ольга металась в бреду на кровати, а бабушка была в полной панике, потому что уже сутки не могла сбить температуру и чём-то помочь внучке.

Под утро женщина схватила Ольгу в охапку, кинулась к соседу и умолила его запрячь телегу. Ехали они не долго. Ольга впала в забытьё, лишь краешком сознания ощущая, что ее куда-то несут. Потом кто-то заунывно и ритмично запел и девочка провалилась в бездну сна.

Первое, что она почувствовала придя в себя, это невероятная легкость в теле. Температуры не было, а болезнь куда-то улетучилась. 

Ольга лежала на кровати в чужом доме и какая-то женщина стояла рядом с ней и что-то бормотала. Женщина была одета в необычный наряд, весь расшитый разноцветными лоскутками. В руках она держала бубен. Позже бабушка объяснила, что отчаявшись помочь внучке, она отвезла ее к местной шаманке. 

Всю ночь ведунья проводила ритуал над лежавшей без сознание девочкой, а под утро Ольга очнулась совершенно здоровой. 

Именно эта шаманка, вылечившая Ольгу в детстве, пришла к ней сегодня во сне и была изображена на фотографии. И получается, что Ольга сейчас находилась в доме, в котором проводился ритуал. 

На ватных ногах Ольга вышла из чулана. 

В голове, как чёрные птицы закружили вопросы. 

Как могло так все совпасть? Почему она совсем забыла эту историю с чудесным излечением? Откуда столько пугающих моментов в этом доме? Это сам дом устроил ей эти испытания? Или дух шаманки находится здесь и пытается ее выжить? 

Ответов девушка не знала.

Но выход был. 

Ольга быстро оделась и выбежала из дома. 

Добравшись до бабушкиной деревни, она постучала в дом, хозяин которого был владельцем единственного в деревне транспорта — старой раздолбанной Нивы, которая ещё помнила хрущевскую оттепель. 

— Дядя Петя, откройте!

Из калитки выглянула немолодая женщина.

— Да ты что тарабанишь, дочка? 

— А дядя Петя дома? Я снимаю дом на отшибе. Дядя Петя меня привёз сюда из аэропорта. Мне надо срочно уехать. Может он меня отвезти в город?

Женщина всплеснула руками. 

— Так сегодня выходной, Петька уже с утра «принял на душу» и спит. До ночи точно не протрезвеет. Теперь только завтра. Я ему скажу. Он с утра заедет за тобой.

Ольга была удручена. Но выбора не было. Не пешком же с рюкзаком и чемоданом тащиться до ближайшего крупного посёлка.

Вернувшись в дом, Ольга собрала все свои вещи, вымыла посуду и полы. 

Загрузив себя делами, девушка мечтала, чтобы этот день прошёл быстрее. Ольга гнала мысли о шаманке и старалась не думать о мистических событиях.

Ночью она решила не спать и включила фильм на ноутбуке, который давно хотела посмотреть. 

Сон навалился внезапно и Ольга сразу увидела ее. В этот раз шаманка не подошла к ее кровати. Она стояла посреди комнаты и смотрела куда-то вверх. Ольга закричала: 

— Да что тебе надо от меня?

И в этот момент шаманка посмотрела на девушку, улыбнулась и вспыхнула как спичка, мгновенно превратившись в пепел.

Ольга проснулась, вырвавшись из сна и хватая ртом воздух, как утопающий вырывается из последних сил из водной пучины за последним глотком воздуха. 

Её била дрожь и липкий пот покрывал все тело. Ольга свернулась калачиком, обняв ноги, чтобы унять тряску.

И тут память подкинула Ольге ещё одно воспоминание. 

Тогда в доме, приходя в себя после ритуала, она услышала разговор. 

Шаманка приглушенно сказала бабушке: 

— У тебя очень необычная внучка. Я увидела в ней силу. Я хочу заняться ее обучением. Мне надо кому-то передать свой дар.

— Нет, — резко ответила бабушка, — я не хочу для неё такой жизни. 

— Это не тебе решать. Я спасла её. 

— За спасение тебе заплачено сполна.

После этих слов, бабушка отстранила шаманку, схватила Ольгу на руки и вынесла из дома. 

— Она все равно будет моей, — крикнула им в след шаманка.

Бабушка ничего не ответила и только ускорила шаг.

История чудесного исцеления Ольги никогда больше не обсуждалась в их семье и постепенно забылась. А бабушка с этого дня захворала. На все вопросы Ольги, что случилось, она отмахивалась или отвечала, что это старость. 

Со временем Ольга стала ощущать у себя необычные способности. Она с лёгкостью находила пропавшие вещи, могла прикосновением рук снять головную боль. А иногда, на лицах людей видела печать болезни или смерти. 

Ольга старалась не придавать значения этому своему дару и никак не развивала его. 

И вот сейчас, лежа в кровати и кутаясь в одеяло, чтобы согреться, Ольгу вдруг ясно поняла, про какую плату за выздоровление Ольги говорила бабушка.

Женщина расплатилась за жизнь внучки собственным здоровьем. В те годы, бабушка была ещё не старой, крепкой и сильной женщиной, но заболев после ритуала, так и не смогла поправиться, медленно чахла и умерла через два года.

Злость и отчаяние накатили на Ольгу. Она внезапно подумала про домик на дереве: 

— Ах, нельзя нарушать чужие религиозные традиции? Ну поначалу разберёмся, что там за традиции.

Ольга вскочила с кровати, накинула плащ на ночную рубашку и побежала в сарай. Ещё в первый день она заметила в углу сарая складную лестницу. Ольга двигалась очень уверено, как-будто какая-то сила вела её. 

Грхх. Лестница с шумом раскрылась и Ольга резво поднялась наверх, замерев, как раз напротив окна домика. Помедлив секунду, она заглянула в окошко. То, что Ольга увидела внутри, повергло её в ужас.

На полу стоял грубо сколоченный помост, а на помосте лежало мумифицированное женское тело. По фрагментам одежды Ольга опознала в покойной шаманку. 

Девушка знала, что шаманов после смерти не хоронят в могилах. Тело шамана как правило укладывают на помост, который закрепляют высоко над землей. По поверьям, тело должно сохраняться в неприкосновенности и медленно мумифицироваться. Если же шамана похоронить в земле или сжечь, то душа шамана никогда не перейдёт в мир мёртвых. 

В детстве об этих ритуалах и поверьях Ольге рассказывала бабушка, но девушка даже подумать не могла, что когда-нибудь увидит подобное захоронение своими глазами. 

Стоя на шаткой лестнице, Ольга вдруг осознала, что всегда сопротивлялась своей внутренней силе, подавляя магические способности. Но судьба каким-то извилистым путём всё-таки привела её к шаманке и как-будто заставляла выбрать новую жизненную дорогу. 

Повинуясь внезапному порыву, Ольга нащупала спички в кармане плаща, которые сунула туда ещё в первый день своего приезда. Выхватив несколько штук, она чиркнула ими о коробок. Затем выдавив локтем стекло, швырнула горящие спички внутрь на солому возле помоста. Солома вспыхнула, а затем огонь охватил всё, что находилось в домике. Ольга не отрываясь смотрела на пламя. Злорадная улыбка застыла на её лице.

— Твоя душа никогда не перейдёт в мир мертвых. Это тебе за мою бабушку. 

И вдруг, чёрное облачко взвилось над горящим помостом и полетело не вверх, а в сторону Ольги. Девушка отпрянула от окна и не удержалась на лестнице. Ноги соскользнули со ступенек, Ольга полетела вниз, пытаясь ухватиться за перекладины и затормозить падение. 

Удар о землю был настолько сильным, что сознание Ольги мгновенно отключилось. 

Когда она открыла глаза было уже светло. Ольга смотрела на верхушки деревьев, на синее небо и белые облака, и эта картинка казалась ей необыкновенно сочной. 

Мир стал заполняться звуками и Ольге показалось, что она слышит не только щебетание птиц, но и явный шорох жуков в траве, шелест крыльев пролетевшей бабочки, и шуршание паука, плетущего паутину. 

Пальцы коснулись травы, и она оказалась на ощупь одновременно шелковистой и острой по краям.

Почему я раньше этого не чувствовала? 

Ольга вздохнула и едва не поперхнулась от ярких и разнообразных запахов. 

Никогда она не ощущала мир так остро и разнообразно. Как будто раньше Ольга жила в какой-то вате, а сейчас кто-то невидимый выкрутил регуляторы всех её органов чувств на максимум. 

Ольга села на траве и взглянула на дом. Он отражался в зрачках её чёрных глаз-буравчиков и как-будто заглядывал ей в душу. 

Ни к кому конкретно не обращаясь, Ольга произнесла:

— Ну вот и всё. Я наконец вернулась….